«Неопознанное SOSтояние»

«Останься, Дан?» — Антон злостно повторил слова Тины, и с нескрываемым разочарованием посмотрел на неё. Ему было так хорошо, когда она не обращала ни на кого внимания, когда ей хватало его одного. Нераспечатанный союз. Попов не думал, что кто-то сможет разрушить эту, пусть не идиллию, но стабильность, внеся ненужные коррективы. И сейчас, услышав его имя, кулаки сжимались до хруста, а челюсти смыкались до скрипа. Он выдохнул и посмотрел на неё: разбросанные по подушке волосы, помада слегка покинувшая контур губ, растянутых в легкую улыбку; слегка осыпавшаяся тушь, как пепел от сигареты, алые щёки и размеренное дыхание, иногда прерываемое бормотанием… Попов еле сдерживался, чтобы не влить свою злость в неё, посредством отчаянного проникновения, но, к своему же счастью, сдержался. Он боялся реакции Тины именно сейчас, когда интимные моменты между ними почти сошлись на нет. Что скрывать, Антон, как нормальный мужик, хотел её и снова ждал взаимного ответа. Музыкант, продолжал сидеть на краю кровати, вспоминая времена, когда Тина не стесняясь выходила из душа, укутанная в одно полотенце, с мокрыми волосами и непринуждённо командовала: «Хватит пялиться, давай показывай что ты там насочинял, я слушаю». После проделанной работы, потому что иначе с Тиной Григорьевной было никак; Антон перезаряжал её, обнулял, и настраивал, как струны на своей гитаре. Они обходились без нежностей и долгих прикосновений. Тина любила на скорости и без лишних прелюдий. Босс в жизни. Босс в работе. Босс в постели. Тиночка Босс. После того, как их точки соприкосновения разорвал третий лишний, у Антона проснулись иные чувства: ревность, вспыльчивость и нервозность из-за нехватки внимания в свой адрес. Он не понимал, что за метаморфозы происходят в организме. «Неужели привязанность переросла в любовь?!». Гитарист не мог определить, потому что никогда не испытывал подобного чувства. Всё что он имел — разряд по ЛМС: любовь к музыке и сексу. Девушек (разносортных) было предостаточно в его жизни, но с Тиной оказалось всё иначе. Музыкант только сейчас это понял, стоило «конкуренту» наследить на его территории. Выкинув из головы все мысли, разжав кулаки и выдохнув, он убрал от её лица прядь волос, очертив подбородок пальцем, выдохнул и покинул комнату. Орлов храпел на всю гостиную. Антон подошёл к нему, перевернул на бок и накрыл пледом: «Хорёк, завтра ты опять скажешь, что больше не пьёшь. Боже, я вас знаю, лучше чем себя… надо что-то менять в этой чертовой монотонной жизни…», — Попов завёл авто, включив музыку на максимум, и умчал прочь. Утро. — Пашка… Эй, товарищ… — Рота, подъем! — Тина присела рядом на диван, трепля его за щеку. Она уже успела принять душ, пытаясь вспомнить под пробуждающим потоком воды, фрагменты вчерашнего вечера. Настроение было приподнятым лишь по одной причине: спустя три недели, полюс притяжения к любителю магии, не поменял координат и точки не сместились ни на единицу. Всё те же ощущения, всё те же пульсирующие вибрации. Данное открытие и пугало, и восторгало. — Тиныч, мне так херово… ай, — больше не пью… черт бы побрал эти праздники, — пожалуйста, дай что-нибудь попить, у меня Сахара во рту. — Держи, мой любитель крейзи- миксов, — я тебе сколько раз говорила, чтобы не смешивал, а? — Да уж… Володя вчера руководил процессом,  я что-то перебрал с доверием, касаемо выбора напитков. Паша взял стакан с прозрачной жидкостью из рук Тины. — Фууу, что это Тань?! — Он чуть не выплюнул всё назад, — Ты издеваешься? — Зажми нос и пей до дна, — через пол часа вообще забудешь, что вчера употреблял. Между прочим, не продаётся без рецепта, мне по блату досталось (смеётся), — пей говорю! Просто бомбическое средство, — вот посмотри на меня. — Хах, будто ты из-за этого средства такая заХадочная. У тебя на лице всё написано. — Дождалась таки вчера своего Дракулу? — Что? Причём тут он. Мы всего то, мимолётом, обменялись парой фраз. Он попросил помощи! — Кстати, мне нужно решить этот вопрос, — оставлю тебя на время. — Дан? Обратился за помощью? — Что-то случилось?! — У него заболел гитарист и там всё серьёзно, а на носу тур по городам. Попросил человека, который быстро вольётся в программу. — И? — Помнишь Максима? — Ну, мальчика с Х-фактора, — я ему хочу позвонить и предложить. Он крутой и очень талантливый. Думаю согласится. — Аааа, тот кудрявый мальчишка, что помогал нам фестивале. Блин, ему уже лет восемнадцать наверно стукнуло, — ну, попробуй свяжись. — Я смотрю ты прям загорелась-завелась, — моя матушка Тереза. — Орлов, — она ущипнула его за нос, — ты скоро доиграешься со своими подколами, — Петросян недоделанный. — И я тебя люблю, моя королева! — А завтрак то будет? — Я голодный и холодный… — На столе стынет, — надеюсь с ложечки кормить не надо? — Тина уже удалялась наверх, поближе к телефону. — Спасибо, Ти...  «Я завелась, останови меня, я буду звать тебя по имени… Дан», — Орлов опять съязвил вдогонку. — Ну и дурачьё, — выкрикнула Тина уже сверху, вертя палец у виска. Она, улыбаясь, добралась до комнаты и расположившись в кресле, стала искать контакт Максима. Последняя их встреча была год назад, но он переодически выходил на связь, обращаясь за советами к Антону и Тине. На том конце провода послышался восторженный: «Алло, привет». Певица рассказа о причине звонка, объяснив вкратце суть дела. Максим с радостью согласился, удивившись такой высокой оценке. Он боготворил эту женщину, открывшей новые грани его таланта, восхищаясь её стойкостью и силой духа. Кароль попросила подъехать в центр через пару часов, закончив на этом свой звонок. Руки несколько раз перекладывали телефон из одной в другую. Она таки осмелилась набрать первой. — Привет, я по поводу… (внезапный кашель). — Доброе утро, ты как? — Извини, всё хорошо… доброе! — Я звоню по поводу твоей просьбы. Куда мне привозить гитариста?! — Я лично проверю, на что ты его там подписываешь, — не хочу чтобы вы мне парня испортили. Пауза. — Тин, я конечно благодарен за содействие и оперативность, но что за тон и странные намёки?! — Мне наверно стоило самому во всём разобраться и решить эту проблему. — Дан, это рабочие моменты. Я всегда такая.  — Прости, забыла выключить босса. Пауза.  — Можно мы вместе приедем? Я реально хочу посмотреть. — … Конечно, приезжайте. Спасибо за помощь. — Я буду рад, если ты заодно захватишь мой пиджак, — ну, и встрече с тобой тоже, наверное, буду рад… — Адрес отправлю в ватсап. — Когда подъедете? — Где-то через два с половиной часа, — отрезала Кароль, которую немного задело про «наверное, буду рад встрече», — и положила трубку. «Блин, превращаюсь в занудного диктатора… зачем я с ним так… неисправимая…», — Тина пошла собираться и приводить себя в порядок. Машина подъехала по высланному (в вотсап) адресу. Тина с Максимом проследовали за охранником, который проводил до нужного помещения, по размерам напоминавшим торговый центр. Здесь были разного рода студии, залы и прочее. Кароль попросила Макса сходить за кофе, а сама решила заглянуть во внутрь. Они приехали чуть пораньше, в момент репетиции Дана с балетом, и Тина это поняла, когда открыла дверь. Стены вздрагивали от музыки. В зале были почти одни девчонки, чего та совсем не ожидала. Заметив её, Балан указал рукой, мол: «присаживайся, придётся подождать», продолжая отрабатывать постановочные движения в перемешку с импровизационными. Блондинка с выбритыми висками и длинными волосами, которая больше всего фигурировала в танце виртуозно стелясь под Дана, с первых же минут щекотала нервишки Кароль. Тина уже пожалела, что приехала раньше и зарулила на эту долбаную репетицию. Прогоны с бэндом были чуть позже. Руки девушки-танцовщицы, хаотично блуждали по телу Дана, рисуя незамысловатые послания когтями (иначе не назовёшь). Прогибы и взмахи головой были далеко не постановочными, Балан действительно выводил девушку на эмоции. В его руках она превращавшись в королеву танцпола. Неудивительно, своей энергетикой и магнетизмом, он мог растопить свечу, даже не поджигая фитиль… Каждая, как на подбор: с идеальными формами и милыми мордашками. А главное, что заставляло певицу вздрагивать, что Дан (на импровизациях), трогал всех без разбора за разные места: почти у каждой они были выпуклыми и даже слишком. Тина немного приуныла, наблюдая за всем происходящим: «Набрал блин баб… они явно вышли не из клуба благородных девиц…». Кароль непроизвольно закусила губу, когда в одной из песен, Дан поставил на стул свою ногу, между ног танцовщицы (просто певица тоже любила манипуляции со стульями), и посмотрел в зеркало, словив её игривый взгляд. Тина резко отвела глаза, успев разглядеть его ухмылку. Весь мокрый и тяжело дыша, он направился в раздевалку, стягивая на ходу футболку, и вытирая ей лицо: «Тин, привет. Через десять минут буду, только переоденусь», — выпалил брюнет, продолжая двигаться в сторону выхода. Головы присутствующих в зале, сначала проводили Дана, так словно тот покидал подиум, а потом наградили вниманием Кароль, которая не знала куда себя деть от неловкости. Максим отошёл купить кофе, но как на зло пропал. «Он похудел, немного отросли волосы… Почему меня к нему так тянет… Этот торс и сосредоточенный взгляд… боже, Тина, не начинай», — её отвлёк присевший рядом юный гитарист, протягивая стакан с горячим напитком. — Тебя как за смертью, Макс, — спасибо. Дан вышел через пятнадцать минут, переодевшись и сняв повязку. Он выглядел уставшим, но таким притягательным. Кароль словила себя на мысли, что его хочется крепко обнять и зарыться в кудрявые волосы, вдыхая аромат кожи. — Ну что, пройдём на студию, присоединимся к бэнду, — приятно познакомиться, — он пожал Максиму руку, только потом уделил внимание Тине, слегка коснувшись её щеки. «Обижен…? Холодный», — подумала она. Репетиция шла на ура, парень действительно оказался мастером своего дела, несмотря на юный возраст. Кароль, сидевшая рядом, постоянно пялилась на Дана, потому что не могла не смотреть, как тот растворяется в музыке, и как мир для него перестаёт существовать. Мир, но не Тина, взгляд которой, он ловил как бабочек сачком. Они быстро пробежалась по основным композициям, и спустя полтора часа закончили. Брюнет, заметив задремавшую блондинку, подошёл и присел на корточки, как вчера вечером. — Тин, — та резко открыла глаза, — ты поспать пришла сюда, женщина-босс?! — Дан улыбнулся. Он заметил, что щеке остались полосы от рукава, на которой она уснула. Такая сонная и смешная. Девочка… Брюнет вспомнил момент, когда Тина заснула в судейском кресле после репетиции, и как после, он её отпаивал горячим чаем, рассказывая смешные истории из жизни… — Ой, вы уже всё? — Певица зевнула, — как тебе Максим? Вы меня укачали, прям. — Отлично, завтра начинаем полноценные репетиции. Я дал ему то, что нужно отработать. Всё получится. — Ещё раз, спасибо. — Тебе тоже спасибо, для него это отличный шанс и опыт. (зевает). Знаешь как мне нравятся такие самородки. Если их пустить в правильное русло, задавая верный курс, то обязательно выйдет что-то стоящее (потягивается). Водолазка карамельного цвета немного поднялась наверх, оголяя животик. «Ты меня решила добить…», — он наблюдал за её движениями. Максим, извиняясь, несмело подошёл сзади и отвлёк певца от разговора, задав пару вопросов. Затем они попрощались с музыкантами и последовали к выходу. Тина с Даном чуть притормозили, давая другим покинуть студию первыми. — Ну, что… пока?! — Стой… Как я смогу тебя отблагодарить? — Он развернул её чуть к себе, ухватив за локоть. — Да что ты всегда убегаешь…? — Тебе настолько тяготеет моё общество? — На Голосе ты была такой мягкой, тёплой… всегда поддерживала. — Мотор! Камеры! Да? — Он смотрел на её опущенную голову, потом лёгким движением руки поднял за подбородок, чтобы видеть глаза. — Я скучаю по той Тине… — большой палец слегка коснулся губы. — Дан… не говори ерунды, какие камеры-моторы?! Просто… (не знает, что сказать)— Дан, прости, но мне надо бежать. Боится. Убегает. Вылетев из помещения на улицу, она еле сдерживала волнение. Прижавшись к стене, Тина выдохнула, считая про себя до десяти. Максим, испугавшись, поспешил навстречу: «Всё хорошо?». — Да… Садись, поехали. — Певица открыла дверь машины, и взгляд упал на заднее сидение, — его пиджак! — Твою же мать!