From darkness to victory

«Шалость», как и обещали близнецы Уизли, развеялась на следующий день, оставив после себя лишь недоумевающих профессоров да должников среди студентов. Конечно, большая часть откупилась деньгами или, на крайний случай, сладостями, но были и те, кто пообещал небольшую услугу. Дело, против ожиданий, даже не пытались расследовать, а потому весь оставшийся сентябрь и начало октября прошли без каких-либо выдающихся событий, не считая того, что Роза, поняв, откуда берётся печенье, принялась за завтраком залезать на стол и демонстративно страдать, пока её кто-нибудь, чаще всего хозяйка, не угощал.

***

Утро было сырым и промозглым, однако учеников, ещё неделю назад увидевших объявление о первом уроке полётов, это ничуть не смущало. — Я буду лучшим на курсе, — заявил Драко, пока слизеринцы шли от Большого зала во двор. — Я летаю с самого детства и однажды даже едва не столкнулся с маггловским вертолётом! — Врёшь, — спокойно заявил Гарри, идущий рядом. — Мордред и Моргана! — воскликнул подпрыгнувший от неожиданности Теодор. — Поттер, чтоб тебя! Не смей так подкрадываться! Гарри безразлично пожал плечами, дескать «А я что?». Вообще в компании мальчик всегда держался особняком, подавая голос только в редких случаях или если к нему напрямую обращались, из-за чего остальные первокурсники часто забывали о присутствии брюнета, что, в свою очередь, приводило к вот таким вот казусам. — Почему сразу вру? — напомнил о себе Малфой. — Потому что при встрече с вертолётом тебя бы просто затянуло в винт и превратило в фарш с щепками от метлы вместо приправы, — пояснил Поттер. — А если не затянуло, значит и уворачиваться не пришлось. Драко насупился, но доказывать ничего не стал, чтобы не выглядеть ещё глупее, чем немного сгладил картину. Когда первокурсники двух факультетов, Гриффиндора и Слизерина, собрались, наконец, на поле для квиддича, мадам Хуч скомандовала стать напротив мётел и начала инструктаж. — Они только мне доверия не внушают? — вполголоса спросила Фелиция, наблюдая за своей грифонихой, осторожно тыкающей передней, птичьей, лапой в растрепанные прутья. — Не только, — также тихо ответил ей Забини. — Один из моих знакомых сказал, что некоторые школьные мётлы постоянно забирают влево или начинают вибрировать, если взлетишь слишком высоко. — Кошмар, — содрогнулась девочка. — А теперь вытяните вперёд руку и скомандуйте «вверх», после чего оседлайте метлу, — приказала преподавательница и принялась прохаживаться между учениками Слизеринцы справились все, даже учитывая Булстроуд и Поттера, а вот о гриффиндорцах это сказать было нельзя: у кого-то метла не двигалась вообще, от кого-то, например, от Гермионы, просто укатилась, а кому-то дала по лбу. — Мне их даже немного жаль, — слегка приподнял брови Даниэль и уселся на свою метлу. — Зачем нужно призывать метлу именно с земли? — спросила Фелиция у мальчишек, которые понимали в полётах больше, чем они с братом, пока алознамённые пытались совладать со школьным имуществом. — Можно заставить метлу активироваться и не кладя её на землю, а просто держа в руках, но это дело навыка, — пояснил девочке, а заодно и стоящему рядом Поттеру, Блейз. — Так что то, что мы сейчас сделали — это как бы первый этап обучения. — Примерно поняла, — кивнула Найтмар и тоже взобралась на метлу. — Какое счастье, что я додумалась надеть брюки! Действительно, помня о том случае в Малфой-мэноре, Фелиция заказала себе такие же широкие штаны, как наколдовал ей тогда Люциус, едва увидела объявление о полётах, и теперь остальные первокусницы смотрели на неё с явной завистью. Тем временем мадам Хуч снова прошлась между рядами учеников, проверяя их посадку. — Ты держишь метлу неправильно, мальчик, — сказала она Малфою. — Но я уже не первый год летаю! — возмутился Драко. — Значит, ты все эти годы летал неправильно! — немного резко заявила женщина и пошла дальше. Малфой скривился ей вслед и снова переставил руки так, как привык. Даниэль же, честно попробовав захват, предложенный преподавателем, повторил за ним, как и его сестра и, как ни странно, Поттер. Отойдя немного в сторону, мадам Хуч дала последние инструкции и собиралась было дунуть в свисток, как Невилл Лонгботтом оторвался от земли и понёсся вверх. — Вернись, мальчик! — обеспокоенно-недоумённо приказала преподавательница. — Вот это я понимаю, действия в экстренной ситуации! — поднял брови Даниэль. — По нему же видно, насколько он паникует. — Будем надеяться, тут есть что-нибудь страховочное, — слегка обеспокоенно произнесла Фелиция, всё же Лонгботтомы относились к двадцати восьми и являлись их дальними, но родственниками. — …нет, — констатировал её брат, когда Невилл таки свалился с метлы и сломал себе запястье. — Если я увижу хоть одну метлу в воздухе, — строго сказала мадам Хуч ученикам, — то вы вылетите из школы быстрее, чем успеете сказать слово «квиддич»! С этими словами она развернулась и, поддерживая стонущего Невилла, пошла к замку. Едва преподавательница скрылась из виду, как первокурсники сбились в стайки и принялись обсуждать произошедшее. — Как хорошо, что я уже умею летать, — покачала головой Дафна. — Было бы ужасно, если бы что-то пошло не так, а учитель просто стоял и смотрел. — Ну почему стоял и смотрел? — хмыкнул Даниэль. — А как же вопль: «Вернись, девочка!» Слизеринцы захохотали. — Эй, гляньте-ка! — привлек всех присутствующих звонкий голос Драко. — Это же напоминалка Лонгботтома! Ему её его бабка утром прислала. — Отдай, Малфой! — потребовал рыжий Уизли. — Это не твоё! — Куда бы мне её закинуть, а? — начисто игнорировал рыжего блондин. — Пусть поищет. — Гарри, скажи ему! — А я тут при чём? — удивлённо спросил Поттер у Рона. — Ну, ты же Герой! — заявил тот. В ступор впали все. Даниэль переглянулся с сестрой и побултыхал пальцами у виска, выражая своё мнение. — О, придумал! — заявил Малфой, снова переключая внимание на себя. — Я закину её на башню, а Лонгботтом пусть попробует достать! — Не смей, — совершенно спокойно произнёс… Даниэль. — Э? — растерялся Драко, а потом махнул рукой. — Да ладно тебе, он это заслужил. — Это не тебе решать, — всё так же холодно ответил Найтмар, но по слегка напрягшейся челюсти Фелиция поняла, что её брат близок к бешенству, но вмешиваться не стала. — Отдай её мне. — Вот ещё! — фыркнул блондин. Драко понимал, что спорит со своим ближайшим другом, но гордость, проклятая Малфоевская гордость, требовала отыграться за историю с вертолётом, да и отступать при Гриффиндорцах было стыдно. Подкинув стеклянный шарик, наполненный белым дымом, а после снова его поймав, блондин вспрыгнул на метлу и собирался было взлететь, но… Всё, что Драко успел заметить, это огненно-рыжий росчерк, а в следующий миг недалеко от мальчика на траву приземлился Гром, одной из своих птичьих лап прижимающий к земле напоминалку. Крылья маленького грифона были расправлены, а во взгляде читалась неприкрытая угроза. — Что за?.. — начал было Малфой, оборачиваясь к Даниэлю, но потом осёкся. Драко постоянно общался с Найтмарами в неформальной обстановке, а оттого почему-то забыл, что этому Роду всегда предпочитали подчиняться беспрекословно. И теперь мальчик внезапно осознал, что его друг, сосед по комнате и крестник его же матери — уже Глава Рода, Рода, которого все боялись из-за их силы и явно ощутимого могущества. Во взгляде Даниэля Малфой нашёл даже не угрозу, но очень-очень тонкий намёк на неё, а вот Гром, который раньше вызывал лишь смех своими встопорщенными перьями, внезапно напомнил о том, что является животным четвёртого класса опасности. Подавляемый личной магией Найтмара, Драко внезапно понял, что в случае чего его просто сметёт волной чистой Магии, не обличённой в заклинания. — Я приношу свои извинения, — с трудом проговорил блондин, впервые за всё знакомство ощутив разницу между собой и Даниэлем. Найтмар прикрыл глаза и сосчитал до десяти, стараясь сосредоточиться на успокаивающих прикосновениях сестры. — Ты знаешь, в чём был не прав? — спросил он, немного успокоившись. Драко промолчал, не зная, что ответить. — Все чистокровные в родстве друг с другом, — пояснила Фелиция, не выпуская руки брата, чтобы тот не сорвался. — Такие шутки над родственниками — это низко. Все замолчали, стараясь осознать произошедшее. Никто так до конца и не понял, почему Даниэль вдруг набросился на своего лучшего друга, но выводы из этого сделали все. Вскоре вернулась мадам Хуч и отпустила всех на следующий урок. На ЗоТИ слизеринцы сидели молча, при этом ненавязчиво дистанцируясь от близнецов. Нет, все, конечно, за исключением Поттера, знали истории об этой семье, но так до конца и не осознавали, кто находится рядом с ними. За обедом обстановка чуть сгладилась, хотя настороженность никуда не ушла. — Кажется, я начинаю понимать предков, которые закрылись в замке, — тихо сказала Фелиция брату, прижимая к себе свою грифониху. — Такое отношение ещё хуже, чем вообще ничего. Вместо ответа Даниэль ободряюще сжал ладонь сестры, после чего резко встал и, провожаемый сотнями взглядов, отправился к столу Гриффиндора. — Невилл, — негромко обратился он к одному из своих дальних кузенов. — Ты забыл. Лонгботтом взял протянутую ему напоминалку и неловко поблагодарил. Однокурсники уже успели во всех красках описать сцену на поле для квиддича, и теперь мальчик не знал, как вести себя с этим слизеринцем. Даниэль лишь улыбнулся краешком губ и вернулся за свой стол.