From darkness to victory

Пробуждение было тяжёлым. Даниэль метался на каменном полу, плохо осознавая, где он находится. Наконец, сознание вернулось к нему в полной мере, и мальчик, застонав, сел. Головная боль, терзавшая его с самого утра, отступила, оставив после себя приятную лёгкость, что вполне могло означать успешность ритуала. Подождав, пока головокружение пройдёт, Даниэль сосредоточился и попытался что-нибудь вспомнить. В этот раз боли не было. Перед внутренним взором мальчика послушно замелькали какие-то неясные, нечёткие, но вполне осмысленные картинки из его прошлого. Вернее, прошлого двух разных людей, причудливо слившегося в единую биографию Даниэля. Достигнутый результат мальчика удовлетворил, ведь он знал, что воспоминания станут более четкими, если понадобятся, так что со спокойной душой встал и на нетвёрдых ногах отправился приводить в чувство сестру. — Всё получилось? — спросила она, едва открыла глаза. — Вроде да, Леди Найтмар, — изобразил шутливый полупоклон Даниэль, одновременно подавая руку сестре и намекая на приобретённые знания. — В таком случае благодарю за помощь, Лорд Найтмар, — нарочито важно произнесла Фелиция, когда брат поставил её на ноги. Близнецы ещё какое-то время молча смотрели друг на друга, после чего заливисто рассмеялись, окончательно сбрасывая царившее с утра напряжение. — Думаю, мы можем идти, — произнёс, отсмеявшись, Даниэль, бросая взгляд на алтарь, на котором не осталось и следа крови. — Да, ты прав, — улыбнулась ему Фелиция и первой направилась к выходу. Однако, не дойдя до двери буквально несколько шагов, девочка внезапно замерла, после чего обернулась и, сама не зная почему, поклонилась алтарю. Подошедший Дани повторил её жест, после чего они оба покинули Ритуальный зал. Дверь за их спинами вернулась на место с тихим, но гулким металлическим звоном. Близнецы поднимались наверх держась за руки. Было это правдой или нет, но подъём показался им намного короче, чем спуск. А в Гобеленовой их ждал Викки с подносом, на котором стояла пара флаконов с нежно-зелёной жидкостью. — Это что такое? — подозрительно спросил Даниэль, получивший более актуальные в этом месте знания, но никак не всеведение. — Укрепляющее зелье, господин, — пояснил эльф. — Вы потратили много сил на ритуал. Зелье их восстановит. — Ладно, поверим на слово, — произнёс Дани, действительно чувствующий себя неважно. Он взял с подноса один флакон, откупорил его и понюхал. Запах был приятный, травянистый, и мальчик залпом опустошил сосуд. Постоял, прислушиваясь к себе, а после вернул пустой флакон на поднос. — Сойдёт, — констатировал, наконец он. Только после вердикта брата Фелиция рискнула тоже выпить зелье. Через несколько минут близнецы уже почти полностью восстановились, и Викки снова позвал их за собой. — Только и делаем, что туда-сюда ходим, — пожаловалась брату Фелиция. — А я, между прочим, есть хочу! Идущий впереди эльф виновато прижал уши. — Викки получил четкие указания и не может ослушаться, — извиняющимся тоном проговорил он. — Господин и госпожа должны пойти в Портретную галерею. Обед будет потом. — Потрясающе, — закатила глаза Фелиция. — Прислуга командует, можно мне сейчас есть или нет. Викки сжался, а Даниэль покачал головой. — Перестань, Фиса. Мы сначала должны привести себя в порядок и научиться соответствовать окружению, а уж потом будешь командовать эльфами, как пожелаешь. Девочка вскинула руки, не желая спорить. Они шли однообразными коридорами, иногда поднимаясь по лестницам, и даже не старались угадать, что скрывают двери, мимо которых они проходили. Их путь завершился, когда коридор упёрся в высокие, почти до потолка, двустворчатые двери, украшенные затейливой резьбой в виде всё того же грифона с мечом. Викки почтительно склонил голову и отошёл с дороги, и Даниэль молча прошёл мимо него, Фелиция последовала за ним. Когда между ними и дверью осталось всего шага три, створки распахнулись, пропуская детей вовнутрь. Близнецы переглянулись и синхронно вошли. Стены здесь были отделаны панелями из тёмного, как и во всех остальных помещениях, дерева, окна отсутствовали, а свет, на удивление ровный и мягкий, излучали десятки свечей в напольных канделябрах. Но самым главным объектом здесь были десятки и десятки портретов. — А вот и наследнички объявились, — хохотнул один из них, мужчина с открытым, добродушным лицом и невероятно пышными усами. — Приветствую, молодёжь! — Здравствуйте, — робко откликнулась Фелиция, неловко чувствовавшая себя под таким количеством взглядов, пусть и нарисованных. — А вы кто? — Сэр Френсис, к вашим услугам, — церемонно поклонился тот самый усач. — Думаю, не стоит считать, сколько раз я вам «пра-». Итак, все, кого вы тут имеете честь наблюдать, это члены древнего и могущественного рода Найтмар. Не переживайте, ещё успеете перезнакомиться, а сейчас же я, зная, кто вы и как тут оказались, хочу сказать лишь самое важное. Сэр Френсис замолчал и внимательно оглядел ребят. — Сейчас вы — единственные представители нашего Рода, — торжественно заговорил он, — а потому с честью носите имя Найтмар и не позорьте его. Обретайте новые знания, совершенствуйте свои навыки, заводите новые знакомства, собирайте информацию. Общайтесь, наблюдайте, делайте выводы. Помните: цель существования нашего Рода — не дать магам ли, людям ли уничтожить друг друга, Магию и мир в целом, не проливая при этом невинной крови. Сэр Френсис снова замолчал, давая близнецам прочувствовать торжественность момента. — Если у вас возникнут сложности, — внезапно вмешался ещё один портрет, до этого молчавший, — вы всегда можете прийти к нам, старикам, а мы уж постараемся помочь вам дельным советом. Ребята, повернувшиеся на голос, увидели представительного лорда с короткостриженными белыми волосами и тонкими усиками. Вообще, как они заметили, все урождённые Найтмар имели не блондинистые, но явно белые волосы и зелёные глаза. — Я сэр Рачибальд, — тем временем представился второй портрет. — И вот вам первый совет: когда руки начнут опускаться, вспомните наш девиз. Даниэль проследил за взглядом портрета и наткнулся на уже знакомую надпись: «From darkness to victory». — Если честно, мы так и не поняли, что он значит, — виновато признался мальчик. — Ну, для этого такие пылесборники, как портреты предков, и нужны, — усмехнулся сэр Рачибальд. — Вы ведь уже знаете легенду о том, как появился наш Род? Так вот, темнота — это неведение. Охотник пришёл из дальних земель, а потому не мог знать о королевстве ничего: ни о старом короле, ни о принцах, ни о беспорядках и анархии, однако это не помешало ему выполнить поручение Лораан. Не имея изначально ничего, что могло бы ему помочь, он всё равно смог извернуться и достичь победы. — «Как бы ужасно ни было твоё положение, это не значит, что победа невозможна»? — спросил Даниэль, хоть и знал, что перебивать не вежливо. — Именно, — улыбнулся ничуть не обиженный таким поведением потомка портрет. — Даже если тебя съели… Дама, чьё изображение висело по соседству, грозно кашлянула и сэр Рачибальд резко замолчал, виновато улыбнулся и отвел взгляд. — Не при детях, Рач, — строго произнесла она. — И не при дамах тоже. А теперь идите, и так обед пропустили, а наобщаться ещё успеете. Последнее относилось к детям, и те понятливо попрощались и вышли из Портретной галереи. — Вот это родственнички, — поражённо покачала головой Фелиция. — И не говори, — согласился с ней Даниэль. — Викки, ты где? Мы тут, вообще-то, голодные! Эльф с тихим хлопком материализовался посреди коридора и жестом пригласил ребят следовать за собой.