«Неопознанное SOSтояние»

— Вита?! — Дан округлил глаза, приближаясь к автобусу, — тебя каким Макаром сюда занесло? Это что за сюрпризы? — Привет, Данчик. — Что совсем не рад встрече? У меня счастливый билет в твой балет, — хаах, это судьба. Арсений сначала стоял неподвижно, не понимая, что происходит. Он решил не вмешиваться и пошел в автобус, искоса проглядывая на, как оказалось, уже знакомых людей, которые не требовали представления друг другу. — Эмм, — я просто не ожидал. — Ты вроде в Эмираты иммигрировала, — блин, сколько мы не виделись?! — года три? — Было дело. Но я успела уже выйти замуж, развестись и вернуться на родину, как видишь. — Нет, четыре. Это был 2015 й. — Я даже не знаю, что в таких ситуациях делать. Ну, раз Арсений в тебе уверен больше чем в ком-либо, то вэлком на борт, — форс-мажоры никто в нашей жизни не отменял. — Спасибо, не подведу тебя. — Как видишь, я ещё в отличной форме. Брюнетка провела руками по обтянутым лосиными идеальным бёдрам и повернулась на сто восемьдесят, демонстрируя хорошо накаченную пятую точку. Топ на голое тело еле прикрывал искусственную грудь танцовщицы. Кубики пресса вываливались за границу. Кожа отливала бронзой. — Отличная форма, — но для меня главное, чтобы ты программу запомнила поскорее. Кстати, у нас будет одно соло вместе. Ты выходишь вместо Ани, — давай там без всяких сюрпризов. Глаз у певца непроизвольно задергался. — Дан, ты чего напрягся то так... — ну, перепихнулись мы с тобой в своё время, — на работе это никогда не сказывалось. Мой ротик, который ты постоянно так нахваливал, всегда был на замке. — Тсссс. Ты давай тут потише и сбавь обороты! — Хахах. Да ладно-ладно, котёнок. Я больше не претендую на твою неприкосновенность, хотя там, — она опустила глаза ниже пояса, облизывая надутые губы, — у тебя очень даже заманчиво. — Ты как была стервой, так ей и осталась, — иди уже знакомься с командой, — только не совращай моих пацанов! — Хаха. Ты таким папочкой стал, — всё будет чудесно, — как впрочем и всегда, когда я танцую в твоём шоу! — Да, уж… — Балан, да расслабься ты!  — Скажи, — вот я смотрю на тебя: такой ты стал возмужавший, поджаро-красивый… — но куда пропали твой огонёк и чертовщинка?! Дан закатил глаза. — Вит, — если ты про мой огонёк в твою строну, то он потух уже давно, а черти просто разбежались. — Ты или работаешь со мной, без глупостей, или катишься на все четыре. — Вот ты завёлся, — не бойся меня. Я буду паинькой. — Вы, влюблённые мужики, такие смешные, — она коснулась его щеки и покачивая задом последовала в автобус, оставив Дана с открытым ртом. «влюблённые, такие смешные…», — эхом раздалось в голове.. Певец врос в землю от всей ситуации в целом, но решил всё оставить пока так, как есть. Время на поиски не оставалось. Тур только начинался, а сюрпризы уже, один за другим, разбавляли жизнь артиста. Автобус прибыл на место. До концерта оставалось три часа. Организаторы четко выполняли свои обязанности. Танцоры балета хорошо приняли новоиспечённую коллегу, особенно мужская половина. Дану пришлось раза три прогнать соло с Витой, чтобы дать ей прочувствовать песню. Певец был немного напряжен, потому что эта девушка априори не могла не заигрывать, открыто провоцируя. Дан понял одно, — эту натуру уже не переделаешь. Выбирать сейчас было не из кого, поэтому он снова принял её игру и манеру поведения. После второго прогона, певец стал привыкать к бывшей любовнице, но постоянно ловил себя на мысли, что ни одна из этих точёных молодых красоток, даже вместе взятых, не сможет сравниться с той, которая смогла закинуть неподъёмный якорь в его сердце, и он радовался этому факту. Публика ликовала, восторженно выкрикивая его имя. Кровь в жилах закипала, увеличивая пульсацию. Голоса собравшихся уже были готовы потерять девственность, приветствуя своего кумира. Каждый спешил унести (впитать) как можно больше той чистой энергии и магии, отдав всё что угодно взамен. Он вышел в привычной одежде тёмных тонов, но с особенным светом, который присущ лишь исключительным мирам. Поприветствовав зрителей своим бархатным, уносившим в другую реальность голосом, брюнет приступил к щедрой раздаче магии. Атмосфера на сцене и в зале была неповторимой, как и каждый его концерт. Дан, танцоры, музыканты и зрители были в тот момент единым целым. Каждый собравшийся чувствовал обмен энергией и прилив точечного заряда. Артисты отыграли на ура. Зал долго не отпускал, умоляя исполнить что-то на бис. Дан не думая, а чувствуя, запел «Домой», вспоминая о той, которую так ждал. Певец мгновенно отключился: лес волнующихся рук, словно подбрасывающих его в воздух, исполнение в унисон, её образ, вырисовываемый его памятью… всё сложилось в правильный пазл. В тот момент он был полностью обнулен и счастлив, как никогда раньше. После действа, поблагодарив команду за отличное выступление, Дан отпустил их отметить удачное начало, позвонив на ресепшн ресторана парк-отеля, где они остановились, и заказав небольшой фуршет. Вита, дожидалась его у выхода, выкуривая вторую подряд сигарету. — Стой! Она вышла из-за колоны здания. — Напугала. Ты почему ещё здесь? — Даныч, — да не шарахайся ты так от меня. Я просто хотела поблагодарить, за то что не отказал. Я снова ожила и поняла, что такое происходит только на твоих концертах. Это было офигенно! — Можно мне остаться с вами?! — Приставать не буду, как и обещала, — зуб даю. — Хах.  Можно… Спасибо, ты хорошо вписалась. В твоём таланте я никогда не сомневался, ну если только совсем чуть-чуть. — Можно тебя обнять? — По-дружески (смеётся). — Ну, давай лиса, — иди сюда. — Скажи мне, кого нужно благодарить за нового тебя? Дан отстранился. — В смысле? — Ты же всё понял. Только дурак не заметит перемен. Кто она? — Неужели сама Кароль?! — Да, я иногда смотрю телек, листаю социальные сети, и у меня много друзей в киевской тусовке, — не удивляйся. Дан опустил глаза, потом вновь поднял на неё. «Она же не отстанет, чёртова зараза», — подумал певец. — И почему же «неужели»? — Оу! Так и знала. — Ну, это же Тиночка Кароль. — Мисс призрачная красота с мазохичной дозой льда в сердце. Обычно мужики её не выдерживают, слишком уж непроста. Я у неё в балете танцевала почти год. Кароль ещё та ягодка. — Кстати, думала она с гитаристом своим сейчас мутит, — такой неплохой паренёк, — мы с ним пару раз кувыркнулись по пьяни, — Антоша. Вы знакомы? — Вит, блять. — Давай без подробностей. — Ты такая бывалая я смотрю… — Хахах. Да, ладно тебе. — Запомни, не мужики меня трахают, а я их. Только тех, кого сама хочу! — Поэтому я и не стесняюсь об этом открыто говорить. — Проехали, короче. — Ещё раз предупреждаю по поводу моих парней. — Не совращай! Пока. — Сладких снов, папочка! Она коснулась рукой его плеча, напрягая свой коготок и скрылась. После незапланированного диалога с Витой, Дан наконец-то сел в машину и добрался до номера. Он принял душ и устроился в кровати, желая поскорее услышать её: ту, которая не покидала его мысли, ту которую он не слышал целый день и безумно скучал. Он знал, что у неё наступило утро и надеялся застать, чтобы поговорить. Гудки показались мучительно долгими, но тонкий голосок, было слышно что спросонья, разлился на том конце провода. — Алло. — Доброе утро, принцесса. Не разбудил? — Привет… — промурлыкала Тина потягивалась на белоснежных простынях. — Нееет, я уже почти проснулась. Дан, закрыв глаза, представил её и всю картину происходящего где-то там… далеко… на другом континенте. — Всё бы сейчас отдал, чтобы видеть, как ты просыпаешься и лениво потягиваешься заостряя носочки словно балерина, пробуждаясь ото сна…, как каждую твою искусно выраженную родинку ласкает солнечный свет, нагло врывающийся через открытое панорамное окно…, как я тебя целую в ещё сухие, но такие манящие губы, даря им жизнь… как закрываюсь в твои пшеничные, растрёпанные нашей ночью любви волосы, впитывая аромат беззаботного утра с запахом только что скошенной травы… — ну, же, останови меня… — Не хочу… —… как я шепчу тебе на ухо, нежно покусывая мочку, что ты самая прекрасная…, как заново изучаю по миллиметрам твоё хрупкое и до безумия желанное тело…, как обнимаю тебя и наши ноги переплетаются в неразвязываемый узел…, как… — всё… я готова сейчас тебя и убить, за то что травишь мою изголодавшуюся душу и тело своим сладким ядом, и одновременно простить, бросившись в твои объятия… — Ещё этот твой убаюкивающий тембр… — так Дан, я просыпаться собиралась! — Лучше расскажи, как прошёл концерт?! Тебя там не сильно клеили и соблазняли представительницы прекрасного пола? — (смеётся). Моя неисправимая, — мне нравится как быстро меняется наш разговор. — Ну, и? — Да хорошо я себя вёл, как и обещал. Концерт прошёл на ура! — Знаешь, малышка, — я так скучал по этим эмоциям… но больше всего меня удивили неведомые ранее ощущение от исполнения своего репертуара. Какие-то новые чувства испытал: песни жили сегодня другой жизнью. Я так кайфанул. Даже не знаю, какова причина таких перемен во мне?! — Может кто-то ворвался в мою жизнь и стёр ластиком все ориентиры, пустив босым на чистый лист? — Ммм, интересно, кто это посмел так наследить на территории самого мистера Балана, — нужно проучить смельчака (смеётся). — Хулиганка моя. Кстати, твои последние появления в Инстаграмм, — я тут уже еле сдерживаюсь и кидаю в копилку свои желания относительно тебя. Держись! — Даже так?! Я тебя уже боюсь, — и какие желания у тебя накопились?! — Ну, приватный танец, как ты помнишь. Потом твоя просьба попрактиковать языки, которая автоматически перешла в моё желание, потому что я люблю всякого рода практики. — Разошёлся то, — Хахах. — Это ещё не всё! Теперь эти твои лосины и слишком откровенный топ. — А что с ними не так?! Я тут успела уже позаниматься йогой и у меня ещё мастер-классы по танцам присутствуют в расписании. — Вот я и говорю, — всё очень даже так.— Ты покажешь мне что-то из йоги в том возбудившем меня прикиде, что на видео?! — Даааан. — Тебе что интересна йога? Тина в сотый раз успела полакомиться своими же губами, то и дело их кусая и облизывая. — В твоём исполнении очень даже, — я думаю мы можем в лёгкую отработать позу собаки, например?! — Балан блин, хотелку то отрастил, — а ты справишься со всеми своими желаниями: приватный танец, практика английского, позы из йоги? (Смеётся). — Ну, я же выносливый мальчик, — весь в свою девочку, — по которой кстати очень скучаю. Он положил телефон на подушку, включив громкую связь, кутаясь в одеяло и представляя, что она рядом. — И я… очень… — Я больше… Пауза. … — Дан, скажи, а я тебе сильно нравлюсь или так…? Только не смейся… Я серьезно… Тина закусила край простыни, почему-то моментально покраснев. —… Дурочка ты моя, Тань… конечно сильно! — Мммм, — ты мне тоже… конечно сильно! Молчание. Оба мгновенно разразились смехом, не сдерживая своих порывов. Это было так непосредственно… так по-детски. Конечно они нравились друг другу. Её вопрос был смешон и неуместен, но Тине больше ничего не пришло в голову. Кароль хотела слышать в свой адрес как можно больше его обожания и признаний. Она плавилась, как мороженое на солнце, когда он говорил комплименты..., когда говорил как скучает и ждёт встречи. Потом оба снова замолчали, слушая дыхание друг друга. Дан заговорил первым после продолжительной паузы. — Кажется мы попали, да малышка?! — Кажется, да… но я тебе доверяю. Снова молчание и учащённое дыхание. Слова были лишними. Она знала, о чем думает он. Он знал, о чем думает она. Мысли в унисон под взволнованное чувствами дыхание. Тишина, разбавленная их собственными высокочастотными вибрациями, была сейчас на вес золота. Когда эта продолжительная вибрация стала невыносимой, в хорошем смысле слова, они сказали друг другу короткое «пока», которое прозвучало с такими нотками трепета и волнующей надежды, что послевкусие ещё долго не покидало обоих. Она, утопая в непроизвольной экзальтации только начинала свой день, а он, под таким же эмоциональным пластом, его заканчивал… Опубликовав на своей странице в инстаграм серию из фотографий и подписав: Драйв… между облаками… горящие глаза… закрываются… летишь… А момент всё продолжается… певец поддался чарам Морфея, где последней соединяющей с явью мыслью была: «Нет, я не влюбился… я люблю её… Черт, я люблю…».