Диаспро, ты моя королева

      С Айсиса Диаспро вылетела заблаговременно, как и полагается всем людям, которые хотят быть готовыми к хорошему представлению. Ради такого случая она не побоялась взять самое красивое платье (то самое, в котором она вела свой первый бал) и самые дорогие украшения, чтобы свет знал, кто здесь первый гость.       На демонстрацию Красным Фонтаном своих умелых наездников-специалистов решила съехаться половина Магикса, потому что там, именно в этой точке пространства и именно в это время, находились и феи, и ведьмы, и специалисты, и директора школ, и даже, вот это номер, сами драконы. Предстоящая встреча Диаспро откровенно бесила, потому что она даже близко не была похожа на настоящее мероприятие, и прилететь на парад драконов чисто ради галочки было бы в высшей степени неразумной тратой времени. Просто посмотреть на ведьм, фей и специалистов в одном месте вселенной. Ну что за дурость?       С Айсиса полетели несколько придворных, с Мелодии пара послов, зато Эраклион, как всегда, отличился, дав о себе знать, и на трибунах уже были зарезервированы особые места для Эрендора и Самары и их охраны. Подле них сидела сама Диаспро, чуть поодаль — Гриффин, Фарагонда и Саладин. И дальше, удаляясь по важности, политики и ученики школ.       У Диаспро помимо откровенного презрения остались к Скаю некоторые сестринские чувства. Все же столько лет холить и лелеять каждый взгляд Ская в ее сторону… даром не прошло. И управлять драконами, пусть они даже под сильной магией подавления, все-таки сложно.       А потом Диаспро решилась на звонок.       Она организовала его в публичном месте и, что более важно, провожая своих повелителей на трибуны, в то время как драконы уже вышли в стройный ряд здороваться со зрителями. Шоу началось на сцене, а у Диаспро свое собственное, маленькое шоу было для Блум.       Она открыла телефон и сделала звонок Скаю. Тот только-только должен был выйти к публике. Что ожидаемо, он взял трубку и отрывисто поинтересовался, в чем дело, и девушка, не вытягивая слов, изобразила радость и пожелала удачного выступления.       Им навстречу прямо по коридору, озираясь, словно потерянная, шла растрепанная рыжеволосая девчушка в простеньком топе и джинсах в пол. Она проигнорировала Диаспро и (стараниями самой Диаспро!) толкнула ее плечом, увидев, что та разговаривала с голограммой Ская. — Хэй, это же… Это же Брендон? — невежливо спросила она, когда изображение от удара с полом исчезло, а Диаспро спешно отряхивалась от удара.       Если сначала Эрендор и Самара лишь брезгливо проводили Блум взглядом, то в этот раз они даже повернулись узнать, в чем дело, и почему Диаспро перестала разговаривать с их сыном. — Простите, Ваше Величество, мне придется задержаться здесь, — фея Минералов поклонилась супругам, сделав явный намек на обстоятельство. — Я скоро присоединюсь к вам, чтобы посмотреть на триумф принца Ская.       Супруги развернулись и ушли. Но Диаспро была уверена, что до них еще донесся последний возглас Блум: — Что значит Ская?! Ведь это же был мой парень, Брендон!       В ее глазах гневно плясали всполохи древнего пламени. — Какой еще Брендон? Ты, видно, ошиблась, девочка. Это Скай, он мой парень. У тебя отвратительные манеры, ты непочтительна к королевской крови; я запрещаю тебе на него смотреть, селянка.       Она мысленно добавила: и было бы лучше, если бы ты прямо здесь сгорела, захлебнувшись собственным негодованием. Диаспро, расправив плащ и левитацией подняв сотовый, развернулась и гордо ушла прочь.       Во время выступления драконов без наездников, когда Диаспро уже сидела, размышляя, что она сделала не так и почему боя не произошло, Блум вытворила странную тупость, недостойную даже селянки. Она передала Диаспро записку на розовой скомканной бумажке. — Скай хочет меня видеть? — спросила она, при этом точно зная, что Скай готовился и был занят. Но она намеренно пошла за уловкой и, извинившись перед королем и королевой в очередной раз, ушла с трибун вслед за Блум. Про себя Диаспро с ликованием отметила, что супруги вновь поморщились, увидев Блум, и даже хорошо, если слышали, что она сказала.       Вслед за Диаспро поднялся один из охранников. Хороший свидетель тому безобразию, которое должно было произойти дальше.       Однако для селянки Блум знала очень сильное заклинание сна, и охранник был в мгновение вырублен, и Диаспро негодовала совершенно естественно. — Эй, что ты делаешь?! — Прекрати. Ты же одна из трех ведьм, так кто же? Айси, Дарси или Сторми? — О чем ты говоришь? Мне не нравится твой тон, — Диаспро сощурилась и сделала полшага назад. — Тогда я сорву с тебя твою маску.       Одно маленькое превращение одной маленькой рыжей феи — и вот Диаспро ушла в глухую оборону. После агрессивного огненного шара ее увело в сторону и она чуть было не снесла спиной деревянную дверь. Эти неконтролируемые вспышки магии продолжались, и Диаспро, наученная болью, стала уворачиваться. Блум обезумела и стала называть оппонентку грязными ругательствами, что она обманщица, что она ведьма; и в такой напряженный момент встретиться лицом к лицу с обухом пламени означало как минимум серьезные ожоги. Диаспро создала щит-купол и прижалась к стене, держа энергию всей магией, что у нее была.       Блум не блистала заклинаниями или умом, она просто была в нетихой ярости. Вскоре магия Диаспро закончилась, и Блум, не рассчитав силу, шарахнула так, что принцесса вылетела за пределы потолка, пробив сначала ослабевшим, а затем вовсе исчезнувшим щитом дыру в арене. Преподаватель, до этого усмирявший разбушевавшихся драконов, совсем загнал их на край поля. Вылетевшая Блум, осознавая, что она только что сделала и что перед ней происходит в данный момент, осела на землю, в горячке шепча: «Брендон, Брендон»…       Диаспро, чувствуя, что не досчитает потом костей, с трудом подавив полный ненависти вздох за порванное платье и треснувший опал в кулоне, встала и, чудом не упав, со всем гневом выпалила на потеху публике: — Ты что, ненормальная?! Сколько раз мне тебе, глупая простолюдинка, повторять?! Ты смеешь обвинять меня в том, что я ведьма, когда как я принцесса Эраклиона! А это не Брендон, а Скай Эраклионский, наследник трона и мой будущий муж!       Скай, подошедший, чтобы помочь подняться явно не уцелевшей Диаспро, лишь глупо вытаращился на обеих девушек, когда подруга детства перед всем миром назвала его своим законным будущим супругом. По факту это было правдой, и плевать, был ли на это дан официальный бал или заявление. Сейчас на Диаспро играла ее репутация, и она ей пользовалась. — Блум, я н-не… — Скай попытался оправдаться, но ему пришлось отвлечься.       Король Эрендор не совладал с гневом и очень громко, не боясь многолюдности, позвал сквайера принца Ская, которым оказался их давнишний общий знакомый Брендон. До того, как семья Брендона обеднела, они в детском возрасте несколько раз встречались на раутах.

***

      Диаспро, закатив скандал, отказалась лечиться в Магиксе, и поэтому ее доставили на Эраклион первым классом. Оказалось, что все не так плохо, и лечить ей придется лишь легкое сотрясение, а не целый скелет.       Заплатив магу-медику, она взяла несколько бумаг и отправилась отлеживаться домой. Успокоив маму и пообещав пылкое возмездие (на что мама настоятельно попросила вообще не лезть к этой ненормальной), она дождалась, когда на Эраклион прилетит отец, чтобы успокоить и его тоже, а затем снова улететь на Айсис. Там ей не было настолько грустно и тревожно от постоянных упоминаний Ская и Блум.       Что было хорошо, так это то, что ее тщательно спланированная роль жертвы сыграла ей на руку, и теперь образ нужно было лишь подкрепить сплетнями, слухами, то тут, то там. Да, представляете, оказывается, на это мероприятие директора брали лишь некоторых, самых умелых и талантливых учениц и учеников. Да, вы не поверите, но мало того, что она первокурсница, так еще и находилась под ареной незаконно. Да что вы, если бы это было все, так ведь она сначала обманным путем заманила бедную принцессу в пустой коридор, а затем напала на ничего не понимающую Диаспро со стороны! Да, это просто ужасно, она приняла нашего наследного принца за якобы своего парня, которого зовут Брендон! Хотя он все это время был помолвлен с принцессой Диаспро!       Единственное, что не сыграло ей на руку, это разоблачение ролей Ская и Брендона. Сквайер был единственным человеком в школе и на всей планете, кто знал его в лицо, как принца, а это была лишняя опасность для единственного претендента на трон. Король Эрендор лично высказал все в лицо Брендону, и Диаспро не досталось в этой шумихе лишь потому, что она была жертвой, принцессой и дипломатом в совокупности. Не будь в этом списке хоть чего-то одного и, Диаспро даже думать об этом не хотела, то «будущий свекор» впервые повысил бы на нее голос.       Скай не принес извинений ни в письменном, ни в устном виде, и даже не прислал смс. Он не стал защищать себя или свою девушку и не считал себя виноватым. Видно, высокие чувства так сильно давили на мозг, что принц начал забываться, кто он на самом деле есть. И от этого множество проблем появлялось у государства. «Ах, да-да, как же она его развращает, моего будущего мужа, эта магиксовая селянка!»

***

      Неделя — и вот, Диаспро снова дома. Хотя, наверное, было преступлением даже мысленно так называть Айсис. Однако после такого глубокого оскорбления со стороны короны будущей королеве этой самой короны, Эрендор не стал давить на Диаспро какими-либо мероприятиями или поручениями. Стыдясь своего сына и трясясь от злости, он дал фее Минералов карт-бланш на любые путешествия и попросил затребовать извинения от королевской семьи вместе с официальным визитом.       Между строк читалось, что Эрендор просил повременить с отменой свадьбы и свалить куда подальше с Эраклиона, чтобы больше не плодились о Скае ужасные слухи. В семье произошел маленький раскол, потому что король с королевой не могут даже обсудить поведение с сыном, которого нет на планете и которого не будет там до самых каникул.       А поскольку Скай все еще глупый упрямец, он не хотел даже брать трубки.       Диаспро на душе сначала было очень и очень противно. Она откровенно гадила своему бывшему возлюбленному и, возможно, травила его самую большую и запретную любовь. Но такие чувства были только сначала. Потом вернулся прежний прилив сил и бодрости, когда вместо сочувствия на трон в ее душе сели мораль, гордость настоящей леди и обязанности статуса. В пятнадцать лет не каждый может вертеть своим заранее неудавшимся браком так, как хочет, чтобы спасти свою жизнь и уничтожить кое-чью чужую. Рыжую.       Через какое-то время чисто для профилактики она снова стала посещать собрания высшего света на Айсисе, для начала для того, чтобы правильно донести эраклионские слушки, а потом для того, чтобы избавиться от скуки. В один из таких дней она не смогла избежать встречи с Дакареем. И в эту минуту очень удачно сестренка Дакарея, Кия*, решила рассказать историю королевских гобеленов двум близнецам-аристократам, до этого донимавшим кронпринца. Диаспро подавила мимолетное смущение и заговорила сквозь внезапный приступ стыдливости: — Ваше Величество, для меня это честь.       Ее сердце вдруг сжалось, как будто находилось в кулаке. Так бывает, когда люди остаются один на один с человеком очень открытой души. Они ее не увидят сразу, но они сразу ее почувствуют. — Л-леди Диаспро, — он начал заикаться, словно хотел сказать что-то постыдно дерзкое, и в конце концов не удержался. — Простите меня, я слышал о том, что вас покалечила девушка, с которой встречается в Магиксе ваш жених. Я чувствую вашу боль, — ее притягивал его взгляд искренних шоколадных глаз. — Мне больно вместе с вами.       И Диаспро тоже почувствовала это. Ей, на самом деле, как бы она ни давила в себе свою детскую безграничную преданность Скаю… больно.       Больно, наверное, не так сильно, как этому красивому, статному и широкоплечему парню терять свою маму, что переложит ему на плечи целое государство. — Вам тоже очень больно, — прошептала Диаспро одними губами.       Дакарей прикрыл глаза, слегка качнув головой вперед; на веках его появились еле заметные морщинки. Это был поклон почтения и, как только принц его закончил, то развернулся и ушел за трон, вон из комнаты, подальше от гостей.       Диаспро поняла, что жизнь приносит ей новые неясности, и у нее есть только два выхода: либо дерзко пойти вслед за кронпринцем… либо прокрасться через окно.