Mile Deep Hollow

      Возбуждение накатило с новой силой. Это было не то сексуальное возбуждение, которое он испытывал, шепча распаленные его дыханием слова очередной миловидной незнакомке или глядя на одноликих повизгивающих девиц на экране монитора. Это был восторг, на миг ужасом отразившийся во взгляде стоящей перед ним девушки.       А перед ним, определенно, была девушка. Даже странно, что эти дубоголовые «Детройтеры» так и ничего не заметили. Ладонь Дазая Осаму, застывшая на ее худощавом плече, слегка касалась острых выступов ключицы, скрытых слоями ткани, и опустись она немного ниже, нащупала бы мягкие выступающие холмики, сейчас стянутые бинтами. Предположительно, ими. Хоть девчонка и замаскировала грудь, Дазай не был слеп, для проведения идентификации хватало и других признаков.       И как этот идиот ничего не понял, коснувшись белоснежной кожи, на которой теперь наверняка остались синие отметины? Мафиози даже сейчас помнил это приятное чувство, которое разлилось по его телу в момент того случайно-намеренного прикосновения к ее щеке перед кабинетом босса.       В настоящий момент у Осаму была даже возможность проверить, каково это — сжимать тонкую шею в своей руке и не осознавать, чью именно жизнь ты держишь в своей ладони… Однако он не был сторонником подобных методов в обращении с женщинами, (пока они не удостаивались его личной аудиенции в пыточной камере).       У Такано Рион, подчиненной Накахары Чуи, были все шансы узнать, какими способами юный член Исполнительного комитета достает информацию из предателей и тех, кому не повезло располагать сведениями, которые важны для светлого будущего Портовой мафии. Она действительно приближается к той тонкой грани… Если, конечно, он не поймет раньше, почему их новенькая пешка в данный момент находится в самой гуще событий. И в этой же гуще событий встречает мафиози, «который держится вдали от склок местных». И по-прежнему сверлит его этим чертовым взглядом!       В полумраке ночных фонарей без макияжа глаза девушки казались не так выразительны как тогда, но смотрела она с необоснованным превосходством. Будто бы не Дазай сейчас нависал над ней, а она вскарабкалась на ту ступень, где разместились члены Исполнительного комитета, и с насмешкой взирала на него.       Пропорционально раздражению Осаму улыбка на его лице стала шире. Это был прекрасный способ замаскировать свои истинные чувства.       Сколько ему было, когда он впервые осознал, что окружающим гораздо приятнее видеть обманчивую улыбку, чем слезы или злобу на детском личике? «Лучше улыбаться, пока ты на виду», — эту истину Дазай усвоил с первой материнской пощечиной. Но точный возраст, когда он впервые увидел безразличие и неприязнь в глазах женщины, подарившей ему жизнь, парень воскресить в своей памяти не мог. Наверняка это воспоминание не зря поблекло. Только с тех пор улыбка, показное спокойствие и театральное поведение стали для него основными средствами в его нелегкой борьбе за существование.       Интересно, эта девчонка тоже притворяется, или она действительно ставит себя выше него и выше Портовой Мафии?       Ведь она поняла, что Дазай Осаму догадался о том, кто она такая. Он сделал все, чтобы она его тоже узнала и повеселила своим страхом. А может, и мольбой. Ее ведь наверняка просветили о том, кто он такой. Чуя должен был. Он ведь заботится о тех, кто выполняет его приказы. Заботится и пользуется уважением, за спиной превращающееся в насмешливые замечания. Те самые, которые никто, кроме Осаму, не рискнул бы озвучить в лицо Накахары…       Так почему же она не боится, если понимает, что он такое?!       На место оцепенения Рион пришла рассудительность, смешанная с раздражением. Словно он стал помехой ее планам, внезапно обрушившимся ураганом, переворачивающим вверх дном все ее замыслы. Девушка искренне пыталась справиться с тем недовольством, которое полыхающими огоньками вспыхнуло в глубине ее глаз, и, в конце концовов, оладев собой, она вздохнула с поддельным акцентом: «Суровые времена требуют суровых мер».       Поведя плечом, Такано скинула его руку с плеча и быстро прошагала внутрь покосившейся постройки. Дазай лишь усмехнулся и тенью двинулся следом, внимательно наблюдая за плавным покачиванием бедер.       Действительно, дело было не в кроссовках, а в мягких округлых очертаниях, которые были бы весьма соблазнительны, если бы их обтягивала та мини-юбка с их первой официальной встречи, а не потертые джинсы. А без одежды вблизи, наверное, они смотрелись бы еще лучше…       Когда он раскрыл Рион, ее походка стала еще более скользящей, напоминая о грациозных и смертоносных хабу¹. Такано опустилась на корточки перед открытым лазом и, даже не дав Осаму времени на более основательную оценку своего тела, начала погружение в мрачные глубины подземного лабиринта.       Мафиози не обиделся на эту резкость, с которой она сбросила его ладонь и побежала от него прочь. Иногда он и сам не против сбежать от себя. Ее реакция все же была отчасти предсказуема. Хотя и любопытна.       Если Мафия подобрала невинного бродячего щенка, то почему он не испытывает никакого уважения по отношению к хозяину? Почему сорвался с поводка и убегает от кормящей его руки?       Кстати, о кормлении. Чуя что-то там писал о ее бедственном положении в отчете для Мори с просьбой выдать аванс, не взирая на долг, который возложила на девчонку Озаки Коё. Так ли она бедствует, гуляя по ночным сходкам? Нужно проверить. Проверить и проучить ее за непокорность. Дазай позаботится, чтобы никаких выплат не было…       За мыслями о грядущем и ожиданием, пока ее голова скроется из поля зрения, мафиози отмечал все больше полезных деталей об этом новом для него месте: остатки пыли вокруг лаза и следы на полу, отпечатавшиеся после того, как отодвинули в сторону тяжелый железный шкаф, в котором хранилась всякая утварь для поддержания порядка в парке. Кто-то следил за тем, чтобы тайна ипподрома Негиши оставалась тайной. Удивительно, что Мафия до сих пор ничего не знала об этом проходе, хоть и контролировала местные банды.       Анализируя этот сарай со всеми его тайниками для «знающих», Осаму задержался наверху чуть дольше, чем планировал. Только когда с улицы послышались отдаленные возгласы, он поспешил вниз. Спуск по деревянной лестнице прошел для него за доли секунды. Быстрее, чем ожидала Такано, если судить по ее напрягшимся плечам, когда брюнет нагнал ее в узком проходе. Из-за спешки он выдернул пару нитей из бинта, зацепившись за одну из грубых неотесанных досок, которыми был обит вход в катакомбы, и почти посадил занозу.       Первый же подземный туннель разветвлялся и уходил вниз, и хотя девушка довольно быстро удалялась от входа, Осаму с легкостью выбрал верное направление и последовал за мерцающим отблеском фонаря на мобильном телефоне.       Тени прыгали по каменной кладке. Пол был выложен булыжниками разных размеров, и зеркальным отражением ему был потолок. На обшарпанных стенах остались держатели для факелов, но никто не догадался их принести и облегчить передвижение по столь ухабистому маршруту.       Осаму, оказавшийся не впервые под Йокогамой, (но в новой ее глубокой части), сразу заметил, что они идут и совсем не туда, откуда доносились крики. И это давало ему повод прояснить один момент, беспокоивший его с самых первых секунд этой случайной встречи.       — Как давно открылся Негиши? — заставив Рион дернуться от неожиданности, Дазай задал вполне логичный для него вопрос, который совсем не подходил последовательности событий этого вечера.       — Всего семь месяцев прошло, как я переехала сюда. Откуда мне знать?.. — уклончиво ответила девушка, стараясь казаться несведующей в делах теневого мира.       Осаму еле слышно выдохнул свое разочарование и решил ненадолго принять правила ее игры, притворившись, что верит ее неосведомленности. Он сломает этот барьер неискренности другим способом и начнет с другого.       — Хорошая маскировка у тебя. Как называется эта банда?       — Также, как и у вас, Дазай-сан. Мы ведь в одной лодке, — из-за издевательских ноток в голосе Такано, проскользнувших на его имени, ему захотелось заглянуть ей в лицо. Посмотреть, как насмешка мелькнет в ее глазах и разозлиться еще больше. Злость пробуждала в нем ледяной расчет, а сейчас он все еще был слишком мягок. Хотя она и опустила свою маску, в таком сумраке Дазай все равно ничего бы не увидел. Но, по его мнению, движение позади нее было стратегически неправильно, а потому он ускорился, чтобы идти с ней на одном уровне, и в случае чего хорошенько приложить девчонку к стене и добиться большей откровенности.       — Да, Рион-тян. Мы в одной лодке, и эта лодка не любит, когда ее раскачивают непослушанием, гуляя по темным подземельям.       …внушить страх легким напоминаем о мафии — отличная ловушка, не так ли?..       Но ответом ему стал вопрос:       — Вы на бой пришли посмотреть, Дазай-сан?       От неожиданности этой фразы Осаму сам едва не оступился: его любимая тактика уклонения была нагло скопирована и обращена против него, но он не был бы собой, если бы не нашел непринужденный ответ.       — Конечно. Как же я мог такое пропустить?       …ему показалось, или он действительно услышал сейчас это скептическое «хм»?       После внезапного поворота они вышли к узкой, вытесанной из камня лестнице, и теперь их дорога поднималась вверх. Рион снова шла впереди — и это не могло не раздражать.       — У вас будет одно из лучших зрительских мест.       Она слишком уверенно вела его за собой.       Подозрительно долго позволила им быть наедине, хотя его общество в медкабинете ей было явно неприятно.       …довольно быстро сориентировалась, как от него избавиться.       На губах Дазая снова заиграла усмешка, когда через пару ступенек она добавила, будто бы оправдываясь за свои знания об ипподроме Негиши:       — Мне его брат показал.       Сомнение, которое она показала этой фразой, лишь подтвердило его догадку о том, что девушка заманивает его в какую-то ловушку. Не то, чтобы мафиози был удивлен так сильно этому повороту, как когда увидел ее десять минут назад в парке, но приглашение на совместный просмотр боев было не тем, чего он от нее ждал.       Он ведь думал, что Такано будет первой, кто попытается скрыться среди толпы, чтобы сбросить его слежку. А он в свою очередь будет очень внимателен и сделает вид, что ей удалось от него оторваться и узнает пару-тройку ее секретов.       Однако сейчас они все еще были тет-а-тет, и, похоже, свои секреты рисковал раскрыть он сам. Это добровольное приглашение казалось лишь препятствием, а та узкая дверца на вершине лишь вратами к нежелательному финалу…       Хотя то место, куда позвала его девушка, превзошло все ожидания мафиози. Когда Осаму вышел следом за ней по ту сторону стенного шкафа, он с усмешкой вспомнил о детской книжке про путешествия в Нарнию, попавшей к нему в руки когда-то давно.       Но эта дверь вела отнюдь не в сказку.       Телефон выпал из рук Такано, когда она первая вступила в огромный заброшенный лет пятьдесят назад кабинет. В мелькнувшем луче света глаза мафиози уловили очертания лежащих на полу «манекенов». Словно восковые, застывшие в агонии лица выпученными глазами смотрели на незваных гостей, посмевших осквернить их обитель своим присутствием. Окоченевшие тела, принявшие самые разнообразные позы, когда-то принадлежали живым людям.       А теперь все они были мертвы.       Мобильник с грохотом встретился с полом и отскочил к деревянной ножке кресла, от удара разделившись на корпус, крышку и аккумулятор. Свет потух. Но Дазай быстро привык к темноте и начал заново изучать помещение, игнорируя небольшие ручейки крови, текущие по старинному паркету и поблескивающие в тусклом оконном свете.       Обогнув девушку, мафиози молча прошел туда, куда упал телефон и собрал с пола его содержимое. Поведение Осаму ничем не отличалось от его обычного, возможно, теперь он лишь стал чуть серьезнее, но его ни капли не смущал тот факт, что его сейчас окружила эта маленькая армия мертвецов.       Дазай установил по местам все рассыпавшиеся детали и нажал кнопку включения. На заляпанном пальцами дисплее показалась заставка «Нокиа».       Бои Негиши. Рион. Трупы. Какая тут связь? Судя по ее реакции, самая прямая.       Чтобы во всем разобраться, ему требовалось немного подсветки, и для этой цели сгодился бы и чужой телефон. Свой мобильник парень предусмотрительно оставил дома. С неделю назад или больше у него появились подозрения, что Мори держит его на прослушке, а возможно и установил маячок, поскольку Накахара Чуя научился удивительно быстро находить его в те моменты, когда он этого совершенно не желал. Наверняка стоит сказать спасибо наводкам их босса. О сегодняшней вылазке ему точно лучше не знать…       Оставленных в этой комнате неопознанных лиц было слишком много. Ему точно нельзя засветиться в таком месте. Портовая Мафия должна сейчас быть в стороне от такого, потому что…       Давящая тишина была нарушена звуковым сигналом, а за ним со стороны входа послышался полувздох, полувсхлип, и только тогда парень отвлекся от загадки, отнявшей жизни всех этих людей к моменту их прихода.       В отличие от мертвых тел, купающихся в лунном сиянии, Такано Рион, подобно статуе, застыла в тени, и Осаму не видел лица девушки. Она осталась стоять рядом с встроенным в стену шкафом, вцепившись в его дверцу с такой силой, что рисковала оставить царапины на облупившейся краске. Ее частое дыхание напомнило ему о том, что «кто-то», может быть, впервые видит гору трупов.       В его голосе зазвенел металл:       — Если тебя сейчас стошнит здесь, те, кто обнаружат этих мертвецов, без проблем найдут и тебя. А если ты собираешься упасть в обморок, то я просто оставлю тебя им, в качестве сувенира.       — Я… не… с…       Телефон показал главный экран, и Дазай снова подключил фонарик, направляя его луч на новенькую сотрудницу Портовой Мафии. Рион была белее той самой створки, за которую держалась, и даже не могла нормально выражать свои мысли. Что-то подобное он хотел видеть в момент их встречи. Дрожащая всем телом девушка приближалась к состоянию обморока и панически смотрела на его темный силуэт, стоящий среди этого небольшого кладбища.       Осаму устало вздохнул и двинулся навстречу к Такано, слепя ее ярким светом. Он действительно мог бы оставить ее тут, не велика потеря в 2,5 миллиона. Но сегодня мафиози проявит к ней милосердие за то, что она позволила увидеть этот замутненный страхом взгляд и свою слабость, доставившие ему новые секунды блаженства.       Когда Дазай подошел к девушке почти вплотную, ее прищуренные глаза смотрели только на него, а мысли явно переметнулись от мертвых лиц к его непонятным намерениям. Он опустил телефон себе в карман, и начал расцеплять ее крепкую хватку. Закончив с этим, он положил обе ее руки себе на ладонь, и свободным рукавом протер то место, за которое она держалась.       — Постарайся больше ничего не касаться, — прозвучало чуть тише и мягче, чем его первая реплика в этом жутком местечке. Виной тому стало его замешательство. Он продумал все до этого момента: Осаму все еще держал ее ладони, не зная, что делать дальше. В его первоначальный план не входил физический контакт, на который она ответила легким сжатием его руки. Когда чужие пальцы скользнули по бинту, брюнет едва удержался от того, чтобы не отбросить их. Но вместо этого он пересилил себя и осторожно развернул девушку спиной, толкая ее в темную нишу между дверями. — Не отключайся и дай мне пять минут.

_______________________________________________

¹ Жёлто-зелёная куфия, или хабу (лат. Protobothrops flavoviridis) — вид ядовитых змей семейства гадюковых. Достаточно агрессивная змея. Вид обитает на островах Окинава и Амами.