Кофе в (твою) постель

– По вертикали: теория и практика управления материально-техническим обеспечением, девять букв, третья «г», последняя «а», – Ацуши озадаченно почесал макушку карандашом, находящимся у него в пальцах. – Логистика, – скучающе отозвался Рампо, уже час как гипнотизировавший взглядом находящиеся прямо перед ним пироги и кексы. Единственными вещами, которые останавливали его, была стеклянная витрина и постоянно сверлящая его макушку взглядом Йосано, сидевшая на стуле прямо за его спиной и якобы заинтересованно следившая за залом. – Подходит, – кивнул Ацуши и снова задумчивым взглядом уставился в журнал. – По горизонтали: воспаление оболочек головного мозга, восемь букв, первая «м», седьмая «и»… – Менингит, – перестав тихо бормотать себе под нос страшные вещи, похожие на заклинания по призыву нечисти, бегло ответила Йосано; захлопнув свою увесистую книгу, она, несмотря на каблуки и скользкую половую плитку, изящно спрыгнула с насиженного места и уверенно направилась к кофемашине. Ацуши негромко промычал, шустро записывая слово в клеточки. – Вторая «е», если что! – негромко ойкнув, мальчик принялся старательно исправлять жирно выведенную букву. Рампо тяжело вздохнул. Пятничная смена по праву могла считаться самой спокойной сменой из всех за любую рабочую неделю. Сравнительно слабый поток спящих на ходу студентов уже к обеду стремительно иссякал – оставались лишь изредка забегающие на перерывах работники торгового центра и офисов напротив, заказывающие что-то быстрое и неоригинальное на вынос, и скучающие зеваки с окнами в расписаниях, которые заказывали один несчастный капучино и целых два часа цедили его через трубочку в самом дальнем углу зала с телефоном в руках. Спокойствие сопровождалось невыносимой скукой, с которой каждый боролся, как мог: Йосано предпочитала готовиться к семинарам, Джуничиро надолго залипал в собственный телефон, загадочно улыбаясь, Дазай веселил всех присутствующих своими театральными моно-диалогами, Куникида всегда находил себе дополнительную работу... Ацуши брался за невозможно надоедливые кроссворды, в которых обнаружение ответа радовало его куда больше, чем сам процесс поиска, поэтому в разгадывание сеточек с пугающе многочисленными количеством квадратиков на листок неизменно привлекались все подряд. К превеликому сожалению этих самых всех подряд. – Как же скучно сегодня, дома и то веселее… – Рампо, откинувшись на спинку стула и закинув ноги на освободившееся рядом местечко, демонстративно зевнул. Он очень смахивал на домашнюю кошку, противную и ленивую: когда он не ел, он спал, когда не спал – со скуки пудрил мозги сложными головоломками хлопающему глазами Ацуши до тех пор, пока бедный мальчик не зависал напрочь. Несмотря на постоянную лень, в редкие моменты прозрения работал Рампо великолепно; проблемы на пустом месте, однако, он создавал еще лучше. Справиться с этой катастрофой могли лишь три человека во всей вселенной: их дражайший директор, Йосано и странноватый юноша с енотом, работающий в зоомагазине на первом этаже, поэтому в свободные минутки древнее сопящее зло от беды подальше старались лишний раз не тормошить. – Теперь, по вертикали: разрушительное стихийное бедствие… пять букв, четвертая «а», – Накаджима в ожидании повернулся к коллегам и едва заметно склонил голову набок. Придремавший Рампо неожиданно встрепенулся. – О! Дазай! – Действительно! – Обрадовавшийся Ацуши подскочил вслед за ним, но тут же опомнился. – Погоди, что? – Доброго утра всем, – с мрачным видом забросив свою сумку на стойку, совсем не дружелюбно пробормотал Осаму. – Всем, кроме моего лучшего друга, который предал меня! – Ты о чем? – непонимающе нахмурившись, спросил Ацуши. – Даже не пытайся, я не поддамся чарам твоих очаровательных наивных взглядов, – театрально взмахнув рукою, Дазай фыркнул. – Я видел твои новые фотографии! – У меня скоро будет котеночек! – охнув, тут же просиял Накаджима. – Но уже больше нет самого лучшего и надежного в мире приятеля, – Осаму, упав лицом на стойку, громко надрывно всхлипнул. – Эта жизнь – полный отстой, Йосано, врубай Деспасито. – Какое зло тебе сделали сидящие в зале люди? То, что тебе плохо, не значит, что всем должно быть плохо тоже, – девушка, прищурившись, предосторожительно прикрыла собой лежавший в укромном уголке планшет, – пожалей хотя бы меня, я как минимум четыре раза за это утро слышала Элис Мертон. – Ты имеешь что-то против Элис Мертон? – вздернув бровь, как бы между прочим поинтересовался Рампо. – Против неё самой – ничего, но против её нового хита, который крутят словно по заевшей пластинке – определенно да, – Йосано сделала широкий нечитаемый жест руками, чуть не расплескав кофе на сжавшегося в комочек Ацуши. От греха подальше он поспешно ретировался на другой стул. – Четыре раза одну и ту же песню! Мне кажется, я скоро тронусь вместе с ней, только не с места, а кукушкой! – Давайте вы поговорите о своих музыкальных предпочтениях потом? Тут от неразделенной любви человек вообще-то умирает, кто-то обратит внимание на меня? – захныкал Дазай, перевернулся на спину и обреченно сложил лапки на груди. Это выглядело так, словно он дожидается своего часа на смертном одре – более того, это действительно было бы так, если под его лопатками не находилась бы холодная барная стойка, а на смене дежурил Куникида. Впрочем, Доппо ничто не помешало бы проигнорировать досадный первый пункт и пригвоздить Осаму к этой стойке навеки вечные в качестве какого-нибудь декоративного гербария за бессовестное раструшивание своей шевелюры по всей рабочей поверхности, если бы он находился здесь. Повезло? Кто знает – Дазай и без того снова начал недвусмысленно поглядывать на привлекательную балку над кассой. – Да ладно тебе, Осаму, – Акико ткнула в его сторону рукой, в которой держала стаканчик, снова едва не задев Ацуши – он в панике вернулся на прежнее место, – в чем вообще твоя проблема? – Ацуши предал меня. Пока я здесь, не в силах сделать и шага от переполняющих меня чувств, думаю о том, как завоевать любовь всей своей жизни, которая работает в магазине напротив, он просто взял – и начал встречаться с их же кассиром! Я оскорблен, Ацуши. До глубины души оскорблен. Две удивленные пары глаз в тот же момент уставились на него – Ацуши медленно побагровел до кончиков ушей, вжимая голову в плечи. Музыка внезапно прекратилась, – эта колонка любила над ними издеваться – ситуация стала в два раза более неловкой и ещё сильнее предполагающей к тому, что Накаджима прямо сейчас должен выхватить пластиковую ложечку из стойки по правую руку от него, экстренно вырыть подкоп и, сломя голову, броситься искать дипломатического убежища на стороне Кёки. Судя по бегающему взгляду и подрагивающим пальцам, он был близок к тому, чтобы приступить. Если бы не все ещё белые волосы, он вполне мог бы просто замаскироваться на фоне милой бордовой кофточки Йосано. – Рю пригласил меня посмотреть на их новорожденных котят, – смущенно пролепетал он сквозь прикрывающие лицо пальцы лишь для того, чтобы прервать эту неловкую тишину. – И… я был в таком восторге, что его сестра предложила мне взять одного себе, когда они немножко подрастут. – Вряд ли Акутагава входил в список вариантов, Ацуши, – театрально схватившись за сердце, Дазай сполз на пол. Акико проследила за ним стремительно опечалившимся взглядом – очевидно, отдавала честь его до этого идеально чистым белым брюкам. – Сделайте мне кто-нибудь дабл айриш¹... можно даже без кофе. – Акутагава Рюноске? – забыв о своей скорби, она тут же просияла; посветлевшее лицо тут же украсила яркая широкая улыбка. – О, я вспомнила! Их менеджер – моя очень милая соседка. Мы как-то беседовали с ней о работе; она говорила о Рю много хороших вещей, видимо, он действительно хороший мальчик. – Так она твоя девушка, – презрительно сощурившись, взглянул на неё Осаму. – Я этого не говорила, – Йосано попыталась равнодушно хмыкнуть, но губы её едва заметно дернулись в усмешке. – Мы просто иногда пьем кофе вместе. И она забирает Паффи к себе, когда я… ну… выпускаю её на улицу перед уходом и забываю запустить обратно домой, когда возвращаюсь. – О господи, ты забываешь свою кошечку на улице! – воскликнул Ацуши, шокировано обхватив ладонями щёки. – О ГОСПОДИ, она и вправду твоя девушка, – горько вторил ему Дазай, откинув голову назад и ударившись об полку. – Можно вопрос? – выпавший из темы и, возможно, из жизни тоже Рампо внезапно подал голос. – Вы все втрескались в персонал из одного и того же магазина? Вмиг застывшие в нерешительности лица заставили его широко открыть глаза от изумления. – Да вы гоните, – он сухо рассмеялся с нарастающей громкостью, – я тут что, единственный… – Какого хрена ты вообще здесь, умник? – раздраженно перебил его на полуслове отвисший Осаму. – Разве сегодня не смена Джуничиро? – Первая причина – мой папуленька решил немножко покраснеть за наш бравый дуэт сорванцов, отправился вместе с ними проверить, как там дела у одного из его новых магазинов, который находится в нашем торговом центре, и захватил меня с собой. Надеюсь, он ещё дышит, – пожал плечами Эдогава. – Ты про отца? – обернувшись через плечо, неуверенно уточнила Йосано. – И про него тоже, – с секунду поколебавшись, кивнул Рампо. – Вторая – Танизаки вчера подвернул лодыжку. – Я говорила, что его экстремальные хобби не закончатся ничем хорошим, – снова отозвалась Акико, недовольно покачавшая головой. – На самом деле, Джуничиро поскользнулся на луже, которая накапала из залитого цветка у нас в служебной комнате, так что тут скорее виноваты мирные увлечения Кенджи, – Рампо уставился в потолок. – Папа все равно сегодня ехал сюда, вот я и согласился. Без детей дома делать нечего… – Ты и сам похуже любого ребенка будешь, – фыркнул сидевший на полу Дазай. – А сам-то? – Йосано снова бросила взгляд на его штаны и грустно шмыгнула носом. – Сидишь тут и ноешь вместо того, чтобы что-нибудь делать. У тебя есть хоть какой-нибудь план действий? – Ну, когда мы вчера были на смене с Куникидой, он взял с собой племянницу, потому что отгулы – это не про ･:*✧･ﾟлучшего сотрудника часа, дня, недели, месяца, квартала, года и столетия, великолепного, неповторимого и исполнительного Куникиду Доппо*:･✧｡, и пока он во время обеденного перерыва читал со своим ненаглядным задротом из аниме-магазина последний томик «Темного дворецкого», я почти подбил Аю помочь мне в моем нелегком деле. – Подбил? – Ацуши нахмурился, обхватив плечи руками. – Ну, мы с ней заключили двухсторонний обоюдно выгодный договор! Я – покупаю ей конфеты и любую вещь в том магазине, куда мы направимся, она – играет роль моей безумно любимой маленькой сестренки и стойко терпит тысячи примерок до того, как я не выпытаю свидание у того милого рыжика с грязным ртом и чистыми голубыми глазами, – Дазай мечтательно вздохнул. – Голубыми, как твоя ориентация, – Акико тяжело вздохнула. – Как я понимаю, план пошел по пи… – Именно по этому пути и пошел, – прервал её Дазай, яростно закивав, – Куникида, как и ожидалось, оказался против того, чтобы я эксплуатировал Аю в своих целях. Даже если она сама согласилась. Это нечестно, девчонке уже десять! – И тебя это остановило, – скептично поспешил уточнить Рампо. – Ну, оказалось, рыжика в шляпе не было на смене вчера, поэтому мне пришлось отказаться от затеи, – Дазай прикусил губу, задумавшись. – Ещё планы? – предположила Йосано. – Стоять у дверей магазина до тех пор, пока он меня не заметит, – Осаму отогнул один палец. – Однозначно провал, – Йосано ударила себя ладонью по лбу. – Подбрасывать ему тайком письма каждый день. – Как ты планируешь сделать это незаметно? – Вот именно. Ещё я думал проследить за ним по пути домой и узнать, где он живет… – Это статья, – Йосано обреченно простонала. – У тебя нет планов, Осаму Дазай. – Ещё как минимум два десятка! – он протестующее сжал кулаки. То, как Ацуши и Рампо многозначительно переглянулись, Осаму заметил, но предпочел проигнорировать – он им ещё припомнит все это. Потом. Обязательно. – Предлагаю тебе сделку, – уперев руки в бока, Йосано низко склонилась к нему – так, что их лица оказались почти на одном уровне – и самодовольно ухмыльнулась. – Я рассказываю тебе три факта об этой твоей «любви всей жизни», а ты… – она кокетливо заправила прядь коротких волос за ухо и сцепила руки за спиной, отведя в сторону хитрый взгляд. – …есть одно платьишко, которое мне очень-очень нравится, но я все никак его не соберусь купить. – Намек понят, – Осаму, вмиг посерьезнев, кивнул. – Продемонстрируй. Деловая непоколебимость на его лице, казавшаяся прочнее любой кирпичной морды, начала осыпаться в тот же момент, как перед глазами его оказался смартфон с открытой вкладкой онлайн-магазина женских платьев. Все началось с округлившихся глаз и медленно отвалившейся челюсти. – Даешь по тормозам? – с нотками превосходства в голосе снисходительно кинула Акико, хищно улыбнувшись. Ацуши и Рампо от греха подальше забились в укромный уголок сразу же, как тигренок трясущимися руками протянул с подозрением косящейся на все происходящее действо девушке её заказанный эспрессо. Осаму ладонью стер пот с лица. – Десять, – пискливо протянул он, но сразу же прочистил горло, – десять фактов – и мы в расчете. – Четыре, – Йосано показала ему язык. – Семь, – голос Дазая был на грани мольбы, – это почти что моя месячная зарплата. Ещё никогда двойной суицид не обходился мне так дорого. – Зато он наверняка будет твоей последней и самой удачной попыткой, – она прищурилась. – Пять и не больше. – …Пять. Согласен. – Осаму вздохнул, прикрыв глаза. Ему понадобилась минутка, чтобы перевести дух – и он тут же вскочил на ноги, заливисто разразившись громким победным хохотом, заставившим сидевших в зале переполошено дернуться и подумать, что сработала пожарная сигнализация. – Никто никогда не возьмет Дазая Осаму на слабо! – прокричал он, сотрясая воздух гордо сжатым до побелевших костяшек кулаком. Ацуши и Рампо переглянулись. – Она взяла его на слабо, – цокнув языком, вполголоса констатировал Рампо. Ацуши сжал губы в тоненькую линию и как мог сильно закатил глаза. Колонка внезапно очнулась, задумчиво загудела и с пугающей втемностью момента громко разразилась узнаваемой с первых нот легендарной песней Queen.

***

– Слушай внимательно, – Йосано наклонилась над стойкой, упершись взглядом в глаза Дазаю. Тот положил локти на поверхность и решительно кивнул, готовый запоминать информацию. – Первое: его зовут Чуя Накахара. – Чу-у-уя, – Осаму медленно попробовал произнести это имя, раскатал по языку, как комочек засахаренного меда. Губы его тронула глупая влюбленная улыбка, острый взгляд темных карих глаз потеплел, влажно блеснув растаявшим льдом прежнего холода. – Держись, борец, – Йосано отрешенно похлопала его по щекам, возвращая в реальность. – Второе: ему двадцать два, он телец по знаку зодиака и не имеет ничего против отношений с мужчинами. – Мы совместимы на все тысячу процентов, я точно уверен! – у Дазая в глазах всполохнула искра. – Так это он весь в чувствах бросился тебе на шею во время первой встречи? Я думала, он пытался тебя придушить, – Акико не сдержала саркастичный смешок. – Третье: у него есть маленькое адское создание по имени Баки, супер-слюнявое и гиперактивное. Предвосхищая твои вопросы, это шпиц. – Собаки, – Дазай перетрусился, скривившись. – Собаки, – с ледяным спокойствием кивнула Йосано. – Но если хочешь понравиться Чуе – сначала понравься его Арахабаки. – Он назвал тявкающее облако ваты именем бога разрушений? – глаза Осаму удивленно расширились. – Больной ублюдок. Я в восторге. – …Да, – девушка откашлялась. – Четвертое: его любимый кофе – это аффогато² с пломбиром, двойной порцией топпинга персик-манго, карамелизированными хлопьями миндаля и ванильным зефиром. Дома он пьет только латте с четырьмя ложками сахара. – Я только представил себе это, а у меня уже болит зуб и потолстела задница, – Йосано, фыркнув, игриво ударила его в плечо кулачком. – И последнее. У меня нет ссылки на его профиль в инстаграме, но я точно знаю одну милую личность, которая на него подписана, – она снова протянула Дазаю свой телефон с уже открытым профилем. Три минуты методичного клацанья пальцами по экрану – и Осаму просиял так, будто боженька лично подмигнул ему с небес. – Нашел? – она улыбнулась в ладонь, когда Дазай, не отрывая взгляда от экрана, начал быстро пролистывать самые свежие фотографии. – О божечки, у него есть веснушки, – Осаму прикрыл лицо ладонью. – Он такой рыжий и такой дерзкий, а у него все щеки и нос в милых светленьких веснушках. В маленьких восхитительных солнечных пятнышках... – Доктор, мы его теряем, – весело протянул Рампо из-за спины, размахивая наполовину заполненной страницей кроссворда. Дазай медленно поднял горящий взгляд своих карих глаз на мягко хихикающую Йосано. – Я куплю тебе ещё и туфли к тому платью, – со всей своей серьезностью заверил он, – если ты придешь в этом на нашу с Чуей свадьбу. – Да ты найди силы познакомиться для начала, дятел!