Шахматная партия и жизнь "Серого" Лорда

*******

       Момент. Звуки вернулись так же необъяснимо, как и исчезли. Ригель, не таясь, возвращался к столу, неся в каждой руке по две литровые бутылки алкоголя. Водрузив принесённое на стол перед отцом, юноша указал на первую бутылку, на которой был изображён грациозный полностью чёрный пегас. — Вот этот чёрный пегас — самый крепкий. На три пальца нальешь, выпьешь и мир перед твоими глазами померкнет, до завтрашнего обеда. — Юноша указал на вторую бутылку: — чёрный пегас с золотой гривой. — «Блэк-Йелоу», он легче, чуть крепче классического огневиски Огдена. Только мягче и пахнет хорошо сваренным кофе. Вот этот — «Блэк-Йелоу-Грей». — На бутылке оказался изображён серый пегас с золотыми крыльями и гривой. — Этот по крепости почти такой же. По вкусу и аромату отдаёт горьким шоколадом с корицей. — Следующая бутылка: белый взрослый пегас с радужными крыльями. — Это «Блэк-Рейбей-Уайт». Он совсем лёгкий. Вообще-то это для женщин. Его даже беременным можно. Слабоалкогольный напиток с приятным фруктовым вкусом. — Юноша достал из кармана ещё одну бутылку с изображением маленького крылатого пони с радужной гривой. — Это вообще не пегас. Это « Блэк-Рейбей-Резвушка». Безалкогольный слабогазированый напиток со вкусом фруктового ассорти. А то вы все пить будете, а дети на вас смотреть. Учитывая твоё состояние и то, что спать ты не соберёшься, пока не убедишься, что мы уснули, а вероятнее всего, до тех пор, пока мы не проснёмся, пей лучше серого с золотом. Медленно и вдумчиво. Но можешь и «Блэк-Йелоу», дело твоё.       Люциус немного демонстративно прокашлялся. — Пей, Райли. Очень медленно и с наслаждением. И с нами не забудь поделиться. «Пегасы» — это коллекционный элитный алкоголь. Продаются только через аукцион. Стартовая цена варьируется в районе от семи до семидесяти тысяч золотом, в зависимости от сорта. Стартовая! Понимаешь, Райли? СТАРТОВАЯ, и попасть на подобный аукцион это, считай, ещё порядка ста тысяч затрат. Так что делись. Я сумел достать всего пять разных видов этого пойла. Только по одной бутылке. Ты даже не представляешь, каких усилий мне это стоило. У них на сегодняшний день двадцать семь наименований продукции. Я цель себе в прошлом году поставил: собрать всю коллекцию раньше остальных английских лордов магии из тех, кто страдает «синдромом Фаулза» и так же, как и я, ценит, коллекционирует и собирает редкие сорта алкоголя. «Пегасы» всего около двух лет назад появились на магическом рынке алкогольной продукции, и сразу же на три головы обошли Огдена с его изысканным ассортиментом, и даже французов с немцами за пояс заткнули. Это, конечно, не продукция широкого потребления. Не на каждый день их напитки. В этом Огден по-прежнему лидер и почти монополист, но «Пегасы» — это шик. Бриллиант.       Сириус поднялся со своего места и достал из кармана мужской кожаный бумажник. Раскрыл, вынул из него карточку наподобие тех, что используются в маггловских расчётных терминалах. Сделав несколько уверенных шагов, подошёл и выложил её на стол перед старшим Малфоем. — С этой картой затрат на участие в аукционах у вас не будет. — Блондин взял в руки карту, рассматривая её на свет. Сквозь непроницаемую тьму покрытия при попадании прямых солнечных лучей на карте хорошо просматривалось изображение: пара грациозных животных: чёрный и белый пегасы на фоне грозового неба. Если свет на карту не попадал, на чёрном глянцевом фоне просматривался только один пегас: черный, сильный, грациозный, с посеребрёнными гривой и крыльями, летящий на фоне ночного звёздного неба. — Сложные чары. Для такой маленькой площади изделия работа чароплета поражает и завораживает. — Рассмотрев своё имя, Люциус более не смог скрывать своего удивления. — Она именная? — Ну да. Л. А. Малфой разве не ваше имя? В чём проблема? — Сириус демонстративно закатил глаза. — Именная карта формата чёрный бриллиант на ваше имя. Даёт право на участие во всех аукционах с участием так полюбившихся вам «Пегасов». Как же странно и извращённо вы их называете. Пегас — это лишь изображение. Просто лошадь с крыльями. Товарный знак. Знак качества, если пожелаете. К названию торгового дома имеет лишь косвенное отношение. Некоторые из «крылатых лошадей» — это то ещё пойло. Бутылка красивая. Содержимое лучше не пробовать. В принципе, с этой картой вы вообще можете не заморачиваться с аукционом, если вас на этих мероприятиях интересует исключительно их алкоголь. Пишете на пергаменте список с названиями тех сортов, который желаете приобрести. Запечатываете в конверт вместе с этой картой. В качестве адресата указываете: «Торговый дом FF & BW». Отправляете и ждёте. Если заказ не оптовый, то в течение трёх-пяти дней соберут и пришлют. Карту вернут. Оплата по факту получения наличными или через гоблинов. Больше трёх бутылок одного наименования за раз не пришлют. Но всегда можно договориться. Всего наименований алкоголя крылатых, на сегодняшний день, тридцать девять и пять разновидностей напитков для детей. Вместе с первым заказом получите каталоги. Отдельно винно-алкогольная карта, и второй общий, где указано, чем ещё, как и где торгуют эти ребята. У них там чего только нет. Для разной целевой аудитории и толщины кошелька. Что-то можно, не заморачиваясь, просто заказать. Что-то продаётся через невыездные аукционы: сидишь, дома и только палочкой в планшет тычешь, вся морока, если с деньгами напряга нет. Что-то только при личном присутствии на классическом аукционе. Получите буклеты и планшет, разберётесь, там всё на доступном языке с пояснениями. Заказ обычно приходит с птицей-почтальоном или если что-то габаритное, что нельзя уменьшать. Курьер придёт в указанное вами место, всё у него получите через грузовой портал.        Филиус Флитвик подошёл к Сириусу, жестом попросив у Люциуса карту. — Предприимчивые господа. Картинка красивая. Отвлекает, а чары… изящно скомпонованы, это да. Остальное — мало энергозатратная мелочёвка. Каждый семикурсник с закрытыми глазами повторит. Если по отдельности. Подобрать код-ключ, на который всё это крепится, и я тебе за десять минут три десятка таких начарую, даже дыхание не собьется.       Ригель встал рядом с братом. — Если знаешь прикуп, можно считать, партию ты выиграл. Только вот узнать его — дело не для каждого. Тот, кто разберётся хотя бы, из какой области основа ключа, чтобы иметь возможность подобрать варианты кода, тот может неслабо на этом заработать. Сможете указать основу? Код я сам подберу. — Нет, молодой человек. Не могу и не смогу. Основа, скорее всего, гоблинская, но не уверен. Что-то подобное используют и вампиры, и вейлы, каждый на свой манер. От карты исходит запах живого. Это может быть что угодно. От азов химерологии до того, что рисунки нанесены красками с использованием биологических частиц. Возможно, конкретного мага. Как при написании живых портретов. Или что-то ещё. Например, слюна или кровь этих самых пегасов. Возможно, одного или двух конкретно взятых пегасов, смешанная в определённой пропорции. Не подберёте вы ключ без чётких формул состава. — Вот и мы так решили, что без вариантов придётся сотрудничать по-честному. Не скажу, что мы внакладе. На честных сделках тоже можно неплохо заработать. — Ребятки? А для меня и моих братьев такой карты не найдётся? — Билл Уизли привлёк внимание парней. — Для вас? Точно нет. Для профессора вот есть, если нужна, — Ригель протянул Флитвику точно такую же чёрную карту. — С профессорами нужно дружить. Уважаемым профессорам Гриппуху и Златохвату передайте, пожалуйста. Вдруг заинтересуются. — Ещё две карты оказались в руках маленького профессора. — Для братьев — это для кого конкретно? Вы у них спросите, нужны им от нас эти карты? — Билл перевёл взгляд на каждого из братьев по очереди. — Что смотришь? Есть у нас такие карты, ну или почти такие, — Фред извлёк из своего портмоне ярко-оранжевую карту с огненными всполохами, демонстрируя её на просвет: та же пара пегасов. Убрал из-под прямых солнечных лучей: гнедой пегас с огненными всполохами гривы и крыльев на фоне оранжевого звёздного неба. — Почему ваши оранжевые? — Не оранжевые, а огненные. Балбес ты, братец Билл. — Это потому, что они рыжие. Ещё и партнёры торгового дома. У их карт другая функция. Они чаще продают, чем покупают. — Смотри, Джордж, какая осведомлённая молодёжь пошла. Даже мы в их возрасте такими не были. Достойная смена. Подрастут ещё чуть, и возьмём под своё покровительство. — Ты уверен, что оно им нужно, наше покровительство? — Джордж, слегка прищурившись, рассматривал двух подростков. — Не отвлекайте. Я сейчас говорю. Так что там с картами? У Рона нет такой карты. Почему мне-то такую нельзя получить? Мне бы она очень пригодилась. — Для Вас нет, и у нас не будет, потому что вы рыжий. Просите у братьев, — Ригель подошёл к Рональду Уизли, протягивая ему ещё один чёрный квадратик. — У мистера Рональда нет, потому что он не просил. Добровольно предложенное покровительство от сильных, властных и со связями в нашем мире — это всегда хорошо. От такого ни один дурак не откажется. Если на взаимовыгодных условиях и оформленном у юристов контракте, подкреплённом силой магии. — Не глупы. СОВы сдадите, найдёте нас. Посмотрим, чего вы стоите, — Джордж кивнул словно сам себе, подтверждая свои же слова, отпил слегка остывший кофе из своей чашки. — Ребятки, я не понял? Почему для Рона у вас карта есть, а для меня нет? Он тоже рыжий. — Уймитесь вы. Зайдите в магазин братьев, всё, кроме алкоголя, книг и животных сможете приобрести через их лавку без всяких карт и аукционов. Антиквариатом дорогущим эти ребята не торгуют. Вам, всем рыжим, подобные карты нужны, только чтобы понтануться при случае. Статус, положение в обществе, регалии и звания засветить. А вы свои регалии, звания и возможности чаще скрываете, чем выставляете напоказ. В клубах по интересам не состоите. Светская жизнь вас интересует мало. На кой чёрт она вам сдалась? Ваша шевелюра сама по себе знак статуса и положения на территории этого и соседних магических государств. Для мистера Рональда есть, потому что с Главным Аврором, как и с профессорами, нужно дружить. Ему она реально нужна, во всяких его международных совещаниях и командировках, переговорах, внешний лоск и атрибутика — основа для лёгкого установления контакта с напыщенными индюками при власти. Торговый дом «FF & BW» — международного уровня торговая площадка. Больше всего про них известно во Франции и в России. С Англией они только начинают сотрудничать. Через ваших братьев начинают. Иметь доступ в круг их избранных клиентов — это сейчас модно, престижно и «не для всех». Скачки, собачьи выставки и прочая муть сферы развлечения скучающих от безделья магов при деньгах. — Теперь понял. Карта мне не нужна. Хотелось бы знать, откуда у вас эта информация? Она вообще-то закрытая. — У нас есть друзья. Во Франции и в России их значительно больше, чем в Англии. — Кто из ваших старших в курсе? — В курсе чего? Имён друзей? Никто. Это наше личное дело. С кем нам дружить, с кем сотрудничать и на каких условиях.        Билл укоризненно покачал головой. — Не только мои братья, но и я являюсь английским партнёром этих ребят. Организация настолько закрытая, что мы ни разу никого из финансовой верхушки в глаза не видели. Все дела ведёт старик-сквиб, живущий в маггловском мире во Франции. Все финансовые операции только через французское отделение банка. Всё. Больше никакой информации. Мы осторожно очень к этим ребятам относимся, а вы в это залезли с головой и рады. — А сквибы не люди? Или сплошь все преступники? Зачем вам их имена и рожи? Зарабатывайте с их помощью деньги на выгодных для вас условиях. Не устраивает — прекращайте сотрудничество. От того, что заказчики Гарри не знают имя артефактора, у которого через гоблинов заказывают нужный им артефакт, он у них хуже работать не будет. — Ригель, тормози. Хватит. Чего ты заводишься? Ты вот сам сказал, с профессорами нужно дружить. Ты мне скажи, ты на кой чёрт Уважаемым всучил эти свои карты? Гоблины в аукционах не участвуют. Они их проводят. Ты чего для них огненного пегаса не принёс? Им то, что ты принёс пить, только мараться. Ты что братик, ж-а-дина? — Сириус очень правдоподобно скопировал голос и интонации маленькой Омели. — Я не ж-а-дина, — второй близнец в точности повторил за братом пародию на вейлочку и улыбнулся, услышав заливистый детский смех. — Я запасливый. Они вроде как по делам школы пришли. Вроде как работой заняты их головы. Им пить вроде не положено. Так-то ты среди нас двоих младший, вот и метнись резвым козликом и принеси, если примут они от тебя алкоголь. Для хороших людей не жалко. Я вот так и не выпил свой шоколад-награду. Люциус, а кто в вашем соревновании коллекционеров алкоголя лидирует на сегодняшний день? — Паркинсон-старший. Он на прошлом аукционе сразу восемнадцать позиций выкупил. Идиот чокнутый. Из статичных родовых сейфов деньги изъял. Думал, никто не заметит. Ошибся. Его родная дочь чуть из рода не выгнала, на правах леди и главы. — Сириус почти незаметно удалился в том же направлении, что и его брат ранее. — Какая жесть! Как он посмел?! Деньги в родовых хранилищах неприкосновенны. Они там должны лежать не менее пяти столетий мёртвым грузом, покрываться патиной и ровным слоем магической зелёной плесени, и только после этого их можно будет изъять для того, чтобы в каждом сортире родового поместья ими пол выложить. Как это он про них вообще вспомнил? Ваш Паркинсон. На подобные вида сейфы Уважаемые гоблины навешивают мерлинову прорву своих чар, им для комфортной жизни нужна магия «мёртвых денег». Хозяева вроде и знают, что у них есть деньги и они богаты, но тратить эти деньги у них нет никакого желания. Паркинсон своими действиями сильно испортил взаимоотношения с банкирами для всех членов своей семьи на девять поколений вперёд. Гоблинам жизненно необходима энергия денег, которая скапливается в таких хранилищах. Далеко не каждый рядовой гоблин имеет достаточное количества личных накоплений, которые они могут позволить себе просто хранить, не совершая никаких финансовых операции. Магические деньги, не приносящие доход — это батарейка, накопитель. Вот те зеленошкурые, кто хорошо трудится и приносит общине стабильный доход, тем разрешают спускаться в хранилища магов и заряжаться этой магией, а значит долго жить, быть здоровыми и жизнерадостными. Для гоблинов, работающих на территории Англии, это и вовсе единственный способ пополнения жизненной энергии. Поэтому все статичные сейфы находятся именно в английском, центральном отделении банка Гринготтс. Многие иностранные маги этого даже не знают. По мне, деньги нужны только для того, чтобы их тратить. Нужно делать это умеючи, чтобы получить максимум удовольствия. Если у тебя много денег, ты должен уметь тратить много, так много, чтобы по самому краю, чтобы дно в хранилище увидеть, а потом кропотливо заполнять его вновь. Азарт, адреналин, интерес к жизни и к тому делу, что приносит тебе стабильную, максимально высокую прибыль. Желание развивать себя и своё дело. Учиться и совершенствоваться. Стимул бороться со своей ленью. Тогда ты чувствуешь, что живёшь и просыпаться утром совсем не лень. — Ты настолько азартен, Ригель? Не замечал. Получаешь удовольствие, когда понимаешь, что сто галеонов стартового капитала вдруг превратились в десять тысяч благодаря твоим усилиям? Тратишь пять из десяти тысяч, получая от этого процесса новую порцию эмоций. Четыре тысячи семьсот из оставшихся пяти тысяч вкладываешь в какое-нибудь рискованное предприятие с хорошим доходом, в случае если всё выгорит и вероятностью положительного результата всего в десять процентов из ста и ждёшь? Получится или нет? Будет у тебя тридцать тысяч или только триста галеонов? От этого ты ловишь положительные эмоции? Адреналин? — Ригель вернулся на своё место за столом. — Для того, чтобы сто монет превратились в десять тысяч, нужно нехило так попотеть. Поработать, чаще всего физически. Иногда физический труд, в тандеме с усиленной работой мозга. И прорва свободного времени. «Вдруг» они не увеличиваются, Люциус. То, что ты описал, от этого адреналина мизер. Кураж, и то только первые два-три раза. Потом никаких эмоций. Вот прямо совсем никаких. Деньги и деньги, заработал и заработал. Легко пришли, легко уйдут. Не заработал, значит, заработаешь другим способом. Адреналин в кровь я получаю каждый раз, когда мне приходится идти в банк, особенно много его, если банк не местный. Ни в обиду нашим Уважаемым профессорам-вегетарианцам. Безмерно ценю их мудрость и уважаю их самих, как самостоятельные личностные единицы. Гоблины по своей природе — людоеды. И этого никто никогда не сможет изменить полностью. В гости к зеленошкурым без страха и с улыбкой на лице могут позволить себе заходить только маги с фамилией Поттер. Только они гарантированно не станут их обедом. Могут и вовсе поселиться и жить в их общине. Им не откажут. И учиться у них тому, чему никого другого зеленошкурые учить не станут. Это их предок каким-то способом много-много лет назад, кажется, почти сразу после последнего гоблинского восстания вынудил три их четырёх гоблинских существующих тогда кланов заключить магический контракт, по которому в обмен на что-то очень ценное для них абсолютное большинство зеленошкурых приняли на себя обязательство не есть человеческое мясо. Не все гоблины, а только большинство. Магам не известна численность того меньшинства и с какой скоростью это меньшинство размножалось. Сколько их тех, кому можно? Вот идёшь ты к своей ячейке с новым сопровождающим и не знаешь, вернёшься обратно или станешь его обедом. Потому что если он сегодня человечины не поест, он завтра сдохнет, а жить все хотят. Я не Поттер. Меня, несмотря на родство с этим родом, контракт на сто процентов не защищает. Вот это адреналин так адреналин. Предельно допустимая норма в кровь одной дозой. Поэтому я ненавижу хранилища и безмерно уважаю мага, придумавшего кошельки, что к ним можно привязать. Мне нравится адреналин, вырабатываемый под воздействием менее опасных для жизни действии: перепрыгнуть с одной крыши многоэтажного дома на другую, разозлить Северуса Принца. Засунуть голову в пасть мантикоре. Сири, ты долго. — Тяжёлый, зараза, чары повредились от перегруза, — юноша волоком подтащил к стулу Люциуса рюкзак. Открыв горловину, достал три бутылки алкоголя с изображением огненных пегасов. — Люциус, я тебе тоже одну такую там оставил, для коллекции, только ты сам это пойло не пей. Это только для магиков. Маги такого не способны пережить. Это тоже всё для твоей коллекции. Здесь не все виды, но зато некоторые по две бутылки. Одна для коллекции, вторая — чтобы попробовать самому или угостить. У тебя теперь точно коллекция разнообразнее, чем у Паркинсона. Не бери деньги из статичных сейфов, не нужно расстраивать банкиров. Себе дороже. Да и Драко злить не стоит. Он — это совсем не леди Паркинсон. Ты только домовика попроси, чтобы он это в мэнор переправил. Там и рассмотришь. Здесь не доставай, на рюкзаке чары слетели. Если сейчас достанешь, потом обратно не впихнём, — Сириус подошёл к двум гоблинам. — Не отказывайтесь, Уважаемые. Попробуйте, это точно пить приятнее, чем вашу настойку, а эффект от употребления почти идентичный. — Флитвик, Гриппух и Златохват, без комментариев приняли подарки, лишь кивнув в знак благодарности. — Риг, ты чего для нас даже свежий шоколад не заказал? — Шоколад перед братьями просто взял и появился без просьб. В гробовой тишине, повисшей за столом после рассказа Ригеля и обзора принесённого Сириусом. — Чего-то случилось? Я что-то пропустил? — Лекцию брата по истории гоблинов. Думаю, вы её вместе изучали, так, что ничего важного. «Превосходно» вам обоим по истории магии за все семь курсов школы. Всем магам не мешало бы помнить, кто такие гоблины и что с ними, с магами, может случиться, если случайно разозлить. Предок, а вернее прапрапрапрадед нынешнего главы рода Поттер создал для гоблинов артефакт, вернее, пять артефактов. Накопителей той самой жизненно необходимой нам магии. Эти накопители способны собирать энергию в статичных хранилищах уже спустя всего пять десятилетий. Под воздействием этой энергии мы сохраняем своё долголетие и здоровье без специфической диеты. А главное, здравомыслие. Нас вполне устраивает сырое мясо магических животных. Эта же энергия также нужна нашим женщинам для вынашивания потомства. Без неё дети рождаются слабожизнеспособными. Мы большую часть жизни проводим под землёй, энергия солнца, луны и звёзд, которую способны улавливать иные расы, для нас почти бесполезна. Лишь энергия денег и обрядовая даёт нам жизненные силы. При регулярном употреблении в пищу мяса магов мы также получаем энергию и живём долго, но после четвёртой сотни лет начинаем деградировать интеллектуально, превращаясь в диких зверей, поедающих себе подобных. Нас убивают наши же потомки, такова цена за убийство детей магии. Долгое время наш народ скрывал особенности своей диеты, употребляя такое мясо крайне редко. Не убивая людей без острой необходимости. Потом народилось поколение и не одно, что оказались более агрессивными и менее осторожными. Маги узнали наш секрет. Тогда и начали вспыхивать многочисленные войны между гоблинами и магами. Но даже сами гоблины понимали, что война — это не панацея. Что частое употребление человеческого мяса сильно влияет на нашу психику, превращая в диких, обозлённых, неуправляемых существ уже после первой сотни лет. Родившиеся два поколения потомков заметно деградировали интеллектуально в сравнении с теми детьми, чьи родители продолжали жить по заветам предков и не ели мяса в период перед зачатием и весь срок беременности, получая лишь энергию магии денег. Первый артефакт подобного рода создали сами гоблины, ещё во времена до рождения основателей школы, но он был малоэффективным. Однако, даже с его помощью мы могли жить так, как было написано в наших книгах. Те, кто имели сильную волю и полностью воздерживались от употребления человечины, заменяя его мясом магических животных, могли жить до тысячи лет, сохраняя свой разум незамутнённым. Их дети рождались сильными физически, магически одарёнными, интеллектуально развитыми. Артефакт, созданный Поттером, в разы превосходил прежний. Он полностью решал нашу проблему. Удовлетворял наши потребности в энергии. Её было столько, что хватало всем. Эти накопители способны собирать не только магию денег, они собирают энергию от проводимых в банке ритуалов и обрядов, преобразуя её в необходимое для нас состояние. Договор с магами в присутствии двух Аватаров Высших бессмертных: человеческого аватара самой Матери Магии и Госпожи Смерти гоблины подписали добровольно и с радостью. Бессмертные явились сами, без просьб и ритуалов. Их явление стало для нашего народа истинным благословением. Этот день гоблины считают священным. Род Поттер для нас являются избранными среди магов. В подписании договора не принимал участие только клан тех самых «вегетарианцев», которые научились себя контролировать без всяких артефактов. Их потомки и вовсе не испытывали потребности в употреблении такого мяса, поэтому их просто не пригласили. Многим позже об этом пожалели, но тогда не видели смысла. Зачем ставить сородичей под магический контракт, если они без всяких обязательств живут по требованиям этого самого контракта? Эта проблема всплыла многим позже. Во-первых, любой артефакт нуждается в регулярном обслуживании, без него он начинает работать менее эффективно, а в роду Поттер после того самого лорда-создателя не рождались достаточно одарённые потомки. Кто-то из молодых Поттеров что-то делал с нашими артефактами в разное время, но капитальной чистки и ремонта не проводилось очень долгое время. Во-вторых, гоблины из тех, что находились под влиянием контракта с магами, без опаски создавали семьи с теми, кто не брал на себя данных магических обязательств. Это уже из новейшей истории информация. Её в школе не изучают, — Гриппух выдохнул. Взял паузу, чтобы тщательно посмаковать вкус разлитого Златохватом напитка. — Действительно пьется многим приятнее, чем наша настойка. И вкусовые качества отличные. Райли, Люциус, вы чего свои стаканы греете? Даже девочки уже испробовали предложенное им питьё Что это, кстати, у вас? — Винный напиток. Очень лёгкий. Вкус многогранный, приятный. Раскрывается постепенно. — Августа принюхалась, оценивая аромат, идущий из её бокала. — Аромат так же сложный, сразу и не распознаешь весь букет. Я приятно удивлена. Люциус, будешь оформлять для себя заказ, для меня закажи несколько бутылок. — Я проконтролирую, Августа. Обязательно закажет и для меня и для тебя и для Андромеды, и для Белки и для Юлии. — Нарцисса отсалютовала непривычно молчаливым сёстрам своим бокалом, получив в ответ отзеркаленные ими жесты. Люциус отпил из своего бокала: — Вкус и качество напитка соответствует красивой упаковке, но увлекаться не стоит особенно сегодня. Крепкий зараза. Это виски, похоже солодовый. Напиток явно готовили с использованием магии. Бодрит, заряжает энергией. А ты, что скажешь, Райли? Кайл, Дадли и Невилл воздержались. Волки с нами никогда не пьют. Уизли, похоже, уже давно сняли пробу, у них не интересно даже спрашивать. Пусть пьют молча. Партнёры. Они заинтересованная сторона. Их мнение нельзя считать не предвзятым. Два рыжих близнеца, сияя улыбками нашкодивших котов, послали свой салют Люциусу. — Мы просто видим, что вам всем сегодня не до нас. Поэтому, мы уж лучше помолчим. — Райли тяжело вздохнул — Вкус приятный, даже более чем. Твой любимый трёхсотлетний Огден рядом с этим напитком не стоял, но градус меня не берёт. Хотя я, кажется, начал согреваться. Можно я тоже молча выпью? Потом обсудим вкус. Как–нибудь в другой день. — Договорились, пей. Только медленно, Райли, медленно. Парни, деньги за то, что лежит в рюкзаке, переведу вам завтра. Или предпочитаете чек? Возможно наличные? — Не нужно денег, Люциус. — Сириус, не отрываясь, следил за братом, осторожно взяв его за руку, потряс, привлекая его внимание и возвращая из состояния прострации. — Ребятки? Я вас, чем-то, когда-то обидел? Чего это вы от моих денег отказываетесь? Сумма более, чем приличная… — Не обижал, Люциус. И ты нас не обижай. Это подарок. Пополнение экспонатов коллекции. Если дарим, значит, имеем такую возможность. Ты всем дарителям деньги за подарки предлагаешь? — Люциус, у него на шее шнурок с алмазным ключом. У второго такой же. В таком сейфе денег достаточно, чтобы всю магическую Британию месяц подобными напитками потчевать. — Гриппух перевёл взгляд на Райли. — Райли, ты чего-то совсем сник. Привяжи ты к сейфам детей кошельки. Такие сейфы на самых нижних уровнях находятся. Мне самому бывало страшно туда спускаться. А без кошельков иных вариантов получить деньги, у парней нет. — Не примут мои дети от меня ни денег моих, ни кошельков. Не заслужил я, Гриппух. — Райли в два глотка осушил свой бокал. — Есть ключи от сейфов, значит, есть и кошельки. — Мужчина сам повторно наполнил свой бокал. — У меня сейф один и ключ от него золотой. Я даже примерно не представляю, при каком лимите выдают алмазные ключи. — У молодых людей в нашем отделении банка нет сейфов. Никаких. Даже ученические заблокированы. — Гриппух перевёл удивлённый взгляд с Райли на Златохвата и обратно. — Вы бы Уважаемые профессора не лезли бы, не в своё дело. Сколько у нас денег и где нам их хранить никого кроме нас самих не касается. Профессор Гриппух, вы, кажется, не закончили ещё свой рассказ-лекцию. — Сириус, говорил по прежнему не отвлекая своего внимания от брата. — Прошу, прощения, кажется я действительно, не туда влез… Рассказ-лекция… Новейшая история магического мира. Под воздействием снижения эффективности работы артефакта, некоторые наши дети стали рождаться со скрытой потребностью в человеческом мясе. Они не могли себя контролировать. Потребность эта остро и спонтанно начала проявляться где-то на седьмом десятке жизни этих гоблинов. Вполне зрелые, работающие специалисты. Было зафиксировано несколько нападений на магов. Однако магический откат отступников по какой-то причине не настигал. Клятвонарушителей казнили согласно нашим законам и стали разбираться, в чём причина. Оказалось, что эти гоблины, потомки тех самых «вегетарианцев», что не подписывали контракт. Чем мене эффективно работал артефакт, тем больше гоблинов проявляли признаки агрессии по отношению к людям. Кто-то раньше семидесяти лет, кто-то значительно позже. До недавнего времени это было огромной неразрешимой проблемой для нашей расы. О некоторых случаях нападения гоблинов на людей стало известно магам. Инциденты, которые не удалось скрыть, произошли на территории Франции и Германии. Как бы банально это сейчас не звучало: нас спас ребёнок-маг. Энное количество лет назад в английское отделение Гринготтс в сопровождении двух своих домовиков пришёл явно недокормленный, щуплый, низкорослый подросток в больших круглых очках и очень правильно попросил гоблинов о помощи. Мы помогли, в надежде на то, что он при должном обучении сможет помочь нам. И он помог. Прошёл обучение, стал мастером-артефактором высочайшего класса, Грандлордом магии стал, вернулся и помог. На сегодняшний день, официально эта проблема полностью решена. Ныне действующий лорд рода Поттер не только полностью очистил и восстановил наши накопители, созданные его предком, он их сильно усовершенствовал. Помимо стационарных накопителей, у нас теперь есть личные накопители. Браслеты носят все беременные, кормящие матери и все гоблины банкиры, работающие в верхнем зале банковских отделений. В случае если гоблин, чем бы он не занимался, кем бы не работал, проявляет признаки немотивированной агрессии в адрес магов, на него надевают браслет-артефакт, не спрашивая его мнения. Употребление в пищу человеческого мяса по закону гоблинов карается смертной казнью. Новые накопители собирают магию с денег, уже спустя всего год их покоя. Да ещё буквально, на днях следующее поколение Поттеров полностью вычистили все старые хранилища с вредоносными артефактами, на безопасное хранение которых уходило треть магии из накопителей. Но полной гарантии, что в ком-то из нас не проснётся память крови, несмотря на все предпринятые в последние годы меры, вам не способен дать никто. Все гоблины, по долгу службы, контактирующие с магами, проходят ежегодные обследования, диагностику, тестирования у наших целителей разума. Это всё, что мы можем сделать. Была попытка переподписать договор. Она оказалась провальной, несмотря на все усилия магов и гоблинов из правящей династии. Людоеды существуют даже среди людей. Гоблины-людоеды — вполне возможное явление в нашем мире. Однако вероятность, что вас обхитрят, обсчитают, оставив без гнутого кната в кармане, завысят стоимость оказываемых услуг: при контакте с нашей расой значительно выше, чем то, что вы окажетесь на столе банкира в качестве основного блюда. — При сотрудничестве с народом людей-птиц таковые вероятности не ниже. Как остаться без денег, так и стать жертвой охоты. Среди волков также имеют место охотники на людей. Отщепенцы и сумасшедшие есть везде. Это не зависит от расы. — Омели немного тяжело выдохнула. — Какие вы… с вами тяжело. Рассказали страшилку, выслушали пояснения, желание убивать зеленошкурых поутихло сейчас? Ригель, если ты понимаешь что вдруг как-то, чуть иначе начинаешь реагировать на магию какой-то расы или какого-то конкретного человека, ты говори сразу. Мы способны тебе помочь. Это трудно всё понять, если вы молчите. Я же не знаю, в какую именно точку нужно смотреть в следующую минутку. У меня уже голова кружится. Первый раз в жизни. То сердца, то мышцы, теперь ядра. Голова у вас не болит? Что? Что новое появилось? Говорите. Эрика снимет с вас излишки магии и станет легче. Она, между прочим, из-за вас согласилась остаться в поместье до утра и даже отдыхать не идет, несмотря на усталость. Я же маленькая. А волки не способны увидеть. Ну! Помогите вы нам. Я скоро плакать уже буду. — Омели сама положила голову на плечо Саймона. — Не шевелись, бета Саймон. Замри. Я только чуть-чуть. Мне надо. Почему крёстный так долго? Твоя магия лёгкая плохо подходит. — Светлая принцесса без дополнительных просьб со стороны Омели подошла к Ригелю со спины, положив свою ладонь на область его магического ядра.       Спустя пару минут, девушка нахмурилась. — Нанни, Аманда. Идите вы смотрите. Я не знаю, что это у него. Не могу понять. Я одна всё это не сниму. Ещё две вейлы по очереди положили свои руки на ядро притихшего Ригеля. Юноша жестами стал что-то показывать брату. — Саймон и он говорить не может, ему снова челюсть свело. В ядре огонь. Мгновенно всё появилось… — Саймон и Нико выругались одновременно, вместе, снова подбегая к парням. Сай ловким профессиональным захватом перехватил челюсть Ригеля, нажимая на определённые точки на щеках. Нико всунул в приоткрывшийся на мгновение рот подростка ложку, повернув её на ребро, расположил между зубами. Ригель, почувствовав облегчение, от того, что его челюсти оказались, открыты, с благодарностью посмотрел на волков. — Он не успел понять, что с ним, и я не успел. Простите. Мы будем внимательнее. У меня ничего такого. Никаких новых ощущений. Сириус, опустил голову на стол, тихо застонав. — Что с ним? Я могу терпеть любую свою боль, сегодня научился. Но когда плохо ему… мне страшно. Я… — Терпи. Ты сейчас не за себя терпишь, не за себя боишься. Ты за него. Разделяешь с братом его чувства и ощущения, этим очень ему помогаешь. — Нанни постаралась взглядом поддержать юношу. — Такие сильные. Я вам восхищаюсь. Вы обязательно справитесь. Я пока не знаю, что с твоим братом, но вместе мы это выясним и поможем. — Это похоже на процесс выгорания сильного дара. Спонтанный. Скорее всего, спровоцированный присутствием магии гоблинов. — Аманда нахмурилась. — Он бы всё равно выгорел. Этот дар. Но не сегодня. Мальчик его не принимает и отторгает. Уважаемые гоблины, извините за грубость. Вы бы покинули на сегодня этот дом. Я не имею права вам этого говорить, но пока вы здесь, мы не сможем снизить интенсивность процесса и для принцессы Омели сейчас тяжело ваше присутствие. Ваша магия её сильно отвлекает и выматывает. Даже я уже вашу магию на языке чувствую. — Алина, Эйлин и братья Каркаровы поднялись со своих мест.       Алина и Грайгор быстрым шагом отправились в дом. Эйлин немного устало улыбнулась, переключая внимание гоблинов на себя. — Прошу прощения, Уважаемые. Родители и братья, наверное, ещё не скоро освободятся. Все кто пришли по школьным вопросам, мы способны сами вам помочь. Профессор Флитвик, мы сейчас передадим вам папки с новой программой обучения и учебными планами на этот год. Вам нужно будет успеть до послезавтра совсем этим ознакомиться. Завтра отца в школе не будет. Завтра там вообще никого не должно быть. Весь день и всю ночь. Предупредите учителей, которые уже вернулись в замок. Завтра в десять утра состоится официальное открытие обновленных территорий магБритании. Пусть все гуляют, занимаются покупками, отдыхают. Послезавтра с утра директор будет в школе вместе с четырьмя новыми деканами. После обеда состоится знакомство с новыми учителями и совещание… С этого учебного года Хогвартс работать будет по новому. Скоро всё подробно узнаете. — Флитвик, предварительно максимально заблокировав свою магию, встал со своего места. В след за ним поднялись гоблины, Билл, две семейные пары близнецов. — Вы даже не представляете, как вы обрадовали меня своими новостями, леди Эйлин. Я обещал вашему отцу ещё год оставаться в должности декана, но я не могу, и Помона не может. Её вчера госпитализировали в Муного. Я собственно именно поэтому сегодня и пришёл в этот дом. Новые деканы это хорошо. Скорее всего, вашему отцу ещё и новый зам будет необходим, чтобы я ему все дела передал вдумчиво и без спешки. Мы тогда пойдём, не станем больше злоупотреблять гостеприимством и вредить детям. Не утруждайтесь сейчас, вам всем не до нас. Шлите все документы совой, когда будет время. Буду ждать. Про завтрашний день, я понял. Мы сейчас переместимся и выпроводим всех из замка. Они только рады будут. Сами меня просили уговорить господина директора сделать этот день сокращённым. Выходной это многим лучше, даже если потом ночами придётся работать, чтобы всё успеть. Это их слова, не мои. Предупредите отца, книга душ красная от натуги, но все письма новым студентам уже разосланы. В этом году в школе ожидается просто необычайное количество вновь поступивших студентов разных курсов. С открытием улиц, это вы очень вовремя, ребятки. Передайте хозяевам искреннюю благодарность за трапезу. Всем приятного вечера и скорейшего разрешения всех сложностей. — Кивками попрощавшись со всеми присутствующими за столом, два гоблина без комментариев выбрались из-за стола, намереваясь уйти вместе с Филиусом. У Аппарационной площадки их уже дожидались Грайгор и Алина, чтобы проводить, ещё раз извиниться и передать несколько увесистых папок каждому. Эйлин перевела взгляд на Билла. — Я к Годрику и к Алине. Сказать, что мы всё успели. Главное, чтобы вы все и министр со своим замом завтра утром в девять тридцать были в Дырявом котле. Панси и её команда передали, что барьер спокойный, все нужные ритуалы они провели. Отправились отдыхать. Планируют завтра на улицах появиться не раньше обеда. ОТэшники свои дела вроде как тоже все завершили. Передай брату, пусть свои сто тысяч вопросов оставит при себе. Всё, что могли, мы сделали и даже больше. Всё должно быть завтра идеально. Если что-то не так, значит по-другому не должно быть. Там ещё всплыла крупная сумма неучтённых денег. Я её переправил в министерскую казну. Все бумаги оформлены. Пусть министр с этим разбирается. Вы меня вкусно накормили, я тоже пойду отдыхать. Передай Северусу, мои дочери с этого года в Хогвартсе учиться не будут. Мы переводим их во Францию. Дары проснулись по типу наследия. Флёр, её мать и бабка уже пятый день не спят, колдуют над ними. Всё многим легче, чем у ваших двоих, но тоже остро и больно. — Билл через третьи руки передал Эйлин свёрнутые в рулон пергаменты. — Это мои заявления с просьбой об отчислении детей. — Лорд Уизли. Позаботьтесь, чтобы мне и Нанни был открыт доступ в ваш дом. Мы придём вечером. Осмотрим ваших дочерей. Вы должны были сообщить в общину… — Мы сообщили, Ваше Высочество, принцесса Аманда. К нам перемещалась вейла из старейшин. Выселили меня и сыновей из дома. Вейла- была у нас два дня. Пик девочки пережили. Нам уже разрешили вернуться домой. — Крылья? — Внутренние. Удалось не повредить. Их тянули до этого по три раза каждую. Бабушка моей жены очень тщательно следила за развитием их магии и доров. Крылья у них выходили на поверхность в семь лет. В девять спрятались. Крылья не большие сейчас. Есть вероятность, что подрастут и вылезут в момент их первой брачной ночи. — Эйлин тяжело выдохнула. — Терпенья вам, Билл и девочкам скорейшего полного выздоровления. Если нужна будет какая-то помощь, пиши. Если будем в состоянии помочь, поможем. Я передам отцу бумаги. — Вам бы со своими разобраться. У девочек реально всё многим легче выглядело. — Мы тоже пришли неприятные для директора новости сообщить. В школе в этом году никто из нас четверых работать не сможет. Девочки на длительный срок уезжают в Индию, и после возвращения, в школу не вернуться, а мы, пока на год это точно. Дальше загадывать не станем. Жизнь покажет. Нам с братом в школе очень нравится, не хотелось бы, чтобы навсегда. Гарри передай, мы в Англии, вместе постараемся страну не покидать. Длительных отлучек не планируется. Напишем ему завтра-послезавтра. — Эйлин лишь кивнула. Далинда поднялась со своего места, направляясь к двум своим крестным. Обняв Падму, девушка громко зашептала. — Это из-за меня, да? Из-за моей стихии? Вы, почему не сказали, что в положении? — Глупая! Ты чего придумала? В чём ты себя обвиняешь? У нас там снова по паре близнецов. Дети должны родиться одарёнными, возможно, такими как ты и твои сёстры. Возможно ещё сложнее их дары. Мы сами не знали, пока дед к нам не приехал. Он и сказал. Малышам для их развития нужна магия индийской земли. Мы вернёмся, перед самыми родами. Мы англичане и наши дети тоже. Рождаться жить наши малыши будут только на этой земле. У нас уже восемь детей на четверых. Младшим всего по два года. Ждём ещё четверых. Имея такое количество своенравных цветочков на домашней клумбе, на работу в школе у нас с сестрой не останется никаких сил. Это этим двум рыжим, чем больше вокруг них детей носится, тем они бодрее и жизнерадостнее. Мы будем писать и тебе и сёстрам. Частичка нас всегда рядом с каждой из вас. Мы должны были сделать больше, чем сделали, чтобы помочь вам с вашими дарами, но мы, правда понятия не имели и не понимаем до сих пор, как помочь. Пиши обо всём. Не стесняйся. И прости нас за всё. — Не за что прощать. Люблю вас. Вы для меня лучшие. — Три ведьмы крепко обнялись, прощаясь перед первым длительным расставанием. Нарцисса так же поднялась со своего места, чтобы попрощаться с крёстными матерями своих дочерей, и проводить их к аппарационной площадке. Люциус вопреки правилам хорошего тона остался сидеть на своём месте, лишь кивнув в знак прощания. Взгляд, которым он наградил двух индианок, был способен заморозить любого. Однако Калли внесла изменения, в его планы, резво вскочив с его коленей и вынуждая блондина подняться со своего места, чтобы попрощаться, как полагается, и пойти провожать гостей вместе с супругой. Колибри вернулась на своё место за столом рядом с Саймоном, переключив своё внимание на Маленькую Омели. Малышка явно была чем-то сильно раздражена.       Омели всеми своими силами старалась не реагировать на прямые, открытые добродушные взгляды Надежды Кощеевой. Женщина не скрывала своего любопытства и жалости, явно пыталась расположить к себе ребёнка, чем неимоверно злила и раздражала малышку, будоражила её и без того встревоженную магию. Омели попыталась сконцентрироваться только на том, что делала Аманда для Ригеля. Невидимые для магов манипуляции с магией подростка, явно возымели положительный результат. Ригель уже заметно расслабился. Ещё немного и челюсти можно будет отпускать. — Ты здорово так всё делаешь! У меня никогда так не получится. Твой дар очень быстро стабилизируется. Так могут лечить только одарённые. Только не делай лишнего. Дар его ты не спасёшь. Это не гоблины виноваты. Это я, глупая девочка. Я сказала Ригелю, про его дар. А он его не хочет. Совсем. Если бы я не сказала, он бы узнал о нём значительно позже. После того, как его дар полностью созрел и встал на своё место. Потом бы его желание уже не имело бы никакого значения. Ригель, ты совсем не желаешь быть сыном Марса? Вы маги говорите иначе — Берсерк. Он, уже может говорить. Отпустите вы его. Аманде мешает волчья аура. Сядьте на свои места уже. Она скоро закончит. — Ригель несколько раз открыл и закрыл рот. Пошевелил своей освобождённой из захвата челюстью. — Спасибо. Я успел напугаться. Нет, Ваше Высочество. Совсем не хочу. Этот дар очень сложный в освоении и жить с ним тоже очень сложно. Он свёл с ума слишком много магов в венах, которых имела место кровь рода Блэк. Он теперь точно слетит? Полностью? Если полностью я готов терпеть, сколько нужно. — Дурак ты, Ригель. За любое не принятие даров придётся заплатить. У всего есть цена. Ты не хочешь настолько искренне, что тебя услышали. Дар уйдёт. Но за это, скорее всего, заплатят твои дети. Вот родится у тебя дочь или даже внучка и наградит её Мать Магия этим даром. Для девочки это ещё сложнее. Такой дар принять, познать и научиться с ним жить. Не бывает действий без последствий. Так мой Клайд говорит. Играя в игры с Высшими силами, ты всегда в проигрыше, даже если выиграл. Нужно со смирением научиться принимать всё, чем они готовы тебя одарить. Ты думаешь, тебе одному так перепало? Мои крылья с рождения весят больше, чем я вся целиком, а венец, больше крыльев. Но это Её дары — такие крылья и такой венец. Я иногда голову утром от подушки поднять не могу, когда дар велит гласить, а рот в таких случаях имею право открывать только в святилище при полном параде в присутствии всех старейшин, всех Мудрейших, летописца и Владыки или наследника. Владыка, он не всегда в общине сидит иногда по несколько дней не имеет возможности вернуться, а мне приходится терпеть. Клайд, он учится за пределами общины, его часто нельзя отвлекать. Знаешь, как иногда хочется, самой себе все перья до единого вырвать только чтобы от меня все отстали хотя бы на два дня. — Ригель тяжело вздохнул. — Я не знаю, что вам ответить, Ваше Высочество. Я бы точно так не смог. Несмотря на ваши слова, я рад, что этот дар во мне выгорает. Буду молить Высших, чтобы они мне за это цену назначили. Чтобы я сам заплатил. Не смог бы я с этим даром жить. Для меня палочку боевым хватом взять и направить её на псевдоживой манекен это пытка. Жестокая и извращённая. — Вот и терпи теперь боль, которую тебе терпеть вообще нельзя. И моли Высших, чтобы дар не ушёл полностью, а переродился в то, к чему у тебя душа лежит. Тогда легче тебе будет. Если бы тебе брат не помогал, тебя всего бы уже заклинило, а не только челюсть. Что там с тем магом, который с вашими дарами-предрасположенностями от меня скрытыми помочь может? Нужно его позвать. — Не можем мы его позвать. Он не может к нам переместиться, только мы к нему. Он очень пожилой и по состоянию здоровья лишен возможности перемещаться любым магическим способом. — Плохо. — Сириус перевёл взгляд на Беллу, ища в её взгляде решение на не высказанный вслух вопрос. Белла взгляд юноши встретила, оценила, но продолжала хранить молчание. — Мама, Белочка? — Женщина лишь вопросительно подняла бровь. — Ну, чего-то сегодня молчишь всё время? Даже слова нам не сказала. Не смотри на меня так. Мы не думали, что всё вот так выйдет. Не было ничего. Что тебя понапрасну дёргать? Ну, появлялись бы мы у тебя ежедневно, всё равно бы ничего… только бы нервничала, а тебе нельзя. Мы же тебе письма каждый день писали. Всё так и было, как мы в письмах описывали. Ещё до завтрака сегодня всё было как обычно. Мы бы, если бы что-то новое раньше почувствовали, мы бы сразу к тебе переместились, правда, правда. Когда всё началось, … поздно уже было. Не молчи. — Женщина тяжело выдохнула. — Я если сейчас рот открою, Сириус, вы, куда все прятаться от меня будете? Поэтому я лучше помолчу, незачем гостей пугать. Муж вот, вслед за мной и сыном в дуэльный зал зашёл, защитник. Вспомнил, на ком он женат, до сих пор рот открыть боится. Заикается сильно. И сын в моём присутствии ни одной попытки мне заметной не предпринял в чужие мозги залезть и даже наставник сына –вампир между прочем от рождения, в мою сторону взгляд не поднимает. — Белла выдохнула, стараясь взять свои эмоции под контроль. — Он не сможет переместиться. Раньше ещё мог, если его сыновья переносили, последние лет десять уже, не может. Не хочу я с вами разговаривать. — Сириус, не отводя взгляда, продолжал смотреть на свою любимую тётю. Единственного взрослого в их большой семье, которого они с братом никогда не переставали считать своим другом. — Мама Белочка… — Чего так смотришь? Первый раз за день удосужился внимание на меня обратить и смотрит, как нашкодивший щенок. Пиздить мальчики вас всех некому и мне некогда. Причём не только сыновей, но и отцов. Один прости Мерлин, колдомедик ещё и с даром эмпата за сыном-подростком никаких странностей не заметил. На мои замечания только оправдания ему находил. Второй, мастер-наставник. Магистр менталистики даже не понял, что его связь с учеником больше чем шесть месяцев заблокирована на восемьдесят процентов. Даже мой собственный фамильяр, сына моего покрывает, чаще находясь рядом с ним, чем рядом со мной. Котёнок вроде, а упёртый словно мул. — Белла не заводись. Кайл уж точно ни в чём не виноват. И котёнок, я думал это Регулуса животное… обычное. Не знал, что это твой компаньон — Молчи, Эванс. Я тебе не разрешала, в моём направлении рот открывать. Когда сын был маленьким мальчиком, и было моё время заниматься его воспитанием, ты лез и мешал, боялся, что залюблю и избалую. Не залюбила и не избаловала. До его одиннадцати лет вот таких вот инцидентов не случалось у нас, хотя его дар себя проявил, ребёнку ещё семи лет не исполнилось. Он знал, что нельзя и почему нельзя. Без наставника знал. Без родительского ограничителя, учился сам себя контролировать и я его контролировала. Сейчас настало время твоего контроля и это уже пятый подобный случай. Сегодня крайне высока была вероятность, его похоронить. И это твоя родительская ошибка, Дадли. Твой просчёт и недосмотр. Почему ты, после первого замечания Гарри не вывел сына из комнаты? Не всыпал ему хорошенько, чтобы мозги на место встали? Ты забыл? Ни один колдомедик не смог внятно ответить на вопрос, что происходит с близнецами? Ты же сам этих колдомедиков для пацанов по всему магическому миру искал. Нет, ты не посчитал важным, не обратил внимание. Гарри и Северус ведь рядом. Они, если, что не так, всё исправят и внушение родительское сделают и даже выпороть сами способны. — «Гарри, помоги зачать» — «Пожалуйста, родные: вот вам накопители с моей магией». — «Гарри, помоги выносить» — «Пожалуйста, дорогие, живите всё в моём доме». Пять сумасшедших беременных баб и у каждой своя неприкосновенная территория должна быть, чтобы они себя хозяйками чувствовать могли. Дом по сей день в себя прийти не может после такого. Роды принять? Снова Гарри. Зубы лезут — Гарри. Колики — Гарри. Шалят малыши? Не слушаются? — Северус. Этап становления ядер — Северус, Гарри. Учить время пришло — Северус. Заболели чем-то сложнее простуды — Гарри. Развлечь, отвлечь — Гарри, Северус. Мир показать — Гарри, Северус. Наказать — Северус, Гарри. В школу собрать — Гарри. Проводить — Гарри. Проследить за каждым в школе — Северус. Какие-то дети у нас странные стали. Подростковый возраст? Дары? Ядра на этапе возрастных пиков? Не, не слышали про такое. Гарри с Северусом разберутся. И всё исправят. А у меня жена не целована. Всё ей одной налюбоваться не могу, только на неё и смотрю. Любимая работа, увлечения, коллекция давно не пополнялась, балы, приёмы, совещания, пациенты, ученики, отчёты. А вы все не охренели, господа? Воспитание подростков это обязанность мужчин. Контроль состояния их магии — это обязанность мужчин. К одиннадцати годам «эмоциональные пуповины», что детей с матерями связывают, полностью истончаются. Дети от матерей отгораживаются, закрываются, пытаются самоопределиться, проявляют границы дозволенного. Только авторитет и чуткость отца может помочь. Только вы способны заметить, что с детьми что-то происходит и обратить на это наше внимание. Люциус, ты за дочерьми странностей не замечал? Сколько раз ты водил их к колдомедикам? К гоблинам? Почему тебе Гарри сообщает, что у Далинды сложный новый дар открылся, а не ты ему, как отец наставнику? Райли — твоё воспитание оно, в чём вообще заключается? Выпороть? Губы сжечь сигаретами, которые они из моих рук получили в присутствии ещё трёх колдомедиков и вас двоих. Оценки занизить? В доме закрыть? В школе обращаться исключительно по фамилии, причём не полной фамилией. Ты в школе, профессор БлэкВэст. Так ты себя представляешь.А твои дети только Блэки. Да ты право имеешь этой фамилией пользоваться, только потому, что они твои сыновья. Это их магия нарекла наследниками новой ветви рода Блэк. Вы с Юлией, получили фамилию Блэк в дар. Это фамилия для вас ДАР. Вместе с новыми жизнями вам подаренная. Дар, который нужно ценить и отрабатывать. Вы и на тот свет с этой фамилией отправитесь. БлэкВест, их всего двое — Сириус и Ригель. И для них это тоже дар и они его уже отрабатывают. Вот прямо сейчас. И наша родительская обязанность им в этом помочь. Не наказать, а помочь. Не Гарри и его сыновья, экстренно собрав полмира помощников, должны увидеть и помочь. А каждый из нас своему отпрыску. Алекс, какой дар проснулся у твоего сына? — Алекс удивлённо приподнял одну бровь. — Никакого. Нет у Мицара дара. Только предрасположенность к рунам. Ну и то, что он умеет оборачиваться волком. Если считать, что он не оборотень, а маг в первом поколении, то получается, что мои дети ранние анимагии. — Уверен? А то может ты и здесь ослеп на оба глаза? Нюх у тебя отшибло, раз ты беременность жены не смог распознать и почувствовать. А мы сейчас это проверим. Ваше Высочество, принцесса, Омели. Не могли бы вы, внимательно посмотреть на вот этих двух подростков и сказать, есть ли у них дары от Матери Магии? — Есть. У всех детей за этим столом есть магические дары. Только я у всех не вижу. Я только у тех, у кого от вейл дары. И ещё немного вижу у тех, у кого от волков. Ваш сын он от меня закрывается сильно. У него ещё два дара помимо основного и они уже встали, а основной не встаёт потому, что ему наставник совсем не подходит. Его дар к ментальной магии, он от волков или от оборотней в кошачьих, а не от вампиров. У волков и кошек очень схоже всё. Нужно чтобы их мастера смотрели и определили. От вампиров у Леди Рейвенкло ментальный дар. Все расы разные и способности у нас разные. По-разному проявляются, по-разному встают. Почти каждый за этим столом умеет защищать свой разум, это либо врожденная способность, либо приобретенная. Почти все умеют и каждый по-разному. У всех магов есть общее. У вейл своё общее, у волков своё, у кошек с волками похоже, но немного разное. Лисы и вовсе в чужое сознание не могут проникать. Их почти невозможно этому научить. Только в правящей династии есть способность к обучению, но и она небезгранична. При этом к любым лисам никто не пролезет в сознание. У них не щиты на разуме, у них там горные массивы у всех. У вашего сына этот дар, он тоже по типу наследия развивается. Ему нужен наставник-волк. Или кот. Он ему ментал заблокирует на время. Потому, что это необходимо. Ему нужно призвать и познать своего зверя. Не вытянет человеческое сознание такую нагрузку без помощника. Наставник у него не маг, он магик. Поэтому иными критериями мыслит и не понимает этого. Тотем нужен, только потом уже ставить этот дар и развивать его. После того, как тотем придёт, дар сам встанет. Вампир-наставник не подходит. Он не сможет помочь со зверем. Без зверя ваш сын наставника блокирует. Не специально. В головы чужие лезет, даже не чувствует. Он и ко мне пытался залезть. Это из-за искажения связи наставник-ученик. Связь его может с ума даже свести. У волков менталисты, да ещё и с уклоном в целительство разума большая редкость. Крёстный вот совсем не сможет с этим помочь и Саймон не сможет. Нужен сильный менталист. Сильнее чем они. После того, как у волка закончит обучение, сможет вернуться к вампиру. Уникальный он тогда будет специалист. Единственный. Их нужно к гоблинам сводить всех. Я же не всё вижу, только то, что совсем на поверхности. У брата с сестрой по несколько даров. Только они их от всех прячут и дары их ещё не встали. Года два как проявляться начали. Я не знаю, как называется дар, когда человек способен быстро, быстро прочитать и усвоить много информации, а потом выбрать из этого самое главное и сделать выводы. — Это называется аналитика, Ваше Высочество. Огромное спасибо за ваши разъяснения. — Значит, волчонок-аналитик. Но это не основной его дар. Самое основное для него, самое важное — это то, что у него есть сестра. Его сестра — это огромный дар Матери Магии. Вся целиком она дар и волчонку это известно. Такие ведьмы как она почти не рождаются. Он её бережёт и охраняет, потому, что ей нужно вырасти. Стать взрослой. Я не могу понятнее сказать. И леди Принц младшая — она тоже дар. Другой, но дар. — Слышал, Алекс? Вот я больше чем уверенна, опустим сложные дары, их очень немногие могут разглядеть. Но вот дар аналитика, ты у любого студента своего училища определишь. Максимум через десять дней после поступления ч и наставника за ним закрепишь. — Невилл? Нико? Что вы можете про своих детей сказать? — Что у нас очень одарённые дети. Подробностей не жди, Белла. Их не будет. У нас две лисички, совершившие свой первый оборот в четыре года. Волчонок и медвежонок. Причём не панда, а маленький гризли. С остальным всё сложно. У каждого есть что-то вампирское, что-то волчье, что-то от вейл. Пока не выгорит всё второстепенное, никто ничего не узнает. Всё точно не сохранится. Даров много и они друг другу мешают. Они маленькие ещё, но я уже сейчас сомневаюсь, что мои дети смогут посещать школу. Скорее всего, до пятого курса Хогвартса они будут учиться на дому, а я буду на дому работать и спать все трое мы будем вполглаза и вполуха. — Вот так про каждого своего ребёнка мне должен был ответить каждый из отцов. Чего вы все сидите? Алекс, у Андромеды уже глаза изменились, веди жену на охоту. Или ты ждёшь, пока это сделает Саймон? Дадли, бери сына, его наставника и идите проводить ритуал расторжения наставнической связи. Сейчас идите. Завтра с утра проведём обряд и поставим мягкий родительский ограничитель, завязанный на тебя. Пока наставника сыну не найдём, хоть суровыми нитками его к себе пришивай, но ты должен знать о нём всё вплоть до частоты дыхательных движений в минуту. Полумна, если ты приемлемо сейчас себя чувствуешь, бери младших и ведите их в игровую комнату, Лизи тебе поможет. Хватит им уже уши греть, сейчас разволнуются ещё у них, чего-нибудь так зазвенит, что без помощи некроманта будет не обойтись. Нарцисса, ты допила уже свой кофе? Расскажи Августе, куда и как нужно смотреть за даром твоей самой старшей дочери, которую мы сегодня все увидели, но пока не очень познакомились. Чтобы бабушка, в случае необходимости могла привлечь внимание твоего зятя, у которого, чтобы самостоятельно за всеми уследить, должно быть как минимум три головы. Мы с тобой сейчас пойдём Юлии совместное сестринское внушение сестёр Блэк проводить. Совсем у неё что-то беда с инстинктами и в голове бардак. Каждая из нас троих, пробовала по два раза ей мозги на место поставить, не помогло. Значит, пришло время сделать это коллективно в дуэльном зале. — Я с вами, девочки. Мне на охоту сейчас не нужно. На охоту я ночью пойду. Глаза, это я сама. Чтобы моё второе «Я» к вам ко всем привыкало. Чтобы помочь волчице вас всех принять. Если вам неприятно это я уберу. А Алекс, он сейчас пойдёт своего зверя выгуливать и детей с собой возьмёт. — Андромеда не меняя выражения лица, не поворачивая головы в сторону мужа и детей, продолжала пить свой напиток с ярко выраженным ароматом трав. — Я сейчас допью отвар, его нужно пить медленно. Потом зелья и мы сможем идти. — Это хорошо, что с нами. И тебе перепадет от нас с Нарциссой. Заслужила. Глазами ты нас не испугаешь. К такому мы привыкнем. Это даже красиво. Делай всё, чтобы твоему животному рядом с нами было комфортно. Говори нам, что нужно делать, чтобы тебе помочь. Всё это возможно пережить, вы только все живите. Совершайте глупости, делайте ошибки, шалите, огрызайтесь, орите, отстаивайте своё мнение, только живите. У Гарри и Северуса младшие на грани жизни. От пруда магией некро тянет с каждой минутой всё больше… — Белла как-то заметно сникла, опустив плечи. Выдохлась. — Они справятся, Белка. Они их вытащат. Нам бы только за этими уследить, чтобы им ещё кого-то не было необходимости вытаскивать. Ты всё правильно сказала. Твою старшую племянницу зовут Калли. Она эмпат, поэтому пока мы не проведём все нужные обряды, тесного и открытого знакомства не будет. Когда находитесь рядом с ней нужно стараться не фонтанировать эмоциями. Не вызывайте пожалуйста обычных домовиков. Можно Кричера. Проведём обряды, сыграем их с Саймоном свадьбу, тогда и сможете хорошо её рассмотреть и познакомиться. Если Калли перестаёт справляться её аура начинает полыхать преимущественно оранжевым или алым. В таких случаях можно начинать беспокоиться. Звать Далинду, Саймона, Драко, Мэтта. Кого-то одного, а лучше всех разом. Калли не такой эмпат, как Дадли. Она в разы сильнее, как губка впитывает в себя любые сильные эмоции. Для подростков отмечу особо, в присутствии Калли лучше палочку вообще не доставать. — Нарцисса приветливо улыбнулась старшей дочери. — С этим мы способны справиться. — Сириус и Ригель поднялись со своих мест и вместе подошли к Белле, обнимая её со спины. — Мама Белочка, тебе нельзя волноваться. Всё хорошо будет и с нами и с мелкими. Папа Гарри не первый раз души мелких ловит и сейчас поймает. Им всем девятый год идёт. С нами так тоже было. — В год, в три, в пять было, в семь снова было. В восемь и в девять дважды. В двенадцать трижды. В тринадцать и сейчас снова почти уже нужно ловить. — Белла выдохнула. — Нельзя волноваться, так обнимайте крепче. — Регулус тоже встал со своего места и, опустившись перед матерью на колени, уложил свою голову ей на колени. — Ма! Я не хотел навредить. Я не думал, что так всё получится. Я помочь хотел. Я же знаю, что вы с папой всё время пытаетесь понять, что с ними. И Кайл пытался в Германии, и Гарри. Я думал, у меня получится хоть немного вам помочь. Я хотел помочь. Они утром совсем странные были. Водоросли эти… я, правда, хотел помочь. Я себя контролирую. Что с наставнической связью не знаю, но я почти всегда контролирую дар. Если только не осознаю, что не контралирую. незнаю! Я научусь. Если чувствую, что не справляюсь, я от всех ухожу, как ты учила. Тебе сейчас плохо и сестрёнке плохо. Твои эмоции её пугают. — Ты и помог. Ты даже не представляешь, как ты нам помог, Регулус. Это всё, всё равно бы произошло, не утром, так вечером, не сегодня, так завтра. Только если бы это в другом месте произошло, … если бы не было рядом Теодора и Саймона и остальных. Нас бы даже папа Гарри не смог бы спасти. Так, что ты помог. Сам чуть не умер, а нам помог. Мама Белка, не наказывайте его больше. Если наказывать ещё собираешься, тогда всех троих. Вот мы поправимся и накажешь. И с Юлией вы там не увлекайтесь, а то я вас сестёр знаю. Она не здорова и Андромеда беременна и ты. Если с тобой, как с Юлией… — Ригель с каждым словом снижал громкость своего голоса, последние слова он буквально шептал Белле в самое ухо, чтобы не слышал никто, кроме неё. — Сириус, ты меня сейчас задушишь. Вымахали жеребцы. Вот вы оказывается какие, совсем даже и не гномики. Эльфы с крыльями. С моей дочерью, пока она в моём чреве ничего не случиться. Она в полной безопасности. Там у меня дочь рода Блэк, а не трусливый тушканчик. Не пугается она моих эмоций. Вы у Старого давно были? Если он не может переместиться и вам к нему сейчас нельзя, возможно сыновья его смогут помочь, они же тоже одарённые. Не такие, как отец, но дар-то у них есть. Или живность свою в Поттер-холл перемещайте. Я вас, чертенят зачем к нему отвела? Зачем познакомила? Вы обещали регулярно заниматься. — Мы занимаемся. Почти ежедневно. Вчера у него были и позавчера. Он про тебя спрашивал. Долго вчера за нами наблюдал, но ничего нового так и не рассмотрел. Все свои и твои записи перечитал, но ничего необычного не было. Сыновья не смогут. Они сейчас во Франции и ещё месяц не вернутся. Там все строительные работы ещё два месяца назад завершились. Он и Марша тебя в гости зовут. Папе Гарри только живности нашей здесь и не хватало. Если лошадей перемещать, то хвостатые за ними увяжутся, не смогут их домовики удержать. Ты же знаешь, Юлия живность вообще не терпит, а эти будут везде за нами ходить. Им всё равно в доме, на улице. Мы их даже из столовой выгнать не сможем. Для лошадей, тоже геморрой. В местных конюшнях для них места нет. Для них нужно стоила переделывать. Барьеры ставить. Не будем же мы их каждые три часа туда-сюда перемещать. Два дня на это нужно, не меньше. С ними так нельзя. Это тебе не обычные жеребцы, которым всё равно. Если перемещать, то на восемь-десять часов. Хамелеоны с нами. Сами переместились и не уходят от нас. Они помогают. Не готовы пока с вами со всеми знакомиться, но они рядом. — Переживёт, Юлия. И остальные переживут. Привыкнут и переживут. Без стоил, перемещайте. На квиддичном поле нормально им будет. Выдержат десять часов. — И превратят поле для квиддича в поле для посадки картофеля. — Алина восстановит. Вам нельзя спать. Животные вам помогут. Беременным в их желания отказывать нельзя. — Сириус закатил глаза, услышав последний аргумент женщины. — Ладно. Я напишу Старому. Он подготовит живность к перемещению. Часа через три животные будут здесь. С Гарри и Северусом будешь сама объясняться. И Юлию успокаивать тоже будешь ты. Мы сегодня ни на один вопрос отвечать не будем. — Договорились. За это, ты катаешь меня на своём Весте. — После этого Дадли от инфаркта кто лечить будет? Ты уже определила? — Переживёт. Я когда Регулуса ждала, меня Гарри на мотоцикле катал, а здесь всего лишь жеребец. Дадли видел меня в седле и не раз. Мне нужно снять стресс. — Кричер! Миленький принеси перо и пергамент. И ещё кофе твоего очень хочется. Если Саймон разрешит, а если не разрешит, значит, чай «ЭрлГрей». Чёрный. — Получив от расторопного домовика требуемое, Сириус добродушно ему улыбнулся. — Кричер, часа через три, может чуть меньше на территорию поместья переместятся две домовушки. Ты их не встречай и чтобы к ним никто не приближался. Они переместят животных и уйдут. — Чьи домовики? Если их роду не разрешён доступ, не смогут переместиться. — Домовики рода БлэкВест. Наши личные домовушки-няньки. Лоя и Хлоя. Нам их Гарри дарил на первый наш день рождения. Они главой рода отмежеваны от основной общины рода Блэк. — У этих достойных мудрейших эльфиек доступ в поместье не ограничен. Кричер будет рад их видеть. Разрешите им навестить общину и Винки с маленькими эльфиечками. Она будет рада увидеть подруг. — Лоя и Хлоя переродились. Они не могут долго находиться в особняке, но на десять минут навестить Винки, они спустятся в ваши норы. Остальные, кто желает их увидеть, пусть выходят в сад. Они как смогут сами к тебе подойдут. Проводишь их к Винки. — Кричер кивнул в знак согласия и переместился, издав громкий хлопок.        Сириус вернулся на своё место и начал спешно писать письмо. Убористым почерком, быстро исписав две трети пергамента, юноша сложил своё послание, запечатав его в конверт. Заставив проявиться перстень на безымянном пальце своей левой руки, молодой маг ловко поставил на конверте гербовой оттиск и тихо свистнул. Осмотревшись по сторонам, замер словно чего-то дожидаясь. Через минуту, на плече молодого человека, словно из ниоткуда материализовался большой угольно-чёрный филин, яркими жёлтыми глазами с платиновым кольцом с изображением заметно изменённого герба рода Блэк на левой лапе. В чём именно заключались эти изменения Райли, следивший за действиями своих сыновей, ответить себе не смог. Основа: серебряное повышенное стропило на черном поле, разделяющее две серебряных звезды и серебряный меч осталась, но появилось ещё что-то. Что Райли рассмотреть не смог. Птица издала клокочущий грудной звук и клювом зарылась в голову Сириуса, начал ловко перебирать волосы. — Грим! Грим, уймись. Прикоснешься к ушам, я из тебя чучело без чар анестезии сделаю. — Филин, оторвался от своего занятия, презрительно ухнул, вновь занялся волосами юноши. — Да, я это, я. Хватит изображать из себя курицу-наседку. Доставь письмо Старому. Если пожелает ответить, дождись. И без своих этих выкрутасов. Примешь угощение из чьих-то рук, кроме моих — моим почтальоном тебе более не быть. — Филин, снова отвлёкся, трижды моргнул, словно обдумывая услышанную от хозяина информацию, взял письмо из рук юноши в клюв, резко взмахнув крыльями, взлетел, практически мгновенно растворяясь в пространстве. — Эту птицу у нас с Лизи заказывали гоблины французского отделения банка, вместе ещё с девятью филинами. — Сириус на слова Нико лишь недоумённо пожал плечами. — Не знаю, кто и каких птиц у вас заказывал. Это Грим. Мой почтальон. — Филин, лошади, фамильяры, кольцо с гербовой печатью, ключ от банковской ячейки. Мне осталось только выяснить, сын. Где вы всё с братом всё это содержите и храните так, чтобы я ни о чём не знал и ничего не видел? — Не видишь, потому, что не хочешь видеть и замечать. Ты не знал, что у нас с Ригелем на пальцах имеются перстни наследников рода БлэкВест? Любой перстень лорда или наследника может в случае необходимости исполнять функцию печати. Я свои письма иначе уже давно не подписываю. Просто у нас с тобой не было повода вступать в переписку. Ты работаешь в той школе, в которой мы получаем образование. Мы не шлем, друг другу письма, не обмениваемся посылками и даже на то, чтобы просто поговорить в формате «ни о чём и обо всём», у нас зачастую нет времени. Животных мы содержим на территории земель своего рода. Нам с Ригелем Гарри и Северус животноводческие территории и сельскохозяйственные угодья подарили, когда нам был год. На наше семилетие ещё Люциус и Элиас дарили землю. Когда нам исполнилось двенадцать, мама Белла помогла все эти территории объединить в одну капсулу, чтобы можно было использовать их по назначению. Чтобы земля работала и приносила роду стабильный доход. Земля подаренная Регулусу так же работает, как и земля Мэри и сестёр Малфой. — Земли, подаренные девочкам, работают под контролем Люциуса и Элиаса. — Вот деду и Люциусу больше заняться нечем, кроме как приданным дочерей распоряжаться. Этот подарок на далёкую перспективу. Головная боль самих девочек и их избранников. С управлением их имущества сестрам Малфой помогает Мэтт. Мэри сдала свои земли в аренду лорду Каркарову, до того момента, пока она не выйдет замуж. Сейчас на её личный именной счёт в банке регулярно поступают средства от арендатора плюс порядка семи процентов в год, от прибыли, получаемой Грайгором от использования данных территорий. — Почему, мне в таком случае ничего об этом не известно, что земля рода как вы сказали «работает»? Гоблины в своих регулярных отчётах о финансовом состоянии и доходах семьи мне об этом не сообщали точно. — А какое отношение имеют финансовое положение дел семьи к делам рода БлэкВест? Ты Райли Блэк и твоя Супруга Юлия Блэк. вы получаете отчёты о том, сколько денег за отчётный период вы заработали, сколько потратили, ну и еще, сколько прибыли поступило в ваш сейф от тех денег, что от вашего имени были вложены Гриппухом в предприятия родов Блэк, Поттер, Принц, Малфой, Лонгботтом. Всё. Ты как глава семьи и наш отец, можешь о делах рода спросить только у нас самих, если тебе вдруг станет это интересно. Вот как сейчас, например. Ты спросил, я отвечаю. Папа Гарри, если пожелает, может сделать запрос у своего управляющего и узнать ежеквартальную сумму наших доходов и расходов. Сейчас он этого не делает. Регулярно проверяет расход средств с наших ученических сейфов и всё. И то, как проверяет. Спрашивает у Гриппуха, не превышали ли мы оговорённый лимит и всё. У него и без этого дел выше крыши. Он и вас с Юлией и Беллу с Дадли и Регулуса так проверяет. Это его обязанность как главы рода, проверять, сколько мы тратим, а как зарабатываем это личное дело каждого. — То есть я могу поинтересоваться как именно вы зарабатываете? — Можешь. Мы работаем. Сфер деятельности несколько. Ну, например, у нас есть хлопковые поля. Хлопок мы выращиваем исключительно на экспорт. В Англии этим торговать не рентабельно. Здесь, почти единоличную монополию удерживает род Гойл. Есть фруктовые сады. Поля под засев злаковых культур. Урожай собираем дважды в год. Есть небольшая паучья ферма и несколько ткацких станков, но это не совсем наше. Здесь мы скорее больше выступаем как арендодатели. У меня с химерологией так себе. Разведением и содержанием акромантулов занимается наш партнёр. Только тридцать процентов всей прибыли нам перепадет, плюс стоимость аренды. Шёлк мы тоже производим исключительно под заказ и только на экспорт. Иначе нам Драко по шапке так настучит, мало не покажется. Производство шёлка из нитей акромантулов на территории Англии это бизнес его жены. И она же является единственным легальным поставщиком подобного рода ингредиентов на английский внутренний рынок. Ну и по мелочи, много всего разного. На земле работают в основном домовики нашей общины. Есть несколько наёмных тружеников. У рода блэкВест имеется две семьи вассалов. Их нам тоже Гарри подарил вместе с землёй. Вернее он подарил только землю, а эти люди на ней жили. Вот и получилось, что выселяться им было некуда. Вассальная клятва роду Блэк давно не обновлялась. Они дали присягу нашему роду, как младшей ветви рода прежнего сюзерена. Именно они в основном производят контроль, за всем этим хозяйством пока мы в Хоге баклуши бьём. Всё? Я могу уже чай попить. Мне Кричер уже второй раз кружку меняет. Чего вы все так замерли и притихли? Вроде все в курсе были, что мы не нищие сиротки. Состоятельные наследники род, при живых родителях и покровительстве главного рода одного из богатейших домов магической Британии. — Три сестры Блэк синхронно поднялись со своих мест, едва ли не силой утаскивая за собой отстранённую, словно зомбированную Юлию. Младшие поднялись и едва попрощавшись, вышли из-за стола вслед за Полумной и Лизи. Алекс увёл в парк слегка сопротивляющихся, заметно недовольных двойняшек. Кайл, Дадли и Регулус отправились в поместье. Перед тем, как Регулус СтаркБлэк отошёл от стола, его окликнул Африка, который весь обед словно находился в состоянии транса. — С самого начала трапезы, как только ты без стука, попытался пролезть в моё сознание, пытаюсь пробить твои щиты. Даже маленькой лазейки не нашёл. Есть сомнения, что у тебя этот твой дар вообще от кошачьих. Я не слабый менталист. Ученик Магистра. Да и обод на моей голове не слабое такое преимущество. Как у тебя ещё мозги не сварились, от такой нагрузки. Может быть, это всё-таки от лис? Скарабей, ты хоть куда нибудь смог пробраться? — Амон отрицательно покачал головой. — Даже когда за тобой следом пытался, меня выкидывало на десятой секунде. Через наставника пытался, тоже не вышло. К вампиру я в голову смог залезть и он меня только через четыре минуты вычислил. Даже с его полного одобрения, помощью и защитой, парень нас всех блокировал ещё на подступах. Не наш. Схема защиты точно кошачья. Молодой человек, вам когда-нибудь снились животные? — Регулус кивнул. — Снится иногда. Кошка не очень крупная, белая с чёрными пятнами и с чёрными кисточками на ушах, как у рыси. Вроде не рысь, но и не ирбис. Он редко снится и словно в тумане. Чаще всего вижу только морду. Пока вы не спросили, я об этих снах и не думал никогда. Просыпаюсь, почти сразу забываю. — Наставника тебе наверное лучше всего искать у кошек в России. Но могу предложить уехать со мной в Африку. Месяцев за десять наш шаман поможет тебе призвать своё животное и стабилизирует твоё сознание. Дольше он не согласиться. Но если идти классическим путём поиска духа тебе года четыре нужно, у тебя столько времени нет. Через десять месяцев максимум год вернешься и продолжишь своё обучение здесь или у Русских. Теодор к Тайге обратится, найдут для тебя в рысьей стае наставника. Потом к вампиру своему вернешься. Думай, с отцом посоветуйся, с наставником. Если ты категорически против, я домой отбуду через два часа. Если согласишься, задержусь до рассвета, чтобы ты собраться успел. Сейчас наставник твой с тебя контракт снимет, тебе нелегко придётся. Родительский ограничитель слетит через сутки максимум трое. — Не отказывайся, пацан. Африканцы с чужаками знаниями не делятся. Только личное покровительство и добрая воля наследника даёт тебе эту уникальную возможность. Я понимаю, что ты не хочешь уезжать сейчас. Волнуешься за мать и хочешь дождаться рождения сестры, но ты уйми свои эмоции. Другого такого шанса у тебя не будет. Ты вернешься, малышка едва сидеть научится. Ты её, оставаясь в Англии, будешь видеть не часто. Ты большую часть года в школе живёшь. Года два-три, пока она немного подрастёт и научиться тебя узнавать у тебя для путешествий есть. Езжай в Африку сейчас. Вернёшься. Отдохнешь немного. Мы тебя в Россию снарядим, к рысям. Там может и у Вейл погостить удастся, потом у лис. В большой стае волков тоже есть сильный целитель разума. В семнадцать вернёшься, сдашь школьные экзамены вместе со своими однокурсниками и к вампиру своему кумиру любимому под крыло и полный контракт. Он сбалансирует твои способности и полученные знания, доведёт до совершенства твой ментал. Наследие к тому времени уже точно на спад пойдёт и перестанет совершать попытки тебя убить или сделать из тебя идиота клинического. — Саймон внимательно посмотрел на Кайла, тот ненадолго смежил веки, в знак своего одобрения. — Пап? А мама разрешит? А ты, что думаешь? — Я думаю, что нужно поступать так, как велит тебе твоя интуиция. Я тебе с твоим даром сам помочь, не способен. Ты свою жизнь ни с чем иным, кроме как с этой своей способностью связывать не желаешь. Значит нужно сделать всё возможное, чтобы развиваться в этой сфере максимально продуктивно. Так, чтобы живым остаться и с ума не сойти. Мамино мнение мы прямо сейчас пойдём и узнаем, пока они там ещё не разогнались до полной крейсерской скорости и ещё могут на нас отвлечься. Там и Нарцисса и Андромеда и Юлия своё мнение выскажут. А школьные знания? СОВЫ ты хоть сегодня сдать готов. Мы с тобой это ещё в конце прошлого года обсуждали и проверяли. ЖАБА? Будут нужны, так сдашь, а нет, так и без них проживёшь. Я же живу без этой бумажки в магическом мире уже больше десяти лет. СОВ твоя мать меня вынудила сдать, а под эти ЖАБА ваши я так и не подписался. Если что, вместе и будем сдавать. Чтобы тебе одному не скучно было. Идём? — Дадли повернулся, обращаясь к Африке. — Вы дайте нам полтора часа. Мы сообщим вам своё решение. Но знайте за жизнь и здоровье своего сына я не с вас, я с Теодора спрашивать буду. И в случае чего так спрошу, что каждому из вашей дружной компании прилетит, отскочит и снова прилетит. — Африка вполне серьёзно кивнул, подтверждая, что к словам отца относится крайне серьёзно и его угрозу за пустой трёп не воспринимает. — Я дождусь. Скажите матери, сын сможет ей писать, хоть и не чаще одного раза в два месяца, но сможет.       Омели немного склонившись к вновь расположившемуся на соседний от неё стул Саймону, громко зашептала — Бета Саймон? Мага к вейлам? Вы с ума сошли? Чем вы его гримировать собираетесь, чтобы он по территории поселения мог без опаски передвигаться? У нашего мастера разума учиться — это не меньше пяти месяцев, а если ещё и Мудрейшую подключить не меньше семи выйдет. Он же не может семь месяцев в комнате под замком сидеть и на улицу носа не показывать? — Захочет получить закрытые от других знания и дольше сможет. Некоторые годами монашеские кельи не покидают, постигая мудрость сакральных знаний закрытых библиотек. После возвращения из Африки, он сам себя будет способен загримировать так, что никто ничего не поймёт. Ещё и летать без крыльев научится, а зрители таких полётов крылья за его спиной смогут рассмотреть в мельчайших подробностях. Вот увидите. Меня летать учил Африка. Если, что мы его в пышных юбках ваших платьев будем прятать. К вам под юбку никто не посмеет заглянуть с проверкой. — Вейлочка захихикала. — Вы шутник, бета Саймон. А крёстный, он умеет летать без крыльев? Его кто учил? Тоже наследник Амон? — Ваш крёстный в Дракон приехал ливитировать и трансгресировать умел так же легко, как и просто аппарировать. Он очень высоко умеет над землей своё тело поднимать. Я так не умею, я высоты боюсь, и никто в Драконе из бескрылых, так не умеет. Наверное, его кто-то из отцов этому умению обучал. Я не знаю. Только я вам про это вообще не говорил. Ни единого словечка. Если вы у него спросите, он вас скажет, что волки не летают. — Вейла тяжело вздохнула — И не поют, и на гитаре не играют, и на саксофоне тоже. Не плавают ещё И крестниц своих, самых любимых и самых замечательных девочек-дочек, этому не учат. — Далинда склонилась к наигранно-демонстративно расстроенной малышке. — Я умею на гитаре, и петь немного умею. Трансгрессии и левитации меня в прошлом году наставник обучил. Не хуже, чем Теодора. Это его были слава. Я не видела ещё, как Теодор трансгрессирует. Вы подрастёте немного, и я вас сама научу. А на саксофоне умеет играть лорд Лонгботтом, который Невилл. Если его попросить, он не откажет. — Ваш наставник, лорд Блэк? Он вас учил? — Далинда кивнула. — Да он много чему меня научил. — Лорда Лонгботтома нужно просить, Ваше Высочество, а мне и Ригелю вы можете просто приказать. Мы научим вас и на гитаре и на саксофоне. Как только пожелаете, сразу начнём. А вейлы сами для себя музыкальные инструменты делают? Как-то по-особенному? Есть у вас такого рода умельцы-мастера? — Девочка широко и открыто улыбнулась. — Есть мастера. У вас музыкальные инструменты горят и портятся быстро, да? Вы напишите письмо, какие инструменты вам нужны. Эскизы нарисуйте если хотите, чтобы они как-то по-особенному выглядели. Ещё нужны отпечатки слепков магии или магические подписи тех, кто на этих инструментах будет играть. Я вам скажу, что нужно на конверте написать. Мы вместе отправим письмо в общину. Мастер быстро вам любой инструмент сделает. Только платить сами будете. Сколько он скажет. Я сама, писать ещё не умею, но печать свою на ваш конверт и письмо поставлю. Мастер вам не откажет. Музицирование вашей магии должно помочь. Вы мне с каждой минутой нравитесь всё больше и больше, Одноликие. Вы умеете выхватывать самую суть. Для любой принцессы просить, это самая большая трудность в мире. Мы не умеем просить, нас с младенчества учат приказывать и повелевать. Только вы больше при мне со своим отцом так не разговаривайте. Иначе я с вами тоже не буду разговаривать. Вы его очень расстроили и обидели. Нельзя так с родителями. Даже если вы финансово самостоятельные, независимые. Даже если родители чего-то не понимают, не знают, не видят, не умеют, не делают, с ними всё равно так нельзя разговаривать. Родители это наши крылья. Лишишься одного крыла превратишься в инвалида. И ничего уже в жизни не будет получаться так легко, как тем, другим людям, у кого два родительских крыла. Нужно будет прилагать в десять раз больше усилий, чтобы достичь минимального результата. Родительская поддержка и благословение — это самое ценное, что есть у каждого ребёнка. Поэтому так важен обряд крещения и назначение духовного отца или матери. Родители иногда устают, путаются, ошибаются, чего-то не умеют, что-то плохо у них получается. Иногда они умирают… Уходят слишком рано. Тогда крёстные их страхуют, не давая детям упасть, лишиться ощущения полёта. Больше никто на такое не способен, только крёстные. У меня, благодаря крёстному есть целое, здоровое родительское крыло и ещё обломанная четвертинка от Владыки. Но это всё равно больше, чем ничего. Владыка не виноват, что всё так, как есть. Он делает больше, чем может. Владыка умер почти три года назад и жить продолжает вынужденно, словно по инерции, потому, что крылья Клайда ещё не готовы нести бремя власти. Потому, что я ещё не умею летать. Потому, что он поклялся Ей. Ваша мама, он такая же, как Владыка. Она умирала однажды с единственной мыслью, что за всю прожитую жизнь не единого дня не была любима и не любила. Она и детей-то всегда хотела не потому, что хотела, а потому, что у всех женщин, которых любят, у них у всех есть дети. Она умирала долго и часть её человеческих чувств уже успели улететь за грань бытия. Некромант, с позволения Неживых Высших, смог вернуть её жизнь. Через сложный обряд помог ей переродиться. Она выздоровела и живёт. Только те её чувства, что успели отмереть и улететь. Они и сейчас там. Из-за грани ничего без последствий вернуть нельзя. Те чувства, которые она, умирая, посчитала малозначимыми для жизни, улетели. Эмпатия ко всем без исключения расам и живым существам, любовь к взрослым детям, сочувствие чужим невзгодам. По её мнению любви достоин только муж и маленькие дети. Другие члены семьи — это всего лишь родственники. Между родственниками нет любви. Они просто рядом, просто вместе. Потому, что так у всех. Так правильно. Животные — это пища или ингредиенты. Цветы, только для украшения интерьера и сада. Дарить цветы бессмысленно. Люди это люди, а все остальные, что не такие, как все — это твари, животные, слуги, источник ингредиентов. Я уверенна, на её зов ни один ушастый ваш помощник не отзывается. Только она ведь не виновата. На пороге смерти очень хочется жить. Ты всё отдашь, а не только чувства отдашь, что считаешь малозначимыми. То, что ушло за грань, всегда очень зовёт и тянет к себе своего хозяина. Ваш папа — это её якорь. Его любовь и безмерное его обожание, любование ей — это то, что заставляет её с желанием просыпаться по утрам. А вы двое и ещё другой сын вашего отца, вы якоря для него. Но старший он магик. Он очень взрослый уже. Давно, давно живет отдельно и далеко. Вы двое основной его якорь. Он живёт благодаря вам и ради вас. С ней он рядом всегда, и так как она того требует. Любит её больше жизни. Потому и поступает он так, как она говорит. Даже если считает, что она не совсем права. Это всё ей за то, что она ему вас подарила. В нём очень много нерастраченной родительской любви. Вы только позвольте ему. Покажите, как вы желаете, чтобы он вам её проявлял и у вас она будет. Только нужно сейчас, пока есть, кому показывать. И вы не будете себя сиротами ощущать. А её просто простите. Простите искренне и от души. Она либо это почувствует и поймёт, снова научится чувствовать, либо нет. Но вы сделаете всё возможное. Каждый из вас троих. Не в чем вам будет себя винить. Это её цена, за шанс на ещё одну жизнь. Она всё равно её заплатит, так или иначе. Цена моих уникальных крыльев и ядовитых клыков равна целой жизни, отданной без сожалений. — Два близнеца почти синхронно выдохнули, вместе посмотрели на отца, что смотрел строго перед собой, мутным отстранённым взглядом и редкими дорожками слёз на щеках.        В правой руке мужчина крепко сжимал стакан с остатками алкоголя, вернее то, что от него осталось. Райли сжал толстостенный коньячный тумблер с такой силой, что просто раздавил его в руке. Острые осколки вошли глубоко в ладонь, но мужчина, казалось, этого даже не замечал. Сириус спешно поднялся со своего места, витиевато выругавшись сквозь стиснутые зубы. Подошёл к отцу и начал осторожно, по одному пальцу раскрывать израненную руку, чтобы убрать остатки стакана и осторожно извлечь осколки. — Па… Пап потерпи, сейчас я вытащу. Потерпи. Помогите кто-нибудь нужно магией, осколки мелкие мне нельзя колдовать. — Ригель тоже подошёл и обнял отца со спины. — Пап. Ты чего? Мы научимся. Мы разберёмся. Ты… мы… хочешь сменить работу и заниматься сельским хозяйством? Значит будешь. У нас одних яблок растёт шестьдесят четыре сорта. Это магических. Ещё семь не магических сортов. С ними вообще мороки вагон. Их нельзя удобрять, обрабатывать, лечить, собирать с использованием магии. Про каждый нужно знать и помнить особенности выращивания, ухода, сбора урожая. — Невилл ловко очистил и обработал рану, Райли поморщился, от попадания бадьяна на раневую поверхность. — Не хочу сельским хозяйством. Не умею. Меня растения не любят и животные тоже. Я просто хочу… принимать участие в вашей жизни. Хочу, чтобы для меня было в ней место. Хочу, … Вы нужны мне гораздо больше, чем я вам. Я ничего не понимаю в медицине и в строительстве мэноров, но я знаю, что Кайл, Джеймс, Годрик, Алина, Эйлин успешны в своей работе. Что они занимаются тем, что им нравится. Нам всегда есть о чём с ними поговорить. Нужно выучить сорта яблок? Я выучу. — Ещё есть груши, гранат, орехи, овёс, рожь, клубника, вишня, черешня, виноград, будь он неладен! Причина первых седых волос в моей голове. На хрена тебе это головная боль? Давай будем про квиддич разговаривать или про рыбалку? Про путешествия и симпатичных студентов. Про историю тоже можно, только без кровавых подробностей. А сорта сельскохозяйственных растений и породы непарнокопытных животных, пусть будут темой закрытой для нашего обсуждения. Нам этого всего в жизни и без лишних разговоров хватает. — Не парнокопытные животные это, какие, например? — Лошади, пап. Лошади и их разновидности. —Райли тихо застонал, то ли от боли, то ли от досады прижав к груди перебинтованную Невиллом руку. — Лошади, гиппогрифы, пегасы, фестралы… — оставшихся за столом магов от высказываемого родительского негодования отвлёк громкий, свистяще-шипящий шёпот. — Почему Вы позволяете себе так на меня смотреть? Весь обед только и делаете, что смотрите на меня как на зверушку диковинную? Кто вам позволил? О чём вы себе там думаете? — Омели, резко стала выглядеть старше, из глаз пропали разом любые детские эмоции: любопытство, искорки озорства, детская непосредственность. На Надежду Кощееву сейчас смотрела безжалостная хищница. Смотрела взрослым взглядом надменно-холодной, самодостаточной женщины — Я не имела и не имею никакого злого умысла. Я тобой любуюсь. Восхищена уровнем твоего развития и интеллекта. Ты очень похожа на свою маму. У вас схожие вкусы. Ты часто копируешь её жесты, мимику. У неё тоже были светлые волосы, только без прядок. Чёрные пряди это у тебя наверное от папы. Ты очень красивая, не по годам рассудительная и даже мудрая девочка. Мама бы тобой сейчас гордилась. — С каждым словом женщины облик маленькой вейлы всё больше преображался, теряя черты человеческой личины. На руках появились длинные загнутые, острые когти, чёрным металлом бликующие на свету. Глаза приобрели птичий зрачок. Волосы стали полностью чёрные, девочка отвлеклась от лица женщины, рыкнув на Саймона. — Прекрати это, волк. Сверни ауру. Прикоснёшься ко мне, не выживешь. Заблокируй жену. Ей с моими эмоциями не справиться. Затмение… у-б-е-р-и с-с с-т-и-х-и-ю. — Девочка окончательно преобразилась, одним грациозным прыжком запрыгнув на стол.        Изящная, хищная, грациозная, юная вейла в полной боевой трансформе, с широко раскинутыми роскошными, чёрными крыльями издала громкий птичий клокот. Медленно осмотревшись по сторонам, грозная птичка заметила, как три светлые вейлы вынудили всех магов замереть. Не позволяя приблизиться, или даже пошевелиться. Мощным потоком силы пригвождая всех к их местам. Светлые, в едином порыве встали на защиту Тёмной принцессы, намереваясь защищать малышку от любого, кто посмеет пошевелиться. Рядом с семьёй Кощеевых остались лишь братья БлэкВест, что встали за спиной Настеньки, с невозмутимым видом продолжающей медленно поедать кусок шоколадного торта, запивая его чаем, словно вокруг не происходило ничего не обычного. За спиной Надежды стоял Невилл, тщательно прикрывая женщину вуалью безмятежности. Рядом с мужем оказался Нико, который ощутимым потоком своей магии прикрывал чрево женщины. Вейла медленно опустилась перед Кощеевой, близко приблизив к её лицу хищную птичью морду. Оскалилась, продемонстрировав острые белые клыки, на кончиках которых скопились крупные янтарные капли яда. Хищьник на охоте, упивающийся страхом своей добычи.       Принцесса так же медленно спрятала свои клыки, насладившись страхом промелькнувшим в глазах онемевшей женщины. По птичий склонив голову на бок Тёмная венценосная начала пристально рассматривать «добычу», словно редкий коллекционный экспонат. От такого взгляда, Надежду пробила волна видимой дрожи. Ведьма не могла вымолвить ни слова. Черты морды вейлы поплыли, преобразуясь в ангельское детское личико. Шипение, перемешанное с клокотом. Омели вновь заговорила но уже на русском языке. — Я, н-е д-е-в-о-ч-к-а. Я птичка. Тварь тёмная, что, по мнению твоего отца не имеет права на жизнь. Я вейла. Принцесса. Венценосная дочь Владыки. Ты и тебе подобные, права не имеете, обращаться ко мне без позволения и надлежащего пиетета. Смотреть в мою сторону, без дозволения, права не имеешь. Ты ничего не знаешь, о женщине, что даровала мне жизнь. Вы не были знакомы. Никогда. Ты знала русскую ведьму с красивым именем Марина. Меня родила Мать общины Тёмных Вейл. Священная Мария. Жена, душа и сердце Владыки. МАТЬ. Марина и Мария — это две разные личности. Цвет моих волос и причёска, указывают. Демонстрируют тем, кто способен видеть, что я дочь сильного Альфы-волка. Мой уровень интеллекта и мудрость, заметны окружающим. Твои мизерные мозги, даже при вскрытии под лупой, никто не сможет рассмотреть. Твой отец, мой личный кровный враг. Он выжег мою мать из рода, уже в то время, когда я была в её чреве, лишив Марию защиты от моего яда. Если бы он сделал это раньше, она не была бы способна понести. Родила бы другую девочку. Бескрылую и не ядовитую. Если бы после родов, то с ней бы и вовсе ничего не произошло. Она была бы сейчас жива. Я могла бы её видеть, разговаривать с ней, копировать её жесты и мимику. Благодаря твоему отцу, да будет проклято его имя в веках, я не имею такой возможности. Учусь всем этим вещам у посторонних. Я не похожа на женщину, подарившую мне жизнь, потому, что я очень смутно помню лишь её измождённое, уставшее, больное, счастливое лицо. Только одно единственное выражение. Один единственный счастливый взгляд, обречённой на смерть, что очень сильно хотела жить. Во мне нет ни капли её крови. В венах моего брата её тоже нет. Мы с ним чистокровные безжалостные, беспощадные, Тёмные Твари. Это Ваш отец провел тёмный обряд полного выжигания, намереваясь этим убить не только свою дочь, но и всех её потомков. Нас спасли только титул отца и наши собственные магией назначенные венцы. — Надежда задушено всхлипнула, едва прошептав. — Я не знала…— Один короткий, быстрый, резкий, ловкий бросок. Клинок принцессы легко входит в запястье Алексея Кощеева, прошивая ткань рукава его костюма, кобуру волшебной палочки, кончик которой едва успел показаться. Надвое расколол сам проводник и блеснул на солнце, поймав своим окровавленным кончиком солнечный луч, насквозь прошив руку. Кощеев застонал от пронзившей его руку острой боли. Омели немного развернулась, повела плачем, меняя положение своего крыла. Крыло раскрылось сильнее, заметно вытянулось. Сразу два острых металлических пера упёрлись в кадык Кощеева — Не дёргайся, наёмник. Замри. Твою жену и твоих нерожденных ещё детей, котяра ты блохастый, защищает сейчас магия посторонних мужчин, а должна твоя. Вместо того, чтобы на младенца палочку свою направлять, делом бы лучше занялся. Прямой и единственной своей обязанностью. Защитой. Нападаешь ты слабовато, для наёмника твоего уровня славы. — Вейла вновь переключила своё внимание на Кощееву. Не прерывая зрительного контакта с Сизым. — У мужа твоего тоже мозгов совсем мизер, пятнистая. Без магии решил остаться. Я в своём праве, под защитой Матери Магии. — Вейла перевела свой взгляд на Настю. — Вы, Священная Ворожея. У меня нет намерения, причинять Вам вред намеренно. Вы находитесь под защитой медведей, рысей и волков. Вы подопечная моего крёстного. Ваша жизнь и ваш дар — это то, что мой отец обязан беречь и защищать. Я признаю эту его обязанность и готова помогать, даровав вам защиту своего народа. Однпко. Если Вы решите, сейчас поддаться семейной волне полного усыхания головного мозга. Если примените ко мне свой дар. Знайте: я останусь жива, а ваш дар и ваша магия, вся целиком, уйдут полностью, причиняя Вам дикую боль. — Благодарю, Ваше Высочество. — Настя поднялась со своего места и присела в глубоком реверансе. — Для защиты своего дара и жизни, а также защиты жизни моей и разума от дара, я готова с благодарностью принять любую помощь. Я не имела даже мысли применять свою силу или останавливать вас любым другим способом. Вы в своём праве. Мы с братьями досконально изучили эту историю ещё два года назад. Когда отец нашей матери вознамерился передать кому-то из нас троих свой титул. При дворе ходили разные слухи, поэтому мы решили не спешить и разобраться. Разобрались. Узнали всё, что могли. Написали письмо вашему Владыке. Он не отказался встретиться с нами. Не на территории Магической Руси. В общину вашу, он нас так же не пригласил. Однако встретиться не отказался. Я присутствовала на этой встрече вместе с братьями. Владыка Тёмных нам всё рассказал и предостерёг. Приняв титул, кто-то из нас спас бы отцу матери жизнь, перетянув на себя проклятие вашего отца. Спасли бы старика, ценой своей жизни. Ему было это известно, когда он делал нам своё предложение. Ему было всё равно. Он не считает нас своими внуками. Нашу мать он выжег из рода раньше, чем Священную Марию. Мы, естественно, после возвращения с той встречи, отказались от титула и полностью отреклись от старика. Больше ни единого раза мы не переступали порог его дома. Он проклят, Ваше Высочество. Проклят Жизнью. Волей, словом и искренней мольбой вашего родителя. Он ещё очень долго не сможет умереть. Несколько десятилетий будет существовать и мучится в корчах своего недуга. Даже Царь Михаил не сможет ему помочь. Пытаться не станет. Мы с братьями всё ему рассказали. На территорию проклятого вейлой рода, не сможет пройти никто. Царь об этом позаботился. Рядом со стариком находятся лишь его личные слуги, что были прокляты вместе с ним. Мария отомщена, Ваше Высочество. Однако, Владыка сообщил нам, что его дочь, лишившаяся матери имеет право на свою личную месть. Моя мать, как дочь своего отца, является её личным врагом. Меня и братьев, Владыка Тёмных смог защитить от жажды мести вашей вейловской сущности. На вас ведь сейчас не давит острое желание лишить меня жизни? Вы даже смогли частично трансформироваться обратно. Хорошо сейчас себя контролируете. Вообще очень долго сегодня держались. Я бы так не смогла. Маму предупредили перед обедом. Хозяин дома предупредил.За столом, я трижды просила её не делать то, что она делает. Теперь пусть платят оба. Отца так же предупредили. Не понял? Его проблемы. Будут платить. Заслужили. Однако. Я молю вас о милости, Ваше Высочество. На колени перед вами готова встать, если ваши пажи мне позволят подняться. Молю, Вас. Сохраните свою выдержку. До того момента, как моя мать разрешиться от бремени. Как только на свет появится малыш, я отойду в сторону. Не стану мешать, чтобы Вы, не вознамерились сделать. Братья мои не станут. Мы со смирением примем Вашу волю. Старик решил Вас родительского крыла. Почти лишил возможности научиться летать. Значит, Вы имеете право лишить меня и братьев наших крыльев. Я, рождённая под именем Анастасия дочь Алексея и Надежды Кощеевых, ныне Стейси Александра Кощеева-Владимирова, признаю право Венценосной Тёмной вейлы, принцессы Омели О`Коннол право на кровную месть в отношении моей матери, ныне Надежды Кощеевой-Владимировой, по причине родства. В отношении моего отца ныне Грандлорда магии Алексея Владимира Кощеева-Владимирова, лорда английского рода Владимиров, по причине того, что спасая вашего брата, Венценосного Клайда О`Коннола, наследника трона Тёмных Вейл от быстрой и безболезненной смерти через назначенную ему дедом казнь, мой отец оставил его в зимнем лесу, ночью одного. Обрекая на мучительную смерть от холода. Затем, на столь же мучительную смерть, от рано проснувшегося в экстремальных, на грани жизни условиях, стихийного дара. И в третий раз ваш брат оказался на грани жизни и смерти, так же по причине того, что мой отец, пытаясь спасти, неосознанно передал наследнику часть своих магических способностей, неприемлемых для Вейлы и для мага стихии. По этой же причине, крылья вашего брата по сей день не приобрели надлежащий им вид. Ваше право распоряжаться их жизнями и смертью неоспоримо Слово моё. Я сказала, да будет так! — Подтверждаю! Словом хозяина дома и Гранда магии, подтверждаю право на кровную месть своей названной внучки, Венценосной Омели. — Зычный уверенный голос Гарольда лорда Поттер-Блэк, стал для свидетелей этой драмы дополнительным фактором оглушения. Гарри заговорил на английском — Подтверждаю, Ваше Высочество. Имеете полное право. Алексея можете убить прямо сейчас. Надежда и без него способна выносить своего малыша. Ей на это силы хватит. Клиническинеизлечимых, хронических долбоёбов с тяжелой формой идиотии, иногда действительно проще убить, чем вразумить. Они слов не слышат, их смысл понять, не способны. Северус, трансфигурируй для нас две лопаты. Говорил же — этот день просто обязан, закончится так, что мне придётся на закате рыть яму два метра глубиной. — Северус уверенно подошёл к столу и, взяв в руки, лежащие рядом ложку и вилку, без палочки трансформировал столовые приборы в тяжёлые металлические лопаты с длинными черенками. Одну передал мужу, а на вторую устало облокотился сам, словно приготовившись терпеливо ждать. — Зачем копать? Обязательно его сегодня убивать? — Омели полностью превратилась в девочку, спрятав крылья и вернув прежний цвет волос, в котором появилось на несколько тонких чёрных прядей больше, чем раньше. — Я вообще-то не собиралась. Зачем мне об его дурную кровь свои руки марать? Вдруг его дурость заразной окажется? Я даже ранить его не собиралась. Он собирался палочку достать. Если бы со своими намерениями, что блуждали в его голове достал бы свой проводник в моём присутствии, он бы магию свою за одну секунду потерял. Мне ещё трёх лет нет. Плохо он совсем учился. И жену его я не собиралась убивать. Даром мне не нужно, малоумной дикой кошке мстить, ещё и беременной. Пожелала бы, уже бы давно головорезов своих по её душу послала. Принесли бы мне её голову, в мешке. Никакие стены чужих замков, не смогли бы её защитить. Она такую дочь выносила, родила. Сейчас ещё троих одарённых сразу, в своём чреве носит. Значит, имеет право на жизнь. Дети высшая ценность. Не каждой дана такая возможность, выносить детя. Я ей только объяснить пыталась, что нельзя ей ко мне на «ты» обращаться. Смотреть пристально. Пытаться подружиться. Угощений я из её рук, не приму никогда. Мы не родственники. Не равны по положению. Общую беседу, в которой она участие принимает, я могу поддержать, и принять в ней участие. Напрямую, она права не имеет. Если бы здесь была моя личная охрана, её бы уже пять раз казнили. Что она глупая совсем такая? Элементарных правил не знает? Все здесь присудствующие маг и магики знают. если не знают, то интуитивно глупостей не совершают. Даже дети малые правильно себя ведут. Она же взрослая. Ведь не в хлеву живёт. В царском дворце. И он тоже дурак. Только клинок свой из-за его дурости испортила. Может не надо их убивать? Или вы прямо очень хотите кого-нибудь сегодня закопать? Даже его бы закопали? Он же ваш друг? Гость вашего дома? — Ну и что, что друг? Меньшим идиотом он от этого не становится. Друга, я себе другого найду. Если очень захочется. Я, вообще-то, в принципе дружить не умею. Друзей из своей жизни способен легко исключить. Если приходится, делаю это без лишних сожалений. А внучка у меня пока всего одна. Совсем недавно появилась. Ещё и с тяжёлым венцом на голове. Я всегда готов ей оказать любую помощь. Был же такой разговор: если вы свой клинок решите в кого-то воткнуть, в кого угодно, мой сын его повернёт и вынет. Ну, а мы с Северусом будем тела закапывать. Чего нам ещё остаётся? Если всё самое тяжёлое внучка и сын сами способны сделать? Всегда так будет. Трупы закопать, в комнате помочь прибраться. С застёжками сложными на одежде помочь справиться. Лук из супа выловить и съесть, если ребёнок его совсем не переваривает и заклинанием из тарелки уничтожает незаметно, чтобы никто не увидел. Нет, у Вас желания его убивать, значит не надо. Сам скоро помрёт, если не научиться думать. К жизни своей не начнёт иначе относиться. Не станете убивать? Решайте. — Малышка задумалась всего на миг. И уверенно отрицательно покачала головой. — Не стану. Стол рядом. Когда человек умирает — это очень неприятно. Запах противный кругом. — Девочка перевела взгляд на бледного Теодора. — Ты долго, мой Волк. Я ждала, ждала. Терпела, терпела. Ты всё не приходил. Я увидела. Смогла увидеть малышей в животиках у их мам. Я научилась. У волчицы трое — девочка и два мальчика. У её сестры две девочки. У блондинки тоже две или даже может быть трое. У неё, вот тоже трое. Два мальчика и девочка. Твоя будущая ученица. Омели молодец и умница! Они там все плавают в чреве, это завораживает. Теперь вот поверни мой клинок и вытащи. Он всё равно ни на что не годен. Никто для меня новый сделать, не способен больше. — В глазах девочки блеснули не пролитые слёзы.       Теодор уверенным шагом направился к Кощееву. Не отводя взгляда от глаз малышки, ухватился за рукоятку её клинка и уверенным движением дважды повернул его в ране прокусившего свою губу Алексея. Ни единый мускул на лице русского мага не дрогнул. Из горла не вырвалось ни единого звука. Даже дыхание осталось ровным. Лишь по подбородку побежало две тонкие кровяные струйки, что медленно спустились вниз по шее и окрасили воротник белоснежной рубашки бурыми непрезентабельными на вид пятнами. Люпин вынул клинок, молча, опустился перед девочкой на колени, протягивая оружие на своей широкой раскрытой ладони. — Омели? Ваше Высочество? — Выбрось его. Уничтожь. Он ни на что не годен. Это теперь не клинок для охоты. Это каратель-убийца. Он испил человеческой крови. Я теперь снова, … я теперь не смогу… — Девочка резко развернулась и быстро побежала в сторону от всех. Не оглядываясь и не снижая скорости. Добежав до высокого дерева, вейлочка выпустила когти на руках и с их помощью, ловко забралась по широкому гладкому стволу, полностью скрываясь в кроне высокого дерева. Невилл положил руку на плечо оборотня. — Чего замер? Иди, догоняй. Она действительно терпела. Стойко игнорировала все попытки Надежды наладить контакт. Вы бы хоть предупредили, что между ними всё так остро. Ребёнок даже запах её магии с трудом переносит. Она сама к Саймону прикоснулась, чтобы он своей аурой её укутал. Запах магии перебил. Далинде позволила себя в стихию укутать и даже Люциусу с Калли позволила рядом сидеть. Любой запах, кроме запаха магии Надежды была для неё предпочтительнее. Мы понять не могли, чтобы предотвратить. Вывели бы Надежду из-за стола. Если бы знали. — Я предупредил его. Надежда за столом должна была сидеть. рядом с дочерью и мужем. Здесь магиков статусных… Положенно так. Я просил его, следить за женой, … мне нельзя было уходить и оставлять её одну. Она просила пообедать с ней в комнате… — Это бы случилось завтра, может быть ещё похлеще бы в твоём присутствии она себя вела, чествуя твоё присутствие, защиту. Ты бы не смог её остановить или запретить ей. Не уходить тебе тоже было нельзя, без тебя бы мы пацанов не вытащили. С собой ты её туда не мог бы взять. Вылечу я сейчас вашего Кощеева. Только скажи, на клинке яд был? — Мика уже полностью отрезал рукав Кащеева, занялся очищением раны. — Он пропитан её ядом, ядом Клайда и ядом мамбы. Но если Омели намерения убить не имела, яд в кровь не попал. — Теодор, мы уйдём. Раз девочка… Раз Её Высочество так тяжело переносит наше присутствие…. — Заткнись, Сизый! Включи голову. У вас в стране бунт. Военное восстание против действующего царя. Революция. Твоя дочь с уникальнейшим даром — главная цель бунтовщиков. Она под моей личной защитой и под защитой моей жены. Твоя жена ждёт ещё троих, и зачали вы их до того, как ты в себе кровь выжигал. Стоит только этим тварям узнать. Даже наши стены не спасут. Их у тебя выкрадут, как только вы пределы нашего защитного барьера покинете. И ты больше никогда их не увидишь. Не могу я сейчас всё бросить и пойти за твою дочь воевать. Тайга пошел и Анастасия пошла. Они не за царя там, они за твою дочь пошли жилы рвать. Шкурами своими раскуют сейчас без подготовки. У меня вон своих целых две личных войны: одна на стуле за моей спиной замерла и дышать боится. Вторая на дереве слёзы льёт, от того, что потеряла право самостоятельно охотиться. И я не знаю, как ей помочь. Ещё трое на подходе у Высших сил вымоленные. Без моей магии их мать не выносит. Никто вас не гонит и убивать не собирался. Неужели два взрослых, вроде не глупых человек не понимают простой просьбы: не заострять своего внимания на одной маленькой девочке? Не разговаривать и не направлять свою магию в её сторону. К ней родители на «Вы» обращаются, а Надежда твоя, «тыкать» удумала. Венценосной от магии? Чего же она царевичам русским и царевне не тычет? Ваша-то помладше будет и без венца магического. Вас Кощеевых родители вообще, через какое место зачинали? Хотелось бы мне узнать! — Теодор поднялся на ноги, достал из кармана чистый носовой платок и, завернув в него вейловский клинок, убрал обратно карман. После чего уверенным шагом направился к дереву.

********

— Тошнит! Папа, меня тошнит. Хочу пить. — Ш-ш-ш-ь, маленький. Сейчас. — Гарри присел на корточки, чтобы поднести к губам сына стакан с водой. Северус, подхватил его своей рукой, страхуя мужа. — Вот пей. Пей маленькими глоточками, медленно…— Ребёнок сделал первый осторожный глоток, затем ещё два. После чего отстранился, откинувшись спиной на грудь папы Севы. Гарри осторожно, но прикладывая достаточное количество силы, расцепил объятья Годрика. — Давай, сын. Отпускай. Его нужно отпустить. — Руки свело немного. Пап, подожди я сам сейчас. Почему он молчит? — Он в порядке. Сейчас отец ему поможет сознание воедино собрать. Всё уже закончилось. — Годрик выпустил брата, позволив отцу разместить мальчика только в своих объятьях. — Нет, не закончилось. Но у нас есть время на перекур. — Микаил протяжно застонал, укладываясь спиной на землю и медленно повернувшись на бок, принял позу эмбриона. — Мне кто-нибудь скажет, с какой целью вы мне глаза завязали? — Кто-нибудь расскажет, когда переборет желание вас выпороть Микаил. Вы на Навь рванули, не задумываясь. Не дав себе возможности хотя бы попытаться отыскать другие варианты. Для мага вашего уровня мастерства и квалификации непозволительная роскошь. Вы маг жизни. Магу жизни на Нави, и уж тем паче на грани, не место. Вы сожгли себе сетчатку глаз. Теперь, чтобы иметь возможность спасти ваше зрение, нужно, чтобы была повязка. Спасти можно, но процедура эта крайне болезненная. Вы Целитель-Вед, Микаил. Это огромная редкость. Вам нельзя… — Нельзя было, но совсем по иной причине. И мне нельзя и Теодору нельзя. Чего об этом говорить, если иного варианта всё равно не было? Тем более, что конкретно в этом случае, я скорее выиграл, чем проиграл. Пользы, лично мне от этого спонтанного путешествия в разы больше, чем вреда. Не такая уж и редкость, раз вам, лорд Блэк о такой целительской квалификации известно. Я Маг жизни ровно настолько же, насколько и маг смерти. — Микаил снял повязку со своих глаз. — С моими глазами всё в полном порядке. Я там пользовался зрением своего зверя. Я прежде всего боевой целитель. Чуть меньше во мне раскрыт дар тёмного целителя. Я способен отнять жизнь с той же лёгкостью, с какой вернуть к жизни. Тёмным волей магии позволено, к примеру, сделать женщине аборт, чтобы спасти ей жизнь. Я думал, что с некоторых пор я только боевой целитель. И этому был рад, не сожалея об утраченном. На грань и на Навь, я могу перемещаться так же часто, как и вы к примеру. Боевики вообще-то довольно регулярно работают в тандеме с некромантами. Нельзя нам было из-за недавно проведённого обряда по призыву тотема духа. Я в нём тоже участвовал, хоть и опосредованно, но на Навь меня вместе с ребятами выкинуло. Теодор двух защитников с собой привёл за раз. За это с нас могли и спросить. Не спросили. Обошлось. Вед… Вед, это я сегодня вообще-то, можно сказать первый раз, кроме того случая в раннем детстве. Я честно думал, этот дар слетел у меня полностью. Слишком большой стресс я тогда испытал. Бывало, проскальзывали отголоски, но совсем малозначимые. Их спокойно можно было отнести к тёмному целительству. Я не колдомедик. Антакаран на мне нет, ни одной. Дары свои я всеми способами пытался не преобразовывать и не ограничивать рамками традиционной колдомедицины. Возможно, поэтому… не знаю. Если честно, с меня всё должно было слететь. Это надо у Теодора спрашивать, каким богам он за меня молился, и какие жертвы им приносил. — Ничего крупнее черного кролика. Чего ты узнал и понял, Мика? — Я понял, почему ты в Драконе терпеть не мог слушать байки и легенды. Когда всё жизнь живёшь с реальными участниками этих самых легенд, это не мудрено. Твой папа мега профессионал, и остальные ему под стать. — Про этот свой вывод ты мне чуть позже подробно всё разъяснишь. — Теодор очень медленно, явно испытывая болевые ощущения, повернул голову в сторону друга. — Я про пацанов сейчас у тебя спрашивал. — Чего я про них понял? У вас один берсерк, один тёмный ритуалист, один тёмный либо боевой целитель, возможны оба варианта сразу, один некромант. При этом каждый из них с даром артефакторов. Двое плюсом к этому с даром зельеваров и двое с даром травников. Все дары проснулись, и будут набирать обороты. Из этого делаем два вывода: в вашей английской школе им точно не учиться и спать твои родители в ближайшие два года будут очень редко. На дому не выйдет учить. Так же у каждого проснулось по два животных. Детей очень правильно назвали, поэтому я довольно быстро и легко отогнал лишних. Но ненадолго отогнал. Мне нужно время, чтобы выдохнуть и закрепить результат. Помощь вас всех мне будет нужна. Особенно того, который гипнозом владеет, также виртуозно, как я матом ругаюсь. Ещё мне ответы нужны на вопросы. Ты звереть пойдёшь? Если да, укажи в какую сторону мне уйти, чтобы мы не встретились ненароком. — Ты уходи, я в любую, я в противоположную уйду. — Легко сказать уходи, для этого ещё встать нужно. Эй, княжич, ты там как, Твоя Милость? Вот только дай в себя прийти, я тебе хвоста-то накручу, баран упёртый. — За что? — недовольный детский возглас полный досады на вселенскую несправедливость привлёк внимание всех старших. Коннел, который вроде как едва, едва мог шевелиться в надёжных оберегающих отцовских объятьях, и вёл себя, словно не совсем живая личинка флоберчервя, оказался вдруг живее всех живых. Довольно резво поменял положение своего тела и бодрым, немного обиженным голосом громко заявил: — Я не виноват. Меня там даже не ругали. Это вам всем влетело. Теодору очень так… педаль под хвост. Даже два. И вам, тоже досталось. Вас не за мои грехи там ругали. За ваши собственные… — Ожил! Можно пороть, а то взял моду родителей на пустом месте тревожить. Артист погорелого театра. Лебединое озеро сольное — выступление. Живее всех живых. — И вовсе я не притворялся. Я отдыхал. У меня голова вообще-то звенит. — Мальчик насупился, обиженно выставив нижнюю губу. Меня нельзя ругать. Я чуть… Нельзя и всё! Вы, вообще не должны. — Это потому, что пустая. Не наросло там ещё ничего в твоей голове, вот она извинит. Не вздумай спать. Пока я не вернусь, не вздумай. Пока меня не будет, папе своему расскажи, как ты там, на тропах медведицу очаровывал, ловелас малолетний. — Микаил таки приложил нужное количество усилий, в два приёма поменял положение тела и ещё в два приёма медленно поднялся на ноги. Походкой сильно нетрезвого человека оборотень направился вглубь парка, скрываясь между стволами высоких деревьев. — Пап? Чего он, а? Он же… Он добрый ведь. Я же чувствовал там, что он добрый. Чего он на меня так разозлился? Сам помог, а сам… нельзя меня ругать. Я не специально, оно само так всё. Я знаешь, как испугался. — Как ты испугался, я не знаю, сын. Знаю, как я за вас всех испугался. Так испугался, что сердце останавливливалось. До сих пор ещё боюсь. Он устал, Коннел. Он очень устал. Он не на тебя злиться, скорее на себя. — Гарри выдохнул, дождавшись едва заметного кивка Северуса, перетянул сына на свои колени. — Иди ко мне, волчонок мой. Папе Северусу нужно ноги размять и выдохнуть. Как там сейчас твоя голова? — Мальчик неопределённо пожал плечами. — Не знаю. Звенит. Странно как-то. Я думаю на русском, потом перевожу и говорю. Раньше всегда наоборот было. Пап меня большая медведица на себе катала. И ещё там был старый, старый рысь. Он меня обнюхал и ещё лизнул. У него язык шершавый, а у медведицы вообще, как тёрка. Всего меня вылизала. Такая огромная и не добрая совсем. Тедд? А ты чего лежишь? Ты почему в волке такой здоровый и совсем рыжий? Раньше твой волк другим был. Сейчас прямо не волк, а монстр какой-то. — Лежу, потому, что сил подняться нет. Был другим, стал таким. Вырос. И не рыжий мой волк, а огненный. Это ты там наездника из себя изображал, персона царских кровей. А я на своих лапах, ещё и там, где не положено… Я же думал, заберу тебя и кошачьей тропой выведу, а ты там себе даму, проводницу организовал. Очаровал бессмертную своими глазами красивыми. Джей, ты как? — Северус начал что-то тихо нашёптывать сыну, пытаясь отвлечь его от воспоминаний, об увиденном в другом мире. Нельзя подобное вот так открыто обсуждать при всех. Не знает ещё их мальчик таких прописных истин, но незнание оно как известно от ответственности не освобождает. Прожив столько лет рядом с партнёром-некромантом, Северус их кодекс уже кажется лучше самого Поттера знает. Что сидит, словно оглушённый и только гладит ребёнка по руке, рассматривая его ногти. — Я в норме. Но говорить мне совсем не хочется, как и шевелиться. — Джей не поднимаясь на ноги постарался размять верхний плечевой пояс. — Хороша прогулочка, хоть бы предупредил, братишка. Места интересные и пейзажи прямо чарующие, но больше без острой надобности мне туда совсем не хотется. Я хоть теперь больше всё же маг, чем магик, однако времени прошло всего ничего. Кровь и магия вампирская во мне осталась, хоть и в меньшем, чем прежде количестве. Вампиров некро не бывает. Помни об этом, Теодор, пожалуйста. Мне мои дары тоже дороги. Я к ним привык очень. — А надо шевелиться. Я тебя услышал, Джей. Прости, но иного варианта у меня не было. У тебя хоть капля нужной энергии в ядре, но всё же имеется. Поднимайтесь со мной пойдёте. Я вам помогу в себя прийти. Годрик? — Теодор поднялся на ноги, разминая затёкшие плечи — Что Годрик? Жив. Поможешь в себя прийти, я только рад буду. Больше всего меня беспокоит мой язык. Я его прикусил, когда вы двое, меня одновременно заклинанием шандарахнули так, что из меня чуть душа не вылетела. Остальное само помалу отходит. Через час в норме буду. — А не хрен было… язык, он прикусил. Бедненький. Ты едва чуть всё не похерил окончательно и бесповоротно. Если бы они все вчетвером отлетели, от твоей проповеди на русском-священном, да с заворотами трёхэтажными? Отец их никогда бы не выловил. Шанса бы у него не было. Или вызверились все разом? Велину до первого спонтанного оборота не пойми в кого, меньше пятнадцати минут оставалось. Что у тебя вообще за привычка дурная? Сперва орёшь на них громче всех, не выбирая выражений, потом жалеешь с той же интенсивностью и ещё тщательнее покрываешь их проказы. Своих вот родишь, и будешь орать, сколько влезет. За закрытыми дверями своего кабинета так, чтобы никто не слышал. Если я услышу, как ты на моих племянников орёшь со всей дури своей молодецкой, ты оглохнешь разом на оба уха. Усёк? Поднимайся. Идём уже. Мика скоро придёт, а мы не мычать, ни лаять, помощники. — А чего он с ними делать собрался, твой Мика? И почему, ты не боишься в нашем присутствии оборачиваться, а он предупредил, чтобы без вариантов вы не встретились? — Откуда мне знать, чего он делать собрался? Я не целитель. Колдомедик, и то скорее санитар. Рану промыть перевязать и до госпиталя доставить. Вот все мои целительские навыки. Простуду сам себе не вылечу. Мика никогда не звереет, если рядом есть живые разумные. Всегда уходит далеко в лес, чтобы даже шанса не было кого-то встретить. Это он считай, сейчас себе на глотку наступил — в чужом полном людей доме звереть отправился. Я его в звере сегодня на тропе Навьей первый раз увидел. Мика, оборотень Как я понял не совсем обычный. У него в Драконе личный наставник был. Только в его присутствии Перевёртыш изредка оборачивался, за крепко закрытыми дверями тренировочного зала. Он и в человеке сильнее иного зверя. Даже против вейлы он в человеке в бою выступал, частичный оборот не в счёт. Мика своего косолапого Дики́м называет. Перевёртышем его только в Драконе звали, а так знакомцы его те, что до школы так и зовут его, Мика Дикóй. Как я понял, с детства за ним это прозвище закрепилось. Предыстория мне неизвестна. Уйдемте уже, мне на каждого из вас хотя бы по семь минут нужно. Драко, папа, отец. Тоже со мной идём. Передай деду и четвёртого тонколапого. Хватит ему уже слова утешения нашёптывать. Всё равно я его выпорю. Вытащим вот и выпорю. Молча.       Мика вернулся на поляну почти одновременно с остальными. От прежнего усталого вида не осталось и следа. Выглядел оборотень сейчас значительно лучше и свежее, чем в тот момент, когда только переступил территорию поместья. Даже волосы немного отросли. Мика словно стал выше, черты лица стали более выразительными. Цвет глаз: на два тона насыщеннее прежнего. Прямая спина, идеальная осанка. Медведь переоделся: угольно-чёрные брюки-галифе из дорогой на вид ткани. Не сковывающие движений штаны, свободный крой в области бедер, постепенно сужающихся до самых щиколоток босых ног. Обе брючины немного подвёрнуты снизу. Чёрная, немного удлиненная рубашка на выпуск, ручной работы искусной мастерицы с воротником стойкой, без пуговиц с принятом в виде сложного орнамента-защиты, на груди и воротнике. Длинный рукав, закатан на треть. Ткань: магический лён, сотканный в ручную на станке каких сейчас отыскать почти невозможно Общий образ: шалопай при деньгах. Ботинки на шнуровке, военного образца Мика нёс в руках. — Такие рубашки так носить нельзя. Там защитный орнамент обережный на манжетах, если его изогнуть, он не правильно будет работать. И брюки такие положены только наследникам из знати. Там в подкладке знаков различных и рун больше чем в моём комплекте наследника. У меня есть такой комплект. Я, когда в Россию езжу, только такие вещи мне положено носить. Даже у меня и у Дмитрия меньше всякого разного в орнаменте наворочено. — Глазастый волчонок. Забрался на деда, под его защитой ничего ему не страшно. Тем, кто под погонами ходит, нам тоже такие брюки положены. Вот поступишь на обучение, получишь свои первые лычки, царские мастерицы усложнят твой орнамент. Ну, нет у меня с собой других вещей, а прежние брюки пришлось сменить. От них попахивало неприятно. Когда люди сильно боятся, случается с ними такой конфуз. Естественная физиологическая реакция. — Ого, как складно вы по ушам ездить умеете. Так и скажите, что ваш зверь на свободу вырвался ещё до того, как вы раздеться успели. Детям врать нельзя. Не хорошо это. — Не хорошо, согласен. Я врать вообще не умею. Я споткнулся и упал, а подняться смог только будучи зверем. Прежние вещи испорчены безвозвратно, а с собой в поясном кошеле, только вот это безобразие и нашлось. Я позже переоденусь. — Да ходите вы, как хотите, чего вы передо мной оправдываетесь? Откуда только у вас взялись такие вещи? Это другой вопрос и вы имеете право на него не отвечать. Раз не горят на вас обереги, значит ваши. Специально для вас сделаны. А почему вы Дикóй? — Феникс, чего у тебя язык такой длинный? Как только в клюв помещается, ума не приложу. Чего замер. Организуй кружки для всех с кипяточком. Спящих пока будить не будем, а любопытному волчонку-Варваре, спать нельзя теперь. Будет пить травяной сбор, без возражений и всяких кривляний-нареканий. Или чего там дети обычно делают? Я не знаю. Никогда прежде с детьми так тесно не общался. Когда мелкую птичку в прошлый раз видел, она внятно изъясняться была ещё не способна и кошка-Наташка примерно одного с О`Коннол возраста, если мне память не отшибло. — Мика достал из кармана брюк фляжку. — Эту кипяти. Не подойдет сейчас из палочки. Здесь много, фляжка с тройным дном. — Из футляра на поясе Мика начал спешно выкладывать на землю маленькие квадратные деревянные коробочки. — У Тайги сестрёнка на три месяца младше. — Теодор ловко трансфигурировал из подручных-палочек-веточек найденных на поляне металлические кружки. Восемь штук больших и одну меньшего размера. Феникс перешёл на едва различимый шёпот. — Ты как? — Как человек. А ты смотрю, с огнём своим совсем сдружился. Людей в нём купаешь, без страха и дрожи в конечностях. В голове у меня каша и сумбур. Брат твой даже выдохнуть мне не даёт. Не спит паршивец. Отвлеки меня. Словесный понос вот у меня открылся. Знатно там вы у меня в сознании потоптались все. Кошка-Наташка значит младше? Точно я после вейл, прежде чем мы к рысям рванули, пять экзаменов сдать успел. Не сдал бы, меня бы вышибли и забыли, как звать. — Я двенадцать. И два завалил с чистой совестью. Так, как я, обрядовую магию и картографию, точно никто не сдавал. Мне кажется, они по итогу просто забыли, что я по этим предметам не аттестован остался. Не смотри на него. Папа и Драко справятся.– Теодор неотрывно смотрел, за процессом смешивания трав в воде, повторно кипятя в своих руках получившиеся отвары. — Это для кого? — Для кота-путешественника. Этот богу гипноза передай. Вот этот отцу твоему. Этот для Грифона. Этот для тебя. Заберите вы уже у деда его правнуков. Я всё понимаю: сильный, выносливый, бесстрашный, но не бессмертный ведь. Они все к нему присосались и магию сосут. Он же бледный настолько, что аж синий как утопленник. Эта для него, а над этими тремя я ещё поколдую. Теодор, один малец твой, двоих пусть братья держат. Это чудо, которому мне придётся подарить свою рубашку, чтобы он угомонился, наконец. Он пусть сам сидит рядом со мной. — Мика протянул Гарри кружку с отваром. — Не поможет это, не пытайтесь. Вкус так себе, но пить можно. Волчонок, это для тебя. — Ну и ладно, ну и выпью. Ничего там нет такого. Там шиповник, любой неприятный вкус перебивает. Вы на мой вопрос не ответили. И злитесь на меня. — И злюсь. И с детьми вообще не умею. И ты на меня тоже злишься. И мне всё равно. Пей, давай. — И пью. И сидеть хочу рядом с дядей Драко. — Коннел демонстративно прошёл и сел рядом с Малфоем. Северус занял место с другой стороны от блондина. Рядом с мальчиком расположился Микаил, и следующим оказался Гарри. Напротив: Годрик, что вновь держал на руках спящего Рудольфа. Джеймс, в объятьях которого мирно сопел Рейф, Теодор, что держал Веллина и Элиас, что пил свой отвар, почти не открывая глаз. Коннел чувствовал себя крайне неуютно и всё сильнее жался к боку блондина. Это было заметно всем окружающим, на поляне продолжала сохраняться немного гнетущая тишина. Северус был очень сосредоточен на Элиасе. Каждый пил предложенный им напиток, украдкой наблюдая за мальчиком. Ещё две минуты и ребёнок смежил веки, проваливаясь в поверхностный, тревожный сон. Микаил пересадил мальца на свои колени, укладывая его голову на сгибе своего локтя. — Укатали Сивку крутые горки. У нас есть время, чтобы выдохнуть пока он проснётся. Не очень много, но есть. Вы все упёртые и отчаянные, почти на грани безумия. Сонные чары на некроманта может позволить себе кидать только очень уверенный в своих силах маг. — Обычно получалось. Папины и Драко уж точно всегда держались, а тут все по очереди и вместе. Он даже не почесался. — Джеймс внимательно смотрел на младшего брата. — Чем ты его? — Цветочек болиголова. Снимет боль, спазм, и судорог надеюсь, удастся избежать. — Гарри шумно выдохнул. — Болиголов, это я забыл. Спазм дыхательной мускулатуры был очень сильный. Элиас, не знал, что ты так умеешь. Ты как его снял? — Не умею. Забудь, Гарри. Что хотите, делайте, но туда где он был ему нельзя. Хотя бы лет до четырнадцати. — Микаил горестно выдохнул. — Не выйдет. У него там теперь тропы имеются. Свои личные. И по чужим тропам ему тоже бродить позволили. Благословили. Так что, будет гулять регулярно в сопровождении крёстного или папы-некроманта. Ничего назад уже не отмотать. У меня несколько вопросов. Потом попробую внятно изложить, чего я от вас от всех хочу и зачем. Первый вопрос: каким обрядом вы их крестили? С именами так вы прямо очень угадали. Хорошие маячки для их тотемов вышли. Так только в Африке делают, в стае. Для тех детей. Если потом оказывается, что ребёнок без зверя или не лев, так их переименовывают. — Ритуал крещения через дарение наследников. — Гарри, сделал большой глоток отвара, заметно морщась. Мика выдохнул с облегчением. — Не лучший вариант для Рудольфа, но значительно лучше того обряда, что принят для крещения на этих землях. Второй вопрос: почему печати только на двоих из четверых? Ведь не бывает так у близнецов, чтобы кто-то одарённый, а кто-то полная дарность. Всем об этом известно. Дети вызревшие вместе всегда равны по силе. Дары могут быть разные, но у всех. — Не знали, что запечатывать. Печать стоит на одну единственную конкретную предрасположенность. У двоих её было видно сразу, у двоих вообще никаких намёков. Поэтому и крестили так. Мы не ждали четверых. Поняли, что больше одного. Предполагали троих максимум. По предрасположенностям я ждал артефактора, менталиста и некро, причём слабенького. Блокировать предрасположенность к артефакторике — это значит всё полностью запечатать наглухо. Ментал детям блокировать нельзя. — Получается, … считайте, что нет печатей. Тем, что есть, жить осталось два понедельника. Так первый Рейф, наследник Принц, кто его крёстный? На каком языке чаще всего общается с мальчиком, когда они одни? Не мог Кощеев не подстраховаться. Раз у одного есть языковой якорь, у остальных тоже должен быть. — Языковой якорь это? Первый раз о подобном слышу. — Северус слегка наклонился вперёд, чтобы лучше видеть Микаила. — У Коннела русский язык — якорь. Если его дар сильно накрывает, чтобы до него докричаться и чтобы «не утонул» «не отлетел», чтобы его вернуть, с ним нужно разговаривать на русском. Это страховка. В вашем случае она хорошо работает. Обычно такие якоря, инициатива духовных родителей для одарённых детей. Только они могут сделать закладку. В повседневной жизни ребёнок чаще использует другой — родной ему язык, при этом хорошо владеет языком-якорем. Крёстные без посторонних разговаривают с крестниками только на языке-якоре. Обычно кровные родители так же хорошо знакомы с этим языком. — Понятно. То-то Михаил прямо настоял, чтобы я выучил русский и болгарский языки. У Гарри и детей, с этим нет никаких проблем. Я, наверное, даже трёх языков не назову, которых они не знают. Я до рождения младших хорошо владел только английским, французским и немецким языками. Рейф, его крёстный Теренс Паркинсон. У него в семье на немецком говорят не реже, чем на английском. С Рейфом, он так же, чаще всего общается на этом языке. Он боевой маг. Хорошо разбирается в гербологии, и трансфигурации. Увлекается скачками, коллекционирует элитный алкоголь. — А с ритуалами ваш Теренс дружит? Не с родовыми, а с теми что с большой чёрной буквы пишутся? — О таком не принято говорить посторонним, но да дружит. Крайне редко он этот свой дар применяет. Ещё реже афиширует, но печать мастера у него есть. В своё время именно он выявил во мне слабую предрасположенность к подобного рода колдовству и очень многому меня обучил. — Микаил удивлённо приподнял одну бровь. — Он обучил? Не дед ваш? — Мика перевёл взгляд на Элиаса. — Не смотрите на меня так, юноша. Нет во мне этого дара. Выгорел весь до шрама на ядре. Горы ваши забрали. Такова их цена. Несмотря на это, несмотря на всё то, что случилось после. Ни дня не жалел я о содеянном и была бы у меня возможность в прошлое вернуться, я бы поступил точно так же. Странно, что вам, учитывая ваш возраст, вообще известна эта история. — Эта история в горах Кавказа известна каждому магу. Это теперь уже легенда. Легенда, на которой каждого горского мальчишку учат любить своих дочерей. Наши мужчины могут сколько угодно долго просить Мать Магию о рождении сыновей, но в случае, ели рождается девочка любить и ценить её надлежит так, как Тёмный царь туманных островов любил свою Елену, принцессу гор. У нас всем известно, так как британцы любят своих дочерей, ни один отец любить, не способен. Это идеал, которого невозможно достичь. К нему можно только стремиться. Стремится каждый день, от момента, как взял свою дочь на руки и до самой своей смерти. Вас на горской земле никто никогда не осуждал. Вами восхищаются. Вас боготворят. У нас в большинстве семей детей вашему языку обучают. Ждут кавказцы свою принцессу британскую Младшую свою принцессу тоже не отпустите? Как без дара станете с горами воевать? — Мэри не ваша. Мы проверяли. Её тянет на испанские земли, чуть меньше в Италию. На Кавказ не тянет. Мы ездили. Много раз там были. Она не смогла даже вход увидеть на территорию поселения. — Наша. И вам это известно. Вероятность с Испанией крайне мала. С Италией, ещё меньше. У вашей Елены, как и должно, было, родился сын. В брак он вступил не в восемнадцать лет. Поэтому нынешний Глава горцев женат не на дочери из вашего рода. Ваши внучки не подошли, не знаю, по какой уж причине. Но ваша младшая дочь… вы знали, что так будет. С самого её рождения знали и растите её очень правильно. Женой и матерью растите. Старый Глава своим ритуалом запустил этот процесс, начав свою игру с Высшими силами. Притянул девочку на нашу землю, с одной единственной конкретной целью: сделать её достойной матерью наших земель. Ему очень нужен был наследник. Две его первые жены, умерли, так и не осчастливив его радостью отцовства. Сложный у него был дар. Он умел ходить путями духов. Неимоверно сильный и одарённый человек. Такие способны зачать только от партнёра назначенного Магией. Родительская воля и личные предпочтения, здесь во внимание вообще не берутся. Вам не повезло, что это оказалось именно ваша девочка. Она подошла больше всех. Но по условиям ритуала, выходя замуж, за рождение сына, ваша дочь снимала с рода своего сильное проклятье. Скорее всего, именно вы очень просили Высших об избавлении. Высшие услышали вас обоих и игра началась. Дочь рода, выходит замуж по воле магии и за это, ваш род очищается от проклятья. Ваше мнение и желание не в счёт. Сами молили, о избавлении. Получите, распишитесь. Вы, не глупый человек, и тогда им небыли. Вы не стали спорить с волей Высших. Знали, что бесполезно. Что правда не на вашей стороне. Своим ритуалом вы обратились напрямую к магии гор. К магии горской земли. Молили отпустить свою любимую принцессу, пообещав, что взамен, позже придёт другая. Ваша внучка, правнучка, праправнучка, не важно. Кто угодно, только бы не Елена. Вас тоже услышали. Вы смогли пройти на закрытую территорию, и забрали своё. Но процесс ведь не остановился. Высшие всегда исполняют свои обещания, пусть и на свой манер. Горы тоже исполняют. Просил старый Глава себе в жёны принцессу — получил. Женился на надменной вампирессе, что подарила ему сильного наследника. За это горы забрали с него своё. Больше ни одного ритуала, старик провести не мог. Вампиресса молила о своём. Горы признали его избранницу от магии следующей матерью. Почитание, уважение, обод на голову, всё кроме любви. О ней она не просила. После единственного сына, все её дети рождались мёртвыми. Она молила Магию о короне и почитании, она их получила. Но и она отдала им свою цену. Несчастная в материнстве, не любимая жена, что умерла раньше мужа, пытаясь выносить дочь. Вы молили горы. Они ещё больше пятнадцати лет сотрясались мощными землетрясениями, наказывая весь народ, за своеволие старого Главы. Такой силы был ваш ритуал и так искренне желание, что и по сей день трясло бы, наверное, горскую землю, если бы не вернулась Елена, не принесла с собой сына. Чтобы показать, что выполнила она навязанные ей обязательства. Вышла замуж по воле магии, не спросив мнения отца, и выносила под своим сердцем одарённого мальчика. Другой ей достался партнёр. Однако, Все выдержала. Всё сделала правильно, сняла-таки своими действиями проклятье с рода родительского. Только после этого успокоились горы. Одарили младенца и отпустили свою Елену окончательно. Позволив ей прожить её жизнь так, как уготовано, пять раз перекроенной двумя сильными тёмными ритуалистами судьбой. Она за сына заплатила свою цену. Вы за дочь свою. Каждый получил всё, что просил. Осталось лишь одно невыполненное обещание. Ваше. Девочка из вашего рода под венец горской земли. — Элиас, так и не открыв глаз, прочистил своё горло. — И кто у вас сейчас Глава? Он женат? — Глава Абдусалам. Он женат по воле Магии, полным магическим браком. Однако жену свою он принимать не желает. Давно её от себя отселил. Нашёл веское обоснование и отослал с горских земель. Он другого человека вроде как сильно любит, больше всего прочего. Себя любит и избранника своего. Больше ему ни до чего и ни до кого нет дела. На волю высших и на магию гор он давно наплевал. Не смогла ваша младшая на горскую землю попасть, значит, будем наедятся, что не для него она рождена. У Абдусалама есть наследник. Сын Малик. Ему четырнадцать только–только исполнилось. Не знаю, что он за человек. Не было у меня возможности и права такого, близко с ним познакомиться. Да и рано ещё судить, не дорос он. Живёт и поступает так, как старшие велят. Не вошёл он ещё в возраст для женитьбы. Вот и не зовут горы вашу дочь. И оберегают от того блядства, что там сейчас творится. Как бы не вышло. Как бы там не сложилось. Если не переживёт наследник последствия своего первого в жизни самостоятельного решения. Даю вам слово мага, слово офицера и мужчины: не достанется ваша дочь Абдусаламу в жёны. Если он переживёт ближайшие десять дней, значит, я туда пойду. Вырежу там всех, как скот. Его вторым резать стану и буду в своём праве. А после сам там лягу, так, чтобы не подняться. Есть у меня перед Матерью Магией обоснованное, неоспоримое право на эти слова и подобные действия. Тогда полностью сменится в горах власть. Тогда и ваше обещание больше не будет иметь силы. Выйдет ваша младшая замуж в Италию или в Испанию. Этим всё закончится. Вот насколько тесен наш магический мир. Все мы где-то, как-то пересекались и знакомы, хоть и через третьи, пятые, седьмые лица. — Микаил передал Коннела на руки Драко и молча поднявшись, ушёл в сторону ближайших деревьев, не оборачиваясь на проникновенные прожигающие его спину, взгляды нескольких онемевших магов… — Это, что сейчас такое было? Кто мне внятно объяснит? — Блондин, едва сдержался, чтобы не выругаться. — Легенда. Тебе же сказали. Старая горская легенда. Про начало истории, наверное, только дед способен пояснения дать, если посчитает нас достойными. А по последнему пункту… Кощеев Михаил сейчас на территории горцев вместе с семьёй. Пришёл туда по приглашению действующего их Главы и стал там пленником. Наследник Малик пошёл против воли отца и взял царскую семью под свою защиту. Кто там, в противостоянии двух горцев жив останется, никто тебе, Драко, сейчас ответить не может. У Малика помощники есть сильные, что с ним не по чужой, а по своей личной воле подкреплённой одним из самых святых долгов. Такой долг нельзя не отдать. Умри, но отдай. Помимо этого, косвенно на стороне наследника все те, кто за царя сейчас жилы там свои рвёт. Таких, не мало и они хорошо обучены. Так, что вроде как преимущество на стороне наследника, вместе с правдой и честью. Однако спасение жизни царя и смерть нынешнего главы Горцев, совсем не гарантирует жизни наследнику Малику. У них там свои заморочки, для нас непонятные, непостижимые, необъяснимые. Дайте Микаилу время, пусть выдохнет. — Годрик поудобнее перехватил спящего в его руках брата лицом зарываясь в волосы мальчика. — Тебе, сын, откуда такие подробности известны? Ты в это, каким боком успел влезть? — Не влез и не полезу. И вы не полезете, ни при каких вариантах. Влезем —навредим всем. И никого не спасём. Это не наша война. Мы можем только навредить. Я, отец, стал случайным свидетелем чужого разговора. Подробностей рассказать не могу. Чары конфиденциальности. И так, сказал больше, чем собирался. — Северус не таясь, выдохнул. — Ну, хоть у этого мозгов хватило, не влезть. Уже спасибо. Дед? — Что? Нечего деду пояснять. Всё он вам без меня рассказал и пояснил в таких подробностях, каких и я не знал. Самый сильный дар мой, что открылся во мне первым и долгое время был ведущим — это дар тёмного ритуалиста. Перед тем, как родилась Эйлин, почти перед самыми родами уже. Её мать пошла за покупками, хотела лично выбрать материю, чтобы сшить для малышки первые её вещички. Я отпустил в сопровождении подруг и домовика. Отпустил, и сердце не ёкнуло. Там, в лавке, произошёл конфликт. Две беременные ведьмы из-за куска ткани сцепились, не на жизнь, а на смерть. Продавец, подлил масла в огонь, встав на сторону одной из них и во всеуслышание заявил, что, дескать леди Принц была первой и покупку он уже оформил на её имя и даже деньги с сейфа уже списаны. Вот вторая леди и прокляла в сердцах и продавца и леди-соперницу. Да так прокляла, что домой домовик доставил еле живую женщину. Чтобы спасти две жизни, я обрядом перекинул проклятье на алтарь и только позже понял, какую совершил глупость. Одна беременная другой в сердцах сказала, « — Да пусть будет она твоей последней дочерью, если ты её в эти тряпки нарядишь». Вторая ответила не слабее выражением. Дети в утробах матерей своей магией усилили безобидный на первый взгляд бабский трёп. Мужья, не разобравшись, перекинули всё это на алтари. Тряпку эту я сжёг, да что толку? Итог два неснимаемых родовых проклятья в двух магических родах. На наш род всё это преобразовалось в проклятье единственной дочери, что автоматически означает вымирание рода. Во втором роду красивых детей по сей день не рождается. Я делал всё возможное, чтобы снять оба проклятья. И второй отец делал, но не смогли мы перебороть силу женской досады и искренность детской магии. Когда Эйлин исполнилось пять лет, она в первый раз спонтанно аппарировала. Я через три дня нашёл её через ритуал, так далеко от дома, что и помыслить, не смел. Отправился за дочерью. Меня пропустили на чужую закрытую территорию и приняли как родного. Там мне объяснили, что моей малышке волей магии на роду написано стать женой их Главы. Взрослого мужика старше меня самого, больше чем на пятнадцать лет. К тому времени, бездетному дважды вдовцу. Он спокойно был готов отпустить и меня, и девочку домой с уговором, что когда она в следующий раз вот так вот переместится, я за ней не приду. Тогда, после рождения внука, меня пропустят на обряд крещения. Я его естественно послал далеко, взял Эйлин и ушёл. Провёл дома мерлинову кучу обрядов и искренне надеялся, что поможет. Не помогло. На свой восьмой день рождения она снова переместилась. Я следом, но на горскую землю меня уже естественно никто пускать не собирался. Я предполагал, что такое может произойти и начал долгий многосоставной ритуал мной лично созданный от первого до последнего катрена. Я оставил там свой дар, но дочь я забрал и мне было плевать, сколько горцев там за эти семь суток ритуала расстались со своими жизнями, оберегая своего главу от отката. На то, что будет дальше тогда, также было плевать. Дочь я забрал. До её семнадцати лет она жила так, как я ей велел. В школе, она встретила девушку, что ей в замен горца Магия в партнёры выбрала. Этому союзу я тоже волей своей состоятся не позволил. Сам для неё жениха собирался выбрать, чтобы он пережде всего меня устраивал, а уж потом всё остальное. Дальше не только Магия, но и дочь моего мнения не спрашивали. Не по моему сценарию её жизнь прошла. за мои ошибки, обещания и просчёты, Эйлин моя тройную цену заплатила. Всё было, как было. Получилось так, как получилось. Я простил себе все свои ошибки и просчёты. Простил, чтобы жить дальше и растить вторую дочь. Когда Мэри только появилась на свет, я ей пообещал, что если она пожелает связать свою жизнь с магглом, кентавром или домовым эльфом, я не стану противиться этому её желанию. Сейчас пусть будет так, как будет. Горец, пусть будет горец. Я научу его любить её так, как один несносный мальчишка научил любить меня. Теперь я знаю, это возможно. — Не знаю как у наследника с мозгами, но он точно симпатичнее ваших ушастых, сильнее и приятнее в общении, чем кентавр. Против воли девушки, он её на себе жениться не заставит. Не такой он человек. Если я хоть что-то в людях понимать научился. Это мы отвлеклись. Совсем не ко времени. — Вернувшийся к пруду Микаил занял своё место и вновь забрал ребёнка себе. — Так с наследником Принц, я понял. Подрастёт, возможно, нужен будет ещё наставник, а пока и крёстный справится должен. Второй, наследник Блэк. Кто его крёстный? Мальчик берсерк и это прямо скажу плохо. Нужно вывернуть дар наизнанку и… нужно, чтобы переродился дар. Вой, юрук, рубак, всё, что угодно, только чтобы в боевой транс не впадал. Они все связаны. Если он боевое безумие поймает, сам сможет отойти, а братья нет. Особенно Рудольф. Ему нельзя дальше заниматься менталистикой. Не должно быть у него непрошибаемых щитов на сознании. Целитель всегда открыт перед своими пациентами. — Его крёстный Болгарин. Виктор Крам. Сильный боевой маг. Обращается к Веллину всегда только на болгарском и отвечает почти всегда именно на своём языке. Он одаренный. Кажется это называется Вой, но я не уверен. Слишком незначительные в ваших славянских наименованиях различия для посторонних. У нас всего два вида боевых магов. Просто боёвка и берсерк. Я так и не разобрался, что там у вас является обоснованием для обозначения дара. — Гарри замолчал, погладив сына по голове. — Это хорошо. Крамы — тёмный род и они все Воины, не наёмники, не безмозглая боёвка. Крам развернёт. Он сумеет. Значит, и здесь угадали вы с крёстным. Наследник Поттер? — Крёстный Рудольфа — Энтони Нотт. Он некромант, боевик, не плохой ритуалист но не тёмный. С сыном говорит только на английском. Даже когда Руди изучал французский и немецкий, которыми Энтони точно владеет, всё равно говорил с крестником исключительно на английском. — Английский знаете вы, все ваши родственники и все четыре духовных отца ваших сыновей? Значит, не уверен в себе, ваш Энтони. Боится, что сам мальца не вытянет и рассчитывает на помощь всех, кого возможно. Плохо. Значит уже сейчас ваш сын потенциально сильнее и его крёстному об этом известно. И даров созвучных у них нет. Рудольф не некромант… Боевик не из слабых… значит упор на боевое целительство нужно делать… это сложно… Надо думать. Ладно. Это на перспективу мысли. Про четвёртого крёстного я знаю достаточно. Значит самый не защищённый — Рудольф… Тогда он будет последним. Так! Бог-гипноза, а ты, что вообще можешь? — Очень расплывчатый вопрос. Я ушами шевелить умею. Подойдёт способность? — Драко совсем не весело, скорее оскалился, чем улыбнулся. — Хорошая способность. Я ушами тоже умею. Мы позже в этом посоревнуемся, кто лучше. Нет. Я про гипноз. Ты умеешь животных гипнотизировать? Конкретно волков? Нужно хорошо усыпить четырёх маленьких волчат. Не прогнать, не обидеть, не растревожить. Именно усыпить. Убаюкать. Нужно, чтобы волчата увидели место, своё собственное. Из рассказов детей я делаю вывод, что это лес. Нужно показать каждому ту картинку из сна про лес. Там в лесу, нужно чтобы волчата сделали себе в земле углубление и улеглись спать. Они должны быть уверенны, что они очень устали. Долго гуляли, играли и устали. Что они сыты им не страшно, и они очень хотят спать. Чтобы не сомневались ни на секунду, что они именно волчата, что где-то рядом в своих ямках спят братья. Не в одной общей ямке, а каждый в своей, потому, что они уже достаточно большие, самостоятельные. Им уже разрешено гулять по своей территории без надзора старших. Что они на территории стаи свои ямки сделали. Что на этой земле чужаков не бывает. Что чужих старшие всегда прогонят. Что есть рядом старшие братья, родители, дедушка бабушка и остальные. Стоит только захотеть, можно их позвать. Старшие обязательно придут. Или можно будет самому к ним прийти, когда захочется. Но это позже, сейчас очень хочется спать. — Мика выдохнул — Посыл ясен? Всё это ты должен донести каждому не напрямую, а через моё сознание. Как делал уже. Ты же понял, я ни разу не менталист. Моё сознание открыто. — Открыто, да не совсем. Мы сегодня у тебя там уже потоптались. Я должен предупредить. Не с первого, так со второго захода, я твои замки сшибу, не прилагая усилий. Мне откроется если не всё, так многое. Могу потом всё помочь восстановить. — Мика снова выдохнул. — Сшибёшь, так я новые позже навешу. Замки. Там всё давно быльем поросло и мхом покрылось. Мне некогда будет отвлекаться на подобное. Смотри, чтобы мальцы ничего не увидели. Даже мельком, следи за этим тщательно. Сам поклянись забыть, всё лишнее, что рассмотришь. Ни единого слова про это, ты мне не скажешь. Вопросов не задашь. А так, смотри, если время будет. Только… неприятные там картинки. Сны после такого могут начать неприятные сниться. И ещё… жалость, я еге терпеть ненавижу и злюсь сильно. — Клянусь. Но я вообще-то колдомедик. И без клятвы… — Вот и я о том. Так, те, у кого дети будут на руках. На вас тактильные ощущения защиты, ощущение родства, присутствия старших рядом. Запах, аура, сила. Лорд Принц — родительская ниточка для каждого, ментальная, как для Коннела вы делали. Элиас, вот ещё раз так же качественно нас всех подстрахуйте. Прямо от вашей опоры, крылья во время работы появляются. Уф! Сейчас смелости наберусь, чтобы сказать. Некроманту запретить на грань выбираться это прямо вообще наглость? — Гарри улыбнулся. — Наглость, но простительная. Я умею работать не перемещаясь. — Круто! Держите их. Вот прямо против их воли держите. Я преступление сейчас буду совершать. Я буду сращивать их сущности. Нет у них времени на поиски себя и познание своих зверей. Дикие немного будут их волчата, но это корректировать они могут хоть всю жизнь. Нельзя им своих волчат упустить. Если они хотя бы отойдут, на их место придут другие совсем неподходящие животные, которых они себе навысчитывали и призвали. Если для нас сейчас Драко хотя бы месяц на медитации и подготовку сознаний выиграет, то я сегодня напьюсь. Месяц — это идеал. Успеют подготовиться. Будут готовы, это заметно будет. Потом Теодор их через первый оборот проведёт, как оборотни своих волчат проводят. Авторитет Альфы им навяжет. Ваш авторитет подтвердит и авторитет крёстных. Вы кстати анимагии? Я не чувствую. Пришёл когда принял вас за оборотней-волков, потом за вампиров полукровок вас принял, потому, что всё же маги, а сейчас вообще ничего не чувствую. Через Навь вы не пошли и на медвежьей тропе я вашего оборота и зверя не видел. — Маги мы, маги. И я и Северус, и Драко, и Люциус с нами. Все волки. Невилл медведь-панда. Полумна — белая пантера. Годрика и Джея ты видел, дочери наши тоже пантеры их наречённые тигры. Августа Принц — панда. Элизабет — лиса. Тедди говорит, что тотемные. — При таком количестве разного зверья среди родных, не мудрено, что они хотели этого с такой силой. Значит, легче будет, чем я думал. Если ещё и крёстные, так можно сказать мечта. Теодор в звере вас всех сильнее, как он укажет волчатам, так они и выстроят своё с вами взаимодействие. Оборачиваться будут только в вашем присутствии не чаще двух раз в месяц, но не реже одного и не забредут, куда не следует. — У крёстных мы как-то даже не интересовались. Кроме Михаила. Радужные перспективы это хорошо. Ты сам-то, готов сделать то, о чём говоришь. Это на словах легко, а на деле… — На деле, сейчас увидим. Можно с них очки ненадолго снять. Непрошибаемый артефакт. Мне нужно их глаза видеть. Вы тоже следите. Когда зрачок будет волчьим, не выдыхая, нужно будет держать. Попробуем двоих без паузы. С остальными, как пойдёт. Я глаза закрою на минутку Джей с Годриком местами поменяются. Вы только расспросите каждого, как там их волчонок устроился. Пусть каждый опишет своего спящего зверя в подробностях. Насколько ему удобно. Как крепко он спит. Позже они не смогут. Сразу нужно. И скажите, что как время придёт, старшие придут к волчатам и разбудят. Вдруг прокатит установка. Драко, код-фраза для выхода из гипноза — «Назови мне своё полное имя.» Как ответит, только обязательно полное, так выводи из-под влияния. Спрашивай в случае чего хоть пять раз. Ориентируйся по ходу пьесы, я не знаю, как будет. Полностью тебе доверяю. Отдаваясь на волю твоего мастерства. Я как закончу, ты сразу поймёшь.        Микаил сел в позу лотоса, напротив Джеймса, предварительно передав Коннела в руки Гарри. Лорд Слизерин, отзеркалил его позу, усадив спящего Рейфа спиной к своей груди. Драко сел с боку между Микаилом и Джеймсом. С другой стороны в аналогичной позе расположился Поттер. За спиной медведя для себя нашли место два Принца. Джей снял с брата очки, тихо произнёс ребёнку в самое ухо. — «Энервейт». — Микаил, слушайте мой голос. Расслабьтесь. Когда открывается ваш рот, это я говорю. Вы не отвлекаетесь, вы заняты делом… — Мягкие интонации голоса Драко Малфоя буквально обволакивали сознание медведя, даря покой, убирая тревоги и всё, что было способно отвлечь от главного…– «Главное, это не ты. Это маленький мальчик перед тобой и его внутренний зверь. Его волчонок. Заставь их подружиться, принять друг друга и срастись. Ты можешь это, Мика. Ты это можешь. Дай волю своим способностям, позволь им вести тебя нужным путём. Дай волю своей энергии, пусть твоя магия течёт легко, спокойным потоком» Дар откликнулся легко, как никогда прежде. Немецкая речь: — Просыпайся, Рейф. Здравствуй, волчонок. Что у тебя за компаньон, неразумный совсем. Сам уснул, а тебя с собой не позвал. Прогуляемся вместе, волчонок? Покажешь Рейфу, где твой дом? Он очень хочет с тобой дружить. Ты проведи, покажи, где Рей должен тебя искать, если ему будет одиноко, если ему нужна твоя помощь. Если ему понадобится защитник. Ты же смелый, волчок? Подрастешь немного, наберешься сил и будешь самым лучшим защитником для своего друга. А сейчас, он тебя защищает. Покажи Рейфу место, где тебе хорошо. Где твой дом, где безопасно и тепло. Где тебе лучше всего спится. Тебя потревожили, и ты рано проснулся. Нужно доспать и всё будет хорошо. Ты выспишься, наберёшься сил, будешь готов, и вы всегда сможете быть вместе. Быть единым целым. Рейф никогда тебя не предаст, не обидит, никого не пустит на место, что по праву принадлежит только тебе…       Волчонка Мика увидел на третьей минуте угольно-чёрный, большеухий, нескладный длинные тонкие лапы, что обещают в будущем стать надёжной, устойчивой опорой. Напуганный щенок, перегулявший встревоженный. Чует запах того, кто посмел разбудить. Не уверен, что чужак ушёл достаточно далеко. Озирается по сторонам, ищет братьев. Слышит, но не видит. «Брат скулит, ему плохо.» Замер, прислушался. Слышит шорох шагов. Принюхался. Свои. Старший брат рядом. Оберегает, успокаивает, защищает. Не пустеет чужака больше. Отец рядом, он поёт колыбельную, поёт на правильном языке. Понятно поёт. Большой серый волк. Свой, родной, старший. Роет яму. Нужно подойти помочь. Вместе. Как он быстро лапой. Поймать и отбежать. Успел. Ещё раз. Гребёт в яму сухую листву. Помочь. Не получается. Схватить за ухо. Совсем на меня не смотрит. Старший дал по уху, чтобы на себя землю не грёб, чтобы морду в сырой земле не пачкал, там червяк, поймать. Снова по уху прилетело. Не больно. Отбежать. Брат скулит отбежать, чтобы посмотреть. Старший отвлёкся. Идёт за мной. Ухватил за загривок. Поднял. Вижу брата, он совсем рядом. Тоже рядом с ямкой. Старший несёт, не вижу брата, отпустил на листву. Сам улёгся рядом. Лапой прижал. Старший-Альфа. Сильный. Нужно спать. А брат? Я усну, старший к брату пойдёт. Я старший я должен показать пример братьям. Слушать отца, чувствовать старшего брата, они не уйдут, они рядом. Спать. Вот это я зевнул, чуть челюсть не вывихнул. Старший, отец красиво поёт, он рядом, папа рядом, старшие братья рядом. Старший брат не уйдёт. Друг рядом. Большой добрый зверь, навсегда прогнал чужака, больше не придёт, не разбудит. Меня разбудит папа. Я отдохну, окрепну и разбудит. Сейчас рано, сейчас нельзя. Друг будет болеть. Друг есть. Друг. Я это он. Он это я, он моё отражение. Я его отражение. Мы едины, всегда вместе. Одна жизнь на двоих спать… Вопрос на немецком: — Как тебя зовут, волчонок? Назови мне своё полное имя. — Рейф Теренс Северус Поттер-Принц, наследник рода Принц. — Микаил закрыл глаза. Серый волк медленно вёл его ко второму волчонку. Джеймс ловко вернул очки брата на место и, не мешкая, поднялся на ноги освобождая место Годрику и Веллину. Микаил слышит: — Энервейт. — Открывает глаза. Видит мальчика. Детский малоосмысленный со сна взгляд. Обращение на болгарском языке: — Проснулся, Веллин? Здравствуй, волчонок. Покажи нам, где ты? Веллин очень давно хочет с тобой познакомиться. Увидеть тебя. Найти, чтобы всегда быть вместе. Покажись, волчонок. — Детский взгляд с искорками любопытства превратился в звериный. Любопытство осталось.       Тот же лес. Серый волк ведёт ко второму волчонку. Ещё один черныш. Почти полностью идентичный первому. Лишь кости и форма грудной клетки смотреться чуть шире, чем у брата. Веллин в звере будет чуть мощнее. Волчонок скулит. Но вовсе не от страха. Он скулит от скуки и одиночества. Вокруг всё изрыто ямами разной глубины, похожими на воронки от маггловских гранат. Его работа. Увидел взрослого волка. Принюхался, но страха в глазах нет. Даже признаков опасения не проявляет. Там по-прежнему лишь любопытство и азарт. Рад приходу волка. Заигрывает, принюхался. Учуял запах своего человека. Рад. Искренне рад. Перестал обращать внимание на волка, не реагирует на его рык. Срастается со своим человеческим я практический самостоятельно. Полностью принял в себе человека, как и человек с одного взгляда принял в себе волка. Радуется. Играет со своим хвостом. Серый, подхватил за загривок. Щенок недоволен. Почти сопротивляется. Опустил. В наспех поправленную ямку, в которую волчонок, похоже, сам нагрёб листвы ещё до их прихода. Недоволен. Отказывается ложиться. Убегает. Не желает слушать и прислушиваться. Голос лорда Поттера, поющего колыбельную на болгарском языке уже услышал даже Микаил. Волчонку всё равно, он вновь выбрался из ямы и продолжает заигрывать с серым. Получил по уху. Серому надоело играть в догонялки. Схватил за загривок, чуть более небрежно, чем прежде. Хорошенько встряхнул. Громко взбрыкнул. Попытался показать спящего неподалёку брата. Бесполезно. Новое приземление в листву и новая попытка побега, что была на корню пресечена лапой серого на загривке. В лесу, словно со всех сторон разом раздалось короткое, сдвоенное рычание сразу двух волков. Волчонок замер, потом низко опустил голову и сам медленно пошёл к ямке, удобно укладываясь в листве, почти полностью в неё зарывшись. Серый улёгся рядом. Согревая волчонка своим телом. Ещё пара минут, и щенок крепко уснул, разместив голову между передними лапами серого. Болгарская речь: — Как тебя зовут, волчонок? Назови мне своё полное имя. — Веллин Виктор Северус Поттер-Принц, наследник Блэк.— Микаил закрыл глаза, прерывая зрительный контакт. — Микаил? Микаил, слушайте мой голос. Возвращайтесь к нам. Микаил? — Мика слышал слова Лорда Малфоя, словно сквозь толщу воды. Сознание никак не хотело собираться в кучу. Как там фамилия его, я забыл? Мика! Мика, Возвращайся. Дикóй! Мика, слушай мой голос и возвращайся в реальность. — Драко пришлось несколько раз поменять интонации и тембр голоса прежде, чем Микаил открыл глаза и посмотрел на него осмысленным взглядом — Вот так, молодец. Голову вниз. Опускаем. Я помогу. Ты просто ас, Микаил. Но двое — это твой предел. У тебя кровь из ушей и из носа. — Мика выдохнул, повернув голову в противоположную от Драко сторону, и сплюнул на землю большой сгусток алой крови. — Кровь это ничего. Крови во мне много. Будем считать, что это мой дар этой земле. За то, что приняла, обволокла уют и позволяет черпать из себя силы. Я в порядке. Дайте мне пару минут. Кровь я сейчас остановлю. Помогите на ноги подняться. Вы просто не забывайте, что я оборотень и моё звериное сознание тоже имеет место быть. Оно у меня довольно сильное и может быть самостоятельным, если дать ему достаточно воли. Я сейчас вернусь… — Микаил в очередной раз удалился с берега пруда, вновь исчезая за деревьями. В этот раз спустя всего две минуты из леса раздался довольно грозный медвежий рык. — Пап, ему нужен артефакт, как можно скорее. Он так никаких вещей не напасется. Кто его знает сколько ещё раз наши обормоты за ближайший месяц доведут, его до морального истощения. Мика вообще-то и в правду очень настороженно себя всегда ведёт рядом с детьми. Словно их боится или боится им навредить. — Ему нужно памятник в нашем саду установить, а ты говоришь, артефакт. Дойдём до дома выдам. У меня есть в мастерской семь штук готовых. — Кролика поймал. Алинкиного лилового. Двух. Придётся её задабривать. — Кролики они на то и кролики, чтобы быстро восстанавливать свою популяцию. Алина узнает подробности, сама ему всех кроликов переловит. Хоть подкрепиться и магией в том числе. Если разновидность магическая. Ты даже представить не можешь, что он сейчас делает и, что позволяет делать со своим сознанием. Я ему все его щиты снёс даже врождённую защиту. — Драко горестно выдохнул. — Двое — это его предел, ему нужен отдых и крепкий сон. — Нам, Драко не привыкать, раздвигать пределы. Он на моих глазах магу без сонных чар и чар наркоза делал операцию на открытом работающем сердце, когда из инструментов три ножа, водка, хирургическая нить, игла и трансфигурированные из палок расширители. И ещё над ухом пять человек стоят и во всю глотку орут, что это невозможно, спасти человека, которому бомбардой разворотило грудную клетку и сердце. Смотрите-ка, успел, раздается. Целы вещи. Как перекус? — Феникс, завязывай небылицы травить. Организуй мне кипяточку. Не было там, на сердце особых повреждений и эта была не бомбарда. Бомбарда, попавшая в область грудной клетки, превращает внутренности в суповой набор. То сердце, оно было на месте и билось само. Драко, а мы долго с этими двумя? — Семнадцать минут по шесть минут на каждого полторы минуты на переход от одного к другому. И потом я тебя звал. — Вернувшийся к магам Микаил, чувствовал себя явно не очень. Речь была немного замедлена. Медведь заметно растягивал слова. — К этим двум в волке не ходи. — Мика взглядам указал на двух спящих мальчишек. Волчата очень разные. Для Веллина твой волк не авторитет. С этими ещё сложнее будет. Можешь, чтобы в человек, а волком стать у них на глазах, перед тем как улечься? — Мика. Как же мне тебе объяснить, чтобы ты понял? Это всё ты. Не я. Я работаю с твоим сознанием. Помогаю тебе установить с детьми контакт. Выстроить мост. Сам ты на это не способен. И потом немного помогаю с сознанием детей. Ввожу в лёгкий транс. На детей практически не возможно и даже запрещено влиять ментально. Только целителям разума очень высокого уровня мастерства, это позволено. Ментально влияет Северус и Элиас его страхует. С Веллом ещё Гарри подключился. Ты заходишь не через ментал и влияешь не на него. На душу и духовное составляющее, если я правильно понял. Я на такое не способен. Это для моего сознания очень тонкие почти неосязаемые, эфемерные понятия. Так, что это всё ты, не я. — Почему тогда волк? Я твоего зверя никогда не видел. — Мика передал Драко одну из двух кружек с новым травяным сбором. Из второй отпил сам. — Потому, что мост работает в две стороны. Ты открылся для меня. Я также открыл для тебя часть своего сознания. Ты сам нашёл нужную тебе информацию про внешний вид моей анимагической формы. Подумай и скажи, кто из нас выносил наших с Полумной тройняшек? — Мика задумался. — Они у вас не совсем тройняшки, только духовно присутствует полное единение. У вас два плюс один. Девочку вынашивали вы. — То на «ты», то на «вы». Зови просто по имени. Вот видишь, я тебе этой информации не сообщал. Если решишь в ближайшие десять минут усиленно подумать над моей персоной, осознаешь больше интимных подробностей моей жизни. Так как ты полез за информацией именно через семью. Вот таким вот волком, меня очень любит видеть моя дочь. Засыпать вот так, обнимая моего зверя. Если долго не могли её маленькую угомонить, я оборачивался, она меня обнимала и сразу же засыпала. И сейчас, если болеет, всё именно так у нас происходит. Лора заболела, считай, папа почти разучился ходить на двух ногах. — Как же всё это сложно. В теории значительно сложнее, чем на практике. О чём эти четыре заговорщика там шепчутся, за пологом тишины? Дети вроде довольны. — Мика переключил своё внимание на двух парней и двух мальчишек на их руках. Понаблюдал. Закрыл глаза и отвернулся в противоположную сторону. — Помолчать бы три минуты рядом с такими умными людьми. Может и в мою голову, какие умные мысли от вас переберутся.       Прошла минута, а возможно только миг, Мика не понял. Он поднялся и словно в трансе пошёл к воде. Медленно опустившись на колени, наклонился и зачерпнул две пригоршни, сильно пахнущей рыбой воды. Принюхался. Его внутренний зверь оскалился, глотая слюну. Плеснул водой себе в лицо, и начал интенсивно растереть влагу обеими ладонями. Когда отнял руки и рассмотрел, ладони оказались, словно испачканы в дегте. « Блядь! Совсем не вовремя, ещё что-то поднялось и, похоже, не одно. Запах тухлых яиц в вперемешку с запахом тухлого мяса. Два, а возможно три проклятья сразу. Пока это не уберу работать не смогу… как не ко времени. Мальчишка едва дышит». — За спиной оборотень почувствовал едва различимые шаги. — Не нервничайте, Микаил. Я прикрыл нас пологом. Мой полог никто снять не сможет и, что здесь происходит, не рассмотрят. Не услышат. Даже интерес проявлять не захотят. — Гарри присел на корточки и начал помогать, медведю умыться. — Вот так это происходит? Обычно проклятий не видно и рассмотреть их, ощутить, нет возможности, затем вдруг проявляются и только тогда есть возможность их снять? — Ощущаю я их всегда. Словно меня в бетонную стену замуровали, руки, ноги, голову, я освободил, а на теле бетонный панцирь. От шеи и до колен. Обычно всё не так. Месяц, полтора нужно медитировать. Очищать сознание. Голодание. Очищение тела. Если очень постараться, возможно, что-то одно проявится или только часть. Тогда ещё за неделю нужно успеть снять то, что поднялось. Если не успел, снова спрячется. Значит всё сначала и так по кругу. Сегодня это прямо праздник, новый год с подарками. Я искренне рад, но это сильно выматывает физически. Нагрузка не слабая такая. — То, что сейчас вылезло, водой из нашего пруда смывается очень хорошо и карпы мои довольны. Раздевайтесь, Микаил. Полностью раздевайтесь и ныряйте. И я с вами нырну. — Лорд Блэк, вы ведь знаете, что эти рыбины они по своей натуре хищники? Съесть, возможно, не съедят, но понадкусывать могут не слабо. — Они сыты. Зачем им наша плоть, если на вас предостаточно того, что для магических карпов является истинным деликатесом? Со мной они на вас точно не нападут с желанием откусить и проглотить. Смелее, Микаил. Всё равно пока вы это с себя не уберёте, моим сыновьям вы помочь не сможете. Им очень нужна ваша помощь. Безотлагательно нужна. Без вас? я им быстро помочь, не способен. Вы искупаетесь, карпы насытятся достаточно, чтобы отложить икру. Я сегодня собирался резко сократить их численность. Устройте им пир перед неизбежной кончиной. Или в пруд, или я вас сейчас силой на грань уволоку. Там буду эту дрянь чистить. Будет больно. Я теперь знаю, куда и как смотреть. Если придется, сдеру с вас всё что смогу, даже если с кожей. Выбирай! — В Голосе Поттера прозвучали настолько властные нотки, что поёжился даже внутренний зверь оборотня. — Пруд. Сегодня точно пруд. Грань не сегодня. Я к вам сам подойду, когда буду готов. — Вот и хорошо. Раздевайся. Глубины там достаточно, так, что просто нырни. Вода холодная. Дно ровное песчаное, немного илистое. Водоём искусственный. — Гарри так же начал раздеваться, намереваясь нырнуть следом.       Стоило только Микаилу, полностью погрузиться в воду его буквально атаковала одичавшая стая крупных магических рыбин, намереваясь утащить «добычу» на дно своих владений. Оборотень почти не мог сопротивляться, на грани сознания возникло ощущение неконтролируемой паники. Тело начало непроизвольно трансформироваться. Медведь решил, что ему пора вновь выйти на передний план, не спрашивая разрешения человека. Мика почувствовал, как поперёк груди его обхватили сильные мужские руки, над головой возник пузырь, позволяющий рефлекторно сделать несколько глубоких, рваных вдохов. Паника начала отступать Маг смог взять своё тело под контроль. Кожа буквально горела от многочисленных покусываний, но боли не было. Лорд Блэк жестами приказал замереть, расслабиться и глубоко дышать. Сам медленно опустился на дно, покрытое большим количеством золотистой рыбьей чешуи.       Поттер медленно развернул тело Микаила, располагая его горизонтально в толще воды. Своими руками, поддерживая его под спину и под шею. Вода вокруг оборотня начала окрашиваться в чёрный цвет. Рыбы начали вести себя ещё более активно, чем прежде. " Жесть! У меня появилась новая яркая иллюстрация для ночных кошмаров. Не одно и не два… Словно действительно кожу снимают, слоями. Десяток, а то и больше, разом поднялось. Кому скажи, не поверят. Ни один проклятник не догадается, чтобы вот так, с живого человека проклятья снимать. Некромант колдует. Холодом потянуло. Ещё пытается поднять… ух! Жуть, какая! Ещё вылезло. Ноги, руки, магические каналы. Я был уверен, что там снял всё… Ещё… уже почти больно. Даже зверь начинает ощущать… Хватит! Какой же он сильный. Спеленал, как младенца, даже не напрягся. Я не люблю… вода не совсем моя стихия. Совсем не моя! Я бы этого всего и за десятилетие в себе не наковырял. Голова уже чешется. Он меня моет. Трёт тело, мочалкой. Откуда у него мочалка? Ещё слой откопал. Зубы сжать и терпеть… Кисти рук, ладони. Там-то откуда? Я же ими работаю постоянно. Всё! Моя магия уже бунтует. Я её не удержу. Вода нагреваться начала. Сейчас сварю их. Будет целый пруд ухи. Рыбы поняли. Отплыли все разом. Некромант тоже понял. За что он там ухватился? Тянет, сейчас задушит. Бля… ошейник! Ошейник вампирский рассмотрел. Б ррр ММММ! Ух! Вдох. Тащит наверх. Снял! Он его снял!» — Микаил вынырнул на поверхность. Чары головного пузыря полностью рассеялись. Продышался. — «Где некромант? Чего он там, на дне делает?» — Гарри вынырнул на поверхность, молча большими гребками, поплыл к берегу. Рыбины утащили их почти в центр пруда. Мика поплыл за некромантом. Взгляд хозяина поместья не предвещал для медведя ничего хорошего. « Так смотрит сама Смерть, на приговорённого к полному развоплощению души каторжника. Не врут Легенды. Гришка Чёрный. Это…»       Два мага выбрались на берег. В руках лорда Блэка оказалось ведро-решето с мелкими ячейками, полное крупной золотистой рыбьей чешуи. Гарри одним взмахом руки высушил оборотня с головы до пят. Не глядя начал одеваться. Микаил спешно облачился в свою одежду. — Много чего смылось. Воистину темнейшие смертельные проклятья. Одного достаточно, чтобы уйти к праотцам и не вернуться. Боюсь даже представлять, сколько там ещё и почему вы дышите и не сошли с ума. — Духи-покровители гарантировали мне долгую жизнь. Не здоровье, но жизнь и магию. Магию, чтобы я не умер. Посмертие, его ведь тоже ещё заслужить нужно. Проклятья эти от моей же собственной магии подзаряжаются, наказывая. Болеют и страдают от боли только живые. Я способен чувствовать и я этому рад. Дар мой целительский обещали забрать, чтобы помочь себе не мог. Чтобы никто не смог. Дар Теодор отмолил. Это моё искупление перед миром духов. За отказ от их помощи. За то, что не дал волю своему зверю. За то, что не позволил ему полностью овладеть моим сознанием и увести меня глубже в лес, чтобы излечиться. За то, что пожелал остаться человеком. За то, что принял наказание от Матери Магии, не возражая и не пытаясь оправдаться. За дерзость, за своеволие, за то, что честь офицера поставил выше поиска справедливости. За то, что отказался мстить. Сам отказался и им не позволил. Что вы так смотрите? Вы бы смогли отомстить отцу? Человеку, благодаря которому вы появились на этот свет? Через него я в этот мир пришёл, … и наказание было правомерными, и трибунал обоснованным. Я боевой целитель. Я клятву давал, когда погоны получал. Клятву спасать жизни, сохранять здоровье воинов и гражданских лиц. На мои плечи погоны через мой дар упали. Я клялся. Клялся и нарушил клятву. Маги с моим даром должны уметь врачевать при помощи подручных средств. Вообще без всего, если ничего нет. Я не спас. Не всё сделал, что должен был. Человек лишился магии навсегда. Все его потомки этого дара будут лишены. Причины, это просто оправдание. Способ снять с себя вину. Магия не человек. У неё свои критерии. Она дала мне всё, я не сумел воспользоваться. Нюансы для неё малозначимы. — Я вас не осуждаю, Микаил. Здесь не осуждать, восхищаться нужно. Простите, я видел ваши воспоминания. Я всё видел. Теодора блокировал, не пустил его к вам в голову. Он помочь вам хотел. Я не позволил. Пока блокировал, видел ваши воспоминания. Драко снёс вам все щиты. И исповедаться сейчас у вас желание возникло, именно по этой причине. Вы открыты полностью… иначе бы я из вас и слова не вытянул. Я никому никогда ничего не скажу. И Драко не скажет. Мы с ним много чего видели. К такому, были не готовы. Это только ваше. Будет желание поговорить, я вас выслушаю. Когда выговоришься, оно всегда легче. А смотрю так, потому, что зол. Зол за вот это вот украшение, что я с вас буквально содрал. — Гарри сжал в руке ремешок вампирского строгого ошейника для оборотней. — За это у меня прямо руки чешутся ремень снять и выпороть как школьника малолетнего. Где вы их только берёте, хотелось бы мне знать? Теодор, теперь вы? Тоже страдаете от невозможности быть рядом с любимой? За любовь бороться нужно, а не ошейник на своего зверя надевать. Искать возможности. Искать и находить. Сдать бы вас кому-то, кто право имеет, через порку хорошую вам мозги на место поставить. Вас не крестили? Я совсем не почувствовал за вами основной опоры. Слабые отголоски материнской и братские. Всё. — За любовь свою я борюсь, и буду бороться, сколько потребуется. Отказалась моё кольцо принимать, так я не гордый. С собой его всегда ношу и ещё пять раз предложу, если потребуется. Этот бастион будет моим. Вот очищусь, получу право на землю родную лапу поставить, и этот бастион будет моим. Я упёртый. Все её причины, не причины и я ей это докажу. Она и не знает меня ещё, отказывается знакомиться. Я найду способ. Только перевоспитать нужно немного, чтобы роль матери для неё была важнее роли офицера армии магической Руси. Будет нужно, я и с себя и с неё погоны сниму. Не я на себя это надел. Я тогда в звере был. Без сознания. Жизнь из меня тогда уходила. Не мог я сопротивляться. На Нави с духами общался. В себя пришёл, ощущал их, потом забыл. Сегодня на Нави вспомнил. С меня медведица ещё пять подобных сняла. Кандалы с лап и на груди обруч был. Ошейник я тоже там ощутил, но его она не заметила, или не захотела снять. Вернулся, почти забыл. Не до него сейчас. У меня случались приступы удушья, не раз. И боль в груди, но, я думал это от проклятий, даже не пытался на себе артефакты искать. Если бы мог предположить, снял бы уже наверное. Проводили надо мной обряд крещения. Цыганский. У меня мать из цыган. Мы с ней очень давно не имеем возможности увидеться. Только она не знает, что я не могу, и брат не может. Она, наверное, думает, что мы не хотим. Вот и ослабла её опора. В год меня крестили. Крёстный мой… Он был там, в поселении. Прибыл по зову связи нашей, хоть и не сразу, но натянулась она, вопреки чужому пологу. Он пытался помешать. Их было слишком много, нанятых моим отцом карателей, проклятников, наёмников. Крёстный теперь в сердце моём и в памяти. Мы попрощались. Успели. На Нави. Его душу сразу на перерождение отправили. Заслужил. Я отпустил его. — Понятно. Простите, что задаю такие вопросы. И за выводы мои простите. Сын с таким вот украшением домой вернулся. Добровольно его на своего зверя позволил надеть… Ваш я сейчас спрячу, останусь один, уничтожу. Слово даю. — Я понял. Я знаю. Я надевал. Мы его с Лютиком едва поймали и в человека вернули. Его зверь чуть в лес не увёл. Если бы позволили… после шести месяцев в звере, человеческий разум и облик вернуть почти невозможно. У Теда очень сильный зверь. Не было другого для него способа. Ей сейчас всего четырнадцать. Когда он на обучение поступил, она совсем ребёнок была, а у него гормоны и гон. Волки они однолюбы. Ради своей пары пойдут на любые жертвы. Главное чтобы она жила, росла, развивалась. Он за её улыбку небо и землю местами поменяет. Пальцем её не тронет, пока не будет уверен, что она готова. Скорее себе яйца отрежет. — Гарри выдохнул. — Ошейник я уничтожу. Вам легче? Вы готовы вернуться и продолжить? Коннел он… — Снова тропы рассмотрел? Держите его. Не знаю как вы меня, но я его точно выпорю. Он осознано идти собрался. Медведица ему понравилась. — Он ещё не просыпался, Микаил. Он во сне. — Гарри развеял свои чары и от берега окликнул мужа. — Буди его Север. Аккуратно. На русском с ним говори. Северус начал осторожно тормошить сына. К моменту, когда Гарри и Микаил, подошли достаточно близко, чтобы расположиться рядом Коннел уже открыл глаза. — Я, что уснул? Это я спал? — Спал. Расскажешь, что тебе приснилось? — Микаил сел на колени, перед Мальчиком, которого Гарри вновь забрал у Северуса, Усадил на землю между своими ногами, крепко обнял, прижимая к своей груди, одной рукой зарывшись сыну в волосы, медленно начал массировать кожу головы. Северус почувствовавший беспокойство во взгляде и действиях мужа обнял партнёра, давая ему опору и поддержку. — Вам, не расскажу. Вы не хотите со мной разговаривать. На вопросы не отвечаете на мои. Я на ваши не буду. — Со спины к Микаилу подошёл Теодор, возвращая медведю его вновь разогретую кружку с отваром. — Чего это я не отвечаю? Да я сегодня наговорил больше, чем за последние три года разговаривал. — Вы не рассказали почему вас называют Дикóй. Мне же интересно. Перевёртыш — это я понял. Это потому, что вы оборотень. Интерес маленьких детей старшие должны удовлетворять и развивать. Подогревать. — Вот я и подогреваю. Ты же не отстанешь волчонок-Варвара? Не от меня так у дяди Лёши своего Кощеева выпытаешь. Ты первый рассказывай, потом я расскажу. — Мне снились те места. Ну, где мы с вами ходили. Снилось, что меня медведица позвала. У неё нет своих детей. А она хочет. Ей там скучно одной… Вот она меня позвала, чтобы поиграть. Чтобы те места мне лучше показать. — Брешешь, Твоя Милость. Как дышишь, брешешь. А дышишь ты сейчас часто и поверхностно. Медленнее дыши и глубже. Как папа твой дыши. Сосредоточься. Почувствуй под собой землю. Ты на земле сидишь. Она твёрдая и живая. На тропах поверхность мёртвая. Там всегда лапы мёрзнут. Не пустит тебя медведица на свою тропу, не пробуй. Не сработают больше твои красивые глазки. У медведицы твоей детей нет, потому, что она их не заслужила. Грех свой ещё не отработала. Отслужит своё на Навьих тропах, уйдёт на перерождение, родится в Миру, вырастет. Будут у неё дети, хоть десять детей. И будет ей радость, счастье, лекарство от скуки, развлечение, хроническая мигрень, повод для ранней седины и непреходящего геморроя. Ты и братья твои с сёстрами родились в этой семье, чтобы всем этим своих отцов обеспечивать. Ты для отца своего счастье и радость. Причина, чтобы любить и жить, и для папы радость. Зачем ты от них уйти собирался? Зачем волчонка своего взбаламутил, растревожил? Зачем его глазами во сне смотрел? Что ты там отыскать собирался. Нет там ничего. Не место там маленьким живым мальчикам-волчатам. — Не дышит… — Гарри едва прохрипел, закрывая глаза. — С земли лови его, некромант. Пойдёшь и он за тобой. Без тебя не пройдёт. — Микаил выхватил ребёнка из объятий отца. Оборотень, спешно уложил обмякшее в один миг тело мальчика, на сгибе своей левой руки, правую положил мальчику на грудь. — Врёшь, Твоя Милость. Дыши! Не забыл ты, как дышать, пацан. Не позволю. Дыши! Дыши со мной, Коннел! Дыши. Никогда не забывай, как дышать. Нельзя забывать. Даже если до кровавых соплей придётся в жизни драться, нельзя забывать про дыхание. Даже если пить надумаешь до зелёных пузырей в дыхательных путях. Дыши. Всегда дыши. Ты же историю ещё не послушал и рубашку я тебе не сшил. Хочешь такую рубашку? Уши откручу, тонкопалый. Вот, так, так, умница ребёнок. Хороший мальчик, дыши. Открывай глазки осторожно. Братьев и родителей перепугал, паршивец. — И вас? У вас сердце, как огромной птицы бьётся. Папа злится. — Открывай глаза, Коннел. Рассказывай. — Сошьёшь рубашку? Ты свою сам, что ли шил? Чёрную? У меня только белые и серая одна. — Сошью. Чёрную, так чёрную. Ты чего так боишься? Что у тебя душа покоя никак не найдёт? Скажи нам. Мы все здесь. Мы найдем возможность помочь. — Я… я не хочу этого всего. Вот этого, что появилось. Оно тянет. Тянет, тянет, и тянет. Не могу. Я хочу как раньше, … чтобы не так тяжело. И волчонка не хочу. Я не хотел. Я только когда вырасту он должен был так сделать, чтобы я его чувствовал. Ну…. Когда надо, тогда ладно, а чтобы всегда я глаза закрыл и его чествую, я не хочу. Если я его не вижу, не так сильно тянет. Я братьев не чувствую. Рейф нашу связь заблокировал утром ещё, чтобы я их боль не чувствовал, потом его блок слетел. Он не заметил. Я снова мог их чувствовать. Сейчас он снова разобрался и заблокировал. Он самый старший. Он может нас всех друг от друга изолировать. Я один. Понимаешь? Вот вы все здесь, а я один. Я всех чувствую. И не чувствую. Знаю, что волнуются, что любят, что злятся на меня. И не чувствую. Злость только совсем немного чувствую и страх. Пропали чувства. Так раньше уже было. Крёстный тогда сразу ко мне перемещался. А сейчас его нет. Я его зову, а его нет. Связь наша уже сильно натянулась, а его всё равно нет. Если бы он пришёл я бы смог, я бы справился. Я думал, может он там, на тропах и поэтому не может здесь появится. Думал, я её попрошу, её она меня отведёт к папе Мише. Я это перед тем, как уснуть думал, а потом во сне нашёл дорогу. Стало совсем сильно тянуть, как нашёл. — Ух, ты какой царь тридевятого государства здесь выискался! Всё брось и появись перед ним, от того, что ему в кругу любящих людей вдруг всего лишь одиноко стало. Прекрати это, Коннел. Ты не был никогда ещё по-настоящему один. Будут в твоей жизни ещё такие моменты. От них не уйти, как не беги. Как бы твои старшие тебя не оберегали. Заблокировал брат связь и молодец. Значит, он по-более твоего понимает. Нельзя вам сейчас друг друга чувствовать постоянно. Особенно тебе. У вас дары проснулись и жмут и давят и тянут. Твой дар он для братьев твоих опасен. Очень опасен. Избаловали тебя твои старшие постоянным вниманием по первому требованию. Ты растёшь. Вы все растёте. И так как раньше уже не будет. Вы все разные, хоть и одинаковые. У каждого своя жизнь свой путь, свои дары, свои обязанности и своя ответственность .Ты чего, паршивец творишь? Вот у твоего отца сердце от волнения разорвётся, что ты делать станешь? Потом лови душу, не лови, хоть запришивайся. Он уйдёт. Навсегда уйдёт, Коннел. Будь ты хоть десять раз выдающийся некромант. Вспомни-ка, друг милый. Твой крёстный, он вообще кто? — Что сразу ругаться? Всё я знаю. Но раньше он всегда сразу… — Значит, раньше, тебе везло. Он мог. Мог всё бросить и активировать портал. Царь на закрытой автономной территории сейчас, с которой по своему желанию не может переместиться. Магическая Россия — большая страна. Там помимо царя ещё люди при власти и регалиях имеются. Если такой человек к себе царя приглашает, то государь права не имеет отказать и уйти из того дома, по своему желанию не имеет. Он в гости пошёл, на день рождения наследника очень властного мага. Пять дней они гулять там будут, а то и семь. Так положено. Это официальный приём. От этого все устают, именинник больше всех, но всё равно празднуют. Дети крёстного твоего младше тебя, а тоже с ним поехали и тоже терпят. Жена беременная терпит. Потому, что это официальный приём. А ты, вашей связью играешься. Он там сейчас за столом сидит и всем улыбается. Права не имеет никому показать, как ему больно. Нет у царя права на слабость. Он в туалет пойдёт, ему сопровождающего выделят из обслуги. Это ему ещё повезло, что не у казаков гуляют. Можно за столом отсидеться. На лошадях никто скакать не вынуждает. А татары и вовсе могут и две недели гулять на своих праздниках. — Думаешь, у него всё хорошо? Нет проблем сейчас? — Как это нет? Есть. Целая гора и ещё десять раз по столько же. У него две жены, одна из которых в тягости. Трое отпрысков уже рождённых, одна совсем ещё малая. Ещё вот вас четверо. Обод у него на голове весит столько, что голову прямо держать проблематично. Он со своими проблемами уже свыкся. Они у него нескончаемые. Пьет, поди, в их компании, когда совсем невмоготу. — Обод — это да. У меня и на треть не такой, а всё равно тяжёлый. Я же тоже младший князь государства российского. Петербург моя вотчина и территория ответственности. Там теперь расположено поместье английского наследника рода бледной госпожи В Михайловском замке. Совсем недалеко от международной гильдии некромантов. — Обод у тебя имеется? Это хо… а где это он у тебя? На голове ведь должен быть лет так с семи? — Крёстный разрешил пока не носить его постоянно. Только в замке. Он снял на третий день после моего дня рождения. У меня от него голова сильно болела. — Вот за своеволие твоего крёстного, у нас теперь у всех здесь сильно голова болит. Нужен тебе твой венец, ой как нужен. Это очень хорошее для тебя заземление —княжеский обод. Это знак принятых тобой на земле живых обязательств. — Ну, придёт, наденет, наверное. Мне сейчас плохо. Тянет очень. Дышать тяжело. — Со мной дыши. Давай сосредоточься. Брата твоего будить пора уже, а мы с тобой ещё не разобрались. Постарайся отвлечься от того, что там тянет. Чувствуй землю под своей попой. Сосредоточься на желании. Рано твой волчонок проснулся, не готов ты к нему. Нужно его снова спать уложить. Он уснёт. Ты выдохнешь. Подготовишься, примешь его, Потом он тебе поможет, чтобы дар так сильно тебя не тянул, куда не следует. Уснёт волчонок я тебя травкам нужными напою. Легче тебе будет. — Мальчик тяжело выдохнул. — Отвлеки, добрый зверь. Твоя очередь рассказывать почему? — Не забыл, неугомонный. Почему я Дикóй? Зовут меня так. До Дракона только так и звали почти все. Вообще-то есть несколько теорий на этот счёт. У разных людей спросишь, они тебе по разному ответят. Если у друзей детства спрашивать — они скажут, что у меня кудри. У меня раньше были абсолютно неуправляемые чёрные кудри на голове. Что с ними не делай, всё равно на свой лад укладываются. Дикие кудри от того и я Дикóй. Если у тех людей спрашивать с кем меня жизнь свела уже после того, как… это не важно. Я вообще-то не очень хороший пример для подражания для маленьких шилозадых мальчиков, но я тебе всё равно расскажу. Был в моей жизни такой период, когда я жил и общался среди людей совсем не мирных и не особо законопослушных. Есть во мне помимо целительского и другие дары. Вот когда проснулся во мне дар цыганского народа. Я от него довольно сильно с ума сходил, зверь мой тогда особо люто бесновался. Я чтобы ненароком людям не навредить по вечерам выходил на ринг нелегальных магических боёв и участвовал там в поединках, без палочки и оружия. Там меня после третьего боя стали Дики’м зверем называть. — Папа тоже иногда уезжает в таких поединках участвовать, когда его дар на волю просится. — Как хорошо, что твой папа меня старше, и мы там не встретились ни разу. Боюсь после поединка с ним я бы, уже больше никогда и нигде не смог бы участвовать. Даже в поединках игры в «Плюй камни». Он, пока ты спал, меня тут спеленал, как младенца. Выпороть обещал. Значит, я действительно Фартовый. Не врут люди. — Папа всегда свои обещания выполняет. А на самом деле почему? — Эти два варианта тебя не устраивают? — Эти два — это для всех. А я не все. — Не поспоришь. На самом деле. На самом деле это продолжение той истории с водопадом. Понимаешь. Я ведь не родился оборотнем. Я родился обычным мажонком. Мой папа он вампир-полукровка. Моя бабка была вампирессой. Мама моя, она цыганка и даже анимагической формы у неё не было. Не в кого мне было рождаться оборотнем. И, не смотри так. Меня никто не кусал. От укуса медведя-оборотня, нельзя стать перевёртышем. Так только у волков и лис может быть. Как ты думаешь? Откуда появились первые оборотни? От которых потом начали рождаться остальные маги-звери? — Не знаю. Я у родителей спрашивал, мы в книгах вместе ответ искали. Однозначного ответа не нашли. Годрик, Джей и девочки, тоже в клане искали ответ. У вампиров считается, что так одаривали сильных магов-воинов, что сражались по воле высших сил. В стае волков говорят иначе. Что первый волк пришёл к магу, которому было ещё не время умирать, но он сильно болел, и его существование было мало похоже на жизнь. Он не имел возможности исполнять своё предназначение. Тогда спустился с небес волчий дух и вселился в больного, даровав ему свою силу и здоровье. Поэтому его потомки могут обращать в волков обычных магов и даже сквибов, но только людей на грани жизни и смерти или тяжёлых инвалидов и не всех. У Бледной Госпожи и у духа-покравителя вожак должен позволение на это спросить. — Не могу сказать, что обе эти теории корне не верны. Скорее всего, обе имеют место быть. Были в истории магического мира перевёртыши, обретшие своё оборотничество именно этим путём. Когда моему младшему брату исполнилось три года. Моя мама очень сильно заболела. Никто не знает точной причины той болезни. Она тогда вновь находилась в положении. Мама очень хотела родить нам сестрёнку, но все её многочисленные попытки были неудачными. Такое случается. Не может сильная, здоровая, очень одаренная ведьма из плодовитой семьи выносить своё дитя. И ничего с этим не сделаешь. Возможно, кто-то в семье не желает, чтобы рождались ещё дети. Муж, сын, Глава семьи. Кто угодно из магически сильных, близких родственников не желает дополнительной конкуренции, соперничества, боится потерять титул. Пусть даже не осознанно или вполне себе осознавая своё это желание. Может и еще, какая причина. Тогда, мать почти уже доходила положенный срок. Девочка должна была родиться в течении следующих семи суток, но случилось болезнь. Беременность замерла. Мать лишилась дара речи и обезножила. Не умирала и не жила. Овощ, что способен есть, справлять нужду, мыслить и чувствовать боль, которую можно прочесть, только заглянув в её глаза. Некромант, в этот раз помочь, был не способен. Спустя полтора месяца отец увёз мать в стаю оборотней волков и вожак не отказал. Получил разрешение. Так моя мама стала волчицей. Выздоровела и живёт сейчас в большой волчьей стае. Домой к детям отец укушенной обращённой, вернуться не позволил. Жизнь спас, а жить запретил. Он был в своём праве. Принимал своё решение с позиции главы семьи и отца маленького ребёнка. Укушенные долгое время не способны полностью контролировать своего зверя. Такчто волки, действительно кусают. Чтобы исцелить и дать шанс на новую жизнь тем, кому ещё не пришло время уходить. Но есть ещё один способ для мага стать оборотнем, волчонок. Достаточно просто заблудиться в лесу и довести себя там до полного истощения. Такого, что без посторонней помощи уже нет возможности выжить. А потом звать, молить о помощи. Тогда, если тебе очень повезёт, тебя услышит зверь. Отщепенец-одиночка, не принятый по какой-то причине своими или изгнанный. Тот, который чувствует себя чужим, на земле, на которой он родился. Не на своём месте себя чувствует. Обычно такие звери очень агрессивны. Так вот, если один бедолага услышит другого такого же несчастного наделённого магической силой, но не сумевшего ей по уму воспользоваться, чтобы спастись самостоятельно, и зверь явится на зов человека с желанием спасти двуногого и изменить свою жизнь, они соединяются. Срастутся воедино, и получится симбиоз. Таких оборотней чаще всего считают и называют дикими, потому, что зачастую зверь сильнее своего человека. Он ведёт, он управляет. Если ему не понравится в мире людей, он уведёт своего человека в лес и больше не позволит ему обернуться. Став, в скором времени, просто очень умным, сильным, удачливым животным. С укушенными, кстати, тоже так случается, но редко. Так вот. Когда я тогда, на водопаде звал зверя, для Кощеева младшего, я ещё и с дедом силой своей неосознанно делился. В призыв свою магию вкладывал. Это для маленького мага оказалось критичной точкой на грани жизни. Без помощи мне было уже не спастись. Ядро детское не выдерживало нагрузки. Тело и сознание тоже страдали. Дед не мог на меня отвлекаться. На мой зов тогда откликнулось сразу два зверя. Один не очень крупный, второй медведь. Дед мой тоже их почувствовал, ещё пока они достаточно далеко были. Меньшего по размеру зверя мой дед принял за детёныша и был уверен, что он явится для меня. Поэтому постарался насколько мог снизить его агрессию ослабить волю и звериные инстинкты. Ещё на подходе поработить зверя, чтобы он пришёл именно как тотем и я стал анимагом, раз уж так вышло. Дед хорошо справился. Зверь пришёл правильно. С медведем дед тоже начал работать. Много сделал, но до конца не успел. Когда звери явились, дед понял, что ошибся. Детенышем, оказался медведь, и он вселился в меня в прыжке со спины. Это было жутко страшно. Я вообще был не готов к такому. Никто не был к этому готов. Полуторагодовалый бурый шатун, это конечно детёныш, но для мальчика, которому ещё до семи лет было жить почти столько же, сколько он уже прожил. Пока мне не исполнилось семь, меня отселили жить в уединённую избушку. Со мной жила старая женщина из поселения. Бесстрашная и бездушная. Я чаще был зверем, чем мальчиком. Вообще смутно помню это время. Дед приходил раз в три дня и общался лишь с моим медведем, не позволяя, ему расти. Ещё ко мне приходил мой наставник из поселения перевёртышей медведей. Он тоже занимался в основном с моей звериной сущностью. Очень редко общаясь со мной как с мальчиком. В семь моё сознание по уровню развития «догнало», если можно так выразиться медвежье. Семилетний человек всё равно, что полуторагодовалый медведь. Это не мои слова. Это мне дед так объяснил. Скорее всего, он больше не мог сдерживать рост и развитие зверя и поэтому нам позволили дальше расти вместе. Срастаться друг с другом. Свыкаться с действительностью, выстраивать иерархию. До моего девятилетия было около двадцати попыток моего зверя увести нас в лес. Мой наставник, всегда был начеку и всегда успевал вернуть. В мой девятый день рождения мы с ним пережили вместе мой первый криз становления ядра. После этого он принял моё право на главенство. Я стал контролировать свой оборот. Даже учиться пошел вместе со своими сверстниками. Лычки рекрута тоже очень помогли со зверем и ещё вода. Я хорошо уже тогда контролировал свои обороты, но зверь, он всё равно дикий. Когда я медведь, я по сей день, боюсь причинить кому-то вред. Это уже просто страх, который я как человек, пока полностью победить не способен. Мы с моим зверем достигли очень многого за эти годы. Он позволяет мне пользоваться его силой, его органами чувств и даже инстинктами, не требуя полного оборота. Достаточно, звериных глаз и я медведь на двух ногах с мозгами человека и магией. Машина для убийства. Мой зверь послушный, но не ручной, не домашний. Он дикий. Я Дикóй. Тогда на водопаде моя жизнь совершила очень странный кувырок, вывернувшись на изнанку. На дне того водопада осталось моё детство. И покинутое тело второго зверя. Что послушно и добровольно вошёл в тело Алексея, лишь своей духовной оболочкой, насколько это возможно мягко. Его зверь он тоже не домашний и с ним, наверное, есть какие-то сложности. Не важно. Наши звери спасли наши жизни и принесли с собой немало бонусов, хоть и вместе со сложностями. За всё нужно платить. Напугал я тебя? — Нет. Не напугал. Вы добрый. Настолько же добрый зверь, насколько и большой. Я чувствую Ваш медведь, он умный и не станет причинять вред первым, не бойтесь. Мне же вы там не захотели навредить. Защищать пытались. Значит, другим не навредите. Волчонку понравилось. Он очень внимательно вас слушал. Он уже почти спит. Мы с ним тоже подружились и договорились. Он теперь знает зачем он мне, а я знаю зачем я ему. Мы едины. Только его ямка совсем недалеко от спящих братиков. Он сам так сделал. Я не смог ему отказать. Я тоже так хочу. Пусть не в одной ямке спят, но рядом. Он пообещал проснуться только когда за ним придут старшие. Не совсем близко их ямки, но он хотел их видеть. Так можно? — Можно. Ты такой молодец. Вы позволите нам с дядей Драко посмотреть? — Голос Малфоя раздался совсем близко: — Коннел, Микаил, вы возьмёте меня на прогулку? — Драко по-доброму улыбнувшись, посмотрел на мальчика.       Третья прогулка по тому же лесу. Микаил осознал себя в своём зверином обличье, рядом крепко держась за мех, уверенно шёл мальчик. — Остановись, добрый зверь. Их всех из этого места хорошо видно. Смотри. — Медведь увидел. Три волчонка мирно спали в небольших углублениях на земле, если подойти чуть ближе, из-за небольших возвышений всех волчат разом рассмотреть будет не возможно. — Зверь, тихо ступая по лесной подложке, осторожно подошёл к маленькому седому волчонку. Действительно полностью седой, мельче братьев, ещё не спит, но уже дремлет, чутко прислушиваясь к лесным звукам и сопению братьев. На Нови зверёныш казался крупнее и как-то взрослее. Здесь — совсем ещё щенок с молочными белыми клыками. Мальчик подошёл к своему зверьку и лёг набок, прямо на землю. Обнял детёныша и начал медленно гладить зверька между ушами. — Он немного пугливый, когда его никто не видит. Здесь ему хорошо. Слышишь, папа поёт нам колыбельную на русском. Здесь я всех их хорошо чувствую. Отец сильно напряжён, а папа уже нет. Папа устал быть напряжённым. Он сейчас совсем спокоен и отстранён. Папа, он, оказывается, тоже часто чувствует себя одиноким в толпе. Он в такие дни идёт к дяде Драко, или к дяде Невиллу, реже к тёте Луне или к тёте Белке. Ещё к деду Люциусу может пойти. К бабушке Нарциссе, никогда в такие дни не ходит, она всё чувствует и начинает сильно беспокоиться. Приходит к кому-то из них, чтобы вместе помолчать. Они молчат, молчат и папе хорошо, немного грустно, но это только пока отец не придёт. Когда отец за ним приходит становится совсем папе хорошо. У него душа тогда поёт и улыбается. Есть у тебя, добрый зверь человек, рядом с которым у тебя всегда душа улыбается, в любой день? У нас с волчонком тоже будет. Мы обязательно найдём с ним душу на земле, которой хорошо, только от того, что мы просто есть. Смотри, как мы можем. — Ребёнок ещё крепче прижал к себе своего зверька не потревожив его сон и слился с ним воедино. Вот уже и нет больше в лесу мальчика. Есть только маленький, крепко спящий волчонок, что улыбается каким-то своим видениям. Медведь устало выдохнул, закрывая глаза. — Как тебя зовут, волчонок? Назови мне своё полное имя. — Коннел Мишель Северус Поттер-Принц, наследник рода Певерелл. Первый младший князь государства российского-магического, рождённый на английской земле. Наместник царя и воли его, на территории города на Неве. Территории одарённых Бледной Госпожой. — Микаил посмотрел на казалось полностью пришедшего в себя ребёнка. — Ты как? Вот за такие вот твои выкрутасы, будешь крёстным отцом сыну моему. Придёшь и сам предложишь. Не позже чем ему три года исполнится. У оборотней с этим сложно. Не родители ребёнку духовного отца выбирают. Он сам должен прийти и предложить свою кандидатуру. Должен почувствовать, что его эта роль и прийти. Так, что приучай себя к этой мысли заранее. Чтобы правильно моего отпрыска почувствовать и прийти. Понял меня? Всё душу мне наизнанку вывернул, неугомонный. Живи, младший князь. Живи, Твоя Милость и учись всему на совесть. Так живи, чтобы там сверху увидели и сказали: «А ну-ка, повтори на бис». — И проживу! И выучусь. И крёстным буду. Только мне помощь будет нужна. Нельзя было к себе внимание там привлекать… — Мальчик опустил голову и поднялся на ноги, уверенно направился к отцу. — Папочка! Миленький! Ты не волнуйся так за меня. Я снова всё чувствую и землю под ногами сейчас хорошо чувствую и воздух… Большой добрый зверь разморозил мои чувства, и волчонок мой мне помог. Мы вместе с ним всё почувствовали. Я теперь не разучусь больше. Ещё крёстный придёт, когда сможет и совсем мне хорошо будет. Папа вот сейчас тоже уже ничего не чувствует. Устал. Ты обними его, чтобы у него душа улыбалась. Так только ты можешь. — Северус тяжело выдохнул, крепко прижав к себе ребёнка. — Пиши крёстному сообщение, Коннел. Нужно его успокоить. Он уже поседел там, пока ты здесь определиться не мог, по какой поверхности тебе больше ходить нравится. Мы позже с вами поговорим. Иди сейчас к братьям. Рудольф уже три раза просыпаться пытался. Сейчас ему наша помощь нужна. — Напишу сейчас. — Коннел отстранился, немного развернувшись в объятьях отца, как оказалось лишь для того, чтобы дотянуться и обнять папу Гарри, что-то едва разборчиво, ему прошептав. Получив свою порцию обнимашек, быстро убежал к братьям, что о чём-то увлеченно беседовали за пологом тишины.       Чары легко пропустили наследника Певерелл к трём наследникам и двум лордам, его братьям, что были неимоверно рады. Годрик сгрёб его в объятья, усаживая на свои колени второго младшего. «Своя ноша не тянет. Ещё вот Рудольфа дождаться. Сообщение крёстному набирает. Нужно и этим двоим сказать, у всех, наверное, связи натянулись.»        Теодор сам подошёл к Микаилу и Драко, располагаясь так, чтобы им было удобно работать. — Он уже раза три почти проснулся. Я его магией укутал и качал. Этому даже заклинание не понадобится. Просто разбудить. Вы выдохнули? Готовы? — Мика молча кивнул, готовясь установить контакт. Изнасиловал он сегодня своё сознание, в грубой форме изнасиловал. Уже даже гипноз причинят боль. Драко, чуть ли не уговаривает его, как двухлетку. — Рудольф? Руди, просыпайся, мудрый волчонок.       Лес. Уже почти родной. Большой медведь и чёрно-бордовый маленький волчонок рядом. Маленький, а мех прямо загляденье. Блестит, переливается богатым, насыщенным цветом. Значит, вот таким мог родиться и Коннел. Да. Кончики ушей седые. Смешной, несуразный, нескладный. Самый беззащитный. Совсем потерянный. Очень уставший. Они довольно далеко от остальных. Не хочет идти. Слабый. Совсем устал. В пасть не взять. Челюсть уже сводит от усталости. — Большой бурый медведь медленно опустился, укладываясь на землю. Мордой понукая волчонка залезть на спину. — Забирайся, малыш. Брат на медведице катался, ты чем хуже? Цепляйся. Когти выпусти. Сильнее, не бойся. Мне не больно. Я даже не почувствую. Готов? Держись. Я поднимаюсь. Отнесу тебя к братьям в твою ямку. Они спят и тебе давно пара. Нужно набраться сил и отдохнуть. Отец твой поёт, уже охрип, пока вас уложить всех пытаемся. Слушай малыш. Хорошо поёт. Душой. — Пока шли, волчонок словно замер. Совсем не любопытный. Брат бы головой вертел из стороны в сторону, а этот даже не шевелится. Медведь дошёл до нужного места, плавно опустился. — Спускайся, малыш. Пришли к твоей ямке. Коннел, наверное, всё для тебя здесь устроил. Братьев проверил, свою ямку сам себе организовал и о тебе позаботился. Вон он, громко сопит, совсем рядом его место. Эй! Спускайся, говорю. — Медведь постарался повернуть голову, чтобы лучше рассмотреть детёныша на своей спине. — Ты там уснул? Вот это новость. Уснул на спине чужака. Что же мне с тобой прикажешь теперь делать? — Медведь немного завалился на бок, чтобы задремавший щенок мог соскользнуть с его туши, мягко опускаясь на землю. Не совсем мягко, но не проснулся. Взрослый зверь мордой передвинул детёныша в центр углубления, укладывая поудобнее и лапой осторожно нагрёб побольше листвы. — Спи. — Стоило только большому зверю подняться на лапы, волчонок вмиг поднял с земли мордочку и жалобно посмотрел на медведя. Словно намереваясь идти следом. — Ты куда собрался, шальной? Лапы ведь тебя не держат. Спать нужно. Спать. Папа придет, разбудит тебя, когда время придет. Здесь сейчас твоё место. Рядом с братьями. С тобой полежать? Зачем я тебе, малыш? Я же совсем чужой тебе. Я только помочь. Не мой это дом. Я только гость. Временное явление. Пришёл и греюсь у чужого очага, пока своего не имею. Родные души с тобой рядом. Прислушайся. Все здесь. Берегут тебя. Сторожат твой покой. Нет, не со мной! Здесь твоё место. Не переспорить тебя, да? Ух, поперечный! — Большой медведь вновь опустился на землю, неуклюже располагаясь вокруг ямки. — Полминутки всего. Потом, я уйду. Ты уже должен будешь крепко спать. Без разговоров, волчонок. Минута! Она уже началась. — Тяжёлый вдох волчонка утонул в таком же медвежьем выдохе. Мика устал. Не смертельно, но уже даже зверь вымотан не слабо. Напьюсь. Сегодня точно напьюсь. — Как тебя зовут, волчонок? Назови мне своё полное имя. — Рудольф Энтони Северус Поттер-Принц, наследник рода Поттер. — На втором имени мальчик слегка запнулся. Мика отрицательно покачал головой. — Как тебя зовут, волчонок? Назови мне своё полное имя. — Рудольф Энтони Северус Поттер-Принц, наследник рода Поттер. В этот раз каждое имя было произнесено громко и чётко. — Микаил закрыл глаза и резко откинулся назад, укладываясь спиной на землю, устало застонал, не разжимая сведённых судорогой челюстей. Подскочивший к сыну Поттер подхватил ребёнка на руки, крепко прижимая его к себе. — Вместе напьёмся, Микаил. Вместе сегодня пить будем. — Драко тоже улегся, вытягиваясь во весь рост. Только щиты тебе восстановить нужно, прежде чем пить. — Щиты не проблема, лорд Малфой. Сейчас поем, сами встанут. Только вы уверенны, что ваше поместье без серьёзных потерь пьяного медведя переживёт? — Ой, не пугай пуганых. Словно ты здесь единственный медведь и мы не знаем, чего нам ждать. Напоить вас сложно, косолапых — это да. А если получится, вы же мирные, когда пьяные, что ручные хомячки. Только обниматься лезете, да чтобы вас по голове все гладили. — Теодор громко рассмеялся. — Точно, лезет. Всегда ему объятий мало, и гладить его нужно. Урчать начинает, как кот, если кожу головы ему массировать легонько. — А я о чём? Невилл такой же. И Кощеев и Августа. Если их вместе собрать и напоить, всех переобнимают. Виктор кстати тоже очень похоже, себя ведет, если сильно пьяный.– Все облегченно выдохнули, начав подниматься. Годрик снял свой полог тишины.       Элиас уверенно подошёл к Гарри и Северусу, вместе удерживающих сына в своих руках. Прадед собрался забрать правнука, у явно очень уставших родителей. Вдруг у Рудольфа началась настоящая истерика, быстро набирающая обороты. Малец впал в панику, ничего толком не объясняя, только требуя, чтобы его отпустили. — Отпусти! Папа, отпусти меня туда. Папочка, пожалуйста. Ты не понимаешь. Он, … я один! Папочка идем вместе он, наверное там. Нужно успеть же…– Гарри пытался успокоить сына. Стараясь понять, что произошло? Почему душа его ребёнка начала снова рваться на грань миров? Да так, что не удержишь. — Ты не один, сынок. Мы все здесь. Сыночка, мой! Успокойся, дыши, дыши… — Поднявшийся на ноги Мика, окликнул мальчика на неизвестном языке. Ещё раз окликнул. Ребёнок замер. Микаил произнёс перевод на английском: — Успокойся. Успокойся, волчонок. Ты сейчас разбудишь своего зверя. Ты всех их там перебудишь. Если так случится, я введу вас в медицинскую кому, всех четверых. Новая длинная фраза, медленно произнесённая на иностранном языке. — Я не только ваши души к телам, я ваши тела к земле попришиваю и это будет очень больно, долго и мучительно. — Снова иностранная речь и перевод: — В себя придёте, с начала только лежать сможете. Потом ползать, как черепахи и только потом, превозмогая боль, будете вновь учиться ходить. Я знаю, о чём говорю. Сам через это прошёл. И времени у вас на всё, только до девятого вашего дня рождения будет. Никто вас не пожалеет. В девять лет вам всем в школу, кровь из носу нужно пойти. И это будет не институт благородных девиц. Иностранная фраза, за ней перевод: Ты куда собрался? Кто тебе сказал, что тебе позволено подобное? Даже думать, не позволено. Забудь. Ты не некромант. Дар слетит, жить не сможешь. Не будешь понимать как, а главное зачем. Только и сможешь, что существовать. Ты не некромант, мальчик. Ты — не твой брат и не твой отец. — Я один. Крёстный! Мой крёстный, он там. Я один. Нет крёстного. Связь пропала совсем… нужно… Я теперь только я… не Энтони. — Микаил выругался, выхватив ребёнка, и побежал, на ходу снимая с мальчишки обувь. — Как это не Энтони? Ты только сейчас назвал себя своим полным именем. — Мика не забывал произносить каждую фразу на двух языках.       Оборотень опустился на землю возле ствола большой сосны и расположил под ней мальчика, поставив его на колени, так, чтобы стопы босых детских ног и спина касались ствола дерева. — Дыши! Чувствуй. Нужно почувствовать жизнь внутри этого дерева. Сосредоточься. Не шевелись. Замри. Только дыши и чувствуй! — Мужчина поднялся на ноги. На его руке блеснули медвежьи когти. Положив руку на ствол прямо над головой ребёнка, Микаил закрыл глаза и сосредоточился. Выдохнул. Сделал глубокий вдох. — Нельзя ему без крёстного, помоги! — Оборотень аккуратно провёл темя когтями по стволу, глубоко повреждая кору. На стволе появились и начали быстро скапливаться капли смолы. Когти исчезли. Мика начал собирать смолу, указательным пальцем, аккуратно отправляя её себе в рот и начал медленно пережёвывать. Собрал ещё и провёл по стволу рукой в миг, залечивая повреждения. Вновь опустился перед ребёнком на колени. — Открой рот, Рудольф Энтони Северус.– Мальчик послушно выполнил указание. Смола оказалась у него во рту. — Подержи недолго и начинай жевать. Должна получиться жвачка. Знаешь, что это такое? Видишь, я жую. У тебя должно также получиться. — Ребёнок кивнул, сосредоточившись на выполнении задания. — Не жуётся, горькое и к нёбу липнет. Не выходит жвачка. Я уже почти всё проглотил. Гадость. Вяжет во рту. — Оборотень ответил мальчику на языке своего народа и тут же перевёл: — Глотай. Горькое, но не смертельно. — Мика достал то, что жевал сам и отправил это ребёнку в приоткрытый рот. — Жуй! Тщательно жуй. Чувствуешь дерево, оно говорит с тобой? — Мальчик кивнул. — Как вы говорит. Я не знаю этот язык. — Придётся выучить. Сосредоточься, попытайся понять интуитивно, о чём оно тебе вещает. Не забывай жевать. — Мальчик затих. Сосредоточился. — Крёстный жив. С ним всё в порядке. Это девочка, внучка его. Девочка перекрывает нашу связь. Я её чувствую сейчас, связь. Она совсем тонкая. Теперь всегда будет такой. У меня и раньше было не как у всех. У братьев крёстные папы и связь толстая, прочная. А у меня крёстный дядя. Теперь он ещё и не знаю… двоюродный дядя крёстный. Мне… мало. — Мало, это конечно обидно, но это многим лучше, чем ничего. Ты не сравнивай. Вы с братьями разные очень. Ваши крёстные тоже разные. И связи они и должны быть разными. Зависть плохое чувство, оно разрушает. А завидовать родным братьям это глупо, мудрый волчонок. Ты же их любишь. Радуйся за них. Если им хорошо, то и тебе рядом с ними всегда хорошо. Учись ценить то, что имеешь. Не обесценивай. Замечай каждую приятную мелочь. Сам замечай. Своё. Из многих мелочей набирается много хорошего. К маленькой девочке ревновать, к малышке совсем, это разве достойно мужчины? — Из глаз мальчика полились крупные слёзы. — Откуда вы знаете? Мне просто обидно. Я её даже не видел. Она мне чужая. Теодор, сын крёстного, я к нему хорошо отношусь и он ко мне. Мы не братья, но друзья. — Дерево сказало. Это теперь твоё дерево. Ты приходи к нему, всегда, когда плохо. Если связь с крёстным вдруг начнет, теряться. Если тебе больно. Если настроение плохое. Радостью тоже приходи с ним делиться. Как захочется, так и приходи. Если ты не дома будешь, так найди дерево такого вида и к нему подойди вот так как сейчас. Попроси о помощи и связи. Они договорятся и ты в любом месте сможешь почувствовать себя дома. Кусочек родины, что всегда с собой. Такие деревья они почти везде растут. Даже в Африке можно найти их родственника. — А у вас тоже есть своё дерево? Какое? — Есть. Ёлочка. Тебе легче, волчонок? Успокоился? Про любые тропы и миры забудь не вспоминай. До семнадцати лет ни единой мысли быть не должно. Вырастишь, будет у тебя наставник. Он тебя сам правильно отведёт и всё как надо покажет. Ты не некро. Ты целитель. Понял меня, Рудольф? — Мальчик кивнул. — Вы теперь всегда со мной на двух языках вот так говорить будете? Вы тоже целитель? Большой добрый медведь, что умеет сильно сердиться это ведь вы? — Медведь это я. Я совсем даже и не добрый. Умею очень сильно сердиться. Особенно на упёртых, непослушных мальчиков. Что сначала делают, а потом очень медленно начинают думать. Я целитель. Разговаривать буду так, до тех пор, пока тебе нужен будет перевод. На многое не рассчитывай. Совсем не долго, буду переводить. Быстро тебе придётся учиться. Скажу и посмей только не понять мои слова. Это Кавказские языки. Их много. Даже сами горцы не знают, сколько их точно. Какие-то из них очень похожи. Какие-то довольно сильно разнятся. Горец-маг всегда поймёт другого горца-мага из любого аула. Мы говорим на смеси всех языков. Мы не магглы. Тебе теперь придётся выучить их все. Речь, обращённая к тебе на этом языке, твой якорь в этом мире. Чтобы если дар вдруг очень сильно начнёт на тебя давить, старшие твои, имели возможность тебе помочь с этим справится. — Вроде он не очень сложный. Я выучу. Только его же в нашей семье никто не знает? — Теодор вроде знает и остальные выучат вместе с тобой. Ты же учишь русский вместе с Коннелом? И они с тобой выучат. Отцы, так уж точно. Тебе лучше? Идём к твоим? Назови мне своё полное имя, мудрый волчонок? — Последнюю фразу Микаил переводить не стал. Мальчик улыбнулся, отвечая на английском. — Рудольф Энтони Северус Поттер-Принц, наследник рода Поттер. Мне хорошо. Куда пойдём? Они почти все у вас за спиной стоят, только братьев здесь нет. Из всех один, Тедди. Остальные у пруда остались, наверное. Вы устали? Я есть сильно хочу, а так не устал. Выспался. Волчонок во мне крепко спит, и у других спят. Я их не потревожил, не разбудил. Не нужно нас к земле пришивать. Мы хорошо сейчас её чувствуем. — Хорошо. Пока не буду пришивать. Но я умею. Будет нужно, я пришью. Сам запомни и братьям мои слова передай. Я не шучу. Устал. Все устали. Вымотали вы сегодня взрослых, эгоисты маленькие. Совсем никаких самостоятельных действий не предпринимали, чтобы в этом мире остаться. Всё понятно, дары проснулись, это тяжело страшно и даже может быть больно, но нужно стараться, хотя бы пытаться предпринимать попытки сопротивления. Разве вы совсем жить не хотите? Вы будете стараться, вам в разы легче будет помощь оказать. — Первый раз же с нами вот так… и страшно, и больно немного, и интересно, и хочется рассмотреть, что там… Мы будем стараться. — В этом мире ещё не всё рассмотрели, четыре Варвары-волчонка. Вот так и буду вас звать. Варварами и по номерам раз такие любопытные. Ты, Варвара номер три.– Микаил поднялся на ноги, подавая мальчику руку. Жить нужно. Жизнь свою ценить и беречь. Без вас и родителям жить не зачем будет. Без родителей, старшие братья сёстры потеряются. — Я, Рудольф Энтони Северус Поттер-Принц, наследник рода Поттер. Папа, подтверди. Ты же меня нарекал? — Гарри выдохнул, поднимая сына на руки. — Ты Рудольф Энтони Северус Поттер-Принц, наследник рода Поттер мой сын и ты волчонок, Варвара любопытная номер три. — Гарри наклонился, чтобы сорвать для себя травинку, засунул её в рот — Эй! Папа! Это обидно звучит. — Элиас забрал внука. — Что обиднее? То, что ты Варвара или то, что третьим номером числишься? Заслужили вы сегодня своё прозвище. Вот увезу вас в Принц-мэнор, займусь вашим воспитанием, как наследников родов. Как положено, буду воспитывать и наказывать. Как в кодексах родов написано. К главе рода он «Эй» обращается! Удумал! — Мальчик покаянно опустил голову. — Я сын, я брат, я внук, я крестник и только потом наследник. Не смотри так. Ты, как папа, всё равно не умеешь, и как отец у тебя не выходит. Дедушки должны баловать. А прадедушки сильно баловать. Хватает нам воспитателей. — Главное, чтобы было кого сильно баловать, а с остальным я как-нибудь без сопливых-Варвар разберусь. Едва сердце десять раз не разорвалось сегодня. Идёмте все. Теодор, дай другу опору, он едва на ногах стоять способен. Сам не дойдёт. Я так понимаю, этот бой за ваши жизни он выиграл. — Этот выиграли. Лорд Малфой время для нас выиграл, больше, чем можно было мечтать. Дней сорок — шестьдесят, а то и все девяносто до первого оборота у нас есть. Звери должны теперь спокойно прийти. Звери придут, дары чуть меньше будут давить. Можно будет и ещё повоевать. Шансы на победу заметно выросли. Тедд, у меня минут через тридцать голос пропадет. Полностью. Ты не пугайся. Если будет нужно, переводи мои знаки своим родичам. Переговорил я сегодня. Мои связки сильно обиделись. — Лады. У Сая травы есть. Твои запасы мы сегодня сильно порастратили. Он соберёт для тебя новые. Вот только я, так и не понял, почему с мелкими всё… они не первые ранние анимагии в нашей семье. Сёстры мои в три года в первый раз обернулись. Я в волчонка, они в котят. — Сёстры — это которые вампирши-полукровки? Духовные близнецы врождённого оборотня? А почему ты на кошачьих тропах бродишь и лапы себе не отмораживаешь? Почему они под тобой даже не прогибаются? Молодцы сестры ваши. Не испугались тотема-защитника. Приняли правильно. Только я сомневаюсь, что совсем без осложнений и трудностей это случилось. — Пару сотен седых волос в голове папы Гарри. Полное опустошение магического резерва. Наглухо заблокированные детские комнаты. Повреждение многоступенчатой защиты семейного крыла родового мэнора. Право слово, о чём говорить сущая мелочь. — Северус обнял Гарри за талию, чтобы иметь возможность помочь ему и себе идти не шатаясь. — А! Да. Перед этим же ещё старшие точно так же, до полного опустошения резерва и отключи родителя, кажется, почти на сутки. В день обряда крещения. — Драко обнял Теодора. — Веди нас большой глупый волк. Вернее, тащи на себе меня и Микаила. Вампирят можно кровью вовремя напоить, их это очень хорошо заземляет. Родительская магия в крови. Отбивает желание грани познавать. Посадим младших на кровавую диету? Не сравнивай маленьких магов без даров, со слабыми дарами, очень одарённых, мажат с наследием, почти магиков и магиков. Несравнимые это понятия. Усёк? — Тедд кивнул, обдумывая услышанное.       Вернувшись к пруду, компания дополнилась оставленными там братьями Поттер-Принц. Все вместе маги оборотни и мажата восседающие на руках своих старших направились к поляне с дубом. Поздний обед, употреблённый совсем недавно растворился в организмах бесследно. Сильно потратившиеся магически, эмоционально истощённые маги, были очень голодны. На часах время ужина. Скорее всего первого, но не последнего ужина за этот невероятно длинный, не желающий завершаться день.        Теодор начал проявлять признаки беспокойства ещё на подходе к поляне. Гарри почувствовал, как его старший волчонок сильно напрягся и ускорил шаг. Разблокировав свою связь с Невиллом, получил от брата сообщение. Застонал. Выдохнув, выругался. — Спокойно, Теодор. Спокойно. Напугаешь её, она их убьет ненароком. Микаил, Драко держите его. Медленно, сын. Идём медленно и смотрим, что там и как себя вести. Годрик, наложи заклинание увеличения и усиления. Нам нужна картинка, лучше, если со звуком. Сможешь? — Годрик кивнул. Передавая двух братьев из своих рук Элиасу и Джеймсу.       Взмах палочки и все смогли хорошо увидеть и рассмотреть происходящую за столом сцену: « Не дёргайся, наёмник. Замри….» — Маги Внимательно слушали каждое слово, боясь упустить момент. — Весело, блядь! — Поттер встретился взглядом с сильно обеспокоенным сыном. — Теодор молчи. Понял меня? Сейчас подойдем, я буду говорить. Разберёмся. Ну, закопаем Сизого под дубом, раз он дебил. А Настька то, Настя! Сизый, если выживет, долго заикаться будет, после услышанного от дочери. Хороши у нас детки, любо дорого посмотреть, да послушать…. Аж, гордость родительская так и распирает. Сейчас взорвусь. Не остановите…

********

— Вас Кощеевых родители вообще, через какое место зачинали? Хотелось бы мне узнать! — Теодор поднялся на ноги, достал из кармана чистый носовой платок и, завернув в него вейловский клинок, убрал обратно карман. После чего уверенным шагом направился к дереву. — Как всех, так и нас зачинали…— Алексей, мало обращая внимания на манипуляции с его рукой, повернул голову и внимательно посмотрел на дочь. — Настя… — Что, Настя? Только не вздумай у меня сейчас подробности выспрашивать и оправдываться. Я-то какое к этому имею отношение? Я тогда ещё даже не родилась, когда ты наследника вейл из поместья своего свёкра выкрал. — Почему вы с братьями ничего нам не сказали? Что узнавали, что встречались с Владыкой Тёмных? Что дед вам титул предлагал, первый раз слышу сейчас. Я даже не знал, что муж Марины Владыка их. Если бы знал, иначе бы себя повёл. Мне совсем недавно Теодор смог продолжение этой истории поведать. Я искал его. Пытался выяснить. Не смог. — Плохо значит, пытался, или не очень хотел. Не хотел знать, что маленький ребёнок, чуть старше твоих сыновей, замёрз в том лесу. Когда не знаешь, оно ведь легче. Совесть не так жрёт. Старик нам не дед. Он сам всё для этого сделал. Даже имя его в моём присутствии никогда не произноси! Мы вам не рассказали? А по мне, так вы с матерью должны были нам эту историю рассказать, а не наоборот. Вы не рассказали — решили по-своему. Мы по-своему решили и тоже не рассказали. Всё ровно. Ты, чего думаешь? Вы в каком месте нас растите? В теплице изолированной? Я при дворе русского царя свои первые шаги училась делать. Тот ещё дом терпимости. Все всё про всех знают. Кости друг другу до бела перемывают, перетряхивая чужое грязное бельё, чтоб в этом ворохе своё дерьмо поглубже спрятать. Ты, правда, думаешь, я не знаю, чья я дочь? Или братья не знают? Ты думаешь, я не слышала про Сизого-везунчика, Гришку-чёрного? Я три года отучилась в суворовском кадетском магическом корпусе. Среди боевиков и берсерков. Там про вашу честную компанию такие легенды ходят, заслушаешься. Или вы думаете, вы прожили свою юность, ту в которой у вас в башках был ветер, под хвостами дым, под копытами искры, рога бараньи пламенем объяты, от когтей кровью и холодом веет, и никто ничего не видел, не заметил, и рассказать не может? Ослепли все и оглохли по вашему желанию? Рассказали. В подробностях да ещё приврали в три короба. Лучше бы ты, конечно, сам рассказал, но я не в обиде. Это сложно, наверное, очень. Не смотри на меня так. Не нужно здесь сейчас демонстративно начинать сожалеть обо всём сразу, кается и топится в жалости к самому себе. Дочка-малышка перестала в отце непогрешимого героя видеть. Не перестала. Просто никогда не видела. Ты у меня спроси, мне нужен другой отец? Я не вчера и не за один день всё это узнала, и относиться к тебе иначе не стала и не стану. Мне не нужен герой. Все герои цениться начинают, только после смерти. Мне нужен отец, без всей этой шелухи. Мне плевать, кто и как тебя называет. Но всё же, если ты еще, какому народу магическому дорогу случайно перешёл, ты найди слова. Расскажи. Чтобы хотя бы знать, чьи мы там кровники. Ты с кланом вампиров не ссорился? Может им заранее виру выплатить? Я готова своим приданным пожертвовать. — С вампирами не ссорился. И кровников у нас не было. Пока ты своими словами принцессу Омели на эту роль не назначила. Ей и её брату, я без твоего приданного виру выплачу, если они возьмут. — Это хорошо, а то кому я нужна буду бесприданницей? И так, все в мою сторону смотреть боятся, как только узнают моё полное имя. Ты просто идеальный отпугиватель от ухажёров. Люблю тебя, папочка. Честно, честно и очень, очень. Гарри, спасибо за трапезу. Мамуля, испуг иногда полезен, от этого говорят, кровь к мозгу приливает. Ты же чувствовала, что тебя Невилл и Нико защищают. Зачем было пугаться, не пойму? В следующий раз, будешь мужа больше слушаться. Иди Басю свою выгуляй и приходи, обниматься будем. Я спать хочу очень. Устала. Рядом с тобой хочу спать, и живот твой буду гладить. Ты слышала? У тебя там трое! Класс! Я старшая сестра три раза, за раз. — Я хотела… не важно. Они действительно очень похожи с Мариной. Я скучаю, но моё хочу, не имеет значения и цены. Плохо, когда дети платят за ошибки родителей, но в нашем мире почти никогда не бывает иначе. Мы с Мариной свою цену заплатили. Вот и вы с братьями, и принцесса с наследником уже по нашим счетам платить начали. Малышка ведь совсем… Вечер уже. Не нужно на закат спать. Перетерпи, дочь. Идём лучше с берёзками обниматься? Найдём здесь берёзки и будем их обнимать. Трое… сейчас главное, что они уже есть. Нужно много сил и энергии. — Микаил, молча, протянул Надежде кружку исходящую паром и лесными ароматами. Ещё одну дал Настеньке, получив в ответ её благодарную улыбку и одну поставил перед Сизым. — Благодарю, Дикóй. И зато, что руку вылечил тоже. — Оборотень лишь устало улыбнулся и едва заметно кивнул, переключая своё внимание на притихших младших Поттер-Принцев. — Четыре Варвары, вы хотели есть? Ешьте. Потом пейте то, что перед вами Саймон поставил и спать. В вашем случае, закат значения не имеет. Если до утра, то прямо очень хорошо будет. Вон там, где-нибудь под деревьями укладывайтесь, чтобы на глазах. Все в дом как пойдут, про вас не забудут. — Четверняшки синхронно кивнули, восседая на коленях братьев Каркаровых по двое. Алина и Эйлин с ложечки кормили братьев тушёным с овощами кроликом. Девушки пытались отвлечь младших присказками, сообщив, что следующие двадцать минут близнецы должны изображать из себя очень маленьких и очень послушных галчат, молча открывающих рот строго в нужный момент и сосредоточиться только на том, чтобы тщательно прожёвывать пищу. Это мелким в наказание за то, что заставили всех за себя волноваться. Северус услышав слова Микаила, едва слышно вызвал Кричера и попросил принести спальные мешки. — Много неси. Все желающие сегодня в саду будут спать. Я желающий, хозяин Гарри со мной. У нас сегодня уличная ночёвка. — Удумали они! Осень почти на дворе… — Северус лишь улыбнулся, отпуская домовика причитать дальше в своё удовольствие. Гарри, перепоручив заботу о пропитании мальчишек старшим детям, трансфигурировал их стулья в диван и с удобством на нём расположился, облокотившись на плечо мужа и закрыв глаза. Северус принял из рук Саймона две кружки с отваром, взглядом пробежавшись по блюдам, стоявшим на столе. — Гарри, здесь обед, похоже, не прекращаясь, плавно трансформируется в ужин. Они здесь пьют элитный дорогущий алкоголь без нас. — Север, то, что у них здесь происходит, другим нехорошим словом называется, даже несколькими нехорошими словами, а совсем не ужин. Дай мне семь минут, и я подберу правильное выражение. Разберусь и подберу. Микаил, присядьте и выдохните. Умирающих среди присутствующих нет, остальное терпит. — Справившись с последней кружкой питья приготовленной для себя, Мика не мешкая, уселся на место рядом с Саймоном и замер, словно боясь, пошевелится. — Па? Сверни ауру, пожалуйста. Дышится очень тяжело с тобою рядом, когда ты такой. Все уже поняли, осознали, раскаялись и молчат. — Годрик говорил очень вкрадчивым голосом, словно боясь потревожить сход снежной лавины в горах. — Терпите… семь минут терпите. Побудьте все моим личным заземлением. — После этих слов в саду Поттер-холла мигом возникла полная тишина. Даже природа замерла, полностью заглушая естественные звуки большого парка. «Хозяину нужен покой!»       Тедд спиной привалился к стволу дерева в кроне которого пряталась Омели. Чуткий слух оборотня легко различал тихие, сдерживаемые малышкой всхлипы. Даже наедине с собой, маленькая принцесса пыталась задушить проявление своей слабости на корню, не давая волю скопившимся эмоциям. — Олька… не плачь, маленькая. Ты же знаешь, я не переношу девичьих слёз. Спускайся. Я всё решу. Звёздочка, я всё исправлю. Я его очищу. Мы же очистили его прежде? Мы нашли способ, чтобы клинок Клайда смог стать твоим. Я сделаю это вновь. Не сегодня, но сделаю. Сейчас ты поспишь, потом я тебя разбужу, и мы пойдём с тобой на охоту. На всю ночь. Я поймаю для тебя, кого пожелаешь. Хочешь, в запретный лес пойдем к самому Хогвартсу. Любую магическую живность, которая там водится, я для тебя поймаю и освежую. — Крёстный! Ты не должен себя обманывать. Когда клинок был у Клайда, он с ним в детстве только на охоту ходил. Его сталь никогда прежде не пила человеческой крови. От этого нельзя очистить. Он и прежде не очень подходил, даже после очищения. Он не по моей руке. Его Ма для сына делала, для мальчика. Я дочка-девочка. Теперь в зал суда его можно отнести. Там и только там его можно использовать. — Олька, не плачь, спускайся. Я найду способ. Если я говорю, найду. Значит найду. — Сам ко мне лезь. Ты злишься? — Я не злюсь. Я испугался за тебя, очень. Устал ещё. Прости, что я это допустил. Прости, что не пришёл раньше. Омели, волки по деревьям не лазают. — Не спущусь тогда. Я не хотела, чтобы так. Ушастая собирала магию, собирала… опьянела потом наверное. Я думала она меня переместит в комнату, если совсем тяжело будет, а она опьянела. Я без тебя не хотела уходить… Рано я из общины уехала. — Омели, слезай, пожалуйста. Ты, молодец. Никто не думал… всё получилось, как получилось. Значит так должно быть. Я горжусь тобой, малышка. — Не могу. Я застряла и мне страшно. Все ветки кругом тонкие. Так и буду на этом дереве теперь жить. — Теодор выдохнул. Отошёл от дерева и разбежавшись высоко подпрыгнул дотягиваясь до первой ветки. Совсем немного и оборотень смог хорошо рассмотреть сквозь ветки сидящую почти на самой макушке крестницу. — Я здесь. Не бойся. Спускайся ко мне, Омели. Я поддержу каждую веточку своей магией, они не сломаются. Не спеши. Давай медленно. Чувствуешь? Я тебя держу. Моя магия сильная, я не отпущу тебя. — Малышка встретилась взглядом с глазами крёстного и ощутив потоки родной магии без страха ловко спустилась на ветку, на которой стоял Теодор. Забравшись на спину оборотня, вейлочка крепко обняла его за шею. — Замри. Не шевелись. Я соскучилась. Мне было плохо без тебя. Страшно. — Здесь я, маленькая моя. С тобой. Чувствуй. Успокаивайся, родная. Всё хорошо. — Когда так, кода ты рядом, тогда да. Только в гнезде буду спать. Только у тебя на руках. Не надо меня в комнату. — Хорошо. Сейчас переместимся в мою комнату. Я сам переодену тебя в пижаму, и будешь спать в гнезде у меня на груди. До самой ночи. — Почему в твою? Там нет моих пижамок. — В моей комнате найдётся всё, что только может тебе понадобиться. В Мою, потому, что только туда я имею права аппарировать из любого места в поместье. Забирайся сейчас в гнездо, я смогу нас переместить. — Как заберись, если его нет? Ты его куда-то дел, мой Волк. — Тед, снова выдохнул. — Оно здесь. Я спрятал его под рубашку, чтобы не повредить. Держись. Будем спускаться так. На земле, я смогу его достать и помочь тебе в него забраться.       Спустя двадцать минут Теодор Люпин уверенным шагом подошёл к столу. Не обращая внимания на тяжёлую атмосферу переполненного магией пространства и гнетущую тишину молча сел на свой стул. Стоило оборотню разместиться, как кокон на его груди ожил, и из него показалось лицо маленькой девочки. Волосы на голове малышки были слегка влажными, заплетены в одну простую косу, перетянутую мягким кожаным шнурком. Венец принцессы, был сейчас едва различим. Камень в его вершине и вовсе словно пропал. — Тедди выдохнул. — Омели. Ты уже должна была заснуть. — Девочка выбралась ещё больше и молча, обняла крёстного за шею, тихим шепотом почти прошипев ему в самое ухо: — Мой Волк. Когда внуки главы семьи Малфой уходили из-за стола, чтобы отдохнуть, они поцеловали своего дедушку и бабушку. Я тоже хочу. Можно я поцелую твоих отцов? Они же теперь мне дедушки? — Оборотень, не скрывая сильного удивления, посмотрел на ребёнка. — Уверенна? Тебе это точно не навредит? Ты готова к ним прикоснуться? Я ничего не стану им объяснять. Сама иди и объясняйся. — Я в пижаме. — У меня две сестры, Омели. Они уже видели маленьких девочек в пижаме. Точно тебе говорю. — Тедд помог маленькой вейле в чёрной фланелевой пижаме с изображением профиля волчьей морды, вышитого чёрной блестящей нитью на спине, полностью выбраться из гнезда и поставил ребёнка на землю. — Малышка задумалась и отрицательно покачала головой, затем разглядев на столе две салфетки, без заклинания призвала их к себе, ещё на лету, так же без слов трансфигурировав их в чёрный домашний фланелевый халат и пояс. Облачившись в то, что получилось, девочка развернулась и уверенно подошла к двум магам, легко забравшись на занимаемый ими диван.       Гарри открыл глаза, вмиг сворачивая свою ауру, сел ровнее. Вейлочка забралась на его колени, немного неуверенно обняла и осторожно, несмело, едва коснувшись, поцеловала в щёку. — Я сейчас буду спать. — На руке Поттера проявилась перчатка артефактора, он продемонстрировал её девочке, взглядом спрашивая разрешение на прикосновение. Вейлочка оценив артефакт, уверенно кивнула, расплываясь в широкой улыбке. Гарри осторожно приобнял малышку, медленно прижимая её к себе, чтобы остановиться, если вдруг почувствует сопротивление. Сопротивления не было. Гарри позволил себе действовать чуть увереннее. — Мне очень приятно, Ваше Высочество. Прекрасных снов. — Девочка отрицательно покачала головой. — Не Вашество. Омели. Видишь не видно камень? Когда так, тогда не Вашество. Я ещё не умею полностью прятать венец. Я ещё маленькая. — Приятных снов, Омели. Для всего нужно время. Вы очень многому научились сегодня. Вы, умница. — Девочка ещё раз улыбнулась. — Мне приятно. Тепло. Благодарю. — Вейла перевела взгляд на Северуса. Задержав дыхание осторожно перебралась на колени второго мага. Обняла его за шею и замерла. Джеймс спешно надевал на руки отца перчатки, переданные ему Саймоном. Северус начал медленно гладить малышку по спине. — Омели? Можно я выпорю вашего непутёвого родителя прямо на ваших глазах? Вдруг поможет? Что-то мы в его воспитании явно упустили. Нужно срочно исправлять. Вы босиком и у вас влажные волосы. — Девочка тихонько засмеялась. — Чтобы я видела — нельзя. Я снова не удержу птичку. Чтобы не видела — можно. Вы же его папа. Вам можно. Только не за это. У вейл не мёрзнут ножки. Мои волосы нельзя высушивать магией. И расчёсывать мокрыми. Венец не позволит применять магию к моей голове. Я от мокрых волос не заболею. — Волосы, ладно. Босые ноги неприемлемо. Или так, чтобы я не видел. Я когда вижу маленьких девочек без носочков, у меня уши мёрзнут. — Вейла снова рассмеялась. Миг и штанины на её пижаме удлинились. Превращаясь в детские ползунки. — Приемлемо. Можно ещё два вопроса, Омели? — Девочка кивнула. — Омели, ваш брат, у него есть палочка? Он колдует при помощи проводника? — У всех вейл есть проводники. Клайд умеет и без него, но для выверенного колдовства всем нужен проводник. — В каком возрасте вейлы получают свою палочку? — Все по-разному получают. Обычно в семь. Иногда раньше. Кто-то позже получает. В девять или в одиннадцать. Смотря, как умеют дети владеть своей магией. Ещё нужно уметь полностью контролировать своё тело. Чтобы в птичку только по своему желанию превращаться. Как научатся, тогда выдают палочку. Если позже будет сложно научиться ей пользоваться. Без неё легче. Я знаю, что нельзя много колдовать без палочки. Просто магии сейчас у меня много. — Северус выдохнул. — Гарри, нашей первой внучке нужно сделать учебную палочку. Как она без палочки лук из супа, по-твоему, должна убирать? Ей нельзя колдовать без палочки, а лук? — Противный вареный лук пусть вылавливает её родитель. Я ему до семи лет вылавливал, регулярно. Палочку мы сделаем. Вот приедет к нам в гости наследник Клайд. Я у него узнаю про особенности и сделаю. Пока не сделаю, нужно терпеть и не колдовать. — Омели улыбнулась, утвердительно кивнув в ответ на слова Поттера. — А летать без крыльев научите? Вдруг я не сумею, чтобы крыльями научиться? Научите без крыльев? Волки не летают. Мой волк никогда не станет меня этому учить. — Гарри наигранно грозно посмотрел на Теодора — Уши ему откручу, вашему волку, если он не станет вас учить всему, что будет необходимо. Научу, Омели. Я вас научу. Волка сумел научить, значит, и вейлу сумею. Только нужно вам ещё подрасти и вес набрать. Когда будете хотя бы такого роста, как Далинда, сразу начну учить. Но с крыльями тоже нужно стараться, чтобы получилось. — Девочка тяжело выдохнула. — Некому этому меня учить. Девочек-птичек мамы учат летать. Если мама бескрылая, тогда няня в её присутствии учит. С одним родительским крылом няня не сможет научить. Моя няня не может. Она глупая и слабая. — Омели, вы ошибаетесь. Я видел вашу душу. Я хорошо её рассмотрел. У вас два целых родительских крыла. Одно левое чёткое сильное, мощное, почти точная копия вашего материального крыла и второе призрачное, эфемерное, без видимых перьев, но оно есть. Вы его чувствуете. Ваша душа уже умеет немного им шевелить и управлять. Вы будете летать, если постараетесь. Нужно сменить няню, если эта вам совсем не подходит. — Видел? От кого у меня второе крыло? Так не бывает… там от Владыки должен быть… нельзя няню сменить. Плохо выбрали теперь до семи лет нельзя сменить. Да и некем. Нет в общине подходящей вейлы–женщины. — Не знаю от кого. Это наверное вы сами должны почувствовать. Есть там слабое от Владыки, оно рядом, почти истаяло. Я видел много разных душ вашего народа. Крылатых и бескрылых, самых разных. У вас очень сильная душа, что очень ценит это своё воплощение. Она найдёт для себя близкого человека для второго крыла. Вы ей только немного помогите своей душе. Научитесь тонко чувствовать людей, что приходят в вашу жизнь и находятся рядом. Мы с Северусом никогда не можем воплотить для вас родительскую опору, так же как и ваш брат не может. Очень хочет, но не может. Но мы сможем быть поддержкой для Теодора и второго человека, которого вы примете в роли родительской фигуры для себя. Иногда в жизни маленьких детей, чьи родители рано ушли, появляются другие настоящие родители. Я знаю. У меня так случилось. Люциус и Нарцисса Малфой самые родные для меня родители. Многим роднее кровных, которых я никогда не знал. Вы же видели мои крылья? Разве, похоже, что они не родные для меня? Ваш крёстный, он тоже не помнит своих родителей, что привели его в этот мир, но я точно знаю, что у его души два родительских крыла. Я их видел. Специально проверял. Значит, я и Северус мы смогли стать ему родными и настоящими родителями. — Девочка отрицательно покачала головой. — Не похожи. Я видела душу крёстного, у него родные крылья, во время ритуала он меня ими обнимал. Большие красивые. Их два. Вы ему самые родные. Девочка снова поцеловала Гарри, потом Северуса. — Пора. Он уже снова нервничает. Я совсем заболтала вас. — Ещё раз, приятных снов. Не волнуйтесь, всё будет хорошо. — Гарри улыбнулся девочке, проследив как она забралась на руки Теодора смущённо улыбнулась Далинде, а затем рассмотрела Малышку, что была сейчас видима для всех. Голова змеи мирно покоилась на плече хозяйки, а остальное тело было обмотано вокруг девичьей талии. — Это кто? — Теодор помог крестнице забраться в кокон. — Это, Малышка. Уже даже она устала, от того, что всё время находишь любой предлог, чтобы не исполнять мои просьбы. Тебе давно пора спать, Омели. Ты сильно перевозбудилась. У тебя завтра будет очень сильно болеть голова. Не слушаешься меня? Мои слова не имеют смысла и значения? Мои объяснения не ясны? — Мой, Волк! Не говори так! Я больше не буду. — Не обманывай себя и меня, Омели. Будешь и ещё не раз, и я тебя за это накажу, не раз. Вот сейчас, к примеру, ты развеешь своё колдовство со своих вещей. Больше, чтобы за пределами общины я такого не видел. Я жду! — Девочка подчинилась, с опаской всматриваясь в лицо Теодора. Маг вложил в детскую руку фиал из тёмного стекла. — Открывай и пей. Малышка была очень добра к тебе и щедра. Она, по моей просьбе, добровольно поделилась с тобой своим ядом. Ты без возражений сейчас его выпьешь. Это поможет тебе и твоей магии полностью успокоится. Магический выброс сильной маленькой вейлы поместье моих родителей без потерь выдержать не способно. Пей. — Вейла выпила. — Теперь располагайся в своём гнезде. На животе, Омели. Полностью превратись в птичку и дай свободу крыльям. Ты только научилась их полностью убирать, им нужен воздух. — Может быть не надо полностью птичкой спать? Может быть, можно обойтись не полностью птичкой? Если птичкой я же завтра… я уже не такая маленькая. — Ты же завтра совсем не сможешь колдовать и ещё три дня не сможешь. Это то, чего я пытаюсь добиться. Не желаешь контролировать свои порывы самостоятельно, я нашёл другой приемлемый способ призвать тебя к порядку. Больше никаких последствий не будет. Только магией пользоваться лишишься возможности. Ты хорошо отдохнешь, успокоишься. И я успокоюсь, пока ты будешь спать. Я сейчас уже почти зол на тебя, Омели. Не усугубляй. Не буди злого волка. — Ты хорошо слушал Мудрейшую, мой Волк. Я уже. Тогда пёрышки гладь пока я не усну. — Вейла смирившись с неизбежным, полностью спряталась в своём коконе. Теодор, опустил свою правую руку в кокон, облегчённо выдохнув. Мика довольно прищурился. — Первую ушатали. Варвары любопытные, допивайте то, что у вас в кружках и по спальникам. Хватит уши греть. Феникс, я, конечно, имел возможность лицезреть пробуждение злого волка, но скажи мне, как это применимо в отношении птички-О’Коннол? У меня картинка не складывается. — Разозлённого Гранда Блэк-Поттер- Принц успел оценить? Проняло? — Мика кивнул. — Вот примерно так же, только вместо могильного холода, жаром солнечного пламени тянет. — То есть тупо перекрыть её вейле кислород, и отправить сущность птички в длительный нокаут. В себя девочка придёт быстро, но магией пользоваться не сможет сроком от суток до месяца, это смотря до какой степени разозлить? — Теодор кивнул. — Получается к ней такое уже применяли, и она знает как это? — Владыка четыре раза и я раз. Как это? Это так, что, после, чтобы голову ровно под тяжестью венца держать, нужно двух взрослых слуг на помощь призвать. Поспит птичкой, завтра будет меньше говорить. Медленнее думать и всё. Магия останется, просто она лишится способности пользоваться ей осознанно. Часто так делать нельзя. Иначе каждую ночь бы так спала. Интеллект может откатиться в развитии до младенческого уровня. Две её сущности развиваются неравномерно. Баланса нет даже близко. Ей нет ещё трёх, выглядит девочка на пять. Её вейлу ты видел. Это она сейчас ещё не полный контроль ей передала. Если бы полный, выглядела бы лет на двенадцать. В глаза если вейле заглянуть, на все тридцать. Ядро не соответствует каналам. Знаешь способ сбалансировать и тормознуть хотя бы развитие ядра? Скажи. Её тело не выдерживает перегрузки. — Не знаю. Нужно думать. Мне нужно за ней понаблюдать. Вы же сейчас как-то тормозите? — Теодор так зыркнул на друга, что медведю очень захотелось закрыть глаза. — Тормозят. Я вот сейчас уже должен письмо в общину отправить с сообщением, что был оборот в боевую трансформу, чтобы они там всё подготовили, чтобы тормозить. В общине всегда найдётся кого казнить. Ты знаешь, что означает звание, длань карающая? — Медведь сглотнул. — Она участвует в судебных заседаниях суда магии? — С годовалого возраста. Уже полгода, как она не просто участвует в качестве наблюдателя, она выносит приговор. Приняв титул лорда, я один раз принимал участие в суде магии. Теперь точно знаю, что следует дальше. Кто вынес приговор, тот и приносит его в исполнение. Дважды. Дважды она выносила смертный приговор. Я на суде у вейл не был. Меня не пустили. Сказали нельзя. Оказывается, было можно. После суда ядро замирает, становится меньше, излишки магии уходят. Физически ей легче, со здоровьем проблемы уходят и с крыльями, но спит она после этого исключительно с Клайдом или со мной. В зале суда, она вейла. Человеческая сущность лишь сторонний отстранённый наблюдатель, но мне от этого не легче и ей тоже. Не буди во мне злого волка, я не знаю… женщин, в любом случае теперь сможет судить только она. Этого я уже изменить, не способен. Время назад не отмотать. Один раз села в кресло судьи, значит достаточно взрослая. Я не знал. Я бы не позволил и Клайд не знал. Он в судах участие ещё не принимал. Пока Владыка жив, он в зал суда не попадёт. Омели занимает женское место. Она единственная вейла-женщина в семье правящей династии. Парадокс. Она может и должна, он не имеет права. — Гарри призвал бутылку алкоголя, налил полный тумблер. Поднявшись со своего места, отнёс его сыну, вложив прямо в руки. — Пей. — Гарри перевёл взгляд на младших сыновей. — Выпили? По спальникам и спать. Не вместе, а каждый в своём спальном мешке. Рудольф, ты помнишь, под деревом какого вида ты должен расположить свой спальник? Коннел с любопытством посмотрел на кивнувшего отцу брата, затем на Веллина. — Пап? Это мне что, под кедр свой мешок? А Веллу под елью располагаться? — Поттер приподнял одну бровь, взглядам требуя от сына пояснений. — Ну, Руди же ты сказал под его деревом спать? У него теперь есть свое дерево? У меня и у Велла тоже есть, нам крёстные подобрали. У меня кедр, а у него ель. А у Рудольфа какое? Только у Рейфа получается, пока нет? Дядя Теренс пока не смог подобрать. Они много раз уже пробовали с разными деревьями. Дерево выбрать, это ведь только крёстные могут помочь найти. Без них никак. — Гарри перевел взгляд на Микаила, медведь отвёл глаза в сторону. — Есть деревья свои — это хорошо. Вот под них и отправляйтесь. Все, что ты указал, растут прямо здесь. Далеко ходить не придётся. Алина постаралась, получается, что для вас. У вашей сестры к хвойным деревьям прямо непреодолимая тяга. Рейф? Попробуй лечь под яблоньку. Когда ты был совсем маленький, очень хорошо тебе под яблоньками спалось. Под дичку. Найдёте вы с крёстным твоё дерево, не волнуйся. Ты родился, значит и дерево тебе подходящее родилось. Время придет, встретитесь. — Мальчишка, улыбнувшись, кивнул отцу. — Крёстный тоже так говорит. Мы пробовали с яблонькой. Садовой. Яблонька больше всех подходит, но крёстный говорит не моё. — Об этом я ещё поговорю с вашими крёстными. Вот явятся и поговорю. Устроили тайны Мадридского двора на ровном месте. Целуйте отца и шагом марш. Через три минуты проверю. Перед сном не забудьте очистить сознание. — Северус собрался подняться со своего места, чтобы помочь сыновьям удобно расположиться. Гарри одним взглядом пресек его намерения. Грайгор Каркаров, хорошо успевший изучить взгляды своего будущего тестя, поднялся со своего места, сгребая двух из четырёх мальчишек, поднял их на руки и пошёл выбирать нужные деревья. Серж с ещё двумя сорванцами последовал в том же направлении, уходя немного в сторону. Эйлин и Алина так же встали, взяли из большой кучи сваленной своевольным домовиком прямо возле ближайшего от стола дерева по два свёрнутых спальника, без комментариев ушли вслед за женихами.        Поттер переключился на Невилла — Расскажите мне, пожалуйста, с чего у вас здесь всё началось? Что вообще произошло, пока мы были заняты и куда все разбрелись? Профессор Флитвик и Уважаемые гоблины приходили к отцу, а теперь их нет. Рональда словно стадо гиппогрифов потоптало. Уизли выдохнул. — Не обращай на меня внимание. Я просто сейчас осознал, что очень боюсь рождения собственных детей. Гарри, я, наверное, тоже пойду домой. Напишу вам завтра все, что хотел сказать в письме. С твоим сыном мы поговорить успели. Спасибо за обед. Увидимся на открытии улиц. — Рон? — Мои проблемы и вопросы вообще не проблемы, если сравнивать с твоими, Поттер. Не бери в голову. Я хотел помощи попросить, но вам не до того, а Джейкоб мальчик взрослый. Я сейчас подумал, посмотрел, снова подумал и решил не причинять ему помощь вообще. Пусть сам разбирается со своей жизнью и семейные проблемы пусть они тоже сами решают. — Уизли поднялся со своего места, почти не опираясь на трость, довольно уверенной походкой направился к площадке для аппарации. — Мистер Рональд. Подождите, — Аманда поднялась со своего места. Не могли бы вы сопроводить меня и жениха моей сестры в дом вашего брата. Я всё же хочу взглянуть на его дочерей. — С чего это ты собралась идти куда-то, в сопровождении моего жениха? Бери с собой Нанни и иди. — Эрика, так же довольно резво поднялась на ноги. — Эрика. Держи себя в руках. До полнолуния ещё нужно дожить. Ты признала в нём пару. Ты не понимаешь? По-твоему, присутствующим здесь магам, для общего развития, просвещения и полноты ощущений сегодня ещё нужно увидеть, как проявляется гон у вейлы? Ты в своём уме? Ты многим сильнее меня, Эрика. Ты наследница. Если ты прикажешь, я подчинюсь и Нанни подчинится, но это не правильно. Вам нужно разделиться. Твой жених сопроводит меня, мы не будем отсутствовать очень долго. Два-три часа. Тебе этого хватит, чтобы взять свои гормоны под контроль. Мы к Уизли, а ты с Нанни иди в павильон. Там для тебя сейчас самая подходящая магия. Для магов там тяжелая аура, а для тебя в самый раз. У Нанни должно быть притупляющий отвар с собой, для охраны. Выпей и постарайся привести в порядок свои эмоции. Он только твой, Эрика. Ему, кроме тебя, никто не нужен. Он теперь даже посмотреть на другую девушку не пожелает. Я больше не могу снимать с тебя излишки магии. Меня от неё уже мутит. Моё ядро переполнено так, что уже ощутимо больно. Не снижай положительные вероятности. Принцесса Омели, сегодня сделала больше, чем можно, чтобы всё случилось так, как она сказала. Не делай её труд напрасным. Ты сильная, мудрая и уравновешенная. Я ведь права? Для детей мы больше ничего не сможем сделать. Сейчас их состояние не вызывает опасений. — Аманда перевела взгляд на братьев БлэкВэст. — Если боль усилится — курите свои сигареты. Не важна доза. Лучше ошалеть от передозировки, чем загнуться от болевого шока. Сразу за болью происходит спазм мышц. Не допускайте этого. Сами учитесь следить за своим состоянием. Так, теперь, у вас будет долго и часто. — Братья кивнули. Эрика медленно выдохнула. — Ты права. Сейчас ты перестала контролировать мою магию и я поняла. Иди, Амон. Иди с ней. Вы вернётесь, я уже буду готова к перемещению. Сейчас я не смогу. Вернётесь, будем перемещаться по трое. Я с Нанни и с одной из девушек охраны, ты с Амандой и со второй охранницей. Не волнуйся, я справлюсь. Только не прикасайся сейчас. Иди. Головой отвечаешь за безопасность моей сестры. За неё, я тебя сама на части разорву, наплевав на любые связи и вероятности. — Заметно напряжённый Скарабей. поднялся со своего места и кривовато улыбнувшись, кивнул в знак согласия. — Венценосные светлые вейлы спешно распрощались со всеми присутствующими. Не мешкая удалились, каждая в своём направлении, со своим сопровождающим.       Гарри закрыл глаза, отпуская контроль над ситуацией с вейлами. С этой стороны, он опасности не ощутил и легко переключился на другие проблемы. — Невилл? — Лонгботтом, не успел переключиться столь же стремительно, как и брат, от чего заметно стушевался, однако сумел быстро взять себя под контроль. —Рассказать у меня не получится, Гарри. Устанавливай мост, я покажу. Так будет значительно быстрее и информативнее. Много всего здесь было. — Гарри перевёл взгляд на каждого, кто был с ним возле пруда, дожидаясь позволения на установления цепного ментального моста. — Микаил? Готовы пережить ещё одно проникновение в сознание? Я, почти уверен, что вы должны увидеть то, что покажет нам сейчас Невилл. — Не беспокойтесь, лорд Блэк. Если в половом акте в активной позиции предполагается участие более одного партнёра для того, кто выступает в позиции принимающей, количество проникновений особой роли не играет. Расслаблюсь и постараюсь получить удовольствие. То, что нужно скрыть, я уже скрыл. Только очень прошу, намеренно в закрытое не долбиться. Злой медведь это почти тоже, что и злой волк. — Поттер немного укоризненно покачал головой, но к постройке кругового моста преступил незамедлительно. — Люциус, Нико, Сизый, вы с нами, но передаёт только Невилл. Я просто хочу после показать вам то, что было у нас.        После обмена информацией за столом вновь возникла гнетущая тишина. Каждому нужно было время для осмысления увиденного. Первым, спустя десять минут, отмер Северус. — За то завтра у меня оказывается выходной! Обед мы все пережили. Сразу две хорошие новости, дорогой. В нашем случае, это уже более, чем много. Успокойся, Гарри! Мне очень не нравится твой взгляд. — Поттер заговорил спокойным голосом, наполненным арктическим холодом. — Взгляд? Северус, тебя беспокоит мой взгляд? В нашем доме, сейчас находятся и предоставлены сами себе, четыре сестры Блэк. Одна едва, едва начала принимать в себе волчицу и ждёт троих, одна только, только потеряла ребёнка и явно имеет проблемы с психикой, одна, впервые за шестнадцать лет дала волю своему дару берсерка и она также беременна. В этот же дом Полумна и Лизи увели детей. Тебя правда беспокоит мой взгляд, Северус? Да вы все охренели, господа-смертники. Люциус? Райли? Дадли? Вы вообще, чем думали, идиоты умалишенные? — Поттер на следующем вдохе исчез в воронке аппарации, забирая с собой очень много невысказанного.