My fight is not over

— Вот, — Симона протягивает диск, — Ты сотрешь с него данные. — Она издевается? Хочет переложить ответственность на неё? Видимо да. Рейес должна убить одного из члена богов, освободить место для себя. Звучит как вызов. — Почему я? — удивляется Рейвен, переводя взгляд на каждого члена Первородных. — Чтобы точно знала, диск чистый, — Джозефина заботливо трепет Рейвен по волосам, — и что твоё тело не украдут, — лёгкая улыбка, будто девушка задумала что-то ужасное. Твоё тело не украдут? Также, как не украли тело Кларк, да? — Почему ты так улыбаешься? — внутри все сводит. Неужели они узнали правду? Неужели ночной визит Мерфи не прошёл бесследно? Или она поймала и допросила Джона? Рейвен чувствует ком в горле, она не переживёт, если с Джоном что-то случилось. — Это диск моей подруги, которая пыталась меня убить. Рейвен осторожно берет чип в руки, вставляет в картридж. Спустя пару минут и набранных Рейвен команд на экране появляется темноволосая женщина. Девушка тут же узнает её: эта та дамочка, которая захватила Элигий. — Что происходит? — удивляется женщина, оглядывая пространство, людей. — Ты… — она задыхается от возмущения. Рейвен убила её семью, а теперь стоит среди её друзей. — Поздравляю, ты мертва, — Рейвен нажимает на клавишу. Экран мерцает, изображение распадается на код и исчезает. — Она хотела убить меня, — Рейес не смотрит на Первородных, она пытается оправдать свой поступок. Скольких за свою жизнь она убила? Сотни, тысячи? Сможет ли после всего она жить с кровью на руках? После всего того, что последует за воскрешением Кларк. — Когда угнала корабль и проникла на Элигий. — Она хотела сбежать, — Симона уже не выглядит такой недружелюбной. Сделать Рейвен одной из них значило, что Рейес никогда не расскажет о процедуре. Или её саму убьют. И Симона, и Рейвен это понимали. Лучше всего держать врага ближе к себе. — Куда? — усмешка, Рейес забыла перед кем стоит, — Земля уничтожена. — А может она уже восстановилась? Они спустились спустя девяносто семь лет после запуска ракет, но фауна была цела, а животные словно никуда не исчезли. Чего стоил один ужин из оленины после победы над горой Везер? Люди Лексы, воины Трикру, притащили им в лагерь пятеро свежеубитых оленей. Индра с Нико помогли поварам Аркадии, потому что лагерь Джаха оказался неактуальным, Телониус покинул это место, разделать мясо и приготовить. Тогда Рейвен впервые наелась и полюбила Землю, несмотря на все её недостатки. — Есть ещё планеты, которые должен был колонизировать Элигий-3, но мы с ними не связывались, надеюсь, что теперь ты поможешь нам. — На это могут уйти годы, — замечает Рейвен, слегка ухмыляясь, приподняв руки. Годы у неё теперь есть. Вернее будут. «Не будет!» — одергивает себя девушка. В последнее время ей приходится постоянно себя ругать, одергивать. Она начинает забывать зачем все делает, ради кого. Пусть эти люди думают, что у Рейвен будут годы. Пусть эти люди думают, что у них у самих тоже будут годы. Пусть эти люди думают, пока могут.

***

Рейвен стоит рядом с Расселом и его женой. Девушка в толпе высматривает Скайкру, они должны быть здесь. Джозефина распорядилась, чтобы всех гостей привели на площадь, заставили смотреть на это. Слушать это. — Рейвен Рейес, как подарок для нас, нашего будущего, — начинает Рассел, положив руку на спину девушке, — она смогла сделать то, чего мы не могли десятки лет, — слегка подталкивает вперёд, — её разум может перевернуть наши жизни, сделать лучше! Она достойна стать одной из нас, — поворачивает голову в сторону Рейвен. Девушка смотрит на толпу, пытается увидеть Мерфи или Беллами. Сомнений нет, оба ненавидят её. Да и не только они. Эбби, Эхо, Джордан, Джексон, Октавия, странствующая за щитом. «Это все ради Кларк. Ещё немного!» — Рейвен Рейес Первая, — толпа начинает аплодировать, — да святится имя её. — Да святится имя её, — они повторяют в разнобой: кто-то раньше, кто-то опаздывает, но все дружелюбно настроены. Рейвен сжимает края платья, опускает голову вниз, встает рядом с Джозефиной. Она никогда не была в центре внимания стольких людей, она никогда не была поводом для собрания или праздника. Все это происходит впервые. И ничего бы не омрачало так сильно, как традиции людей, к которым примкнет Рейвен. Ради неё будут убивать невинных людей, которым посчастливилось родиться с ночной кровью. «Никто не будет, я не дам этого сделать!» — Ты в порядке? — заботливо спрашивает Лайтборн, положив руку на плечо девушке. — Я смущаюсь, — признается Рейвен. Её щеки пылают, хотя этого особо не заметно под толстым слоем краски, которую Джозефина называет косметикой. — Завтра состоится твой день, Рейвен, — ободряюще шепчет Джозефина, уводя девушку в сторону, пока Рассел вещает о традициях и как все пройдёт. — Почему завтра? — внутри у Рейвен все обрывается. У неё меньше суток на все. С другой стороны, Рейес не терпится скорее закончить с этим. Ещё немного и Кларк будет с ней, ещё немного и она расскажет все друзьям. «Но как же Джозефина?» — совесть снова решила с ней поговорить? «Она уже мертва, — раздражается Рейвен. — А Кларк нет!» «Она доверяет тебе, Рейвен. Что плохого лично для тебя сделала Джози?» — в её голове тоже кто-то сидит? Джозефина проникла в её мысли и отвечает ей? Или это совесть? — Сегодня тебя сделают носителем чёрной крови, завтра вживят диск, — Джозефина будто маленькому ребёнку объясняет что к чему. — Почему? — Рейес хмурится. Всё же можно сделать в один день, зачем растягивать на два. Они же не умертвить собираются её, а всего лишь дать диск. — Всё готово пока к одной процедуре, мы никогда раньше не делали этого, — улыбается, Джози заправляет выбившуюся прядь волос из причёски за ухо. — Не бойся, это не больно. — Мы не уверены, что твоё сердце выдержит сразу две операции, — вмешивается Симона, оказавшись рядом с девушками. Рейвен хмурится. Она помнит, как Кларк стала найтблидой: просто вколола костный мозг себе и все прошло нормально, наверное. Гриффин, возможно, просто не показала, что ей было плохо. И это было бы в её стиле! Вечно сильная Кларк, не думающая о себе последнее время. Она вообще умеет заботиться о себе или также, как и Рейвен, выбирает то, что для других будет лучше? В этом чёртовом мире кто-нибудь умеет заботиться о себе, а не о других, ставя самого себя в последнюю очередь? Ответ находится почти сразу: Мёрфи.

***

Рейвен ложится на кушетку, чувствуя как страх засел глубоко внутри. Сейчас они проведут одну процедуру, вживление диска оставят на завтра… Какой-то здесь подвох. — Моё сердце выдерживало разряды тока, думаю это переживёт, — Рейвен поворачивает голову в сторону, в сторону стекла. Она видит спящую Мэдди, Эбби, стоящую возле окна, приложив ладонь к холодному стеклу. Позади неё стоит Джексон. Если повезёт, Рейвен не будет умирать в одиночестве, как Кларк. — Точно? — Рассел запирает дверь, хочет задернуть жалюзи, но Рейвен вскрикивает быстрее, чем это происходит. — Что такое, Рейвен? — Я… Я хочу видеть их лица, — плевать, что сейчас с ней будет, плевать убьют ли её сейчас. Рейес хочет просто видеть близких людей, она хочет быть с ними рядом. — Доказать, что это не ужасно, что есть люди, заслуживающие вечную жизнь. Я хочу, чтобы они приняли это, а не презирали, — слова слетают быстрее, чем удаётся их обдумать. Но Лайтборн теплеет, на его лице появляется такая добрая улыбка, словно он улыбается Джозефине, но направлена она на Рейвен. «Не убивайте меня, прошу», — думает девушка, когда игла входит в её руку. Неприятный привкус резины или что-то вроде того появляется во рту, начинается головокружение, к горлу подступает тошнота. — Уверена? Судя по показателям… — Джозефина кладёт руку на волосы Рейес. — Я хочу это все пережить сейчас, а не растягивать, — я хочу вернуть Кларк сейчас! Сегодня! — Хорошо. — Папа, нет! Но Рейвен переворачивается на живот, завязывая волосы в хвост, чтобы не мешали. Она больше не видит своих людей. И прямо сейчас её убьют.

***

Рейвен будит звон колоколов, топот ног за стеной. Девушка еле находит в себе силы встать с кровати. После вчерашнего очень болит шея, голова, кажется, что в мозг вставили тысячу ножей, тошнота до сих пор не проходит как и головокружение. Она надевает халат, выходит в коридор. Несколько солдат строем идут вниз, на улицу. В руках у них оружие. Рейес стремительно спускается по лестнице, пропуская пару ступеней, почти скатываясь вниз, сбивая нескольких людей с ног. — Что случилось? — девушка останавливает одного из прохожих, бегущих в сторону полей, к щиту. — Джозефина пропала! — быстро отвечает мужчина, продолжая свой путь. За щит вышли уже несколько десятков бойцов, как минимум пятнадцать на мотоциклах. Они расходятся в разные стороны леса, оставляя Святилище без охраны, без оружия, без людей.