Тень на стене

Альберт Чейз всегда мечтал стать детективом-аврором. Этому не помешал ни отец-чистокровный, который всю жизнь пытался пробиться в высшее общество, ни общение с такими же отпрысками «многообещающих» семей, ни тем более огненная рыжина волос, которую в английском обществе частенько связывали с семейством Уизли. Маленький Альберт отыскивал пропавшие вещи других детей, зачитывался рассказами о Шерлоке Холмсе, найденными в родительской библиотеке, и одним проникновенным взглядом мог заставить сверстника признаться в любых грехах — поэтому Альберта не любили. Часто старались поддерживать с ним хорошие отношения (никогда не знаешь, когда пригодится), но неизменно держали дистанцию. Повзрослев, Альберт приобрёл друзей с общими интересами, квалификацию в избранной профессии и привык работать по двойным стандартам. Но некоторой принципиальности так и не растерял. Он всегда находил себе друзей среди людей, старше него самого, и не гнушался перенять чужой опыт — именно поэтому в свои двадцать восемь он уже руководил оперативной группой, а на самые нудные дела мог отправить кого другого. Альберту пророчили стремительную карьеру в аврорате, но сам он, в глубине души, надеялся остаться на текущей должности подольше: командиры групп уже имели больше обязанностей и больше отчётности, а бытность свою обычным стажёром он и вовсе возвращать не желал. Оглядываясь назад, он не понимал, как мог быть… таким. Вставать по утрам невыспавшимся, по ночам перечитывать снова и снова дела в поисках зацепок, и работать, работать, как проклятый. Сейчас, ему казалось, он бы такой темп не выдержал — впрочем, он сам раз за разом опровергал собственные сомнения каждый раз, когда наступал очередной цейтнот — и тут же списывал всё на удачу. Отношения с товарищами/бывшими наставниками он старался поддерживать тёплые, но иногда чувствовал себя немного неловко, холостым одиночкой в окружении чужих жён и детей. Именно поэтому вызов от Дэмпстера Уигглсвэйда его насторожил — хоть и не слишком удивил. С приятелем за пределами регулярных сборищ они практически не общались. — Да? Дэмпстер? Что-то случилось? Нужна моя помощь? — Альберт всегда переходил к делу, не заботясь об излишних формальностях. За это его тоже не любили. — Нет-нет, Альберт. У нас не пожар, — рассмеялся голос из камина, и сквозь пламя проступило лицо. — Так, старая паранойя заела. Дай-ка, думаю, напрягу более молодых коллег. — Альберт лишь сокрушённо покачал головой. По меркам магов Дэмпстер Уигглсвэйд в свои сорок не только не был старым, но и едва приблизился к зрелой середине жизни. Что, впрочем, не мешало старому лису каждый раз прикидываться немощным доходягой. — И на что же твоя паранойя хотела мне пожаловаться? — обратился в слух Альберт. Интуицией старших коллег он старался не пренебрегать. — На ребёнка, — покладисто подхватил собеседник, довольно улыбаясь и непрестанно кивая. — На своего? — Альберт несколько опешил. — Эмн… — он наклонился поближе к огню. — Мне… надо Кэтти припугнуть «злым полицейским»? — лицо его выражало весь скепсис мира. — Ну уж нет! — тут же возмутился Дэмпстер. — Что это ты удумал? Моя Кэтти и мухи не обидит! Да и ей всего пять! — детектив нашёл в себе силы смущённо потупиться, мол, «бес попутал». — Подошла тут на днях ко мне одна, — задумчиво почесал подбородок Уигглсвэйд, постепенно успокаиваясь. — Девочка. Ммм… Волосы серебряные, будто седые, фигура тощая, на вид лет семи-восьми, одёжка слегка старомодная, в викторианском стиле….глаза изумрудные, как… — он пощёлкал пальцами в поисках сравнения, и неожиданно, нашёл, — как у нашего героя. Да, точно, как у него. Хммм… — Гарри Поттера? — в руках Чейз уже держал блокнот, куда сосредоточенно записывал упомянутые детали. — Это про него ты ту статью писал, верно? Мне понравилось! Так их всех, — и Альберт возмущённо погрозил кулаком воображаемым массам. — Так что тебе в ней не понравилось? — про себя он начал слегка сомневаться в информации, полученной от Дэмпстера. Если бы бывший аврор был сколько-нибудь уверен, он бы не стал называть свои опасения «паранойей». С другой стороны, из-за пустяка он бы не позвонил. Дэмпстер насмешливо посмотрел в глаза огненному лицу товарища: — Метка домовых эльфов, которую сняли с моей одежды домовики уже в поместье. — Метка? — такого Альберт точно не ожидал. — А ты точно… уверен, что эту метку не поставил какой-нибудь… домовик под чарами невидимости? Ты же обычно оставляешь своих двух домовиков дома, верно? — Верно, верно, — покладисто закивал Дэмпстер. — Может, оно так и есть. Говорю же, паранойя старика замучила — вот и нашёптывает невесть что, — Альберт насторожился ещё сильнее. Метка на одежде — это плохо, чья бы она там не была. И если интуиция подсказывает Дэмпстеру, что дело именно в девочке — возможно, так оно и есть. — Так как она к тебе подошла? Она же подходила, верно? — Точно, — казалось, Уигглсвэйд доволен такой догадливости молодого коллеги. — Подошла, и автограф попросила. На ту статью про Мальчика-который-выжил, кстати, хмм… — и аврор ушёл куда-то в свои мысли, пока Альберт терпеливо ждал следующую порцию информации. А в том, что она будет — он не сомневался. — Мне показалось, что она коснулась моего рукава, хотя её руки всё это время были у меня на виду, — неожиданно закончил он. — Ясно. Я… поищу, что смогу, хорошо? Если что найду на девочку с похожей внешностью, пошлю тебе весточку, ладно? — Чейз начал сворачивать блокнот. — Только ты, надеюсь, понимаешь, что там под обороткой мог быть кто угодно? — Конечно, понимаю, — Дэмпстер слегка нервно рассмеялся. — Только вот интуицию никуда не денешь, — и он развёл руками, пожимая плечами. — В моей смерти прошу винить Риту Скиттер, — и он рассмеялся, подмигивая Альберту. — Пусть хоть моя смерть свалит хищную стерву с пъедестала, — и журналист снова рассмеялся. — Знаю, знаю я ваши тёрки с Ритой, — проворчал детектив, зябко поводя плечами. — Что б я хоть раз влез в ваши разборки, даже не думайте! Мне жизнь моя дорога, а денег на антидот, знаешь ли, на зарплате детектива так и не скопил. — Эх, а я так надеялся, — показушно поник Дэмпстер. — Чего с вас взять, с молодёжи? Только Пожирателей всяких ловить и можете. А против Риты пойти — это вам не фунт изюму! — Точно-точно, — покивал Альберт. — Неспособные, трусливые, слабые. Какие захочешь, но с Ритой сам разбирайся, — и он решительно поднялся с колен. — Если у тебя всё, и больше никаких мистических девочек у тебя на горизонте не маячит, я, с твоего позволения, вернусь к работе. — Нет, больше никаких девочек, — когда Дэмпстер улыбался, вокруг его глаз скапливались небольшие морщинки. — Будешь на следующей вечеринке? Собираемся у Бака! — Буду, куда ж я денусь? — пробурчал Альберт, принимаясь за отчёт. Как будто он хоть раз не приходил! — Тогда до встречи! — До встречи, — тепло улыбнулся Альберт, пока лицо не исчезло в камине. Поленья уютно трещали, придавая теплоты старому кабинету, пропахшему деревом и защитной магией. Маленькая саламандра в углу камина сосредоточенно хрустела угольком. Альберт подкинул ещё уголёк, и решительно пододвинул к себе следующий отчёт. Работы предстояло много.

***

— Так и дал по носу? — Дин восторженно подпрыгнул на кровати, продолжая жевать прихваченную с кухни плюшку. Изо рта у него полетели крошки, и Сэм недовольно поморщился. — Да уж! Хотел бы я быть на твоём месте, приятель, — и он ошарашенно покачал головой. — Это так ты понял мой совет быть повежливее? Даже не буду тебя упрекать. Ты и сам знаешь, что ничем хорошим такое поведение тебе не светит, — серьёзно добавил он, глядя в серые глаза Сэма. — И быть неприметным с твоим цветом волос тоже не выйдет. Он, задумчиво уставившись на выпечку, решительно разломал её пополам и протянул Сэму: — На! Тебе сейчас глюкоза точно не повредит, — Сэм благодарно кивнул, и принялся печально поглощать предложенную вкуснятину. — Может, мне вообще из комнаты не выходить? — уныло протянул он. Действительно, затеряться рыжий Сэм мог разве что в Ирландии. — Будешь таскать мне еду? — с надеждой глядя на Дина, вопросил он. — Не-не-не, чего это ты удумал, приятель? — Дин даже замахал на него руками. — Если не появишься на ужине, миссис Бишоп тебя тут же определит на кухне помогать! Или полы мыть в коридоре, или ещё чего! Да и меня по головке не погладят. Ещё и Гэлл не дай бог запишет в характеристике «склонность к воровству». Не убьёт же он тебя, в самом деле! — и, кивнув самому себе, он уселся на пол рядом с приятелем. — Поорёт да перестанет! Бери себя в руки и имей совесть взглянуть врагу в лицо! До ужина ещё время есть, так что давай наконец научу тебя в сотки играть! — Сэм только вдохнул, внимательно вслушиваясь в объяснения друга. Действительно, стоит разобраться с этим раз и навсегда — бегать от психолога вечно он не сможет. «Это всего лишь маггл, и он не сможет тебе ничего сделать!» — ещё раз повторил про себя Сэм и решительно выкинул все посторонние мысли из головы. Время до ужина прошло в весёлых попытках научиться кидать стопку карточек так, чтобы перевернулось как можно большее число. Пока успехи у Сэма были так себе, но он понимал, что здесь дело только в практике. Сам себе Сэм пообещал тренироваться почаще — как в этих «сотках», раз уж игру так любят в приюте, так и в магии. С собой у Сэма был словарик латыни и книжка по простейшим заклинаниям, которые родители хранили у себя. Вторая выглядела для любого маггла, как сборник сказок. Сэм немного жалел, что в доме не было чего посерьёзнее — конечно, ведь родители были сквибами, и учебники были им не нужны. Вот бы была книга по защитным заклятиям! Или магическим шуткам! Отомстил бы этому странному Гэллу, да так, что никто на него и не подумал бы. «Хватит!» — одёрнул сам себя Сэм. «Выучи хотя бы заклинания из этой книжки. Что там первое идёт? Люмос?». В конце концов, та же Кэтти не была ведьмой, а как-то пережила ссору с психологом. Значит, и он справится! Наконец, пришло время отправляться на ужин. Сев за стол, Сэм быстро глянул на стол преподавателей — и облегчённо выдохнул, не найдя глазами Хэддока. Впрочем радовался он зря — стоило только доесть всё, лежащее на тарелке, и глотнуть чая, как со спины раздалось едкое замечание: — Кажется, вы пытались убедить меня в том, что не обделены манерами, — психолог подошёл со спины так тихо, что Сэм тут же поперхнулся и закашлялся, разбрызгивая чай. Гэлл брезгливо оттёр брызги с рукава. — Сейчас я этого не вижу. Утритесь! — и он, скривившись, буквально швырнул в лицо Сэму платок. Тому ничего не оставалось, кроме как взять платок — благо, он был чистым, и даже слегка надушенным. Своего у Сэма не было, и он вспомнил, что хорошим тоном в высшем обществе, действительно, считается всюду таскать паше или хотя бы носовой платок. Но не детям же? Этот психолог всё-таки очень странный. Впрочем, возражать Сэм не решился, и лишь аккуратно сложил платок в карман. — Мистер Хэддок! — со своего места неодобрительно качала головой миссис Бишоп. — Прошу вас, садитесь на своё место. Ужин почти закончен. Постарайтесь не задерживать наших поваров, — психолог только криво ухмыльнулся, и наклонил голову: — Прошу прощения за задержку, миссис Бишоп, — он вновь взглянул на Сэма с каким-то превосходством. — Дети бывают так несносны, — женщина вновь неодобрительно покачала головой, но ничего не сказала. Проходя мимо Сэма, она ласково потрепала воспитанника по голове и подмигнула, как бы говоря: «Ничего страшного не случилось». Сэм только радостно улыбнулся ей в ответ. Если этот Гэлл будет совсем странно себя вести, он всегда может рассказать всё миссис Бишоп. Сладковатый аромат духов будто прилип к рукам — наверняка девчачьи — но Сэм решил, что такая мелочь не сможет вывести его из себя. Наконец он почувствовал, что берёт себя в руки. Некомпетентное поведение психолога, признаться, выбило его из колеи. Да и переселение в приют стандартной ситуацией не назовёшь — но, кажется, Сэм потихоньку начинал привыкать. И испортить ему жизнь какому-то маггловскому психологу он не позволит.