За километр от недосягаемого

       Сладкий июль. Температура на термометре добила уже до двадцати восьми градусов. Солнце безжалостно пекло без помехи туч и ветра, а у всех живых существ только и остались воспоминания о погоде дней десять назад, когда было весьма прохладнее. И как только природа не меняется за короткое время!        Очевидно, что в такой момент лучше сидеть дома напротив вентилятора и поглощать куски льда один за одним, чтобы не перегреться. Многие так и сделали. А есть индивидуумы…       — Ты можешь активнее ногами волочить, Эванс? — подгонял парень своего друга, который кое-как двигался с места с помощью нездоровых махинаций. Шагом это ведь не назовёшь.       — Олби, я тебя рано или поздно к стенке поставлю и расстреляю за то, что называешь меня по фамилии, — он наконец соизволил поднять голову и посмотреть в глаза собеседнику. — Уайт.       — Да иди ты, — Ол только шире улыбнулся и, видимо, не стал обращать внимание на такие дерзости. Этот «потерянный» просто сегодня не в духе.        А, ладно. Он всегда не в духе. Истеричка чёртова.       — Может повернём назад? Ещё не поздно одуматься! — недовольный даже посветлел от своего предложения.       — Энтони, хватит. Мы уже в пути и поворачивать мы не будем.        Звучало довольно неубедительно для такого человека, как Эванс, так как ему явно не мешает такая мелочь из разряда: «Мы уже в пути». Уж этот шкет часто бросал всё на половине, и ничего же, жив.       — Я согласился путешествовать автостопом только из-за того, что ты, уязвимый представитель хомо сапиенс, загнёшься в багажнике незнакомца, который тебя «подвезёт». До ближайшей выгребной ямы, разумеется.       -Фу-фу-фу-фу-фу, думай позитивнее! — Олби встал на месте и воодушевлённо раздвинул свои руки, как бы обхватив ими душный воздух.

***

       Спустя час увлекательной пешей прогулки они прибыли в пункт назначения. Такой контраст характеров, конечно, тот ещё кадр, наблюдать за которым нельзя без слёз. А может и смеха. Временами.        Парни стояли посреди огромной пустынной местности, где температура, казалось, возросла в двести сорок восемь раз. Ни травы, ни цветка, ни дерева. Один песок и мелкий камень. А в метрах пяти расположилась широкая дорога с обшарпанной разметкой… Изначально белого цвета, но из-за пыли она приобрела грязно-серый оттенок.        На противоположной стороне красовались старые потрёпанные знаки дорожного движения с искажёнными цифрами и рисунками. В общем, местность всеми силами старалась походить на въезд на территорию Дикого Запада. Не хватает только бизонов, мирно жующих траву где-то вдалеке.       — Мне жарко, — умирал Энтони, измученно закрывая глаза и прогибаясь в спине. Мышцы поясницы порядком затекли от веса рюкзака.        Ветер хоть и периодически гулял у ног друзей, но был он настолько слабым и ничтожным, что только нагонял пыль на их обувь.        А Олби продолжал стоять возле трассы с поднятым большим пальцем, как бы ловя транспорт. Однако пока что ловились только всякие противные насекомые.       — То есть ты серьёзно? — Эванс ошарашенно посмотрел на приятеля. — Серьёзно, да?       — Да.        Ну, что и следовало ожидать. Несмотря на то, что машины тут проезжают с частотой одна в двадцать минут, этот придурок будет стоять и выжидать.       — Сядь да посиди, какой смысл мучить свои суставы попусту? — он дело говорит.       — Я не мучаю, всякое может произойти!

***

      — Нет, ну ты серьёзно? — устало повторил Энтони. — Ты понимаешь, что уже стемнело? Все маньяки вылезут, свяжут нас, увезут в лес, а потом изнасилуют и расчленят, оставив конечности на съедение мандавошкам, — запугивал его парень, безэмоционально смотря в светло-серые глаза.       — Прекрати, ничего такого не случится! — подал голос снизу вверх Уайт, ибо сидел на своём походном рюкзаке.       — Ты же сам замотался, — произнёс очевидный факт его лучший друг, — Давай отдохнём? Мы стоим тут хер знает сколько. Лично я голоден. Как насчёт разбить лагерь?       — Мы пропустим автомобиль! — возмущался Олби. Так как эта птичка чересчур крикливая, Эванс просто взял «пернатую» за запястье и потащил подальше от дороги.        Рюкзак старший зацепил вместе с рукой Уайта, поэтому тот волочился по дороге, цеплял собой землю и тянул вниз двоих друзей. Ничего, впереди много таких моментов, пусть сумка привыкает.       — Не пропустим! Что ты ноешь как пятилетний ребёнок? Всё равно за день автомобилей мало проехало, как будто мы что-то потеряем.        Этот аргумент заткнул Олби, поэтому он смиренно опустил голову вниз и по пути стал рассматривать маленькие камешки на песке. Каждый разной формы.       — Почему ты ещё не бросил меня с этим автостопом? — не понимал невесёлый весельчак, еле успев поднять ногу перед кочкой. — Ты явно не рад этому.       — Я тебя сейчас ударю за такие слова, — Энтони больно дёрнул приятеля за запястье, чтобы тот взглянул на него. — «Почему»? Ты спрашиваешь «почему»? Да ты мой лучший друг, так ещё и детства. Мы с тобой столько дерьма прошли, и ты удивляешься, почему я решил не оставлять тебя одного на трассе ночью? Помирать — так вместе, — объяснил Эванс торопливо, поперхнувшись слюной от своей быстрой речи. — Вспомни хотя бы те времена, когда ты отучал меня курить.       — Я так и не сдержал то обещание, — наконец улыбнулся Олби. — Ты хоть понял, что жизнь слишком прекрасна, чтобы вот так её оборвать?       — Нет, — ответил тот на резкую смену темы.       — Ну и зря. Хотя я уже тоже сомневаюсь.        Движение прекратилось. Точнее пессимистичный «локомотив» встал на месте и начал вглядываться вдаль, параллельно нырнув рукой в карман джинсов.       — Что? — не понял Уайт.        Парень промолчал и продолжил бесплодно рыскать в поиске какой-то вещи.       — Чёрт. Я потерял фонарь.       — Ты ч-…        Да, очень бы хотелось возразить, но стало немного не до этого, когда совсем рядом с друзьями словно пронёсся автомобиль. Казалось бы, что слово «словно» сюда явно не подходит, ведь машину можно распознать в любое время суток даже по тому же звуку, да только его не было. Лишь свет фар позволил увидеть свои тени на пару секунд, но и те пропали в мгновение ока.       — Ты видел сейчас что-нибудь? — неуверенно спросил Энтони, ослабив хватку.       — О чём речь вообще? — если бы это и была очередная шутка Олби, то так профессионально сыграть невинность он бы никогда не смог. Дело пахнет галлюцинациями.       — Понятно, забудь, идём дальше.        Вот так вот и предлагают пойти в неизвестное направление ночью лучшие друзья. А на самом деле Эвансу и так не по себе после непонятных видений, и он старается скорее забыть те «фары».       — Вот так в темноте? — Уайт ненавидел, когда нельзя видеть своё окружение.       — Я твои кипенно-белые волосы в метрах пяти во тьме увижу, так что не потеряешься. Только не уходи на большее расстояние, а то это чревато последствиями.        Олби прижался к боку друга и притих, чтобы дать Энтони узнать хоть что-то о происходящем вокруг с помощью ушей.       - Слышу стридуляцию¹ прямокрылых где-то поблизости, - заговорил на эльфийском Эванс. Правда, эльфийский это был исключительно для Уайта: он далеко не биолог.