Шахматная партия и жизнь "Серого" Лорда

      Первыми спустя семь минут после ухода Поттера Кричер молча, переместил в сад Полумну, Лизи и детей. Драко и Невилл оказались рядом с женщинами почти синхронно. Лонгботтом крепко обнял жену, не скрывая беспокойства заглянул в её глаза. — Что? — Задал вопрос на выдохе, Лизи так же выдохнула. — С нами всё в порядке. Успокойтесь. Я не знаю, что сейчас происходит в доме. Особняк просто заблокировал выход из игровой комнаты. Мы с Полумной даже не знаем, в какой именно момент это произошло. Мы ничего не поняли и не успели осознать. Пока за нами не пришёл Гарри мы и внимания на дверь не обращали. Дверь не открылась даже для него. Тогда он вызвал Кричера и приказал вернуть нас всех в сад. — Нико укоризненно покачал головой. — В порядке это хорошо. Кажется, наше присутствие и самодеятельность доставляет хозяевам лишние сложности. Лизи, я бы с удовольствием отправил тебя и детей домой, но у мальчишек магия не спокойна сейчас. Я и Невилл, мы домой уйти не можем. — Не только мы не можем. Никто никуда не расходится. Гарри собирался сделать объявление и просил не расходиться. — Невилл взял за руки сразу двух своих сыновей, взглядом указывая Нико на дочек. — Дождёмся, выслушаем, потом будем решать, кто и куда отправится. А с магией это мы сейчас разберёмся и у мальчишек, и у девчонок. День у нас сегодня насыщенный, перевозбудилась, переволновались, проявили излишнее любопытство. В их возрасте за подобными явлениями всегда следует неминуемая расплата и нашим детям об этом давно известно. Сейчас у нас по плану взять спальники, шагом пройти на поле для квиддича. Будем медитировать, потом спать. — Невилл перевёл взгляд на трёх младших Малфоев. — Вы с нами. С теми же вводными. — Три блондина без возражений согласно кивнули. — Драко, Полумна побывала в доме, и ей явно стало хуже. Займись женой. Я найду способ угомонить магию детей. — Невилл, всё не настолько критично. Магия утекает, это да, но мне многим лучше, чем было прежде. У меня есть накопители с моей магией. В этот раз мы подготовились лучше. Мы серьёзно готовились к этой долгожданной беременности. Не повышай его тревожность. Он итак словно шальной и не говорит мне ничего. Видишь же, устал сильно. Сонливость и нежелание говорить на меня накатывают волнами и не связано это с моими перемещениями. Так просто совпало. — Слова блондинки Невилла явно не убедили. Нико медленно выдохнул, привлекая к себе внимание мужа. — Полумна, у тебя на шее вновь появилось новое украшение? — Да, Глория сделала мне ещё один кулон. — Волк улыбнулся девочке. — Какая умница. Я тоже хочу себе такой. Очень красивый. Есть одна маленькая проблема, Саймон наложил на твою маму волчьи чары диагностики, чтобы проследить динамику её состояния. Кулон сбивает показатели и искажает информацию. Можно, твоя мама передаст мне его на хранение? Я верну все три твоих подарка для неё, как только это будет возможно. — Недолго нужно? — Волк кивнул. — Ладно, бери. Даже если потеряешь, я сделаю ещё. Мы идём уже на поле? — Не успел Нико ответить на вопрос малышки, как был перебит уверенным заявлением вернувшегося хозяина дома: — Нет, Лора, пока никто никуда не идёт. Сейчас Кричер немного поколдует, превратит для нас стулья в удобные кресла и пуфы. Мы все рассядемся вновь за стол и будем пить вкусный таёжный сбор с мёдом, его нам тоже Кричер принесёт. — Гарри пока говорил, под локоток подвёл каждую из сестёр Блэк к их супругам, усадив возмущённую Беллу рядом со своим партнёром. — Север, глаз с неё не спускай и следи, чтобы её нижняя челюсть ни в коем случае не расставалась с верхней. Ни единого звука, Белка. Вот вернётся сейчас твой благоверный и будешь ему мозг выносить на законных основаниях, так, чтобы я не слышал. Наследник Леон, семья СтаркБлэк принимает ваше щедрое предложение с искренней благодарностью. Сейчас Регулус и его отец соберут необходимые вещи, и мой племянник будет готов отправиться с вами в путь. Единственный вопрос, который меня волнует это оформление ученического контракта? — Гранд Блэк. Мальчик, отправляясь в путь, попадает под мою полную личную опеку. Если моего слова будет недостаточно, я готов произнести вам и родителям Регулуса клятву. Однако, сейчас она в любом случае будет неполной. По прибытии на место всё станет яснее. Возможно, мой отец пожелает взять юношу под опеку стаи. В этом случае возникнет необходимость составления соответствующего документа о передаче частичной опеки над несовершеннолетним гражданину другого государства. Так же я не смогу сейчас сообщить вам вид ученического контракта. Этот вопрос не в моей компетенции. Решать будет наставник. В любом случае, не волнуйтесь, всё будет проведено в соответствии с законами магии. Более того, я предполагаю, что это не окончательный наш отъезд. Учитывая состояние Регулуса на данный момент, смею предположить, что мы вернёмся в Британию дней через пять, максимум семь. Я предполагаю, что возникнет необходимость в проведении ритуала принятия. Его проводят только на родной земле. Если я прав, наставник прибудет вместе с учеником. У вас будет возможность с ним познакомиться и решить все эти вопросы лично. — Мика подал голос. — Если то, что я видел в воспоминаниях, брать за аксиому ритуалом принятия здесь не обойдёшься. — Решать не нам, Перевёртыш. Я не вправе просить шамана о том, о чём ты подумал. Я лишь могу гарантировать сейчас, что его точно примут на обучение. Я уже передал сообщение и отцу и шаману. Они дали добро. Он стар, Мика. Я не думаю, что он решится. — Он ещё нас всех переживёт. Будь уверен. Решать действительно не нам… ритуал принятия будет точно. Здесь, ты прав. Значит, будем ждать вашего возвращения. Теодору придётся пережить не только явление старого мудрого рыси, но и белого льва. Феникс, я тебе не завидую, братишка. Лев, он ведь твой самый любимый наставник, я прав? — Это были не забываемые четыре недели в моей жизни, но мой любимый наставник, это Владыка Тёмных. Два месяца под магическим контрактом у Его Темнешества, и обучение у льва я вспоминаю с ностальгией, у рыси и вовсе — лесной прогулкой. Есть желание у него поучиться? Могу организовать. — Мика поперхнулся. — Да ты смертник! Я у льва пяти дней не продержался. Постыдно сбежал, поджав свой куцый хвост. Африка, прощаться не будем. Забудь здесь что-нибудь для верности. Чтобы наверняка вернуться. — Микаил устало приземлился на указанное молчаливым домовиком кресло, с удовольствием расположив ноги на пуфе-подставке. Гарри проследил за тем, чтобы все присутствующие были размещены с комфортом и занял своё место на диване рядом с мужем, забравшись на него с ногами. Нарцисса попыталась привлечь внимание Поттера. — Гарри, сынок. Тебе не кажется, что всё это несколько сумбурно, поспешно? В Африку? Мальчику только 14 лет. Не злись на нас, пожалуйста, мы не заслужили твоего гнева. Ничего серьёзного в доме не произошло. Не первый ведь раз… — Мама Цисси. Под лапу к мужу забралась и сиди там так, чтобы моё внимание не привлекать. Не первый раз где? Раз на раз у вас, милые мои не приходится. Белла волю своему дару сегодня первый раз дала после возвращения из клиники. Сколько лет прошло? Я так понимаю, вознамерилась вернуться в Мюнхен, ностальгия замучила по былым временам. Я организую. Будьте уверены. Без последствий ваш сегодняшний сестринский шабаш не останется. В Малфой-мэнор, вы с сёстрами можете делать всё, что считаете возможным и вести себя, как заблагорассудится. С последствиями в этом случае будет разбираться Люциус. Или в поместье СтаркБлэк — в этом случае последствия вашего сестринского Армагеддона это печаль Дадли. Когда у Теодора появится возможность организовать быт на своей земле, и он перевезёт Андромеду в лес, сможете встретиться там и тогда все последствия — это головная боль Теодора. Есть ещё поместье БлэкВест под ответственностью Райли. Мне будет всё равно. Сейчас задам всем четверым риторический вопрос, не требующий ответа. Как вам четверым хватило наглости и даже не знаю чего ещё объединить и выпустить свою магию? Дать волю вашей дурной силе подогретой коктейлем женских гормонов и эмоций на территории Поттер-холл? Родового поместья с местом силы МОЕГО СВЕТЛОГО РОДА? Ты правда думаешь, я бы в доме места не нашёл чтобы всех вас разместить за одним столом? Ты думаешь, мы просто так в саду сидим? В поместье сегодня кто только не колдовал, пока пытались близнецов с того света достать. Это вам что Блэк-хаус, где вы могли хоть на ушах в своё удовольствие ходить. Никто вам слова против ни разу не сказал. Алтарь рода Поттер, как основной в этом доме, взвыл ещё во время завтрака. Малые алтари тёмных родов захлёбываются от переизбытка энергии. После вашего представления дом закрылся на неизвестный мне срок. Север, мы временно бездомные и у нас лишь один дееспособный домовик. Есть ещё доступ на кухню, через вход для домовиков. Всё! — Люциус застонал совсем не аристократично, почти в полный голос. — Комментарии, предложения и прочие утешительные речи прошу оставить при себе. — Северус улыбнувшись одним уголком губ приобнял взвинченного до предела мужа прижимая его к себе. — Я не собираюсь кого-то защищать или оправдывать. Однако, сбавь обороты. Закрылся дом и ладно. У нас этих домов с тобой, до пенсии по месяцу в каждом пожить не успеем. Нужно детям, чтобы мы здесь оставались, значит, будем жить в палатке. Шалаш построим, в конце концов. Дай волю Годрику и Алине, они за двое суток новый особняк выстроят. У наших леди был повод для выплеска эмоций. Уровень беспокойства зашкаливает у всех. — О! Уровень беспокойства это я сейчас повышу, чтобы не расслаблялись. Потом построишь для меня шалаш на самом высоком дереве, чтобы никто дотянуться не мог? Чтобы только ты и я могли в этот шалаш аппарировать, и Кричер ещё. — Гарри, выдохни. Всё уже нормализуется понемногу. Сейчас никто из присутствующих умирать не собирается. — Поттер уткнулся в плечо любимого, пытаясь продышаться. После чего медленно встал со своего места и направился к близнецам БлэкВест. Остановившись рядом с двумя братьями, Гарри поднял руку и силой магии сделал видимым тонкий ободок серебряного кольца на своём правом мизинце.       Лорд-некромант снял кольцо и, зажав его между указательным и большим пальцем своей правой руки, уверенно провел ободком по щеке Сириуса сверху вниз. На лице юноши остался, видим след в виде насыщенно-чёрной полосы. На щеке Ригеля след был не менее ярким. Гарри молча, двинулся дальше. Младшие Малфои: мордашки детей так же получили отметину. Полумна: полосы на её лице оказалось сразу три. Настя Кощеева — одна почти розовая тонкая полоса. Мэри Принц: одно движение и на её щеке тёмный след едва ли не насыщенней предыдущих. Дети рода Лонгботтом: у каждого по следу. Вернувшиеся вместе с явно сильно встревоженным Алексом двойняшки Вольф: та же картина. Андромеда: отметин оказалось четыре, но они были розовыми и едва заметными. Далинда: одна светло-розовая полоса, но на ней местами проступали серые пятна. Белла оказалась последней: на её лице две светло серые полосы, оказались уже, чем у остальных. — Гарри вернулся на своё место, спрятав кольцо некроманта под чарами. Взял в руки кружку с очередной порцией отвара. — У Регулуса и наших четверых будет то же самое, я уверен. Получается, Теодор с гарантией отмолил только Андромеду и ее, нерождённых младенцев. И почти отмолил Далинду. Вернее, Далли он отмолил полностью, но её сёстры под ударом, а девочки связаны. Настенька, получив защиту оборотней, приземлилась довольно основательно. На перечисленных ОНА не посягает, и посягать раньше срока не будет. Моя наставница, леди хоть и подневольная, но своенравная. Если она решила погостить без подарков она добровольно уйти вряд ли пожелает. Как у вас с уровнем тревоги, господа и дамы? Не удивлёнными выглядят только Невилл и Нико. Я так понимаю у их детей дары дали о себе знать чуть раньше, и они уже имели достаточно времени, чтобы принять ситуацию угрозы и начать действовать. Возможно, они более ответственные родители чем, к примеру, я. — Невилл опустил голову, пряча своё лицо в ладонях и начал интенсивно его растирать. — Как в их семь лет ты эту угрозу над ними определил, так она полностью и не уходила, даже на день. Я искренне надеялся, что так, только у наших. Был уверен, в критической ситуации мы все объединимся и вытащим всех четверых, но… у всех разом это… — Голос подала Августа. — От того, что вы все разом побледнели, никому легче не будет. Не пугайте детей. Одарённые, радоваться надо. У четырнадцатилеток возрастной пик. Сложно, что у всех разом, так они и родились у нас разом. Это не приговор. В четырнадцать уже выработались у них какие никакие компенсаторные защиты. Будет сложно, но справиться можно. Не прибегая к услугам гвардии некромантов. Значит особое внимание на младших и нерождённых ещё младенцев. Этот кризис, его просто нужно пережить. Объединиться, как прежде уже не раз объединялись и пережить. Мы никого не потеряем! Гарри, скажи, что я права. — Поттер безэмоционально посмотрел на Августу. Так же спокойно произнес. — Не скажу, ба. В этот раз не скажу. Скажу иначе. Мы сосредотачиваемся на уже родившихся детях. На тех, кто уже живёт на этой земле. Не рождённые младенцы — это ответственность исключительно их матерей. Это то, на чём они полностью сосредотачиваются и живут только этим. В связи с чем, Полумна пишет письмо Гиппократу и просит его подобрать ей и Айрис лучшего личного колдоакушера, который будет вести их беременность с завтрашнего дня и до родов. Определяйтесь в имении какого рода вам легче, сидите там безвылазно. Белла пишет такое же письмо с той же просьбой и так же сидит в своём имении. Если в ближайшие два дня ты понимаешь, что молодой алтарь действительно пьёт твои силы, значит, я открою для тебя Блэк-хаус, и вы с Дадли будете жить там. При этом, Кайл находит для тебя целителя разума в Германии. За любые деньги уговаривает его перемещаться в Англию не менее четырёх раз в неделю, для проведения курса лечения. Не сам! Кайл. Ты меня слышишь? Сам, ты её лечить не будешь. Вы уже сроднились. У вас созависимость. Ей нужен незнакомый целитель, полностью посторонний ей человек. От тебя возможен только ненавязчивый контроль за его работой. И мне тоже нужен будет от него подробный письменный отчёт состояния Беллы. Не реже одного раза в десять дней. Так же нужно место в клинике, в твоём отделении. Примерно дней через пятнадцать. Требования к целителям для Юлии те же. — Кайл, медленно подошедший к столу в компании Дадли и Регулуса, за спиной которого имел места лёгкий на вид рюкзак, утвердительно кивнул. — Я полностью согласен, Гарри. По всем пунктам. Мы всё слышали, можешь не повторяться. — Пришедшие разместились за столом, получив из рук домовика по кружке с напитками. — Замечательно. Теперь для каждого из присутствующих здесь родителей студентов Хогвартса объявление: — Гарри выдохнул. — Сейчас берёте пергаменты перья и пишете заявление на имя директора школы. Дадли и Люциус: о переводе детей на домашнее обучение в связи с состоянием здоровья. Райли, Алекс, Элиас, Алексей: заявление о переводе своих отпрысков на индивидуальный план посещения занятий. Ночевать дети должны дома. Я желаю видеть каждого в своём доме во время ужина и на завтрак. Подъём в пять занятия со мной в саду или в зале, потом завтрак и в школу, такой темп без выходных ежедневно. С пятницы по воскресенье дети и вовсе живут дома под присмотром отцов. Драко, Невилл, Нико, милости прошу присоединиться. Для младших график тот же и требования аналогичны. За сентябрь, нужно хотя бы определить из какой области дары. Чего нам ждать. Гоблины нам с этим помочь не способны. Я лично каждого ребёнка к ним водил, даже предрасположенности не выявили и уровень магии по их заключениям у каждого едва ли не ниже среднего по возрасту. — Мика выдохнул, привлекая к себе внимание Поттера. — Простите, лорд Блэк, я не имел намерения вас перебивать. У малышей я вам и без гоблинов скажу. Они, в отличие от старших, ещё не научились закрываться. Про своих четверых вы уже знаете. В роду Лонгботтом все ранние анимагии, причём у одного из мальчиков, не могу понять пока в чём дело, но сущность двоится. Это плохо. Мне нужно понаблюдать за ним некоторое время. Как увижу, сразу скажу, что не так. Этот мальчик он целитель. Здесь сразу видно, что боевой. Без всяких вариантов. Кто у него крёстный и каким обрядом крестили? — Невилл внимательно посмотрел на Микаила. Положив руку на плечо сына. — Это Мартин. Вы про него сейчас речь ведёте? — Микаил утвердительно кивнул. — Его крёстный Гиппократ Паркинсон. Он работает целителем в Мунго. Про обряд, — Невил задумался, — подробностей не знаю. Обряд крещения проводили только в год. Так решил крёстный. Я во время обряда, ни слова не понял… то ли кельтский, то ли азиатский. Обряд проводил приглашённый ритуалист, ни до этого, ни после я его больше никогда не видел. — Не слушай ты, этого британца неразумного, что в обрядах сечёт, как я в высокой моде, Дикóй. — Голос подал Кощеев. — Девочек крестили, как здесь положено, почти сразу после рождения. Пацанов, в год. В один день. Обряды славянские. Разные, но оба славянские. Я крёстный Марка. Его Михаил из утробы доставал и нарекал. Посему обряд выбирали обережный на трёх столбах. После того, как мальцов окрестили, у девочек едва связь с крёстной не оборвалась полностью. Поэтому и их повторно крестили, вторая крёстная у них у обеих Царица Алиса, её связь с девочками крепче, первая духовная мать — Юлия Блэк. — Венцы не возникли после крещения? — От магии нет у них венцов. По слову Михаила, у каждого ободочек имеется. Так же как и у всех детей Гарри и у моей дочери. От магии обода только у старшего царевича и у Коннела. — Принял, осознал. Твой крестник, Сизый, он травник и Вой. Всё остальное с него нужно убирать, если ты крёстный, уже давно должен был его в Россию, да на источник какой сводить да выкупать. Паркинсон это кто за колдомедик такой? Чего я про него не знаю ничего? — Трижды искупаны они, все четверо. Не знаем, где ещё купать. Паркинсона не знаешь, про Сметвика всяко ты, слышать должен был. Женился Гиппократ, с уходом в род жены, вот и стал Паркинсоном. Он за пределами Англии свою фамилию не афиширует. Знают его за границей как Сметвика, он и не собирается это менять. — Микаил засмеялся в голос. Громко и от души. — Я думал про женитьбу Гиппократа — целителя, это шутка-байка на потеху дня. Он же неискоренимый холостяк по натуре своей. Ополоумел на старости лет… Не ведаю, какой он колдомедик и как дар целительский с анатакаранами колдомедика совмещать умудряется. Гиппократ Сметвик — целитель-проклятник. Уникальный проклятник. С детей малых способен родовые проклятья снимать. Единственный он такой в своём роде. Как? Скажите мне, как он может работать в госпитале? Он же боится любого человеческого состояния не по его профилю? — Много лет работает. Плодотворно. Он здесь у нас светило медицины широкого профиля. Лучший колдомедик в стране. Роды он немного неуверенно принимает — это да. Во всём остальном, не замечал за ним неуверенности. Нужно будет, и в операционную с израненным аврором войдёт, и в детское отделение. — Невилл посмотрел на Микаила ещё более заинтересованным взглядом, пытаясь определить, не доводилось ли им встречаться ранее. — Круто! Давно его не видел. Угадали вы с крёстными. Девочки у вас … боевая двойка. Обереги-хранители. Защита. Как правильно объяснить… У боевого целителя всегда есть напарники из боёвки. Целитель имеет право только на исполнение защитных заклинаний. Никаких атакующих. По закону магии целитель в полевых условиях неприкосновенен. Никто из адекватных, психически здоровых магов на него намеренно палочку не наведет, если он повязку алую на руку повяжет. Кто бы с кем не сражался, его не тронут. Однако в пылу сражения шальных заклятий, что капель воды во время ливня. Поэтому нужны защитники. Ваши дочери рождены оберегами для сына и его дара. У меня тоже была такая пара хранителей. Специально для меня они были рождены. Мы выросли вместе. Легко мне было в тандеме с ними работать. Я на окружающую действительность вообще мог внимания не обращать. Сейчас далеко они живут. Не свидимся. Даже если случайно жизнь сведёт, я им руки не подам. Без них научен теперь обходиться. Обучение нужное прошёл. Печати получил. Но без них всё равно не так, как с ними. Выгорел их дар. Согласились к наёмникам за звонкую монету на службу поступить дар, и выгорел за год, полностью. Обереги не боёвка. Они от Магии воины-защитники. Мне после довелось только дважды себя так легко во время работы чувствовать, когда Теодор и Саймон мою спину и грудь прикрывали. Втроём они должны учиться у одного наставника. Гиппократ подойдёт им. Не помогает купание на русской земле, здесь сильную воду ищите и купайте. Есть ведь в местных горах сильная вода? Нужно смыть с детей всё, что без основы на них. За воздух всё лишнее держится. Чары встанут у всех четверых и трансфигурация. Зелья можно младшему на высоком уровне поставить, но осторожно, чтобы дару травника не навредить. Остальное на уровне школьной программы и для общего развития. Обода. Обода на головах должны быть у каждого, кому по воле Магии или царским словом они назначены. И ваши артефакты, что наследникам всем положены, полные комплекты. Держат детей на земле обязательства. Хорошо держат. — Невилл кивнул. — Как определить, кокой именно водоём подойдёт? Как выбрать? — Мика устало улыбнулся. — Это вы у крёстного своего сына спросите. У него с водоёмами и водой особое отношение. Он найдёт, если целенаправленно искать станет. — Кощеев тяжело выдохнул. — Не было у меня пока времени местные ручьи да заводи изучать, но я найду. Найду, Невилл. Обязательно. Мы просто с Алисой здесь даже не пробовали искать, ума не приложу почему, но у нас даже мысли такой не возникало. Хотя ведь странно, что не возникло. Дети англичане, ты британец. Нико, Элизабет, Гиппократ, Юлия, Алиса, да и теперь уже я сам, мы все подданные либо урождённые этих земель. Митьку тоже здесь нужно пробовать купать….– Микаил переключил свое внимание на семейство блондинов. — Теодор, помогай, я не знаю таких слов, чтобы на вашем языке дары мальчиков этой семьи объяснить. Я скажу на языке своей земли, а ты пробуй переводить. И будь посообразительнее. У меня горло болит, сил нет уже никаких. Даже папы твоего затейливый отвар мне не помогает. — Микаил заговорил на своём родном языке. Теодор слушал внимательно, слегка нахмурившись. — Ох, чего-то ты мудришь на ровном месте, Мика или я тупой. Дар оратора, лидер, ведущий за собой. Указывающий путь. Короче политик от высших сил. Посадить его к деду в кабинет и пусть наблюдает, да учится. — Как у тебя всё просто. Пойми, дар встанет, каждому его слову люди верить будут, слушать его станут беспрекословно. За ним на верную смерть не задумываясь, пойдут. Это больше чем оратор и больше чем политик. Он правитель. Сложный очень этот дар сам по себе, а ещё у него боёвка. Он наёмник. Если оба дара встанут, выходит полководец получается. Ведущий на войну у нас таких называют. Султан самое подходящее слово. Сейчас дары пробудились и пытаются как-то разместиться. Плохо совместимы эти дары, для мирного времени в освоении и для жизни сложные. Мне не веришь, Сизого спроси. У него почти так же, только дар убеждения в разы слабее. Всю его жизнь люди, любой его брехне не задумываясь, верят. — Надежда захихикала. — Так это у моего мужа дар такой? Всю жизнь считала, что это жизненный опыт и суть его кошачьей души. По молодости всё считала, что только на меня его мурлыканье так действует, с возрастом поняла, что на всех. На женщин так уж точно почти на всех. Из женщин Луна, Алиса и Настенька наша, ни разу не купились, оставаясь невосприимчивыми к его льстивым речам. Из мужчин тоже трое и все за этим столом сидят. — Невилл улыбнулся, глядя на крестника. — Ну, у Люцика осечки случаются. Пока даже у девочек наших выходит его очарованию противостоять, но это ведь дар ещё не встал, как следует. Хотя их попробуй, очаруй. Четыре полувампирессы, железная леди на пенсии. Жена Люциуса Малфоя и ещё три женщины с кровью рода Блэк в венах. По мне, так безнадежная это затея — лапшу им на уши вешать. Но Люцик попыток не оставляет. Он совершенствуется. Можешь мне поверить. У него хорошо это выходит. Любой из нанятых учителей души в этом ангеле не чает. Мерлин с ним, с даром убеждения, против него всегда контраргумент имеется. С боёвкой чего делать? — Мика закрыл глаза. — Молча, показал Теодору несколько знаков. Люпин расшифровал и дополнил своими собственными выводами: — Дожить до девяти лет. Строгая дисциплина военного образца вам всем в помощь. В девять отправить учиться в кадетский корпус при Дурмстранге. Российские учебные заведения меньше подойдут, но можно и туда: в Суворовский кадетский магический корпус. В Хоге ему с такими дарами не учиться, во всяком случае, в сегодняшнем Хоге. В одиннадцать лет можно будет посмотреть. В случае если дары угомонятся, а ребята всё, что задумали в Хогвартсе реализовать успеют, то можно будет и перевести. — Теодор перевёл взгляд на Элвуда, взглядом спрашивая у Микаила его выводы относительно наследника Лавгуд. — Микаил заговорил тихо с явным усилием и на своём родном языке. Тед перевёл. — Эл, он будущий химеролог. Вернее даже монстролог. Сложный многосоставной дар. Много чего должно стабилизироваться в его ядре и многому его нужно обучить, прежде чем дар встанет, а пока будет давить и сильно. Наставник ему личный необходим уже сейчас. Учиться он должен отдельно от брата и сестры. Не знаю я, где такого искать и Мика не знает. — Саймон медленно выдохнул. — Есть во Франции такой маг, но он не берёт учеников, тем паче детей. Он считает, что молод для подобного, да и вообще не афиширует сильно свои навыки, имея вполне цивилизованную профессию. Химерологией занимается редко, обрезав своему дару после освоения крылья. Теперь это для него скрытое от людских глаз хобби. Его наставник из Японии обучал, но он умер, ещё до полного исполнения наставнического контракта. Пал жертвой своей же химеры. Я свяжусь с французом, если согласится, сообщу вам его имя, если нет, извините — это не моя тайна. — Драко кивнул с благодарностью и перевёл взгляд на супругу. — Что ты на меня смотришь, Дракошенька? Для того, чтобы дар сына под контролем держать мне печать монстролога не нужна и не поможет. Всё равно дольше, чем этот год не удержу. Один наследник в девять лет в Дурмштранг, второй в Румынию вот и весь сказ. Дары родовые, чего удивляться? Только, что уж больно сильные, но ведь ожидаемые? — Ожидаемые… — Блондин произнёс подтверждение словам жены на выдохе и с кой-то скорбной обречённостью. Ободряюще улыбнувшись каждому из притихших сыновей, перевёл взгляд на свою снежинку, затем на Микаила. Медведь словно из последних сил сипло произнёс. — Девочка — Берегиня. Это чисто славянский дар. Откуда он у вашей девочки я не знаю. — Всё, Микаил. Молчите. Я сам разъясню. Ваше горло сильно на вас обидится. — Медведь с благодарностью во взгляде кивнул Кощееву. — Драко, дар моей дочери, он очень редкий, дар твоей — это легенда. Берегини они… хранительницы очага у них склонность к целительству легко соседствует со склонностью к кулинарии, экономике и портняжьему делу. Как правильно слова-то подобрать?.. Её дар это десяток даров. Кого такая ведьма благословит, тот всегда вернётся. Откуда угодно вернётся. Она Мать и Жена с большой буквы. Нужно вылечить — она вылечит, нужно успокоить найдёт слова и способ. До её семнадцати лет очень сложно с её дарами и магией будет совладать. Решать вам… если в стиле парней совет… до девяти лет ей лучше всего жить в доме деда и бабушку в наставницы. Нарцисса сможет реализовать воспитательный и образовательный процесс в стиле «Леди рода» В девять лет отправляйте учиться в Россию только не в Суворовское. Нахимовский магический военно-морской корпус. Лычки к погонам не обязывают, дисциплина, и программа первых трёх лет обучения полностью соответствует необходимым запросам. В одиннадцать будете смотреть. Водная стихия ядра у неё ведущая. Разлучать детей конечно тоже чревато, но это меньшее из зол. Будут у них каникулы для общения друг с другом, если связь затребует, найдёте возможность на день два их вместе соединить. Часто всё равно не желательно. — Драко внимательно выслушав мнение Сизого, по очереди, перевёл взгляд на Теодора и Микаила. Тед лишь пожал плечами, Микаил уверенно утвердительно кивнул, свистяще, с хрипотцой зашептал: — И четырёх Варвар туда же в Нахимовское. Для них так же самый оптимальный вариант из возможных. Эту четвёрку до семнадцати лет разлучать можно совсем ненадолго и только попарно. Санкт-Петербург город Коннела. Его это земля по воле магии раз от неё он такой венец получил. Значит, не нужен английской земле род некромантов не заслужила. Только на русской земле теперь сможет существовать и развиваться род Бледной госпожи… Сам Коннел после обучения жить сможет в Англии. У него две родины. Его дети родиться должны только в России… жить после ухода из семьи отца тоже только там, наличие или отсутствия дара некро у его потомков не будет играть ни какой роли… — Мика побледнел, сильно закашлялся, со свистом начал буквально проталкивать воздух в свои легкие. Медленно убрав ноги с пуфа, маг поставил их на землю, сильно наклоняясь вперёд. Опустив голову себе на колени, обеими руками ухватился за стул, продолжая надрывно кашлять и издавать свист при каждом вдохе. Жестом руки, остановив подскочивших со своих мест магов, желающих оказать ему помощь, целитель вновь сосредоточился лишь на своём состоянии. Спустя семь долгих минут Микаил смог откашляться, сплюнув на землю тугой сгусток коричнево-жёлтой слизи, с небольшими прожилками ярко-алой крови, тут же без палочки очистил землю от своих биологических жидкостей медведь несколько раз глубоко и свободно вдохнул, делая медленные спокойные выдохи. — У тебя астма? — Теодор всё же подошёл к другу, протягивая ему стакан с водой. Воду Перевертыш взял, на вопрос Люпина лишь отрицательно покачал головой. — Нет у меня астмы ни магической, ни обычной. Это не она, слово даю. Я просто взял на себя сегодня несколько больше, чем способен поднять… пройдёт. — Целительский откат, … Чем помочь? Говори. — Тед не сводил с друга обеспокоенного взгляда — Под ёлочку меня отбуксируй, здесь не далеко меня одна приняла. — Северус и Гарри быстро поднялись со своих мест. Подхватив Микаила с двух сторон, помогли ему медленно подняться на ноги. — Теодор, успокойся. Мы сами. Мы Микаила встречали, когда он пришёл, видели, с каким деревом он знаком. Следи за Омели и Далиндой, пожалуйста. — Люпин, лишь кивнул, положив одну руку на кокон в котором ощутил едва заметные шевеления спящей девочки. Тревога оборотня явно передалась его крестнице, потревожив малышку. Тед вернулся на своё место, сосредоточился на своих эмоциях, при этом, не прекращая взглядом отслеживать действия родителей, отошедших совсем не далеко и остановившихся под елью в поле видимости сидящих за столом.       Гарри помог Микаилу расположиться под деревом. Оборотень, блаженно улыбнулся, как только стопы его босых ног коснулись шершавого ствола небольшого деревца. Через три минуты Перевёртышу буквально на глазах стало заметно лучше, оборотень немного расслабился, облокотившись на ствол ещё и спиной, медленно открыл глаза, встретившись с обеспокоенными взглядами двух посторонних для него магов, о существовании которых он знал лишь в теории ещё сегодня утром. В чужих взглядах буквально сквозила искренняя забота и желание помочь. Вот он настоящий родительский взгляд, Родной отец ни единого раза на памяти Микаила не смотрел на него так. И дед, любимый дедушка тоже ТАК не смотрел никогда. — Не тревожитесь за меня, не стоит. Десять минут, я буду в приемлемом состоянии. Я два года провёл в почти полном молчании, иногда на протяжении нескольких месяцев лишь утром и вечером громко произносил только свой порядковый номер заключённого и на этом всё. Я даже сейчас чувствую себя значительно лучше, чем было ещё вчера вечером. — Верю. Я вам верю, Микаил. Может быть, ещё раз искупаемся. Ведь явно сейчас что-то ещё поднялось? Я хоть и не вижу, но чувствую. — Перевёртыш отрицательно покачал головой. — Перебор. Поднялось, я тоже чувствую, но даже пытаться рассматривать не буду. Пусть снова уходит. Не переживу я сейчас снятие, любым способом не переживу. — Может быть, вызвать Сметвика? Возможно, у него получится сделать всё осторожно, ведь нужно снимать, даже если очень не хочется. Если уйдёт значит уплотниться и укоренится так, что потом даже с мясом будет трудно оторвать. Я Иппи подстрахую, мы будем очень осторожны. — Не нужен Сметвик, лорд Блэк. Не будем его пугать. Пупок надорвёт, нервы убьёт, не сможет мне помочь. Совсем не сможет. Если бы смог, я бы сам его вызвал и на мой зов он в течение пяти минут явился бы, хоть на Северный полюс. Если ничего не изменилось у него за четыре последних года, он вроде как мой подчинённый. Не вникайте. Сложно это я не стану сейчас объяснять. — Отряд «Целители без границ»? Вы в нем состоите? — Ну да, точно, вы же знаете всё. Работали с ребятами. — Мика выдохнул. — Состою. Дезертировал временно. Я командир отряда. Гиппократ — куратор. Пока я не объявлюсь Сметвик главный. — Мы пересекались раньше? — Гарри удивленно поднял одну бровь. — Я бы запомнил… — Не пересекались. Мне нельзя было с вами пересекаться. Я ведь не только целитель. Не по масти мне были наши пересечения. Вы с наёмниками тогда близко взаимодействовали, а я, я из другой пьесы персонаж. Не пересекались, но на одном квадрате нам работать доводилось. Колдомедикам в целительские палатки редко ход дают, вы их даже не видите, пока вас не пригласят. Я больше скажу, было, пара заварушек, в которых вы на одном квадрате с сыном работали. Вспомните Албанию. Это почти перед самым моим арестом было. Вы тогда за сутки двенадцать детей с того света достали. Я там был и Теодор с Саймоном. Они меня прикрывали. — Тогда мне только детей и доставляли в палатку. Все пять дней. Девушка-колдомедик там ещё была маленькая, смешливая. Она мне тогда сказала, когда я спросил, что о тяжело раненных взрослых есть, кому позаботиться без меня. Я нужен именно детям, а взрослые, если не выкарабкаются, значит заслужили. Ника кажется… — Лика Смолина. Она целитель. Детский военный хирург. Смешливая маленькая, только силы духа в ней столько, что… она способна пришить конечность, отрезанную при помощи темномагического проклятья. Главное, чтобы было, что пришивать. Был случай, она девочке чужую руку пришила. Всё прижилось, как родное. Никто на такое, кроме неё не способен, во всём мире. У неё дар спонтанно открылся. Поздно. Почти двадцать ей было, когда на её глазах младшей сестренки восьмилетней двумя заклятьями обе ноги и руку правую отсекло. Сестра была её первой пациенткой. Сейчас малышке лет одиннадцать — двенадцать наверное. Ника писала, что малая учится уже и палочкой способна с обеих рук пользоваться. Лорд, Блэк, вы извините меня. Со снятием придётся повременить. Я, правда, не переживу сейчас. Мне лучше. Уже можно меня без надзора оставить. Мне нужно побыть одному и помолчать, хоть немного. — Мы вас услышали, Микаил. Приходите в себя. Если есть желание и необходимость можете уйти глубже в парк. У нас большая территория. Есть участки почти дикого леса, туда даже Алина только в зверином обличье осмеливается заходить. — Мика лишь утвердительно кивнул, закрыв глаза, почти мгновенно полностью ушёл в себя. Гарри и Северус молча, развернулись, возвращаясь к столу. — Гарри, с Микаилом что-то серьёзное происходит? Со здоровьем его? Я не очень понял, о чём вы с ним говорили. И к пруду ты тогда за ним ушёл. Он очень нам помог с пацанами. Я искренне ему благодарен, если можно помочь ему решить его проблемы… — Север. Парень устал. Ему нужно время выдохнуть. Он так и не поел. Моргану за ногу, да через три загиба в душу. У меня уже крышу рвёт… там … я не ко времени и не в тему, но я там оставил ведро с чешуёй рыбьей. Специально для тебя на дне зачерпнул. Там чешуи этой столько, что мы, если всю соберем, сильно улучшим своё материальное положение. Ведро трансфигурированное из хер знает чего. Долго не продержится. Скорее всего, развеялась уже моя трансфигурация. Переборщил я кажется, с рыбами… с количеством… — Поттер! У тебя словесная диарея? Мы разговаривали о Микаиле, а ты мне про чешую и рыбу. Унёс Кричер в дом всё, что ты принёс, почти сразу же материализовался там и всё унёс. — Микаил. Микаил — это уникум. Не знаю, кем и за какие заслуги он нам сегодня послан был, однако, очень вовремя. Он сегодня совершил нечто нереальное. Мы на полном серьёзе могли потерять… — Гарри взял паузу. — Госпожа. Она была здесь. Далеко она не ушла. Очень близко с ними сейчас. Пришла, смотрела так, что у меня кровь в жилах всё ещё стынет. У нас с тобой перед Микаилом сегодня организовался большой долг, который он никогда не примет. Он не здоров. Поэтому будет жить у нас. Возможно год или больше. Я даже примерно не могу сейчас представить, сколько времени ему может потребоваться. Это серьёзный разговор не сегодняшнего дня. Я бы хотел… Мерлин! Не буду сейчас ничего говорить. Одно за другое цепляется… Жуть, какая! Не будем об этом. Я ему помогу решить его проблемы со здоровьем. Потом мы с тобой серьёзно побеседуем на его счёт. — Так. Младшие наши спят. Кто у нас остался первоочередным, а с кем чуть позже можно разобраться, как думаешь? — Нет у нас вторых. У всех остро, так что прямо в дрожь бросает. — Приближаясь к столу Гарри, лишь успел оценить, как Невилл быстро и уверенно поднял своих детей и детей Драко на ноги, не мешкая, повёл их в сторону квиддичного поля. В это время Драко уже помогал жене подниматься в домик на дереве, перекинувшись парой тихих фраз с только что спустившимся с дуба Мэттом. Младший лорд Малфой лишь растерянно покачал головой, после чего подошёл к столу и внимательно посмотрел на своего крёстного. — Драко сказал, я всё проспал. Почему не разбудили, если помощь была нужна? — Не поверишь, Мэтт. Про тебя мы даже не вспомнили. Если очень интересно, отец позже скинет тебе свои воспоминания, чтобы ты был в курсе. Как Айрис? — Ей значительно лучше, с одной стороны. Кровь чистая сейчас без моего вмешательства. Однако она физически и магически слаба, словно слепой котёнок. Эмоционально вообще штормит её. Кричер нас недавно в очередной раз накормил. Тошноты у неё не было. Поела и почти сразу снова уснула. А я спустился кофе попить вместе с вами, чтобы не дразнить её ароматом. Вроде как по плану должен был быть важный разговор об Калли, или вы уже всё обсудили? — О Калли речи пока точно не было, во всяком случае, в моём присутствии — Гарри перевёл взгляд на Теодора, Саймона и Нико, которые на удивление синхронно сделали глубокие вдохи и, закрыв глаза, заставили себя медленно выдохнуть. — Присаживайся, где тебе удобно, Мэтт. Будет разговор, но не прямо сразу. Выпей пока кофе, Кричер сейчас принесёт большой кофейник, чтобы всем желающим хватило. И ещё Кричер попробует в доме найти для каждого тёплые кофты, особенно для девочек. — Кричер принёс кофе. Кричер принёс ром. Кричер принёс булочки с корицей, пастуший пирог, яблочную шарлотку и маффины. Кричер больше ничего не может принести. В доме нельзя готовить. Кричер не может принести вещи, хозяин. Кричер не может попасть в нужные комнаты. Кричер может на кухню, может в кладовую со съестными припасами, может в комнату молодого хозяина Люпина и личные комнаты четырёх маленьких хозяев, в лабораторию молодого хозяина Джеймса. В гнездо Винки и Добби ещё может. Больше Кричер никуда не может попасть. Остальные домовики крепко спят. — Ушастый помощник словно задумался, решая возникшую проблему. — Кричер может в поместье рода Малфой. Там у всех имеются личные комнаты. Там есть тёплые вещи. Старший домовик рода Малфой разрешил и Винки всегда держит там чистые вещи для всех хозяев. — Не нервничай, Кричер, ты можешь переместиться в мэнор. Сообщи старшему домовику, чтобы наши эльфы помогли тебе со сборами. Тёплые вещи нужны всем. Ещё пусть передаст тебе палатки. У нас их кажется четыре. Неси все. Здесь разберёмся. Также пусть пришлёт трёх толковых домовиков в помощь тебе. Передай, что это мои слова. Нас сегодня домой пусть не ждут. Ты можешь заказать у наших кухонных эльфов ужин для всех. — Эльф, глядя на Люциуса, лишь кивнул и переместился. Малфой старший перевёл взгляд на свою крайне притихшую жену. После того, что она услышала от Гарри относительно состояния детей. После того, как наглядно увидела и осознала масштабы нависшей на них угрозы, Нарцисса вся словно поникла. Лишилась жизненной энергии и сил. Люциус помог супруге подняться на ноги и крепко прижал её к себе, уложив голову любимой женщины на свою грудь, начал медленно массировать. — Нарси, твоё настроение меняется подозрительно часто. То воевать намеревалась, возглавив крестовый воспитательный сестринский Армагеддон под знамёнами благороднейшего рода Блэк, то, выглядишь так, словно каяться, вознамерилась во всех земных грехах разом. Вроде сёстры твои в положении, или я чего-то не знаю про тебя? Такие эмоциональные качели позволительны только подросткам и беременным. — Люциус Малфой! Твой сарказм крайне неуместен. Это ты сейчас себя ведёшь, словно подросток. Такие слова при обращении к любимой женщине простительны Теодору, но ни как не тебе. Крестовых Армагеддонов не бывает. Это, во-первых. Я не беременна. Уже. Это во-вторых. Я совсем недавно вновь стала матерью. Буквально сегодня, если ты не забыл. Вот, она — Нарцисса немного неопределённо махнула рукой в сторону притихшей Калли. — Наша дочь. Или ты уже забыл? Что же. Познакомься вновь: Каллисто Камелия Малфой. Словом матери рода истинная дочь основного английского дома Малфой по крови и магии. Я нарекла, я извещаю. Слово моё, Магия и семья мне в свидетели. — Не успела женщина полностью закончить свою речь, как разом произошёл целый шквал последствий.        Всё пришло в движение как-то одномоментно. Люциус прижал жену к себе крепче прежнего. Саймон подскочил, схватил Калли на руки и сразу же сел. Осторожно разместил девушку на своих коленях, крепко прижимая опешившую возлюбленную к себе. С одной стороны к их стулу подскочил опрокинувший на себя чашку кофе Мэтт. С другой, на пару мгновений позже только, что спустившийся с дуба и буквально примчавшийся Драко. Два блондина укутали новообретённую сестру в свою личную магию, но даже вдвоём им было сложно перебить ауру не на шутку встревожившегося волка. Далинда осторожно подошла к Сайману со спины, уложив своё голову на его плечё и протянув руки, обняла разом оборотня и сестру, касаясь рук двух своих старших братьев расположенных на области магического ядра Колибри. Вмешательство Далии быстро помогло стабилизировать магические потоки двух братьев резонирующие с аурой Биллинга. Став связующим звеном Змеёныш превратила разрозненные ручьи в один общий оберегающий уютный поток. Теодор облегчённо выдохнул, после чего уверенно подошёл и приобнял свою девушку. — Умница, Змеёныш. Однако мне не нравится, что ты обнимаешься с другими мужчинами, даже если этот мужчина Саймон. Я тебя даже к отцу ревную. — Ещё раз выдохнув, Теодор громко и чётко произнёс своё «Свидетельствую» синхронно совпавшее с такими же фразами от Гарри и Северуса, Августы и Элиаса. — Ну, ты даёшь, мама Цисси! Ты смерти моей сегодня желаешь добиться? Так и скажи, я тебе палочку свою дам, заавадишь меня и дело с концом. Драко? Как девушка? — Вроде нормально. Гарри? Чего у меня спрашиваешь? У неё нужно спросить. Калли в сознании. У Саймона ещё можно, он её чувствует лучше, чем я тебя. — Калли приглушённо пискнула, сильнее прижимаясь к жениху, сипло произнесла: — Хорошо, девушка. Напугалась. Счастлива. Имя мне моё очень нравится. Эмоции ваши я сейчас не так чувствую, как раньше. Всё на дальний план отошло. Словно фон. «Белый» шум, как радиоволны. Чтобы почувствовать, нужно сосредоточиться и выбрать. Не мешает теперь. А до этого… тяжело уже было. Даже в мантии. Почти повторились ощущения, как в прошлый раз. Неуправляемый шквал, … а дальше у меня тогда случился ступор и шок…. — Девушка, поёжившись от собственных воспоминаний, содрогнулась всем телом и передёрнула плечами. — Сейчас хорошо. Уютно, тепло. Как в яйце. Словно в материнском утробе. Далинда для надёжности укутала сестру во тьму. Теодор без слов добавил к потоку своей невесты магическое пламя, позволяя двум стихиям причудливо смешиваться, создавая уютный кокон, накрывший девушку с головой. — Дыши ровно, Колибри. Не пугайся. Раз в материнском утробе, значит девять минут вот так вот посиди спокойно и будем рождаться. — Теодор перевёл взгляд на Нарциссу. Женщина словно сама испугавшись содеянного, обняла мужа прижавшись к его груди так, словно собралась прорасти в своего мужнину всем телом. Люпин лишь едва заметно, медленно покачал головой, оставив свои комментарии при себе. — Ш-ш-ш-ь. Успокойся, Цисси. Всё хорошо. — Люциус поцеловал жену в макушку. — Рисковая у рода Малфой мать. Теперь это известно не только мне, но и остальным членам нашей семьи. Ты, умница. Всё правильно сделала. Почувствовала и сделала так, как велело твоё сердце. Остановила развитие шока. Имя выбрала красивое. Родовое. Мне нравится, и дочери нашей понравилось, и магия рода его приняла, я чувствую. Всё у нас хорошо. Видишь, сейчас родится наша девочка вновь. Ещё совсем чуть-чуть и родится. Я даже поток магии чувствую, как от магической пуповины при рождении. — Я тоже чувствую. Можешь не верить, я схватки ощущаю сейчас. Слабые. Наверное, это я себе просто внушила. — Люциус осмотрелся по сторонам, осторожно подняв жену на руки сел на ближайший диван, расположив супругу на своих коленях. — Внушила, не внушила. Кто его сейчас разберёт? Я себе ничего подобного намеренно не внушал. Однако чувствую, то, что чувствую. Чувствую, что сейчас происходит процесс рождения или перерождения нашей с тобой дочери. Как хочешь это называй. Я вообще, знаешь ли, плохо поддаюсь внушению. Ты вот можешь мне внятно сейчас сказать? С чего ты вдруг решила сделать так, как сделала? Мы ведь обсуждали её принятие в род. По оговорённому нами плану всё выглядело несколько иначе. — Нарцисса судорожно выдохнула, стараясь взять своё несколько учащенное дыхание под контроль, стараясь дышать глубоко, но размеренно. — Не знаю! Я на неё смотрела. Следила за ней. Она с каждой минутой словно сжималась вся. Становилась меньше. Была напряжена. Саймон её обнимал, почти не отстраняясь. Ей это помогало. Потом перестало помогать. Он обнимал, а сам был сосредоточен на близнецах. Калли было мало только объятий. Ей было нужно больше его внимания. Я не знаю! Она чувствовала себя одиноко. Ей было страшно. Он это чувствовал. Я это чувствовала, а ты был сосредоточен на Далинде. Пытался понять, что с ней происходит. Далинда разом следила за Калли, маленькой принцессой, пыталась по их связи успокоить и поддержать Теодора, волновалась за младших, и ещё на Мэтта и его тревоги отвлекалась. Девочки устали очень. Как бы ещё её стихия не обиделась. Не выдала нам чего-нибудь из разряда «Армагеддон по-малфоевски». — Люциус тихо выругался, не разжимая зубов. — Час от часу не легче! Армагеддон по-блэковски заблокировал дом. Армагеддон по-вейловски, едва не лишил рассудка. Армагеддон по-малфоевски разрушит сад, а следующим будет Армагеддон по-поттеровски и его не переживём уже мы. И даже успокоитель-стабилизатор любых Армагеддонов — Принц, нас не спасёт. Сейчас вот как наору на этого Саймона! Я ведь тоже не железный. Потом выдохну и наору на Теодора. Женихи, Моргана за ногу! — С чего это ты решил, папа Люциус, что я тебе позволю орать на моего крестника? У Саймона только две руки, одна голова и одна пара глаз. Так же, как и у Теодора. На моих сыновей могу орать только я и мой муж. И то, за закрытыми дверями, так, чтобы никто не слышал. Я привык своих детей учить и наставлять тогда, когда рядом нет других людей. Хочешь поорать? Переместимся с тобой в твой кабинет в мэноре, и ори на меня. За каждого из своих сыновей перед тобой я сам отвечу. С них потом тоже сам спрошу, если посчитаю нужным. Саймон Биллинг, мой крестник. Мой сын. Так же как Дмитрий Кощеев, так же, как Элвуд, Теодор, четверняшки, Джеймс и Годрик. С этого дня каждый в семье будет считать именно так! — От услышанного Саймон будто подавился воздухом и сильно побледнел. Теодор пробормотал что-то нечленораздельное, смахивающее на отборный гоблинский мат, но его рука не дрогнула, не позволяя потоку стихии прерваться раньше времени. Гарри ожидал несколько иной реакции на свои слова. Он уже готов был дать Саймону разъяснения, извинится, что не поинтересовался его мнением задание. Сказать, что с его стороны это хоть и взвешенное, обдуманное, однако всего лишь предложение и решать будет только сам Саймон. — Не сейчас, Гарри! Не отвлекай его! Ты вот даже маму сейчас в разы превзошёл, настолько ты не ко времени. Для оборотня услышать такое предложение это… не отвлекай! Сай, заблокируй любые мысли на этот счёт. Ты сильный. Я знаю, ты можешь. — Далли подключила второй поток тьмы, пуская его теперь ещё и с правой своей руки. — Тед. Я, когда начну обратный отсчёт, когда будет «всё», полностью убирай огонь. Ещё бы минуты три, но больше она не выдерживает… у Саймона ядро пустое. До дна его вычерпала. — Гарри без слов и вопросов подошёл и, протянув руку, положил ладонь на область магического ядра Биллинга, мощным потоком наполняя его своей магией. Далинда улыбнулась одним уголком губ, едва заметно кивнула. Саймон прикрыл глаза, не сдержав то ли болезненного, то ли облегчённого стона. Теодор установил со своей девушкой зрительный контакт, жестом заставив ее, развернуться вполоборота и замер, перестав моргать. Спустя десять минут к столу одновременно вернулись Микаил, Невилл, Алина, братья Каркаровы. Грайгор не подходя близко к Поттеру, произнёс: — Гарри, мальчишки крепко спят. Я вызвал домовиков из своего поместья. Они за ними присмотрят. Эйлин медитирует с остальными младшими, нас всех погнала к вам. Просила ей не мешать. — Значит, не мешайте. — Гарри даже не повернулся в сторону говорящего, продолжая неотрывно следить за лицом Саймона. — Кто-нибудь может внятно и быстро объяснить мне, что у вас здесь такое ещё происходит? Никогда ничего подобного не видел, но мой дар меня к вам буквально притащил. — Микаил внимательно и безотрывно наблюдал за действиями двух стихийников. — Человек родиться собирается, не умирая. Новый член большой семьи и сильного рода. — Теодор говорил, не отводя взора, параллельно ведя с Дали бессловесный диалог. — Вот так просто? Без подготовки? Ебать! Вы чего творите, полоумные? На это же нужно разрешение спрашивать, через обряд. Пиздец какой-то. Феникс! Рысь вот это в твоей пустой башке рассмотрит. Мозги тебе вскипятит. На узкие ленточки распустит медленно и с наслаждением. — Чего ты меня пуганого, пугать вознамерился, Перевёртыш? То львом, то рысью. На хер иди. Победителей не судят. Да и вообще мне всё равно. Эти мудрые, старые, и великие должны были в доме рода Малфой появиться ещё тогда, когда у моей жены в младенчестве дар мага крови пробудился, который вообще не её и не про неё. Она тогда почти умерла. Не было в Англии ни одного, ни второго. Ей Сизый жизнь тогда спас и тоже, знаешь ли, ни у кого разрешения не спрашивал. Даже раньше должен был рысь примчаться. Ещё когда Нарцисса на свет появилась. Сейчас рыси я здесь так же не наблюдаю, хотя сам лично ему письмо написал и пригласил. Там не его война идёт. Он свои погоны поставил выше обязанностей перед магией. За присягу стаи перед царём его внук ответственность несёт, но не как не он. Русских кошек Тайга в царский дворец водил присягу приносить. Рыся сейчас дар должен в разные стороны тянуть. В роду Малфой три стихийницы: огонь, лёд, тьма. Все в разных частях планеты и у каждой всё остро. Сейчас вот ещё одна родится. Её стихия эмоции. Как ты понял каждая стихия со своим вывертом. И где он, кошак? Чуйку от старости отшибло? Я тебе сказал, мне по хер. Я прав, потому, что я прав всегда, иначе не бывает. Даже если не прав, я всё равно прав. Я уверен, пока Высшие силы не убедили меня в обратном. Назначат цену, я готов заплатить. Перед неживыми, а не перед рысью. — Не хилая у тебя к вечеру философия зародилась: «Я прав даже если не прав». Ты долго думал, прежде чем это изрекать? Так-то относительно того, что рысь здесь должен был появиться, еще, когда вы все родились, тут ты точно прав. Не поспоришь. И долго ещё? Я так и не понял пока, чем я должен вам помочь? — Далинда начала обратный отчет, и вопрос медведя остался без ответа. С каждым словом пламени вокруг Колибри становилось всё меньше и меньше, а кокон из тьмы начал уплотняться. — Всё! Тед, Гарри, Три шага назад. Синхронно. Драко, Мэтт, уберите от неё свои руки и сворачивайте магию. — Просьбы девушки были выполнены безприкасловно. Спустя, наверное, ещё три минуты Далинда полностью свернула свою стихию, отходя к жениху и пряча своё лицо на его груди. Саймон остался сидеть на своём месте, удерживая на руках непроницаемый кокон с плотными серыми стенками. Можно было решить, что на коленях молодого мага расположилась огромная гусеница, окуклившаяся перед перерождением в большую прекрасную бабочку. Микаил подошёл ближе присев перед Саймоном на корточки, и начал внимательно рассматривать кокон, не торопясь прикасаться. — Она сейчас там и она живая. Что дальше, Теодор? — Люпин неуверенно повёл плечами, придерживая свою возлюбленную за талию. — Я не знаю. Никогда ничего подобного не видел. — Я видела. И делала. Подождите, дайте дух перевести, у меня по спине вода ручейками бежит. — Далли отстранилась от Теодора, после чего направила себе на лицо свою палочку и, произнеся заклинание, брызнула на себя тонкой струйкой холодной воды. Рукой, сверху вниз стряхнув влагу с лица, Змееныш посмотрела на Микаила. — Для сестёр я так делала. С Калли такое, не первый раз. Вернее почти такое уже второй раз. Правда, не в этом мире тогда было. Не знаю, как правильно объяснить. У нас с сёстрами тесная связь и один общий ментальный мир. Мир наших сознаний и фантазий. Вот там я так сёстрам помогала исцелиться. В прошлый раз они втроем в одном коконе оказались. Сёстры после исцелились физически. С Кали слетели чужие чары и сложное наносное колдовство, скрывающее её происхождение. Сейчас не знаю. Её магия рода сейчас исцеляет. В прошлый раз были только стихии: моя и сестёр. Нужно подождать. Вообще-то я не знаю точно сколько. В прошлый раз волчицы сестёр остались рядом. Человеческие тела оказались в яйце, а их духовные воплощения были со мной. Волчицы почувствовали, лапами сломали яйцо и девочки смогли выбраться. Думаю я, Саймон или мама мы почувствуем, когда нужно будет ломать. — Микаил приложил свои ладони к кокону. Внимательно прислушиваясь. Не отрываясь, изменил позу, усаживаясь на землю по-турецки. Спустя минуту кокон начал едва ощутимо мерцать. Каждый смог убедиться, что он живой и девушка внутри шевелится.       Спустя три минуты кокон начал шевелиться интенсивнее. Голос подал Люциус: — Что с ней? Может быть, пора помочь ей выбраться? — Нет. Ещё не пора. Она всего лишь обернулась. — Микаил выдохнул. Закрыв глаза и сосредоточился. Нахмурившись, медведь словно вступил в ментальный диалог с кем-то незримым для окружающих. — Значит, будем путешествовать. Саймон. Слушай. Держи её крепко. Тебе нужно встать на ноги и не отпускать её ни в коем случае. Давай вместе поднимаемся. — Оборотни легко и синхронно в один миг встали на ноги. — Сай, пять шагов назад. Нужно выйти на свободное пространство. — Гарри ловко при помощи потока беспалочковый магии убрал стул с траектории пути Биллинга. — Шагаем. Ещё. Всё. Стоп. Хватит. — Сейчас, подожди…       Мика потерял осмысленность взгляда, словно находился где-то, а другой вселенной. — Слушай. Будь готов к тому, что её вес словно может начать кардинально меняться. То резко потяжелеет в несколько раз, то станет совсем лёгкой. Невесомой. Не открывай глаза, но в транс не проваливайся. Ты здесь на земле. Двумя ногами на ней стоишь. Чувствуешь её, ощущаешь. Не забывай, что ты свою любимую на руках держишь. Смысл жизни твоей на этой земле. Здесь она и должна остаться. Вернуться должна, к тебе и к родителям, к сёстрам, к братьям. Какие бы красоты ей там сейчас не показали, этот мир должен быть для неё привлекательнее любых других миров. Ох, и очаруют её сейчас. И мне надлежит быть её проводником. Как бы самому там не остаться. — Где-то за спиной громко заговорила девушка, заставляя Микаила прислушаться к чарующему звуку спокойного, уверенного, мелодичного голоса. Заставляя услышать и осознать сказанное. Мэри Принц даже поднялась на ноги, словно от этого её слова окажутся более весомыми для Перевертыша. — Возвращайтесь, Микаил. Обязательно возвращайтесь. У вас на земле тоже есть семья. Вы для них очень важны. Вы их опора. Брат. Ваш младший брат, он не справится без вас. Вы ему нужны. Ещё… ваша мама. Она чувствует, что вы живы и от этого, ей хочется просыпаться утром и засыпать вечером. Чтобы во сне быть с вами. А ещё вы обещали дождаться! Быть здесь к ЕЁ возвращению. Не словами, душой обещали. Вы же офицер, Микаил. Русские офицеры всегда держат единожды данное слово. Пацан сказал — пацан сделал. — Мика на миг замер, после чего едва заметно кивнул, улыбнулся одним уголком губ, погружаясь в глубокий транс.       Мэри Принц нахмурившись, не глядя, присела обратно на диван к своим родителям. Мельком взглянув на свою спокойную, мудрую мать, девушка развернулась в другую сторону, опустив голову на плечо отца. Элиас, провёл по голове дочери своей ладонью, поправив выбившуюся из затейливой причёски непослушную прядь. — Что, малышка моя? Ты, что-то хочешь мне сказать? Нам нужно уединиться для этого разговора? Ты запретила нам с мамой расспрашивать тебя о твоём даре. Запретила обсуждать твоё состояние. Ты сказала, что сама будешь нам рассказывать всё, что нам следует знать. Мы выслушали твои аргументы и согласились. Сегодня я наглядно увидел, что над твоей жизнью весит реальная угроза. Ты обещала нам с мамой, что ты будешь жить. Что ты справишься с даром и не уйдёшь. — Я не уйду, пап! И вы не торопитесь. Вы тоже обещали. Вы мне нужны. Никто меня у вас не отнимет. Ну, только замуж, но вы будете приезжать в гости или даже жить там, рядом со мной. Он разрешит. Угроза смерти висит над каждым живым существом с рождения. Пошел человек в лавку за продуктами ранней весной. Идёт себе спокойно. Строит планы на будущее, или в уме решает свои каждодневные проблемы. Ему вдруг раз, и ледовая сосулька на темечко с крыши упала. И всё. Нет у этого человека больше планов и проблем никаких нет. Есть тело, лежащее на земле и душа за один миг отлетевшая на своё новое место временного пребывания. Выдадите меня замуж, и полностью уйдёт эта угроза надо мной. Таков уж мой дар. Мне нужен муж, чтобы мой дар перестал искать возможности лишить меня жизни. Я родилась, чтобы быть женой и матерью. Замужем я очень долго буду жить, праправнуков успею женить и замуж выдать. — За него замуж собралась? Раз так разволновалась? — Не за него. Вернее, есть такая вероятность, но она крайне мала. Я могу быть с ним счастлива в браке. Он сможет сделать меня счастливой женой и матерью, только он со мной счастлив не будет. Я так не хочу. Микаил, он хороший. Запутался только очень. Заблудился, но он, правда, хороший. Он даже сам не знает, насколько он любящий и честный. Он не лучший вариант для меня. — Элиас выдохнул, Августа заворожено следящая за коконом с живым человеком внутри без слов обняла дочь. — Значит всё же Кавказ? Не Италия, не Испания? Подумай, дочь. Я не знаю, смогу ли я жить на той земле. — Сможешь. Вам с мамой будет там хорошо, вы узнаете очень много всего интересного. Я очень хочу, чтобы это был именно Кавказ, но это ещё не точно. Всё очень зыбко. Вот сейчас снова происходит тот самый момент, который меняет вероятности. Микаил, он… опора. Если он сейчас не сможет вернуться, всё будет очень нехорошо. Многие могут погибнуть. Они сейчас далеко улетели с этой девушкой. С Калли. К самым звёздам. Выше Нави они сейчас. Это очень зыбкий путь. Почти эфемерная прослойка между Навью и Явью. Калли она тоже важный элемент. Она прислана в род Малфой богами. Теми, кто выше Смерти, выше Жизни и даже выше Магии. Они не привыкли с кем-то согласовывать свои решения. Вот и пустили рябь по воде, сохранив её жизнь. С её появлением благодать падёт на эту семью. Истинное благословение. Она не должна умереть. Она сейчас получает защиту от всех Неживущих, чтобы умереть только в глубокой старости держась за руку любимого человек в окружении многочисленных любимых и любящих потомков. Она столько всего перенесла и не сломалась, осталась очень чистой и открытой. Их с Саймоном старшая дочка она будет целителем. Её руками в этот мир придёт большое количество малышей. Каждый, кто доверится её рукам, дождётся рождения своего младенца на этот свет. — Ты снова видишь будущее, дочь? — Августа перевела взгляд на свою доченьку. Отраду жизни. — Я не способна видеть будущее, мама. Я уже говорила, что мой дар он не в этом заключается. Я изредка способна рассмотреть вероятности, сейчас я вижу, что Микаилу нужна помощь, но не могу понять какая именно и как кто-то из здесь присутствующих способен помочь. Гарри отправился на Грань, чтобы не выпустить их и вернуть, но они сейчас не там, они выше. Он не имеет возможности их даже почувствовать. — Я тебя услышала, Мэрии. Давай с тобой попробуем проанализировать твои ощущения? — Мама, ты же знаешь, я тот ещё аналитик. Ну, давай попробуем. Микаил, наверное, будет недоволен, но… Пап! Я хочу показать тебе его жизнь через мои воспоминания. Мне зачем-то показали её почти всю. От момента его рождения до сегодняшнего дня. Я всё внимательно рассмотрела, но так и не поняла, зачем мне прислана эта информация. Посмотри? Только поклянись никому не рассказывать. Возможно ты, среди людей, что в разное время появлялись на его жизненном пути сможешь рассмотреть того единственного, который способен ему сейчас помочь. Мам. А ты задавай мне свои наводящие вопросы. Я буду отвечать, ты анализировать мои ответы, а папа смотреть воспоминания и слушать нас с тобой. Он явно лучше, чем я аналитик. Только полог тишины… — Я уже давно возвела. Незачем отвлекать сосредоточенных на важном людей. Давайте не будем тянуть. Когда мы вместе у нас всегда всё получается. Мы отличная команда. Смотри на папу, малышка и начинай показывать. Ответь на первый мой вопрос, как только в воспоминаниях вы с папой дойдёте до ответа на него. Почему ты думаешь, что Микаил может не захотеть вернуться? — Девушка начала отвечать, не прерывая зрительного контакта с отцом. — Мама, вся его прожитая жизнь есть один ответ на твой вопрос. Папе всё нужно посмотреть, чтобы он смог это увидеть. Я скажу так. Самое важное: у Микаила нет ни одной устойчивой опоры на этой земле. Ему не на кого опереться, не у кого просить помощи. Он опора для многих. У него самые основательные опоры, это Теодор, Саймон, ещё есть Клим и не могу сказать имя четвёртого. Они его все Приёмышем называют. Не озвучивают имя. Вот они вчетвером его единственная опора. Если они вместе или хотя бы попарно. Для каждого в отдельности он для них опора. Они его младшие братья. Побратимы. Он только с ними братался. Остальные это либо друзья детства, однокурсники по кадетству, по Дракону, либо сослуживцы. До дракона у него был только один побратим — Клим Аверин. В Драконе он побратался с Теодором, Саймоном и Приёмышем этим. Он среди них старший. Остальных он оставил в ранге друзей-сослуживцев. Они все приняли его позицию без возражений, кроме Анастасии. Девушка, она долго обижалась. Потом вроде успокоилась. У него меньше всех из их компании побратимов. У Саймона и Теодора, к примеру, по десять братьев-драконов и одна сестра. Ещё у Мики есть четыре близких друга, из тех которым ночью письмо напиши и они явятся. Ещё девушка, Анастасия. Он её любит, сколько себя помнит, наверное, но она их связь не принимает. Странная она, особа. Её не поймёшь. Вроде бы и любит, но у неё какая-то эгоистичная, на мой взгляд, любовь. Когда он от ранения умирал, она сделала больше чем всё, чтобы его жизнь и магию спасти. От его кровати десять дней вообще не отходила, после того, как всё нужное для его лечения по всему миру сама собирала. Своими руками. Возможно, я чего-то не понимаю. Я не способна дать адекватную оценку их взаимоотношений. Мне опыта не хватает. Не будем мы с тобой их обсуждать. Она там тоже. С вывернутым наизнанку в детстве сознанием. — Мэри перевела дух. Августа прикрыла глаза и кивнула, в знак согласия. — Хорошо, дочь. Как скажешь. Не будем. Хотя эта девушка, возможно именно она и сможет ему сейчас помочь больше остальных. Продолжай. — Есть ещё у Микаила Малик, его кровный младший брат. У них общий отец, но Микаил этого не знает. Он думает, что Малик — сын магического партнёра отца от женщины рождённый, а отец Микаила его просто усыновил кровно. Назвав своим сыном по крови и магии, назначив Малика своим наследником. Лишив регалий своего первенца. Однако это не так. Малик по крови не сын матери, но сын отца Микаила. Микаил избавиться от регалий был только рад. И появлению младшего братишки тоже был рад. Когда отец его грудного в дом принёс и без объяснений сказал, Матери и Микаилу, что это, мол, Малик, сын вам и брат, он очень счастливым выглядел. А вот когда спустя три года после этого, отец выселил мать с Кавказа, запретив ей встречаться и даже переписываться с сыновьями, тогда Мика от тоски едва не сгорел. Вскоре и самого Микаила отец от семьи отлучил почти полностью. В девять лет Микаил поступил на обучение в военный магический корпус. Даже на летние каникулы отец не позволял ему приезжать. Перед девятым днём рождения отец попросил Микаила что-то такое важное сделать, что именно, я не знаю, мне не показали, но Микаил отказал отцу. Прежде никогда в подобных просьбах не отказывал, а незадолго до своего девятого дня рождения отказал. Тогда отец ему приказал трижды. На все лады приказывал. И словом отца, и словом Главы, и как только можно. Бил смертным боем и еды лишал и в конюшню жить отправил, до самой школы. Мика всё равно своего решения не поменял. Вот с того момента у них с отцом совсем нелады. С братом видеться Микаилу, с тех пор было тоже не строжайше запрещено, но их встречи всячески пресекали. Да и в поселение Микаилу разрешали проходить всего несколько раз. Когда ему одиннадцать исполнилось, когда четырнадцать, потом ещё в семнадцать и в двадцать один. Отец пускал его на территорию поселения, чтобы Мика все положенные ритуалы на родной земле мог пройти. Не мог не впустить. Иначе бы родителю откат магический прилетел не слабый, такой который на других перекинуть нет никакой возможности. Впускал, чтобы печать предателя магии не получить. Каждый раз, как Микаил попадал на родную землю, отец первым делом возвращался к своей просьбе-приказу, пытаясь вынудить сына, подчинится своему слову. Я не буду подробно. Много всего было за эти годы. Около двух лет назад было вообще нечто невообразимое. Самое безобидное, что сделал отец и нанятые им люди, — девушка перевела сбившееся на эмоциях дыхание. — Сперва на глазах Микаила, зарезали его лошадь. Коня, магического, что под него в семь лет встал. Лошадь сама его выбрала. Животное зарезали, мясо сварили, а затем силой этим мясом накормили, … Микаилу нельзя было есть это мясо. Он по матери цыган. Цыгане своих коней, … даже если с голоду хозяин умирает, он свою лошадь не зарежет. Землю будет есть. Мочу свою пить, но лошадь не зарежет. Только если конь сильно ранен, тогда хозяин может его заколоть. Потом обязательно похоронит, соблюдая ритуал. — Мэри старалась не закрывать глаза и моргать, как можно реже, чтобы не сбивать отцу картинку. — Дочь. Не нервничай. Я теперь уже всё рассмотрю, даже если ты вообще отвернешься. — Юная Принц, слегка натянуто улыбнувшись, кивнула отцу. — Просто это не мои воспоминания. И даже не воспоминания Микаила. Эта картинки прошлого из эфира вселенной. Не знаю чьи. Я отвлеклась, мам. Прости. Накормили мясом лошади. Микаилу прилетел сильный откат, его рвало фонтаном. Когда и после этого продолжал он своё сопротивление, убили его фамильяра: чёрный бельчонок у него был. Потом брат его сквозь строй прогнал кнутом, потом на глазах Микаил убили его крёстного, который пришёл, увидел и кинулся защищать. Потом был подвал. Туда поместили трёх тяжелобольных людей. Двух проклятых гражданских и сильно раненого солдата с ними. Микаил — целитель. Он должен спасать больных в любых обстоятельствах. Им десять дней даже воды не приносили. Микаил вылечил всех троих. Людей выпустили, … Микаил остался в подвале ещё на месяц или чуть больше. Это… Пытки и истязания почти не прекращали. Отец иностранных мастеров пыток нанял, специально для старшего сына и мастера тёмных ритуалов и проклятий ещё. Когда отец и его партнёр поняли, что Микаил скорее умрёт, но они своего не добьются, его сильно прокляли. Потом был суд магии. Микаила судили как офицера военным магическим трибуналом. Первое обвинение звучало: «Не исполнение приказа старшего по званию. Дезертирство». Здесь магия вынесла оправдательный приговор. Следующее обвинение: «Измена родине», « Предательство родной земли»: ещё одно оправдание. Потом прозвучало обвинение: « Предавший клятву» « Не полное или не надлежащее исполнение целительской клятвы» Здесь Мика сам себя признал виновным. Один из тех, проклятых которых он исцелял в подвале отца, навсегда лишился магии, хоть и остался жив. Микаил считает, что это его вина. Суд признал его виновным. Приговор: один год и три месяца заключения под стражу. Всё это время к нему приходили духи покровители горцев и медведей, требовали, чтобы Мика объявил о мести. Чтобы они сами могли наказать каждого. Но Микаил не стал. Он всех простил. Нашёл в себе силы и простил каждого. Он сделал так, как перед смертью просил его крёстный отец. Он выполнил его последнюю просьбу. Искренне простил всех: отца своего, его партнёра, деда, мать, брата, всех горцев, что участвовали в пытках, всех тех, кто не участвовал, но и не вмешивался, всех кто мог помочь и не помог. Даже когда на второй день после суда, перед самым переводом в русскую магическую тюрьму к Микаилу пришёл его наставник-медведь, сообщил, что затребовал апелляцию. Что будет повторное слушание судом магии, и по этой причине его пока не станут переводить из изолятора, Мика сказал, что не будет участвовать. Отказался от адвоката, от разбирательства. Настоял на переводе в Тюрьму. Наставник его сильно тогда разозлился. Разорвал наставническую связь в одностороннем порядке, выставив Микаила перед магией нерадивым и неблагодарным учеником. Мика успел произнести ритуальную фразу, принимая свою вину перед наставником и наказание. Потом ещё успел по всем правилам провести обряд своего выхода из стаи оборотней-медведей. Лишив себя этим их защиты. Лишив себя права жить на их земле. Наставник Микаила не знал, что первый трибунал был магическим. Это не было указано в бумагах. Микаил ему тоже не сообщил, что получил своё наказание не от людей. Об этом знали только пять человек. Три судьи, отец Микаила и сам Мика. — Что это за магический суд такой странный? Так не бывает. Так магов не судят. — Августа сильно нахмурилась. — Судят. В магических странах с монархическим строем правления так судят. Магическая Русь — военная держава под единоличной власть царя-монарха. Это был закрытый магический трибунал. Судили офицера, получившего свои погоны по воле Магии. У Микаила погоны на дар его завязаны. Он боевой целитель. Целители под погонами, это отдельный род войск. Чтобы его осудить, нужен был обвинитель. В этой роли выступил отец. Он имел право, как глава автономного магического поселения в составе большой державы и как старший по званию офицер. Ещё нужен был старший по званию офицер в составе суда. В этой роли выступил нынешний воевода. Тогда он не был воеводой ещё, но звание воинское у него было высокое. У него тоже регалии правителя автономии имеются, как у мужа Матриарха поселения оборотней-медведей. Он вдовец, но он отец наследницы, поэтому он сохранил свои регалии до того момента, пока дочь не примет главенство над стаей и не сменит статус наследницы на статус главы. Вторым «независимым и непредвзятым» судьёй выступил атаман русского магического казачества. Он на земле их казаков тоже, всё равно, что царь. Казаки живут своим поселением обособленно. Слово атамана в станице — закон. Третьим и главным судьёй выступала царица Татьяна. По идее, должен был дядя Миша. Он Царь. Однако отец Микаила знал, что с Кощеевым в судьях, у них ничего бы не вышло. Суд проводили тогда, когда царя и дяди Алексея по делам государства не было в стране. В его отсутствие Татьяна имеет право судить. Она сама под погонами ходит, в высоком звании. У русского царя погон нет, ему не положено, а у обеих его жён погоны есть. Парадокс. Только царица Алиса в дела управления государства никогда не вмешивается. Не любит она этого и всячески избегает. А вот Татьяна наоборот. Любит, вмешивается, даже сам Михаил знает меньше, чем знает Татьяна. Она для него информацию «фильтрует» То, что по её мнению не стоит внимания супруга, того она не сообщает, если имеется такая возможность. А Михаил один не способен успеть везде. Он слепо доверяет своим советникам, женам и брату, пока он возле трона стоял. Словам дяди Алексея, Татьяны и Алисы больше всех дядя Миша доверяет. Всегда прислушивается. — То есть получается, что Алексей и Михаил про этот суд ни сном, ни духом? — Хмуриться Августе уже было больше некуда, но у неё получилось. Дочь смогла наглядно увидеть, почему её добрую маму по сей день в магической Англии называют « Железной леди » — Да! Вернее потом они узнали, но далеко не всё. После возвращения царя, наставник Микаила хоть и бывший, всё же обратился к царю и настоял на разбирательстве по его делу. Разбирательство было проведено. Насколько это возможно тщательно. Его проводил дядя Алексей. Он доказал, что Мика не виновен. Спасённый Микаилом маг ни в чём его не винит. Раз в неделю благодарственные ритуалы во славу его имени проводит, за то, что жив остался. Его из госпиталя выписали, и домой умирать отправили. Отказались от него колдомедики. Говорили: нет способа помочь. Мика спас, ещё и в таких условиях. Царь своим, словом его оправдал. В деле не было указано, что суд магический. Слово Царя, это пустой звук в данных обстоятельствах. Имена судей скрыты, имя обвинителя — скрыто. Кто судил? За что судили? Как судили? Никто не знает и не узнает. Закрытый трибунал и этим всё сказано. Даже о том, что Микаил лишён гражданства и не имеет права ступать не только на территорию магической Руси, но и на маггловские русские территории — этого так же в деле не было отображено. Оправдал его царь, признал судебную ошибку. Назначил денежную компенсацию, что парадоксальным образом была выплачена отцу Микаила. Глава горцев же и подсунул дяде Алексею четырёх, при высоких званиях офицеров из горцев, которые дяде Лёше сообщили, дескать, это они судили, они ошиблись. Не магические трибуналы для военных редко проводят при участии царя. Только уж если совсем дикое преступление офицер совершил, тогда царь нужен. Предателей присяги, предателей священных клятв и предателей родины в присутствии царя Магия судит, царь казнит. В остальных случаях, достаточно просто трёх магов из старшего офицерского состава трёх разных родов войск. В русской армии очень строгая дисциплина и субординация, за нарушение которой очень часто следуют, трибуналы различных уровней и судьями там обычно выступают офицеры. Офицеры были из орденоносцев. Их оштрафовали, простили за прошлые подвиги, и с почестями выпроводили на пенсию по возрасту. Дело потом вообще сожгли и концов не найти. С оправдательным приговором Микаила ознакомили. Собирались освободить. Он бумаги прочёл, громко рассмеялся и вернулся в свою камеру. Из неё его потом выгнать пытались. Не смогли. Он сопротивлялся, затем и вовсе обрядом призвал магию в помощь и в свидетели. Тюремные служащие чего-то поняли, или не поняли, догадались, что в этом деле всё не так просто, как в бумагах написано. Отца Микаила даже вызывали, для разъяснения ситуации. Он первым делом попросил встречи с сыном. Её организовали. Глава горцев задал сыну лишь два вопроса: осознал ли Микаил свою вину перед родителем? Готов ли он всё исправить, выполнив его просьбу? Мика только отрицательно покачал головой и, не проронив не слова, вышел из помещения направился в свою камеру. Так и отсидел он свой срок в открытой камере. Тюремные служащие оставили его в покое, только кормили, как прочих арестантов и всё. Его не водили на обязательные работы. У него не было соседей. Маленькая одиночная камера, которую он покидал строго по расписанию для приёма пищи и чтобы в душ сходить, один раз в неделю. Иногда Мика по зову дара своего выходил из своей узницы и молча, подходил к чужим камерам. Тогда его без вопросов впускали. Он входил, здоровался со всеми, исцелял больного и вновь выходил. Другие арестанты относились к Микаилу хорошо. С уважением относились. Он никогда, ничего, ни у кого не просил, но ему регулярно через надзирателей передавали маленькие посылки с едой и вещами первой необходимости. С воли ему тоже посылки приходили и письма. Теодор наш слал регулярно. Другие их друзья из Дракона тоже слали. Срок его заключения закончился сегодня, и он сразу же в Англию переместился. По зову Теодора. — Девушка взяла паузу, уходя в себя и перебирая свои видения-воспоминания, выискивая, что ещё следует озвучить матери, а о чём лучше умолчать.       Пауза несколько затянулась. Девушка вернулась в реальность, словно вынырнула из морских глубин: — С Матерью его там дед Мики намудрил. Не по-нраву ему пришлась невестка из цыган. Он всё сделал, чтобы у них кроме Микаила не было больше детей. Всё сделал, чтобы сына от избранной магией жены отвернуть. Но по его желанию, всё равно не вышло. Проклятый мужчина, предатель крови и магии смог нынешнего главу к себе приворожить и привязать, даже ребёнка смог от него выносить. Правда, не признался, что Малик его сын. Сказал, что от него женщина понесла случайно. Бордельная девка. Партнёру отца дар Микаила зачем-то был нужен. Может, болен он сильно. Не знаю. Он из-за сына отца к себе привязал зельями и ритуалами. С ума свёл человека. Отец Микаила с ума сошёл, а на ту женщину, которую ему отец его ему в следующие жёны выбрал всё равно, не взглянул даже ни разу. После рождения Малика совсем на свою жену смотреть уже не мог, через мальчика приворот обрядом был усилен, а всё равно полностью его от жены не отвернуло. Жизнь он ей спас единственным доступным способом. Мог бы не спасать. Ничего бы ему за это не было, а он всё равно спас. В союз мог бы вступить с тем, кого считает, что любит. Однако нет. Спас. Он и сейчас её магический муж, она ему жена. От детей отлучил, в волчью стаю жить выселил, а сам не может без неё. Раз в месяц стабильно к волкам перемещается и виделся с женой. Не нравится ему те изменения, что в характере, поведении и внешности жены произошли, а отпустить не может. Она тоже ничего не может. Даже правду мужу сказать не может, что когда она умирала, свёкор с неё сложную клятву стребовал о том, что она будет кроткой, послушной, молчаливой, боязливой «кавказской женой» Такой, какой это видел старик, а норов свой и гонор цыганский, вытравит из себя навсегда. За это обещал исцелить. Исцелил её не свекор, а муж способ нашёл, но она жива осталась. Хоть и оборотень-волчица она теперь, но живая. Значит, клятва ее, на смертном одре искренне произнесённая действительна, по сей день. — Августа кивком головы подтвердила, соглашаясь со словами дочери — Действительна клятва. Это точно. — Мери продолжила: — Свекор свою клятву с неё взял. Муж свою. Другую: о том, что она к сыновьям не приблизится. Боялся, Глава горцев, что жена на эмоциях зверя своего не удержит. Она слово дала, что в Россию пока он жив, не вернётся. Словом главы горцев Абдусалим её эту клятву подкрепил. А старик столько всего наворотил, стольким людям жизнь переломал, перемолол, а своего не добился. Не подчиняется ему сын-глава, как он того хотел. Старик думал: сыну регалии передаст, но сын править будет только номинально, а по факту, сам он собирался. Всё распланировал. Типа негласный правитель, без ответственности перед магией. Думал, эту невестку от магии сыну назначенную, сведет в могилу косвенным своим вмешательством, через чужих людей. Сын на другой, выбранной отцом девушке женится. Выбранная, она совсем странная. Блаженная. Умом, что ребёнок развита. Не от рождения она такая. В детстве на чужого коня села без разрешения. Лошадь её скинула, потопталась. Голову сильно повредила. Её спасли, выходили, только интеллектуально её развитие полностью остановилось. Ей, что старшие скажут, так она и поступает. Старик и сам с ней намеревался ложе делить, втайне от сына. Знал, что строго сказать достаточно, и она подчинится. Девушка физически здоровая. Выносливая. Из плодовитой семьи. Родовитая. Красивая очень и магически сильная. Всё у старика в уме складно выходило. В реальности вышло всё совсем не так. Жена сына оборотнем стала, однако жива и сын всё равно с ней, хоть и не с ней. Партнер сына — вообще нонсенс. Горцы-маги почти никогда не создают мужских союзов. Других магов за это не осуждают, но сами нет. Не принято у них. В России это вообще не очень распространено. Женщин магически сильных много, всегда есть возможность создать магически хорошо совместимый разнополый союз. Можно и из других стран девушку в жёны взять, чтобы кровь семьи обновить. Тройственные союзы бывают, это да, а однополые один раз в пятьдесят лет, не чаще. С невестками: реальной и предполагаемой, не вышло у старика. Сын к словам старика не прислушивается давно. Микаил по халатности старика стал оборотнем-медведем, а значит, как следующий глава горцев не очень он старику подходит. Как ведомый глава — совсем не подходит. Старик его давно из своих планов исключил. Думал, новая жена сыну нового наследника родит, а старик, дескать, воспитает его, как нужно ему. Микаила старик очень боится. Мику боится от того, что он медведь, Кощеева Михаила, ученика своего, по этой же причине боится, невестку-цыганку тоже боится потому, что она волчица. Старик из всего животного мира боится только двух зверей: волков и медведей. Только этих животных он не способен себе подчинить. Не действует его дар на них. А так, какого угодно обороняя, может воли лишить, хоть и не полностью. Он вообще-то очень сильный маг и очень одарённый. Считает себя почти богом. Хорошего немало в своей жизни сделал, этого не отнимешь, не добавишь. Многих людей он спас. Многих обучил на совесть. Деткам малым чужим жизни спасал. Своим близким, жизни испоганил. Если бы нынешний глава не был столь сильным, одарённым и выносливым, волевым, с кровью матери-вампирессы, что его хранит и защищает, он бы ещё в первый год жизни Микаила в могилу слёг, вместе с женой. Чтобы не мешал из внука «правильного» главу поселения растить. Сам старик сына главой назначил, добровольно с себя регалии снял. Меньше чем через месяц пожалел о своём решении, только назад уже было ничего не воротить. Малика вообще за человека не считает, не то, что внуком или наследником. Микаил добровольно с себя регалии наследника снял. Его старик в расчёт свой последний также не берёт. Ждёт смерти сына, чтобы вновь регалии на себя надеть. Без регалий не может он на кавказской земле жить. Магию и здоровье высасывает из него после всего горская земля. — Дочь ты много всего мне рассказала сейчас, я слышу, что не всё, но мне и не нужно. Ты выдохни. Я понимаю. Сумбурно у тебя это вышло. Сложно анализировать информацию идущую таким несистематизированным потоком. Маленькая ты у меня ещё совсем. Для тебя это всё страшно, дико и жутко несправедливо. Эмоции переполняют и несут, но это только лишь эмоции. На поставленный мной вопрос ты почти не дала чёткого ответа. Успокойся. Попробуй быть более конструктивной. Эмоциями твоими мы ему не поможем. — Ма! Ему нужен якорь, чтобы захотеть вернуться. Вот это вот, то, что он сейчас делает это очень, очень сложно. Он девушку сейчас звёздным путём ведёт, если у него получится, она пройдёт до конца и вернётся. Тогда у неё будет всё в жизни хорошо. Личное покровительство медведицы. Той в честь, которой созвездие на небе названо. Намоленной станет она. Её будут духи беречь. Духи волков и духи медведей. Она после этого бессмертной конечно не станет, но не своей смертью не сможет умереть. Жить будет очень долго. Ни буйство её личной магии и даров ей не грозит, даже сама Смерть и Госпожа Магия в её жизнь вмешиваться по своему желанию не смогут и влиять на вероятности её жизни, также возможности не будут иметь. Мы все живущие для НИХ, что-то типа … не знаю. Игрушки для развеивания скуки. Мы их дети и они нас любят, но им бывает очень скучно и они иногда себя развлекают, сильно влияя на жизни тех, кого посчитаю достойными своего внимания. Для нас самое сложное заключается в том, что они меж собой не имеют желания свои вмешательства обсуждать и согласовывать. Для них наши жизни не то, чтобы ценны. Если, по их вине, мы жизни случайно лишимся, так они и время вспять способны повернуть и жизнь новую организовать. Нельзя так конечно говорить. Я знаю. И у них есть законы, которым они подчиняются. Не нам их судить. Нельзя их действия человеческим мерилом измерять. Однако мораль у них точно не человеческая и понятие добра, весьма своеобразное. Любовь свою и заботу они своеобразно проявляют. Вот у Микаила сейчас особо никто не спросил, а желает ли он делать то, что делает. У него так спросили, что при любых раскладах не имел он возможности отказаться. Боги хотят сохранить жизнь именно этой девушке, на остальные жизни, тех, что рядом, тех, что могут пострадать, им всё равно. Закон ритуальной магии сейчас они же нарушают. У Микаила считай, нет родителей, ему ещё нет тридцати пяти лет. До этого возраста магу крайне сложно без родительской опоры. У нас их для комфортной жизни как минимум три должно быть. Три родительских опоры, а для одарённых, и большее количество лишними не будут. Матерью Магией, её законам неписаным и негласным, ему запрещено ещё всё это творить. По возрасту запрещено. Духи опять пытаются его вынудить месть объявить. Любыми способами своего желают достичь. А Микаил, он от своих убеждений не отступится. Не такой он человек. Ему всё равно, против кого идти, если он полностью уверен в том, что он прав. Он никогда слово своё не нарушит. Получается, она вернётся. У неё жених и семья сильная её полностью приняла, без условий. Любовь у неё теперь есть родительская, братская, сестринская. Любовь к жениху. Притянут они её обратно. А Микаил? Его кто притянет? Мам, зачем мне всё это показали? Как я этими знаниями должна распорядиться? Что нужно сделать? У меня такое впечатление, что меня просто напугать хотят, чтобы я на зов горской земли не откликалась. Чтобы отказалась признавать, что я его слышу. Показывают, что меня, дочь чужой земли там ничего хорошего не ждёт. — Не знаю, маленькая моя. Возможно и для этого, а возможно и нет, есть ещё третий вариант: не только для этого. Получилось у них? Напугали? Отворотили тебя? — Нет. Что сейчас сделать нужно? Или вообще не нужно вмешиваться? — Элиас пошевелился, разминая затёкшие от напряжения плечи. Досмотрев последний кусок воспоминаний, аккуратно прервал ментальный контакт с дочерью, без следа покидая её сознание. — Тебе нужно горячего шоколада выпить, с чем нибудь очень сладким вприкуску. Больше тебе ничего делать не нужно. Ты сильно продвинулась в менталистике. Молодец. Зря ты отказываешься развивать эти свои способности с нашей помощью. И я, и Северус, и Гарри, и Драко очень многому способны тебя научить. Голова не болит, не кружится? — Нет. Не болит. Я даже почти не почувствовала твоего присутствия. Ты как всегда очень аккуратен и тактичен. Спасибо, папочка. — Всегда, пожалуйста. Пей, давай шоколад. Кричер очень расторопный и мудрый домовик. Его не видно, но он есть. — Это не Кричер. Это моя Улли принесла. Она всегда рядом со мной. — Значит она молодец. Благодарность ей за расторопность. Августа, милая. У нас кажется, появился сын. Как ты думаешь? — Почему один сын? Я двоих насчитала. — Потому, что второго нам дочь ещё пока не привела, а один точно уже есть. Вон он. Что творит, паршивец. Сам ведь не ведает, что творит. За сегодняшний день столько уже наворотил…. — Не ведает. Так иди, помогай. Вытаскивай. Чего сидишь? Или сомневаться удумал? Не сомневайся. Решил — делай. Главное, чтобы он согласился. Не малыш неразумный. Он может и отказать. — Элиас поднялся с дивана, наклонившись над своими любимыми девочками, подарил каждой по лёгкому поцелую и уверенной походкой направился к Микаилу.        Элиас Принц Уверенным движением обнял находящегося в глубоком трансе оборотня-медведя со спины, крепко прижимая его к своей груди. Мужчина попытался пробиться в сознание Микаила, но его не пропустили. Прекратив бесплотные попытки, проникновения туда, куда, похоже, сами Боги вознамерились его не пускать, старший Принц ещё крепче прижался к молодому парню. Чётко разделяя каждое слово уверенно произнёс. — Ваши горы забрали у меня дочь, пусть и косвенно. Опосредованно. Пусть моей вины в этом больше, чем вины гор. Однако. Я эгоист. Собственник, считаю, что они мне задолжали. Я желаю получить свой долг, с процентами. Желаю, иметь сына. Сильного сына родившегося в Кавказских горах. Даже больше. Хочу сына и зятя и территорию под строительство своего дома на той земле. С землёй можно повременить, пока дочь школу не закончит. Время ещё есть. С зятем не знаком, тоже готов немного подождать, пока он свои дела проблемы там решает. Терпит это, но… Ты сейчас здесь и я тебя не отдам. Никому не отдам. Пусть даже Богам. Хватит там гулять. Возвращайтесь. Нам сегодня ещё нужно успеть провести ритуал твоего крещения и крещения Саймона. Не оттягивай неизбежное. Мы с Гарри уже всё за вас решили. Вам остаётся только подчиниться воле отцов. — Элиас буквально почувствовал, как Микаил задышал глубже, спокойнее и увереннее, однако магию, которой его попытался укутать Принц, оборотень не принял, продолжая упорно держаться лишь на своих личных сильно потрёпанных сегодня резервах. Элиас решил не давить, снижая интенсивность личной магии, но, не сворачивая поток полностью. Если пожелает, упёртый горец, сможет дотянуться и взять.       Ещё на целых пятнадцать минут все находящиеся в саду маги замерли в ожидании, боясь пошевелиться и отвлечь. Элиас первым смог почувствовать изменения в обстановке и сразу же заметно расслабился Микаил пришёл в себя, но глаза открывать не спешил. — Будет разговор между нами, мистер Принц, только после этого я озвучу своё решение. Я сам подойду к вам, когда буду готов поговорить. Благодарю. Вы и ваша дочь действительно очень помогли мне вернуться. А сейчас отойдите от меня. Мне необходимо закончить, для этого нужна свобода действий. Феникс, пора заканчивать с такими экспериментами. Я сейчас себя почти Демиургом чувствую. Как бы не заиграться. Отлетать к звёздам не умирая, падать, возвращаясь с небес на грешную землю это адски больно. — Теодор лишь кивнул, соглашаясь, устало прикрыл заметно воспалённые глаза. Старший Принц вновь уверенно заговорил: — Зазвездиться боишься? Мы найдём способ вас приземлить. Нам за вас тоже страшно, но вы, всё, что вы делаете, делаете не по собственной прихоти, а потому, что нужно. Вот сейчас ведь тебя особо о твоих желаниях никто не спрашивал. В таких случаях действовать приходится в любом случае. Так, что действуйте, ибо мы такого не умеем. Значит, сейчас ваше время действовать пришло, а мы будем вас заземлять, притягивать, чтобы смогли вернуться. Такая у нас, у родителей функция: вовремя отойти в сторону, давая дорогу тем, кто может больше чем мы. Возвращать вас вовремя в реальность. — Элиас расцепил свои объятья, прежде чем отойти, на миг положил руку на плечо Микаила, — мне показали всё, от момента твоего рождения. Мои слова взвешенные и продуманные. Я не альтруист и не добрый волшебник. Я осознаю ответственность и твёрдо уверен в том, что готов предложить тебе. Решение за тобой. Я буду ждать, только не очень долго. Терпение не входит в список моих достоинств. — Оборотень громко сглотнул, но не позволил себе отвлечься даже на кивок. Его мышцы в один миг словно налились сталью. Молодой маг стал выше, шире в плечах, тяжелее, внушительнее. Не полное перевоплощение мага-оборотня завораживало. Миг и перед тобой уже не человек. Не человек, но и не зверь. Гибрид, гармонично сочетающий в себе достоинства человека и дикого зверя. Идеальный баланс, запредельная сила воли и духа.       Одно уверенное движение руки, довольно неприятный по звуку скрежет твёрдого звериного когтя по плотной оболочке кокона. За спиной Микаил слышит надрывное, шумное дыхание Нарциссы, приглушённые всхлипы Далинды, что едва стоит на ногах, пряча залитое слезами лицо на груди крепко обнимающего её Теодора. Кокон распадается на две, почти одинаковые половины, являя зрителям свернувшуюся в позу эмбриона Калли. Девушка резко открыла глаза, сделала глубокий вдох. Громко вскрикнув на выдохе, Калли раскоординированно зашевелилась, резко меняя позу, намереваясь вскочить на ноги. Саймон едва успел перехватить свою невесту, присел на корточки, вновь усаживая её на свои колени, тихим шёпотом в самое ухо начал нашёптывать что-то успокаивающее. Микаил нагнулся ниже, осторожно оттянув в сторону то, что осталось от кокона. В момент, когда девушка пыталась вскочить, половинки оболочек упали на землю. Далинда оторвалась от груди Люпина, чтобы заглянуть в лицо сестры. Две блондинки со следами слёз на щеках неотрывно смотрели друг на друга, синхронно всхлипнув, улыбнулись очень похожими улыбками. — Я уже думала, … тебе там было очень хорошо. Я чувствовала. — Дали слегка вопросительно посмотрела на Калли. — В коконе? Нет. Там было не очень. Особенно по началу. Темно, душно, пить очень сильно хотелось. Потом вы что-то сделали, не знаю. Я обернулась, потом уснула. Во сне было действительно очень хорошо и красиво. Просыпаться совсем не хотелось. Вернее. Проснуться я собиралась. Очень хотела вернуться к вам, а потом просто забыла, что это сон. Знала, что нужно вернуться, даже пыталась повернуть назад. Вот только где это-то место, куда обязательно нужно вернуться я не могла понять. Там где я была, с каждым мгновением мне было всё комфортнее и интереснее. Потом оказалось, что я не одна. Меня провели, куда нужно и потом показали дорогу обратно. Я рада, что я здесь, а не там. Тот, кто меня возвращал он… — Мика откашлялся, привлекая внимание девушки и едва заметно, отрицательно покачал головой. Калли замолчала, на миг, прикрыв глаза. — Повезло мне с проводником… — В путешествия по красивым местам впредь, ты, сестрёнка будешь перемещаться только в сопровождении мужа, отца или братьев, а то, ты у нас уж больно впечатлительная. Отпусти тебя в отпуск, окажешься ты где-нибудь в живописном уголке планеты и вернуться не захочешь. Калли, тебе бы в душ и переодеться, а потом поспать. Микаил? Что вы там такое рассмотреть пытаетесь? Кокон нужно сжечь. Там биологические частицы Калли. Всё плохое, чему в её организме не оказалось места. Тед, его обязательно нужно сжечь. — Далли заглянула в лицо возлюбленного, дождавшись от него утвердительного кивка, заметно расслабилась. — А как же исследовательский интерес? Сжечь это ведь дело пары секунд. А вот рассмотреть повнимательнее… Никогда прежде ничего подобного не видел и скорее всего никогда больше не увижу. — Есть, то, что лучше не рассматривать, не знать, не понимать. Ещё лучше забыть и не вспоминать. Вы как-то выглядите не очень. Сильно больным вы выглядите. Желаете курс экстремального перерождения? Если желаете, я могу и вас также. В кокон или возможно в яйцо. Уж не знаю, что получится. Вот свою оболочку, после всего сможете изучать, сколько угодно долго, а эту нужно сжечь и руки ваши Теодор сейчас тоже огнём помоет. Вы не обижайтесь, но Калли моя сестра ни единой клетки её плоти не попадет к посторонним, какими бы благими небыли их помыслы. — Микаил осторожно поднялся на ноги. В глазах оборотня промелькнул ничем не прикрытый страх. Мика сделал три не очень уверенных шага назад, даже не заметив, как упёрся в грудь стоящего за его спиной Элиаса. Принц уверенно придержал Мику, не позволяя ему упасть. Медленно повернув голову, медведь оценил, неожиданную опору, оказавшуюся за его спиной, благодарно кивнул, вновь перевёл взгляд на Дали. — Не нужно. Благодарю. Я лучше похвораю чуть подольше. Такого ни один мужик, сохраняя здоровье рассудка вынести, не способен. Ну, или я с такими не знаком. Тьма стихия женская, для мужской психики такой экстрим есть самая невыносимая из возможных пыток. Мужчин без крайней необходимости тьмой лучше не исцелять. — Мика абсолютно спокойно отнёсся к тому, что Теодор без предупреждения укутал его руки ярким магическим пламенем, даже не вздрогнув. — Я пойду сейчас прогуляюсь и буду в норме. За меня не волнуйтесь. И на будущее: не каждому своему душевному порыву следует подчиняться, не давая себе возможности на осмысление. Вы прямо по самому краю сейчас прошли. Очень острый тот край оказался. Нельзя спасать одну жизнь ценой другой жизни. — Далли медленно кивнула. — Я успела это понять, только было уже поздно… я… впредь я буду осторожнее. Я очень переживала… хорошо, что у вас хватило мужества противостоять… — Феникс? Вот как ты с ними живёшь? С менталистами? У тебя в семье каждый так и норовит… Это же… Забудьте, девочки! Просто забудьте. И вам самим и остальным только легче от этого будет. — Мика дождался утвердительного кивка от двух молодых блондинок, после чего перевёл взгляд на притихшую Мэри, — ещё один медленный не очень уверенный кивок и медведь заметно расслабился, криво улыбнувшись без комментариев, нетвёрдым шагом направился вглубь парка. — Микаил?! — Оклик, Алины Поттер вновь вынудил оборотня замереть на месте. — Микаил. Я не знаю, как вы к этому отнесётесь, но вам придётся пригласить на прогулку двух девушек в сопровождении двух крупных полосатых котов. В одиночку я вам в парк идти не позволю сейчас. — Мы с вами! — Сириус и Ригель подошли к Алине. — Мы с вами. Не спрашивайте зачем, мы всё равно пойдём. Подождите три минуты. Я быстро. Мне нужно… — Сириус уверенным шагом почти побежал к дубу, вновь скрываясь в зарослях кустарника растущих за раскидистым исполином. — Ригель? Вы-то куда собрались? Кто вам позволит уйти? За вами всё ещё ведётся пристальное наблюдение. Отлегло? Давно ли? Надолго? Вы же вроде животных своих вызвали? Они прибудут нам с вашей живностью, что прикажешь делать? — Северус взглянул на подростка так, что казалось от одного этого взгляда можно в анабиоз впасть на длительный срок. — Нормально мы. Животные прибудут, мы сразу это почувствуем. Будем здесь на пять минут раньше. Грайгор за нашим состоянием сможет проследить. Нам нужно сейчас уйти вместе с Микаилом, вернее вместе с его зверем. Не спрашивай! Ему нужно и нам это нужно не меньше… — Северус собирался ещё что-то возразить, но дочери ему этого не позволили. — Пап! Мы с Грайгором присмотрим за ними. Эйлин и Серж присмотрят за нами. Всё хорошо будет. Здесь за ними вообще некому сейчас присматривать. Светлые птички ушли. Тёмная принцесса крепко спит, Саймон и вовсе, похоже, не в себе сейчас. Дай ты им с Теодором выдохнуть. — Близнецы вернулись, направляясь прямо к Микаилу. Медведь лишь тяжело вздохнул. Позволяя трём парам близнецов указать ему, куда следует двигаться и позволил им себя сопроводить. ******** Саймон Биллинг, словного украдкой, медленно и осторожно, наполнил свои лёгкие воздухом до отказа, затем медленно выдохнул сквозь зубы, не разжимая наглухо сведённых судорогой челюстей. Почувствовав сильное напряжение партнёра, Калли замерла в его руках, боясь пошевелиться, чутко прислушалась к его учащённому сердцебиению. — Сай? Твоё сердце, оно бьётся как-то очень странно… Неправильно оно бьётся… — Калли… — Волк едва слышно прошипел, не теряя сосредоточения на своём дыхании. — Главное конечный результат. Моё сердце бьётся и твоё тоже. Всё остальное — лишь незначительные нюансы. — Оборотень осторожно поднялся на ноги. Убедившись в том, что способен их чувствовать, твёрдой походкой приблизился к Люциусу. Блондин, отступив от супруги, одним рывком подался навстречу, намереваясь оказать поддержку. Волк остановился, позволяя отцу удобно перехватить тело дочери. Саймон заглянул в глаза старшего Малфоя. В звериных глазах сиятельный смог разглядеть ничем неприкрытый панический страх. — Саймон? Отпускай её. Я держу. — Оборотень едва заметно, отрицательно покачал головой. Блондину пришлось вспомнить навыки чтения по губам, голоса у Биллинга не было. Сведённая челюсть не желала расцепляться. Губы шевелились медленно и беззвучно: — Не могу сам. Руки свело. Не чувствую. Не напугай её. Помоги. Держи не отпускай. — Осознав смысл полученной информации, Люциус взглядом попросил помощи у Невилла и Нико, стоявших ближе остальных. Никоделиус придержал мужа, намеревавшегося приблизится к оборотню со спины. Жестом, попросив оставаться на месте. — Саймон? Можно подойти? Только я и Невилл? — Биллинг, медленно, отрицательно покачал головой. Нико перевёл взгляд на Теодора. Альфа стоял с закрытыми глазами, успокаивая в своих крепких объятьях переволновавшуюся жену. Почувствовав пристальный взгляд, Люпин быстро определил его источник. Мимолётный немой диалог двух волков. Теодор выпрямился, осторожно отстранив Далли от себя. — Маленькая, а твоя домовушка сейчас где? Можешь её позвать? Нужно организовать ванну для Колибри. С травами, расслабляющую. И потом очищение. Ты же знаешь, как правильно? Нарцисса, идите к нам поближе. Вашей дочери нужна ваша помощь. Вы сейчас переместитесь в Малфой-мэнор вместе с Далиндой и её домовушкой. Приготовите там всё, что нужно для того, чтобы организовать первое купание новорождённого члена семьи. Люциус, Драко, Мэтт и Калли, чуть погодя, переместятся за вами следом. У вас времени совсем немного. — Оценив звериный зрачок возлюбленного, видимое трепетание его ноздрей, Далинда без комментариев вызвала свою домовушку, сама вместе с ней приблизилась к замершей на одном месте ещё не пришедшей в себя матери, боковым зрением, отметив состояние Саймона, почти не глядя, едва обнажив, кончик своей палочки, накинула на сестру серию сонных чар. Два мгновения и хлопок эльфийской аппарации, блондинок затянула воронка перемещения.       Миг. Теодор преобразился, визуально становясь заметно выше прежнего. Расправив плечи, альфа заговорил. Тихо, твёрдо, уверенно, внушительно, властно. — Саймон. Сейчас Люциус переместит Каллисто Камелию Малфой в дом своего рода. Ей необходимо принять ванну. Ей необходим алтарь её рода. Передай дочь её отцу. Медленно, разожми руки. Он её удержит. Они представят её алтарю, родовой магии и вернутся. Это максимум три часа. Три часа и они вернуться в Поттер-холл. — Люциус, внимательно наблюдавший за зятем, заметил, насколько сложно было Саймону, выполнить озвученную просьбу. Волк явно сопротивлялся принуждению и был очень недоволен происходящим. Давление ауры волка-альфы заметно усилилась, и стало ощутимым не только для Саймона, но и для всех присутствующих. Нико непроизвольно опустил голову, издав звук похожий на приглушённый стон. Руки Биллинга медленно разжались явно против воли. Оборотень медленно отступил на три шага назад. Теодор бесшумно приблизился к своему другу, заключая его в тиски своих объятий. — Стой, Сай. Стой. Хорошо стоишь. Не шевелись у меня ребёнок за спиной. Дыши носом. Ровно дыши. Ты чувствуешь вдыхаемый воздух? Чувствуешь, что дышишь? — Оборотень медленно отрицательно покачал головой. — Со мной дыши. Сейчас отпустит. Куда же нам с тобой переместиться? Кричер! Кричер! Перемести нас в запретный лес… ********       Оказавшись в лесу, Теодор без резких движений отпустил друга, отступая в сторону. — Сай… я знаю, что обещал никогда не делать ничего подобного в отношении тебя. Ты знаешь, почему я был вынужден поступить именно так. Это дом моей семьи. Они все моя семья, Сай. Ты был готов убить Люциуса, Нарциссу, Мэтта и Драко. Я сейчас сниму влияние своей воли. — Саймон медленно развернулся, заглядывая в глаза своего альфы. Губы оборотня вновь зашевелились абсолютно беззвучно. — У тебя ребёнок. Отпустишь меня. Я вызверюсь. Не смогу его удержать. Я даже как человек ещё долго не смогу вслух сказать тебе слова своей искренней благодарности, а как волк и подавно. Тебе понадобится кожа, Теодор. Нам с тобой понадобится кожа… — Домовушка рода Люпин появилась рядом с хозяином без приказа, при помощи своей магии медленно отвязала кокон с девочкой, и скрылась где-то за спиной хозяина. Люпин, не мешкая, облачился в защитную форму сына дракона, своей магией справился с переодеванием беты. — Пацан сказал, пацан сделал, Саймон. Я не стану сдерживаться и тебе запрещаю. Схватка в коже. Неполная трансформация, раз моей крови желает не только твой волк, но и твой человек. Ты ведь осознаёшь, что именно ты сейчас готов выставить на кон? Хорошо осознаешь цену? Если проиграешь, всё будет так, как я скажу. — Теодор полностью снял своё влияние на чужое сознание.        Через сорок минут жестокой схватки двух диких зверей в человеческом обличье, Теодор услышал заливистый детский смех и улюлюканье, раздающееся где-то с высоты на приличном расстоянии от эпицентра драки. Маленькая принцесса явно получала много положительных эмоций от созерцания того, чего видеть ей, по мнению её крёстного и вовсе не следовало. Приёмы и атаки Саймона стали ещё более резкими и жёсткими. Оборотень, уже не сдерживаясь, вливал сырую силу своего истерзанного, многократно перегретого в последние дни, раскалённого в данный момент под шквалом бурливших эмоций магического ядра. Аура сильного волка развернулась во всю мощь, заливая поляну волшебного леса потоками неукротимой энергии. « –У Биллинга планка упала! Пиздец! Значит и у меня, других вариантов нет». — Ещё через двадцать минут, пару десятков сломанных почти в щепки деревьев, что позволили себе, вырасти на пути двух разъярённых, разгорячённых волков, Теодор уверенно уложил друга на лопатки, применяя болевой приём. После чего резко встряхнул потерявшего ориентацию в пространстве Сая за загривок, силой заставляя его подняться на ноги. Убедившись в его устойчивости, отступил, отступая назад. Обернулся волком. Дождавшись полного оборота Саймона, вынудил его зверя напасть первым.       Новый виток иерархической схватки волко-людей без рамок, здравомыслия и ограничений. Звериные тела не имели защиты в виде драконьей брони, к зрелищности сражения присоединилась кровь, что пульсирующими толчками выплёскивалась из глубоких рваных ран, ручьями стекала по слипшейся шерсти и капала на землю, тяжёлыми, густыми, ало-бордовыми каплями. Крупный серый волк упорно раз за разом поднимался на лапы, предпринимая всё новые, и более изощрённые попытки нападения, даже тогда, когда только лишь одна из четырёх его лап не имела переломов. — « Вот же баран упёртый! А ещё бетой в стае волков его духи покровители назначили. Какая стая? Таким круторогим в бараньем стаде самое место и то не на первых ролях. Какая? Какая? Моя стая. Наша! Другого, покладистого и покорного я бы рядом с собой не потерпел. Нужно заканчивать это безобразие. Мне же его после этого ещё и лечить. Следов на его лице наши женщины мне не простят. Расстроятся, девочки» — Огненно-рыжий волк отскочил немного назад и в сторону, не приземляясь на лапы, заставил своё тело двигаться вперёд и снова в сторону. Итогом затяжного обманного прыжка оказалось приземление за спиной соперника и новый прыжок, окончившийся на спине серого волка. Мощные белые клыки без затруднения вошли в холку, заставляя серого взвыть от острой боли и прижать голову низко к земле капитулируя и признавая своё поражение. Побежденный, но не сломленный волк продолжал удерживать тело своего альфы на себе, опираясь на свои изломанные лапы. Теодор отступил, недожимая до полной капитуляции воли и личности. Отойдя немного в сторону Люпин, обернулся человеком. Его заметно израненное тело в один миг оказалось заковано в броню драконьей кожи. Мужчина от души сплюнул сгусток скопившейся во рту крови, осторожно вытирая свои разбитые губы тыльной стороной ладони. Языком, проверив целостность своих зубов, Феникс медленно направился к другу, всё ещё стоящему на прежнем месте в теле волка. — Всё, братишка! Всё… дыши ровнее. Давай. Восстанавливай нужный ритм. Наши сердца бьются только в унисон. — Теодор уселся прямо на землю перед мордой друга, расслабляясь и уходя в поверхностную медитацию. Спустя минуту тяжёлая голова волка опустилась на его колени. Тедди запутав свою правую руку в густом волчьем меху, осторожно начал гладить израненного зверя. — Сай. Нужно обернуться. У тебя переломы сложные. Давай. Два вдоха и оборот. Сам же знаешь, потом хуже будет. Срастаться кости неправильно. Снова придётся ломать. Я помогу тебе с кожей. В ней будет не так больно. — Биллинг обернулся, застонав сквозь стиснутые зубы. — Ты меня бесишь, Феникс. Как же ты меня бесишь. — Бывает, братишка. Это я переживу. Это не страшно. Эта эмоция она обоснованная и пройдёт. — Теодор медленно, стараясь не потревожить, слабым потоком своей магии облачал израненное изломанное тело Саймона в драконью броню. — Вот. Уже почти. Сейчас застегну, активирую и сможешь дышать не испытывая такую боль. Ты волко-баран, а не волкочеловек, Биллинг. Вынудил-таки меня… Я зол. Я очень зол сейчас. — Саймон замер. — Мне страшно, Феникс. Ты даже представить, не способен, как же мне сейчас страшно. — Теодор начал внимательно присматриваться к выражению лица своего беты, голова которого лежала на его коленях. Глаза закрыты, напряжён. На переносице три глубокие складки. — Есть желание об этом поговорить? Озвучь. Разделим его на двоих, по-братски. Легче станет. — Биллинг лишь медленно отрицательно покачал головой. — Отступись. Тебя я не боюсь. Уважаю.Люблю как брата. Немного опасаюсь, но не боюсь. Не ты его причина. Я не готов сформулировать этот страх даже для себя самого. Отвлекись от этого. Я зря сказал это вслух. Феникс, ты меня прогнул. По-серьёзному. Поверить не могу. Я же ведь не просто в полную силу, я в транс впал. Вообще все стопоры, сорвало и у волка, и у человека. Ты не просто выстоял, ты прогнул! — Только не говори, что я уязвил твоё самолюбие. Мне от тебя, знаешь ли, тоже не слабо досталось. Все рёбра мне пересчитал придурок. И макияж у меня знатный, наверное. Ты же понимаешь, что у меня выбора не было? Хорошо, что так всё прошло. Что тебе не раньше крышу сорвало. Как бы хорошо мы с тобой не умели договариваться со своими волками, эта схватка она всё равно должна была состояться. Мы должны были подтвердить или опровергнуть навязанную нам духами иерархию. Хорошо, что вот так. Вообще без барьеров сознания всё вышло. — Теодор. Даже не знаю, что и думать. Ты совсем не выглядишь удивлённым. Получается, ты был уверен. Ты знал: если нам схлестнуться вот так без сдерживающих факторов сознания, рамок, границ и условностей, ты выйдешь победителем. Если ты сильнее меня, значит сильнее остальных. Скарабея, Африки, Тайги, Хвостиков, Мелкого это гарантированно. Давно? — Что давно? Давно ли я знаю? Давно. С момента пробуждения стихии. Сай. Мне изначально дано больше. От рождения. И наличие у моего волка стихии это наглядно демонстрирует всем, кто желает понимать. Ты совсем немногим мне уступаешь. На это влияют два фактора: я не только оборотень я ещё и лорд рода, а значит, родовая магия признала меня сильным магом, достойным её поддержки, которую она мне оказывает круглосуточно. В сегодняшнюю схватку мы вступили с разным объёмом наполненности ядра. Перерождение Калли высосало нашу магию, как не странно из меня она взяла даже больше чем из тебя. Та магия, что с тобой поделился папа, её она сразу брать не могла. Нужно было время на её усвоение в твоём ядре. Мой резерв заполнился быстрее, за счёт магии рода. Ты, считай, исключительно на своих октанах выстоял. Поступившая к тебе магия не в счёт, она всё ещё не усвоилась. И второй очень важный момент: ты маг природы. Твоей магии легче исцелять, чем наносить увечья. Хотя это возможно спорный момент. Тайфун тоже явление природы, очень разрушительное явление. Сырая сила, которую ты вкладывал в каждый удар во время нашего поединка она сродни тайфуну или волнам цунами. При поступлении в Дракон я был заметно слабее почти каждого из вас. Ещё и опыта мне недоставало и элементарно возраста. Сейчас. Сейчас только Умка сильнее меня. Еще, правда Перевёртыш и его дикий зверь, но он вообще вне всякой конкуренции. Он целитель и никогда не проявит всё, на что способен в схватке с любым из нас и ауру свою на всю он разворачивает только тогда, когда уверен, что рядом никого нет. У него в ауре мешанина похлеще, чем у моего папы. — А ты? Разверни свою ауру. Я хочу испытать всю её силу на себе пока мы с тобой одни. Во время схватки я её вообще не ощущал. — Я её свернул, чтобы показать тебе, что в нашем поединке всё по-честному. Я не использую бонусы своего статуса главы нашей стаи-семьи. — Теодор отпустил себя. Саймон едва смог выдохнуть. Его придавило так, что оборотень не смог даже глаза держать открытыми. Сила ушла также неожиданно, как и появилась. Демонстрация была очень короткой, но до жути убедительной. Сай даже представить себе не мог, что их Тедди способен вот так… Биллинг впечатлился. — На сегодняшний день, вот так дела обстоят. Я хорошо её контролирую, Сай. Ненамеренно никого не придавлю и намеренно тоже не более, чем будет необходимо. Это не предел для меня. Следующие изменения следует ожидать сразу же после семнадцатилетия, потом в двадцать один, в двадцать пять, в двадцать семь, сразу после моего тридцатилетия, следующее будет после официального провозглашения меня вожаком. Потом только в сорок пять и дальше каждые десять прожитых лет, но уже почти не значимо. После тридцати моя сила будет скорее зреть, чем нарастать. Проведённый для Андромеды и волчат обряд заметно раздвинул наши с тобой пределы. На каждом из пиков нам придётся вступать вот в такие вот поединки. В день моего семнадцатилетия снова один на один с тобой, а дальше: я один буду обязан уверенно выстоять против тебя, Алекса и Нико. Ты уже готов выслушать цену за то, что посмел стребовать с меня сегодняшнюю схватку? — Нет. Тед. Пожалуйста, не произноси это вслух. Я сам себя изувечу, если это услышу. Я вообще не представляю, как сказать Колибри, что в нашу первую ночь у неё будет два партнёра…это для неё… — Уймись, придурок! Накрутил себя! Вот ты долбоёб, и меня таковым же считаешь! Я ещё ничего тебе не сказал. Сам себе придумал, сам от этого с ума сходишь. Придурок. Ничего такого не будет. Калли она только твоя. Если ты не понял, она дважды переродилась. Первый раз на ментальном плане и повторно в реальном мире. Она сейчас чиста как младенец. Сегодня уснёт, завтра проснётся, вообще помнить ничего не будет из того, что с ней произошло. Ни боли, ни ощущений, ни страха, ни прикосновений. Она не забудет, что в том клубе с ней имел место неприятный инцидент. Возможно, будет помнить, что её накачали наркотиками. Про насилие она не вспомнит. Сейчас ещё алтарю и роду её представят, как положено она, скорее всего даже о твоих поцелуях не вспомнит. Всё в плане ощущений начнётся для неё с чистого листа. Её никакая сила не способна заставить забыть, что она тебя любит, а вот ты должен будешь признаться ей в любви сразу же, как только увидишь, так признаться, словно это впервые. Чтобы с первого раза поверила и не сомневалась. И посмей только облажаться, так тебя уделаю, два месяца на лапы не поднимешься. Я не стану уродовать то, что удалось вернуть путём стольких усилий. За кого ты меня вообще принимаешь? Это вообще-то обидно, братишка. — Так положено… — Кому положено? Кто это сказал? В нашей семье как я положу, так и будет лежать. Как я скажу, так и случится. Ты мне не раб и не слуга. Ты мой брат. Моя правая рука. Ты часть меня. Ты конечно баран, спору нет. За твоё своеволие вам с Калли пройдется заплатить. От этого никуда не деться. По твоей милости зачатие вашего первенца обязательно должно произойти в первую брачную ночь. Слову Эйлин я верю. У вас родиться девочка. Чётко уясни сейчас и донеси мои слова до жены, так, чтобы она поняла. Ваша дочь, это, прежде всего наша с Далли дочь. Так же как и дети Андромеды. Скорее всего, когда дети родятся, у Далинды появится молоко. Она первая приложит ребёнка к груди и только в следующее кормление это сможет сделать Каллисто. Если я возьму ребёнка на руки и унесу, вы не станете у меня спрашивать куда, зачем и насколько. Воспитывать так же будем, так как я скажу. Мой запрет и запрет Далли непоколебим. Моё поощрение первично. Если я скажу, что тебе следует её наказать, накажешь, так как я скажу. Если я решу её наказать, это будет происходить за закрытыми дверями, и вы не станете узнавать, как именно там всё происходило ни у Даллинды, ни у ребёнка. Посчитаю возможным и важным — сам расскажу и поясню. Ну и нарекать её тоже буду я. Это основа. С нюансами разберёмся походу. Если меня нет рядом. Если нет рядом Далли. Значит, будет так, как скажешь ты. Так как решит Калли, но в случае если ваше решение или наказание/поощрение будет нами не понято или вызовет вопросы. Будьте готовы дать нам внятные пояснения. Я не стану подрывать твой авторитет перед детьми или авторитет Алекса и отменять уже озвученные детям решения. Эти же правила будут распространяться и на детей рождённых Даллиндой. Со следующими своими детьми ты будешь вправе установить иные правила. Озвучишь их нам заранее, и мы будем поступать так, как скажешь ты. Зачатию быть. В связи с чем, придётся пересмотреть сроки вашей свадьбы и скорее всего, времени совсем немного. Поэтому. Начиная со следующей ночи, без пропусков устраивай своей возлюбленной романтические свидания и прогулки не менее двух трёх часов. Прогулка должна заканчиваться всегда одинаково: прелюдия на грани соития. Ты должен буквально топить её в своей магии и вынуждать жену учиться выпускать свою магию вовне. Для неё это может быть очень сложно. Тебе придётся стараться, чтобы ей было настолько хорошо рядом с тобой, чтобы магия бурлила и выплёскивалась неосознанно. При этом первый её оргазм должен случиться только в вашу первую брачную ночь. Грань настолько тонкая, что почти прозрачная. Попробуй, извернись, называется. К профессионалам пойдём? Основы магии секса повторять? Есть необходимость? — Тед! В бордель я не пойду! Я женат! — Я тоже. Однако в случае необходимости мы будем с тобой ходить в такие заведения. Грязь в дом и на брачное ложе, любимой женщине нести не позволю. С нашими статусами ни от чего мы не застрахованы и проклятья черномогические ни раз и, ни два пройдется снимать и убивать придётся и ещё много всего делать, для членов стаи, что наши ауры дерьмом заляпает на раз. Вот после подобных случаев к любимым женщинам только через бордель. Так, чтобы они не знали и не ведали к хастлеру мужчине. Они для того и существуют у магов, чтобы ауру сильных магов чистить. И сейчас если в своих навыках обольщения не очень уверен и недостаточно виртуозен в использовании магии секса лучше сходить. — Ты так уверенно говоришь. Хочешь сказать, что все сильные маги, даже соединенные полным магическим браком ходят в бордель и изменяют своим супругам? И папа твой ходит? И братья его? И отец твой? — Не изменяют. Это не измена. Считай, обязательная медицинская процедура. Мой папа и братья его не ходят. У моих родителей мужской партнёрский союз, они сами друг другу ауры чистят в случае необходимости. И Драко не ходит — у него жена с примесью вампирской крови. У Невилла партнёров двое и оба способны ему помочь с очищением, однако, он в борделе бывает. Я сам его там видел. Его партнёры даже вдвоем его потенциал едва перекрывают. Сейчас вот Нико рядом с нами заметно подтянулся, возможно, не придется Невиллу в такие места захаживать. Люциус и даже Элиас, если их вынуждают вспомнить молодость и помочить на грани здравомыслия, они ходят. Алекс тоже ходит, каждый раз после того, как своих студентов в поля вывозит, в обстановку приближенную к боевой. Сам идёт и курсантов туда в приказном порядке ведёт строем. И даже от женщин своих они все уже давно этого не скрывают. Сейчас тебе всё понятно? Вопросы возражения по поводу выдвинутых требований имеются? — Вопросов пока нет. Но как-то мне гаденько внутри. Шерсть на загривке дыбом. Мне нужно время для анализа и осмысления. Благодарю. Ты хороший альфа, Теодор. Я бы так не смог как ты. — За такое не благодарят. Учиться будем и ты, и я. Твой статус не многим легче моего. В чём-то даже сложнее. Эти дни нами сейчас проживаемые, они и в правду дикие. Нескончаемые и дикие. Других слов не могу подобрать. Тебя я благодарю, за то, что откликнулся на мой зов, за то, что выстоял, за то, что рядом. Не сбежал. А твой срыв… забудь. Ты невероятно дисциплинированный. Ещё после обряда для Меды я чего-то такого ожидал. Поутих сейчас твой страх? — Нет. Он не этим всем у меня вызван. Я всё ещё не готов о нём говорить. Сейчас он не накрывает, просто присутствует. Давай ещё о другом поговорим. Где твоя крестница? Я не чувствую её присутствие на этой поляне. — Домовушка увела её глубже в лес. Там есть маленькое лесное озеро. Они сейчас там, на огнекрабов охотятся. Омели хапнула энергии от созерцания нашей схватки. Ей нужно к воде и она сильно проголодалась. Эльфийка знает, что делать. У нас где-то час есть ещё. Костюмам хватит времени, чтобы нас подлечить. Сай? Есть ведь ещё что-то? — Биллинг напрягся всем телом. Повернул голову, пряча от друга выражение лица, и протяжно застонал. — Тед! Я… ты… ты больше никогда… Никогда не смей прогибать меня таким образом в присутствии других волков и магов. Только один на один. Я способен пережить и вынести всё, что заслужу, но только один на один. Иначе я уйду. Наплюю на всё. Заберу свою семью и уйду. У тебя не получится меня не только вернуть, но и найти. — Я буду очень стараться, Саймон. Сделаю, чуть больше, чем возможно. Клясться не стану. Права не имею. Мы не знаем своего будущего. Скажу сразу: если я дам тебе повод, и ты примешь такое решение, сможешь уйти. Мне будет дико больно, грызть себя буду до кровавых ошмётков, но я не стану тебя искать и возвращать, однако уйти ты сможешь только один. Волчица и щенки останутся со мной. — Биллинг вскочил на ноги так резво, что расслабившийся в момент разговора Теодор не то, что среагировать, он даже осознать всего не сумел. — Сай. Саймон, спокойно. — Оборотень оскалился, обнажив вмиг преобразившиеся белоснежные клыки и блеснув звериными зрачками. Теодор заставил себя оставить данный выпад — демонстрацию явной непокорности без внимания. Усилием воли, оставаясь неподвижно сидеть в прежней позе. Саймон попытался взять свои эмоции под контроль, сделал четыре уверенных шага назад, а затем и вовсе резко развернулся и побежал. Теодору потребовалось собрать все остатки своей потрёпанной за последние дни выдержки, чтобы заставить себя оставаться на прежнем месте.       Приблизившись к ближайшему высокому дереву с мощным стволом, Саймон с разбега не останавливаясь, высоко подпрыгнул, легко дотянулся до самой нижней ветки, а затем начал быстро подниматься вверх, намереваясь спрятаться в густой ветвистой кроне от всего, что навалилось на него. От шквала эмоций: гнева, страха, чувства несправедливости. Оборотню вдруг резко захотелось, как в детстве, убежать от всех. Хотелось, чтобы его искали, чтобы проявляли беспокойство, чтобы позаботились. Дед. Дед всегда делал именно это. Стоило Саймону разругаться с кем-то из отцов и убежать, дед всегда узнавал об этом почти мгновенно, сразу начинал методично прочёсывать лес в поисках очередного укрытия шебутного, взрывного, бескомпромиссного внука. Потом обнимал и долго молчал о самом сокровенном. Спрятался. В детстве получалось лучше. И деда давно уже нет рядом. Не помогло. Не получилось. Не вернулось детство. Даже на миг. Даже по ощущениям. Усталость. Какая же неимоверная усталость. Придавило в один миг, не выдохнуть, не вздохнуть.        Теодор заставил себя спокойно подняться на ноги. Медленно, без резких движений подошёл к дереву, развернулся, спиной прикоснувшись к шершавому стволу, заставил себя расслабиться и закрыть глаза, прося у Высших сил достаточного количества мудрости, чтобы подобрать правильные слова. — Ты ведь знаешь, что я прав… Сай! Мерлин тебя побери! Я понимаю, что не по твоей инициативе ты получил этот статус. Допускаю, что тебе он и вовсе не нужен. Что ты его никогда не хотел и сейчас не принимаешь… Это я вынудил тебя участвовать в этом обряде… Только я не жалею. Слышишь меня? Могу просить у тебя прощение, сколько скажешь. Но я виноват без вины. Даже если… Я ничего уже не смогу изменить. И не хочу. За жизнь Андромеды я готов заплатить в три раза больше. И вынудить сколько угодно людей сделать тоже. Сейчас мы по факту, не имея стаи, имеем стаю, в которой я альфа, а ты бета и никуда нам от этого не деться. Ты знаешь волчьи законы. Твоя жена, она ещё и моя. С ней всё так запутано. Она не оборотень, но это уже вообще не имеет значения. Она волчица, за которую я несу ответственность. Она теперь зависима от меня даже больше, чем от тебя. Я понимаю, что по человеческим меркам это несправедливо. Я не претендую на неё как на женщину. Я клянусь между нами никогда не случиться соития. Только если ты сам попросишь о подобном. Только если от этого будет зависеть её жизнь. Только если не найду иного варианта эту жизнь сохранить. Ты ведь… Ведь твой волк он не ревнует. Эта яркая ревностная эмоция собственника, она продиктована только твоим человеческим я. Алексу в этом отношении легче. Андромеда моя близкая кровная родственница. Между нами с гарантией ничего такого быть просто не может. Но вот скажи? Только будь честен. Андромеда сейчас ждёт волчат. Беременность сложная и дальше легче не будет ни ей, ни нам. Если этого потребует её состояние, если Алекс приедет к тебе, как к более сильному волку. Если он попросит тебя воспользоваться своим правом на соитие с его женой, чтобы спасти Меду и щенков. Ты будешь сомневаться? Ты будешь считать это изменой Калли? Предательством? Ты скроешь это от своей женщины. Не попытаешься ей объяснить так, чтобы она поняла. Ты откажешь? Больше кроме тебя им прийти не к кому. Нико сильный волк, но он омега. Его энергия, переданная через магию секса, не поможет, а лишь навредит. — Воспользуюсь. Я воспользуюсь своим правом и сделаю всё, что нужно, Теодор. И даже на миг не буду сомневаться. Эти дети, они больше твои и мои чем Алекса. Я даже больше тебе скажу, я не стану ждать пока он догадается и придет меня просить о подобном. Я сделаю всё, что нужно. Уже потом, после, вдумчиво и методично буду ему объяснять, почему я так поступил. И от Калли я ничего скрывать не буду. Она знает. Я занимался её просвещением в этом вопросе. Она много читала. Я почти уверен, что в волчьих законах моя жена, на сегодняшний день, разбирается значительно лучше, чем восемьдесят процентов оборотней состоящих в главной стае. Если бы дети затянули с оборотом, если бы им не хватило энергии, переданной им от Алекса сразу после обряда, я бы к ним присоединился. Я собирался сделать именно так. Ты ещё тогда всё понял, если бы ты меня не остановил, я бы сделал по-своему. И я ни минуты не жалел и не жалею, что между нами всё так, как сейчас. Я горд своим званием беты. Я горд, называться твоим братом. Я сделаю больше чем нужно, чтобы помочь тебе создать нашу стаю. Не сомневайся. — Вот пока Алекс не опросит, ничего такого делать не нужно. Дай мне слово. Сейчас. Алекс сильный волк. И будет ещё сильнее. Он резонно старше нас с тобой. Не смей унижать его подобным образом. Если будет необходимо, он попросит. Он хорошо обучен. Совсем немного времени рядом с нами, и он стряхнёт с себя всю эту неперевариваемую муть и будет жить, и думать, прежде всего, как оборотень и только во вторую очередь как маг. Будет нужно, я заставлю его попросить. А потом так же медленно и вдумчиво, как и ты буду объяснять ему свои действия. Сай? Ты как сейчас? Нам ведь ещё ваша свадьба предстоит? Обряд. Ты ведь понимаешь, что нужно сделать всё, как нужно. У тебя где-то около месяца всего для того, чтобы она всё поняла правильно. Чтобы она не испугалась действий моего волка. Чтобы покорилась без сопротивления. Волк заявит и продемонстрирует ей и тебе своё право. Без этого никак. Я должен её пометить. Мы с тобой мужья родных сестёр. Возможно, метки от Далинды было бы достаточно. Ей мой волк уступит, но она пока не оборачивается. Возможно, успеет научиться. Если да, то я не против. Однако потом у нас в связи с этим могут возникнуть проблемы. Калли должна выносить дочь. Здоровую девочку… Сай! Я же… Сай чтобы спасти вашего ребёнка, я ведь тоже не спрашивая! Мерлин! Что же ты душу мне выворачиваешь на изнанку… Для меня ведь это тоже не просто всё это анализировать, просчитывать вероятности, предугадывать и ещё и в слух всё это произносить. Моя метка на плече твоей жены будет первой. Потом твоя, потом возможно метка Далинды. Вам обоим ещё и свои метки на Андромеду поставить придётся прямо во время обряда. Мы с Далли сделать этого не сможем. Вы её обереги. — Твою метку на теле жены я переживу. И она переживёт. Спокойно переживёт. Замрёт когда будет нужно и морду к земле прижмёт, и укус переживет, не огрызаясь и не скалясь. Я уверен. Калли не сможет пометить Меду. Она теперь тоже Малфой. Дочь Люциуса и Нарциссы. — Она дочь именно рода Малфой. В ней нет крови рода Блэк. В ней кровь только принявшего её рода. Она сможет. Это сложно всё. Очень много нюансов и особенностей. В разных родах всё немного различно. После свадьбы она и вовсе станет Биллинг. Сай? — Что, Сай? Всё о чём ты сказал, я совсем с этим согласен. Я не ревную вас с Калли друг к другу. Моя вспышка была секундной неконтролируемой слабостью. Ты лучше меня во всём в этом сечёшь и в родовой магии и в законах стаи. Мне нужно больше времени, чем тебе, чтобы сделать выводы, принять правильное решение. Я подчинюсь любому твоему слову, без ноток принуждения силы альфы. В экстремальной, чрезвычайной ситуации для экономии времени, энергии и сил, сделаю всё, как ты скажешь. Потом, когда появится возможность, возможно, если сам не смогу объяснить себе обоснованность твоих действий, подойду за разъяснениями. — Теодор шумно и облегчённо выдохнул и даже позволил себе пошевелиться. — Но в нашей жизни будут случаться споры. Я буду приводить аргументы. Буду делать всё, чтобы тебя переубедить, если посчитаю, что ты не прав. Это если позволит время. Только с глазу на глаз. Решение принимать всё равно тебе, но я заставлю тебя, меня выслушать, если буду уверен в своих словах. Даже силой заставлю. Огребу от тебя, может даже больше чем сегодня, но ты меня выслушаешь. — Договорились! Всё? Разобрались? Спускайся. Сейчас разберёмся с твоим страхом и пойдём уже к Омели. Она нас ждёт. Заставлять венценосную принцессу тёмных вейл довольно опасно для здоровья. — Теодор задрал голову вверх, чтобы посмотреть на друга. — Спускайся. Ты вообще-то высоты боишься. — Не спущусь. Я не из-за этого всего сюда забрался, о чём мы разговаривали. Не спущусь. Мне нужно. — Для чего нужно? Объясни? Я не понимаю, зачем волку нужно залезать на дерево? — Не объясню. Нужно и всё. — Это пиздец какой-то. Биллинг ты как маленький. Мне без тебя есть, кого нянчить. Я за тобой не полезу. Нужно тебе, значит сиди! Достал. Я пошёл к дочери. Она для меня там мясо огнекраба на костре запекает. А тебя я к трапезе не приглашаю! Достал! Прямо бесишь меня. Загадочный, твою бабушку, словно девственница на первом свидании. Если не придешь, до того момента пока я не решу отправиться домой, так и будешь здесь ночевать. Без меня ты в Поттер-холл не попадешь. Отец полную защиту над поместьем активировал. Захочу, вернусь за тобой завтра к вечеру, а возможно только послезавтра или через неделю. Баран круторогий! Волки по деревьям не лазят! Это против моей природы. Тебе, в конце концов, уже давно не три года. Придурок! — Теодор уверенно направился на выход из леса. « Где-то в той стороне его ждет крестница. Они с домовушкой успели и в озере поохотиться и по лесу погулять. Огнекрабов на огне сейчас запекают. Аромат на весь лес уже распространился, пока он тут…. Ух зла не хватает! И слов цензурных нет».       Прежде, чем опуститься рядом с Омели, увлечённо разделывающей огнекрабов Теодор вызвал Кричера. — Перенеси к нам, пожалуйста, своих хозяев? Передай, что это срочно, безотлагательно и очень важно. — Домовик исчез, так же молча, как и появился. — Омели? Ты всех огнекрабов, что ли выловила в лесном озере? Зачем столько? — Не всех. Только старых, которые уже потеряли свою способность к размножению. Они там мешали молодым. Съедали яйца и детёнышей. Озеро из-за этого умирало. Сейчас запечём, и заберём с собой в Поттер-холл. Угостим там всех. Им понравится. Они будут довольны. Панцири я все вон снимаю правильно, ни одного не повредила. Твоему брату и дедушке Гарри они в мастерской подойдут для работы. Я теперь умею огнекрабов разделывать и запекать с пряностями. Меня ушастая помощница научила. Вкусно. Я уже попробовала. В общине их иначе готовят. И охотилась я сама. Даже клинок не понадобился и магия не нужна. Олли мне на словах рассказала, как её прежняя хозяйка на них охотилась. Это легко и даже магия моя не понадобилась. Только когти, ловкость и клюв. Ты зол сейчас? Волк Саймон всё-таки переступил грань дозволенного. Прости его. Он не хотел. Он просто устал сильно. А я выспалась. — Ты, молодец. В следующий раз обязательно вместе пойдём, и ты мне покажешь, как ты на них охотишься. Запечённое мясо огнекрабов от самой принцессы Омели, обязательно всем придётся по вкусу. Я уверен. У меня от аромата уже живот голодной судорогой сводит и слюноотделение такое, что вот, вот подавлюсь. Оленька? Ты меня любишь? — Глупый и пустой вопрос. Конечно, люблю. Больше всех на свете. Ты мне ближе, чем Клайд. Хотя его я тоже очень люблю, но между нами жёсткая иерархия. Это накладывает отпечаток. Если вот вдруг сейчас его не станет, мне будет очень тяжело и больно. Долго так будет. Разучусь на какое-то время становиться девочкой. Буду только птичкой. Буду кричать. Я буду плакать, но я смогу жить. Если не станет тебя, я не выживу. Я забуду, как дышать и не смогу вспомнить. — Голос Теодора заметно осип, после осознания слов сказанных девочкой. Омели не лукавила. Она говорила правду без примесей недомолвок, без вторых смыслов. — А Владыка? — Владыка уже давно мертв как личность. Как отец, он тоже мёртв. Он жив лишь на две четверти. Жив как мужчина-самец и как Владыка темных Вейл. — Омели тяжело выдохнула. — По отцу я давно отплакала и откричала. Отболело уже. Я его люблю… иначе. У моего этого чувства давно уже нет глубины. Если бы не ты… я сирота. Вейлы полностью осиротевшие до девяти лет не выживают. Мы не приспособлены к жизни без родителей. Клайд тебе не говорил? Не объяснял, почему нужен был именно полный обряд крещения для меня? — Нет. Не говорил. Обряд выбирал я сам. Они предложили мне четыре варианта для ознакомления. Я выбрал тот, что посчитал наиболее приемлемым для себя и для тебя. Я не умею быть кем-то наполовину. Если отец значит отец без всяких «не совсем». Хорошо, что ты мне рассказала. Я обязательно должен был это знать. Это очень важно. От каждого произнесённого тобой сейчас слова мне хорошо. Я очень глубоко, глубоко прочувствовал твою любовь ко мне и лучше смог понять особенности твоего поведения в отношении Владыки и Клайда. Я тоже очень, очень тебя люблю. Тебе недолго осталось быть моим единственным ребёнком. Скоро родятся ещё дети, которых я назову своими. Их я тоже буду любить. Каждый из них по-своему будут особенными для меня. Не так как ты особенными, иначе. Ты моя старшая дочь. Никогда этого не забывай. Если бы не было у тебя твоего венца, я бы назначил тебя своей наследницей, но тебе и без титула от моего рода ответственности в жизни более чем достаточно. Свой титул я буду пока носить сам, хоть он и тяжёлый для меня, как смертный грех. У тебя есть моя любовь. Она всегда, всегда, в любых обстоятельствах будет с тобой. Её у тебя столько, сколько ты готова от меня принять. Даже чуть больше. — Только твоя? Мне не стоит рассчитывать на родительское чувство в отношении меня от твоей пары? Ты не хочешь мной делиться с леди Затмением? Ты против нашего сближения до родственной ниточки между нами? — Нет. Конечно я не против. Что ты такое говоришь? Я буду очень счастлив, если в твоём сердечке найдётся место для моей возлюбленной. Я знаешь, как обрадовался, когда ты позволила, … когда допустила моих отцов настолько близко в своё личное пространство. Я очень рад, что ты смогла. Далинда, это мой спутник, благодаря которому я не потеряюсь в любой вселенной. Она моё светило, а ты моя путеводная звезда. Мой маяк. Мой ориентир. Ты учишь меня быть мужчиной. Быть отцом. Вы очень нужны мне обе. Настолько близко друг к другу, насколько только возможно. — Я учу тебя быть папой, Мой волк. Отцом быть ты и без меня научишься. — Теодор подхватил девочку на руки, попутно накинув очищающие и освежающе чары. Усадил её к себе на колени, крепко прижимая к своей груди. — Малышка моя! Омели. Ты должна мне кое-что пообещать. Это очень важно. О том, что здесь сегодня происходило между мной и Саймоном. О том, что ты видела и слышала, от тебя не должен узнать никто. Это наши с ним дела. Особенности нашего взаимодействия — это наши волчьи заморочки. — Обещаю. Я это понимаю, Мой волк. Я знаю. Не волнуйся. Даже кентавры ничего не смогли рассмотреть. Ушастая морок навела. Я ей приказала. Люди-кони только выплески энергии почувствовали. Ваши тайны они только ваши. Я тоже не слушала. Я лишь наслаждалась зрелищем и купалась в энергии. Бета Саймон теперь сможет прикоснуться ко мне. Даже взять на руки, в случае если возникнет такая необходимость. Передай ему моё позволение, когда будет можно. — Как же мне с тобой повезло. Я тебя такую не заслуживаю. ********       Оставшиеся на территории Поттер-холл маги встревоженно переглянулись, силясь понять странности в поведении волков. Невилл взял за руку так и не посмевшего поднять голову супруга, ощутимо сдавил его ладонь, намереваясь привлечь его внимание. — Нико? Ты можешь пояснить? Что случилось? Почему они так экстренно переместились? Что сейчас будет? Чего нам ждать? Что следует сделать? — Всё нормально, насколько это возможно. Саймон устал. Сейчас Теодор ему поможет прийти в норму, вспомнить ориентиры и они вернуться. Нужно… Мужчинам рода Малфой пора переместиться в их мэнор и сделать всё необходимое. Люциус, Драко, я очень не рекомендую вам задерживаться дольше обозначенного Теодором времени. — Не высказывая возражений, и даже малейших признаков удивления Люциус и Драко в один голос вызвали старшего домовика Малфой-мэнора и, не прощаясь вместе с Мэттом, поспешили покинуть Поттер-холл, воспользовавшись возможностями эльфийской магии. — Драко и Люциус, похоже, успели проникнуться и осознали чуть больше остальных. Невилл, напомни мне, где наши дети? — Дети в порядке, Нико. Они продуктивно помедитировали. Хорошо успокоились и сейчас спят под присмотром личного домовика Лизи. Не волнуйся. — Невилл приобнял мужа прижавшись к его боку. Никоделиус в ответ немного изменил положение своего тела, упираясь лбом в плечо партнёра, издал звук похожий на стон в перемешку со звериным рыком. — Личный домовик в няньках у детей, это хорошо. Ей я доверяю. Вызови тогда своего. У меня-то личного домовика нет. Невилл, нам с тобой нужно переместиться домой. Это срочно. — Туше! Нужно, значит, сейчас переместимся. Я разве возражал? Выдохни, иначе тебя даже при перемещении таким щадящим способом расщепит. Мы одни должны переместиться? Без Элизабет? — Хорошо вышколенный домовик вмиг появился перед двумя сосредоточенными друг на друге мужчинами, повинуясь лишь сильному ментальному зову хозяина, не дожидаясь вербализации приказа. Младший лорд Лонгботтом одним слитным, по-звериному грациозным движением переместился за спину мужа, перехватывая его тело поперёк живота левой рукой, правую протянул эльфу. — Пока вдвоём. Дальше я пока не знаю. Возможно, и позовём. Позже. — Два лорда рода Лонгботтом так же покинули Поттер-холл. — Гарри с любопытством посмотрел на оставшихся в саду родственников. — Больше никому срочно никуда идти не нужно? Алекс? — Вольф отрицательно покачал головой, крепче прижимая к себе замершую в его объятьях жену. — Нам лучше оставаться здесь. — Не лучше! Вообще никак не лучше, отец. Даже мы с Мицаром это почувствовали. А мы маленькие ещё и вообще не оборотни. Ты возможно и можешь терпеть. А мама как? Ты не понимаешь, что после такого обряда ей нельзя терпеть ничего подобного. Она беременна. Её волчица сейчас даже сильнее, чем твой волк. Сама по себе сильнее. А есть ещё волчата. И этот ваш Саймон маме сказал, что они тоже всё чувствуют. Ей нельзя терпеть. Она терпит, значит, и они терпят вместе с ней. Если из-за твоего упрямства… от того, что тебе стыдно, дети снова станут волчатами, потому, что им так легче энергетику вожака выносить, я с тобой больше никогда не заговорю. Ни единого слова никогда от меня не услышишь… — Майя! Тебя и твоего брата это вообще не касается. У тебя нет права говорить мне подобные вещи. Мы взрослые и разберёмся со всем этим сами. Это не вашего ума проблемы. — Глаза Алекса заблестели звериным зрачком. Майя на глазах поникла, становясь, кажется в два раза меньше. Девочка ещё что-то хотела сказать, но сперва, словно сама же подавилась своими словами, а затем её брат быстро встал на ноги, понукая Майю подняться, прикрыл её рот своей ладонью, взглядом уговаривая её молчать. Подросток помог сестре выбраться из-за стола, а затем уверенным шагом пошёл прочь, настойчиво утягивая сестру за собой. — Мицар? Куда вы направляетесь? Зачем ты уводишь сестру? Вернитесь на свои места. Вас никто не отпускал. Вам ведь объяснили. Теодор просил, чтобы вы оставались здесь, на глазах у взрослых. — Мальчик, словно не услышав отца, продолжил движение дальше. — Мицар! Вернитесь на своё место. — Спустя ещё примерно двадцать пять довольно размашистых шагов Мицар остановился. Подвёл сестру к дереву. Сняв с себя мантию, расстелил её на землю, помог сестре усесться. Снял её обувь. Расстегнул верхние пуговицы на рубашке. Что-то коротко и тихо сообщив сестренке и дождавшись от неё утвердительного кивка, мальчик поднялся на ноги и всё так же уверенно, решительно вернулся к столу. Приблизившись почти вплотную к родителям, юноша встал за спиной у притихшей матери. Улыбнувшись, поцеловал женщину в висок. После чего что-то неразборчиво шепнул ей на ухо. Расценив отсутствие какой-либо реакции на свои слова, как знак позволения, младший Вольф своими ладонями закрыл матери уши. Заговорил с отцом громким заметно угрожающим шёпотом: — Послушайте меня, глубокоуважаемый мистер Вольф. Если вы, взрослые, разберётесь со всем сами и нас с сестрой эти дела не касаются, мы не видим никакого смысла находиться здесь в данную минуту. Теодор действительно ПОПРОСИЛ нас вам помочь и именно для этого оставаться рядом с матерью. Ты сейчас своим словом от нашей помощи отказался, значит, знаешь, что нужно делать и сам со всем справишься. Раз нас не касаются ваши дела, вас не касаются наши. Я не оборотень, Майя тоже. В ВАШЕЙ, или в любой другой стае мы с сестрой не состоим, и состоять не собираемся. Сила принуждения, продемонстрированная сейчас Теодором она не про нас. Всех волков выгнуло, а я отряхнулся и пошёл. Мы не подчиняемся ничьим приказам, и менять это, мы не намерены. С этого момента и твоим приказам мы больше не подчиняемся! Если ты не успел понять, сообщаю: объявив сейчас при свидетелях что дела нашей семьи, нас с сестрой не касаются. Отказавшись выслушать её. Отказавшись принимать её слова произнесенные, дабы, оказать вам помощь, о которой нас попросил альфа личность которого ты признал своим вожаком. Силе, которого ты подчинился. Принял ее, как оберег для себя, своей жены, и нерождённых ещё, ваших с ним общих на данный момент детей, ты сорвал с Майи свой поводок. С меня твой ограничитель слетел всего на минуту позже. Вопросы есть? Вопросов нет. Значит, я могу идти, и заняться состоянием сестры, а тебе рекомендую озаботиться состояние матери. Если с ней или щенками что-то случиться твои старшие от тебя даже следа воспоминаний в людской памяти не оставят. Ты оглох и ослеп, Алекс Вольф. Обратись за помощью к тем, кто может, а самое главное пока ещё имеет желание тебе помочь. Достал! Мать едва в могилу не увёл, сестру я тебе угробить не позволю. За языком следи своим. Думать будешь на будущее, что ты говоришь, а главное, какими словами ты свои мысли вербализуешь. Хотел сказать одно, а по факту при людно считай, отказался от собственной дочери. Она ведь почти произнесла формулу отречения, подтверждая твою правоту. Весомость и значимость твоих слов подтверждая. Чтобы ты лицо своё не потерял, не прослыл пустословом. Она месяца не проживёт без поддержки семьи и крови. Я уйду следом, не позже чем через двенадцать часов. Даже вся международная гильдия некромантов скопом меня в этом мире без неё не удержит. Мы с ней неразлучники. До её замужества мы даже сутки врозь провести позволить себе не можем. Следом за мной замрут те дети, которыми вас Высшие за неизвестные мне подвиги наградили. Следующая на очереди мать. Потом ты. За тобой твой брат, который в угоду тебе отказался от поддержки и защиты основной стаи. За ним его жена, которая замуж за этого полоумного вышла в роли зависимого партнёра. Сама от него, похоже, половым путём идиотией заразилась. — Юноша перевёл дыхание. Закрыл глаза, глубоко вздохнув, продолжил свой монолог тише прежнего: — И того в сухом остатке, всего лишь одна произнесённая тобой фраза, которую имеется возможность трактовать двояко — туши свет, суши вёсла. Две плюс три плюс ещё две и ещё две девять жизней получается, если меня от всего происходящего навыки элементарного счёта не подводят. Ладно, ты нас никогда в серьёз не воспринимал и слов наших не слушаешь. Смотришь и не видишь. Мы маленькие. Неразумные. С глубокой патологией мозга родились. Ничего не понимаем. Допускаю я твоё право на такие мысли. Вам всем гранд Поттер сегодня целую лекцию с наглядной демонстрацией за ким хером устраивал? Ты вообще слушал? Гарри слушал? Теодора слушал? Беллу? Как же я устал от твоего нежелания нести полную ответственность за всех, за кого ты обязан отвечать. Молись на Теодора. Ежедневно молись до конца своих дней. На её вере в его слова, сейчас получилось у меня сыграть. В следующий раз у меня может не хватить мозгов, чтобы перевести для Майи твои слова. Чтобы за очень короткое время донести до её сознания то, что ты действительно хотел сказать. — Юноша убрал руки от ушей матери. Вновь искренне улыбнулся, заглядывая в её глаза. — Благодарю за то, что не сопротивлялась. Тебе легче сейчас? — Женщина немного неуверенно медленно утвердительно кивнула. — Легче. Странно было. Я словно не здесь вдруг оказалась. Ты знаешь, что это было со мной? У меня так сильно слух обострился, только я не понимала, что слышу, … и тяжесть какая-то навалилась, я слово вымолвить не была способна. Ты вовремя закрыл мне уши. Это помогло. Ты знаешь, что это было? Где Майя? Зачем ты её увёл? — Майя в порядке. Она устала, с деревом обнимается. Отдохнёт и придёт к тебе. Ты же знаешь, ей сложно, когда рядом много чужих. Ты не волнуйся. Помогло, это хорошо. Не знаю точно. Достоверно не могу на твой вопрос ответить. Тебе же этот, который ваш Саймон говорил, что такое, возможно, что твои анализаторы могут резко взбунтоваться. Слух, зрение, обоняние, усиление тактильных ощущений. Папу обними покрепче. Дыши его запахом. Я сейчас вернусь. — Развернувшись, Мицар начал, быстро удалятся с поляны и вскоре скрылся, не снижая выбранной скорости, перепрыгнул высокие кустистые насаждения, а дальше и вовсе побежал, теряясь из виду среди широких стволов деревьев полудикого парка поместья рода Поттер. — Алекс?! — Гарри пристально посмотрел на оборотня. — Что это сейчас такое было? Слов у меня нет. Я сейчас себя чувствую человеком, рождённым с глубокой патологией головного мозга. По какой причине ты разговариваешь со своими детьми подобным образом? Чем они заслужили подобное к себе отношение с вашей стороны? Вы чего творите все? Ты ставил на детей родительские ограничители? Какие? Зачем? — Ставил. Это было взвешенное наше с Андромедой родительское решение продиктованное необходимостью. На Майе стоял жёсткий ограничитель на Мицаре мягкий. Когда им исполнилось пять лет, она начала ночью убегать из дома. Первый раз одна. Потом они вместе убегали. Ничего их не останавливало. Из любой комнаты в доме. Даже из нашей кровати выбирались. Любые запоры вскрывали, любые чары обходили, любые заграждения преодолевали. В каких только лесах я их не находил. Запретный лес в сравнении с этими местами ухоженный парк при дворе английской королевы. Пару раз думал, что уже никогда не найду. Один раз забрели на болото, я едва сам трижды не утонул пока их доставал. Не было у нас иных вариантов. — Ты уж мне про варианты не говори, будь любезен. Не поделились проблемой ни с кем, вот и не было у вас вариантов. Ваше родительское право, Мерлин с вами. Почему на Майе ограничитель жёсткий? Мальчику кандалы на ядре пережить легче. Почему не наоборот? Ты же… твою бабушку… — Мягкий с неё слетал в течение двух часов максимум. Нам ПРИШЛОСЬ ставить жёсткий. Считай один из самых жёстких. Не просто поводок, строгий ошейник. Это на Мицара можно было вообще не вешать ограничитель. Он без Майи никуда не уходил. С ним я решил просто подстраховаться. — Жизнь ты себе хотел облегчить. Волка своего уже тогда начал ослаблять и побоялся, что тебе авторитета не хватит. Как только дети начали проявлять своеволия, тут ты их и спеленал, так, что ни вдохнуть, ни выдохнуть. Зачем заморачиваться с объяснениями своих действий? Приказал ребёнку и дальше живёшь спокойно. Экономия времени сил. Скажи мне? Если изначально ты в жёны выбирал своевольную, своенравную, свободолюбивую женщину моего рода на роль матери своих детей, ты кого ожидал на роль своих наследников? Болонку безвольную? В кого? В кого им рождаться без воли и без инициативы? — Волк мой для них никогда авторитетным не был. Как только в три года первый оборот свой пережили, на ауру моего волка вообще внимание обращать перестали. Нет. Не так. Неправильно я сейчас выразился. Ауру волка-альфы они не замечали и не видели. На ауру и энергетику сильных омег в стае они реагировали и даже тянулись к ней. Меда не имела возможности удовлетворить эту их потребность. Я сделал всё, что смог. Я не просто научился по омежьи ауру разворачивать. Я её всю перекроил, от самого основания. Я с нуля учился выпускать свою энергию вовне. Иными путями, которые пришлось ещё и создавать… Нельзя было иначе. Иначе они бы и до трёх лет не дожили. Моим старшим детям всё ещё нужен омега, жене ещё не рождённым младенцам нужен сейчас сильный альфа, … а я теперь и ни-то и ни это. И детей своих я слушать не умею. Дочь вот выслушать мне мой волк не позволил, а что она сказать хотела, хоть убейте, не понимаю.… И почему ограничитель слетел от моих слов, тоже не понимаю. Не мог он слететь! До её шестнадцатилетия не мог! Даже если бы я обряд их изгнания сейчас провёл по всем правилам, ограничитель бы на Майе остался. Ограничитель её ещё и для того поставлен был, чтобы её в этом мире удержать возможность была. Пока его не было, у неё случались приступы. Она просто иногда забывала, как дышать. Или сердце её без причины останавливалось. Объясните, … что я должен был ещё сделать? С ограничителем и то дважды в год тебе, Гарри у нас по десять дней жить приходилось, чтобы у них хотя бы возможность была магическую лихорадку пережить. Мы ведь из стаи, прежде всего из-за Майи ушли. Уж очень по-особенному вожак на неё смотрел. Всё время пытался быть где-то близко. Увести её пытался на прогулку неоднократно. Если бы не Мицар, много чего могло бы случиться. Я точно знаю, вожак делал всё, чтобы максимально ускорить процесс взросления моей дочери. И у него бы получилось, если бы не Мицар и ограничитель. Пока волчица маленькая, её можно воспитать истинной для любого альфы. Она подстроится и случится импринтинг, даже если изначально особи вообще друг другу не подходят. В три года магическая совместимость вожака и моей дочери составляла три процента. С его женой у Майи энергетика совпадала на двенадцать. К десятому дню рождения моей дочери совместимость с вожаком, выросла до сорока процентов, с его женой до шестидесяти. Она всего присутствие дрожь сдержать была не способна. Я уже настолько стал омегой, что дочь от его поползновений защитить просто не имел возможности и Джейкоб тоже не мог. Вожак как-то, было дело, отогнал Мицара от сестры. Дети были в зверях, играли на поляне. Андромеду старая волчица отвлекла. Жена вожака Мицара схватила за загривок, оттеснила подальше и прижала. Он собирался на Майю малую метку поставить. Знак намерения. Джейкоб вовремя их нашёл. Сцепился с вожаком… В другом бы месте если бы они сцепились… Если бы не на территории стаи случилась бы эта схватка, вожак бы не выжил. Джей бы тоже не выжил. Возраста ему тогда ещё не хватало, чтобы он право имел с вожаком в схватки вступать. Не было ему ещё тогда тридцати лет. Придавило Джейкоба силой земли так, что почти все кости разом треснули. Вожак его добить собирался. Ему его же волки не позволили. Отряд защитников стаи. Почувствовали угрозу и переместились к ним. Они были готовы все разом с себя свои обязанности снять, и из стаи уйти, но отстоять Джейкоба. Напомнил он им той схваткой, чей он сын по крови. Нам после этого в стае обещали любые привилегии. Защиту, охрану, неприкосновенность. Вожак на лобном месте клятву дал нерушимую, что к моим детям не приблизиться и в лес будет уходить, когда мы будем в деревню приезжать. Однако мы приняли решение уйти. И об этом своём решении я не жалею. Я для своих детей, если им нужно будет, в другую страну перееду. Всё здесь брошу и перееду. Что такого было в моих словах, что могло рассматриваться моей дочерью как моё от неё отречение? Вы же все слышали, что я сказал. Объясните… — Алекс поудобнее перехватил заснувшую на его плече жену, ловким движением пересаживая её на свои колени, крепче прижимая её к своей груди. Закрыв глаза, внешне заметно измотанный и измождённый мужчина сделал глубокий вдох, носом зарывшись в волосы любимой женщины и вдыхая её аромат. — Африка тихо беседующий за малым пологом тишины с Кайлом, Дадли, Беллой и Регулусом развеял своё колдовство. Дадли поднялся со своего места, подав руку заметно удивлённой Белле, повёл жену в сторону пруда. — Гарри. Мы прогуляемся немного. Белке нужно переварить много новой информации. — Поттер лишь неопределённо кивнул. С беспокойством вглядываясь в лицо Беллы. — За неё не волнуйся. С ней всё в порядке. — Дадли зашагал быстрее, не позволяя своей валькирии задавать Поттеру вопросы. — Лорд Блэк, Леди Белла не слышала ваш разговор и не заметила ничего из происходящего здесь. Я её отвлёк, ещё до того, как Леди Далинда начала над сестрой колдовать. Леди Юлия так же давно крепко спит. Не волнуйтесь хотя бы за них. — Африка перевёл взгляд на Алекса. — Мистер Вольф. Не обижайтесь. Я внимательно следил за всем происходящим. Слушал вас и то, что ваш сын вам сказал, тоже слушал. Простите мне мою дерзость, но вы дурак. Клинический идиот. Скажите мне, почему не вы на данный момент являетесь вожаком основной волчьей стаи? — Алекс не открывая глаз сквозь зубы произнёс: — Я отказался. Не моё это… Не нужны мне регалии и привилегии. –Ваше. Ваше по праву крови, по праву рождения, по праву силы! Ваше это место, а по правую руку от вас брат ваш должен был стоять. По левую — сегодняшний волчий вожак. И их и ваша жизни совсем по иной колее должна была идти. Вы своим своеволием. Своим нежеланием принимать груз ответственности уже стольким людям жизнь с ног на голову перевернули. Дальше упорно продолжаете переворачивать. Не знаю я, почему ваш отец всё это допустил. Он должен бы вам собственноручно все кости переломать. Сместить. Поставить на место и залечить. Шкуру с вас должен полностью снять, вывернуть и вновь надеть. Вывих мозга вправить через уши. Душу вынуть. У каждого нашего решения, поступка идущего вразрез с волей высших сил есть последствия. Есть цена. Ваш отец свою цену заплатил. За своё своеволие заплатил, за малодушие. За чрезмерную свою родительскую любовь и ненадлежащее воспитание сыновей-наследников. Я больше чем уверен, уходил он долго, тяжело и мучительно больно. Сейчас вы платите за нежелание принимать на свои плечи груз назначенной вам Высшими силами ответственности. Совсем не привилегии вас от регалий вожака отвратили. Ответственности вы не пожелали. Ваш сын сказал правду. Вы не желаете отвечать за тех, за кого отвечать обязаны. Вы всё равно заплатите. С процентами с вас взыщут всё, что посчитают возможным. Вместе с вами заплатит ваша жена, дети, теперь уже Теодор и Саймон. Вы уже все платите. Когда именно этот ваш долг будет выплачен, смертным знать не положено. Я не знаю, какую стаю сможет создать Теодор. Как он будет ей управлять этой стаей, имея с двух сторон от себя вместо сильных волков-опор, пару твердолобых баранов. Я вот, так же как и ваш сын, в подобной стае состоять бы поостерегся. По поводу вашего вопроса относительно отречения. Подробно я не знаю. С этим вопросом вам к Саю. Он способен все нюансы рассказать подробно. Если кратко: так отрекаются маги-цыгане. Первый этап отсечения нерадивых отпрысков от силы семьи, рода и табора — отец громко и при свидетелях сообщает своему ребёнку, что дела, проблемы, трудности семьи его больше не касаются. Его мнение никто выслушивать не станет и во внимание его слова не примут. С пяти лет у цыган дети имеют право слова и обязаны высказывать своё мнение на совете семьи. Если отец велит, так и на совете табора ребёнок свои мысли выскажет и его выслушают. Есть в вашей семье примесь цыганской крови? — Алекс тяжело выдохнул, едва заметно кивнул в знак согласия. — Есть. Моя бабушка была рождена в цыганском таборе. Ушла в стаю за дедом без позволения их Баро, против воли родителей. — Африка лишь покачал головой, разведя руки в стороны. — Это же вот совсем вашей дочери не в кого запах воли выискивать. Ветрá свободы ловить. Нельзя цыганскую кровь сковывать. Не выживают дети цыган под родительскими ограничителями. Я не волк. У нас всё заметно иначе, но девочки — львицы тоже взрослеют сложнее, чем мальчики. Некоторые ещё до трёх лет случалось Зов слышали. В таких случаях мать оборачивается вместе с котёнком и уходит к диким львам зверям. Живёт в зверином прайде столько, сколько маленькой львице требуется. Вашу дочь в пять лет тоже, скорее всего лес позвал. Бежит дитя оборотня в лес, значит, нужен он ей. Жизненно необходим. Чего не понятно? Сам на четыре лапы и следом за ребёнком. Рядом бежать, пока она не устанет. Потом ямку в земле вырыть дитя в него уложить и рядом спать улечься. — Угу! Каждую ночь по лесам почти до рассвета бегать за двумя щенками, а утром на работу. Я бегал. Десять дней не спал. Больше не смог. — Почему не спали? Полтора часа сна в звере на земле среды естественного обитания своего вида и вы полны сил и энергии. Дети даже полтора часа за ночь не засыпали? Или они у вас по очереди спят? Или вам всего лишь на всего раздутое эго вашей человеческой личности не позволяло заснуть в волке лёжа ночью на лесной подстилке? Так в этом вашем пороке ваши дети не виноваты. Не знаю как раньше, а вот сейчас вашим старшим отпрыскам, можете мне поверить, неважно альфа вы или омега. Им сейчас главное, чтобы было к кому прийти, когда они выговориться захотят. Чтобы было кого папой называть. Мама в 14 лет для подобных разговоров даже дочке-ведьме не всегда подходящая кандидатура, а сыну и подавно. Чего вам дочь сказать хотела я не смог понять и предположений у меня никаких. Что вам в этом доме делать стыдно? Для чего Никоделиус мужа домой увёл? — Алекс снова отрицательно покачал головой. — Не знаю. Даже предположить не могу. Мы мало общались с Нико. В его дела с супругами, в их взаимоотношения вмешиваться, и подавно смертников нет. — Африка перевёл взгляд, вопросительно посмотрел на тихую, какую-то умиротворённую Элизабет Лонгботтом. Укутанная в плед девушка с ногами забралась на диван и медленно с наслаждением пила кофе из большой кружки. — Я не смогу ответить на ваш не произнесённый вслух вопрос, молодой человек. Они оба меня полностью заблокировали. Я их вообще сейчас не ощущаю. Знаю что живы. Мои мужчины могут быть в данный момент даже на противоположной части планеты. Добывать, к примеру, какой нибудь нужный жутко редкий ингредиент для зелья. Или купаться в водопаде, в источнике силы. Могут к драконам рвануть. Нико меня не посвящает в дела и законы волчьей стаи. Многие из особенностей взаимоотношения среди волков для меня непонятны и даже неприемлемы. Часть моей крови, доставшаяся мне от вампиров и вовсе на некоторые чисто волчьи «выверты» реагирует резко отрицательно. Невилл потратил огромное количество времени, немерено своих сил и нервов для того, чтобы нам было в нашем браке комфортно и уютно. Я не стану всё это портить, проявляя излишнее любопытство к законам магов отдельного вида. Законов, которые вообще не про меня. В стае мне позволено общаться далеко не со всеми. Мой круг общения среди волков очень узок и крайне избирателен. Со мной рядом имеют право находиться только те, кто точно знает, как им позволено со мной себя вести, в соответствии с моим статусом. В случае малейшего нарушения рамок и субординации Нико спросит с них так, что они сами в кратчайшие сроки решат проблемы своего перехода в мир, что не для живых предназначен. Нико сказал, что они возможно за мной пришлют, значит, мне сейчас лучше расслабиться и постараться отдохнуть. Дети спят под присмотром. Сейчас кофе допью и к ним пойду. Рядом с дочерями мне всегда очень хорошо спится. — Африка открыто улыбнулся девушке. — Я завидую вашим мужьям, леди Элизабет. Хотелось бы мне, чтобы женщина, которую я назову своей, вот так же доверяла мне, моим действиям и моим решениям. Алекс. Раз леди Элизабет не способна дать нам разъяснения вам придётся дождаться возвращения Теодора и Саймона или обратиться к сыну. Девочку не трогайте сейчас. Брат явно не просто так её от нас увёл. — Послушайте умного человека, мистер Вольф. — Африка обернулся на звук голоса вернувшегося в сад Мицара. Взъерошенный и немного потрёпанный подросток с непередаваемым хаосом на голове, со следами крови на рубашке, подошёл к отцу и поставил перед ним на столе две металлические кружки с крышкой. Снял со своей спины небольшой рюкзак и извлёк из него две недавно освежёванные тушки животных. По необрубленным когтистым меховым лапам Африка без затруднений опознал в добыче юноши лиловых магических кроликов, что в немалом для своего редкого вида количестве прыгают по территории парка данного поместья. — Помощь нужна, малой? — Нужна. Божья и милость его же. Молитвы знаете? — Юноша прикрыл глаза и замолчал — Вообще-то, коли желание имеете, можете иначе помочь. Моё имя Мицар. Вот так и называйте, если возникнет необходимость. Нужны две тарелки. Кроликов нужно разделать. Отделить мясо от костей и порезать его порционными кусочками. Всё это без магии. Сможете? — Без проблем, Мицар. С этим у меня проблем не возникнет. — Африка поднялся на ноги и, прихватив с собой кроликов, махнул рукой, появившемуся с тарелками в руках Кричеру, указав направление движения. — Идём со мной, ушастый. Там за кустами расположимся, тарелки подержишь, пока я из себя великого гуру приверженников сыроедческой кухни и раздельного питания изображать буду. — Мицар накинул на свои вещи и руки очищающие чары, поднял голову, встретившись с пристальным взглядом отца. –Говоришь, всё знаешь и сам разберёшься? Чего же ещё не начал? Буди её. Ей же нельзя сейчас спать. Буди. Пусть пьёт. Всё должна выпить. Сам тоже пей. Только и маленькими глоточками и паузы делать не забывайте. Всё должны выпить. — Андромеда проснулась сама, услышав в родном голосе сына не привычные, властные и какие-то бескомпромиссные интонации. — Мицар? Что случилось? Я не сплю. Так только глаза ненадолго закрыла. Неспокойно мне. Тревожно как-то. Не смогу сейчас, наверное, уснуть. Возможно, выспалась просто. Я сегодня много спала. Ты за меня не волнуйся. Со мной всё хорошо. Как Майя? Почему у тебя такой голос? Что ты там такое пьёшь. Что в твоей фляжке? — Ни чего не случилось, мам. Всё хорошо. Майя в порядке. Спит. У меня всё хорошо, у неё всё хорошо, у тебя всё хорошо. Я не волнуюсь. У меня нет причин для волнения. За тебя теперь есть, кому волноваться. Я могу выдохнуть и спокойно насладиться последними днями каникул перед отъездом в школу. У меня во фляжке вода. Минеральная. Специально для меня. Если хочешь, могу дать попробовать. Только она не очень вкусная. Для тебя вон тоже кружка есть. Папа говорит тебе из неё пить нужно. Тебе из кружки. Мне из фляжки. — Алекс? Что между вами двумя снова происходит? Что с его голосом? Ты можешь свои просьбы к сыну озвучивать как-то так, чтобы у него после первого произнесённого тобой слова шерсть дыбом не вставала? Ему нужно воду пить? Теодор так сказал? И мне что-то нужно выпить? — Мам ну чего ты придумываешь опять себе? Нормально мы общаемся. Ломается у меня голос. Он спокойно мне сказал, я спокойно пью. Ты тоже пей. Это специально для тебя. Саймон ваш посоветовал, Теодор подтвердил. Пей. Папа больше двух раз не просит. Пока при всех ругаться не начал, лучше выпить. Пей. — Сын правильно говорит. Нужно выпить. Маленькими глоточками. Медленно. Сейчас ещё мясо тебе принесут. Его нужно будет съесть. У меня вот тоже своя кружка есть. Вместе пить будем. Ты только пока не спи. Не надо спать. Нужно подкрепиться. — Алекс пересадил жену на другую сторону, удобно усадив её на своих коленях, освободил свою правую руку. Взяв кружку, поднёс её к своим губам, не принюхиваясь, сделал первый небольшой, но уверенный глоток. — Вкусно? Про мясо тоже Теодор с Симоном посоветовали, чтобы я его съела? — Конечно Теодор с Симоном и папа ещё. Кто о тебе кроме них позаботится? Кроме них никто не способен. Вот и мясо уже несут. — Мицар так и не успевший сесть за стол поставил свою фляжку и направился к Африке, забирая из его рук две тарелки с красиво разложенными на нём тонко нарезанными кусочками кроличьего филе. — Вот это для тебя, а вот эта для отца порция. Это друг Теодора и Саймона специально для вас озадачился. Смотри, как красиво сервировал блюдо. Попробуй, как вкусно. — Андромеда потянулась и взяла в руки фляжку сына. Принюхавшись, поднесла её к своим губам и сделала небольшой глоток. — Сын, у твоей воды вполне приемлемый вкус. Запах не очень. Сероводородом пахнет, но он полезный для здоровья я знаю. Пей. Раз нужно можно и потерпеть немного. — Так я же вроде не возмущался? Пил. Сейчас вот ты мне мою фляжку вернёшь, ещё попью. Назвать сероводородные миазмы запахом могла только ты, мамуль. А твоё питьё? Как на вкус? — Мне повезло больше чем тебе. У моего питья не только вкус более, чем приемлемый, ещё и аромат приятный. — О вас, о девочках всегда больше переживают. Эх! Дискриминация по половому признаку в одной конкретной магической семье. Что же ты, мама меня доченькой не родила? Пробуй, давай мясо, только если это очень вкусно, попробуй это от меня скрыть. Сделай так, чтобы я по выражению твоего лица ничего не понял и не начал тебе завидовать. — Сын, это мясо… оно похоже сырое. Я не думаю, что оно тебе понравится. — Андромеда внимательно присмотрелась и принюхалась к каждому кусочку. — Даже я сама е знаю, смогу ли я есть сырое мясо, оставаясь в человеке. — Ма! Ну, ё мае! Ты чё как я не знаю кто? Ты же теперь волчица? Мясо сырое это основа рациона твоего тотема. Ей же тоже время нужно, чтобы к человеческим требованиям жизни привыкнуть. И вообще… это же лилового кролика мясо. Оно магией насыщенное. Его все сырым едят. Нельзя такое мясо подвергать термообработке и любому виду магического воздействия, специями такое мясо даже не рекомендовано посыпать. От этого у него вкус портится и польза пропадает. Лиловые кролики это огромная редкость. Такое мясо подают всего в двух магических ресторанах в мире. Один где-то кажется, в Японии располагается, а один на Мадагаскаре. Эти кролики мало где приживаются. Плохо размножаются в неволе. Их нельзя перемещать магическими порталами и при транспортировке маггловским способом они тоже чаще всего погибают. Разделать и съесть их нужно не позже чем через сорок минут с момента последнего удара сердца этого животного. Ешь. В книгах написано, что это очень вкусно. — Действительно вкусно. Я уже попробовал. Ешь, Андромеда. Тебе точно понравится. Сын, с тобой и с твоей сестрой я могу поделиться. Моей порции вполне хватит на троих. — Именно на троих она и рассчитана. Твоя порция. На одну крохотную девочку и двух её братьев. Полученная твоим ядром от этой трапезы магическая энергия должна уйти именно им. За нас с Майей не волнуйся. Мы лучше минералочки пока попьём. Для нас она полезна. Её нам пить можно и нужно. Это точно. С мясом мы повременим пока. Дождёмся Теодора и Саймона, ты у них спросишь, а то вдруг нам нельзя. Следи вот за мамой. Чтобы она всё съела, что на её тарелке лежит и всё выпила, а я к Майе пойду. Не вздумай оборачиваться, пока она не обернётся. Сейчас она поест у неё должно хватить силы для оборота, а дальше вы уж там сами знаете, что нужно делать. Вы же взрослые. — Ещё раз, поцеловав мать в щеку, Мицар развернулся ровной, спокойной походкой направился в том направлении, где ранее оставил сестру.        Не успел младший Вольф сделать и семи шагов, его одновременно по имени окликнули сразу на три голоса. Африка, Гарри и Северус поднялись со своих мест намереваясь догнать подростка. Леон оказался быстрее Поттер-Принцев. Поравнявшись с подростком, лев остановился и почти не глядя возвел вокруг них полог тишины и помех, не забыв впустить хозяев магического особняка в поле действия своих чар. — Мицар. Подожди. Только не психуй. Не моё, конечно, дело, но ты сам потом поедом себя сожрёшь до голых костей, если не выслушаешь. Мицар… твой отец не знает, что ему сейчас нужно сделать. Он не понял, о чём пыталась сказать твоя сестра. Он не из-за упрямства своего просто сидит и ничего не делает. Он реально даже предположить не может… — Издеваешься… тесь? — Лев отрицательно покачал головой. — Как это он не знает? — Мицар перевёл взгляд на Гарольда. — Леон сказал тебе правду, Мицар. Пока ты ходил на охоту, твой отец сам нам признался. Вы ведь с сестрой не от отца эту информацию узнали? Дай нам разъяснения, будь любезен. Мы найдём слова, чтобы он всё понял и сделал правильно. Мы не знаем, когда Теодор и Саймон смогут вернуться. Состояние твоей мамы ведь может ухудшиться, пока мы их ждём. Мы не волки, мы готовы помочь, но не знаем как. — Скажите ему, что когда я вам всё разъяснял, я краснел и сильно заикался. Я ещё маленький, чтобы вслух слово «секс» произносить. Даже в мыслях ещё не положено мне. Моим родителям нужно уединиться. Необходимо соитие при неполной звериной трансформации отца. Он должен быть волком, оставаясь в человеческом теле. Это нужно, чтобы он обновил свою волчью метку на матери. Потом ещё идеально бы было, если бы они в зверях соединились. Если сцепка так и вовсе идеально. Ну, или хотя бы метку волк отца на волчице должен зализать. Никоделиуса так сильно выгнуло, по той причине, что у него муж не волк. Их брак заключён через обряд ну и ещё волчий импринтинг. Метки нет. Омега Нико не помечена партнёром. Аура Невилла не защищает мужа от давления ауры сильного волка. Нико почувствовал себя очень незащищённым, поэтому попросил старшего партнёра переместиться вместе с ним под защиту дома и родовой магии. Ему нужно время на восстановление своего душевного равновесия. Саймон сопротивлялся внушению и принуждению. Навязанной воле своего вожака сопротивлялся. Сам же признал Теодора в этой роли, а сам посмел упираться. Теодору пришлось преодолевать сопротивление, иначе могла бы беда случиться. Кого-то из мужчин рода Малфой волк Саймона успел бы разорвать прежде, чем Теодор разорвал бы самого Саймона. Тед распустил свою ауру довольно прилично. Перебил своей силой метку отца на матери. По уму… так отец должен был почувствовать и сцепиться с Теодором. Была угроза для здоровья матери. Отец был обязан привлечь к этому внимание вожака. Отец не почувствовал… Теодор маму пометить не может. Он её внук по крови, значит, его защиты от него же самого на ней нет. Остаётся отец и Саймон. Две их метки в совокупности должны были перебить ауру Теодора, … не могли не перебить. Отец силой не слаб, только умом… Саймон ваш совсем немногим слабее Теодора. Значит, … значит, метки Саймона на матери ещё нет. Если бы была, Сай бы испытывал давление за себя и за мать. Теодору не пришлось бы так давить. Хватило бы просто властных интонаций в голосе. Не успел поставить или Теодор не позволил этого делать пока Саймон и его пара не прошли обряд, чтобы исключить возможность возникновения тройственного союза двух волков и волчицы. Не может быть! Ну не совсем же он слабоумный! Выпустите меня. Уберите свои чары. — Леон подчинился. Мицар едва ли не бегом вернулся к родителям и без объяснений начал расстегивать пуговицы на вороте платья матери. Оголив левую ключицу Андромеды и не разглядев там то, что искал, Мицар не сдерживаясь, громко застонал. — Бред! Бред! У меня даже слюни закончились, не только слава! Ты же обучение проходил как сын вожака, как наследник главы волчьей стаи. Вы же, в конце концов, с Теодором в одном учебном заведении учились. Почему он знает, что и как должно быть, а ты нет? Ну как так вообще? Где твоя метка на её волчице?! Теодор в неё дикого тотема подселил. Да как она вообще способна не звереть? Как у нее, получается, держать под контролем зверюгу дикую и своевольную. Она же вообще без защиты… — Не знаю сын, откуда тебе всё это вообще известно, но для того, чтобы я поставил волчью метку нужно проводить обряд. Обряд схожий со свадебным. У нас ещё не было для этого времени. Его лучше проводить на новолуние. — Обряд смены мозга проведи себе на новолуние. Будь любезен. Наследник Леон, будьте любезны разъясните моему отцу, как пометить его пару не прибегая к обряду. Мама пусть тоже послушает, чтобы сопротивляться не надумала. Вы сами-то знаете, как это? У волков и котов есть в этом различия? — В этом различий точно нет, Мицар. Я разъясню. Выдохни. Ты торопишься? Тебе очень нужно к сестре, да? — Нужно. — Мицар снова посмотрел на отца. — С остальным-то ты хоть справишься? Или мне наследника Леона сразу просить, чтобы он тебе свечкой подсвечивал и направлял в нужных местах? Да как мы с Майей вообще на свет появились? Как вы этих троих зачать смогли? Вспоминай, в каком месте и когда ты оставил свои мозги. От кого, скажи на милость, бабушка тебя нагуляла? На сына Виктора Вольфа ты вообще ни как не тянешь. Ну не могла природа на сыне такого человека вот так вот жестоко отдохнуть. Не бывает так! Не сделаешь всё что нужно и как нужно, Твой вожак и бета вернуться, они тебе на языке жестов и движений в стиле боевых шаманских танцев такой обряд мозгопросветления проведут, сам себе месяц завидовать будешь. Я поверить не могу… — Мицар? Ты закончил? Теперь немедленно извинись перед отцом. У тебя недостаточно ещё жизненного опыта и возраста, чтобы смотреть на любую ситуацию не только со своей стороны, но и со стороны оппонента. — Андромеда уверенно поднялась на ноги. — Извиняйся, Мицар. — Хорошо, мама. Извините меня, отец за резкость и жесткость произнесенных мною высказываний. Подростковый максимализм. Я родился не достаточно выдержанным и стойким, чтобы хотя бы попытаться сдержаться в рамках субординации и сыновнего пиетета к вашему возрасту, и жизненному опыту. Я извинился, мама. Я могу идти? Меня очень ждёт Майя. — Сейчас отец примет твои извинения и пойдёшь. — Он принял, мама. Принял. Мне не веришь, загляни в его глаза. У него сложности с вербализацией. Устал сильно. Я прав, папа? — Прав. Прав во всём, сын. Иди. — Мицар по-армейски развернулся на месте и ушёл прочь, почти чеканя каждый шаг. Резко остановился, вновь замирая на месте. — Гранд Блэк, Гранд Принц. Наследник Леон. Я прошу слово о неразглашении. Лорд Люпин не должен знать о нашем с вами разговоре. Ему вообще лучше всего этого, что здесь произошло после его ухода не знать. Для них для всех. Чтобы жить. — Слово наследника людей-львов, Мицар Вольф, старший внук волчьего вожака Виктора. — Слово Гранда магии и хозяина этого дома, Мицар. Никто ничего не расскажет. Никому. — Подтверждаю. Моё слово. — Северус говорил спокойно и довольно тихо. — Тебе нужна помощь, Мицар? Ты знаешь, как помочь твоей сестре справиться с последствиями от снятия ограничителя? — Да. Знаю. Да. Нужна помощь. Не мешайте. Она сама придёт, когда сможет. Ей нужен покой, время и я. С остальным она способна справиться. — Хорошо. Позже ты позволишь нам с Гарри провести её диагностику? После того, как будет возможно. — Сможете. Только извините, я вашей диагностике не доверяю. Мы с Майей сходим к колдомедику. Специалисту нужного профиля. Шрамов на её ядре и сознании не должно было остаться, но я хочу быть полностью в этом уверен. Белла сможет нас сопроводить? Как вы думаете? — Мы можем вызвать вашего колдомедика на дом. Улицы сейчас ещё закрыты. Госпиталь Святого Мунго тоже. — На дом не нужно. Она не придёт в дом магов. Послезавтра улицы уже откроют. Раньше нам не нужно. С вами Майя не пойдёт. Вы мужчины. Я сам могу её сопроводить. Через камин. Мы уже ходили без сопровождения старших. — Хорошо. Сводишь сестру сам. — Отпустив подростка Гарри вновь осмотрелся. Алекс и Андромеда уже ушли. Леон вернулся к прерванной беседе с Регулусом. Элизабет ушла к детям. Юлия дремала на коленях у сидящего с закрытыми глазами мужа. Мэри Принц тоже уснула, расположив свою голову на коленях у матери. Ноги девушки были укрыты пледом и покаялись на коленях отца. Взяв мужа за руку, Гарри направился к свободному дивану. — Это пиздец какой-то…