Жить дальше. Любой ценой

«День пятый. Лифт приходил дважды. Здесь все не так, как было у нас. Новичка нет. Есть врач, охрана, какие-то приборы, коробка с едой. Они молчат, значит, нужного результата нет. Я стараюсь, Ньют, все получится». Отложив кусок коры, на котором выцарапывал запись, Минхо вздохнул и посмотрел в серевшее небо. У него оставалось еще около часа до открытия врат, и стоило бы собраться, но, как и вчера, и позавчера, желания не было никакого. Хотелось просто лечь и тупо смотреть в стену, пока все не решится как-нибудь само-собой. Или он просто не сдохнет. Сдаваться и отступать было не в его привычке, но делать что-то, совершенно не понимая, что именно требуется, изматывало сильнее ежедневных, пока совершенно безрезультатных, поисков. «Хорош ныть. Поднимайся. Сегодня надо найти дорогу к следующей стене». Он разобрался в том, что этот Лабиринт выстроен кольцами, прочесав полностью первый самый ближний к Глейду круг и отыскав переход из него в следующий. Потом сумел изучить за один день два сразу, но вот обратно едва не опоздал, впритык успев к закрытию. Пришлось изрядно поднажать и чуть ли не кубарем влетать в закрывающиеся врата, за что больная нога спасибо ему не сказала, конечно, но он был очень доволен в тот вечер. И даже начал строить планы дальше. Вечерами всегда было проще – несмотря на ноющую усталость забитых мышц, в голове становилось достаточно ясно, для того, чтобы думать и пробовать анализировать. Самым поганым было утро, когда глаза просто не желали открываться, тело скулило побитой собакой, буквально умоляя дать ему перерыв, а разодранная гривером нога вообще отказывалась поднимать своего хозяина. Минхо понимал, что нужно сделать перерыв и хоть как-то прийти в себя, отлежаться, дать зажить ране и выспаться без снов, но потерять время было гораздо страшнее. Вот только он никак не мог вспомнить, почему именно ему надо как можно скорее найти выход из этого места. Рассмотрев свои руки, он прокрутил в пальцах скальпель, украденный в первый визит врачей, и усмехнулся. Прикидываться уставшим до изнеможения он научился отлично, особенно если учитывать, что сейчас это и не требовало никаких особых усилий. Лежи себе бревном и не дергайся, пока они иголки в тебя втыкают и что-то бормочут. Если и заметили потом, то во второй приезд ничего не сказали и не обыскивали. «Стена вращается по солнцу, значит, вторая - против, выход смещается за ночь на 1/8 окружности и следующий за ним на столько же, но в противоположную сторону, - скальпель быстро-быстро забегал по внутренней стороне предплечья, повторяя тонкие поджившие царапины. - Коридор там прямой, только уровень выхода разный, вчера был в центре стены, значит сегодня будет у потолка. Над ним еще один коридор, там хорошее место для засады гриверов, но не обойти. Надо на скорости прыгать, тогда смогу». Скривившись, Минхо тронул замотанную бинтом ногу, отвлекаясь от схемы на своей руке. «Вот да, так и вижу, как я это сделаю. Мне надо хотя бы день не дергаться. Только пойму цикличность. Она должна быть. Рано или поздно этот Лабиринт тоже должен приходить в исходную точку». Он вздохнул, закинул на спину рюкзак с уже полными флягами и едой, поднялся и не спеша пошел к вратам. «Три, два, один. Вперед!» Не дожидаясь их полного открытия, Минхо побежал в Лабиринт, сразу уходя в левый коридор, чтобы не тратить лишнее время и силы. Сегодня нужно было найти путь в следующий сектор и успеть вернуться обратно до темноты.

***

- Никаких изменений, Томас, - Ава покачала головой, положив на стол большую папку. – Я надеялась, что отсутствие привычного рисунка Лабиринта, возможности зарисовывать его, общества, даст хоть какие-то результаты. Непрошибаемая психика просто. Томас сухо хмыкнул, открывая отчет. - Сами же таким его сделали. Чего теперь ждать? Ава задумчиво покачала головой, поправляя манжету на своем безупречном кардигане. - Я распорядилась выпустить днем киборгов. Может, встряхнется хоть немного, хотя и в этом у меня нет уверенности. Никакой. Время уходит. А мы вынуждены просто наблюдать и уповать на чудо. Томас нахмурился, на секунду подняв на нее взгляд. - Гриверы, как, я думаю, уже стало понятно, не проблема для Минхо. Мы научились и с этим управляться, пока торчали в Лабиринте «А». Может, это просто невозможно, Ава? Может, эта идея – очередная утопия, и мы тут зря все это затеяли? Она отрицательно качнула головой, снова окатив его своей снисходительной улыбкой. - Ты так не похож на Терезу, - прозвучало тихо и очень грустно, ввернув Томасу еще один шип под ребро. – Она никогда не сдавалась, даже когда весь мир рушился вокруг нее, а ты уже сейчас готов отступить. Я знаю, все дело в том, что ты считаешь его своим другом, и он тебе важнее всего нашего проекта. Но, Том, пойми ты наконец уже, сколькое от него зависит. И от тебя тоже. Вспомни, постарайся вспомнить, что именно могло послужить в Лабиринте катализатором. - Откуда мне знать, - Томас пожал плечами. – Я там без году неделю провел с ними. Ава опустила взгляд, задумчиво поджав губы. - Я хочу использовать еще ряд доступных мне способов, и только потом принимать решение. Можешь отдыхать, сводку тебе дадут вечером. Томас поднялся и направился к двери. На душе и так скребли кошки, и было до тошноты противно от всего. - Ава, - он обернулся. – Скажи мне только одну вещь – что с Ньютом? Почему ты не даешь мне увидеть его? Она отвлеклась от своего монитора, на секунду бросив на Томаса очень странный взгляд. - Мы стабилизировали его насколько это возможно. Том, ты можешь мне не верить, это не так уж и важно. Я обещала А-7, что они встретятся в конце Лабиринта, и я сдержу это слово, если он сможет его пройти. Глаза Томаса сузились. - Ты сказала ему, да? Так вот она ваша прекрасная «добрая воля»? Минхо все что угодно подписал бы, узнай, что Ньют жив и находится здесь. - Я его не заставляла, - она пожала плечами. – Не надо искать в моем лице главного врага. Иди, отдохни спокойно. Кстати, вы не хотите с Брендой выбраться в город, погулять, может, сходить в кино? - Я хочу поговорить с Ньютом, - Томас отвернулся и открыл дверь, собираясь хлопнуть ей погромче за своей спиной. - Это сейчас невозможно, - Ава уткнулась в компьютер. – До встречи. И, до того как закрылась дверь, бросила Томасу: - Если ты веришь в Бога, то помолись ему, чтобы они встретились. Она включила гарнитуру, устроив оголовье на затылке и щелкнула кнопкой связи. - Запускайте программу. А на завтра пусть готовится врач.

***

Вдоль серой стены угадывались сбитые светлые метки. «Левее, второй коридор, - Минхо сверился с картой на руке, стараясь держать темп бега. – Еще один подъем и потом – сразу к выходу из этого сектора». Сделав на ходу мелкий глоток воды, он сунул флягу обратно в рюкзак, свернул в боковой коридор, снова сверился с отметками на стене и картой, и немного притормозил, потом перешел на шаг. «Если я считаю все правильно, то можно пожрать». Не останавливаясь, Минхо сжевал лежавший в кармане рюкзака кусок хлеба с большим ломтем тушеной индейки, запил водой, пробежал еще немного и остановился, оглядываясь. «Это здесь». Рассмотрев свою схему и метки, процарапанные ручкой скальпеля, он снял рюкзак, положил его у стены, постоял минуту, покачиваясь на носках и восстанавливая дыхание. У него оставалось еще немного времени в запасе, чтобы прийти в себя и повернуть обратно. На сегодня задача была выполнена – найти выход из третьего сектора в четвертый. Вот он перед ним – невысокая арка примерно на уровне его роста над полом. «Завтра должна сместиться ниже. Тогда станет проще добраться до нее…» - Минхо, - вдруг окликнул его голос Ньюта, свалившийся прямо на голову. Минхо вскинулся, как от выстрела, бесполезно оглядывая стены, и чуть не заорал в ответ. «Бред, - осадил он сам себя. - Этого не может быть. Показалось же… Ньют… У меня уже глюки…» - Минхо. Со второго раза он нашел источник звука. Арка над каменным уступом. Та самая. Выход в четвертый сектор, уже нанесенный на руку коротким росчерком. Задача на завтра. - Ньют? - тихо-тихо, потому что даже себе было страшно сознаться в том, что он его действительно слышит здесь. Минхо прищурился и неуверенно шагнул в сторону арки. «Ньют, ответь мне. Это и в самом деле ты?» - Минхо, - голос отдалился. - Минхо, - еще дальше, уже оставаясь только как эхо, а следом короткий пронзительный крик. Швырнув только что поднятый рюкзак, Минхо с коротким надсадным хрипом сорвался с места и прыгнул вверх, к арке, где еще гуляло это всего лишь эхо, но самого родного в мире голоса. Нога подвела, не дав нужного толчка, пришлось повиснуть, уцепившись за низкий каменный карниз и вытаскивать себя наверх, теряя драгоценное время. В душе радуясь оставленному рюкзаку, Минхо вскочил на ноги, даже не дав себе отдышаться, и рванул вперед. «Потом заберу. Без него легче будет и скорость не сожрет – и так нога допекает». Ньют больше не звал его – впереди метался отголосок крика, помноженный на знакомый уже грохот металла по камням и истошный отвратительный визг. - Ньют! – Минхо забыл о ноге и о том, что у него нет схемы этого сектора, нет воды и – самое главное – нет времени выбраться обратно, чтобы успеть до закрытия врат. - Ньют! Держись!! Впереди мелькнул хвост гривера. Он развернулся, очевидно услышав погоню, и приподнялся, готовясь к атаке. А второй бросился прочь по коридору, унося с собой эхо крика, резавшего Минхо живьем. - Тварь ублюдочная! – не сбавляя скорости, Минхо кувыркнулся, подкатываясь гриверу прямо под морду, пока тот молотил в воздухе передними конечностями, и полоснул скальпелем от основания челюсти вдоль всего брюха. Острая сталь легко вошла до самой рукояти и вскрыла скользкую шкуру. Гривер завизжал еще сильнее, пытаясь добраться мерзкой пастью под собственное тело, а сверху хлынула черная кровища, горячая и вонявшая тухлой рыбой. Страх куда-то исчез. Остался только крик, затопивший весь разум, и мысль о том, что если сейчас поднажать и успеть, то все получится. Они встретятся. - Ньют!! Кубарем выкатившись из-под вертевшейся и брызгавшей кровью туши гривера, Минхо мимоходом отметил, что у них, оказывается, довольно тонкая шкура на брюхе, вскочил и побежал дальше. Он бы догнал его. Конечно, догнал бы… Левая стена с коротким рокотом пошла закрываться, смещая коридор, по которому уходил гривер, и стремительно сужая проход дальше. - Нет! – Минхо рывком бросил себя вперед, успел поймать стену за край в бесполезной попытке остановить, и свалился под ее громкий победный грохот, с которым закрылся коридор, забрав в собой последний звонкий крик Ньюта. Дальше он помнил очень плохо. Вернее, не помнил вообще. Минхо пришел в себя, лежа около закрывшегося прохода. Окоченевшее тело отозвалось резкой судорогой на попытку сесть, а в голове кувыркнулся весь мир. Со второй попытки кое-как приняв сидячее положение, Минхо осмотрел свои рассаженные в кровь кулаки, пытаясь вспомнить, когда он это сделал, ощупал разбитую справа голову и зажмурился. «Ньют…» Выдохнул и лег обратно, закрывая глаза. Стало насрать, что он в Лабиринте ночью, что тут, скорее всего, полно гриверов, что раньше он бы уже бежал без оглядки, ища безопасный маршрут. Минхо ощупал стену, словно если ее не видеть, она могла раствориться в воздухе, и начал бездумно царапать ее ногтями. «Ньют…»