Случайности не случайны

      Северус в нерешительности замер перед массивной деревянной дверью, ведущей в столовую. Из помещения доносились приглушённые голоса, а через стеклянные вставки можно было увидеть движения нескольких теней, чьи облики он не смог идентифицировать из-за размытости.       Парню откровенно не хотелось туда заходить. Там его будут ждать распросы Лили, внезапно подобревший Люпин, с которым Северус не знал, как себя вести после их сомнительного перемирия, а, главное, Поттер и Блэк, мотивы которых всё ещё оставались для Снейпа загадкой.       Тяжело вздохнув, парень приоткрыл дверь и тихо вошёл внутрь. Разговоры стихли.       — Доброе утро, Северус! — жизнерадостно пропела Лили, и у Снейпа впервые за всё время, что он знал Эванс, свело зубы от её излишнего, временами, оптимизма.       — Мы ведь уже виделись сегодня, — хмыкнул он в ответ, — но всё равно доброе утро.       Утро, как показала практика, добрым не бывает. Кивнув Люпину и полностью проигнорировав замерших Поттера и Блэка, Снейп уселся на самом краю стола, в отдалении от Мародёров. Спина и ягодицы ныли от тяжёлых повреждений, и парню с трудом удалось более-менее нормально сесть.       — А где Петтигрю? — без особого интереса спросил он.       — Решил провести Рождество с матерью, — пожал плечами Люпин.       Северус испытал мрачное удовлетворение, заметив гримасу разочарования на лице Поттера при виде его одежды. Хоть один плюс от утренней встречи с Люпином, это точно. Однако увидеть во взгляде лохматого гриффиндорца, обращённом к нему, искреннее беспокойство слизеринец явно был не готов.       — Как ты себя чувствуешь? — невозмутимый голос Поттера разрезал тишину, образовавшуюся в столовой.       Снейп с трудом сохранил отстранённое выражение лица. Подобрав упавшую челюсть с пола, он вернул во взгляд исчезнувший на мгновение скепсис.       — Неплохо, спасибо, — холодно процедил парень сквозь зубы. Скупое «спасибо» было единственной благодарностью, которую он мог выразить Поттеру.       — Это хорошо, — искренне улыбнулся гриффиндорец.       Да что это с ним сегодня?       Северус внимательнее осмотрел Мародёра. Поттер вальяжно развалился на стуле, откинувшись на его спинку, руки были сложены на груди, а одна из ног заброшена на другую. Ничего особенного, но в исполнении гриффиндорца эта поза отчего-то показалась Снейпу чересчур брутальной. Чёрные лохмы были взъерошены пуще обычного, очевидно, их владелец забыл утром воспользоваться расчёской. Голубая футболка с изображением героев магловских комиксов плотно обтягивала подтянутое тело гриффиндорца, а мешковатые домашние штаны придавали образу какого-то странного, неповторимого шарма.       Поттер выглядел чертовски уютно, по-домашнему. Таким Снейп ещё ни разу его не видел. Глаза гриффиндорца светились весельем и теплотой, а не насмешкой, которую привык в них видеть слизеринец. А тонкие, вечно улыбающиеся губы, как оказалось, смотрелись так… привлекательно?       Какого Мерлина?!       Северус чуть не поперхнулся овощным омлетом, внезапно осознав, что и о ком думает. Его губы скривились в едва заметной раздражительной усмешке: и откуда же у чёртова Поттера столько обаяния? Проклятый ловелас, знает, что девчонкам, мол, нравятся плохие парни, вот и выделывается: вон, волосы показательно лохматит, придурок. Но тут девушка только одна, и это уже занятая Люпином Лили. Так для чего же гриффиндорец выпустил на волю всю свою харизму?       Стараясь отделаться от навязчивых мыслей о Поттере, Северус принялся слушать разговор Люпина и Лили о некоторых покупках, которые предстоит сделать к Рождеству, и в который раз поразился тому, как прекрасно дополняют друг друга эти люди. Они сходились в большинстве взглядов и едва ли не заканчивали друг за друга фразы. Снейпу оставалось лишь порадоваться за Лили, нашедшую свою родственную душу.       Завтрак потихоньку подходил к концу. Северус сидел за столом дольше всех, так как позже других начал трапезничать. Поблагодарив хозяина дома за вкуснейшую (как бы слизеринец ни хотел придраться, омлет был прекрасен) еду и отправился к себе в комнату.

***

      — Сириус, подойди сюда на минуту, — негромко позвал друга Ремус, одновременно с этим домывая последнюю грязную посуду.       — Ты что-то хотел, Рем? — Блэк с весёлой улыбкой положил в пустую раковину свою тарелку, чем заработал злобный взгляд оборотня.       — У меня есть работа на кухне, и я не смогу сейчас убраться в комнате Северуса, поэтому прошу тебя сделать это. — Заметив кислое выражение лица друга, Люпин хмыкнул и продолжил: — Так как у тебя есть волшебная палочка, думаю, сделать маленькую уборку в одной-единственной комнате не составит тебе труда. Желательно закончить до того, как туда зайдёт Северус.       Блэк показательно горько вздохнул.       — Разве у меня есть выбор?       — Нет, — качнул головой Ремус, несколькими взмахами палочки выливая на мочалку новую порцию моющего средства.       — Эксплуататор, — буркнул Сириус и, игнорируя весёлый смешок друга, направился к выходу из столовой.       Через несколько секунд он уже стоял перед дверью гостевой комнаты и как-то неуверенно толкнул её, входя внутрь. И тут же прыснул, заметив аккуратно сложенный свитер Сохатого на комоде.       «Либо Снейп педант, либо я чего-то не понимаю. На кой чёрт ему аккуратно складывать одежду Джеймса?»       Постояв посреди комнаты и осознав, что захватить тряпки и воду он слегка подзабыл, Сириус, чертыхаясь, отправился в находящийся по соседству чулан. Когда все необходимое было успешно найдено и притащено в апартаменты Снейпа, Блэк принялся, наконец, за уборку. С помощью палочки тряпки привелись в действие и стали оттирать пол, книжные полки и подоконник, успевшие покрыться толстым слоем пыли. Обнаружив на люстре паутину, Сириус сделал вывод, что комнатой давненько не пользовались, и Ремус не даром загнал его сюда на уборку. Если у Снейпа действительно проблемы с лёгкими, ему не стоит дышать пылью, которая осела даже на книгах (теперь понятно, насколько часто умник-Рем ими пользуется). Тяжело вздохнув, Сириус полил растения, листья которых уже начали засыхать, и открыл окно, чтоб помыть его снаружи. Но не тут то было: уже через мгновение на подоконник (который Блэк только что, чёрт подери, помыл!) приземлился филин.       Сириус заинтересованно осмотрел неожиданного гостя и тут же раздраженно фыркнул. Филин, как бы странно это ни звучало, чрезвычайно походил на его мамашу: роскошное чёрное оперение, при свете солнца переливающееся синевой, гордый и независимый вид, отстранённость во взгляде. Гордая птица держала в лапках какую-то посылку с прикреплённым к ней письмом. Сириус попытался хотя бы дотронуться до неё, но филин резко отлетел в сторону, в чёрных глазах сверкнуло презрение.       А это точно не Вальбурга Блэк в анимагической форме?       Впрочем, подобное поведение означало, что посылка предназначалась не ему. Сириус вскинул руки в примирительном жесте.       — Я лишь хочу посмотреть, кому она, — аккуратно произнёс он. Филин сощурил глаза в недоверии, ну точно его мать, когда сомневалась в правдивости слов сына. Сириус пригляделся к подписи на упаковке:       «Северусу Снейпу от Регулуса Блэка».       Блэк хлопнул себя ладонью по лбу. И вправду, как это он не узнал Никса, филина Регулуса? Они ведь вместе выбирали питомца младшему брату далёких пять лет назад, когда юный слизеринец поступал на первый курс. Сириус тогда ещё возмущался, почему Регулус дал ему такое имя: слово nix с латыни обозначает «снег», и старший Блэк не понимал, как можно назвать так чёрную птицу. Если бы сова была полярной, Сириус не сказал бы и слова в знак протеста. Но Регулус, родившийся зимой и бывший искренним фанатом снега, льда и всего с ними связанного, был непреклонен в своём решении.       — Ну здравствуй, Никс, — грустно усмехнулся Сириус. Ему показалось или после этой фразы презрения во взгляде филина стало капельку меньше?       — Что ты здесь делаешь, Блэк? — холодный голос, доносящийся из дверного проёма, заставил Сириуса резко развернуться.       — Ремус попросил меня здесь убраться, — невозмутимо ответил гриффиндорец, смотря Снейпу прямо в глаза. — Не веришь мне — спроси у него.       — Не хватало ещё бегать к Люпину по таким пустякам, — фыркнул слизеринец. Заметив рядом с Сириусом филина, он удивлённо приподнял бровь: — Я вижу, ты времени зря не теряешь. Читал мою почту?       — Да нет же! — раздраженно прошипел Блэк. Ох уж этот Снейп, всегда думает о худшем. — Она прилетела всего минуту назад, и я лишь посмотрел, кому и от кого посылка.       Вроде не врёт, мысленно отметил Северус, подойдя к хорошо знакомой птице. Забрав ношу филина, слизеринец погладил его по чёрным перьям, так похожим, по мнению Снейпа, на цвет волос его хозяина. К удивлению Сириуса, птица отнеслась к Северусу абсолютно спокойно, даже позволила дотронуться до себя, тогда как самого Блэка и на пушечный выстрел не подпускала.       — Ты уже закончил уборку, Блэк? — равнодушным тоном поинтересовался слизеринец, положив посылку на застелённую бордовой (Северус поморщился) накидкой кровать.       — Н-не совсем, — растерялся Сириус. Оставаться наедине со Снейпом не хотелось, но сказанные слова было уже не вернуть.       — В таком случае, делай, что хотел.       Непринуждённость в голосе слизеринца порядком выбесила Блэка, но он лишь молча кивнул и, отлевитировав прикроватный коврик на улицу через открытое окно, стал вытряхивать из него пыль и грязь. На фоне безоблачного неба было отчётливо видно маленькую чёрную точку, направляющуюся в сторону Лондона.       Северус тем временем разглядывал подарок друга на Рождество, одновременно с этим получая извращённое удовольствие от вида работающего Блэка. Не просто работающего: убирающего его комнату. Хозяюшка-Сириус. Снейп невольно задумался, как выглядел бы Блэк в фартуке, кто-нибудь, остановите мою больную фантазию, с цветочным принтом. Истерический хохот пришлось скрыть за кашлем.       Пытаясь отогнать шальные мысли, Северус распечатал письмо младшего Блэка. Регулус писал, что отправил подарок заранее из-за того, что, вероятно, уедет на несколько дней и не будет иметь возможности сделать этого позже, а также передавал свои искренние поздравление с наступающими праздниками и спрашивал, как проходят каникулы Снейпа. Северус вновь кашлянул, скрывая смешок.       «Да ничего особенного, дружище. Меня всего лишь избили едва ли не насмерть, а твой брат со своим дружком-идиотом подобрали меня на улице, как какую-то бродячую псину».       — Как там Регулус? — вопрос, заданный деланно-небрежно, застал слизеринца врасплох.       — Ты бы знал, как он там, — въедливо произнёс Снейп, — если бы не игнорировал факт его существования, Блэк.       — Я не игнорирую! — возмущённо воскликнул Сириус, но был прерван голосом Северуса, полным сарказма:       — Серьёзно, Блэк? Не игнорируешь? Тогда должен знать, какие тяжести свалились на плечи Регулуса после твоего побега из дома.       — Т-тяжести?       — Ну, все надежды лорда и леди Блэк обрушились на него, и теперь они хотят сделать из него идеального наследника, коим ты стать не сумел. Ему уже активно ищут невесту, а через год он, по их планам, должен вступить в ряды Пожирателей Смерти.       Лицо Сириуса выражало изумление, а Снейп, решив добить его окончательно, выплюнул:       — Слизеринцы такие плохие, правда, Блэк? Все, как на подбор, эгоистичные ублюдки. Вот только ты, гриффиндурок хренов, ничем от них не отличаешься. Ты сбежал к Поттеру, поджав хвост, — тебе хорошо. А на то, что ты свинью брату подложил, тебе плевать.       Праведный гнев после рассказов порядком обезнадёженного и уставшего от всего Регулуса, теперь ядовитыми фразами выливался на его брата.       — А Регулус, между прочим, не раз собирался подойти к тебе, попробовать помириться. Вот только ты своим равнодушием, презрением ко всей семье и к нему тоже отстраняешь его от себя. Буквально толкаешь в компанию тех, кто мечтает о получении Метки. И после этого тебе хватает вашей хваленой гриффиндорской смелости спрашивать о том, как он там?       Белый, как мел, Сириус рухнул в кресло.       — Я не знал, — прошептал он и, не давая Северусу вновь ляпнуть что-то саркастическое, быстро продолжил: — Я и не подозревал клянусь! Что дома всё так плохо, и что Реджи так воспринял моё поведение…       — А его можно было воспринять как-то иначе?       Блэк не ответил, уронив голову на руки.       — Чёрт, он простит меня?       — Он любит тебя, — просто сказал Северус, только сейчас осознав, что утешает Сириуса Блэка. Во имя Мерлина, у этого дня были все шансы стать самым странным в его жизни. — Если не будешь вести себя как конченный идиот, то всё возможно.       Сириус поднял на него грустные синие глаза:       — Не верю, что говорю это, но спасибо тебе, Снейп.       Северус лишь кивнул.       — Ну, я, наверное, пойду, — неуверенно начал Блэк, левитируя тряпки прямо в ведёрко в мутноватой водой. — Меня внизу заждались.       — Стоп, Блэк, — неожиданно холодный голос Снейпа настиг гриффиндорца уже у двери. — Мы не договорили.       Сириус приподнял бровь в удивлении и захлопнул приоткрытую дверь, опёршись о неё спиной.       — Я хочу знать, что вы с Поттером требуете от меня в качестве Долга Жизни.       На лице Блэка вновь проступило удивление, едва ли не большее, чем после слов Снейпа о Регулусе.       — Ты мне ничего не должен, Северус. Думаю, что Джеймс скажет тебе то же самое.       Слизеринец с трудом удержал челюсть от уже второго за сегодня падения на пол.       — Я не идиот, Блэк, и понимаю, что вы спасли меня не просто так. Лучше скажи прямым текстом: что вам надо?       — Да ничего же! — вспылил Сириус и уже спокойней добавил: — Если тебе так будет проще, то считай это моей платой за тот случай. Я был придурком, честно.       Да что с ними всеми сегодня?!       Северус знал, что Блэк — личность самоуверенная, не признающая своих ошибок, поэтому эти слова, должно быть, дались ему тяжело. Снейп мог бы запросто принять это заявление за заговаривание зубов, но он чувствовал искренность гриффиндорца, дар эмпата врать не может! Да и какой смысл Сириусу юлить (тем более, что он, как гриффиндорец, должно быть, не переносит все эти хитрые уловки, коими не брезгуют слизеринцы), если можно напрямую сказать, что ему от Северуса нужно то и это? Снейп кивнул, не доверяя языку.       — Но всё же… — тихо сказал он. — Поттер может быть не столь категоричен. В конце концов, перед ним у меня двойной Долг Жизни.       От одной только мысли об этом Северуса передёрнуло. Несносный гриффиндорец уже дважды спас ему жизнь, и Снейп очень сомневался, что очкарик не потребует расплаты за свои «услуги» спасителя всех и вся.       — Если ты об инциденте с хижиной, то никакого Долга на тебе не висит, — возразил внезапно Блэк. — Джеймс освободил тебя от него на следующее утро после того происшествия.       Каждая черта лица Снейпа излучила изумление.       — З-зачем?       — А я не знаю! — криво усмехнулся гриффиндорец. — После совершённой мной глупости Джим не разговаривал со мной чуть больше месяца, так что возможности спросить не имелось, а потом мне стало всё равно.       — То-то я думал, чего это вы порознь сидели столько времени.       — А ты наблюдал за нами?       Северус качнул головой, и чёрные волосы упали ему на лицо.       — Никогда не знаешь, в какой момент на тебя нападут.       Сириус тяжело вздохнул и, опустив голову, пробормотал:       — Прости за это. Честно. Ты нам вроде как ничего не сделал, а мы гнобили тебя столько времени. Сам не знаю, из-за чего это началось.       — Зато я знаю, — фыркнул Северус. — Поттер ревновал Лили ко мне, а ты подтянулся по инерции.       — А Эванс в итоге досталась Рему. Парадокс, чёрт подери.       Уголки губ Снейпа поползли вверх.       — И ещё одно, Блэк, — тихо добавил он, — если надумаешь мириться с Регулусом, не говори ему, что я тебе рассказал. Он посчитает меня предателем.       Сириус по-доброму усмехнулся.       — Ладно, — гриффиндорец тряхнул головой, и чёрные кудри упали ему на лицо, — ты это… присоединяйся к нам. Не сиди здесь один. — И выскользнул из комнаты, оставив Снейпа в смешанных чувствах.       Обдумывать произошедшее не хотелось. Северус распаковал посылку, обнаружив там набор новых флаконов для зелий, некоторые достаточно редкие ингредиенты и пособие профессионального зельевара. Поддавшись внезапному порыву, слизеринец подставил одну из склянок под луч солнца, освещающий комнату через незашторенное окно, и наблюдал за игрой света с радостной улыбкой, появившейся на его лице впервые за долгие месяцы.       Кто знает, может жизнь всё-таки налаживается?