Двое для двоих

Rammstein — Ausländer

      — Потанцуешь с нами? — зовёт Лэнс, но Кит с улыбкой качает головой и устраивается верхом на барном стуле.       — Я с тобой потанцую, детка. — Мэтт прижимает Лэнса к себе спиной, ведёт кончиками пальцев по его груди в низком вырезе рубашки. — Бывают дни, когда Киту больше нравится смотреть.       — И сегодня как раз такой день? — Широ спрашивает у Мэтта, но смотрит на Кита, и Кит пожимает плечами:       — Пожалуй, да. Не хочу танцевать, но я бы здесь потрахался.       — Давайте устроим оргию! — радостно предлагает Лэнс, и к нему поворачиваются со всех сторон. — Пусть на нас смотрят! Мы такие красивые!       К тому, что они такие красивые, Лэнс сам приложил руку: всем подвёл глаза, и Кит с наслаждением пялится. Египетские стрелки — что-то из разряда его ночных фантазий.       — Сначала танцевать! — Мэтт вешает свою рубашку на спинку стула и увлекает Лэнса к танцполу. — А потом оргия!       — Кит, — Широ трогает его за плечо и наклоняется, — хочешь что-нибудь?       Кит просовывает руку под воротник его белой рубашки, гладит большим пальцем по затылку, притягивая к себе ближе, и со вкусом целует — очень медленно, едва прихватывая губами и сразу отпуская.       — Мороженое, — говорит он, глядя Широ в глаза.       Усмехнувшись, Широ кивает и идёт к бармену, а Кит пялится на его задницу под облегающими тёртыми джинсами и облизывается, предвкушая.       Пять минут спустя мороженое всё ещё тает в вазочке на стойке, а Кит сидит, опустив голову на сложенные руки, и наблюдает. От рубашки Мэтта пахнет фруктовым шампунем и горьковатым дезодорантом, — аромат, который Кит может вдыхать бесконечно, уткнувшись ему в воротник или в мягкие завитки волос на затылке.       За полторы недели походов по клубам Мэтт стал танцевать лучше — сказываются спонтанные уроки Лэнса. Сейчас Лэнс учит его правильно вилять бёдрами — прижимается к нему сзади, придерживая за талию, и покачивается вместе с ним. Мэтт закидывает руки Широ на плечи, и Лэнс показывает ещё какое-то движение. Выглядит так, будто они уже трахаются, и Кит снова облизывается всухую. Он мог бы смотреть на них вечно.       — Приветствуем вас в «Бессоннице»! — гремит над тёмным залом, и с потолка сыплются конфетти. Мэтт вытягивает из чёлки Широ блестящую ленточку, сдувает на целующуюся рядом парочку. Широ не сводит с него влюблённого взгляда, пока вынимает из его волос блёстки и кружочки цветной бумаги.       Кстати, где Лэнс?       Кит быстро обводит зал глазами, не находит его и выпрямляется, всматриваясь пристальнее.       — Без паники! — Лэнс обнимает его сзади, целует в затылок, под косой. — Я здесь.       — Откуда ты знаешь, что я тебя искал? — улыбается Кит, сразу расслабляясь. Нежные поцелуи крадутся по его шее к уху, и к щекам приливает тепло.       — А ты как думаешь, параноик? Ты постоянно дёргаешься, если кого-то из нас не видишь.       — Здесь полно людей. Не факт, что каждый из них готов соблюдать правила.       — Спокойно. — Лэнс с тихим смехом устраивает голову у него на плече и смотрит на Мэтта, который по пуговке расстёгивает на Широ рубашку. — Видишь этих двоих? План такой. Ты трахаешь меня в рот, Широ сзади, а Мэтта трахаю я. Нравится?       Кит перехватывает его запястье, сдвигает губами тонкие золочёные браслеты и целует выступающие венки.       — Нравится.       — Вон тот диванчик, — продолжает Лэнс, — его почти отовсюду видно. Все будут на нас смотреть. Иди пока туда.       — Угу, — кивает Кит, обводя языком основание большого пальца и узкое кольцо с защитными знаками.       — Если ты сейчас возьмёшь в рот мои пальцы, я тебя перегну через стойку и трахну. — Лэнс улыбается, но по голосу ясно, что он не шутит, и Кит предпочитает его не дразнить. Прихватив мороженое и рубашку Мэтта, он послушно отправляется на примеченный диван.       План отличный, но один фактор Лэнс не учёл.       — Я хочу ещё потанцевать! — заявляет Мэтт. — Лэнс, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!       Устоять перед этой умилительной физиономией может только мама Мэтта, а Лэнс — не она, и достаточно нескольких секунд, чтобы он сдался.       — Пять минут! — кричит Мэтт и буквально впихивает разгорячённого Широ Киту в руки. — Мы сейчас будем, начинайте раздеваться!       Они упархивают на танцпол. Белая майка у Широ на груди влажная от пота, рубашка висит на локтях, мягкими складками обнимая его талию и бёдра, и он делает неуверенное движение, собираясь то ли снять её, то ли натянуть обратно. Кит привлекает его к себе за поясницу, ведёт языком по груди от ворота майки до ямочки между ключиц, по ключице к плечу, по плечу к шее, по шее выше…       Ладони Широ ложатся ему на ягодицы, и Кит слышит его прерывистый вздох.       — Лэнс сказал, — улыбается он, дёргая Широ губами за мочку уха, — хочет трахнуть Мэтта, а мы с тобой чтобы трахали его. Как тебе идея?       — Нет, — Широ теснее прижимает его к себе и целует сбоку в шею, под челюстью, — хочу, чтобы Мэтт меня трахнул.       — Эй! — Кит шутливо пихает его в плечо. — А я?!       — Тебе я хочу отсосать, — шепчет Широ. — Пока Лэнс будет трахать тебя.       Новый план нравится Киту не меньше, и он тянет Широ на диван.       Пока Лэнс извивается вокруг Мэтта в сиянии гигантского диско-шара, Кит подносит к губам Широ ложечку с мороженым, надеясь его выпачкать, а потом вылизать. Всё идёт не по плану с самого начала — мороженое таяло слишком долго, а Кит слишком спешит, и первая капля падает Широ на грудь, точно под задранной до ключиц майкой, и щекотно ползёт к соску.       Широ издаёт подозрительный звук, очень похожий на сдавленный смех.       В душе Кита просыпается художник. Он дорисовывает вокруг соска Широ кривоватый овал и добавляет к нему ещё несколько линий. Заинтригованный, Широ ему не мешает, и Кит рисует солнышко вокруг второго соска.       — Апостол Пётр, — восклицает Мэтт, перевесившись через спинку дивана, — это что за порнография?       — Кто бы говорил! — Кит измазывает ему нос мороженым. Мэтт возмущённо взмахивает руками, но Лэнс тут же поворачивает его к себе и облизывает, весело хихикая. — Вспомни, что ты на мне в последний раз сливками нарисовал!       — Что? — заинтересовывается Широ.       — Ёжика! Он нарисовал мне ёжика на спине!       — Я хотел нарисовать котика с иголками!       — Взбитыми сливками из баллончика?!       — Вы такие милые! — Лэнс ещё раз чмокает Мэтта в нос. — Давайте уже, сколько можно!       — Мэтт, а у тебя какой был план? — спрашивает Кит, обсасывая ложечку.       — Ты трахаешь меня, я — Широ, а Лэнсу я отсасываю! — бодро озвучивает Мэтт.       Все четверо переглядываются.       — Значит, так, — говорит Кит и снимает куртку, — поскольку я единственный, кто не воображал себя в середине, то я в паровозике последний вагон, а в остальном как хотите.       — Мы правда собираемся это делать? — уточняет Лэнс. — Нет, не то чтобы я против…       — Ты же хотел в серединку! — Мэтт заставляет Широ откинуться на мягкий подлокотник и устраивается на коленях между его бёдер.       — Но… — Лэнс оглядывается на Кита, который сосредоточенно надевает презерватив. — Это как-то… банально?       — Иногда нужно делать что-нибудь банальное! — Кит встаёт за Мэттом, оставив места ровно на одного Лэнса. — В процессе можно поменяться. Давай, иди сюда, это почти как ты хотел.       — Да, — поддерживает Широ, стараясь сохранять спокойствие, но ему это удаётся всё хуже и хуже, потому что Мэтт щекочет ему соски языком. — Мэтт, подожди…       — Нет, детка, я не могу ждать, — мурлычет Мэтт, поглаживая его по животу, — ты слишком сексуальный…       Он строит рожу, и Широ зажимает рот ладонью, чтобы не смеяться слишком громко. Лэнс неуверенно втискивается перед Китом, опирается на его бёдра.       — Ты сначала или я? — спрашивает он, немного нервничая.       — Давай ты, — пожимает плечами Кит.       — Может, ты всё-таки?       — Тогда зачем спрашивал? — шепчет Кит ему на ухо и ведёт ладонями по его животу вверх, к груди. — Чего ты?       — Я не знаю, — Лэнс переступает на коленях, — я как-то… не готов.       — Хочешь, поменяемся?       Подумав, Лэнс кивает. Кит встаёт и перебирается вперёд.       — Эй! — возмущается Мэтт, обернувшись. — Лэнс!       — Не буду дарить тебе кольцо! — ворчит Кит и шлёпает его по заднице, но вздрагивает почему-то Широ.       — На член? — интересуется Лэнс, притираясь к Киту сзади.       — И на член тоже! — Кит обнимает Мэтта поперёк груди. — Раздевайся!       — О да, Когане, — Мэтт прижимает руку ко лбу, изображая неземную страсть, — сорви с меня одежду, выеби меня, я сейчас умру от возбуждения, скорее пронзи меня своим огромным ху…       Широ зажимает рот и ему, но уже поздно — его трясёт от смеха.       — Мне одиноко, — жалуется Лэнс, облапив Кита. — Широ, иди сюда.       — В смысле, одиноко?! — вопит Мэтт, но Широ выбирается из-под него и встаёт на колени за Лэнсом.       — Теперь одиноко мне, — загробным голосом сообщает Мэтт. — Кит.       — Я здесь, — напоминает Кит, морально готовый к любым перестановкам. Лэнс шаловливо гладит его по бокам и вертится, устраиваясь так, чтобы было удобно и ему, и Широ.       — Может… — Мэтт задумчиво трёт подбородок. — Не знаю, как лучше.       — Мэтт, я пожалею о своих словах, — Кит кладёт голову ему на плечо и шепчет: — но я теперь первый вагон, а ты паровозик.       Как назло, именно в этот момент музыку выключают, чтобы ведущий смог сделать очередное объявление.       — Ту-ту! — гремит на весь зал. После секундной паузы танцпол взрывается хохотом. Кит беззвучно трясётся, уткнувшись Мэтту между лопаток, и думает, скольким гостям он только что сорвал секс. Лэнс корчится на нём, колотя кулаком по дивану, и из-за его спины несётся безмятежный смех Широ.       — Подумать только, какие все серьёзные! — ворчит Мэтт, запихнув руки глубоко в карманы. — Весело же было. Не понимаю, что не понравилось секьюрити.       Широ надевает очки, пытаясь сохранить приличное выражение лица, но помогает мало.       — Наверное, то, что секса ни у кого из гостей ещё час точно не будет, — мрачно отвечает Лэнс, топая за ним по безлюдной улице.       — Ты же хотел, чтобы на нас все смотрели. — Кит пожимает плечами. — План удался. Наверняка нас даже сфоткали.       — И выложили у себя в инстаграме. С подписью «паровозик чух-чух», — гогочет Мэтт. Лэнс толкает его в спину:       — У меня был совсем другой план!       Он замедляет шаг, и Кит останавливается рядом, кладёт руку ему на плечо.       — Можем завтра приехать, — тихо говорит он и целует Лэнса в висок. Лэнс поворачивается, его глаза как бездонные колодцы в мутном свете уличного фонаря, и Кит, поддавшись наваждению, прижимается губами к его мягкому рту.       — Кит, — выдыхает Лэнс, подтягивается, уцепившись за его плечи, и обхватывает его ногами за талию. — Кит…       В его голосе столько неприкрытого желания, что Кит в ответ может сказать только:       — Я сейчас.       Пока он быстрым шагом идёт к машине, обгоняя Широ и Мэтта, Лэнс с жадными стонами целует его в шею, запустив обе руки ему в волосы. Кит отключает сигнализацию и заваливается с ним на заднее сиденье.       — Ложись, — требует Лэнс, толкая его назад, и расстёгивает ему ширинку. Тяжело дыша, Кит ощупью открывает вторую дверцу и цепляется за подголовник водительского сиденья, пытаясь улечься удобнее. Мэтт опирается коленом на пол тачки, спускает джинсы, и Кит зачарованно смотрит, как он раскатывает презерватив по члену прямо у него над лицом. Широ прижимается к Лэнсу сзади, стягивает с него шорты, пока Лэнс нетерпеливо тискает Кита за задницу.       — Держи. — Мэтт протягивает смазку, Лэнс нетерпеливо открывает крышечку зубами, выдавливает на пальцы, и Кит шипит — она ещё холодная, но сил терпеть у него тоже нет. Он выгибается, пытаясь шире развести ноги, пояс джинсов путается над коленями. Лэнс сдвигает его ниже, подныривает под ним, устраивается у Кита между бёдер и снова подхватывает его под зад, сводит и разводит ягодицы, глядя ему в глаза. Кит приподнимается на локте, впивается поцелуем ему в губы, кусает, пока Мэтт трётся членом о его щёку.       — Лежи… — хрипло выдыхает Лэнс и дёргает его на себя. Кит с глухим вскриком снова растягивается на сиденье и двигается ему навстречу, цепляясь за спинки сидений. Рывками входя в него, Лэнс забирает в рот член Мэтта, обсасывает головку и недовольно уворачивается, когда Мэтт пытается до него дотронуться.       — Хватит дуться, — просит Мэтт, ласково скользя костяшками пальцев по его щеке. Лэнс яростно взглядывает на него из-под ресниц и отстраняется, чтобы что-то сказать, но вместо слов с его губ срывается только стон. Широ опускает ладони ему на плечи, поглаживает; карпы выглядывают из-под белого манжета, и очки он так и не снял, в зеркальных стёклах отражаются фонари, горящие вдоль пустого тротуара, и психоделическая рубашка Мэтта.       — Широ. — Лэнс утыкается лбом Киту в плечо и впивается в него ногтями. — О боже…       Широ двигается вместе с ним — размашисто и быстро, и Киту кажется, что в таком ритме они вдвоём размажут его по сиденью ещё до оргазма. Ему тесно и тяжело, но он слишком завёлся, чтобы что-нибудь с этим сделать. Лэнс приподнимается, втолкнувшись в него до упора, снова обхватывает губами член Мэтта, забирает глубже и уже не сопротивляется, когда Мэтт кладёт руку ему на затылок и начинает ритмично трахать его в рот. Упираясь плечом в спинку заднего сиденья, Кит ловит Широ за руку, тянет к себе и обводит языком карпов и звёзды в водорослях, цепляет зубами жёсткую ткань, потом кладёт его ладонь себе на член. Лэнс глухо вскрикивает, и это добивает Мэтта, Кит слышит его стон, пока оргазм выбивает кислород из его лёгких; Широ толкает Лэнса вперёд, и они, кажется, кончают одновременно. Лэнс падает ему на грудь, тяжело дыша, и Кит, измученный и мокрый, прижимает его к себе.       — С вас кофе, — бормочет он.       Кит сидит на капоте, откинувшись на лобовое стекло, и смотрит на предрассветное море. На пляже удивительный покой и тишина, даже первые чайки ещё не проснулись.       — Держи. — Широ присаживается рядом, и Кит, кивнув, берёт у него пластиковый стакан с холодным кофе. — Ты как?       — Жить буду. — Кит делает большой глоток, закашливается и отпивает ещё. — Плечо, кажется, потянул. Передашь сигареты?       Широ отходит пошарить в бардачке, а Кит смотрит, как Лэнс лежит у Мэтта на руках, закинув ноги на дверцу, и дуется.       — Ну что мне сделать? — тихо спрашивает Мэтт, гладя его по волосам. — Хочешь, не буду больше шутить?       — Шути, — недовольно ворчит Лэнс. — Мне всё равно.       — Тогда почему такое лицо?       — Потому что я хотел оргию!       — Разве сейчас у нас не было оргии?       — Никто не видел!       — Господи, хочешь, я прямо сейчас выложу видео на какой-нибудь сайт?       — Эй, когда ты успел снять?!       — То есть ты не заметил у меня в руке камеру?       Широ даёт Киту открытую пачку и зажигалку. Пока Кит закуривает и блаженно выпускает колечки дыма, Лэнс задумчиво качает носком узкого ботинка.       — Покажи, — требует он. Мэтт включает камеру, поворачивает к нему экранчик и нажимает на воспроизведение. Кит не пытается смотреть, ему достаточно звука. Собственный голос всегда кажется немного неестественным в записи, но в этот раз его вообще не узнать.       — Нет, — заключает Лэнс, посмотрев до конца, — мне ракурс не нравится.       — Тебе сегодня всё не нравится, — передразнивает Мэтт, крепче обняв его за плечи. Лэнс прячет довольную улыбку и всё-таки поворачивается его поцеловать. — Не злишься больше?       — Не злюсь, — сдаётся Лэнс и трётся щекой о его плечо.       Широ, фыркнув, снова присаживается на капот. Кит прислоняется к его тёплой спине и закрывает глаза.       — Ту-ту! — раздаётся с заднего сиденья.       Когда-нибудь Киту перестанет быть смешно, но точно не сегодня.