День для парней

Маринетт кормила Кота Нуара и иногда сама брала что-то со стола. Сейчас была ее очередь, и она ела особенно вкусное печенье в тот момент, когда ее телефон внезапно запищал с оповещением о смс. Не теряя ни секунды, Маринетт взяла телефон и открыла смску от Аликс. — Боже! — закричала она, поспешно отводя глаза. — Это отвратительно! И мерзко! — затем она, внезапно потеряв аппетит, уронила свою печеньку на диван. — Я больше никогда не буду смотреть на ноги так, как раньше! — заявила она, вздрогнув, будто ее сейчас вырвет. Кот Нуар недоуменно захлопал своими красивыми, большими зелеными глазами. — Что такое? — с беспокойством спросил он. — В чем дело? Затем он потянулся к ее телефону, чтобы посмотреть самому, но Маринетт быстро отдернула руку. — Нет, не надо! — сказала она. — Поверь мне, Котенок, ты действительно не захочешь это увидеть. Ты больше никогда не захочешь есть. А жаль, потому что там было еще так много чудесных пирожков, бутербродов и пирогов. Маринетт оплакивала потерю аппетита, но мысли о ногах Кима все еще занимали ее голову. — Тебе повезло, что ты не дружишь ни с кем из моих друзей, — сообщила она Коту, который все еще выглядел обеспокоенным, — моя подруга, Аликс, только что прислала ужасную фотографию ног другого друга. Кот побледнел от этих слов. — Думаю, ты права, Принцесса, — сказал он. — я не хочу этого видеть. Можно мне еще один сэндвич? По крайней мере, кто-то все еще был голоден. Маринетт радостно взяла еще один сэндвич и поднесла его к губам Кота, а ее телефон снова зазвонил. На этот раз звонила Алья, и Маринетт, не теряя времени, ответила. — Алья! — весело воскликнула она. — Привет! — Ты видела ту мерзкую фотографию, которую только что прислала Аликс? — спросила Алья, не поздоровавшись в ответ. — Что, черт возьми, происходит в голове у этой девушки? — Что если ей придется страдать, то и нам всем тоже? — предположила Маринетт. — Она выбрала самое неподходящее время. Я обедала! — Оу! — простонала Алья, — мои соболезнования, девочка. — А как у тебя дела с Нино? — поинтересовалась Маринетт. — Он уже протащил тебя по всем музыкальным магазинам Парижа и… ой! — пискнула она. Кот уже проглотил весь сэндвич, и его мягкие губы только что коснулись кончиков ее пальцев. Она почувствовала, как ее щеки вспыхнули от его прикосновения, и нахмурилась. Кот поднял глаза с обманчиво сладкой невинной улыбкой и произнес одними губами. — Можно мне еще сэндвич? — Маринетт? — обеспокоенно произнесла Алья. — С тобой все в порядке? Ты ведь не споткнулась обо что-нибудь снова, правда? Как же верили в нее ее друзья! — Нет, нет, — быстро замотала головой Маринетт, — я в порядке, я просто… ой! — предложение оборвалось очередным ее писком, когда на этот раз Кот Нуар намеренно облизал ее пальцы, чтобы съесть крошки на них. — Кот! — яростно прошипела она. — Не сейчас! Я говорю по телефону! — Подожди! — взволнованно сказала Алья. — А Кот Нуар сейчас с тобой?! — Д-д-да! — Маринетт запнулась, почувствовав, как губы Кота снова коснулись ее пальцев. — Он был со мной весь «День Принцессы». Было бы справедливо, если бы я отплатила ему тем же. — Господи! — воскликнула Алья. — Могу я приехать и взять у него интервью?! Я хотела спросить его нескольких о последних аку… — Нет! — крикнул Нино. — Что?! — яростно сказала Алья. — Да ладно тебе, Нино, мы уже обошли десять магазинов, и я приготовила тебе обед! Позволь мне взять интервью у Кота Нуара, мы могли бы… — Нет, — прервал ее Нино, — мой день, мои правила, и сегодня не будет никаких Леди Баг и Котов Нуаров. — Но мой священный долг — дать публике знать все и вся о наших супергероях! Маринетт прикусила губу, чтобы не издать еще один испуганный писк, когда почувствовала, как Кот Нуар втянул один из ее пальцев в рот, чтобы съесть крошки, которые, как ему казалось, все еще оставались на ее пальцах. — Ну, сегодня твой священный долг — делать все, что я тебе скажу, — возразил Нино, — и то, что я тебе скажу, это повесить трубку и проверить этот диск. — Это так несправедливо! — огрызнулась Алия. — Я не успела покомандовать тобой в «День Принцессы»! Маринетт была почти уверена, что ее голова сейчас взорвется, когда она почувствовала, что Кот стал облизывать ее второй палец. — Прекрати! — прошипела она. Кот только невинно моргнул, глядя на нее… …но ничего не предпринял, и она была почти уверена, что у нее сейчас случится сердечный приступ. — Не моя вина, что ты не единственный ребенок, детка, — Маринетт была уверена, что Нино в этот момент пожимает плечами, — Если бы у меня тоже были маленькие братья и сестры, я уверен, что нам пришлось бы нянчиться с ними, но у меня их нет, поэтому мы исследуем музыкальные магазины Парижа. — А не лучше ли пойти к Маринетт? — Алья изменила тактику и использовала свой самый убедительный голос. — Там полно пирожков и сэндвичей, и ты можешь есть их сколько душе угодно. Теперь Кот облизывал три пальца, и Маринетт не могла больше сдерживаться. — Алья, просто позволь Нино делать то, что он хочет, я уверена, что будут другие возможности поговорить с Котом, — быстро выпалила она, — теперь мне нужно идти, Кот Нуар с нетерпением ждет своего обеда. Пока! Затем она быстро сбросила звонок, прежде чем Алья успела запротестовать, и выронила телефон, прежде чем вынула пальцы изо рта Кота Нуара. — Я не могу поверить! — она зашипела, вытирая пальцы об свою рубашку. — Ничто не мешало тебе сесть и взять свою еду, если ты действительно был так нетерпелив! — Но Принцесса! — заскулил Кот Нуар. — Это не так весело, как когда это делаешь ты. Искренность этих слов еще больше смутила ее, когда сердце затрепетало, а желудок перевернулся, но Маринетт твердо решила не отступать. — Я разговаривала по телефону с Альей! — строго произнесла она. — Ты мог бы подождать пять минут. — Нет, — тихо сказал Кот, — не мог. Потеряв дар речи и чувствуя, как ее сердце трепещет, щеки краснеют, а пульс с бешеной скоростью учащается, и совершенно сбитая с толку своими смущенными и сердитыми, польщенными и возбужденными чувствами, Маринетт просто взяла еще один сэндвич и сунула его в рот Коту Нуару.

***

Жан-Поль любил пейнтбол. Он всегда играл с отцом каждые выходные с тех пор, как ему исполнялось пять, и это стало для них обычным делом. Жан-Поль увлекался пейнтболом и знал тактику, чтобы победить. В конце концов, он был двенадцатилетним чемпионом, и он определенно собирался стать чемпионом и этого турнира. Его друзья и одноклассники тоже были здесь, и сегодня пока что было очень весело. А потом вдруг его товарищи по команде исчезли, и он остался один. Он услышал, как Джером, его правая рука на сегодня, закричал, и побежал к нему на помощь, когда внезапно его окружили друзья и одноклассники — даже товарищи по команде! — и все они неоднократно стреляли в него. — Боже, — услышал он насмешливую усмешку самого популярного мальчика, — Ты настоящий лузер! Видел бы ты свое лицо! Остальные его так называемые друзья жестоко рассмеялись. Преданный, обиженный и униженный Жан-Поль протиснулся мимо них и побежал к выходу из парка. К своему бесконечному разочарованию, он почувствовал, как слезы подступают к уголкам его глаз, словно он был ребенком. Он издал сдавленный всхлип. И в этот момент он услышал голос. — Преданный и униженный твоими так называемыми друзьями, — протянул ему в ухо темный, зловещий, но бархатистый убедительный голос, — я могу это понять. Ты заслуживаешь, чтобы сделать им больно в ответ. Ты должен показать им, кто истинный победитель этой игры. — Да, — пробормотал Жан-Поль, соглашаясь, — должен. — Позволь мне помочь тебе, — настойчиво прошептал голос, — я могу дать тебе возможность унизить их всех так же, как они унизили тебя, но взамен я хочу, чтобы ты принес мне несколько моих собственных трофеев. Жан-Поль вдруг увидел пару ярких красных сережек с черными пятнами на них и черное кольцо с неоново-зеленой лапой в своем воображении. Это был самый жуткий опыт в его жизни. — Мы договорились? — Да! — отчаянно прошипел Жан-Поль. — Мы заключаем сделку. — Тогда ступай и оставь свой след в этом мире и принеси то, что принадлежит мне, — приказал голос, — Боевая Раскраска. А потом все, что знал Жан-Поль, исчезло в клубах темно-фиолетового дыма.

***

Маринетт и Кот сделали перерыв в еде, прежде чем у них успел заболеть живот, и вернулись к просмотру телевизора. Не то чтобы Маринетт действительно сосредоточилась на том, что показывают по телевизору, потому что все, о чем она могла думать, это о тепле у себя на коленях, о голове Кота Нуара, о его прекрасных шелковистых волосах и о покалывании на коленях каждый раз, когда Кот Нуар делал вдох. Это невероятно отвлекало. — Мы прерываем нашу программу… — раздался механический голос из телевизора, когда повторный показ… чего-либо, что они там смотрели, прервался. — На срочные новости! А затем экран внезапно переключился на Надью Шамак, которая тасовала свои бумаги, как и все другие журналисты по неизвестной причине. — Акуманизированный, называющий себя Боевой Раскраской, сегодня атаковал местный парк, — торжественно сказала она и тут же села, а Кот и Маринетт вскочили на ноги. — Причина акуманизации неизвестна, но говорят, что он вооружен и опасен. Полиция посоветовала всем избегать парка до дальнейшего уведомления. Между тем… — Я должен идти, — извиняющимся тоном произнес Кот, беря в руки свой шест. — я понадоблюсь Миледи. — Я знаю, — понимающе сказала Маринетт, — но ты ведь вернешься, правда? — с беспокойством в голосе спросила она. Она не хотела, чтобы ее день заканчивался на такой ноте. Она еще не была готова расстаться со своим напарником и лучшим другом. — Я имею в виду, после битвы с акумой, — поспешно добавила она, — чтобы отпраздновать твою победу. — она махнула рукой на всю еду, которую им еще только предстояло съесть. -Мне понадобится помощь со всем этим. — Конечно, — усмехнулся Кот, — я был бы в мяусторге вернуться и провести остаток дня с тобой. Маринетт закатила глаза. — О, иди и спаси этот день, — отмахнулась она, легонько похлопав его по плечу. Он схватил ее за руку и с намеренной медлительностью, от которой у Маринетт перехватило дыхание, а сердце на мгновение замерло, поднес ее руку к губам. Они едва коснулись ее кожи. — Я спасу этот день, — мягко и искренне пообещал он, — а потом вернусь к тебе. И с этими словами он выпрыгнул из окна, вовремя вытянув свой шест, чтобы взмыть на крышу напротив дома Маринетт. Она не смогла сдержать мечтательного вздоха, сорвавшегося с ее губ, когда посмотрела ему вслед. (И она совершенно точно не восхищалась тем, как костюм обтягивал его задницу! Нет. Не-а…) — Маринетт? Акума? — напомнила ей Тикки. — Ах да! Маринетт подпрыгнула, вспомнив, что она Леди Баг, и ей нужно действовать. Она смущенно рассмеялась под мягким упрекающим взглядом Тикки. — Тикки, — сказала она с застенчивой улыбкой на лице, — Преобрази меня! И с этими словами Леди Баг выпрыгнула из окна квартиры Дюпена-Чен и помчалась за Котом Нуаром, чтобы спасти этот день.