Строптивая (бывш.Наперекор)

      Близился конец третьей недели инициации. Время пролетело незаметно, неофиты и глазом моргнуть не успели, как пришла пора промежуточных зачётов, которые позволят отсечь слабые звенья цепи. Хотя даже сейчас новобранцев оставалось всего десять. После этих зачётов едва ли кто-то сольётся позже: всё, что можно было пережить, уже пережито. Чего-то нового и более тяжёлого не предвидится, поэтому остаётся только терпеть.       Командиры изучили своих новобранцев вдоль и поперёк, так что их отношения складывались более менее гладко. Инструкторы могли пошутить, неофиты редко, но тоже позволяли себе отпустить какую-нибудь шутку, разряжая напряжённую обстановку. Однако во взаимоотношениях Мии с Эриком мало что изменилось: девушка всё так же периодически вставляла свои комментарии и колко отвечала на слова Лидера. За все три недели она почти каждый день отрабатывала наказания на полосе препятствий или в Яме, поэтому ей даже не приходилось проситься на дополнительные тренировки с кем-то из командиров, чтобы поднатаскать свои навыки, как это делали некоторые неофиты — у Мии были свои персональные дополнительные тренировки. Фор уже практически в открытую смеялся над блондинкой, относясь к сумасшедшей Искренней снисходительно. Он не раз подмечал, что Эванс уже давно была бы афракционером, если бы не её результаты. При всём своём жутком характере девушка умудрялась стабильно занимать четвёртое-пятое место в таблице. И что-то здесь было ещё… Словно личная заинтересованность Колтера, который цеплялся за девочку, как за глоток свежего воздуха, а точнее за порцию сильных (зачастую негативных) эмоций, которых ему не хватало в каждодневной рутине. И даже постоянные перепалки Мии и Эрика, к которым все давно привыкли, считались не нарушениями дисциплины или знаком неуважения в сторону командира, а чем-то вроде «источника силы» для обоих, откуда они черпали свою энергию, словно питаясь желчью друг друга. И несомненным плюсом для Эванс и одной из причин того, что она до сих пор находилась в Бесстрашии, было то, что она не проигрывала Эрику в подобных «дискуссиях». Она не побеждала, но и не бывала побеждённой, всегда находя ответ на любую реплику Колтера.       — Внимание! — грубый голос Эрика эхом разнёсся по всей Яме. — Четыре недели осталось у вас для подготовки к финальным тестам, поэтому всю следующую неделю вы будете сдавать промежуточные зачёты по всем нормативам. Начиная с метания ножей и заканчивая техникой рукопашного боя. Отдельным зачётом будет вынесен и пейзаж страха. От тех результатов, которые вы покажете, будет зависеть, останетесь ли вы во фракции или же вылетите прямо сейчас. Всем ясно?!       — Так точно, мистер Колтер, — за всех ответила Эванс       — А если кто-то будет слишком много язвить, будет всю ночь бегать по полосе препятствий. К тебе, Строптивая, обращаюсь, — повернув голову в сторону девушку, твёрдым спокойным голосом произнёс мужчина.       — Оу, а с кем? С самым молодым, обаятельным и жестоким лидером Бесстрашия? — статус самоубийцы прочно привязался к кареглазой обладательнице слегка насмешливого голоса.       — Во время сдачи нормативов ты должна будешь получить максимальные баллы, чтобы остаться во фракции. На один балл меньше — ты вылетаешь, — Эрик улыбнулся одними губами, в то время как в его глазах читались жестокость и непоколебимость. — Первый ваш зачёт будет по метанию ножей! Идите, тренируйтесь! У вас есть два часа перед обедом.       Все неофиты направились к мишеням. Тишина, царившая по субботам в Яме, где в это время тренировались только неофиты, наполнилась лязгом ножей, врезавшихся в мишени и деревянное покрытие между ними.       — Ал, что с тобой сегодня? — Трис обеспокоенно обратилась к другу, у которого был, видно, не лучший день для подготовки к зачёту.       — Всё нормально, — ответил парень, бросая нож, который выскользнул у него из рук.       — Отвратительно, — к нему подошёл лидер.       — Он просто выскользнул, — попытался оправдаться Ал.       — Так подними.       — Когда они метают?       — А ты боишься? — бывший Эрудит вздёрнул брови.       — Получить нож в спину? Да, боюсь.       — Прекратили метать! — крикнул мужчина, не отрывая ледяного взгляда с парня.       — Встань у мишени. Фор, помоги-ка мне.       Ал, в глазах которого явственно читался страх, занял то место, которое указал ему Бесстрашный.       — Он будет метать ножи. Попытаешься увернуться — вылетишь. Начинай, Фор.       Инструктор уже приготовился бросать, но его прервала Трис.       — Стойте! Там может стоять любой. Это ничего не решает.       — Хочешь занять его место? — спросил Эрик так, словно они решали, кто будет разделывать индейку на день Благодарения, а не собирались метань ножи в живого человека.       Девушка молча направилась к Алу.       — Эрик! Даже если мы все выстроимся там и вы всей верхушкой фракции будете метать в нас ножи, это ничего не докажет, — резко воскликнула Мия, возмущённо переводя взгляд с подруги на непонятно что творящего Лидера.       — Я ожидал этого, — с садистской улыбкой заявил Лидер. — Вставай. Фор, позволь мне самому развлечься.       Инструктор передал холодное оружие в руки бывшему Эрудиту. От вида Эрика с оружием у Эванс спёрло дыхание. Она, безусловно, уже видела его и с пистолетом, и с ножом, и с чем его только не видела, но понимание того, что это оружие будет сейчас направлено против неё, туманило рассудок. Девушка нервно сглотнула, вставая на место Трис, которая пыталась вразумить блондинку, но та не слышала ни слова из того, что яро пыталась нашептать ей Прайор. Разворачиваясь спиной к мишени, Эванс попыталась проглотить свой страх. Она вздёрнула подбородок и посмотрела прямо в глаза Колтера, в которых полыхал недобрый огонь.       — Условия те же самые, — произнёс он, усмехаясь.       Сразу после его слов в сторону неофитки полетел нож, врезавшись слева от её локтя. Блондинка рвано выдохнула, вздрогнув, но продолжала неотрывно смотреть в глаза Лидера, который даже не прерывал зрительного контакта, продолжая метать холодное оружие. Ещё один нож звонко вонзился в синюю панель рядом с её ухом. Чёрт, Эрик, прекращай, тебе же будет скучно с этими податливыми новобранцами, — промелькнуло в голове у блондинки. В следующую секунду её глаза резко распахнулись от летящего прямо ей в лицо ножа. И это не выглядело, как в замедленной съёмке. Он разрезал воздух со скоростью света. Доля секунды — и девушка резко дёрнула голову влево. Оружие царапнуло её ухо, и Мия почувствовала холод металла на своей коже, которая практически сразу согрелась от капель крови, что испачкали ухо. Не имея возможности вернуть голову в исходное положение, Эванс с чуть наклонённой в сторону головой глянула на Эрика, который невозмутимо продолжал смотреть на неофитку. В глазах у стоящих рядом новобранцев читался ужас, а Фор, скрестив руки на груди, сжал челюсти и перевёл взгляд на Колтера, а затем — на Мию. Её руки, спрятанные за спину, задрожали. Чёртовы испытания Эрика Колтера. Через пару секунду ещё один нож с хрустом врезался в мишень, больно резанув девушку по правому плечу, блондинка сжала кулаки от боли, чувствуя, как ногти царапают кожу ладошек. И последний нож. Прямо над головой Эванс.       — Надеюсь, это был хороший урок для тебя, — холодно произнёс лидер. — Пять баллов за храбрость, пять за реакцию и минус пятнадцать за то, что увернулась.       Мия, просверлив Эрика испепеляющим взглядом, прошла мимо него, толкая здоровым плечом.       — Спасибо за урок, — прошипела она.       Палата Алека — одного из докторов фракции — находилась недалеко от Ямы. Девушка быстро добралась до уже знакомого кабинета. Без стука войдя туда, Мия застала мужчину за заполнением каких-то бумаг.       — Привет, Док! — усевшись на кушетку, неофитка смотрела на него, позволяя врачу закончить работу с бумагами. Это был мужчина лет тридцати с зелёными глазами и тонкими губами, у него были длинные волосы, завязанные в хвост, выбритые виски почему-то всегда привлекали внимание блондинки и, когда мужчина вот так же был чем-то занят, она сидела и в открытую пялилась на его странную, на её взгляд, причёску. Он был неплохо сложен, но всё же уступал большей части Бесстрашных в этом плане.       — Привет. Ты сегодня рано, — Алек отодвинул документы в сторону, оглядывая девушку с головы до ног. — Какая-то ты мрачная. Что-то серьёзное? — Мия скинула куртку и спустила лямку майки, пропитанную алой кровью. — Боже…       — Нет, это только наш драгоценный Лидер.       — М-да, не удивлён, — Док внимательно рассматривал рану. — Глубокий порез. Я сейчас обработаю, заклею и напишу Максу справку, что ты неделю проведёшь без физических нагрузок.       — Не надо! Я буду заниматься, — с испугу Эванс вскочила с кушетки, но Алек тут же усадил её обратно.       — С ума сошла? Хочешь потом вообще ничего не делать месяц?       — Всё так серьёзно?       — Мия, ты когда-нибудь начнёшь нормально относиться к своему здоровью? — мужчина посмотрел прямо в глаза неофитки.       — Вот инициация пройдёт…       — Хотя бы себя не обманывай, — перебил её Док. — Сейчас молчи и не мешай мне.       Эванс прикусила язык, позволяя Алеку делать всё, что нужно.       — Слушай, а может…       — Я сказал: молчи! — отвернувшись, Мия ждала, пока он наконец закончит и позволит ей сказать.       — Вот теперь одевайся и говори, — закончив колдовать над плечом постоянной гостьи своего кабинета, Док отошёл от неё, садясь за рабочий стол.       — А может, ты мне зашьёшь её? — надевая лямку на плечо, произнесла Эванс, на что Алек сощурился, нахмурив брови.       — Кто из нас профессиональный доктор?       — Ты.       — Вот именно.       — Ну так что? — девушка продолжала пялиться на мужчину, ожидая внятного ответа.       — Ты совершенно невыносима, — Док тяжело выдохнул, откидываясь на спинку стула. — Ты же не будешь сидеть без дела. Напряжёшь плечо — швы разойдутся, будет ещё хуже.       — Понятно… — выдохнув, блондинка встала со своего места. — Ладно, спасибо. Увидимся!       Продолжать тренировку Эванс не могла ни физически, ни морально. Она до сих пор находилась в каком-то вакууме, перед глазами стояла картина летящего ножа. Весь день просидев в общей комнате, Мия игнорировала все вопросы друзей.       Она ждала ужина, где сможет пообщаться с Фором. Отнекиваясь от друзей и обещая присоединиться к ним чуть позже, девушка молчала и не притрагивалась к ужину, чтобы остаться с Итоном наедине.       Как-то подозрительно легко складывалось их общение. Понимая друг друга с полуслова, молодые люди действительно подружились. Было удивительно для обоих, что такая связь наладилась и они не чувствовали преград между собой, общаясь на абсолютно разные темы. И даже сейчас по напряжению блондинки Фор понимал, что той нужно с кем-то поговорить. С кем-то, знающим, как здесь всё устроено. С кем-то, знающим Эрика.       — Слушаю тебя, — скрестив руки в замок, инструктор выжидающе смотрел на Мию, которая молчала, погрузившись в свои мысли и смотря в одну точку на обеденном столе.       — Раньше такого не было, — тихо произнесла блондинка, переводя поникшие глаза на сидящего напротив парня.       — Что ты имеешь в виду? — Фор тоже говорил негромко, чтобы его слышала только Мия. Уже желая ответить, девушка заметила знакомую светловолосую голову. Томас с улыбкой и в компании нескольких Бесстрашных направлялся в сторону Эванс.       — Давай пойдём в другое место, — попросила она, тут же вставая и беря со стола булочку с корицей. — А то тут слишком много лишних глаз и ушей. Возьми, пожалуйста, кофе, а то мой закончился, а ты не пьёшь.       — Не много кофе на ночь? — Фор поднялся с лавки, беря кружку с уже остывшим чёрным напитком.       — Думаешь, я собираюсь ночью спать? — идя чуть впереди инструктора, Мия обернулась.       — Будь осторожней со словами. «Лишние глаза и уши» быстро разносят слухи, понимая всё неверно.       — Насрать, — улыбнулась неофитка, поймав ответную улыбку Итона.       — Не сомневаюсь.       — Мия, привет! Уже уходишь? — Шоу, шедший навстречу, помахал девушке.       — Да, ухожу. Пока-а-а, — быстрее избавляясь от назойливого парня, Мия вышла из столовой, за ней тут же выбрался Фор.       На крыше, куда направились молодые люди, было пусто. Холодный ветер тут же ударил в лицо, путая блондинистую копну коротких волос девушки. Опустившись на корточки, Мия уперлась спиной в бетонный блок. Фор расположился рядом. Мужчина как-то совершенно незаметно стал тем, с кем Эванс могла поговорить не только по поводу тренировок, но и на какие-то личные темы, обсудить душевные переживания.       Эрик просто не мог этого не замечать. И вся сложившаяся ситуация его напрягала. Была ли эта ревность? Едва ли. Просто Лидер терпеть не мог, когда трогают его личные вещи. Чем, собственно, стала Эванс, сама того не понимая и не зная.       — Вот здесь точно никто не услышит и не увидит, — произнёс Фор. — Выкладывай. Что тебя удивило сегодня в поведении Эрика? Лично меня уже сложно чем-то удивить.       — Он ни разу до сегодняшнего дня не делал мне больно, — немного помолчав, ответила блондинка, вглядываясь куда-то вдаль и делая небольшой глоток горького кофе, она откусила кусочек булочки — спазмы в голодном желудке не позволяли сосредоточиться на собственных мыслях.       Холодное ноябрьское солнце уже совсем не грело. Оно лишь дарило свой свет наполовину заброшенному городу, освещая старые разрушенные бетонные постройки. Сейчас солнце уже практически скрылось за горизонтом, оставляя вдалеке лишь яркую красно-жёлтую полоску, что разделяла видимую с крыши зелень леса и сероватое полотно осеннего неба.       — Мия, давай начистоту. У всего есть свои пределы, у терпения Эрика — тоже. Он и так позволяет тебе многое. Сегодняшняя, казалось бы, мелочь просто довела его до точки кипения, и он проучил тебя таким вот образом.       Эванс молча смотрела куда-то вперёд, вслушиваясь в шум голосов Бесстрашных, доносившийся с первых этажей.       — Как думаешь, его хоть немного мучает совесть? — спустя несколько минут молчания спросила девушка, Фор удивлённо уставился на неё.       — Кого? Эрика? Смеёшься что ли? Если бы его мучила совесть за всё, что он сотворил, он бы давно покончил с собой.       — Хочешь сказать, он ни о чём в своей жизни не жалеет?       Фор задумался, вспоминая поведение и характер Лидера за всё время их знакомства. А это ни много ни мало восемь лет.       — Наверное, жалеет. Но лишь об одной вещи.       — Какой? — Эванс посмотрела на инструктора, ожидая ответа. Она была готова выслушать любую историю, способную хоть немного приоткрыть завесу сотен тысяч тайн, скрывавшихся где-то глубоко в сердце Колтера под семью замками.       — Ты как-то давно сказала о том, что должна быть причина, по которой Эрик так холоден и равнодушен ко всему происходящему. Ты была права. Не буду вдаваться в подробности, потому что точно не знаю всего, что тогда произошло. Но всё дело, как бы банально и смешно это ни звучало, в девушке. Не помню, как её звали, как она выглядела и тому подобное, но точно помню, что она была всеобщей любимицей здесь. Очень… милая и жизнелюбивая девочка. Она была Доктором или кем-то другим из гражданских. Эрик души в ней не чаял, возносил её чуть ли не до небес. После их отношений я ни разу не видел его таким же счастливым, каким он был тогда, — Итон замолчал, задумавшись.       — Так он стал таким из-за несчастной любви? — брови блондинки поползли вверх. — Эрику разбили сердце?       — Уж лучше бы из-за этого. Насколько мне известно, её убили изгои. Точно никто не знает. Тогда это дело быстро замяли, потому что Эрик не мог и слышать об этом, а вокруг было одно сочувствие и сожаление. Всё об этой ситуации знает только Колтер. И Шоу, пожалуй.       — Как давно это было?       — Года три назад.       Мия молчала, пытаясь переварить и принять полученную информацию, которой было катастрофически мало. Нужно было ещё. Хотелось ещё.       — Зачем тебе это? — вдруг спросил инструктор, смотря на девушку в упор.       — Что?       — Все эти тайны… Эрик…       — Я не знаю. Я хочу понять, что он за человек. Зачем-то. Запретный плод сладок, — грустно усмехнулась она.       — Как ты к нему относишься?       — В каком смысле?       — В прямом. Как ты относишься к Эрику Колтеру?       — Ну… Никак. То есть он мой тренер, Лидер моей новой фракции, наставник. Как я должна к нему относиться? Он, безусловно, интересен мне как человек, потому что я вижу, что он много чего скрывает. Я не понимаю что, и хочу это узнать, чтобы понять его самого.       — Будь осторожна. Ты пытаешься зайти на ту территорию, куда вход закрыт иногда даже для самого Эрика. Он, мягко говоря, не любит, когда пытаются докопаться до его чувств.       Через полчаса Фор оставил девушку наедине с её мыслями, которые были заняты только Эриком и его историей. Сам мужчина едва ли её расскажет, а вот Томас может проболтаться. Но для этого нужно с ним сблизиться, просто так он ничего не скажет. Да и с чего бы вообще ему что-то ей говорить? Но попытаться всё-таки стоит.       Когда время приблизилось к двенадцати и все Бесстрашные давно разбрелись по своим комнатам или по местным танц-площадкам, Мия направилась прямиком в комнату Лидера.       Стук в дверь. Проходит, как обычно, не меньше минуты, пока мужчина не открывает дверь, недовольно взирая на хрупкое тельце неофитки.       — Время вообще видела? Совсем страх потеряла? — холодным, ровным голосом произносит Эрик.       — Нужно поговорить, — Эванс смотрела прямо в глаза Лидера, чуть поджав губы.       — Вы посмотрите, напуганный до смерти зверёк самовольно пришёл в логово хищника, который чуть не съел его с костями.       — Давай ты будешь философствовать в другой раз. Пустишь, нет?       — Заходи.       Эрик, на удивление, отошёл в сторону, пропуская блондинку в свою обитель. Бесцеремонно усевшись в чёрное кресло, девушка закинула ногу на ногу.       — Это моё место.       — У тебя есть целый диван, — Мия пожала плечами, но тут же сморщилась, почувствовав боль.       — Что хотела? — Эрик выдохнул, усаживаясь на подлокотник дивана, практически касаясь своими коленями руки блондинки, что расслаблено лежала на подлокотнике.       Девушка молчала, разглядывая Колтера, что не сводил глаз с юной неофитки. Сейчас она в нём видела не просто неприступную скалу, а человека, который отгородился от всего и от всех, не желая впускать в свой внутренний мир кого бы то ни было. Он скрывал свою душу, наполненную болью и разочарованием. Еле сдерживая себя от вопросов на тему личной жизни, Эванс негромко произнесла:       — Можешь честно ответить на мой вопрос? Зачем ты метнул нож прямо мне в голову? Ты же мог убить меня.       — Жутко выбесила, — пожал плечами Лидер.       Понимая, что он не настроен на конструктивный диалог, девушка встала и направилась к выходу, надеясь, что всё-таки что-то в его совести взыграет и Колтер с ней пообщается.       — Я знал, что ты увернёшься, — произнёс Бесстрашный, когда Мия уже хотела открыть дверь, на что она развернулась, нахмурив брови.       — Знал?       — Ты слишком упёртая и упрямая, так что будешь держаться за эту жизнь до последнего, даже если тебе дадут приказ умереть.       — Такой приказ могут отдать?       — Запросто. И даже не смей говорить мне о том, что ты все приказы исполняешь безукоризненно. Не все. У тебя есть своя голова на плечах. И пускай иногда она говорит тебе действовать наперекор всему, что творится вокруг, это почти всегда работает. Чтобы ты на сто процентов выполнила чей-то приказ? Если это случится, мир дважды рухнет и уже никогда не воскреснет вновь. Увернулась бы.       Эванс уже снова сидела в кресле Лидера, не сводя с него глаз. Она не могла понять одной вещи: как этот мужчина, который несколько часов назад хладнокровно метал в неё ножи, мог сейчас спокойно разговаривать даже без своего обычного презрения во взгляде. И как бы парадоксально это ни звучало, но девушку охватывали два чувства: боязнь сделать или сказать что-то, что могло бы разрушить такое неустойчивое равновесие и спокойствие, воцарившиеся сейчас в помещении, и безопасность, уверенность в том, что Бесстрашный не сделает ей ничего плохого.       — Эрик, — тихо произнесла Мия, после чего заметила какое-то недовольство в его взгляде, не злое или какое-то жестокое, а обычное недовольство. Так ребёнок смотрит на нелюбимое мороженое, только Лидер делал это менее открыто, почти незаметно. Но за эти несколько недель неофитка от и до выучила практически все эмоции Эрика и их проявления. — Могу я кое о чём попросить тебя, в качестве компенсации за нанесённый ущерб?       — Вздумала меня шантажировать? Плохая идея.       — Нет. Я хочу одно желание. Только обещай выполнить его.       — Я подумаю, — усмехнулся мужчина.       — Потренируй меня перед зачётами, — робко произнесла Мия, не узнавая свой голос и интонацию. Атмосфера комнаты как-то странно на неё влияла. Не хотелось язвить или спорить. Просто хотелось нормально пообщаться и понять друг друга. Атмосфера. Или человек?       — Ты будешь сдавать нормативы с твоим плечом?       — Даже если ты отрубишь мне руку, я буду сдавать нормативы, — мужчина улыбнулся, впервые без злорадства и жестокости, по-настоящему улыбнулся. Что-то новое.       — Ты мазохистка.       — Ты не ответил.       — Я же сказал, что я подумаю. А теперь иди отсюда, отбой был уже давно.       — Думаешь, я смогу сдать все нормативы на максимальное количество баллов? — поинтересовалась девушка, вставая и уже направляясь к выходу.       — Не знаю. — Эрик пожал плечами. — Но условия я не поменяю.       — Я и не прошу, — уголки губ слегка дёрнулись вверх, но снова опустились.       — Если бы не твоя строптивость, то ты была бы практически идеальным солдатом, — вдруг произнёс Лидер, на что Эванс широко заулыбалась.       — Ну я же Строптивая. Это моё второе «я».       — Это твой минус.       — Ну, знаешь, у тебя тоже над головой нимба не видно, — мужчина усмехнулся этим словам.       — Иди уже, пока мне под руку что-нибудь колюще-режущее или огнестрельное не попалось.       — Спокойной ночи, Эрик, — Мия скрылась за дверью, но через секунду засунула голову в его комнату снова, бросив с улыбкой: — Надеюсь, я приснюсь тебе в самом жутком кошмаре.