Вернись ко мне. Жизнь после разлуки

Королева около двух часов наслаждалась горячей водой и влажным воздухом. Сейчас это было желанно и приносило удовольствие. Закончив водные процедуры, королева переоделась и направилась в покои к мужу. Дверь ей открыл Авадон, но с прохода уйти и не подумал. — Ты кто? — резко спросил он. — Ты ведь знаешь, кто я, Авадон, -она улыбнулась ему и присела, чтобы быть с ним примерно одного роста. — Женщина, — важно и звонко ответил он. — Женщина, ты прав… но не совсем… я твоя мама… пустишь меня к папе? — Пустит… — вздохнула подоспевшая няня, руки которой почему-то не хотел выпускать сонный король, и подхватила малыша на руки. — Только тихо… — А вот и нет, не мама… — обиженно пробурчал принц, прижимаясь к Мелетрот. — Мелетрот, он сам способен говорить, он ведь уже большой… — Эллериан улыбнулась. — Авадон, я твоя мама… но, к сожалению, мы мало виделись раньше, и ты меня позабыл. — Ушла, ушла, чтобы папу расстроить, — он гордо показал ей язык. — А он спит, и ему все равно. — Не слушайте, он голодный… Скоро ужин, — сообщила Мелетрот, сжав Авадона чуть крепче. — Ваше Величество, быть может… Ваша мать захочет сесть рядом? При слове «мать» Леголас, совершенно незаметный ранее, вздрогнул и почти испуганно воззрился на Эллериан, автоматически гладя брата. — Ему не все равно, солнце… я не специально ушла…я болела, болела так же, как и ваш отец сейчас…но я никому не сказала и никто не смог помочь…- Эллериан посмотрела на Леголаса. — Зачем ты ушла с Тауриэль? — так и не отведя взгляда, выдохнул король. — Она сказала, что предупредит тебя о моем… о нашем уходе… она говорила, что эта трава может помочь королю. — Но отец сказал лишь, что любил её запах и вкус. А ты могла погибнуть в руках опрометчивой бунтарки. — Она сказала, что была тогда не права… она простила меня, а я ее… она либо солгала, либо нет… я до сих пор сомневаюсь, -она посмотрела на него. — Я думала, что если принесу траву, то, возможно, Трандуил будет рад. — Она не простила бы попытки насильно заставить её покинуть дом. И судя по тому, что слышал я, считала тебя бедой всего королевства. Да и как же ты была больна, раз отправилась на другой край леса? — Долго объяснять… но одним словом, я была разбита… я боюсь однажды потерять его… мне просто страшно…я пыталась отдалиться, но лучше не стало никому. — Прежде, чем отдаляться, следовало подумать, была ли ты близко. — Ваше Величество, Вы его разбудите, — мягко, но бескомпромиссно осадила короля Мелетрот. И Леголас тут же ойкнул, получив в её поддержку особо сильный укус от Битея. — Может, выйдем и поговорим снаружи? — предложила Эллериан. Но, как оказалось, выйти король никак не мог, так как его отец, пусть и спящий, отпускать вовсе не собирался. — Тогда поговорим завтра, -она улыбнулась и села рядом с мужем, погладив его по волосам. Едва различимое облегчение коснулось его лба и немного облегчило дыхание. Она смотрела на него и улыбалась. Битей, дабы отведать уже отцовской руки, боязливо слез с брата. — Только не разбуди папу, -прошептала Эллериан сыну. Тот от удивления едва не сверзся с кровати, но лишь поспешнее добрался до прозрачной ладони и засунул один из пальцев себе в рот. — Папа не проснётся, ему так спокойнее, — важно сообщил Авадон, немного даже волнуясь, от того, что так далеко от центра событий. — Ну, смотри. Проснётся, сам будешь папу укладывать… Леголас, мы сегодня все устали, и если ты не против, то я тоже лягу. — У меня папа сразу уснёт. И плакать не будет, — пообещал Авадон. Правду сказать, слезы не давались Трандуилу так же, как и улыбки, но как иначе выразить, что справится лучше других, маленький вредный принц не знал. — Я запомню. Она погладила его по руке и после легла на постель. Принц негодующе фыркнул. — Я тебе не разрешал. И по комнате бегать нельзя… — Королева не знает, маленький… — погладила его Мелетрот и села рядом с кроватью, дабы принц мог спокойно залезть на неё, когда ему вздумается. Чем он тут же воспользовался, чтобы забраться не только на кровать, но ещё и положить голову на спину Битею. Трудно сказать, было ли это актом вредности или попыткой загородить… — Хорошо-хорошо. Я не буду тебя трогать без разрешения, — Эллериан улыбнулась. -Но и ты мне не отказывай. Не хочешь пойти ко мне на руки? Авадон, казалось, задохнулся от возмущения и прижался к брату крепче. — Видимо, нет, — она улыбалась. — Ну, вот как мне с тобой подружиться, если ты со мной даже общаться не хочешь? Почему ты боишься? Тебе ведь никто зла не желает. — Если ты хочешь со мной подружиться, это не значит, что я хочу. Я тебя не боюсь. — А ты этого не хочешь? Авадон уже открыл рот, чтобы ответить, но тут сбившееся, неровное дыхание отца отвлекло его, и малыш крепко сжал зубы. Эллериан посмотрела на мужа. Мучительная тревога искажала полупрозрачные черты, разрезая их во всех сторонах и направлениях. Эллериан нежно провела рукой по щеке мужа. — Вам нельзя спать больше, — сопровождаемая тревожным взглядом Леголаса, Мелетрот, мягко, но настойчиво сжала запястье Трандуила. Трандуил тяжело и неохотно вздохнул, едва приоткрытый глаз все же вполне красноречиво умолял о покое. — Почему, Мелетрот? -Эллериан посмотрела на неё. — Вам бы не понравилось смотреть кошмары всю ночь лишь из-за усталости и невозможности проснуться. К тому же, Его Величеству тоже надо поесть: сам он никогда не вспомнит… — Кошмары бывают не всегда… вы правы, ему надо поесть…а я уже без сил и поэтому поскорее засну. — Тише, папа… — король тут же обнял отца, кое-как пытаясь не задавить младших. — Желаете уйти или остаться? — Мелетрот уже поднялась, чтобы идти за подносом. — Голос… Правда ли это?.. — найти Эллериан взглядом ему так и не удалось. -Трандуил, -Эллериан мягко взяла его за руку.- Я здесь. — Но где?.. — он осекся, вдохнул, морща лоб. — Где ты была?.. — Много где была, но не думаю, что эта тема сейчас уместна… ты должен поесть, а потом мы ляжем спать и увидимся во сне, -она улыбнулась и поцеловала его в лоб. — Ты обещаешь прийти? — Обещаю, — она улыбнулась и посмотрела на него. Но он лишь снова тяжело сомкнул веки. Даже дождаться ужина было не так легко… — Я тоже останусь, папа… — почти неслышно прошептал король, сжимая его крепче. — Спасибо, мой хороший… — совсем беззвучно прошептал Трандуил. — Три тысячи лет… Я хотел, чтобы… Леголас только поцеловал его в щёку и закрыл глаза, не замечая даже Мелетрот, вернувшуюся с ужином. — Погасите свет… — пытаясь притянуть всех к себе — ощущалось это, правда, слабо, как летнее дуновение ветра, едва задевающее листву, — Трандуил вновь смотрел на одеяло, но от этого только тяжелела голова. Эллериан держала супруга за руку. Она боялась за него не меньше, чем остальные. — Да, Ваше Величество, — кивнула служанка, поставив поднос и возвратившись теперь светильникам. Леголас же снова взял на себя отцовский ужин… Пока лишь миску в свободную руку. И ставшее в темноте видимым свечение успокоило или просто заворожило Трандуила, не давая оторвать взгляд. — Ты совсем мягкий… — Как подушки или как вода? — растерянно прошептал он. — Как апрельская трава, — выдохнул король, поднося пиалу к его губам: в ложке сейчас явно было мало толку. Трандуил послушно открыл рот, чтобы впустить тепло, а не чтобы насытиться. Когда тепла совсем не осталось (или совсем немного раньше), он спросил: — Почему эта девочка не пришла с тобой?.. — О какой девочке идёт речь, Трандуил? -Эллериан смотрела на него. — Об очень маленькой… Она все снует и пищит… — Насколько же она маленькая, любовь моя? -она улыбнулась. — Крошечная… Не достанет и до груди… — правда, он так и не уточнил, о чьей груди речь, и едва ли помнил, что его собственная достаточно высоко располагалась, когда он ещё стоял. — Немногие достают и до твоих плеч, — она посмотрела на него и улыбнулась. — Ты же высокий…а девушка эта, скорее всего, дочь Мелетрот. — Она все равно очень маленькая… — не сдался Трандуил. — Ниже тебя, это точно. — Быть может, папа говорил о моей… А ведь в детстве меня считали слишком маленьким, а она!.. Майасейан не пришла, потому что… — он невольно запнулся, — Эллериан здесь. Она наслышана о том, как королева относится к служанкам, ведущим себя несообразно своему положению. — О чем ты, Леголас? — королева посмотрела на него. — О том, что… Неважно. Это было давно. Наверное… Ещё до твоего ухода. Но они не забыли… — Говори. — Не при отце. — Говори Оглушительный грохот перебил их обоих: Битей, видимо, решив проверить, весело ли кусать темноту, сверзся с кровати с жалобным писком, чем заставил Мелетрот метнуться к нему. Эллериан метнулась к нему же. — Бити! — Авадон, обескураженный больше всего тем, что из его объятий можно выпасть, уставился туда, где разлилось по полу светлое пятно. — Что с ним?.. Но в итоге малыш, конечно, оказался на руках у Леголаса, который был к месту происшествия ближе всего. Обеспокоенно ощупав уже совершенно успокоившегося брата, король выдохнул, попутно сгребая в охапку и Авадона. Эллериан испуганно смотрела на них. — Ты мог удариться, Битей! -в голосе девушки была тревога. Трандуил только растерянно протянул к ним руки, не успевая понимать. — Ты лучше спрашивай, что нельзя укусить… — серьёзно, видно, от смущения, вызванного беспокойством, посоветовал Авадон, снова пытаясь прижать Битея к себе. Тот же лишь довольно запищал и укусил Авадона, после чего получил в награду от Мелетрот, привыкшей к такому явно больше остальных, яблоко. Впрочем, без надежды на скорое его уничтожение. — Мягенькие… — Трандуил как-то дотянулся до голов маленьких принцев, и опустил на них ладони. Правда, гладить так и не смог, но постепенное сползание вниз по волосам вполне могло считаться за попытку. Эллериан накрыла его руку своей. А Леголас поступил чуть проще, посадив обоих на отца. — Нет, ты держи нас… — опасливо посоветовал Авадон, но, конечно, сам факт его не расстроил и он уже прижался к отцовской груди щекой. И старшему тоже пришлось улечься на отца. Хотя, он вроде бы всегда называл Леголаса лёгким… Счастливый, хоть это и трудно было прочесть по его лицу, Трандуил провалился в сон.