как же я тебя люблю.

      В первую такую ночь эти шорохи и скрежет разбудили Игоря, который ласково позвал его к себе и даже разрешил потрогать тело, чтобы он успокоился, и как не странно — сработало.       Вторая попытка его проникновения в ту комнату была предотвращена охранником, и Вова снова начал огрызаться на него, словно животное. Этот громкий спор и просьбы охранника разбудили Ласточкина вновь. Но тут и он не смог его успокоить, и стоило ему подойти, как Зеленский замахивался на него с угрозами ударов, но все в этой квартире знали, что он его и пальцем не тронет, и то, что он сам себя ненавидит за эти действия. Но, кажется, это конец истории. Вова просто в один момент замолчал с застывшей в воздухе рукой, и когда Игорь начал медленно подходить, он начал бормотать себе под нос: «дайте ключ, ключ отдайте пожалуйста.» Не смотря на подобную реакцию, парень не отступал, и в полтона говоря что-то успокаивающее, подошел к Володе. Его речь наполняли фразы по типу: «Зачем тебе мои фото, если я перед тобой стою живой и настоящий?» или «Тебе не надо туда, иди ко мне».       Конечно, было страшно, ведь в той комнате целая коробка орудий для убийств, и по словам самого Зеленого (о которых никто, помимо разобранного Евгения не знал) они были подготовлены для Ласточкина. Это было очень непонятно, но всё, что тогда (!) хотел продюсер, заполучить каждый кусочек его тела себе, и видимо, когда Игорь правда оказался с ним, он понял, что живая любовь лучше, чем мёртвая.       В один момент он просто сдался и позволил Игорю обнять его и произошло нечто странное, Игорь сам накрыл его губы своими, прижимая сумасшедшего к себе, и то, что рядом стоял охранник, лицезревший всё это, его вовсе не смущало. Вова, кажется, немного успокоился, и перестав трястись, даже немного обмяк в руках птички, который обнял его за талию. Не смотря на видимую слабость, (мешки под глазами и тяжелое дыхание давали возможность словно со лба прочитать то, что Вова ночами не спал, засыпая ближе к утру налюбовавшись на своего красавца) Володя постарался ответить на поцелуй, и словно пытаясь показать, что он тут главный, попробовал усилить напор, но ноги подкосились, и он, едва ли не упав, невнятно промычал что-то в губы Игорю.       Скоро младший отстранился и погладив второй рукой по голове Вовы, позвал в комнату. Комик согласился, но на утро он вел себя ещё более странно, чем обычно. Он пил кофе в огромном количестве, не ел, но при этом и не разговаривал с Игорем, который заставлял его поесть. Полнейшее игнорирование от Володи пугало Игоря, и он пытался как-то соблазнить его, ну или другими методами заставить с собой заговорить, но всё впустую. Вова, спустя какое-то время, сел рядом с Игорем, взял за руку и посмотрел в глаза. Игорь уж было подумал, что сейчас Вова снова предпримет очередную попытку поцеловать его, но…       — Дай ключ, пожалуйста. Какой же он настырный, упёртый и сумасшедший! Володя словно пытался задобрить его своим «спокойным» поведением, но и Игорь также твердо стоял на своём, молча отрицательно помотав головой в стороны.       — Пожалуйста, Игорь. Дай ключ, я же всё равно найду его. Игорь. — Вова улегся на плечо младшему, убирая из его рук телефон.       — Зачем тебе туда, Вов? — Игорь от нахлынувшей паники в тот день уже и забыл, как выглядит та комната, и, если честно, вспоминать не хотел.       — Как же я люблю тебя, Игорь.       Только вот Игорь не понимал, что этим хотел сказать Володя. И он не оставит это просто так, он попадёт в ту комнату.       Вова только прижался к нему, как зазвонил его телефон, и подарив утешительный поцелуй в лоб, Игорь встал и ушёл с телефоном в спальню. Это очень возмутило Зеленского, который чуть не выхватил мобильник из рук Ласточки, но не вышло. Зато этот несчастный звонок дал Володе шанс поискать этот несчастный ключ. Пришло время всё это закончить.       Пока Игорь что-то кричал в трубку и был явно раздражен, Володя прошёл к охраннику и начал с ним разговор. Они не могли нормально поговорить, потому что мужчина реально боялся комика. Он не мог осознать того, как можно было полюбить мужчину и ради него убить ни в чем неповинного лучшего друга, при этом будучи сумасшедшим.       Их разговор нельзя было назвать продуктивным из-за явного страха охранника к Зеленскому, и последний видел это слишком явно.       — Я же вижу, боишься. Почему ты всё ещё тут? — докопался до бедного паренька Зелёный, и ожидая чуть меньше полминуты, он получил «достойный» ответ:       — Деньги то всем нужны… Работа вроде несложная, да и сменщик не подставляет, — только успел договорить парень, как Вова продолжил:       — Слушай, ты же знаешь, где ключ? Я заплачу сколько угодно, если ты дашь ключ и ничего никому не скажешь, Игорю тем более. Сколько тебе нужно? Десять, двадцать, пятьдесят? — всё не умолкая говорил, вопрошал Зеленский.       — Вы что? Зачем Вам туда? Я не могу, так нельзя! — отпрянул сторож, и тут Вова приложил палец к его губам, подходя к нему вплотную.       — Пятьдесят, отдай ключ.       Ему ничего не оставалось, кроме как сглотнуть, кивнуть и отстраниться. Довольная улыбка Володи дала всё понять. Игорь, видимо, договорил, и Вова пошёл к нему, оставив несчастного парня в раздумьях.       Одна цель Зеленского была выполнена: если так подумать, ключ он уже достал. Осталось только подобрать момент, ведь его солнышко не должно видеть, что он хочет сделать. Обычно, когда Ласточкин разговаривал по телефону, комик всегда был с ним, слушая разговоры, иногда даже угрожая отобрать мобильный. Он делал это только чтобы показать то, как сильно ему не нравится то, о чем и с кем он говорит, а сейчас Володя даже не стал слушать разговор, и это смутило Игоря. Когда Вова пришёл и снова начал вести себя как обычно, он откинул волнения. А Вова продолжал липнуть к нему с объятьями и максимально неподозрительно себя вел. По идее, Володя сейчас должен выпроводить Игоря, но мыслей, как сделать это, у него не было, и он решил просто дождаться ночи.       В один момент охранник подошел к ним, попросив Игоря на личный диалог. Володя давно видел, как парень косился на них, и гневно смотрел на него, не отходя от Ласточкина ни на шаг, что не давало возможности сторожу подойти без свидетелей и завести с ним диалог. Он обратился к младшему с просьбой о личном разговоре, но Володя так сильно сжал руку Игоря, что он отказал, хотя он бы и так не пошёл, кто знает, как отреагировал бы Зеленский.

Уже итак понятно, как он отреагирует.

      Смущённый, расстроенный парень ушел в глубоких раздумьях, а день продолжился, только уже с улыбающимся всё время Володей. Этому никак не придавал значения Игорем. Ночью Володя снова не спал, шепча что-то успокаивающее, и непонятно, себе или Ласточкину. Лежал он так очень долго, даже не вертелся, хоть и от такой позы затекли руки. Время близится к двум, и новый сменщик ничего не должен знать об оставленном (за деньги, конечно) ключе, который покоился на тумбочке у входа в комнату.       Сторож зашёл к ним перед уходом, якобы он что-то оставил, а на деле он просто оставил ключ. Спектакль устраивать не пришлось, потому что Игорь уже спал без задних ног, и с ненавистью посмотрев на сидящего в позе лотоса Зеленского, тихо закрыл дверь. Единственное, что точно знал и помнил Вова, так это то, что ночной охранник нужен, чтобы он ненароком не убил Игоря или себя, в конце концов. Этот парень был помладше, по крайней мере внешне.       Максимально тихо поднявшись, Владимир взял ключ и покинул комнату, предварительно поцеловав любимого. — Пока.