Немного про крылья
7 июля 2019 г., 20:21
Плазма была слишком дорогой, чтобы списать шуршащие помехи на проблемы с техникой. Кроули поморщился. Только дьявол со своими прислужниками мог так вероломно прервать просмотр сериала, и рыжий демон выжидающе откинулся на спинку кресла. Кто на этот раз? Хастур, Вельзевул, сам Сатана?
К его удивлению, черно-белая рябь закончилась появлением в кадре очень лохматой и рыжей женщины, худой настолько, что об её острое плечо можно было бриться. Скулы горели грубо нарисованным румянцем, не делающим общий вид ни на йоту здоровее, а тонкие губы в винной помаде обхватывали тонкую длинную сигарету.
— О, Лилит, старая перечница, — Кроули отсалютовал женщине чашкой с кофе. — Как дела?
— Привет, дорогой братец, — рыжая прикурила. — Я буквально на минуту. У тебя теперь появилась подопечная, помнишь?
— Да-да, уже знаком. Правда, не понятно, зачем этой девочке нужен я, она и так грешит как дышит, — Кроули отпил из чашки.
— Детка, ты, видимо, тоже не понял, — укоризненно с усталостью в голосе протянула Лилит. — Аду нет дела до её поведения, нам нужен результат. Так что не стоит обнадеживаться, посмотри её досье.
Кроули открыл тонкую чёрную папку, которая в этот момент материализовалась на стеклянном кофейном столике.
— Хм, — он мельком пробежался по страницам. Краткая характеристика, биография, особые умения (на этом пункте стоял прочерк), аттестат адского училища (тоже прочерк), греховность по десятибалльной шкале, злобность… Он удивленно посмотрел на женщину в телевизоре: — Ты серьезно?
— Вполне. Мы запросили данные даже у небесных аналитиков — то же самое. Она ни разу, ни единого разу за жизнь, не имела злого умысла. Да, многие поступки были аморальны, но она абсолютно беззлобна, и мухи не обидит, да простит меня Вельзевул. Специально, во всяком случае. Так что единственный, кто может ей помочь не завалить практику, это ты, братец.
Кроули постучал пальцами по обложке.
— А какой мне смысл ей помогать? Как я понял, мое наставничество, — на последнем слове он скривился, — такая же бессмысленная чепуха, как и отчёты, что я отправляю каждый месяц?
— Детка, — выдохнула дым Лилит, — твои отчёты безупречны, но тебе шесть тысяч лет, и за исключением этой истории с Антихристом, твой послужной список идеален. А вот она вызывает вопросы. У нашего начальства адское терпение, но здесь вопрос стоит жёстко: если демон не приносит пользы ни в аду, ни на земле, его развоплотят. Сам понимаешь, социальные пакеты и страховка должны окупаться.
Все бессмертные боятся полного и беспощадного уничтожения. Лишиться белых крыльев или телесной оболочки, да даже способностей к сотворению чудес (а такое наказание тоже не было редкостью, и бессильные демоны просто отправлялись на грязные работы вроде мытья котлов), и на сотую долю не было настолько же ужасной участи, как полное уничтожение тела и духа.
— Детка, — мягко позвала Лилит, — считай, что это личная просьба старой подруги. Помоги девчонке эти два месяца.
Кроули поморщился и кивнул. Он слишком долго общался с ангелом, чтобы не подцепить вирус милосердия. Ну и потом, это могло оказаться тем ещё приключением!
— Будешь должна.
— Конечно, детка! — Лилит ухмыльнулась. — И перестань смотреть эти дурацкие комедии.
Телевизор отключился с громким хлопком и столбом вонючего дыма, не выдержав прямого эфира из преисподни.
Кроули вздохнул. Два месяца — это не так уж и плохо, помня о том, насколько на самом деле бывают жестоки в Аду. Одна только ванна со святой водой чего стоила. И Азирафаэль был прав, ему порой не хватало напарника — злые дела сами не делаются.
Он быстро набрал сообщение: «Встречаемся в 8, «Ритц».
В ответ пришёл смайлик с двумя оттопыренными на рокерский манер пальцами.
***
Азирафаэль любовно погладил кожаный корешок, пристраивая новую книгу на полке. Он очень жалел, что в своё время не поверил в идеи Зигмунда и никак не поддержал его, считая психологию пустой забавой. Теперь же, когда люди шли исповедоваться к психотерапевтам чаще, чем в церковь, его отношение поменялось, и это прижизненное издание «Основ психоанализа» заняло почетное место в букинистическом магазинчике. Право слово, стоило поблагодарить Анджелину. Она, может, и слишком прогрессивна для ангела, и, судя по досье, слишком много сидит в интернете, однако пополнение коллекции редких изданий было большой радостью и удачей, так что Азирафаэль решил в качестве ответного жеста угостить девушку ужином, а заодно и познакомиться поближе. Вчерашний инцидент в кафе наводил на мысль, что представления о добре у свежеиспеченного ангела могут несколько отличаться от привычных. Набрав сообщение, белокурый мужчина вздохнул. Господи, благослови создателей мессенджеров за возможность писать, а не звонить.***
Лили почти не удивилась, когда встретила в Ритце всех троих. Хотя стол был круглым, можно было сказать, что за одной его стороной сидело два ангела, а за второй — порядком раздражённый демон. Кроули, привыкший, что максимальная непочтительность по отношению к его персоне выражалась в пятнах на листьях, нервно постукивал дужкой очков по бокалу вина — его подопечная опоздывала на час. Но Лили была единственным залюбленым ребёнком, а потому имела врождённый иммунитет к строгим взглядам и тихому шипению. Она небрежно дернула плечом. — Простите за опоздание, попала в пробку. Какой мудила проектировал трассу М-25? Кроули самодовольно улыбнулся. — Ничего страшного, мы всего лишь обсуждали правила поведения среди людей, — Азирафаэль, как всегда, был любезен. Хотя могло показаться, что его обходительность и общая мягкость была его сутью, это не так: за шесть тысяч лет ангел слишком хорошо осознал, что жизнь это далеко не коробка конфет и раз за разом осознанно принимал решение смотреть на мир с любовью и оптимизмом. — Очень интересно, — почти вежливо ответила Лили, наливая воду из графина и старательно игнорируя предложенный наставником бокал бордо. — Ты, например, знала, что чудеса в рамках собственного тела не засчитываются за чудеса? Исцелить головную боль, например, — невинно спросила Энди, дружелюбно улыбаясь, пока в её глазах поблескивало неподобающее святоше ехидство. Блондинка мысленно показала ей средний палец, стараясь забыть утренний инцидент с похмельем. — А если хочешь остаться невидимой среди смертных, то просто расправь крылья, — Азирафаэль отер с губ салфеткой остатки крема и в подтверждение своих слов раскинул огромные, под три метра, роскошные белые крылья. Люди в ресторане в этот момент все как один старательно отвернулись, поглощённые внезапно-очень-важными-делами. Энди почти незаметно дёрнула плечами, и из-за её спины выросли крылья, почти такие же, но меньшего размера. Плотные белые перья смешивались с нежно-голубым пухом ближе к основанию и невероятно изысканно подчеркивали её строгий образ. Она не изменяла деловому стилю, надев на ужин светло-серый костюм, выгодно подчеркивающий рыжие волосы. — Раз пошла такая пьянка… — Кроули сменил позу и пересел на край стула, чтобы распахнуть чёрные блестящие крылья, по размаху не уступающие ангельским. Зрелище было фантастическое: троица невозмутимо продолжала ужин, а три пары крыльев образовали подобие кокона вокруг их стола. — А ты что? Покажешь нам свои?.. — интонация, с которой Кроули это сказал, больше походила на предложение раздеться, нашёптанное какой-нибудь скромной студентке, если зажать её в темном коридоре в разгар вечеринки. Лили замялась. Она предпочитала спать на занятиях и очень смутно помнила, как включаются эти штуки за спиной. — Давай детка, — продолжал искушать рыжий демон. — Просто вспомни самый классный секс в своей жизни. Лили напряглась. Вместо секса она вспомнила пустую ночную дорогу, шум в ушах, почти заглушающий рок из магнитолы, и спидометр, чья стрелка нервно дрожала на отметке в 150 км/час. Она вжимается в сиденье мотоцикла и крепко держит руль, так, что не чувствует пальцы; лицо горит от ветра, глаза щиплет от слез, а к её бедру плотно прижимается хозяин железного коня, и у него в кармане вряд ли пистолет. Но Лили плевать на возбуждённого пассажира, который робко скользит руками по её талии, перебираясь выше: она впервые ведёт мотоцикл сама, ей страшно, она запрокидывает от пьянящего восторга глаза, ей кажется что она летит, и… — О господи… — О черт… Одновременно вырывается у ангелов и демона, стоит темно-серым, как мокрый асфальт, крыльям с тихим шорохом распахнуться в полную силу. Маховые перья были гладкими и блестящими на концах, будто жидкая ртуть, а ближе к лопаткам они приобретали бордовый оттенок, уходя в ярко-красные пуховые. — О чем таком ты подумала, черт возьми? — Кроули невольно залюбовался сочетанием крови и металла у раскрасневшейся и тяжело дышавшей блондинки. — Мой первый раз, — Кроули понимающе ухмыльнулся, и, с трудом восстановив душевное равновесие, Лили поспешила добавить, складывая крылья обратно: — На байке. — Оу, — демон заинтересованно наклонился к ней и сверкнул желтыми глазами из-под очков. Вечер переставал быть томным. Ужины с Азирафаэлем слишком долго были единственным развлечением, и идея родилась сама собой: — Любишь скорость? Как насчёт небольшого ралли? Лили сняла очки и с вызовом посмотрела в такие же тонкие и вертикальные зрачки, как её собственные. Любит ли она скорость? Ха! Азирафаэль и Энди, наблюдавшие за их игрой в гляделки, осуждающе вздохнули и, не сговариваясь, вернулись к своим десертам.
