Жить дальше. Любой ценой

Направляясь утром в лабораторию, Томас решил, что не прикоснется ни к чему абсолютно, пока не поговорит с Авой. Он еще ночью поклялся себе, что найдет лазейку в этом проклятом договоре, который подписал столь поспешно и неосторожно. «Пальцем не двину, пока не повидаюсь с Ньютом. И пусть даже не просят хоть что-то еще сделать». Он вздохнул, вылавливая из кармана своего халата магнитный ключ ограниченного доступа. Как же он так промахнулся-то? «… Не нарушать распорядок и организационный устав лаборатории №4, соблюдать терминологию в отчетной деятельности, субординацию, дресс-код. Неукоснительно следовать рекомендациям куратора и не вмешиваться в ход ведения проекта без надлежащих распоряжений». Томас переворачивает страницу и выдыхает, перескрипывая зубами свой промах. Подписал. Не глядя. Просто не думая, с головой бухнувшись в свои воспоминания о Терезе, полный желания сделать вот это все для нее. Поверивший, что Ньют жив. Как восторженный мальчишка-идиот, так легко попался на самых простых вещах. «В полном объеме и своевременно предоставлять всю имеющуюся информацию, способную повлиять на ход проекта». Томас трет виски и бегает глазами по строкам. Ему кажется, что он снова в Лабиринте. И на этот раз действительно нет выхода. - Влип, – над его плечом склоняется Бренда, опираясь руками о стол по обе стороны от папки. Томас минуту просто молчит, вчитываясь, перечитывая, выискивая, потом обреченно кивает головой. Он только сейчас понимает, почему Ава так улыбалась ему, когда в первый свой день здесь он требовал не называть Минхо объектом. «Как ребенок чуть ли не ногами топал. Думал, что вот заставлю же их… а она улыбалась. Она уже тогда понимала, в какое дерьмо я вляпался по самые уши». Внутри все выворачивается наизнанку, жжет, режет и воет, а он снова и снова таращится в эти строки, словно может испепелить взглядом хотя бы одну злополучную запятую. Руки дрожат, когда он поворачивается к компьютеру. Ему нужно составить отчет на базе присланных данных по неожиданному всплеску эмоционального фона у… объектов. «Минхо, что с тобой случилось?!» Томас роняет голову на руки и тихо сдавленно рычит сквозь зубы. Он бы заорал уже на всю комнату, будь в этом толк. Бренда молча кладет руки ему на плечи и мягко массирует сведенные судорогой мышцы. Томас благодарен ей, но сейчас это никак не помогает, если не делает хуже. Он должен составить отчет. А ему кажется, что он раньше язык себе откусит, чем скажет хоть что-то подобное. Это его друг. Это Минхо. Бесшабашная дурь пополам с дикой преданностью, помноженная на жажду жизни, веселый сарказм, хорошо приправленная колкими шуточками и матом, готовая в любой миг отдать свою жизнь за друзей. Это Минхо. Объект А-7. Второй класс. Томас морщится, как от резкой боли, стирая строку, и тупо смотрит в монитор. - Томми, это просто набор слов, - Бренда садится рядом и берет его руку в свои. У нее теплые сухие ладони и очень мягкие пальцы, если не считать мозоль на указательном правой руки от курка. Бренда умеет его успокаивать своей незамысловатой логикой, которая всегда бьет в цель, как и ее пули. Вот и сейчас чуть притухает пожар в сердце. Томас поднимает глаза на монитор и снова набирает злополучную фразу. - Я уверена, Минхо наплевать, что именно ты настрочишь этим лабораторным червям. Главное – что ты о нем думаешь. Томас кивает, через силу заставляя себя написать следующую строку. Как не о Минхо пишет. Он так делал раньше, еще до Лабиринта, отключался и просто писал отчеты и рекомендации, заставляя себя думать, что эти цифры и буквы, это даже не люди. Это не его друзья, это кто-то другой. «Может, именно по этой причине Ава так упорно называет их номерами? Потому что делать такое с людьми…» - Он знает, что ты его друг, - голос Бренды звучит ровно и почти сухо, но за этим Томас чувствует ее тревогу за него. Он кивает, продолжая писать. Думает о том, что при встрече с Минхо сгорит со стыда, думает, что зря считал его сумасшедшим и не захотел выслушать до конца. Думает, что зря полез в душу и вытряхнул из него то, что теперь обязан рассказать, если следовать этому договору. «Но никто не знает». И в голове всплывает тихий-тихий голос Терезы, сводящий его с ума. «Ты должен, Томас. Ради нашего дела, ради всего мира. Ты поступишь правильно, я знаю. Я верю». Томас на секунду сжимает руку Бренды в благодарном пожатии. Да, он напишет. Потому что Бренда права – это просто буквы и цифры, они ничего не значат. Это – не важно. Важно вытащить Минхо. Вытащить Ньюта. И, черт побери, сказать им обоим, что ему насрать, почему они вместе, что это их дело, и никто им больше ничего не запретит, а он все равно останется их другом. Из головы не шли слова Бренды, вызвавшие бурю противоречивых чувств. С одной стороны, все его существо упиралось в то, что он чувствовал – Ава сказала правду, но с другой… Почему она так упрямо не дает ему увидеться с Ньютом? Да, он болен, но Томас был абсолютно уверен в том, что Ньют поймет его и не станет ни в чем упрекать или винить. «Особенно в том, что я просто таким родился. Мне просто необходимо его увидеть и поговорить. И еще обязательно увидеться с Минхо». Двери лаборатории с тихим шорохом разошлись. - Сука! И это все, что вы сделали?! Это все?! Томас вздрогнул и остановился, так и не войдя. Голос он узнал отлично, как и бешеную ярость в нем. - Твари! - Ты винишь меня в произошедшем? – холодный голос Авы, казалось, изморозью прошелся по горевшим бешенством словам Минхо. – Почему ты ее отпустил? Почему не вызвал охрану?.. - Да потому что это ваша сраная охрана и сделала! Бля, да, она была дурой, конечно, но она Вам верила! Верила! Томас дернулся, но не вошел, малодушно решив остаться снаружи и просто послушать, чтобы понять, что происходит. Ясно, что случилось что-то страшное. А вот встречаться с осатаневшим Минхо у него не было никакого желания, особенно при посторонних. Даже если в лаборатории сопровождающая охрана. - Ответственность за нее лежала полностью на тебе, - жестко чеканя слова, произнесла Ава. - И только твое наплевательство привело к таким результатам. Ты ничего не хочешь мне объяснить? По условиям нашего договора… - Я просто сделал, что Вы сказали! – коротким рыком полетело в ответ. Но Томас поймал в этом злом выплеске острый и очень больной кусок вины. - Если бы ты был чуть помягче с девочкой, это бы не произошло, - Ава повысила голос, но тут же взяла себя в руки. – Проверьте класс и уберите его потом в изолятор. До окончания разбирательства. Ее шаги заглушил громкий мат Минхо, обещавшего вырвать Канцлеру Пейдж сердце и засунуть туда, где ему явно не стоило находиться по всем законам анатомии. - Том? – Ава показалась в дверях, бросив на него быстрый взгляд. – Мне очень жаль. И пошла по коридору, быстро надиктовывая что-то на свой диктофон. - Что произошло? – Томас догнал ее, чувствуя, что у него все внутри смерзлось в один ком льда. - Идем, я все тебе расскажу, - она на ходу махнула рукой и направилась в свой кабинет.

***

Томас смотрел на фотографии и не верил своим глазами. - Ее нашли у стены. Утренний патруль. В крови много алкоголя и даже есть наркотические препараты. На большом снимке была Джо. Глаза открыты, от угла рта – красный рубец, волосы свалялись в колтун. Одежда изодрана в клочья. - Как?.. – Томас отвел взгляд, пытаясь подобрать слова. – Как это произошло? Она же была под надзором… код… комната под охраной… Ава вздохнула и сложила на груди руки. - На допросе охранник сознался, что выпустил ее под предлогом немного пройтись и взялся сопровождать. Она была в ужасном состоянии, с его слов, в синяках, плакала. Как он сказал, это не в первый раз уже. Томас затряс головой. Минхо, конечно, ни разу не джентльмен, и если Джо его допекла, то мог и приложить, наверное, разочек, но… - Я не верю. - У меня нет причин не доверять Стивену, - Ава покачала головой и села за стол. – Он охранял их комнату с первого дня, и многое из его отчетов мне, к сожалению, известно. Я разговаривала с А-7 накануне и пробовала донести до него необходимость более миролюбивого отношения к потенциальной партнерше. Возможно, это вызвало вспышку гнева. Томас мотнул головой. - Дайте мне поговорить с ним, - он вскочил со стула. – Я выясню причину, он мне доверяет… - В этом нет необходимости, - отрицательно качнув головой, Ава включила компьютер. – Следствие разберется. Мне нужно сообщить Винсу об этом чудовищном событии. Я искренне надеюсь, что А-7 осознает свою вину и хоть как-то раскается. Кстати, я прочитала в сводках из отчетов Терезы, которые мне подготовила Сандра, что чувство вины – один из ярких катализаторов. Может, это ему поможет, как считаешь? - Ава, - Томас поднял потемневший от бешенства взгляд. – Джо убита. А ты рассуждаешь о том, как это можно использовать? Ее больше нет. Надо прибить этого охранника! Куда он смотрел?! Надо найти того, кто это сделал! - Мы объявили Стивену выговор, о чем я сообщила А-7, - Ава прищурилась. – Его объяснительная записка подшита к делу. Я просто шокирована такой неустойчивостью со стороны С-11 к простейшим вещам. Алкоголь… - А чего ты ждала? – Томас горько хмыкнул, снова посмотрев на экран. Он не любил Джо, но такой участи ей не желал. – Они же ни дня не жили в городе, вы все-все у них отобрали, а теперь хотите, чтобы они спокойно реагировали на все, как это сказать, блага цивилизации? - Мы, Томас, если уж так рассуждать, - жестко поправила его Ава. – Мы у них все отобрали. И ты в том числе. Но сейчас речь не об этом. Я напишу Винсу, и он решит, как быть с телом. - Что с Минхо? - Пока будет в изоляторе, - Ава пожала плечами. – Пока не разберемся. Класс не сменился. Я отдала распоряжение о начале первого этапа.