Это был не ты

Мальчик прошёл все тесты. Он сметал со своего пути любого, кого они ставили перед ним. Он взламывал любую систему и решал любые уравнения. Он стойко выдерживал все избиения и выговоры. Сэр говорил, что он уже готов. Мальчик не знал, к чему. — Подойди сюда, солдат, — подросток подошёл к сэру и опустил глаза. Он знал, что случится, если он заглянет мужчине в глаза. — Да, сэр? — Ты готов к заданию? ( — И когда следующая «стажировка»? — Задание, в смысле? — Да, задание. Работа.) Мальчик увидел вспышку каких-то воспоминаний между стенами безразличия. Сэр не любил, когда он что-то вспоминал. Он уже выучил это. — Да, сэр. — Хороший мальчик. Твоя задача — задержать Мстителей и уничтожить угрозу, известную как Железный Человек. Мы отвлечём его. Всё, что тебе нужно сделать, — устранить цель. Ты понял? — Да, сэр. — Не подведи меня. Мальчик сглотнул. Я не подведу.

***

Прошёл уже месяц с того момента, как Питер... Питер... Тони не хотел думать об этом. Он перевёз Мэй в безопасный дом. Сказал ей, что Питер тоже живёт в одном из таких домов. Миллиардер придумал какую-то чушь про угрозы Человеку-Пауку и его семье от террористической группы. Он не сказал ей, что их ребёнок умер. Тони сидел на диване, уставившись в пустой телевизор, когда Стив подошёл и сел рядом с ним. — Я не думаю, что мы найдём его, Тони. — Мы должны. Солдат с сочувствием вздохнул. От этого Тони поплохело. — Вообще, я не думаю, что есть даже тело, Тони. Пожалуйста, мы должны здраво мыслить. Я знаю, что тебе больно, но мы не можем держать Мэй в неведении... В Башне сработала сигнализация. Тони вскочил на ноги, чувствуя благодарность за то, что их со Стивом разговор был прерван. Он устал от своих друзей, которые относились к нему так, будто он совсем расклеился. — Пятница? — Похоже, что команда вооружённых людей пытается проникнуть в Башню. Костюм уже собирался вокруг Тони. — Сколько? — Дюжина. Он засмеялся. — Всего двенадцать? Двенадцать человек собираются сразиться со Мстителями? — Ещё двое в машине. По моим биосканам, я считаю, один из них может быть улучшен. — Прекрасно, — Тони тяжело приземлился на крышу. Возле него Клинт натянул стрелу и выпустил в приближающегося мужчину. Внизу он увидел Стива с Наташей. Чуть позже около него приземлился Роуди. — Почему так мало? — Роуди покачал головой. — Мне это не нравится. Слишком смело. — Будь осторожен, — приказал Стив. — Наташа и я попытаемся атаковать с земли. Тони, Роуди, Вижен, вы с неба. Клинт, а ты делай свое дело. — Будет сделано, Капитан, — Клинт ухмыльнулся. — Ладно, — Тони направился к тёмным фигурам. — Давайте встретим наших гостей, а? Битва была слишком лёгкая. Двенадцать человек в считанные минуты уже валялись на земле. Но когда Тони направился к бронированной машине, чтобы вывести из строя улучшенного солдата, он выскользнул из транспорта. И вот так мужчина, который убил его ребёнка, встал перед ним. Это, должно быть, чёртово Рождество. — Мистер Старк, — мужчина улыбнулся, широко раскинув руки. — Как поживаете? Тони зарычал. Он не чувствовал ничего, кроме жажды крови к этому мужчине. Этот человек без единой капли сожаления взял и оборвал будущее Питера. Из-за него мальчик никогда не выпустится из школы. У него никогда не будет первого поцелуя. Он никогда не поступит в колледж. У него никогда не будет своих собственных детей. Из-за этого человека Тони никогда не сможет снова прижать ребёнка к себе. Кэп и остальные собрались где-то сзади, но ни один даже не шевельнулся, чтобы остановить Тони, когда тот направился к машине. Он слышал напряжённое дыхание Роуди через коммуникатор. Мужчина же выглядел полностью невозмутимым, даже когда все Мстители стояли перед ним с жаждой крови в глазах. — У меня для вас подарок. Смесь страха и тоски свернулись у него в груди. Питер. У них тело Питера. — Выходи. Когда ребёнок вышел из машины, голова Тони пошла кругом. Если бы он не был в костюме, он рухнул бы на землю с чувством шока и облегчения. Это был Питер. Питер, больше, чем живой. Питер. У него появился второй шанс. Он может сказать ребёнку, что любит его. Он может обнять его и смахнуть эти непослушные локоны с его лица. Он может посмотреть на человека, в которого он превратился, в того, кем ему суждено было стать. Но затем он по-настоящему посмотрел на Питера, и сердце ушло в пятки. Ребёнок был одет в такую же чёрную униформу, что и остальные солдаты. Пуленепробиваемый жилет плотно облегал его грудную клетку, а на бедре висел грёбаный пистолет. В таком цвете он выглядел неправильно. Питер жив. Он всегда был задротом и Человеком-Пауком в красно-синем костюме. Он не был предназначен для серых цветов. — Питер, — выдохнул он, и что-то треснуло в душе, когда он посмотрел ребёнку в глаза. Они были пустыми. Стеклянными. В них не было той искры. Он выглядел опустевшим. Будто кто-то выкинул Питера и запихнул солдата. Лидер посмотрел на Питера, и тот тут же опустил глаза на землю. Его движения были покорными. От этого Тони поплохело. — Ты помнишь своё задание? — Да, сэр, — в этом тоне не было ни капли Питера. Он был безжизненным. Безнадёжным. — Хороший мальчик, — хороший мальчик, как будто Питер собака. — Тогда выполняй. Питер молча направился к Тони. — Питер? — миллиардер быстро открыл лицевую панель шлема. Руки зачесались, чтобы притянуть к себе ребёнка и смахнуть эти грязные, непослушные кудри с его лица. Если Тони просто обнимет его, он сразу же сможет вернуть мальчика себе. Он знал это. — Питер, дружок. Ты в порядке? Ребёнок даже не вздрогнул. Он замахнулся и кулак пролетел возле лица своего наставника, и тот в шоке отшатнулся назад. — Шкет? Малыш, это я. Это Тони, — он блокировал ещё один удар. — Боже, Питер. Ты жив, — несмотря на всю эту ситуацию, Тони почувствовал, что может взорваться от счастья. Питер жив. Они смогли исправить это. Всё это время, пока он был жив, Тони мог исправить это. — Ты даже не представляешь, как я счастлив видеть тебя, Паучок. Я так скучал по тебе. Ребёнок зарычал. На его невинном лице возникло какое-то дикое выражение. — Заткнись. Тони проигнорировал его. — Прости, что не нашёл тебя, Питер. Прости меня. Я знаю, что обещал. Я знаю, что ты был в ужасе, — он отшатнулся назад, когда мальчик ударил его коленом в живот. — Ты должен помнить, Питер. Ты должен помнить, что случилось, — миллиардер позволил себе в момент облегчения показать свою слабость. — Ты должен помнить меня, малыш. Питер запнулся. Тони схватил его за руку, когда подросток полетел вперёд, и притянул в крепкое объятие, больше сдерживающее, чем утешающее. Ну что ж. Ребёнок у него. Мальчик боролся, но не очень сильно. Тони показалось, что это хороший знак. Он прислонил свою щёку к голове мальчика и прошептал: — Ты у меня, Питер. Они больше не заберут тебя у меня. Ты в безопасности. Ты в безопасности. Питер замер. Тони почувствовал, как каждый мускул ребёнка расслабился. Миллиардер закрыл глаза и позволил мыслям, которые крутились в его голове в течение этого месяца, говорить за него. — Я тоже люблю тебя, малыш. Просто чтобы ты знал. Я люблю тебя. Питер задёргался, и сердце Тони сжалось от того, как мальчик мучился. Но он не отступал. Он должен заставить Питера вспомнить. — Питер, прошу. Просто расслабься. Позволь мне помочь тебе. Ребёнок дрожал. У него странно перехватило дыхание, и он тупо смотрел вперёд. — Питер? Ты меня слышишь? Я не знаю, что они сделали с тобой, но я всё исправлю, ладно? С тобой всё будет хорошо. Просто перестань сопротивляться. Его слова подействовали как какой-то выключатель. Питер полностью обмяк, его голова упала на плечо Тони. Миллиардер мог видеть только лицо ребёнка, смотревшего вверх. — Закончи миссию, — прорычал лидер. Внезапный голос заставил Тони дёрнуться. Миллиардер был так сфокусирован на Питере и забыл, что вокруг него есть люди. Когда Тони посмотрел на мужчину, который забрал у него абсолютно всё, он почувствовал удовлетворение от того, что тот выглядел испуганным. Время словно остановилось. Питер лежал на груди Тони, смотря на плывущие облака и медленно моргая. А потом мальчик резко вырвался из рук наставника и пошёл убивать.

***

Мальчик выскочил из грузовика и оценил ситуацию. Остальные солдаты лежали на земле, но это нормально. Сэр говорил, что так и будет. Мужчина говорил, что всё, что им нужно, это он. Взгляд остановился на Железном Человеке. Задание. — Питер. Мальчик уже слышал это имя раньше. Но не мог вспомнить, где. Внезапно он почувствовал разочарование, но оно тут же испарилось. Сэр обратился к нему. — Ты помнишь своё задание? Мальчик принял позу, которую, как он знал, любит сэр. — Да, сэр. — Хороший мальчик, — подросток почувствовал облегчение. Он подчинялся, а сэр был счастлив. Когда сэр не был счастлив, мальчику никогда не было хорошо. — Тогда выполняй. Он направился к Железному Человеку. — Питер? — опять это имя. Лицевая пластина костюма поднялась, и подросток почувствовал, как живот странно скрутило, когда он увидел черты лица этого мужчины. — Питер, дружок. Ты в порядке? Он ненавидел это имя. Оно заставляло его не подчиняться, а думать, вспоминать. Он замахнулся кулаком и попытался ударить мужчину по лицу, но тот с лёгкостью уклонился. Почему-то, мальчик полностью не использовал свою силу. Почему нет? Что с ним не так? — Шкет? Малыш, это я. Это Тони, — другое имя. Оно тоже причиняло боль. Мальчику хотелось кричать. — Боже, Питер. Ты жив, — почему мужчина был таким счастливым? Он что, не видел, что подросток хочет убить его? — Ты даже не представляешь, как я счастлив видеть тебя, Паучок. Я так скучал по тебе. ЯтакскучалпотебеЯскучалпотебеЯскучалпотебе. Воспоминание. Неясное, искажённое и болезненное. (Он звал вас, мистер Старк. Умолял Железного Человека спасти его. Но вы не пришли, верно? Оставили его одного.) Мальчик зарычал. Нет. Он не хотел вспоминать. — Заткнись. Но мужчина не заткнулся. — Прости, что не нашёл тебя, Питер. Прости меня. Я знаю, что обещал. Я знаю, что ты был в ужасе. Ты должен помнить, Питер. Ты должен помнить, что случилось. Ты должен помнить меня, малыш. (Ребёнок! Малыш, послушай меня. Я найду тебя. Что бы они ни сделали, запомни, что я приду, идёт? Я приду.) Мужчина боялся. Но не Питера. Нет. Мужчина боялся за Питера. Внезапно, его притянули к крепкой груди, и ещё одно воспоминание вспыхнуло перед ним. (Нет, это не обнимашки. Это я дверь открываю. Мы не настолько близки.) Боже, это больно. Он попытался освободиться, но какой-то ранее бездействующий инстинкт взял верх над ним, и мальчику захотелось просто откинуться в руках этого мужчины и позволить всему остальному исчезнуть. — Ты у меня, Питер. Они больше не заберут тебя у меня. Ты в безопасности. Ты в безопасности. (Он найдёт тебя. Он найдёт и убьёт тебя.) — Я тоже люблю тебя, малыш. Просто чтобы ты знал. Я люблю тебя. (П-простите, Т-тони. Простите. Скажите... скажите Мэй, что я люблю её. И-и вас тоже. Я люблю вас. И... с-спасибо вам. За в-всё.) Я его знаю. Откуда он его знает? Мальчику это не понравилось. Ему не нравилось думать. Он просто хотел подчиняться. Он просто хотел быть хорошим. Но... но я знаю его. — Питер, прошу. Просто расслабься. Позволь мне помочь тебе. ПитерПитерПитер. Мужчина снова произнёс это имя, и мальчик чуть не выпал у него из рук, когда его грудь наполнилась чем-то ещё, кроме вынужденной апатии. Теплом. Чувством защищённости. Любовью. Мальчик любил этого мужчину. (И-и вас тоже. Я люблю вас.) Почему? Кто это? — Питер? Ты меня слышишь? — он слышал, но рот перестал его слушаться. — Я не знаю, что они сделали с тобой, но я всё исправлю, ладно? С тобой всё будет хорошо. Просто перестань сопротивляться. Мальчик почувствовал, как всё сопротивление выскользнуло из него. Это напомнило, каково ему было, когда сэр накачивал его наркотиками. Но сейчас ему не было страшно. Страшно было тогда, когда холодный поток наркотиков проникал в его организм и затуманивал мысли. Но сейчас он чувствовал себя по-другому. Он чувствовал тепло и безопасность, и это было правильно. Голос сэра приглушённо звучал в ушах мальчика. Он был... обеспокоен? — Закончи миссию. Мальчик замотал головой. Он не хотел причинять боль этому мужчине. Он не мог причинить ему боль. Он боялся сэра. Сэр причинял ему боль. А мужчина, державший его... что-то глубоко внутри говорило просто закрыть глаза и позволить этому человеку разобраться со всем. Этот мужчина защитит его от сэра. Мальчик больше ничего не знал, но он знал этот факт также хорошо, как тот, что солнце взойдёт. Больше никаких тестов. Никаких наркотиков. Никакой боли. Больше нет. Мальчик вырвался из объятий мужчины и, подойдя к сэру, схватил его за горло. В течение секунд руки сильного мужчины оттащили мальчика от сэра. Он вдруг оказался на земле, но он не чувствовал страх. Это было не как в те разы, когда он падал от голода и истощения, а сэр с другими солдатами избивали его. В этот раз ему было хорошо. Тепло. Он был в безопасности. Он лежал на коленях того мужчины. Его руки возились со снаряжением мальчика. Человек вытащил пистолет и выкинул его подальше. Когда мальчик сфокусировал взгляд на нём, он увидел, что мужчина плачет. Мальчику это не понравилось. Он чувствовал, что это неправильно. — Ох, Питер. Питер. Он всё ещё произносил это имя. Мальчик думал, что знает, кому оно принадлежит, но ему нужно было удостовериться. — Это... это я Питер? Странный всхлип вырвался с его губ. — Да. Ты Питер. Мой Питер. Мой Питер. Питер. Его звали Питер. Мужчина положил руку на его голову. Прикосновение было нежным. Он уже и забыл, каково это, когда кто-то дотрагивался до него с нежностью. Ему понравилось, и он закрыл глаза, утонув в этих прикосновениях. Мужчина, казалось, убаюкивал его. Одной рукой он продолжал играться с волосами, а другой мозолистым пальцем гладил его скулу. Мальчик (меня зовут Питер) наслаждался ощущениями. Он почувствовал, как что-то в груди будто встало на своё место. Он чувствовал безопасность. Ему нравилось. Мужчина разговаривал. Питер внимательно слушал и впитывал каждое слово. — Я здесь, малыш. Я всё исправлю. Тебя зовут Питер. Меня зовут Тони, но ты всегда звал меня мистером Старком. Тебя зовут Питер. Ты помнишь это, Питер? Это был вопрос. Мальчик должен ответить. Он распахнул глаза и вяло отвёл взгляд. — Нет, сэр. — Посмотри на меня, малыш, — приказ. Мальчик должен выполнять приказы. Он встретился взглядом с глазами мужчины, полными страха. — Не зови меня так, ладно? А сейчас скажи, как тебя зовут? — П-Питер, — это звучало хорошо из его уст. Знакомо. Мужчина широко ему улыбнулся. — Ага. Тебя зовут Питер. — Питер, — прошептал мальчик. — Мистер Старк. Тони. Ему нравились эти имена. Первый раз за то долгое время, что он помнит, он почувствовал самоконтроль. — Да, дружок. Питер. Тони. Внезапно второе лицо вылезло из-за плеча мужчины, Тони. Мальчик запаниковал и схватился за Тони, дыхание участилось. Второй мужчина вздрогнул и обратился к мужчине с Питером (Мистеру Старку? Тони?). — Тони? Я думаю, нам надо его связать. Тони отвёл взгляд от мальчика, крепко сжав его. — Какого чёрта, Стив? Другой мужчина, Стив, примирительно вскинул руки. — Мы нашли пульт у того парня. Помнишь тот имплантат, о котором ты говорил? Брюс думает, что пульт управляет поступлением наркотиков. Мы не знаем, что у него в голове, и Брюсу нужно его осмотреть. Он пытался убить тебя, Тони. Мы не можем рисковать. — Это из-за наркотика он ничего не помнит? — Брюс так думает. — Думать недостаточно. Нам нужно знать точно. — У Наташи их лидер. Дай ей минут десять, и он запоёт, — Стив похлопал мужчину по плечу. — Позволь нам делать то, что мы должны. Держать Брюса и Питера в безопасности. Пожалуйста. Мужчина закашлялся. — У вас есть..? — Наручники? Да. Мне сделать это? — Нет. Я сам, — мужчина взял у Стива металлические наручники. — Они его удержат? — Они удержат даже меня. — Ладно, — Стив исчез, и мужчина одарил Питера широкой улыбкой. — Мне нужно надеть тебе это на запястья, ладно? Я знаю, это страшно, но ты просто расслабься и доверься мне. Довериться. Он доверял ему? Да. Доверял. Он доверял мужчине. Он доверял Тони. Мальчик соединил руки и предложил их мужчине. Он подумал, что это сделает Тони счастливым, но тот лишь вздрогнул, потом надел наручники и проверил, не слишком ли туго они застёгнуты. — Отличная работа, дружок. Обещаю, мы очень скоро их снимем. Следующие несколько минут прошли, как в тумане. Тони подхватил его, они зашли в лифт, а потом в большую белую комнату. Ещё один мужчина уже ждал их там. — Привет, Питер, — сказал новый человек. Этот тоже его знал? — Рад тебя видеть. Прежде чем мальчик смог сформулировать ответ, Тони положил его на кровать и сказал: — Ты сможешь удалить имплантат, Брюс? — Да, — сказал новый мужчина, Брюс. — Но я не смогу вколоть ему анестезию. — Прости? — Тони зазвучал опасно. — Ты хочешь копаться в руке моего ребёнка без наркоза? Моего ребёнка. Мальчик был ребёнком Тони? Да. Звучало верно. — Я не могу рисковать смешиванием лекарств, Тони! Это может убить его. Стив идёт. Он его подержит, пока ты будешь его успокаивать. Я думаю, я смогу сделать это быстро. Как только мы его извлечём, можно будет приступать к выведению наркотиков. Мужчина сделал глубокий вдох и повернулся к мальчику. — Ладно, Питер. Это будет хреново, но быстро, я обещаю. Мальчик моргнул. — Меня зовут Питер. Тони улыбнулся. — Да, приятель. Верно. — А ты мой... папа? Мужчина подавился. — Нет, малыш. Я не твой папа. Какая-то бессмыслица. Мальчик любил этого человека. Мужчина защищал его. Он знает это. Он нутром это чувствует. — Нет. Нет. Нет. Ты... что... как... Тони провёл рукой по щеке мальчика. — Шшш, Питер. Не беспокойся об этом, ладно? Большой мужчина, Стив, скользнул в комнату. Тони подозвал его к себе. — Хорошо. Давайте сделаем это. Стив достал ещё одни металлические наручники и молча предложил их Тони. Тот с отвращением взял их. — Прости, дружок, но нам надо привязать твои запястья к кровати, ладно? — он подождал, пока Питер кивнул, прежде чем разъединить эти наручники и закрепить обе руки Питера на металлическом каркасе кровати. Как только он закончил, Стив взял запястья и локти мальчика своими удивительно нежными руками и повернул их так, что теперь его шрам на предплечье был сверху. Тони стоял у его головы и успокаивающе гладил по голове, пока другой мужчина (Брюс?) начал протирать кожу спиртовым тампоном. — Я попробую сделать так, чтоб рука онемела, но не знаю, насколько это эффективно. Я попытаюсь сделать всё как можно быстрее. — Ты знаешь, что сейчас произойдёт, Питер? — Тони посмотрел на него. — Брюс будет вытаскивать твой имплантат. Это, скорее всего, будет больно, но тебе нужно постараться не дёргаться. Мальчик привык к боли. Он знал, что такое боль. Боль была ему знакомой. — Хорошо. Небольшой укол в руку, и онемение начало распространяться по всей руке. Тони посмотрел на Брюса, а затем повернулся к мальчику и, подняв бровь, спросил: — Готов? — Да, с... — подросток быстро себя оборвал, но недостаточно быстро, потому что разочарование расползлось на лице мужчины. — Да. — Давай, Брюс.

***

Питер ни разу не дёрнулся, когда Брюс вытаскивал имплантат из руки. Тони знал, что это больно. Брюс выглядел озадаченным из-за каменного лица ребёнка. Всё, что делал Питер, это смотрел в потолок стеклянными глазами. Миллиардер разговаривал с ним, но был уверен, что подросток его не слышал. — Готово. Брюс кинул имплантат на один из своих столов и принялся зашивать рану. Тони даже не посмотрел на него. — Ты слышал, Питер? — он махнул рукой перед лицом мальчика. Подросток вяло посмотрел на мужчину. Сердце Тони бешено колотилось. — Ты в порядке? — Да, сэр. — Я говорил тебе не называть меня так. Помнишь? — Нет, сэр. — Брюс? — миллиардер в панике посмотрел на учёного. — Наркотик, вероятно, затуманивает его память. Всё встанет на свои места, когда наркотик полностью выйдет из организма. Хотя, из прошедшего месяца он мало что помнит. Ладно. Надеюсь, он полностью забудет этот месяц. — А сейчас что? — спросил Стив. — Я подключу его к аппаратам, чтобы вымыть весь наркотик из организма. И остаётся только ждать. Мы подождём.