Хорошо Исекайнуло

       Уже прошло очень много времени от начала пребывания здесь. Лишь только трое знали о том, что я замена. Очень нравилось проводить время с танто, вакидзаши. С другими. Успела составить список тех, с кем не надо пересекаться или просто убегать. И я уже перестаю сравнивать этих людей с другими. Надеюсь дома никто не скучает. Хоть чего я вру! Может успокоились. Да и я успокоилась. Познакомилась с новенькими. Их правда слишком много. И это такое счастье. Перебралась обратно в свою комнату. Джу тихо сидела в талисмане. Ничего толком не менялось. Немного лучше начала сражаться. Но всё ещё получаю синяки от своих учителей. Из лука пока не училась стрелять.               Всё! Мне надоела эта скука! Попрошусь пойти на новое задание с кем-то! Точно! Надо начинать уже путешествовать по веткам истории!               Поднялась с постели, подбежала к шкафу с одеждой, вывалила всё и потихоньку стала перебирать. Ткани. Юката. Кимоно. Современная одежда. Джинсы даже есть! Футболочки с милыми чибипринтами! Вау. Не думала, что Джурия на самом деле любит такое. Несколько юбок разной длины. И школьная форма даже есть! Ладно, она очень мала даже. Кроме юбки.                — Госпожа! — прервал голос одного из Тоширо. — Прекрасная новость!               Хаката вбежал. Даже не отдышавшись выпалил: «Открыт снова проход к замку в Осаке! Пора грабить и вытаскивать золото!»               Когда бюджет нашей цитадели пополняется или Осакой, или обычной добычей с других мест или с исследований. Иногда кажется, что ребята подрабатывают в других мирах.               — Я хочу побывать там! — приказным тоном сообщила, накидывая шарф словно тогу.             Римской императрицы не получилось из меня, к несчастью. А танто продолжал искать среди книг карты.               Лишь спустя пол часа золотой магнат вытащил свёрток и умчался собирать отряд. Я, недолго думая, побежала за ним. Мои дорогие мужчины расступались, слыша крик: «С дороги!» Но сама остановилась, заметя одного из любителей той Джурии. Оставалось лишь пара секунд, чтобы найти место и спрятаться! И вместо места нашла человека. Повезло. Разница в росте с Оодентой подходящая. Подбежала, обняла и повернулась к стене, опустила его руку. Он даже ничего не понял. Но молчал. Притянула к себе и прошептала: «Если Нанкаитаро меня найдёт, то отправлю вас обоих в Осаку! Чтобы не возвращались, пока не принесёте всё золото, договорились?» Было заметно, как дрогнул кадык. Да, ваша дорогая Джурия выросла. Стала грозой всей цитадели. Так что бойтесь лучше.               Сэнсэй нас даже не заметил, к счастью. Занятый чтением. Пришлось просто отпустить спасителя. Точнее выбраться самой. Удобно быть не сильно высокой!               Но далеко уйти не получилось. Да что мне так везёт! Тонкий шлейф аромата алкоголя тянулся где-то сзади. Цепкими руками была схвачена!                — Аруджи, — протянул этот оодачи, — вы ко мне не приходили почти что полгода. Я скучал.                — Джиротачи, прости.                — Мы же ещё не определили финалистов в прошлогодней битве.                — Кто больше выпьет?                — И не только. Пойдёмте, — поднял и понёс куда-то, — нам серьёзно надо это обсудить!               Оставалось надеяться, что я не в списке.        И вот огромный свиток с выбывшими и победившими. Быстро пробежалась глазами по именам. И вот он — полуфинал между четырьмя! Заулыбалась, не найдя себя. То есть ту. На самом деле тут значились Нихонго против Хигекири, не знала, что этот лев может так продержаться. Отегине против Сохаяноцуруги. Только где Дайханья? Перепроверила список снова. Вот он, значился проигравшим за три раунда до этого! А пил он против Хизена? Присвистнула. Надо ввести после данного развлечения сухой закон. Простите, мальчики, но после этого соревнования вы ни капли алкоголя не получите. Только по праздникам.        — Джиро, — обратилась к главному зачинщику с улыбочкой, — а давай сегодня устроим, пока они не поуходили в свои походы.        — Правда? Тогда зову их! — Джиротачи подскочил и помчался искать будущих победителей, а я помчалась собирать оставшихся на улицу.        Тысяча бубенцов красовались на призывном колоколе в ценральной части. С силой забила и закричала: «Сегодня мы найдём самого пьющего клинка из всех!» Немного смешно было такое говорить. Но, что же поделать! Весна даёт своё.        Танто помогали таскать столы, стулья, как-то криво и косо украшать потёртыми и пыльными флажками, тачи тоже не оставались в стороне, мотаясь туда и сюда.        Площадь для битвы — готова. Джиротачи, уже на веселе, хоть это весело у него никогда не уходило, нёс целых две коробки с бутылками. Со стороны сильно не пьющего человека — это было слишком много. Но сказать не решалась, продолжая дарить милую улыбочку во все зубки.        Бойцы и другие жители собрались. Я в рупор объявила о начале состязания! Гул разносился с каждого угла, как и выкрики болельщиков. Только Хаката, стоящий рядом, удивлённо спросил: «А в Осаку, когда?»        — Когда-нибудь в другой раз, — ответила, продолжая представлять оставшихся полуфиналистов. — Сегодня будет битва не на жизнь, а на смерть! В первом поединке сойдутся и сопьются великий яри всей Японии Нихонго! И золотой львёнок, не помнящий имя змеюнечки Акиры…        — Хизамару я! — донёсся крик где-то слева, наложившийся на мои дальнейшие слова.        — Хоть и пытается его называть ласковыми словами, да и просто братиком, Хигекири!        — А вот его не обозвала! — снова крик Хизы.        — Прости, красавчик, — показала язык, дразня. — А во втором бою тоже ожидается яри, получающий лишь колкости и ненависть со стороны прекрасной нагинаты, который, — осмотрелась кругом, — спрятался где-то. Эй, Шидзу, где ты! — тишина, даже никто не расходился, лишь осматривались. — Всёравно он пьётся с Сохаяноцуруги из школы Миикэ! Соха, ты мой фаворит, как и Нихонго. Давайте же дружно поздравим их с выходом в полуфинал! Да начнётся пьяная битва!        Первые сели за стол. Джиротачи и Таротачи подготовили около десяти стаканчиков. Бойцы опустошали один за одним! Я пыталась комментировать, считать пустые! Но тут, на сорок четвёртом стакане Хигекири падает на землю и засыпает! А Нихонго хоть бы хны. Трезвее трезвого. Может эти чаши для него слишком маленькие?        — Победа за Нихонго! — я радовалась, но было одновременно жалко этого малыша. — Ацуши, Хизамару, — обратилась к мальчикам, — отнесите его в лазарет. Пусть поспит там.        — Я позабочусь об этом, — кивнул змеёныш, поднимая тело братца и унося его куда-то.        — Ну, а теперь, — оодачи уже успели подготовить новые порции выпивки, пока Хьюга убирал мусор, — нас ждёт вторая битва! И кто же станет соперником для Нихонго?        — А это не помешает нашему бюджету? — забеспокоился Хасэбэ. — Я просто спросил, — пятился назад, страшась уже моего взгляда. — Мы пополним его после в замке, хорошо. Деньги у нас будут. Покроет расходы, — добро улыбнулась, продолжая шоу.        — И так, вы готовы? — спросила у соревнующихся и публики. — Тогда начали!        И снова опустошались стаканы за стаканами! Яри и тачи не отставали друг от друга! И вот, на два стакана отстающий, к сожалению, Сохаяно, сдался! Конечно же рекорд нашего Нихонго они не перебили. Хоть немного до пятидесяти оставалось!        — Вау! У нас оба копейщика в финале! — публика аж развеселилась. — Ну. Дадим немного отдохнуть им. Да и нам всем пора поесть.        — Я накрыл уже поляну у сакуры, — сообщил Мицутада. — Школа Осафунэ уже ожидает всех там. Приятного аппетита.        Первой рванула туда! Остальные лишь спокойно шли, не спеша. Некоторые остались внизу, подготавливая для новой битвы место. Я не могла оторваться от булочек Азуки! И это не про его попу и грудь, выпирающую и мощную, а про мучные сладкие мордочки, схожие с нарисованными версиями некоторых танто. Эх, жалко было портить Саё. Откусила сразу его причёсочку, потом и всего. Сами Самонджи с удовольствием ели сладости со своим изображением. А я сидела среди Ацуши, ЯманбагириКунихиро, Миказуки и Ненекиримару с Нихонго. Хм… От него, после пятидесяти, не разило алкоголем. Он спокойно попивал зелёный чай, разговаривал с нами. Дед не пытался даже как-то проявлять знаки внимания, кроме попыток запихивания в рот каких-то конфеток, пышек или другой еды, доливал зелёный чай с чайничка.        — В прошлый раз было не так весело. Вы прекрасно руководите, аруджи, не только как генерал арсии, но и как главарь индустрии развлечений, — важно сказал Нене.        — Благодарю вас, — поклонилась. — Но, видите ли, жизнь и не такому научит. А вы, Ненекиримару, набрались новых слов?        — За жизнь в этих стенах и изучения современности и не такое можно выучить, — уточнил Нихонго, запевая песню про себя.        Все просто заслушались. Это было проникновенно. Потом сменилась на другую, тоже старинную, но весёлую. Хорикава, откуда-то, взял гитару и заиграл другую, Кане-сан начал танцевать, словно храмовая жрица с колокольчиками.        Перерыв закончился лишь к закату. Все вернулись на свои места. Снова взяла свой громкоговоритель.        — Финал! Яри против яри! Пусть удача будет у стойкого!        Гул. Стук опустошённых чаш о стол. Гомон. Поддержка! Даже Шидзу вышел на первые ряды, поддерживая обоих яри, хоть он, как помню, недолюбливает их. И вот сорок третья чаша у Отегине покатилась по столу, а он сдался, протягивая руку другу. Ну, чего и стоило ожидать.        — Победитель, — с чистым и неподдельным восторгом сообщила, жаль, что ставку не поставила на него, — Нихонго! И ему мы дарим, — Джиро поднёс записку, по которой надо было читать, — годовой запас алкоголя, — немного нервно засмеялась, читая, а где-то в обморок упал один Хасэбэ.