Переплетение Вселенных

В течении нескольких следующих часов наши герои только и делали, что размышляли. Питер с грустью и тоской смотрел в окно, на мирно покачивающиеся от ветра ветви деревьев. Он думал о том, что тетя Мэй и так слишком многого натерпелась от него и очередная пропажа может просто свести её с ума. Но как бы он не старался придумать выход из этой ситуации, ничего не приходило ему в голову. Стрэндж всё так же лежал на кровати, прикрыв глаза. Видимо, ему так лучше думалось. Сила привычки, ничего не скажешь. Но, так или иначе, умных мыслей больше не становилось. Барнс тщательно и методично тёр и так начищенные до блеска ножи. Это успокаивало его и отгоняло мрачные мысли. В той Вселенной его практически ничего не держало. Старый Стив Роджерс решил доживать свой век с Пегги, а титул Капитана Америки он отдал Сэму. Мстители прекрасно справятся без него. Здесь же у него есть шанс начать новую жизнь, не вспоминая о прошлом. Но пока было рано о чём-либо говорить, ведь они находились в этом месте всего какие-то жалкие пару часов. И вообще, было непонятно, реально ли всё, что сейчас происходит, или это лишь плод их воображения. Коллективный бред, если угодно. Или не совсем коллективный, а только одного единственного Барнса, чьё сознание так и не восстановилось до конца после долгого пребывания в моральном и физическом плену у Гидры. Лорелин все это время пролистывала страницы давно знакомой книги «Легенды Одарённых», пытаясь найти хоть что-нибудь полезное для них. Но, к сожалению, строки, что были уже выучены наизусть, не давали ответы на появившиеся так внезапно вопросы. Видимо, книга попадёт в руки Баки чуть раньше, чем Лорелин планировала. После ужина Клайв решила зайти к Барнсу. И в этот момент, наша героиня поняла, как крепко она задумалась, что совершенно забыла про ужин, который будет в столовой уже через несколько минут. Клайв мигом вскакивает с постели, которая успела хорошенько помяться и мчится к своим новым соседям. Ведь не может же она оставить их совсем голодными. Первая дверь, по которой она стучит, ведёт в комнату к Стивену, следом под удар попадает дверь Питера, а потом и Баки. Спустя несколько секунд сразу три макушки появляются в дверях, ошарашенно поглядывая на нарушительницу минутного спокойствия. — Я совсем забыла, через несколько минут начнется ужин. Если вы не против, мы можем поесть вместе со всеми в столовой. И я наконец представлю вас детям, которые наверняка уже построили кучу теорий о том, кто вы и зачем. — Мне кажется, это хорошая идея. Если нам здесь предстоит провести некоторое количество времени, было бы неплохо познакомиться со всеми, — Питеру не терпелось увидеть и Курта, про которого Лорелин рассказывала на экскурсии и всех остальных обитателей этого особняка. — Согласен с Питером, — немного поколебавшись, ответил Барнс. Ему все ещё было трудно осознавать, что от него не убирают в ужасе детей. — Если большинство «за», то пожалуй, не буду отделяться от коллектива. Но это не отменяет моей непереносимости детских криков. И если мне там не понравится, я уйду, и вы не будете пытаться с этим что-то сделать. — Хорошо, тогда пойдемте в столовую. Наша компания вновь зашагала по величественным дубовым лестницам. На втором этаже царила идеальная тишина, а вот по приближении к столовой на первом этаже герои начали слышать громкие голоса детей, изредка переходящие в крик. Лорелин шла первой, чтобы сразу представить всем нежданных гостей и, заодно, поубавить громкость взволнованных детей. — Ребята! Прошу минуточку внимания! — услышав обращение к себе, дети и подростки сразу обратили свои взгляды на девушку, разом умолкнув, будто кто-то закрыл кран. — В связи с некоторыми обстоятельствами, к нам в особняк прибыли гости, которые останутся у нас на неопределённое время. Прошу любить и жаловать: Стивен Стрэндж, Питер Паркер и Баки Барнс. Ребята, пожалуйста, будьте вежливыми и спокойными. — А почему у вас такие странные костюмы? — раздался тихий и осторожный голос маленькой девочки, сидевшей в середине зала. Она, по-видимому, была одной из самых смелых из здесь сидящих. Прежде чем ответить в своём привычно язвительном тоне, Стивен разглядел на шее у девочки что-то, напоминающее рыбью чешую. Скорее всего, это она и была, но в тот момент он немного растерялся, забыв, где находится. Но еле заметно тряхнув головой, он разложил всё по полочкам в своей личной ментальной библиотеке и, наконец, ответил с прежним сарказмом в голосе: — Дело в том, что мы, можно сказать, супергерои. А таким людям полагается носить странные костюмы. Особенно мне, ведь фамилия не просто так настолько странная. И тут же с разных концов столовой начали раздаваться детские голоса, спрашивающие самые разные вопросы, от «сколько вам лет» до «вы что, в тайне занимаетесь балетом». Последний вопрос, как вы уже успели догадаться, относился к Человеку-Пауку из-за его облегающего красно-синего трико. Ситуацию спасла Лорелин, отняв необходимость отвечать на детские нелепые вопросы: — Так, ребята, давайте не будем нагружать наших гостей и спокойно приступим к ужину. Дети в институте Ксавьера были на удивление послушными и после просьбы Лорелин ребята мигом приступили к трапезе. Но у каждого из них всё ещё жило внутри желание расспросить их гостей про всё, что было интересно. Повернувшись к Питеру, Стивену и Баки, Лорелин предложила им взять еду и присесть за стол к её друзьям. Не став возражать, наши герои последовали за Клайв. Стоит отметить то, что на ужин в эту замечательный июльский четверг предлагались три блюда: запечённый картофель с говядиной, салат с курицей и грибами, а также овощное рагу. На десерт студентов и наших героев ждал фирменный ягодный тарт. Кусочки свежей клубники и вишни так и манили к себе любого, кто подходил к столу с едой. Студенты института могут выбрать меню завтрака, обеда и ужина самостоятельно, путём небольшого голосования. Это отличало учебное заведение Ксавьера от многих других обычных школ. Но оторвёмся от описания еды и вернемся к повествованию. Лорелин привела наших героев прямиком к огромному деревянному столу, за которым уже сидели её друзья, а по совместительству члены команды «Люди Икс», в которую входила и сама Клайв. — Всем привет. Ребята, вы не против, если наши гости сядут здесь? — Конечно нет, — ответила за всех огненно-рыжая красотка, что сидела ближе ко входу. — Меня, кстати, зовут Джин. Джин Грей. — Приятно познакомиться, — Питер действительно был рад завести здесь новых знакомых, которым можно было бы рассказать о своих способностях и не напугать этим — А меня Питер. Питер Паркер. А это Стивен Стрэндж и Баки Барнс. Хотя, ты наши имена уже слышала. Ох, чёрт… (это Паркер произнес уже себе под нос, раздосадованно и немного приуныв) — А я Ороро Монро. Для друзей просто Шторм, — с заметным акцентом проговорила мутантка. Её белёсые волосы приветливо раскачивались, а сама она улыбалась и протягивала руку для рукопожатия по очереди всем троим. — Твоя способность как-то связана со штормами? — кажется, что сегодня Человеку-Пауку не удастся спокойно потрапезничать, ведь вокруг было столько необычных людей с которыми ему не терпелось наладить контакт. А вот у Барнса и Стрэнджа не было такого сильного желания общаться и потому они были просто молчаливыми наблюдателями, поедающими картофель. — В принципе, да. Но я умею ещё много всего. Лучше, я как-нибудь покажу, — её немного позабавил столь прямолинейный вопрос. — Хоро… Не успел Паркер договорить одно-единственное слово, как прямо на соседнем стуле вмиг появился синекожий человек, чуть не упавший вместе с этим самым стулом. — Прошу меня простить, я немного опоздал, — проговорил Ночной змей с явным немецким акцентом, который резанул слух своим разительным отличием от речи других и даже от речи Ороро. И только сейчас герои заметили, что на столе уже стояла его тарелка с рагу, будто бы друзья знали о том, что он опоздает. Видимо, это было привычкой Вагнера. — А ты Курт, да? Лорелин рассказывала про тебя. — Ох, что, правда рассказывала? Я надеюсь, что что-то хорошее? — каждый раз когда кто-то говорит о Курте, он начинает стесняться. В каком-то смысле, это тоже одна из его привычек. Он посмотрел на Клайв, показав зубы в улыбке. — Про то, как ты обыгрываешь всех в шахматы. Надеюсь, это считается хорошим. — Да, наш старина Курт обожает шахматы. Меня зовут Питер Максимофф. Самый быстрый парень в этом институте, — с нотками самоуверенности в голосе сказал сероволосый юноша. — Смотри, как бы это не стало касаться всех сфер твоей жизни, — в обществе друзей Лорелин начала заметно раскрываться и шутить. Джин, Ороро, Стрэндж, Паркер, Барнс и даже стеснительный Курт засмеялись, а Максимофф немного засмущался, говоря себе под нос что-то о глупости девчонок. Последним, кто сидел за столом и не представился, оказался Циклоп. Паркера сразу удивили красные очки, что были на нём и он не преминул спросить о них: — А как тебя зовут? И зачем тебе такие очки? — на самом деле эти вопросы со стороны звучат глупо и по-детски, но по понятным причинам не спросить это Питер не мог. — Я Скотт Саммерс. А очки у меня, потому что без них я могу здесь всё испепелить. — Ого, круто! Честно говоря, Саммерс ожидал немного другой реакции на свои слова. Ему показалось, что они были достаточно страшными для того, чтобы наша тройка героев испугалась, но Стрэндж на это лишь невозмутимо повёл бровью, мол «ты даже не знаешь, с чем мы столкнулись недавно, щенок», естественно имея в виду Таноса и его приспешников. В дальнейшем ужин наших героев прошёл довольно спокойно. Максимофф и Паркер разговаривали о Звездных войнах. Странно, но эта киноэпопея существовала и в этой Вселенной. Правда, пока здесь вышло только три фильма и Паркер изо всех сил старался не выдавать важных моментов, которые уже знал из будущих частей. Легкий разговор остальных, в котором, изредка, участвовал даже Барнс, протекал как по маслу. Медленно, но верно между героями двух разных Вселенных устанавливался контакт. И это, несомненно, было хорошо. Под конец ужина в столовую заглянул Хэнк МакКой и позвал гостей института серьезно поговорить в кабинет Профессора. Видели бы вы лица Паркера, Стрэнджа и Барнса. Не удивительно, ведь они в первый раз увидели огромного синего и волосатого Зверя. Клайв тихо усмехнулась и подтолкнула Барнса, застывшего на полпути, к выходу и сама двинулась за ним. Когда Лорелин проходила мимо МакКоя, он легонько взял ее за руку и сказал, что ей лучше остаться в столовой. Иногда Клайв очень бесила её покорность, но как бы она не хотела, избавиться от неё не могла, а потому просто молча развернулась, предварительно смерив недовольным взглядом Зверя, и пошла к своим друзьям. Обменявшись парой слов о гостях с Джин, которая подкалывала Лорелин, каждый раз возвращаясь в разговоре к Барнсу, она начала собирать пустые тарелки со столов. В голове ненавязчиво крутилась мысль о том, что скорее всего Профессор и Зверь тоже не смогли найти ничего, что могло бы помочь хотя бы вернуть Стрэнджу силу. В её натуре было ещё и винить себя в том, что она тоже ничем не полезна в данной ситуации. Троица наших героев во главе с Хэнком, который уже успел им представиться, подходила к кабинету. Раскрыв массивные двери, Стрэндж уже более уверенно, чем в первый раз, прошёл внутрь. — Я надеюсь, что вы позвали нас, потому что нашли в чём дело и сможете помочь, — Ксавьер от такого напора даже немного подрастерялся, но быстро взял себя в руки. — На самом деле, я хотел вам сообщить, что нашли мы ровным счётом ничего. — Точнее будет сказать, что мы просто проверили не все источники. Возможно, где-то всё-таки есть информация, дающая разъяснение данной ситуации, но пока мы не добрались до них, — МакКой решил немного разрядить атмосферу. — Чёрт возьми! Мы находимся здесь уже несколько часов, неужели вы просто не могли изрыть все ваши чёртовы книги на этих чёртовых полках и найти для нас способ вернуться?! — Доктор Стрэндж нервно мерил комнату шагами и со злостью размахивал руками. Вся эта ситуация ему уже порядком надоела и все эмоции он решил вывалить на Профессора и Хэнка. Он сорвался. Таким бессильным в последний раз он чувствовал себя только после злополучной аварии. — Я попрошу вас быть на полтона тише и поспокойнее. Если вы хотите обвинить ваших единственных помощников в этой Вселенной в бездействии, то это неправильное решение. Мы действительно хотим помочь, но это не так уж и просто, особенно учитывая, что прошло всего пару часов и за это время в принципе невозможно отыскать что-то стоящее внимания. Несколько секунд напряжённого молчания и игры в гляделки между Чарльзом и Стивеном и последний произнёс то, чего не ожидал услышать ни один из присутствующих: — Вы правы. Извините. Я вспылил. Сами понимаете, мы оказались чёрт знает где и не знаем как вернуться, — Стрэндж действительно понимал, что перегнул палку. В данный момент Ксавьер был их единственной надеждой. Если не поддерживать дружеский тон в разговорах, то каши сварить не получится. — Если это всё, что вы хотели сказать, я был бы не прочь пойти спать. Тем более, утро вечера мудренее, как говорится. Может быть завтра кому-нибудь в голову придет идея, — Барнс действительно очень хотел хорошенько выспаться и на свежую голову обо всём поразмышлять. Его тяготили мысли о том, что он тут единственный, кого не тянет назад, и подумать ему было над чем. Всем наверное известно это чувство, когда ты о чём-нибудь очень долго думаешь или что-то очень долго делаешь, например, пишешь рассказ, и с каждой новой мыслью и фразой идея уже не кажется тебе такой красивой, стоящей и правильной. Но после того, как ты выспишься и снова подумаешь о том, что тревожило тебя вчера или посмотришь на написанное, ты сможешь как бы оценить это со стороны. Посмотреть на всё свежим взглядом. Так же хотел поступить и Баки. — Я думаю, что это самое правильное решение на данный момент. Нам всем необходим отдых после трудного дня. Если у кого-то возникнет какая-нибудь мысль, просто соберемся завтра и обсудим. И помните, что нам нужно опробовать любые способы и все варианты будут уместны. После этих слов герои начали расходиться. Лишь Чарльз Ксавьер остался в своём кабинете в полном одиночестве. Тысяча мыслей крутились в его голове. Но весомая часть этих мыслей ему не принадлежала. Изредка, в моменты, когда Чарльз не мог сосредоточиться, он начинал слышать в голове голоса других людей. Как тогда, в детстве, когда он только обнаружил у себя такую способность. Его пугали чужие, ему не принадлежащие голоса. Он мог заранее знать, что скажет ему мама и это заставляло его прятаться в комнате, зажимая подушками уши. Но он больше не маленький мальчик, который ни разу не слышал о мутантах. Он директор школы для одарённых, и если ему не справиться сейчас с вышедшими из-под контроля способностями, то он им быть не достоен. Сделав пару вдохов и выдохов, Ксавьер смог успокоить бушующий ураган слов и предложений, крутившийся в его голове. Сегодня для него снова наступит та ночь, в которую он не сможет уснуть. Тем временем, в гостиной уже сидели Лорелин, Джин, Скотт, Шторм, Максимофф и Курт. У Циклопа и Ночного змея шла напряженная игра в шахматы, в которой последний уже явно одерживал победу. Впрочем, ничего удивительного. Увидев троицу наших героев, Лорелин подскочила с дивана, оборвав свой разговор с Ороро. — Ну что? Профессор и Хэнк что-нибудь нашли? — К сожалению, юная леди, они пока оказались бессильны, — Стивен решил не тянуть и рассказать всю правду. — Но это пока, я уверен, они помогут, — Питер пытался быть оптимистом, но на последних словах голос стал не таким уверенным и громким. — Мне очень жаль. Правда. Но мы тут немного посовещались с ребятами и решили, что завтра, если вы все не против, мы устроим день демонстрации наших способностей, чтобы скрасить ваше пребывание здесь. Да и нам необходимо тренироваться, чтобы не потерять сноровку. Как вам идея? — Ух ты! Мне это уже нравится. Заодно и мы смогли бы показать вам наши способности. Ну, не все мы, — в этот момент Питер посмотрел на Стивена. — Извините. — Ничего, я не слезливая девчонка и могу пережить потерю магии и не рыдать каждый раз при упоминании того, что у меня её пока нет. — Я не против, это звучит интересно. Было бы здорово посмотреть на что вы способны, — Барнсу определенно симпатизировала идея демонстрации способностей. Наконец-то он узнает, каковы же силы, которыми владеют эти мутанты. И, заодно, поймет как они будут относится к нему. — Тогда договорились. Завтра после завтрака, который, к слову, будет в 9, собираемся и идём в зал, — Джин Грей была самой ответственной из всех и потому считала своим долгом всё организовать. Хотя, конечно, идея демонстрации способностей пришла в голову не ей, а Лорелин. — Да, а сейчас я очень хочу спать, а потому всем спокойной ночи, — и Максимофф со скоростью света исчез из поля зрения всех, кто находился в гостиной, оставив за собой лишь еле заметный серебряный шлейф. — Я пожалуй тоже пойду, — зевнув, сказал Скотт. — спокойной ночи. За Питером и Скоттом потянулись и все остальные, включая нашу троицу. Тихо переговариваясь, они старались как можно меньше шуметь на лестницах и не наступать друг другу на пятки. Дойдя до конца коридора на третьем этаже, Питер и Стивен, пожелав хороших сновидений, разошлись по комнатам. — Ну что ж…спокойной ночи. — Да, спокойной. Только Барнс коснулся ручки двери, как его вновь окликнула девушка. — Баки! Я совсем забыла, что хотела дать тебе книгу. Секундочку… Забежав в свою комнату и схватив со стола «Легенды Одарённых», попутно поднимая несколько листов изрисованной бумаги, которые, после недолгого полёта, с тихим шелестом упали на пол, Лорелин вышла обратно. — Вот, держи. — Ты же говорила, что хочешь еще почитать и поискать информацию. — Всё верно. Но на самом деле я читала её уже не один раз. Она у меня уже давно. Профессор как-то подарил, увидев что она меня очень заинтересовала. Но ничего нужного я там не нашла, к сожалению. Может, у тебя получится. — Спасибо. Мне правда будет очень любопытно ее прочесть. — Да не за что. Ещё раз спокойной ночи. — Да…хороших снов. Лорелин улыбнулась. Самой искренней улыбкой, которая только существовала. Баки улыбнулся в ответ. Немного непривычно ему было снова так открыто улыбаться. За последние несколько лет единственным, кто видел это выражение лица был Стив, да и то лишь пару раз, ведь особых поводов и не было. Он отвык от этого, но ему несомненно, нравилось вновь ощущать эту лёгкость. Они простояли так несколько минут. Глаза в глаза. Несмотря на то, что знакомы они были всего несколько часов, в душе у обоих поселилось чувство, будто они знают друг друга сто лет. Практически столько уже и прожил на свете Барнс. Для него эти сто лет-вся жизнь. Буквально очнувшись, Лорелин ещё раз скомкано пожелала спокойной ночи и наконец зашла в свои покои. Лишь когда хлопнула соседняя дверь, Барнс, тряхнув головой, смог зайти в комнату. Положив книгу на прикроватную тумбочку, Баки присел на кровать. Похоже, что и для него наступила ночь без сна…