From darkness to victory

Друзья с интересом вошли на территорию ярмарки и тут же попали в пёструю, гудящую многоголосым хором толпу. — И куда пойдем сначала? — уточнил Гарри у близнецов, уже более уверенно чувствующих себя в маггловской толпе. — Думаю, стоит просто пройтись вдоль рядов, — предложила девочка. — Ведь ярмарка, по-сути, в первую очередь рынок, и только потом развлечения вроде гадалок и музыкантов. Не смотри на меня так, Гарри, у магов тоже бывают ярмарки, просто чуть более специфичные и не в Англии. Брюнет поспешно отвёл взгляд. — Ты права, — Даниэль кивнул. — Идём, посмотрим, что тут продается. Разнообразие лавок было велико, но в основном там продавались либо украшения и фигурки ручной работы, либо еда. — Что это? — Даниэль с удивлением осмотрел развешенное над лотками с рахат-лукумом и нугой нечто, напоминающее разноцветные свечи. Правда, на второй взгляд мальчик понял, что это не они, хотя бока загадочных предметов поблескивали воском. — Это чурхчела, — пояснил продавец на чистом английском, хотя и был явно восточной наружности. — Орехи в сиропе. Возьмите, не пожалеете! Возьмёте по штуке на нос — я и скидку сделаю. Ну как? Троица переглянулась. Попробовать было интересно, в конце концов, зачем они ещё сюда пришли? В итоге ребята набрали всего понемногу, но отправлять всё в замок не спешили, поскольку вызвать эльфа на оживленную площадь не представлялось возможным. — Лучше потом найдем какой-нибудь тихий уголок и отправим оттуда, — сказала Фелиция. — Угу, — Гарри кивнул. — Тут должен быть общественный туалет. Что? Почему вы на меня так смотрите? Близнецы отвели свои весьма непередаваемые взгляды в стороны. — Но ведь там точно никто не увидит, — попытался оправдаться брюнет, но был вынужден махнуть на это рукой. — Я слышал, существуют чары отвлечения внимания. Может, стоит применить их? — Боюсь, они не входят в рамки наших знаний, — вздохнула девочка. — Идём, вот там что-то интересное. Интересным, по меркам Фелиции, оказалась палатка, в которой торговали изделиями из полудрагоценных и просто поделочных камней. — Украшения, — поморщился Гарри. — Опять? — Вообще-то украшения из камней имеют определенную силу, даже если на них ничего не наложено, — тихо ответил Даниэль, так, чтобы продавец не услышал. — И вообще, мы же смотрели модельки машин, которые были интересны только тебе? Так что терпи теперь. Поттер вздохнул, а Фелиция принялась неспеша перебирать четки, а то и просто лежащие насыпом обработанные камни. — Если и это прорастет… — начал было Даниэль, когда его сестра отобрала себе несколько. — То у нас будет довольно оригинальный сад, — хихикнула девочка. — Но я надеюсь, такого не случиться. Мне они нужны… Просто нужны. — Зачем? — удивился брюнет. — Это же просто камни, даже не подвески. — Нужны и все, — Фелиция сжала губы. — В нашем мире, Гарри, есть такая вещь, как интуиция. — Тише, — успокаивающе положил ей руку на плечо брат. — Что-то мы с тобой нервные в последнее время. Девочка не ответила. Ее брат вздохнул и расплатился с продавцом. Слизеринцы обошли практически всю торговую часть ярмарки, когда внезапно заметили знакомую фигуру. — Надо же, — хмыкнул Даниэль. — Вот уж кого не ожидал увидеть.

***

Гермиона Джейн Грейнджер давно ждала случая побывать на ежегодной ярмарке в Лондоне. К сожалению, раньше это никак не удавалось, поскольку у ее родителей на этот день постоянно выпадала работа или какие-нибудь другие неотложные дела. Но вот, наконец… — Вставай, дочка, — постучался мистер Грейнджер в дверь комнаты дочери. — Нам стоит поторопиться, если хотим успеть до того, как на ярмарке всё раскупят! Радостная девочка потратила всего десять минут на то, чтобы застелить постель, умыться, расчесать волосы и переодеться в лёгкий летний сарафанчик, а завтрак буквально всосала ещё за каких-то пять. Родители только посмеивались. В этом году, в отличие от предыдущих, у Гермионы был особый интерес. Конечно, она знала, что магические вещи нельзя приносить в мир магглов и продавать обычным людям, но, тем не менее, на ярмарках, как ей рассказывали, всегда полно всяких амулетиков, оберегов и прочего. Вот девочка и хотела привезти парочку таких вещиц в Хогвартс, а там с помощью, например, профессора Флитвика, который всегда положительно относился к внеклассной работе, провести небольшое исследование их действенности. Так что, погуляв по ярмарке некоторое время вместе с родителями, Гермиона получила на руки пару купюр и умчалась проводить исследование, вернее, подготовку к нему. Палатка с нужными вещицами нашлась довольно быстро, и вскоре девочка под поясняющие комментарии хозяйки перебирала бисерные и верёвочные подвески, мешочки с сушенными травами и кукл-мотанок. В итоге Гермиона отложила травы, которые должны были способствовать укреплению здоровья, и веревочную подвеску, якобы привлекающую удачу, и теперь примерялась к кукле, смотанной из лоскутов цветной ткани, с нарисованной акрилом озорной улыбкой. — Бери, — улыбнулась хозяйка. — Эта кукла помогает по дому. Гермиона не очень доверчиво покачала головой, всё-таки это была не лавочка в Косом Переулке, но для проверки всё-таки решила купить и ее. — Я бы на твоём месте не стала этого делать, — раздался спокойный голос откуда-то сбоку. Гермиона замерла. Она ожидала увидеть здесь кого угодно, например Дина Томаса или Джастина Финч-Флетчли, но уж точно никак не… — Фелиция? — недоверчиво обернулась Грейнджер и снова изумлённо застыла, выронив куклу. Оборачиваясь, девочка подспудно ожидала увидеть однокурсницу в одном из неизменных черных или темно-зеленых платьев, но никак не в джинсах и клетчатой рубашке. — Нельзя сказать, что мы подруги, — продолжила Найтмар, демонстративно перебирая амулетики в стиле макраме, — но всё-таки прислушайся. — Фиса! — раздался откуда-то сзади голос Даниэля. — Ты идешь? Девочка хмыкнула и, кивнув окончательно ошалевшей Гермионе, направилась к брату. Обернувшаяся ей вслед гриффиндорка молчаливым взглядом проводила одинаково одетых близнецов и сопровождавшего их Поттера. — Что ты ей такого сказала? — спросил Гарри, когда все трое отошли чуть подальше. — У нее такое лицо было… — Думаю, это был когнитивный диссонанс, — хихикнула девочка. — Она-то привыкла видеть меня только как Леди или ученицу. — А всё-таки? — подключился Даниэль. — Посоветовала не брать куклу, — Фелиция чуть пожала плечами. — В отличии от игрушек или статуэток, мотанки — это обереги. И у них ни в коем случае не должно быть лиц. Что, увы, в этом случае было явно нарушено. — А почему не должно-то? — Гарри с любопытством посмотрел на девочку. — Потому что считается, что через лицо в куклу может вселиться злой дух. Во всяком случае, так было упомянуто в книге по артефакторике, в главе про низшую ступень вроде оберегов и простых амулетов. — Ты хочешь специализироваться как артефактор? — поинтересовался Даниэль. — Пока только прощупываю, — уклончиво ответила девочка. — А ещё… Не знаю на счёт духов, а вот полтергейст был бы весьма неприятен, особенно в маггловской части. Скажи Хельге, пусть отправит кого-нибудь присмотреть за Грейнджер, если она всё-таки меня не послушает. — А кто такая Хельга? — спросил Гарри. — Глава гарнизона, — чуть улыбнулся Даниэль. — Мы тебя с ней познакомим, когда вернёмся в замок. Глаза Поттера загорелись, но он смолчал, вместо этого ткнув пальцем в сторону темно-фиолетового шатра. — Как на счёт сходить к гадалке? — спросил брюнет. — Я довольно скептически отношусь к пророчествам, — хмыкнула Фелиция. — Брось, — Даниэль изогнул бровь. — Что такого тебе может сказать маггловская гадалка? — Они обычно долгую жизнь и счастливую любовь предсказывают, — подхватил Гарри. — Так что разве что для поднятия настроения. — Вот ты и иди! — девочка демонстративно мотнула головой в сторону шатра. Брюнет фыркнул, но пошел. — Мне даже любопытно стало, — заметил Даниэль, беря сестру под локоть и отводя немного в сторону. Конечно, людей тут и так практически не было, все же троица не заметила, как ушла к самой окраине ярмарки, но тем не менее это не было поводом стоять посреди прохода. Вернулся Гарри минут через десять, изрядно озадаченный. — Она мне смерть предсказала, долгую и мучительную, — сказал он, не дожидаясь вопроса. — А потом подняла вуаль, сквозь которую, кажется, вообще ничего не видела, посмотрела на меня и так побледнела… У меня было такое ощущение, что она сейчас в свой диван закопается. — Да ладно? — Даниэль заинтересованно приподнял бровь, а его сестра фыркнула. — Бред, — констатировала она. — Пойду и я, что ли, загляну. Ради интереса. Вернулась девочка, кажется, даже быстрее Гарри, после чего не выдержала и повисла на брате, всхлипывая от смеха. — Я ее узнала, — сказала она, отсмеявшись. — Это Трелони, она в Хогвартсе Прорицания преподает. Говорят, как специалист так себе, постоянно выпивает и постоянно кому-нибудь смерть предсказывает. — Так вот почему она так побледнела, — хмыкнул Гарри. — Меня-то, в отличии от вас, только слепой не узнает. — А что она тебе предсказала хоть? — поинтересовался Даниэль. — Любовь неземную, — хмыкнула Фелиция. — До гроба. Моего. В самом расцвете сил и лет. Найтмар обнял сестру. Конечно, он не верил этому предсказанию ни на гран, всё-таки дешёвый аттракцион это не истинное Пророчество, но на душе стало тревожно. — Идём, — позвал он. — Зайдём ещё дальше и позовём Викки. — Эй, — раздался внезапно голос из небольшого тупичка, когда компания прошла чуть вперёд. — Не желаете настоящее предсказание? Даниэль обернулся на голос и увидел женщину. Не молодую, не старую, с лицом, которое ни за что не смог бы описать даже глядя, не говоря уже о том, чтобы по памяти. Она сидела прямо на земле, прислонившись спиной к каменной стене, и смотрела на ребят из-под длинной, падающей на глаза челки. В ее руках покоилась небрежно поставленная на колено потрепанная гитара. — Допустим, желаю, — Найтмар сделал шаг к странной женщине, глядя в ее нереально золотистые глаза. В ответ его собеседница протянула к нему руку, затянутую в перчатку с обрезанными пальцами, ладонью вверх, словно прося о чем-то. — Не то чтобы я нуждалась в чем-то, но у всего в мире есть своя цена. Полученное без платы не стоит и гроша. Даниэль понимающе хмыкнул и потянулся к карману, в котором осталось несколько не переложенных в кошель купюр. Однако женщина покачала головой и бросила взгляд на кольцо Лорда. — На что мне бумага? Мальчик пожал плечами и вытащил несколько галеонов, которые и опустил в протянутую ладонь. Женщина прищурилась, а потом откинулась назад и положила опустевшую руку на струны.