Кокосовый снег

Ступени в темноте скрипят в разы сильнее, сердцебиение будто бы покидает пределы тела и встает прямо около твоего уха, проводит твой личный похоронный марш. Миша отдал бы все, что имел, чтобы не знать, что творится сейчас в его комнате на втором этаже. Может стул и взаправду упал случайно? Левая передняя ножка никогда не казалась надежной. Да и стулом это деревянное недоразумение назовешь с натяжкой. Дедовский табурет уже на ладан дышит. Еще той осенью он приколотил к нему что-то вроде спинки, и делать уроки стало более-менее сносно. Но смерть стула была вопросом времени. Несмотря на то, что Миша похудел за эти полгода, не все стулья, а уж тем более старые табуреты, его любили. Ох, комплекс на всю жизнь. Он сломал школьный стул в седьмом классе. Он поднялся наверх, и этот подъем пронесся между глазами в виде всей его жизни. У окна стояла тень. Он видел широкую спину, капюшон, твердую руку, сжимавшую фонарь. Миша просто выставил перед собой руки. Он был готов ко всему, даже был готов сдаться или даже отсосать член, если заставят, но не был готов, если этот тип нападет с ножом или типа того. Нет, такой расклад событий пугал до колик в пузе. Нет, этого не должно произойти. Может это Марк? Шутит. Просто шутит. Как всегда. Они посмеются и разойдутся. И забудут этот вечер через пару недель. Но в кармане завибрировал телефон. Миша украдкой посмотрел на экран и увидел уведомление о пропущенном вызове от Марка. Постучали в дверь. Друг пришел на помощь. Вот только дверь ему не откроют. Миша стоял, как мертвый, не смел двинуться. Тип в капюшоне обернулся. На нем была стремная маска. Кажется, маска Кена Канеки. Огромные белые зубы сверкали в свете фонаря, рисуя облик голодного монстра из японской манги. Миша заглянул в глаза парня. Они были большими, имели ярко-красный оттенок, что явно являлось заслугой цветных линз, что продают на каждом углу на Хэллоуин. Когда-то Миша купил точно такие же. Чуть не ослеп. Они значительно больше самого зрачка и залазят на белок, что создает существенный дискомфорт при надевании и, собственно, ношении. У таинственного героя этой ночи были белые волосы. Если бы он лежал на земле, то его локоны слились бы со снегом почти полностью. Длинная челка была мокрой, будто ее обладатель совершил многокилометровый марафон. Тип в маске не особо удивился появлению Миши. Он явно ждал, что тот сюда заявится. Просто надеялся, что это случится не так скоро. Он не успел что-то сделать, ради чего пришел. — Кто ты, черт тебя дери, такой?! — воскликнул Миша. — Я принес тебе подарок, — хихикнул он. Его голос проходил через встроенный в маску модулятор. Голос сильно искажался. Становился полностью роботизированным. У Миши сердце упало в пятки. С кем он разговаривает? — Я вызвал полицию. — Они не приедут. Но тебе стоит поторопиться. Твоя мать может не дожить до утра. — Что ты несешь? — Будет грустно, если наутро найдут доказательства того, что именно ты причастен ко всему, что творится в городе. — Что ты сделал? — Всего лишь заметаю следы. Миша незаметно включил запись диктофона. Но телефон залагал, на экране возникли мерцания. Что-то воздействовало на него. И приложение записи просто перестало работать. — Я бы не советовал тебе играть в героя. Главный герой здесь — я. Миша бросился в сторону. Он знал, что делает большую глупость, но стоять на месте и ждать чего-то непонятного больше не мог. Со шкафа он взял первую попавшуюся книгу и кинул ее в сторону типа в маске, следом полетела рамка с его школьным снимком. Это взбесило парня в маске настолько сильно, что он ринулся прямо на Мишу и одним ударом руки сбил того с ног и едва не лишил сознания. Миша рухнул на пол и схватился за лоб. Почувствовал, как брызнула кровь. Следом последовала боль в области живота. Парень в маске Канеки начал пинать его изо всех сил, по всем частям тела, до каких можно было дотянуться. Миша кричал от боли и пытался увернуться, встать и убежать. Но каждый раз падал и получал новые удары, один за другим. — Сдохни! СДОХНИ! СДОХНИ! — кричал роботизированный голос. Миша не знал, что схватила его рука, и чем он ударил этого парня. Но это что-то заставило политься ручьем кровь из ноги лже-Канеки. Тот потерял равновесие, и его раненая нога согнулась. Он кричал что есть мочи. Миша сделал еще одну попытку подняться. Рука сжимала ножницы. И они полностью были покрыты вязкой красной жидкостью. Тип в маске, увидев оружие в руках юноши в очках, кинулся на него, как дикая кошка, повалил на спину, сжал его руки и начал всеми своими силами направлять лезвия ножниц прямо на шею Миши. — Нет! Нет! — рыдал от страха Миша и пытался держать лезвия ножниц от шеи как можно дальше. Но силы противника были просто супергеройские. Возник яркий свет со стороны лестницы. Тип в маске отпрянул. Миша схватился за горло и начал плакать навзрыд, его руки до сих пор были перед собой и будто продолжали отталкивать ножницы от себя. Кровь капала на кожу. — Ты кто такой?! — заорал Марк. Фонарик упал. Марк вскрикнул, и, судя по звукам, его оттолкнули, причем настолько, что он отлетел в дальнюю часть комнаты. Послышались торопливые шаги. Марк простонал и поднялся, взял фонарик. Стал куда-то звонить и что-то невнятно объяснять. Миша его едва слышал. В ушах был сплошной гул, изображение, транслируемое глазами в мозг, потеряло всякую четкость, рассыпалось на пиксели. Голова зудела, болела, будто бы каталась по полу, скатывалась по ступенькам, а затем возвращалась в эту спальню. — Миша? Миша, ты как? Давай, поднимайся. Не смей отключаться! Не смей! Ты слышишь меня? — Марк схватил Мишу и попытался поднять с пола, но ему не удалось сделать это сразу. Миша был для него слишком тяжелым. Через пару секунд Миша все-таки отключился. И был несказанно рад этому. Он больше не чувствовал боли. Только слышал отдаленный голос друга. — Миша. Очнись! Я вызвал ментов. Все будет хорошо. Только не бросай меня одного! Мне страшно. Очень страшно!