Маска Лиса

Было так необычно вновь оказаться в собственной квартире, раскладывать вещи, убирать, готовить. Но рыжеволосый нашел даже некое успокоение в простых, бытовых делах. Он отвлекался от мрачных мыслей, пил таблетки ровно в срок, и постепенно приходил в себя. Так прошла оставшаяся неделя. И впервые за все это время омега честно не думал об универе, что туда нужно будет вернуться. Как же странно будет теперь учиться и ходить на лекции к своему истинному, учитывая, сколько всего с ними стряслось. В то же время он ощущал, что вполне может с этим справиться, что может найти в себе силы. Это даже вселяло некую надежду. Потому под вечер одного из дней парень решился набрать номер мужчины. — Алло, Макс? — он прикусил губу, судорожно решая, что же хочет сказать. И наконец проговорил: — Приходи… приходи сегодня на ужин. Кей знал — им будет сложно. Сложно, но, если он не сделает шаг навстречу, если не выйдет из своей скорлупы, то ничего не получится. И вот в этот день он был настроен на то, чтобы в конце концов приятно провести время. Мужчина с радостью принял предложение парня. Он переживал за юношу всё это время и, увидев исходящий звонок от него, искренне обрадовался, хотя внутри и похолодело в первую секунду, пока юноша не озвучил причину своего звонка. Альфе потребовалось действительно много внутренних сил, чтобы не приехать к парню раньше, без приглашения. Но он стойко держал себя в руках, чтобы Кей мог отдохнуть и прийти в себя и его ожидания вознаграждались. Кей волновался перед приходом альфы не меньше. В квартире было идеально чисто, на столе ждал простой, но аппетитно пахнущий ужин, но он все равно был как на иголках. До самого прихода Глена омега бродил из комнаты в комнату, глубоко погруженный в свои мысли. Как им общаться, о чем говорить? Притвориться, что теперь не о чем переживать? Но и постоянно вспоминать ту ужасную ночь не хотелось. Зачем? Вздохнув, и так ни не придя к какому-либо решению, он просто настроился на то, что пусть все идет своим чередом. А там уже разберутся… Вечером, в назначенное время, альфа стоял перед дверьми парнишки, придерживая одной рукой большой букет красных роз без шипов. Дверь открылась и мужчина сразу же вручил омежке цветы. Кей охнул, удивленно расширив глаза. Ему невольно снова подумалось о том, что прежде так еще никто за ним не ухаживал. Это должно было быть приятно. Но это ощущение легкости все равно переплеталось с неприятными воспоминаниями и опасениями; юноша искренне надеялся от них избавиться. — Привет, — закрыв дверь, мужчина вручил мальчишке небольшой бумажный пакет, в котором виднелась коробка конфет и красное вино. Он волновался, но старался не выдавать это волнение. Смотрел на мальчишку внимательно, отмечая, что большинство синяков сошло благодаря мази, а остальные были уже не так вызывающе яркими. Сняв пальто, альфа прошел внутрь, присаживаясь куда ему указал юноша. С трудом найдя подходящую вазу, Вуд устроил там цветы, пару секунд позволяя себе полюбоваться ими. После он достал вино и передал бутылку Максу, чтобы тот ее открыл. И стал накладывать пасту по тарелкам. — Я не такой мастер готовки, как ты, — тихо и смущенно заговорил он, ставя порцию альфы на стол. — Но, надеюсь, будет съедобно. — Ты готовишь мне первый раз. Я не буду строг. И… я даже счастлив. Это очень приятно, — мужчина умело открыл бутылку вина, разливая его по бокалам и поставив один возле тарелки омеги, а второй бокал подвинув ближе к себе. Слабо и немного нервно улыбнувшись, Вуд присел напротив Глена, и выдохнул. Бояться, кажется, было нечего. Он просто проведет тихий вечер в компании своего возлюбленного, они пообщаются и отдохнут. И, возможно, это и станет первым шагом к их постепенному примирению. — Как провел эти дни?.. — Скажем так, сильно волновался о тебе. Но сейчас приближается время учебы, дел слишком много. Приходится возвращаться в прежний ритм. Мужчина дождался, когда юноша сядет за стол и приподнял бокал вина. — Давай первым тостом выпьем за тебя? Чтобы ты был счастлив в этой жизни. Альфа внимательно посмотрел в глаза парня, видя его смущение и сожалея, что не может прямо сейчас его прижать к себе, поцеловать… Он соскучился по этому молодому телу. Но душевное состояние омеги ему было важнее. Отпив вина, мужчина приступил к еде, отмечая, что у Кея весьма не плохие способности. — И вот чего ты боялся? Очень вкусно, малыш. Мне правда кажется, что у тебя даже куда вкуснее вышло, чем у меня. А... как ты? Как у тебя дни прошли? Юноша так же взял бокал вина, отпивая небольшой глоток, и настроился на хорошее времяпрепровождение. Благо, и мужчина не был против. Хотя тост именно за него немного смутил Кея, но он не стал противиться. А после принялся за еду. К счастью, аппетит возвращался, и он мог есть больше, чем ел в отеле. И это тоже было хорошо. К тому же, омега лучше спал в последнее время, что помогало ему телу прийти в норму. — Не перехвали меня, — он позволил себе негромко хихикнуть, чувствуя, что ему действительно уже спокойнее рядом с Гленом. Это не могло не радовать. — Но рад, что тебе нравится… Сделав паузу, парень задумчиво продолжил: — Ну, я много думал, приводил мысли в порядок… и понял, что я… что я хочу, чтобы у нас все наладилось, правда. Вуд поднял взгляд на Макса, чтобы посмотреть ему в глаза, и нервно улыбнулся. Дальнейший вечер прошел и правда приятно. Они не спеша ужинали, ведя легкую беседу, выпили вина. Все это было странным, но омега радовался этому времени. Мужчина даже помог ему с посудой, как когда-то сам юноша помогал, будучи у него в гостях. Ближе к ночи, естественно, Глену пришлось возвращаться домой. Кей стоял в коридоре и смотрел на то, как он собирается. А потом подошел ближе, кладя руку ему на предплечье. — Дай мне еще немного времени, все образуется, — он снова улыбнулся. Глен мягко улыбнулся в ответ, стоя у дверей и надевая своё пальто. — Не переживай. Я рад, что ты дал мне шанс… и готов теперь ждать столько, сколько ты скажешь, — коснувшись рукой щеки парня, мужчина попрощался с ним и уехал. Это был замечательный вечер. И он отличался от того, что был в доме у Глена лишь отсутствием более интимной связи. Но разговоры были всё такими же интересными, увлеченными. Макс правда был рад, что омега не запирается в себе и потихоньку выползает в «свет». Но это была последняя их возможность поговорить. Неделя закончилась, и все студенты вышли на учебу. Возобновились занятия, домашние задания, рефераты на пятьдесят страниц, доклады. Работы прибавилось и у самого Глена. Он крутился, как белка в колесе, едва ли с рассвета и до глубокой ночи. Ему порой даже некогда было поесть вовремя, перекусывая или на ходу, или в столовой, когда она почти закрывалась. А порой и поесть не мог, потому что просто не успевал. Так пролетели две недели зимы. Макс иногда звонил омеге вечерами, а один раз даже по скайпу помог юноше сделать сложное задание, что задал его коллега. Тот вечер был весьма милым. Мужчина сидел в своем кабинете и выполнял работу, попутно объясняя мальчишке необходимый материал. А после он долго сидел молча, рассматривая сосредоточенное личико Кея, жалея, что не может его сейчас обнять. Поначалу юноше было даже трудно снова влиться в такой график с лекциями, занятиями и горами домашней работы. На учебу теперь уходили все его силы, которые он тратил настолько быстро, что по ночам даже поразмышлять о чем-либо не успевал — просто мгновенно засыпал. Хотя временами он начинал думать, что это и к лучшему. Чем меньше сил, тем, соответственно, меньше лишних переживаний. Случай в Майами постепенно бледнел в его памяти. Да Кей и сам «запирал» эти воспоминания в самый дальний уголок сознания, действительно не желая всю жизнь мучиться этим. Порой он даже начинал очень скучать по Глену. По их общению с глазу на глаз, объятиям… хотя хорошо понимал, что пока еще не мог подпустить мужчину слишком близко к себе. Впрочем, они могли видеться на парах Макса, созваниваться по вечерам и иногда перекидываться смс-сообщениями. Этого было достаточно для того, чтобы омега по-новой стал привыкать к учителю. И даже желать увидеться с ним вне университета. Кто-нибудь другой на его месте, пожалуй, заявил бы на альфу или жестко прервал все контакты. Но парень не мог так поступить. Хоть и терзался тем, что в одно и то же время хотел очутиться в теплых руках своего любимого и боялся близости большей, чем случайные касания рук. С этой проблемой, скорее всего, ему предстояло биться дольше всего… В универе, кажется, никто особо не замечал изменения, что произошли с Вудом. Он все так же прилежно учился и общался только с Барри. И этого ему вполне хватало. Но все же порой он замечал, каким уставшим выглядел Глен. Ему, на удивление, даже стало его жаль, отчего в один из дней он решился сделать еще один шаг навстречу. Дождавшись, когда все выйдут из аудитории, сделав вид, что долго собирается, юноша подошел к столу Макса, немного взволнованно вздыхая. Обернувшись и убедившись, что они здесь одни, он быстро полез в свой рюкзак, достав оттуда ланч-бокс. — Это… кхм, — сам, не зная почему, но он ужасно покраснел, передавая мужчине коробочку. — Я не видел тебя в столовой долгое время и ты, видимо, даже забыл, что надо есть, судя по твоему виду… Шутка была крайне неловкая, отчего рыжеволосый избегал смотреть собеседнику в лицо. — В общем, я рискнул приготовить тебе обед, — омега дернул лямку рюкзака и выдохнул. — Не бойся, он не отравлен. Пока! Договорив, он пулей вылетел из помещения, спеша на следующее занятие, чтобы поскорее переключить свои мысли с того, что он только что сделал. И перестать волноваться о том, понравится ли вообще альфе его стряпня во второй раз. Глен даже сказать ничего не успел, лишь удивленно взглянул на небольшую коробочку, в которой действительно была еда. Подобный жест показался весьма приятным и милым. Мужчине ещё никогда не приносили еду на работу, никогда о нём так не заботились. Единственные серьезные отношения у него были год и то с полицейским, с коллегой, где им обоим приходилось не до обедов и ухаживаний. Эти же отношения были в корне иные. Совершенно другие. Улыбнувшись, альфа занялся своими делами, а коробочка с едой пришлась весьма кстати, когда он понял, что вновь опоздал в столовую. Есть пришлось прямо в кабинете. Но пар больше не было, большинство студентов исчезли с территории университета ещё до часу дня, поэтому можно было не беспокоиться, что тебя заметят жующего за листками контрольных работ. Порой Глен жалел, что устроился преподавателем именно в этот вуз, ведь в такие дни, особенно после каникул, ему совсем не хватало времени даже на полноценный сон, не говоря уже о том, чтобы вести личную жизнь. Конечно, было бы легче, если бы дома его ждал ласковый омега с готовым ужином и расстеленной кроватью. Но Макс привык жить один, привык к своему одиночеству, а потому не жаловался. Да и некогда было. Работа—дом—перекус—сон. И снова всё по-новой. К третьей неделе напряжение на работе начало спадать, но и самочувствие у мужчины ухудшаться. Он уже мечтал о хорошем отдыхе, но в вечер четверга агентам ФБР понадобилась помощь специалиста, без возможности отказаться. Это была последняя капля. В утро пятницы поднялась температура прямо во время первой пары. Альфа стоически выдержал напор простуды, отсутствие сна в эту ночь и нервозность, отчитав лекцию, а после уходя в медпункт, куда через полчаса приехала скорая, увозя мужчину в больницу. — Вы слышали? — тут же распространились слухи в стенах университета, — Мистера Глена скорая увезла. Ага. Говорят, ему стало настолько плохо, что наша медсестра сразу позвонила туда… Подтвердились слухи лишь к четвертой паре, когда группа Кея пришла по расписанию в кабинет Глена. Там стоял другой преподаватель, раздавая всем листочки. — К сожалению, мой коллега, Мистер Глен, взял больничный. Нет, простая простуда. Но вам бы я не советовал отвлекаться. У вас на носу контрольная. Так что, даже если учитель и заболел, его смогу заменить я. Мистер Чарльз Корвин был тем ещё «мудилой», которого можно было ненавидеть хотя бы уже за один его не опрятный внешний вид и нежелание пользоваться заглушающими парфюмами. Ещё не нашлось ни одного омеги в этом заведении, которого не тошнило бы от запаха преподавателя. Известно же, что омежки тоньше чувствуют запах альф, чем сами альфы друг друга, но и здесь не повезло студентам. С головной болью после его пар уходили все. Слухи, которые поползли по универу, а потом и получили свое подтверждение, не на шутку встревожили парня. Он задумался над тем, что же ему стоит делать в подобной ситуации. Еще и Глен, который работал почти двадцать четыре часа в сутки, без нормального сна и пищи, делал все на износ, не жалея себя. И не удивительно, что организм мужчины сдался и подвел его. Но можно ли ему как-то помочь?.. Нуждается ли он в этом или привык и такие проблемы решать самостоятельно? Оставшиеся пары прошли, как в тумане. Кей только и делал, что решал: уместно ли будет прийти к альфе домой под таким предлогом. С другой стороны, он ведь жил один. Брат и тот находился далеко и вряд ли бы сорвался сюда даже ради заболевшего родственника. Не маленький уже все же. Потому омега был настроен взять все на себя. Обиды обидами, но Максу явно было очень плохо, если его увозили на скорой. И как только он освободился, то первым же делом поспешил в аптеку. А после в магазин, где набрал ингридиентов для супа и немного фруктов. Адрес мужчины он все еще помнил хорошо, так что, без труда нашел нужный дом. Правда, ждать, пока ему откроют, пришлось какое-то время. Его истинный выглядел крайне плохо в таком состоянии, отчего у юноши даже кольнуло сердце. Но, не смотря на это, он постарался наоборот придать себе более оптимистичный вид. — Привет, а я лечить тебя пришел, — с этими словами он прошел в дом, снимая верхнюю одежду. И унося пакеты на кухню. — Иди, ложись, а я тебе приготовлю нормальный обед и горячий чай. Уложить больного обратно в постель оказалось не так-то просто. Словно тот не привык болеть или вообще по-человечески отдыхать тогда, когда должен был бы работать. Но каким-то чудом юноше удалось его уговорить принять лежачее положение и не мешать ему на кухне. А спустя немного времени Вуд уже нес в спальню альфы поднос с тарелкой супа, тостами и чаем. И бонусом к ним парочку лекарств. — Ну вот, поешь, а потом примешь вот эти таблетки, — говорил он, дожидаясь, пока Глен сядет на кровати, чтобы поставить поднос. — Сам справишься или с ложечки покормить? — Кей подкалывал совершенно не со зла, но просто от желания разрядить атмосферу, и показать, что эти хлопоты ему совсем не в тягость. Сдабривая это своей улыбкой. Пусть и не такой еще легкой и светлой, как раньше, но это уже было прогрессом. — Зачем тратишься? — казалось, Макс был не менее злой, чем тогда в баре, однако, сил ему не хватало даже на то, чтобы поесть нормально. Он делал всё медленно, злясь на себя за этот недуг. Альфа, который не может о себе позаботиться? Глен был из тех, кто презирал таких людей. И вот он в их числе. Если недосып и простуда лечились легко, то с переутомлением были проблемы. У мужчины были все симптомы, да и чувство усталости присутствовало постоянно. Его не снимал даже сон и релаксационные ванны; боль в мышцах нарастала, заставляя Макса быть более раздраженным, из-за чего и сон становился беспокойным. Он часто пробуждался без видимых причин, с трудом засыпал и, в перерывах думал о своем омеге, о том, что сделал с ним. Мужчину это терзало не хуже, а, может, даже и больше, чем Кея, ведь сам он забывать этот инцидент не стремился. Пока мужчина ел, у него поднялась температура, и всё, на что был Макс способен после — молча отложить тарелку и тяжело упасть на подушки, болезненно прикрывая глаза. Комната плыла, начинало тошнить, бросало в жар. Только при помощи парня альфа выпил таблетки и мгновенно провалился в сон, стоило им начать работу. Всё было куда хуже, чем можно было представить. Кухня была завалена грязной посудой, в холодильнике пусто, в ванной куча не стиранной одежды, на которую так же не было времени. Мужчина просто сбрасывал грязное в корзину для белья, надевая чистое и уходя на работу. В кабинете и вовсе творился ужас. Только один стол был похож на фундамент для эйфелевой башни из бумаг, книг и папок, не говоря уже о тех, что упали на пол. Кей не покидал комнату альфы, пока тот не поел и не принял лекарства. Как оказалось, все и правда было куда хуже, чем могло показаться на первый взгляд. У Глена совершенно не было сил, даже на разговоры, что заставляло омегу еще больше беспокоиться. Видя, как он провалился в сон, юноша мягко погладил его по щеке, поправил одеяло. А после, прихватив с собой поднос и его содержимое, вернулся на кухню. И только теперь, когда первостепенная задача была выполнена, он сумел осознать, какой же хаос творился в доме. Не долго думая, Вуд взялся приводить жилище в порядок. Быстро закинув белье в стирку, он занялся кухней, на отмывание которой у него ушло приличное количество времени. По хорошему стоило бы купить еще хоть каких-нибудь продуктов, но он слишком боялся оставлять мужчину одного надолго. Поэтому пока решил обходиться тем, что сам принес. Перемыв всю посуду и расставив ее по местам, омега переключился снова на белье. Вещей было едва ли не целая гора. Со вздохом он справился и с этим, постоянно напоминая себе, что нужно быть тише, чтобы не тревожить сон альфы. В конце концов, когда все вокруг снова было в чистоте и порядке, юноша сходил проверить Макса. Но тот все еще спал, так что, Кей не рискнул его беспокоить. Вместо этого он занялся кабинетом. Тут все было сложнее. Ему не хотелось расстраивать порядок, в котором, наверняка, учитель держал все свои документы. Но и оставлять такой бардак не было никаких сил. Подняв все листы, парень рассортировал их, и аккуратно сложил в несколько стопочек. Так и наступила ночь. К счастью, к этому времени мужчина проснулся, но долго не мог вспомнить, что он делает в своей кровати и как пришел домой. Вуд уже был рядом с новой порцией чая и таблетками. — Ну как ты? — тихо поинтересовался он, присаживаясь на край кровати рядом с больным, и осторожно потянувшись к нему рукой, чтобы потрогать лоб. — Кажется, температура все-таки спала… Держи. Он помог любимому приподняться и выпить горячий напиток. Ему были чужды мысли об осуждении чужой слабости и неспособности позаботиться о себе в подобных ситуациях. Кей считал глупым обвинять кого-то в подобном, потому почти готов был ворчать на мужчину, который все пытался храбриться и делать вид, что помощь ему не нужна. Но ничего, с этим они тоже как-нибудь разберутся. Выпив очередную порцию таблеток, мужчина начал медленно вспоминать события утра. Вот он ушел к медсестре, а с оттуда уже уехал на скорой, хотя просил только таблетку от температуры. После слова врача о диагнозах, что ему грозили в таком состоянии и спор, что дома ему будет куда лучше. Пришлось в таком состоянии даже отказ от госпитализации писать. А потом он приехал домой и почти сразу явился омежка. — Почему ты не дома? Тебе ещё уроки делать. Разве я мало задал на выходные, что ты теряешь время здесь? — мужчина словно не способен был сказать «спасибо», ворча на юношу, что сейчас обхаживал его, как маленького ребенка. Подобные слова от мужчины почти заставили парня обидеться. Но вместо этого он только поджал губы и возмущенно посмотрел на Глена, одним взглядом показывая насколько недоволен тем, что услышал. Раз уж он пришел сюда помочь, значит, сомневаться в его решении и спорить было ни к чему. Затевать ссору Кей не спешил, поэтому вернул своему лицу более мягкое выражение, и вскоре Макс взял его руку, прижав ее к своей щеке, заросшей щетиной. — Ты не должен был этого делать, малыш… — пересохшие губы коснулись теплой серединки ладони и мужчина вновь лег, давясь кашлeм, а после ещё и чихая. — Давай я сам буду решать, что я должен, а что — нет, — негромко, но уверенно ответил он, наблюдая за действиями альфы. Ему было даже приятно от этих легких прикосновений. Будто что-то такое далекое, хорошее и почти забытое. Однако, пока что Вуд отбросил эти мысли. Не время было думать о своих чувствах. Гораздо важнее для него сейчас было поставить Макса на ноги. И, конечно, помочь ему отдохнуть как следует. — Чёрт… себе таблеток хоть купил? Я заразный, наверняка… — Ничего, я быстро поправлюсь в случае чего. А вот ты бы без меня тут неизвестно сколько выздоравливал бы, — вздохнул омега. — Хотя, нет, зная тебя, ты бы уже на следующий день спешил на работу. Не надо так над собой издеваться… Последнюю фразу он произнес совсем тихо, нежно поглаживая учителя по голове в попытке расслабить его. Как бы там ни было, омега осознавал, что все еще волнуется за мужчину. Переживает, чтобы тот был сыт, здоров и в хорошем настроении. Так странно… но сейчас он, кажется, был ближе всего к тому, чтобы начать прощать его поступок. Хотя даже самого Вуда за такую «мягкотелость» точно бы осудили. Но зачем жить, все время неся с собой боль и страдания? Парню и без того хватало о чем, переживать. А изнасилование, еще и любимым человеком, он просто желал выкинуть из головы, стереть и забыть навсегда, чтобы через это же и освободиться. — Ничего, отдохнешь, поспишь и скоро будешь в порядке, — Кей чуть улыбнулся, а после слегка покраснел и отвел взгляд. — Можно мне остаться? Уже поздно, да и, к тому же, за тобой нужно приглядеть… Я много места не займу. Могу на диване в гостиной устроиться. Он тараторил и, только договорив, вернул взгляд обратно к лицу Макса, ожидая его решения. Мужчина и сам бы хотел, чтобы парень остался, но услышать это от него было в разы приятнее. — Можно, только при одном условии, — серьезно прохрипел больной, поднимая подушку повыше и опираясь на неё спиной. — Только если будешь спать в этой кровати. Я хочу снова обнимать тебя, — альфа понимал, что это рискованно, но он и правда соскучился по юноше. Соскучился по его легкому запаху, по нежной коже и милому сопению, что сопровождало спокойный сон. А сейчас, когда ему было особенно тяжело, альфа хотел лишь одного — уснуть прижимая к себе юношу. Как можно дольше и как можно крепче. Омега не отводил взгляда до того самого момента, пока Глен не озвучил свое условие. Это стало для него даже легким шоком, пусть он и понимал, что рано или поздно им нужно будет снова сблизиться. Если в моральном плане Кею было проще решиться на прощение, то на уровне физическом все было сложнее. И сейчас он переживал, как перенесет нахождение мужчины так близко и так долго… Но, к счастью, закипевший чайник спас его от моментального ответа. Позволяя скрыться на кухне и еще раз все обдумать. Он честно признавался себе, что скучал по Максу, по его запаху и крепким объятиям. По тем дням, когда они были просто двумя счастливыми любовниками… И, даже не смотря на нынешнюю тревогу, все же был готов попробовать. В любом случае, больным тот ему вряд ли сумеет нанести ему серьезный вред. Хотя думать о таком вообще не хотелось, увы, засевший в душе страх, искоренялся крайне трудно. Мужчина, так и не дождавшись ответа, лёг обратно, укрывшись одеялом. Он бы не удивился, откажи ему Кей. Но время действительно позднее и альфа не отпустит омежку домой, да и так хотелось попробовать, а вдруг Вуд так же соскучился? Вдруг уже просто не может или не знает как переступить через ту стену, что выстроил в попытке защитить себя? Сделав очередную чашку чая, омега вернулся в спальню, ставя его на прикроватную тумбочку, тихо вздыхая вместе со словами: — Я согласен поспать с тобой. Заодно присмотрю за твоим состоянием… Оставив учителя еще раз ненадолго наедине с собой, парень отправился к гардеробу хозяина дома. Наверное, это было наглостью, но, к сожалению, спать ему тут было не в чем. Потому он решился одолжить у Макса какую-нибудь старую футболку, которая явно уже много лет была исключительно домашней и на низкорослом и худом омеге смотрелась, как платье. Смутившись своим же странным ассоциациям, он продолжил приготовления ко сну. А, вернувшись к мужчине, неловко оттягивал края футболки вниз, прикрывая бедра. — Ты извини, я тут решил у тебя взять одежду… Надеюсь, ты не очень против? Задав вопрос, юноша забрался на кровать, тут же укрываясь одеялом, и снова бросил взгляд на свою пару. Все еще чутка волнуясь о том, как все будет происходить. К тому моменту, как омега залез в кровать, альфа уже выпил очередную порцию чая и таблеток, почти проваливаясь в сон. Он хотел дождаться омегу и это получилось. Кей был прав. Сейчас мужчина был ни на что не способен. Даже возбудившись от милого вида своего мальчика, альфа только и смог, что обнять его, проваливаясь в царство Морфея словно кто-то нажал «выключатель». Рядом с альфой парень заснул не так быстро, как рассчитывал. Долгое время он просто лежал и прислушивался к ощущениями, что рождали в нем эти объятия. Сперва он даже почти дернулся прочь, но секундная паника прошла благодаря усилиям воли, и Кей постепенно расслабился. В конце концов, все было не так плохо. Мужчина крепко спал, было тепло. А любимые запахи апельсинов и кофе действовали на омегу успокаивающе, что и позволило ему погрузиться в глубокий сон. Большая часть времени для Глена прошла спокойно. Он спал, ощущая запах лаванды возле себя и тревоги медленно отступали, позволяя, если и просыпаться иногда, то сразу засыпать снова. Хуже стало лишь под утро, когда температура вновь подскочила, и мужчина проснулся от боли в теле и дикого жара. Ощущения, словно его бросили в костер не прибавило романтизма к вечеру и возбуждения к тому, что рядом спал полуголый юнец, с растрепанными волосами и милой улыбкой. Решив не будить Кея, альфа сам дошел до кухни, где сразу оценил чистоту комнаты, а найдя таблетки, принял их, запивая всё обильным количеством воды. На самом деле, ему было куда лучше, чем утром вчерашнего дня, портила всё лишь температура. Вернувшись в кровать, мужчина постарался тихо лечь рядом, чтобы не разбудить парнишку, наблюдая за ним, пока его вновь не усыпило, но уже до обеда. С десяти утра домашний телефон не переставал звонить, но благо что до спальни его звонок не доходил и не разбудил альфу. Звонили с работы и больницы. А вновь проснувшись, мужчина ощутил дикий голод, чего не было уже пару дней. Благо омежка вновь был рядом и быстро накрыл стол, ибо сидеть в постели мужчина больше не намеревался. — Что говорили в универе? — закутавшись в махровый халат, Макс сел за стол, вдыхая аромат супа и сглатывая слюнки. Он был похож на голодного волка, которому стало лучше, хотя по внешнему виду и не сказать. В доме было достаточно тепло даже зимой, чтобы юноша мог оставаться в футболке. Это было даже удобно, не считая того, что из-за ее большого размера, случайно оголялось от одно, то второе плечо. Впрочем, пока он оставался наедине с собой, это его почти не беспокоило. А вот когда мужчина вышел на кухню, Кей внимательно осмотрел его, подмечая, что даже вид у него был лучше. — Ну, студенты только переговаривались, передавая друг другу новости о том, что тебя увезли на скорой, — сказал он, пожав плечами. — А потом тебя подменил Корвин… к счастью, все прошло сносно. Пожалуй, Кей теперь был одним из немногих, кого запах этого альфы не волновал ни капельки. После того, как Макс оставил свою метку, он никого больше и не чувствовал толком. Проведя с мужчиной еще какое-то время и убедившись, что ему уже лучше, и что тот честно будет продолжать лечиться, Вуд вернулся к себе домой. Впереди еще был один полноценный выходной, в который он мог отдохнуть. Но в этот вечер он все же решил заняться домашкой. И все шло бы как обычно, если бы уже к середине недели юноша не ощутил бы, как его самочувствие ухудшается. Макс в это время уже пришел себя и вернулся к работе. Но вот его молодому любовнику только предстояло испытать те же «прелести» простуды, что и мужчине недавно. Кей не жалел, что тогда отправился альфе на выручку. Но все же иметь такой близкий контакт с больным было не лучшей идеей. Наконец ему пришлось отпроситься и отправиться домой, мечтая лишь о том, чтобы отлежаться и побыстрее пережить болезнь. «Выпадать» вот так из учебы в начале семестра ему совсем не хотелось. Макс вышел сразу же, как ему стало лучше. Омега к нему больше не приходил, занятый учебой, потому мужчина и не желал сидеть дома. Он начинал едва ли не с ума сходить от того, что мальчишки не было рядом. В какой-то момент он даже начинал думать, не изменил ли Кей своего мнения? Может, он посчитал, что лучше удалиться в учебу, чем общаться с тем, кто причинил ему боль? И новости о том, почему Вуд Кей не присутствует на его паре лишь лишний раз подогрели подобные мысли. Он ведь его даже не предупредил. У самого Глена было оправдание: его забирала скорая и ни времени, ни сил не было на звонок, но сейчас мальчишка отпросился сам… Доработав до конца дня, благодаря болезни, мужчина уехал намного раньше. Глен отправился сразу к парню, даже не задумываясь о том, что оставляет машину перед его домом. Уловив сквозь долгожданную дрему звонок в дверь, омега сперва недовольно застонал. Ну кому еще понадобилось дергать его в такое время? Но, открыв дверь, мысленно уколол себя за такие эмоции. Кей стоял перед внезапно пришедшим альфой в смешной пижаме и носках, шмыгая носом. Как только омежка открыл дверь, альфа сразу же прикоснулся к его голове, проверяя температуру и вздыхая, закрывая за собой. — Почему не позвонил мне? Не предупредил? Почему я от твоего друга узнаю, что ты утром отпросился? Сказал бы мне, я бы отвез тебя домой… Простуда стремительно отбирала силы. И парень только и делал, что боролся со слабостью, уперто пытаясь лечиться. Хотя, на самом деле, с куда большим удовольствием он бы просто лежал в постели, пусть даже чихая и кашляя. Вокруг него на кровати и без того было множество таблеток и платочков, которые он активно использовал. Заснуть тоже не получалось, что только продливало страдания измученного организма, но деваться особо было некуда. Ну а беспокоить этим едва поправившегося мужчину ему и вовсе не хотелось. — Я просто не хотел тебя тревожить, — если бы он мог, то непременно бы снова покраснел. Но его лицо оставалось бледным, демонстрируя степень простуженности. — У меня тут есть все необходимое, а ты и сам только после больничного… Вуд вздохнул, пропуская мужчину в квартиру. Не прогонять же его в конце-то концов. Да и приятно это было, что едва стоило рыжеволосому «пропасть», Глен уже кинулся его искать. И даже его вечное ворчание не раздражало, а умиляло. Значит… он и правда так за него волнуется? От таких размышлений на душе становилось теплее, но вслух пока он не решался говорить на подобные темы. Долго бодрствовать ему не дали. И совсем как он недавно, Макс отправил его в постель, сам занимаясь чем-то в другой части квартиры. Омега же послушно лежал под одеялом, хотя любопытство подсмотреть, что же такого там делает мужчина, было огромным. Да только в таком состоянии он быстро исчерпал свой лимит сил, а потому даже порадовался тому, что лежит в мягкой постели, где можно расслабиться и на время ни о чем не думать. Глен и правда переживал за парня, понимая, что именно он его и заразил. Приготовив на скорую руку суп, как некогда сам омежка, даже с этими же самыми ингредиентами, мужчина принес все в спальню, ставя на столик. Давно он не был в этой комнате. При первой их встрече никто и не подумал бы, что все повторится. Придя сюда, альфа лишь хотел воспользоваться молодым, никем не тронутым тельцем, вкусить его нежности и невинности, но он и не подозревал, что спустя всего каких-то пару месяцев будет мальчишку едва ли не с ложки кормить. Кстати, об этом. Вспомнив все подколы Кея, Макс тут же их применил, помогая ему сесть удобнее на кровати. — С ложечки покормить? — промурчал довольно, но ещё хрипло преподаватель, садясь рядом с парнем и касаясь щеки своей ладонью. Юноша проследил взглядом за вошедшим в комнату альфой, удивленно отмечая, что тот принялся за ним ухаживать в ответ. В последний раз это делала только мама, которой ему порой очень не хватало. Даже суп, который омега готовил Глену, а он, в свою очередь ему, был по ее рецепту. У Кея от этого едва не вырвался тихий всхлип, но он сдержался. И с благодарностью смотрел на мужчину, когда тот помог ему сесть и подал тарелку. — Ох, как оригинально, — рыжеволосый закатил глаза. — Придумай свои подколы, не воруй мои, — но, это ворчание было притворным. На самом деле, ему было хорошо от всего, что происходило. Макс рядом. Такой родной и добрый, как раньше, и искренне переживающий. Да, Вуд любил его. Так сильно, что готов был простить всё и снова впустить в свою жизнь. — Ну ладно, — улыбнувшись, сдался альфа. — Просто я волновался за тебя. И… Ты снова в постели из-за меня… — вздохнув, мужчина снял пиджак, оставляя его на стуле и снова возвращаясь к кровати. — Ты в больнице уже был? — Да, был, — парень не успевал отвечать на все вопросы учителя, занятый тем, что пытался поесть. — Там мне и прописали все эти лекарства. А потом, тихо хихикнув, добавил: — Кажется, я уже пол стипендии в аптеке оставил. И… — он опустил руки, крепче сжимая в них тарелку с ложкой, и глянул на мужчину. — Спасибо тебе. Я… рад, что ты сейчас здесь. После этого он снова замолчал, доедая скромный, но ужасно вкусный ужин, и передав посуду обратно в руки Глена. На душе снова была какая-то неразбериха. Одна часть его считала, что еще рано делать что-то еще, нельзя спешить, но вторая отчаянно нуждалась в том, чтобы истинный все время находился рядом. Чтобы грел, обнимал его, разговаривал с ним. Но Кей умудрялся даже сейчас накручивать себя на то, что это слишком эгоистично. И пусть мужчина и просил дать ему еще один шанс, омеге было не просто заставлять его трястись над ним. Или вообще остаться здесь, с ним на ночь. Наверняка же у него было еще полно работы и сон тоже был необходим… так что, юноша, так и не разобравшись в себе, совсем сник и притих на долгое время. Макс рассматривал таблетки парня и его список, что тот притащил с больницы. После унес тарелку, решив за одно и посуду перемыть, чтобы не оставлять грязную, а вернувшись, нахмурился и сам. — Что такое? — взяв градусник, мужчина всунул его под мышку парню, поправляя осторожно одеяло и заглядывая в его глаза. — Что с тобой? У тебя такой вид… словно ты хочешь, чтобы я ушел… Скажи мне, что я ошибаюсь… Мужчина погладил парня по щеке, а после по волосам, не желая никуда уходить, но и заставлять нервничать юношу не мог. У того явно испортилось настроение. И сложно было понять, что послужило причиной: наличие в доме альфы и его запаха или простуда, что за считанные часы уложила молодого любовника в постель. Если Кей хотел остаться один, Макс уйдет. Даже спорить не будет. Их желания ведь могут отличаться, так? Больной омежка может и не желать быть рядом с Максом. Погрузившись в свои безрадостные мысли, юноша даже дернулся от неожиданности, когда мужчина вернулся к нему в спальню. Вынырнув из своей задумчивости, ему все равно стало неловко, из-за чего Вуд даже передернул плечами. Ведь он опять заставлял Глена переживать и говорить о том, что тот уйдет, стоит ему только слово сказать. Но проблема была как раз в том, что Кей не хотел оставаться один. Ни в этом состоянии, ни вообще. Ему хотелось снова обнимать своего альфу, деля с ним одну постель, и быть, как прежде, спокойным и радостным. Но все теперь стало таким сложным. — Все нормально, — он не сопротивлялся градуснику, но в глаза мужчине смотреть стеснялся. Ну вот и как ему просить этого человека о чем-то еще, если он и так сделал для него многое? Если до этого сам омега выстроил между ними барьеры, которые не знал, как преодолеть? — Макс, я… — он запнулся, пытаясь подобрать слова. Хотя все было предельно просто. И, выдохнув, наконец сознался: — Я не хочу, чтобы ты уходил… Ты можешь остаться со мной? Кей бросил короткий взгляд на мужчину, будто пытаясь предугадать его реакцию, и нервно мял пальцами край одеяла. — Ты можешь отказаться, я понимаю, ты сам недавно переболел, тебе нужен отдых… Да и работы хватает, просто я… — и снова вздох. — Я не хочу снова оставаться… без тебя. Глен внимательно выслушал парня и вздохнув, коснулся его лица двумя руками, даря нежный, почти невесомый поцелуй. Он был рад услышать это от юноши. Рад был остаться. — Кей, пусть я ещё хоть сто раз заболею, но, если тебе одиноко, и ты хочешь вновь оказаться рядом со мной — я останусь во что бы то ни стало. Улыбнувшись, мужчина отпустил красивое и смущенное личико из своих, огромных по меркам омеги, рук и взял градусник, рассматривая температуру. От поцелуя юноша на мгновение даже задержал дыхание, чувствуя, как его переполняют эмоции. Может, это из-за болезни или еще бог знает чего, но от такого жеста у него защемило в груди. И он даже не испугался альфы, как мог бы раньше. — Хорошо, — кивнул юноша, отпуская свои тревоги прочь, и настраиваясь на тихую, спокойную ночь, где любимый будет рядом. — Мне остаться спать здесь или лечь в другой комнате? — поинтересовался он, пока доставал парню таблетки. Какие-то по его указке, какие-то сверяясь по списку. Получив невнятный ответ, альфа переспросил ещё пару раз, но уже явно издеваясь над Вудом, чем просто уточняя информацию. — Останься здесь, — пробормотал омега, а после смущенно фыркнул, когда Глен заставил его это повторить. Ох, он даже сейчас над ним «издевался», делая все, чтобы заставить смущаться и краснеть. И у него это прекрасно получалось. Пока Макс готовился ко сну, парень принял все лекарства и удобнее устроился на подушке, чувствуя, что его немного разморило. Закончив с помощью, альфа отправился в душ, закинув нижнее белье и рубашку в стирку, а выйдя совершенно нагой, внимательно посмотрел на парнишку. — Малыш, а ведь у тебя здесь нет ничего моего размера. И как мне быть? Сделав многозначительный жест руками вдоль своего тела, Макс вздохнул. — И почему я не подумал об этом раньше? Новое появление альфы в комнате, еще и полностью обнаженным, сняло дрему как рукой. Кей мгновенно вспыхнул, краснея до самых ушей. Он успел забыть каким красивым было тело учителя и какими выдающимися были некоторые его… части. — Да уж, тебе даже мои самые просторные шорты будут жать, — вздохнул он понимая, что другого выхода просто нет. Любоваться им издалека это одно дело, но спать рядом с ним голым, заставляло парня вспомнить о своих страхах. Но на этот раз Вуд решился им не поддаваться. И, тряхнув головой, словно отгоняя эти мысли, позвал любовника: — Ладно, ложись уже так… что уж поделаешь. Рыжеволосый, все еще смущенный, лег на бок, ожидая, что мужчина обнимет его со спины. И тихо выдохнул, стараясь успокоить участившееся сердцебиение. Глен улыбнулся и лег в постель к парню, но обнимать его не спешил. Сначала провел пальцами по плечу юноши, затем по руке. Он прижался совсем близко к омеге, так, что Кей мог ощущать полувозбужденный член мужчины через тонкую ткань ночных штанов. Но Макс ни на чем не настаивал. Поцеловав парнишку в шею, слегка обдав кожу горячим дыханием, альфа выключил в комнате свет и лег на подушки. То, что его так и не обняли, почему-то расстроило омегу. Вместо этого он неподвижно лежал, прикусив губу, и с замиранием сердца ощущал прикосновения Глена несколько иного рода. От поглаживаний и мягкого поцелуя внутри что-то приятно замерло. Но вот чувствовать горячую плоть мужчины так близко было слишком волнительно. Кей весь сжался, боясь непонятно чего, но, к счастью, альфа ничего больше не делал, и юноша постепенно снова расслабился. Поспать и правда не мешало. — Спокойной ночи, маленький, — прошептал он, закрывая глаза и задумываясь о будущем. В таком состоянии мальчишке не стоило идти на пары, но остаться Макс с ним не мог. А оставлять его одного не хотел, хоть и понимал, что выбора особо-то и нет. — Спокойной, — зевнув, ответил он, засыпая очень быстро. Сладкий запах апельсинов окутывал его, отгоняя плохие мысли, и позволяя скорее погрузиться в крепкий сон. Так и не заметив, мужчина уснул возле Кея, ни разу не обняв его. А проснувшись рано утром, почти сразу ушел, стараясь не будить мальчишку. Правда, на столике перед ним всё равно появились тосты и клюквенный морс, не пойми от куда взявшийся. А ещё записка с просьбой, написанной огромными буквами: «Позвони как проснёшься. Я хочу знать о твоём самочувствии». Когда юноша проснулся было уже около полудня. Мужчины не было рядом, что снова не вызвало у него приятных эмоций. Хотя он и понимал, что оставить работу мужчина не мог. Потянувшись и после поднявшись с постели, Вуд обнаружил завтрак и записку. На этот раз он ее прочел, чуть улыбаясь. Откусив кусочек тоста, Кей нашел свой телефон и набрал Макса. Сейчас как раз была перемена и он не должен был сильно ему помешать. Отчитывались о том, как он себя чувствует, он пожелал альфе хорошего дня, и снова лег.