Во весь голос

Любит? не любит? Я руки ломаю и пальцы разбрасываю разломавши так рвут загадав и пускают по маю венчики встречных ромашек Пускай седины обнаруживает стрижка и бритье Пусть серебро годов вызванивает уймою надеюсь верую вовеки не придет ко мне позорное благоразумие

***

В этом году зима особенная. Белые хлопья кружевным одеялом ложатся на землю, по-отцовски ее укрывая. Ветер громко свистит за окнами, эхом отдаваясь в ушах. Мне кажется, что время останавливается. Всего на секунду, будто кто-то собирается спешно зарисовать удивительный пейзаж масляными красками на старом холсте. Запомнить этот момент. Сохранить. На память. Я отвожу глаза в сторону, замечая взгляд Лили. Она смущенно улыбается, цепляя короткими ногтями подол длинной шерстяной юбки, подаренной Осипом, попутно участвуя в очередной бессмысленной дискуссии. Такая красивая. Гладкие, струящиеся, волосы, фарфоровая кожа, румянцем залита, маленький курносый носик с родинкой на самом кончике, тонкие вельветовые губы, созданные для поцелуев. Мне нравится играть с ней, прятать чувства за пазухой, обнимать со спины, вдыхая родной запах спелых груш, наполняющий лёгкие. Брать за руку, соединяя наши пальцы. И целовать — аккуратно, томно, глубоко, страстно, желанно, двусмысленно. По-разному. Проводить языком по губам, прикусывая то одну, то другую, сладко углублять поцелуй, подсчитывая короткие вдохи, нравится, понимаете? Укладывать на кровать и смотреть. Наблюдать за бисеринками пота, что проступают на шее, за сокращающимися мышцами, хлопающими ресницами, вздымающейся в такт толчкам грудью. Может, я рехнулся и небылицу выдумал? Л ю б о в ь ваша — не любовь вовсе. Чушь какая-то! Лиля все чаще из дома уходит, от объятий убегает, нелепо отшучиваясь, в моменты близости в клубок сворачивается, складываясь пополам, как лесной зверёк под прицелом умелого охотника. Подойди ближе, прикоснись — заскулит ведь. Ее бы на том холсте нарисовать, в самом центре, а рисунок у сердца держать, где никто не найдёт. Но руки ледяные не слушаются. Окоченели, видимо.

***

Завтра забудешь, что тебя короновал, что душу цветущую любовью выжег, и суетных дней взметенный карнавал растреплет страницы моих книжек… Слов моих сухие листья ли заставят остановиться, жадно дыша? Дай хоть последней нежностью выстелить твой уходящий шаг.