fortune

— Эй, — донеслось откуда-то сверху, и неизвестный несильно задел носком ботинка колено Бэкхёна, от чего тот свернулся в клубочек и проскулил. — О, так ты всё-таки живой. Бэкхён старался дышать ровно, но получалось плохо из-за неудобной позы. Голова раскалывалась, левую руку он не чувствовал совсем, так как лежал именно на ней, а особенно больно было бедро, под которым очевидно находился острый камень. Парень медленно улыбнулся, не торопясь открывать глаза. Боль — это хорошо. Больно — значит живой. Потрясающая новость, а остальное неважно.  — Ты долго ещё собираешься здесь валяться? — Видимо, Бэк кому-то очень мешал — голос был с нотками недовольства, но при этом очень нежным и приятным, в меру низким, но не грубым, совсем. — Я вообще-то к тебе обращаюсь! Не умеешь — не садись на коня, а если бы я не успел? Кто-то приблизился, Бэк напрягся. Его лицо повертели за подбородок, провели широкой и горячей ладонью по спине и, придерживая за поясницу, перевернули на спину. Солнечный свет не давал открыть глаза, они слезились, пушистые ресницы отчаянно трепетали, но ничего не выходило. Чьи-то руки продолжали осматривать тело, невесомо затронули шею и ключицы, надавили на грудь, ощупали бока. Бэкхён уже было хотел возмутиться, но только плотнее сжал зубы и выдохнул, когда человек напротив задел ноющее бедро. Что за садизм? — Открывай глаза, спящая красавица, — и над лицом неожиданно появилась тень. Бэкхён воспользовался возможностью, прищурился, поморгал пару раз и встретился с глазами цвета топлёного шоколада напротив. Рядом оказался мужчина, скорее всего чуть старше Бэкхёна. Широкий лоб, прядки тёмных волос свисающие на него, сонный взгляд, красивый нос с горбинкой, пухлые и твёрдые на вид губы, скулы… А потом человек отклонился и Бэка ослепило. — Если не считать ушибов, то даже будто и не падал. Жаль животное, — Бэкхёна прошибло дрожью. Он попытался повернуть голову, но мужчина обеими ладонями схватил Бёна за щёки и развернул обратно, неодобрительно покачал головой. — Не смотри. Не нужно. Лошади всю жизнь были рядом с Бэком. Он их воспитывал, кормил, обучал и выхаживал. И умирали они будто вместе с ним. Парень не мог смириться с различными болезнями или просто со старостью коня. Оставался поблизости, расчёсывал гриву и осознавал быстротечность жизни. Сейчас было больнее вдвойне — раз жеребец не шевелился и не подавал звуков, то надеяться уже не на что. Внушительный меч на поясе парня напротив так вообще убивал все шансы и, видимо, не только их. — Меня зовут Ким Чонин, — мужчина выпрямился, зачесал волосы пятернёй и протянул руку. Бэкхён сощурился и глянул наверх. — Если ты всё же собираешься вставать, то сейчас самое время. Бэк стушевался, но руку схватил крепко своими двумя. Вдохнул поглубже, как можно медленнее согнул ноги и поставил ступни на землю. Дальше его просто дёрнули вверх, зачем ждать-то, да? Встав почти ровно, руку он сжал ещё крепче и чуть навалился — насколько он запомнил — на Ким Чонина. Тот явно был против и пытался отодрать от себя Бэкхёна. — Отцепись, малявка, — тогда Бён закинул голову назад и понял, что совсем миниатюрный. — Ты разговаривать умеешь или только скулить? Неужели так больно? — Не видно, что ли? — пропыхтел Бэкхён и нахмурился ещё больше. — Ни капли сострадания. Как так можно… Чонин нервно растрепал Бэку волосы, и пока тот соображал — наклонился, подхватил мальчишку под коленями одной рукой, другую пристроил между лопаток и плавно оторвал от земли несопротивляющееся тело. — А нельзя было на спине понести? Я тебе что — принцесса? — после этих слов Бэкхёна подбросили, словно мешок с картошкой. Прикусив язык, Бён плотнее прижался и обхватил чужую шею холодными пальцами, чтобы не свалиться. Чонин поёжился. — Если что-то не нравится — могу отпустить, — сказанное в ответ беззлобно, но правдоподобно утихомирило парня, и он решил помолчать немного. Бэк ещё не заходил в здание, где теперь будет жить, — если его, конечно, не выгонят за сегодняшний инцидент — поэтому увлечённо глазел по сторонам. Особенно ему пригляделись рисунки и узоры на стенах, выполненные самыми различными цветами. Коридор был просторный, в вазах и горшках по обоим краям стояли цветы. Всего комнат парень насчитал больше десяти — ничего удивительного, прислуги же много. А вот как они попали в этот коридор, он не запомнил совсем. Слишком большой дом совсем не похож на его родной. Но к таким хоромам привыкнуть легко. Чонин приоткрыл тёмно-изумрудного цвета дверь и зашёл внутрь, опустил Бэка на кровать. Комната не была большой, но так как из мебели присутствовали только царских масштабов кровать и неприметный шкаф, то чувствовался простор. Окно открыто, ветер развевал потрёпанные синие занавески. Мужчина рылся в вещах, ставил что-то неаккуратно обратно, и оно звонко стукалось друг о друга. — Где мы? — Когда молчать надоело, Бэкхён решил напомнить, что он всё ещё здесь. — Ты здесь живёшь? — Нет, я ворвался в чужую комнату и ворую чужие вещи, — пробубнил Ким. — И тебя оставлю тут на съедение волкам. — Что ты несёшь, — новый знакомый попался явно не самый радушный, но выбирать не приходилось. — Раздевайся, — произнёс Чонин громче, подошёл к наиболее освещаемому месту и открыл баночку, покрутил в руках, понюхал и кивнул. — Что? — Бэкхён вскрикнул и уставился на Кима. — Ты собрался меня изнасиловать? — Да кому нужна твоя девственная пятая точка? — Чонин усмехнулся и подошёл ближе к парню, невозмутимо смотря сверху вниз. У него и в мыслях не было такого. — А вот если раны не обработать, особенно ту, что на бедре, то она никому и не понадобится вовсе. — Может просто штанину закатать? — Наивно предположил Бэк, хотя сам понимал — и мазать будет неудобно, и как только опустишь её, то всё средство окажется на ней же. — Сними эти чёртовы штаны, или я сделаю это сам. — Чонин недоумевал. Почему этот парень отказывается от его помощи? Неужели стесняется, словно ребёнок. Бэкхёну оставалось только вздохнуть и послушаться. Чонин великодушно донёс его с поля сюда и хочет обработать раны, а еще, кажется, спас ему жизнь… Бэк только сейчас понял, что мог ведь и не сидеть сейчас здесь своей «девственной пятой точкой». Он улыбнулся и покосился в сторону парня с хорошим чувством юмора. Чонин сидел к нему в профиль, а иногда совсем отворачивался к двери — не хотел смущать, раз Бёну это так важно. Бэк улыбнулся ещё шире и решил для себя, что Ким Чонин добрый и сильный парень, и он хочет стать таким же. Но когда ёрзал и стягивал штаны, щёки всё равно предательски покраснели. Чонин решил, что уже можно повернуться, и тогда у парня на кровати покрылись румянцем даже уши. Он пытался хоть немного сжаться и прикрыться, а Чонин просто подошёл и сел рядом. — У тебя красивое тело — не нужно его стесняться, — он улыбнулся и наклонил голову вбок, чтобы смотреть глаза в глаза. У Бэка стало тепло где-то внутри. Ему никто такого не говорил. — Немного пощиплет. Потерпи. Ким вновь открыл баночку причудливой формы и взял прозрачный гель на пальцы, поднёс к ране под тазобедренной косточкой и медленно прижал, помассировал и снова прижал. Бэкхён сжал простынь одной рукой и зажмурился. Рану пощипывало ровно до того момента, пока чужая рука не сползла на внутреннюю сторону бедра. Бэк задержал дыхание и медленно приоткрыл глаза. Чонин бесшумно сполз на пол, дул на ранку, смешно складывая губы трубочкой, и одновременно поглаживал нежную кожу пальцами. Он неожиданно поднял на Бэкхёна глаза, и Бён рвано выдохнул, столкнувшись с ним взглядами. Ким всё ещё бегал пальцами от подколенной ямки вверх, а обратно возвращался, царапая короткими ногтями. Потом Бёна, как котёнка схватили и подтянули полностью на кровать и накинули простыню, накрывая с головой. — Отдыхай. Можешь поспать, — Бэк не стал сопротивляться и счёл это предложение, как никогда уместным, положил руку под голову и прикрыл глаза. — Спасибо, — перед тем как окончательно заснуть, сорвалось с губ парня. — Приятно познакомиться. Меня зовут Бён Бэкхён и я помогу вам освоить этих прекрасных животных, — Бэк немного переживал. Ладно, не немного. Мало того, что ученики оказались выше него ростом, так ещё и утром… Сегодня Бён проснулся от того, что на него сзади привалилось что-то довольно тяжёлое, громко дышащее и сопящее теперь ему в ухо, а после и вовсе закинувшее свою большущую лапищу. Бэк барахтался пару минут, чтобы аккуратно вылезти из-под чужих конечностей, и не разбудить спящего с ним… Ким Чонина? И правда, а на что он надеялся — кровать-то в комнате одна. Но всё же Чонин мог поспать и в одежде. Безумно неловко. Спящим мужчина выглядел, как сам дьявол, будто даже во сне контролирует происходящие вокруг него действия в радиусе пары метров. Именно об этом думал Бён, ища хоть какую-нибудь одежду в чужом шкафчике. Так делать нельзя, но свои штаны он, к сожалению, не видел поблизости, а выйти отсюда надо хоть в чём-то. Штанины, как и рукава, пришлось сильно закатать, старший носил явно не его размер. — Сбегаешь? — донеслось со стороны, когда Бэкхён с чистой совестью хотел покинуть это место. — Ну и катись отсюда, — парень принял это за вполне себе разрешение, а Ким отвернулся к стене и вернулся к просмотру снов. После многочисленных коридоров отчаявшийся выбраться отсюда Бэк вышел на конюшенный двор, где его уже ожидали два парня, рассматривая лошадей в загонах.  — Меня зовут Пак Чанёль, а это мой брат — Пак Сехун, — представил принцев широкоплечий шатен. — Я знаю, ваше высочество. — Нет-нет, — его перебил другой парень, более худощавый и с необычными чертами лица. — Отец всегда говорит, что учителя должны называть нас по имени. Это честно и справедливо иначе мы «от рук отобьёмся и перестанем слушаться», — процитировал короля Сехун. — Хорошо, — Бэк хихикнул над артистичностью мальчика, но взял себя в руки. — Тогда начнём. Вам выделены два коня: Со и Су. Давайте заберём их и отправимся на поле. На удивление Бёна парни прекрасно знали, какие лошади им выделены и Чанёль без труда вывел свою на улицу, а вот у Сехуна не получалось договориться с конём. — Красавец, эй, ну, чего ты, — повторял он. — Пойдём гулять. — Сехун, а с чего ты решил, что это — мальчик? — Бэкхён говорил тихо и по-доброму улыбался. Сехун в немом шоке обернулся к мужчине. — Су — самая настоящая девочка и красавица. Не смотри на меня так. В чём проблема? Она же тебе уже приглянулась? Просто немного поменяй тактику, и всё получится. Се стушевался и шепнул что-то на ушко лошади, та зафырчала и стала более податливой. Животные всё понимают и чувствуют, зря люди пренебрегают таким важным качеством домашних питомцев. — Мой прелестный, — улюлюкал Бэкхён, когда рассматривал картезианца серой масти. Сехун и Чанёль уже вышли с лошадьми на свежий воздух, а он пришёл к Уку. — Неужели моё чудо снова со мной? Поработаем, малыш? Погода прекрасная, солнышко светит и птички поют. Бэк погладил коня по напряжённому боку и начал постепенно объяснять правила работы с лошадью юношам, что делать можно и нужно, а что строго запрещено. Далее рассказал про снаряжение лошади и уход за ней. Мальчики задавали вопросы, поглаживали коней, которые переступали с ноги на ногу и стучали копытами от нетерпения, а после поняли, что сегодня на них кататься не будут и принялись жевать высокую траву. Чонин появился через пару часов, как чёрт из табакерки, чем изрядно удивил. Шёл лёгкой походкой, с прямой спиной и чуть вскинутым вверх подбородком. Смотрел на небо, но с курса не сбивался даже так. — Хватит бездельничать. На сегодня они мои, — у Бэкхёна аж челюсть отвисла. Что значит бездельничать? Чонин же развернулся, а мальчики попрощались и проследовали за ним. — Это учитель Ким, — шепнул в последний момент Сехун. — Преподаёт боевые искусства и присматривает за нами. Скорее всего, перед тем как подойти, он смотрел издалека, чем мы занимаемся и ему не понравилось. Привыкай! Да уж. Вот это тип. Это он так обиделся за вчера, сегодняшнее утро или одежду, что Бэкхён забрал без спроса? Слишком много вариантов — надо подумать, но теперь именно он ведёт себя, как ребёнок. Бён возвращался из купальни и заметил мальчиков через открытое окошечко с большими и тяжёлыми на вид мечами в руках. Правда, они не занимались, а отдыхали, сидели тихо, перешёптывались. Если занятие началось после обеда, а сейчас уже закат, то это очень долго. Можно было заметить капельки пота на их лице, а одежда была насквозь сырой. — Бэкхён? То есть учитель Бён, добрый вечер, куда идёте? — Спалили… — Ещё одно слово, произнесённое громче, чем я дышу, и ты, Пак Сехун, не выйдешь отсюда до утра, — раздался властный голос. Бэкхён недоумённо прищурился и разглядел в тени зала Чонина, перехватывающего меч из руки в руку. По коже прошлись мурашки. Такую его серьёзную и непоколебимую сторону Бёну ещё не удавалось видеть за эти пару дней, но даже так хотелось уважать мужчину. Он не сказал ничего неправильного и, чтобы не мешать, Бэк продолжил путь в свою комнату, которая ему понравилась с первого взгляда. Неуютная, намного меньше, чем у Кима, но она была теперь его и это воодушевляло. Бэкхён уже собирался лечь спать, когда в дверь настойчиво постучали. Хмурый Чонин сказал, что это важно и нужно идти, не ответил ни на один вопрос Бёна, а в итоге признался, что сам не в курсе. Сонный Бэк думал о чём угодно, но никак не ожидал оказаться в покоях Чхвэ Сонёля именно сейчас, а после следующей фразы окончательно потерял связь с реальностью. — Вам нужно будет проделать совместную работу.