вторая жизнь для нас двоих

Перед тем, как выйти на улицу, Дэйв напоследок взял в руки бас-гитару и сыграл несколько партий. Этим он занимался уже несколько дней, — безвылазно тренировался, чтобы пройти прослушивание. Пальцы уже давно отзывались болью на каждое прикосновение к струнам, но Мастейн не останавливался и, игнорируя свои ощущения, продолжал играть. Лишь когда рыжий мельком взглянул на часы и увидел, что опаздывает, он отложил гитару в сторону и пошёл надевать куртку и кроссовки. Всю дорогу до студии Мастейн думал только об одном: как он всем покажет. Концертная площадка, к счастью, находилась близко, благодаря чему Дэйв не растерял ни капли своей уверенности, пока шёл туда. Впрочем, если бы она была в другом городе, мало бы поменялось. О том, куда же нужно было идти, парень узнал относительно недавно — лишь только прошлой ночью, он вспомнил про то, что для этого нужен был компьютер и принялся искать информацию про это устройство — как обычно, в библиотеке. Мастейну повезло, что там теперь работала другая женщина, ещё пока что не знакомая с его выходками. Она сказала, что в библиотеке этот самый компьютер имеется и кратко объяснила, как им пользоваться. Дэйв, конечно, не пришёл в восторг от этого чуда технологии, поэтому он как можно быстрее нашёл то, что ему было нужно, поблагодарил женщину и ушёл, желая больше никогда не прикасаться к этой большой железяке. Неужели не могли сделать объявление по телеку или в газетах? Наверное, опять Ларс решил так выпендриться. На площадке собралась куча народу, — люди толпами стояли в очередях, чтобы пройти прослушивание или просто посмотреть на обожаемую ими Металлику. Дэйв прошёл без очереди — вчера он настолько хорошо овладел навыками пользования компьютером, что даже зарегистрировался заранее. Впрочем, не только он так поступил, но для человека, буквально на днях свалившегося из прошлого столетия, это было очень и очень сильно. Возможные будущие басисты выступали на глазах друг друга — один играл, а все остальные смотрели и ждали своего часа, что, конечно же, мешало сосредоточиться и провоцировало боязнь сцены у них же. Вряд ли им было известно, что на настоящем прослушивании так быть не должно, что оно обычно проходит в студии и что это всё было специальным ходом для того, чтобы отсеять излишне боязливых и нервных. Однако подобное вовсе не беспокоило Дэйва — он любил выступать на глазах толпы. «Интересно, — подумал он, — а Джеймс помнит, как боялся разговаривать с публикой и как за него делал это я? Скорее всего, нет, но вот Ларс точно должен.» Мысли о встрече не только с Хэтфилдом, но и с остальными участниками группы — и в особенности, с Ларсом, — начали немного напрягать Мастейна. Он их быстренько отогнал подальше — это не вызвало никаких затруднений, так как рыжий хорошо выспался и был относительно спокоен. Так, он не знает ни Джеймса, ни Ларса, ни Кирка. Это просто ещё одни слушатели, и перед ними он должен выложиться на полную.

***

— Ну, вот что могу сказать, — начал Ларс, когда Дэйв отложил гитару в сторону и ожидающе уставился на него, — это просто отвратительно, парень. Зачем ты сюда вообще пришёл? — Что? — Дэйв чуть не уронил инструмент от удивления. — Ты чего? Он же нормально сыграл, — обратился к барабанщику Кирк. Вот уж неожиданно — рыжий никогда не думал, что его будет защищать Хэмметт. — Ага, хорошо сыграл, — тихо вставил Хэтфилд, и Мастейн сразу понял по интонации, с которой были произнесены эти слова, что тот здесь ничего не решал. — Да я пошутил, — усмехнулся Ларс, выключив микрофон и подойдя поближе к Дэйву, — лучше тебя пока ещё никому не удалось, ты прямо-таки прочувствовал всё партии. «И будто бы участвовал в их написании,» — закончил за него рыжий в своих мыслях. Он примерно понимал, зачем Ульрих так сделал — того явно напрягло состояние абсолютного душевного равновесия Мастейна, и подобной выходкой он пытался вывести из него рыжего. Прошло столько лет, а Ларс ничуть не поменялся. — Спасибо, я тренировался, — просто ответил Дэйв, пряча улыбку. Ему хотелось спросить, прошёл ли он, но что-то подсказывало, что ещё не всё закончено. — Вижу, — кивнул Ульрих и повернулся в другую сторону, — Джеймс, давай ещё одну песню с ним сыграем, что думаешь? — Да, давай, — Хэтфилд пожал плечами, будто бы ему было плевать на всё происходящее, но затем посмотрел на Дэйва и улыбнулся ему. — Молодец, — подбодрил парня блондин, — что будем играть? Мастейн не успел даже задуматься над этим вопросом, как Ларс ответил раньше него. — Whiplash… или нет, группу крови «всадников» давайте! — The Mechanix, — тихо поправил его Дэйв, сжимая кулаки и впиваясь ногтями в ладонь. Его слова донеслись до Джеймса; услышав первоначальное название песни, он с какой-то надеждой посмотрел на парня своими вновь ожившими на секунду голубыми глазами. — Чего ты сказал? — Спросил Ульрих, наморщив лоб. — Неважно, — отмахнулся Мастейн, — давайте играть. Барабанщик включил микрофон, взял в руки палочки и дал знак Кирку, чтобы тот сыграл первые аккорды. Дэйв сразу отреагировал и ударил по струнам точь-в-точь в тот момент, когда это нужно было сделать. Джеймс тоже быстро подстроился под общий ритм. Налажал только Ларс — сначала он опоздал, а потом слишком ускорился. Мастейн издал тихий смешок — за шестнадцать лет Ульрих не особо повысил свой навык. Впрочем, вскоре и он начал играть с нужной скоростью, и Дэйву даже понравилось то, как они звучали вчетвером. Именно так и должна была звучать Metallica, жаль, нельзя было поменяться с Кирком местами, тогда бы они звучали получше, чем какая-то там Fecallica Metallica, а если вместо Ларса нанять нормального барабанщика, то тогда можно будет просто откинуться от их общей крутости… Впрочем, это были лишь мечты. Омрачило всё только одно — когда рыжий сделал несколько шагов влево и посмотрел на Хэтфилда, то увидел, как тот бил медиатором по струнам с явным безразличием, словно делал это чисто по привычке, и как он совершенно без энтузиазма смотрел на лады и свою гитару потускневшими глазами, глазами мёртвого человека. Песня подошла к концу, но они продолжили играть — уже чисто импровизировать, сочиняя простенькие, но цепляющие партии прямо на ходу. Спустя пару минут Кирк — он был, можно сказать, ведущим в данный момент — доиграл своё соло и начал плавно подводить песню к окончанию. Дэйв это почувствовал и тоже сыграл заключительную партию. Наступила тишина, продлившаяся меньше секунды — практически сразу зрители дружно зааплодировали. Ларс снял футболку и вытер ей пот с лица, — он так делал всегда, сколько Дэйв помнил, что невероятно бесило последнего. Отдышавшись, он сказал: — Вот это было мощно, — Ульрих поднял с пола бутылку с водой и сделал несколько больших глотков, — уж точно не ожидал такого от человека, который слушает Slipknot. Дэйв не сразу догнал, что же это значило, но примерно понял суть — Ларс в очередной раз попытался его оскорбить. — Да ты сам их слушаешь, — защитил рыжего Кирк. — Что? Нет, ни в коем случае! Выключи микрофон! Вы этого не слышали! — Крикнул барабанщик, выразительно жестикулируя. В зале раздался смех — зрители всё услышали. Джеймс молчал — похоже, он и понятия не имел, что в мире существовали какие-то Slipknot которых почему-то было стыдно слушать. Однако Дэйв, наконец, понял — это Ларс говорил про название группы на его толстовке, которую парень надел просто из-за отсутствия альтернативы. — Ну так что? — Дэйв проигнорировал неудавшийся подкол и решил говорить по делу. — Не думаю, — Ульрих на всякий случай проверил, выключен ли микрофон, — что кто-то из этого сброда сможет сыграть лучше. В любом случае, там четыре победителя, так что — да, ты прошёл. И чтобы на концерте играл так же, понятно? Мастейн выругался про себя. Как же его раздражал Ларс со своим вечным приказным тоном, непонятно, как его остальные терпели. Возможно, рядовой фанат Металлики после таких слов чуть ли не обоссался бы от счастья кипятком, но рыжий был вовсе не рядовым и, тем более, не фанатом Металлики, да и отлить он успел до прослушивания. Поэтому он просто кивнул и начал собирать свои вещи. Его остановил Хэтфилд, — он подошёл к Дэйву и спросил: — Слушай, а ты ни в каких группах не играешь? — Да нет вроде, а что? — Джеймс, ты чего? — Ларс сразу же подбежал к гитаристу и отвёл его в сторону. Однако, Мастейн все равно всё слышал — в зале все затихли, желая подслушать этот разговор, — хочешь его взять к нам? Дэйв удивился — как это Ульрих не указал на него пальцем на слове «его»? Наверное, хотел быть более скрытным, а такой жест этой самой скрытности не способствовал. Впрочем, утаить всё равно ничего не удалось. — Ну так мы же ищем басиста. Мне кажется, Дэйв нам подходит. Вышеупомянутый Дэйв прямо-таки засветился от радости — не из-за того, что его хотели взять в Металлику, а потому что в тот момент, когда Джеймс озвучивал свою идею, он был… прежним. Да, именно прежним, не выглядел и не вёл себя так, словно закидывался седативами в течении долгих лет, отчего потерял память и вместе с ней — часть себя. Нет, в этот момент Хэтфилд словно снова ожил, и именно это радовало Мастейна. — Только не говори, что ты не шутишь, — Ларс нервно засмеялся, понимая, что его все слышат, — кто он такой и откуда взялся? Сколько ему лет? Ты что, нас лейбл не так поймёт, да и фанаты тоже. — Что, так важно чужое мнение? — Встрял в разговор Дэйв, не в силах больше это наблюдать и слушать. — Эй, полегче! — Ульрих, похоже, начал злиться и тем самым ещё сильнее раздражать рыжего, причём до такой степени, что терпение того лопнуло. — Пфф, говорю что хочу, моё дело. И вообще, — Мастейн поднял чехол с бас-гитарой и повесил его на плечо, — идите вы нахер, понятно? Засунь свой лейбл себе в жопу, коротышка, уверен, там найдётся достаточно места. Под громкие вопли зрителей Дэйв выбежал на улицу. Напоследок он посмотрел на перекошенное от гнева лицо Ульриха, помахал ему и показал два средних пальца, громко смеясь. Крики в зале усилились; их Мастейн слышал, даже когда был в сотне метров от площадки.