Любовь по законам физики

      Сегодняшнее утро застало меня врасплох. Акробатикой мне в этой жизни еще не доводилось заниматься, но сегодня я превзошел себя: несколько секунд незапланированного падения с кровати, а затем крайне внезапное пробуждение мордой об пол — это, знаете ли, все, о чем я мечтал всю свою сознательную жизнь. И как только угораздило свалится с кровати? Первый раз в жизни. Это все из-за него! Этот мудак меня чуть до психушки не довел вчера. Ещё бы — такой стресс перенести.       Как же теперь-то в школе появиться, там ведь этот маньяк будет. Ещё и засос этот дурацкий… Как же я его вчера только не прятал от мамы. Чуть ли не в шарф по самый нос замотанным ходил по дому. Даже подумывал стащить из маминой косметички тональный крем, но потом мозгами пораскинул: я ж мужик, как бы. А не пристало нормальным мужикам всякой такой хренью бабской мазаться. Выть хочется от нескончаемой злости к этому уроду. Пусть только подойдет еще раз — все кости переломаю! — Юнгз, вставай. В школу опоздаешь, — пропела мама где-то рядом с моей комнатой. Пусть сгорит эта школа. Я и раньше-то не особо питал к ней любовь, а сейчас вдвойне хочу, чтобы она ушла под землю. Как же надоело всё. Хочу на необитаемый остров. Чтобы ни людей, ни проблем. Всё идеально.       Я понежился еще пару минут под теплым одеялом и только потом заставил себя встать с постели. Умылся, почистил зубы и по привычному маршруту двинулся на кухню, там же внезапно сталкиваясь нос к носу со своей мамой. Запыхалась вся. И чего так носится с утра пораньше? — Завтрак на столе. Чай в заварнике… нальёшь сам. Рубашка твоя на балконе. Я на работу, — скороговоркой протарахтела ма, параллельно начиная застегивать сапоги, нагнувшись. Смотрю на нее с приподнятой бровью: плащ висит на одном плече, сумка на другой. По голове будто ёршиком унитазным прошлись. А на зеркале стоит кружка с остывшим недопитым кофе. — Мам, ты опаздываешь? — спрашиваю я. Хотя, наверное, больше констатирую факт.       Мама выпрямляется, сдувает с глаза выпавшую светлую прядь волос и серьезно смотрит на меня. — Нет, сына, я не опаздываю, что ты. Я целенаправленно отключила будильник и дальше продолжила свой сон, — фыркает она, а я расплываюсь в своей самой широкой улыбке. — А что тут, собственно, смешного? — недовольно щурится моя самая любимая блондинка в мире. Она щипает меня за плечо, а я смеюсь и одновременно шиплю от боли. — Всё, всё. Беги, а то точно опоздаешь, — я уворачиваюсь от очередного щипка в свою сторону, а мама вся резко подбирается от моих слов, спешно просовывает руки в рукава плаща и, клюнув меня бегло в лоб, несется к двери. — Сам не опаздывай, пожалуйста. Мне уже надоело бесконечно выслушивать от твоей классной то, какой ты неисправимый «опоздун», - слезно просит женщина. Я кладу одну руку на сердце, а второю поднимаю двумя пальцами вверх, тем самым клятвенно обещая ей быть примерным сыном. Сегодня. Она салютует мне и с улыбкой покидает квартиру.       Моя мама работает медсестрой в больнице, платят там, конечно, не миллионы, но нам на двоих хватает. Да и работу свою она сердечно любит, даже выделяет несколько дней в неделю для патронажа совсем одиноких и пожилых людей. Капельницы там ставит, повязки меняет и всякое такое, что там еще медсестры обычно делают. А я, вы там не подумайте себе, тоже деньги зарабатываю по возможности. Как какая халтурка на горизонте ручкой махнет, так я сразу там. Вот на всех этих летних каникулах с другом на автомойке подрабатывал. С вырученных денег себе даже смартфон поновее приобрел, а то старый совсем уже дышал через раз. А маме своей мультиварку навороченную купил — она так рада была подарку, что чуть не задушила меня в порыве счастья. Потом на работе с гордостью всем своим коллегам рассказывала, какое золотко, а не сын у нее вырос.       Отец мой, уж не знаю, чего там реально приключилось, или разнообразия захотел и резко на экзотику его потянуло или еще чего, сбежал от нас еще пять лет назад. Где-то встретил в Сеуле чернокожую бабу и, походу, покорила она его так сильно, что бежал от нас с матерью, что только пятки и сверкали. Мама с две недели погрустила, поплакала да и вернулась к прежней жизни. Я, если честно, не особо злюсь на него. Ну встретил он другую женщину, чувства его к моей матери поостыли немного, ну и хрен с ним. Главное, что не придуривался, не скрывался, не обманывал нас, тайно встречаясь со своей любовницей. Он иногда звонит мне. Жизнью моей интересуется, про учебу спрашивает, пару раз даже денег предлагал подкинуть, только я ни разу не взял ни копейки. Обойдусь. Будет нужда — сам заработаю.       Я так погрузился в дремучий лес своих мыслей, что чуть не забыл о любимой школе. Куда же мне без нее. Я быстрее быстрого одеваюсь, урывками сербая чай из чашки, хватаю в последний момент школьный рюкзак и вылетаю из квартиры. Что ж, посмотрим, что для меня уготовил сегодняшний день.

***

— Мин Юнги! Ты опоздал! Опять! - Миссис О тычет в меня грязной меловой тряпкой для доски, отчитывая за очередное опоздание, и снова грозится нажаловаться моей матери по этому самому поводу. Да, я снова опоздал на эту чертову физику, которая оказалась первым по счету уроком, но я не специально. Кто же знал, что автобус, на котором я обычно добираюсь до школы, решит вдруг сломаться на полпути. Да и опоздал я всего на минут десять, а тут сцену такую разыграли. Драм-театры просто отдыхают по сравнению с этим спектаклем.       Я всегда и везде опаздываю. Да, есть во мне такая сторона. Наверное, все-таки плохая сторона. Чтобы я не делал, как бы я не старался, как бы не спешил и как бы не планировал свое время, я все равно всюду опаздываю.       Учительница негодует еще пару минут, потом делает вывод, что ничего толкового из меня все равно в будущем не выйдет, и приказывает, чтобы я сел за свое место. Я молча повинуюсь и, перебирая ногами, спешу к своей парте. Достаю из рюкзака все нужное для урока и откидываюсь на спинку стула. Учитель физики монотонно рассказывает что-то про «правило Ома», а я перехожу в режим ожидания. Ожидания, когда я смогу наконец-то уже отсюда свалить. Втыкаю в оба уха беспроводные наушники и на телефоне врубаю любимую музыку. Да, мой рай должен быть именно таким. Только без миссис О. И без физики. Да и желательно далеко за пределами этой школы.       Если этот тип думает, что я не вижу, как он пялится на меня, то, боюсь, у меня для него плохие новости. Да-да, этот вчерашний придурок не сводит с меня своих черных глаз с того самого момента, как я сел за парту. И чего он еще хочет… Тоже смотрю в ответ на его гляделки и показываю средний палец. Он усмехается одними губами и отворачивается. Я оставляю его без своего внимания, отвлекаясь на рисование «шедевра» на полях своей тетради. И только принялся я заштриховывать пустую клеточку, как тут же мне под ручку прилетает сложенный в несколько раз тетрадный лист. Я долго-долго моргаю, смотря на самодельный чьими-то руками конвертик под моим носом, и в итоге беру его в руки, откладывая ручку в сторону. Перед глазами чей-то ровный аккуратный почерк и в конце еще не прочитанного мной предложения стоит маленькое сердечко. «Если бы мы просыпались по утрам вместе, то все твои опоздания сошли бы на нет». — Что за херня!? — вскрикиваю я, одновременно с этим подпрыгивая на стуле. И судя по тому, как на меня уставился без исключения весь класс, я понял, что голос мой прозвучал громче, чем следовало бы. — Юнги? - физичка смотрит на меня не моргая. — С тобой все в порядке? — нет, не в порядке. Просто кто-то домогается меня через записки, а все остальное вроде в порядке. Хотя нет. Еще вчера меня облизали с ног до головы. Если всего этого не брать во внимание, то всё точно в норме. Всё просто прекрасно. — Да, все хорошо. Простите, — миссис О кивает и продолжает царапать мелом по доске.       И какая падла подбросила эту чертову записку мне? Я внимательно осматриваю записывающий лекцию урока класс и прищуриваю глаза, пытаясь вычислить всех подозреваемых. Хёна? Джелай? Ёта? Лиса?.. уж точно не она. Наша с ней дружба длится уже не первый год, и ее я знаю, как облупленную. Она мне как брат. Да, именно как брат. Вернее, она мой бро. А может, это рыжеволосая красотка Юна? Поняла, что безнадежно влюблена в меня, и теперь через записки пытается намекнуть. Я оглядываюсь и тут же мое предположение крошится на глазах. Красотка-то моя вообще через ряд от меня сидит, причем еще и на последней парте. Так что лицо это мы исключаем из подозреваемых. А может, это кто-то из парней… вот я придурок! Главный подозреваемый-то в нескольких метрах от меня сидит. На него у меня больше всего улик. Да и мотив у него тоже имеется. Вот урок только закончится и всю правду из этой брюнетистой башки вытрясу.

***

      После раздавшегося звонка все как можно скорее бегут вон из класса. Учитель убегает первая, даже забыв задать домашнее задание. Я, видя, как этот Чонгук складывает свою макулатуру в рюкзак, подхожу сзади и смело выдергиваю тетрадь из его рук. Открываю первую попавшуюся страницу, потом достаю из кармана смятую записку и, как эксперт по сравниванию почерка, начинаю искать хоть малейшие совпадения. — Какого черта… — шепчу я в неверии. В смятой записке почерк ровный, аккуратный, буква к букве, а в его тетрадке каждое слово написано криво. Буквы пляшут в разные стороны, закорючки непонятные какие-то. — Что ты делаешь? — усмехается на мои действия брюнет, — Эй? — щелкает пальцами перед мои носом, пока я неподвижно стою и периодически глазею то в листок с запиской, то в тетрадь. Да что тут вообще происходит. — Это ведь твое! — резко тычу запиской ему в лицо. Просто больше некому. Ну кому это еще нужно, если не ему. — Что это? — он берет бумажку из моей руки и внимательно всматривается. С каждым прочитанным словом его брови взмывают вверх от удивления. — И кто это нам, котеночек, такие записочки пишет, а? — недовольно щурится, а я чувствую себя полумертвой мышью в клетке с удавом. И единственное, чего я хочу, — чтобы меня сейчас сожрал тот самый удав. – То есть ты хочешь сказать, что эту записку написал мне не ты? — А что за нотки грусти в голосе? — ехидно улыбается этот змей, при этом пошло облизывая свои губы. – Хочешь, я тебе тоже записки буду писать? Какие ты хочешь? — он резко притягивает меня за талию к себе, а я только и успеваю крякнуть перед тем, как меня лицом впечатали в чужую грудь. В кожу щеки впитывается приятное тепло, которое ощущается даже через ткань футболки. — Хочешь, буду в них тебя котеночком звать? Или буду писать всякие комплиментики? — Ч-что?! Да пошел ты?! - молниеносно отпрыгиваю от него. Лицо горит, сердце стучит, в ногах слабость. — Совсем больной на голову? Чего тебе вообще нужно от меня, маньячина? — и зачем вообще затронул его. Ушел бы себе спокойно, авось отстал бы. А теперь еще и руки свои тут распускает. И как только совесть не мучает после такого. — Пошли на свидание? — на свид… на что? Куда? Что за хрень. Какое, в пень, еще свидание? — Что ты сказал сейчас? — а вдруг послышалось. — Я сказал: пошли на свидание? — нет, не послышалось. ДА КАКОГО..!? Он имеет в виду то свидание, на которое парни обычно девушек зовут. Оно же? Или нет… — Да, именно то самое свидание, — о боги, неужели я сказал это в слух. И почему-то он смотрит на меня без той привычной ему лукавой ухмылки, этими своими черными, круглыми глазищами. Нет, он что, серьезно сейчас? — Ты серьезно сейчас? - еще минута, и у меня начнет дергаться левый глаз. Парень, пожалуйста, скажи, что ты шутишь. Умоляю. — Более чем, – с довольной улыбкой отвечает Чонгук. — Нет, — отрезаю я. Еще чего. Чтобы меня, Мин Юнги, как какую-то рядовую девчонку звал на свидание непонятный мне тип. Который, на минуточку, сам парень. Извините, но не в этой жизни — Нет! — громче добавляю. На это недовольно крутят носом, глубоко вздыхают и… – Мой засос тебе очень идет, — мое лицо вмиг вспыхивает пожаром. И не знаю, что этому истинная причина: или злость, или… смущение? Метку на моей шее медленно обводят пальцем по контуру, слегка надавливая и оглаживая, а я совсем не понимаю, как позволил этому случиться. В следующее мгновение мне уже дышат в ухо, опаляя кожу горячим потоком воздуха, из-за чего тысячи, миллионы мурашек ползут по моей спине, пробуждая во мне совсем не знакомое ранее мне чувство. — Я подожду пока твое категоричное «нет» сменится на безоговорочное «да«. Я буду ждать и, будь уверен, я дождусь. Еще увидимся. — Хрена с два! — я рычу в ему вдогонку. Что, черт возьми, за игра. Уже ни разу не смешно.       Почесав затылок пятерней, я на негнущихся ногах вылетаю из класса, направляясь в сторону столовой. Нужно срочно заесть весь накативший стресс. Там и друзья мои, небось, потеряли меня уже…