Вернись ко мне. Жизнь после разлуки

Ночью принцы несколько раз пнули девушку в бок, отчего она каждый раз просыпалась. Утром же оба они снова оказались сладко спящими на отце. Эллериан спала достаточно крепко. Она не услышала, как в комнату вошла няня, которая подошла к ним. В руках у неё был поднос. Поставив его, как обычно, она присела рядом с кроватью и поочерёдно погладила принцев по головам. Потом вздохнула. Как-то неуютно было теперь. Трандуил проснулся, и с трудом посмотрел на неё. Мелетрот улыбнулась, как бы приветствуя. Он не сумел улыбнуться в ответ, но кивнул ей. Она налила воды в стакан и осторожно помогла Трандуилу сесть. — Мы сегодня идём в лес, — бесцветно сказал он. — Мне сопровождать вас? — Да, конечно. Дети могут устать раньше. — Едва ли они захотят Вас оставить, — покачала головой Мелетрот. — И все же… В любом случае, ты должна быть с ними. — Конечно, — она улыбнулась. — Мне их разбудить? — Не нужно, пусть спят, пока спится. Помоги мне, пока что. Она взяла в руки ложку. Всё было очень привычно, всё… Почти всё. Эллериан слышала их разговор сквозь сон, но просыпаться не хотелось. Она столько времени была поодаль от семьи, но сейчас все были рядом. Она открыла глаза, только когда Мелетрот помогла королю позавтракать. Она медленно открыла глаза и осмотрелась. Служанка мягко гладила волосы короля, на самом деле, только с этим вместе в первые дни его и удавалось кормить. — Доброе утро, госпожа. — Доброе, Мелетрот, — она улыбнулась и посмотрела на детей. — Ты уже проснулся, — она села и поцеловала мужа в щеку. — Мелетрот, можешь принести завтрак в покои? — Вот же он, — она кивнула на поднос. — И для принцев — вон там, на столике, — низенький резной стол действительно стоял в комнате, с тех пор, как дети стали в ней жить. — Хорошо, спасибо, — Эллериан встала с постели и, накинув шелковый халат, подошла к столику. — Госпожа, раз Вы здесь, — Мелетрот осторожно подошла к ней и понизила голос, хотя и сама не понимала, кого этот вопрос мог бы смутить. — Вы бы предпочли сами отводить Его Величество в купальни? — Странный вопрос… — она посмотрела на неё и так же тихо ответила. — Сопровожу и, возможно, сама проведу время с супругом в горячей воде. — Обычно это делал Ваш сын, а ему сейчас редко выпадает шанс быть рядом. — Я понимаю, но я вернулась, и буду проводить время с мужем, — она взяла бокал и налила в него вино. — Как пожелаете, — Мелетрот отошла от неё, чтобы разбудить и, наконец, накормить принцев. Но те, в первую очередь, потребовали объятий, и, конечно, получили их. — Одень их теплее… Эллериан с бокалом вместе села на кровать. — Доброе утро, Битей, доброе утро, Авадон, — она улыбнулась им и сделала глоток вина. — Доброе утро, — неуверенно ответил Битей. Она улыбнулась и посмотрела на мужа. — И все-таки они замечательные, несмотря на нестандартные способы познания мира. — Разумеется. — Как ты себя чувствуешь? -она посмотрела на него. — Так же, как вчера. Ты уже сказала Ферену? — что ж, во всяком случае, теперь вопрос слышался. — Нет, но я уверена, что он свободен и поможет нам. Никаких изменений, совсем? — Мы поймём за день, так быстро не выйдет. — Хорошо… Я задам тебе этот же вопрос, но вечером. — До вечера ещё долго. — Долго, но я подожду и возможно спрошу ещё днём. — Хорошо. Ты тоже оденься теплее… — Хорошо, — она улыбнулась.

***

Где-то через час, укутанный в тёплую мантию Трандуил покоился на руках Ферена. Страхи его сбылись, и едва покинув дворец, бывший король потерял сознание, а может и просто уснул. Принцы тоже оказались идти, а потому повисли на Мелетрот, попутно отобрав у неё вещи. Эллериан уже начала жалеть, что вчера надавила на короля и заставила его пойти с ней. Но к концу пути он все же успел проснуться, о чем Ферен оповестил всех весьма радостным: — Ваше Величество, Вы не прекрасная девица, чтобы это показалось приятным. — А ты, Ферен, далеко не такой бессмертный, чтобы мне это говорить… — отозвался Трандуил, и пусть голос его звучал вялым, все-таки, сердитости в нем не было. Выпустившая принцев няня расстелила покрывало под одним из бессчетных деревьев, куда короля сразу же и опустили. Эллериан присела рядом с королём. — Ты хорошо себя чувствуешь? — в ее глазах читалась вина и беспокойство. — Не хуже, чем обычно, — рассеянно ответил он, устремив взгляд вверх, к верхушкам деревьев. — Точно? — Точно. Если бы мне стало хуже, я не смог бы тебе ответить. — Хорошо, — она улыбнулась и посмотрела на Мелетрот и детей. Те уже успели схватить по охапке листьев, чтобы в дальнейшем подбросить их повыше. Авадон просто, чтобы посмотреть, а Битей, чтобы проверить, как много сможет поймать обратно. Эллериан улыбнулась и подошла к Ферену. — Как продвигается с поиском тех стражей? — тихо спросила она, чтобы только он слышал. — Самих их я не видел, но далеко из леса они не ушли. Боюсь, как бы не начали грабить проходящих мимо… Пока не понимаю, что они затевают. — Хорошо, спасибо. Дети веселились, и даже смеялись. В конечном итоге, с ними вместе засмеялась и няня, уже поймавшая пару листочков в свои пышные волосы. Трандуил лежал спокойно, кажется, с настоящим интересом следя за тем, как падают листья, и ожидая, пока упадёт следующий. Эллериан вернулась к мужу, наблюдая за ним. — Они летают, — тихо произнес он. Она улыбнулась. — Конечно. — Отчего мы не способны полететь на них? — Не понимаю… — Для чего тебе понимать? — Что значит «для чего»? — она взяла один из уже пожелтевших листьев, и он позеленел… — Представь себе вечную весну… Как бы, должно быть, устали деревья… — Устали бы… но именно поэтому приходит осень, помогая деревьям сбросить уже ненужный груз и отдохнуть…чтобы следующей весной стать ещё могучее и прекраснее. — Я хотел бы быть здесь в эту зиму… — Мы будем приходить сюда, когда ты того пожелаешь. — Не уверен, что это будет мне на пользу. — Почему? — Зимой холодно, — пояснил он, все так же глядя ввысь. Нет, пожалуй, вовсе не это пугало его в лесу, но он и сам не сумел бы объяснить, в чем тут дело. — Холодно, но все равно прекрасно… оденемся теплее и сможем гулять. — Может быть… — едва слышно подтвердил он. Она улыбнулась. — Мелетрот, накроешь? Но служанка не сразу поняла, что её зовут, и оказалась рядом лишь спустя минуту. Раскрасневшаяся и весёлая, она взялась искать оставленные вещи, потом — второе покрывало. Наконец, все было сделано. — Спасибо, — Эллериан немного погрустнела, что на месте служанки была не она… не она играла так со своими детьми. — Может, соберёшь листьев? — обратился к ней Трандуил. — Они очень красивы… — М? Хорошо, — она встала. — Попробуем вместе? — Я возьму те, что упали рядом, — но, судя по всему, ему совсем не хотелось двигаться. — Пожалуйста, — она посмотрела на него, протягивая ему руки. — Чего ты хочешь, Эллериан? — Хочу попробовать пойти с тобой. — Я не могу пойти. — Можешь… хотя бы попробуй. — Отстань от папы, — видно не выдержав, потребовал Авадон. — Как грубо… — Эллериан повернулась к сыну. — Невежливо так общаться со взрослыми. — Невежливо дёргать больных, когда даже дети видят, что им плохо. — А как твой папа поправится, если не хочет даже попробовать что-то для своего выздоровления? — Я думал, мы пришли для этого в лес. Моя болезнь не сродни твоей, моё тело смогло бы ходить… Но мне от этого не стало бы легче. — Хорошо… больше я не буду пытаться… я опускаю руки, — она грустно ушла одна собирать листья. Трандуил вздохнул и закрыл глаза. — То, что она зовётся мамой, не даёт ей права тебя мучить, — заявил Авадон, подойдя к нему. — Она хочет вовсе не этого… Не злись на неё. — Она все время ругается, как будто кто-то должен её слушаться. — Она все ещё королева, мой маленький. — Ну и пусть королева, это ещё ничего не значит, — он опустил голову отцу на грудь. — Почему Леголас не пошёл с нами? — Леголас… — обо всем позабыв, Трандуил схватился за эту мысль. — В самом деле, почему же?.. — Он заботится о нашей стране, — осторожно напомнила Мелетрот. — Он никак не мог быть с нами. Эллериан слышала их разговор, но встревать не стала. Она собрала листья и вскоре вернулась. Теперь она не казалась весёлой, она была грустной. — Я не королева, Трандуил… уже нет… — она посмотрела на него, положив с ним рядом букет из листьев. — Хотя для тебя я только бывшая королева не более, судя по всему. Ты должен слушать меня только потому, что я была королевой? — она так же смотрела на короля. — Что бы я ни делала, меня все время обвиняют то дети, то ты, то сын, то служанка, которая к тебе ближе, чем я. Я стараюсь хоть как-то тебе помочь, взбодрить, но нет. Все не так, — она встала и отошла к дереву, встав ко всем спиной. — Я не могу бороться одна… — Но ты вовсе не одна. Я ни в чем тебя не обвинял. Я объяснял не то, почему я к тебе прислушиваюсь, а то, почему ты так разговариваешь, и объяснял это не тебе, а нашему сыну, — спокойно произнес Трандуил. — Ты сказал ему то, что слушаешь меня из-за того что я королева… не жена, а просто королева… и я одна… я устала слушать ото всех, что я все делаю не так. — Жена это не тот, кого слушаются, а тот, к кому прислушиваются. Речь вообще не шла про меня лично… — Спросили тебя, и ты ответил… я хочу во дворец, — она развернулась к ним. — Гуляйте… Он вздохнул ещё раз, отвернувшись к дереву. — Госпожа… — Ферен все-таки попытался догнать её. Она посмотрела на него. — Что? Он смутился, потому что и сам не знал, что хотел сказать. — Вы ведь понимаете, что он не пытался обидеть?.. — Да, но я устала и хочу во дворец… — Я могу Вас проводить. После вернусь сюда. — Он сказал то, что хотел сказать… к сожалению, сейчас я чувствую от него холод… ужасный, лютый холод, и он поглощает меня… — она посмотрела на него. — Я дойду сама, спасибо. Будь с королём. — Это его состояние, а не отношение. Как прикажете, — Ферен сочувственно улыбнулся ей, и вернулся обратно.