Во я попала... в Фэша Драгоция?!

      Ночь встретила тишиной и каким-то неясным чувством. И ладно, если бы это было просто каким-то наваждением из-за сна, но тут что-то было другое. Всё состояние неги, что дарила ночь, слетело. Особенно стоило повернуться на другой бок, лицом к двери, и почти тут же попытаться заорать в голос. Крику не дали распространиться холодные ладошки обладательницы, которая больше походила на призрака, чем на реального человека. Николь получилось узнать только по длинному белому платью, но несколько секунд паники всё равно дали по организму зарядом адреналина и отсутствием здравомыслия. — Господи, окстись так делать, Николь, — девочка на эту фразу лишь вопросительно склонила голову, а после сделала круговое движением пальцем, словно призывая обратить внимание на округу. И просто пропала… на такое хотелось сплюнуть, только вот ковры портить не хотелось. А ещё, кажется, слюна бы вообще не отделилась от губ, потому что тело двигалось так, словно вокруг была вода, а не воздух. Ощущение было стрёмным. А после ещё дошло, что в округе стоит тишина.       Добраться до окна получилось далеко не сразу. Резко вспомнились все тренировки по плаванию и особенно те, на которых использовались тормозные пояса для развития мышц рук. Вот только сейчас ничего такого не было надето. И данное обстоятельство бесило. Сбросить было нечего, чтобы прекратить эту медлительность.       Вид из окна был обычным, что и раньше. Ничего не поменялось, вот ровным счётом ничего. Деревья и прочее, всё стояло на своих местах, но вот что пугало: округа стояла в неестественной тишине. А после послышался короткий шелест, что напугал до усрачки.       Рывок головы вверх, чтобы посмотреть туда, где был звук, отозвался болью в мышцах и очередным замедлением. Мат почти сорвался с губ, но был прерван короткой голубоватой вспышкой, что быстро потерялась в темноте, а после отпустило. Наконец тело двигалось так, как должно было: без препятствий и натуги.       От неожиданности в шее что-то хрустнуло, так как мышцы всё ещё были напряжены и заставляли откидывать затылок назад. Что же, хоть это и стало больно в какой-то момент, но зато получилось заметить четырёхкрылую тень в небесном сумраке. Там, где должна была быть ладонь, в одной из рук что-то поблёскивало мягким голубоватым светом. В голове прошелестело: «ЧёрноКлюч», — видимо, Драгоций, наконец, тоже пришёл в себя.       Что же, раз в небе была Огнева, а недавно в округе творилась какая-то чертовщина, значит, можно было сделать вывод: пришёл писец, который нас нашёл. И только тупой сейчас бы не понял в чьи старые скрюченные пальцы постарались над этим. Вот только меня интересовал один блядский вопрос: как этот дед, чёрт побери, гонял, как в жопу ужаленный таракан, между двумя планетами, если ему путь был заказан на Эфлару?! Я определённо что-то не помнила из канона.       Но сейчас было важно другое: нужно было попробовать найти Яриса, вот только узнать бы, куда его поселили. Был ещё один вариант: последовать за Огневой, но там был Астрагор. И хоть убейте, но пилить к этому деду мне не хотелось. Он же там в будущее заглядывает, ещё какие-то фокусы творит, а мне как-то вот вообще не хотелось, чтобы он раскрыл факт того, что у его племянника подселенец в теле.       В итоге всё же здравый смысл победил: и вместо того, чтобы сигануть на улицу, дабы отрыть на просторах сада Бронзового Ключника, я вызвала крылья (не без помощи Драгоция) и просто взлетела. Нужен был Огнев-старший, чтобы решить эту чёртову проблему. Петлять по коридорам замка в поисках его комнаты было бы глупо. Слишком много времени на это потратится — пока спустишься, пока поднимешься и так далее. Полёт же быстрее, но не сказать, что проще. Можно было бы воспользоваться зеркалом-переходом (хорошие мысли настигли возле одной из соседних башен), но где гарантия, что нападающие не перехватили каким-то чудом контроль над этим всем. Поэтому предстояло потыкаться наугад.       И то ли мне везло, то ли просто интуиция заработала (либо просто дура), но спустя два окна получилось чуть ли не нос к носу столкнуться с разыскиваемым мужчиной. Огнев был встрёпан и даже в некой степени заспан, но глаза горели решимостью, которая сменилась толикой удивления, а после всё его лицо буквально перекосило от гнева. — Д-дура, — подтверждая мои мысли, меня втянули в окно за шкварник. Горло из-за этого сдавило на мгновение тканью, отчего внутри тут же поднялась паника. Но не успела я начать дрыгаться, как тут же приземлилась задницей на пол.       Раздавшийся же от двери грохот заставил меня подлететь со своего места, поэтому и прервал поток возмущений в сторону Огнева. Я готова была снова сигануть в окно даже без крыльев, потому что наконец осознала, что влипла не в меньшую передрягу, чем Василиса сейчас там внизу. — Блять, — казалось, что петли держатся на честном слове, но вот несколько коротких росчерков чужой стрелой, краткая вспышка эфера и металл был снова крепко всажен в древесину и камень. — Что ты тут делаешь?! — серо-зелёные глаза были бесновато распахнуты, в то время как зрачок бегал по моему лицу, словно бешеная собака. — Вас искать пошла, чтобы вы помогли, — в ладонь скользнула стрела, которую я даже не призывала. — Там как бы, — вся язвительность и красноречие решили, видимо, свалить в закатные дали, к тому же дверь начала в этот раз мигать. От такого зрелища невольно сбивалась с мысли, и я, после, на всякий, отходила от разъяренного Нортона, у которого даже жилка на виске начала пульсировать. Часовщик снова уделил относительно тонкой преграде несколько секунд, чтобы вернуть её в изначальное состояние. — Как бы нападение на замок. Ты это хотела сказать? Так я знаю! — В саду Астрагор! А с ним Василиса и Ярис, которого сегодня вообще убьют! — наконец настоящая причина сорвалась с губ.       Огнев замер от таких слов, а я в который раз пожалела, что не стала насильно ему рассказывать при первом разговоре о том, что должно было произойти в будущем. Видите ли, часовщик отказался от такого, потому что если он будет его знать, то это уж точно не произойдёт. Законы времени и прочая брехня. — Надо тогда ей помочь, — и я впервые наблюдала такую перемену в людях. Точнее настолько явственно видела, как человек буквально на глазах словно танкером становился. Даже походка поменялась. И ведь попробуй его сейчас свернуть с намеченного курса. — Стойте! Вам валить от сюда надо, — губы от волнения пересохли, — иначе вас утащат в подземелья Змиулана. — Там моя дочь! — но ответить мне не дали, потому что из сада (можно было выпасть от такой слышимости) послышался крик, чтобы кто-то от кого-то отстал, а после полыхнуло разноцветным заревом. — Она только что раскрыла, что у неё есть флёр. И ей сейчас поможет Миракл. Вам же, как и мне, надо валить к чертям собачьим! — Как ты себе представляешь, чтобы… — но его речь прервала буквально взорвавшаяся стена.       Один из осколков больно прилетел мне по касательной в правое плечо, Огнева приложило в голову, что аж рассекло кожу где-то в районе виска или затылка. На пол упали капли крови. Волосы на затылке встали дыбом. Валить, срочно! — Огнев! — крик из пролома заставил встрепенуться, но вот что делать? Ответом послужила короткая вспышка красного и боль в правой руке, которая сейчас была напряжена до предела. Кажется, в голове прозвучал отчётливый хмык, и по сознанию прокатилась волна довольства от послышавшегося вскрика оттуда, из облака пыли. — Хер тебе, — тихо сорвалось с губ, а после меня цепко схватили за плечо. Ощущение было вообще не из приятных. Казалось, ещё немного, и чужие пальцы пробьют ткань, а после и кожу, чтобы впиться в мышцы. — Уноси ноги отсюда, — а после буквально швырнули к зеркалу, даже не слушая ответ и не давая вообще что-то произнести, потому что поверхность уже оказалась жидкой. И против всех законов физики и часодейства (но тут я была не уверена) она начала затягивать внутрь. Снова уже, в который раз за эту ночь начала захлёстывать паника. Что сейчас нужно было делать?! — А вы? — и знаете, какое это стрёмное ощущение, когда губы распахиваются и произносят что-то против вашей воли? Это очень сложно описать, потому что тут ты резко познаешь всю прелесть наблюдения словно от третьего лица за происходящим, потому что Драгоций именно сейчас умудрился вытеснить меня из-за руля, но при этом то ли по незнанию, то ли специально оставил частично сознание в пользование. — Беги, малец, — лицо Нортона, что сейчас было частично залито кровью, немного исказилось, словно он ещё и умудрился различить нас. Или это всё же была игра для посторонних? Узнать бы уж точно не получилось, потому что зеркало, наконец, полностью поглотило тело, и вокруг разверзлось то самое цветастое пространство, наполненное всякой всячиной. «— И куда мы?» — так как я была в часодействе, словно корова на льду, отнимать управление как-то не хотелось. — А что там в твоих пророческих книгах написано? — первый шаг отозвался каким-то натужным звуком по всей округе, отчего захотелось бешено завертеть головой и понять грозит ли это чем-то. «— Ну, они не пророческие, — мимо пролетело что-то напоминающее осколок замка, словно из мультфильма «Город героев», — и что бы там ни говорилось, предлагаю двинуть в сторону Лазоря, или где там РадоСвет заседает? Так или иначе нападение будут расследовать. Поэтому рано или поздно там объявится Огнева. Лазарев там и без того ошивается из-за отца. Через него можно будет передать весточку всем остальным». — Разумно. Тогда предлагаю отправиться в Цапфу. Она, считай, над этим всем, и как раз там можно будет укрыться. «— Ты подозрительно спокойный, парень», — разве его сейчас не должно рвать от беспокойства за пока ещё не девушку, что осталась в замке? Это я-то знала, что со всеми буде всё относительно норм, но этот то чего такой… тихий. — Когда я относительно смог прийти в себя после сна, то мне все твои действия показались логичными. Когда же из сада раздался крик Василисы и все эти твои вопли о том, что Астрагор рядом, и он вместе с ней и Ярисом… я почти сорвался туда. Но ты сказал про Миракла, а после и вовсе стену вынесли. Не пойми меня неправильно, но если бы им что-то угрожало, то не думаю, что ты бы просто сидела сложа руки.       Ох, как же в тот момент Фэш был неправ, ой как неправ-то… мне даже стало стыдно, потому что я просто не пошла в сад из-за страха. Я не искала Чаклоша до этого, потому что просто потеряла время действия, не прочитав заранее пару глав и не сориентировавшись. Можно было сейчас сколько угодно говорить о том, что Бронзовый Ключник должен был пасть в эту ночь. Можно было оправдывать себя тем, что он сам решил выступить против злодеев этой истории, но разве тогда меня нельзя причислить к этим самым злодеям, раз я так просто… ничего не сделала?!       Эти мысли накрыли быстро и беспощадно. Аж хотелось вопить в голос от такого. Господи, чёрт, я облажалась…

***

      В Цапфе только и оставалось, что сидеть и ждать. И циклиться на произошедшем. Ярис… не такая яркая фигура, как казалось. Не столь важная жизнь для сюжета, даже, скорее, мешающаяся фигура, потому что на его место тут же пришёл Маар. Не так часто мелькало его имя среди строк… но почему же мне так противно и больно? Ах да, кажется, вместо того, чтобы ринуться в сад и попытаться спасти мальчишку, что был младше меня лет так на пять, я слабохарактерно кинулась прочь, подальше от Астрагора в поисках Огнева? А причина была проста: я могла спрятаться за его спиной. Ссыкливо вытолкнуть его вперёд, чтобы тот просто разобрался со всем дерьмом, что происходило. А ведь мнила себя хладнокровно мыслящей в экстренных ситуациях. Собственный наёб века, получается. И ужасное поведение.       Конечно, то, что старшие должны защищать младших широко известно. И тут можно было бы откреститься тем, что Чаклош мне никто и звать его никак, но ведь это негласное правило так не работает. Широкие военные конфликты это доказывают. Великая Отечественная просто нашпигована такими вот сведениями. Чего уж говорить про сейчас…       Схватиться бы руками за волосы да оттянуть что есть мочи, но не получиться. Телом сейчас заведовал Драгоций, который явно не стремился отдать главенство ровно с того момента, как Огнев выпихнул нас в то странное зеркало. Паренёк либо дураком не был, либо просто ощущал моё состояние и во избежание решил меня отстранить. Собственно, правильное решение. Иначе Данила был бы сильно удивлен другом, который методично бьётся головой о ближайшую стенку. «— Прекрати убиваться», — о, всё же кто-то смог читать моё настроение или что-то в этом роде. «— Ты, видимо, просто не понимаешь. Ярис…» «— Ярис был Бронзовым Ключником. Все, кто ступил на Часовой Круг, были предупреждены о возможных рисках и последствиях. Если для вас это всё была просто сказка, история, что придумана кем-то, то для нас — это далеко не веселая легенда, что ожила в наше время. Духи, что тогда, что сейчас являются проблемой. Точнее, один Дух», — с губ сорвался неутешительный шмешок, огласивший короткую паузу в подсознании парня. «— А как же спасение души?» — глупый вопрос, вытекающий из одного слышанного давно факта. И вот на такое Фэш ничего не успел ответить, потому что наконец в Цапфе появились нужные действующие лица.       Огнева выглядела перепуганной в какой-то степени. В то время, как Ник больше насупленным. Может я ошибалась, так как по их речи данные эмоции вообще не были заметны, но я как-то и не стремилась отслеживать происходящее, отдавая окружение на полный откуп Драгоция, что на удивление не стремился то и покидать реальность. Видимо, что-то сломалось в небесной канцелярии или мои ранние предположения об распространяемых им эманациях, полях, кому как удобно, и попытках их скрыть были провальными. А может причина была далеко не в этом. Да плевать как-то… — Это я сказал, — голос всверлился в виски не хуже бура. Холодный, напыщенный, задевающий высокие тональности, с попыткой показать своё превосходство над другими. И сама позиция говорившего. — Скоро и твой черёд придёт, сереброключник, — и очередное нахальство, буквально пропитавшее каждую букву. Фэш на это что-то ответил, но вот за тело отвечал уже явно не он.       Менялись мы как-то больше интуитивно, или, скорее, по бессловесной мысленной договорённости. Не было каких-то моментов бессознательного состояния и непонимания окружающего. К тому же сейчас, что сейчас можно было не понять? — Твоя болтовня, — наконец и губы стали подчиняться именно моему желанию, — тебя когда-нибудь в могилу сведёт. Слепое раболепство перед Мортиновой станет твоей погибелью, — внутри всё кипело. Как спокойно этот… этот… золотой утырок говорил о смерти даже если не своего друга, но хотя бы человека, что стоял с ним на одной стороне. — Да что ты знаешь? — Марк наконец знакомо оскалился и отвалился от косяка, готовый наброситься. — Госпожа Мортинова… — Расчётливая сука, ищущая выгоду для себя и думающая, как бы поскорее и побольше власти захапать себе. Поэтому, как проститутка, занимает стороны сильных! — Да как ты смеешь?! — буквально взревел парень, но чёткое слово: «Стоп», — со стороны Огневой заставило его остановиться, однако это не остановило меня, так как спустя несколько секунд в челюсть замершего парня прилетел кулак. Драгоцию-то какая разница: дракой больше, дракой меньше. Он привычный, к тому же даже, кажется, это он сейчас большей частью нанёс удар, отчего костяшки не просто ныли, а горели огнем, так как тело Марка больше походило на камень, чем на обычную плоть.       Сзади раздался крик Василисы с Ником, но мне было как-то не до них. Буквально теми же травмированными пальцами я буквально содрала чужой эфер с ЗлатоКлючника, благо стрела, покоящаяся на запястье, помогла. Теперь уже вскрик раздался со стороны так нагло пришедшего парня. — Сволочь, тебя же предупреждали! — успеть схватиться за грудки чужой одежды, пока Ключник ещё пытается отойти от удара. Пальцы правой руки простреливает болью, но это не останавливает от того, чтобы чётко рвануть более высокого соперника чуть вниз, а после с размаху дать лбом куда-то в лицо.       Кажется, окружающих криков на этом моменте становится больше. Но меня больше привлекает услышанный хруст костей или хрящей, а после сдавленный стон. В какой-то момент в бок упирается кончик чужой стрелы, который по чистой случайности ничего не успел рассечь или навести эфер. Поэтому следующий удар уже приходится по запястью, отчего самое опасное сейчас оружие выпадает.       Чьи-то большие для подростков руки оттаскивают всё же нас с Драгоцием (которому и принадлежали первый с третьим ударом) подальше от Ляхтича, который сейчас был не в лучшем состоянии. Кровь из носа заливала ему лицо и неплохо так уже испортила белую рубашку. — Что ты творишь, малец? — этот голос я не узнавала, но явно тот был знаком Фэшу. — Просто давал ему уроки хороших манер, господин Лазарев. — Ты об этом пожалеешь, Драгоций! — Марк вырвался из рук Данилы, глаза которого сейчас походили больше на блюдца. Чужая стрела сверкнула змейкой и снова заняла свое место на руке. Сам же парень поспешил к двери. — Всё нормально, пусть… — но тут у меня в голове что-то щёлкнуло. Настигло осознание. — Нельзя! — не знаю на что больше походил этот крик, но столь резкий перепад в тональности от спокойной речи до крика явно напугал окружающий нас сейчас Орден Дружбы (хотелось сильно выматериться на это) и Константина Лазарева.       Ляхтич, не являясь полным дураком, понял что это значило и бросился вперёд, стремясь уйти. И сложно сказать, что тогда мной двигало и чем это можно было объяснить. Буквально несколько десятков минут назад меня крыло от собственной трусости и просранном шансе спасти, книжного мать вашу, персонажа, а сейчас, видимо, прикрываясь этим же фактом, который, блять, работал в две стороны, я схватила первую попавшуюся под руку деталь, чтобы запустить её вслед убегающему, а после рвануть за ним следом.       Только уже когда она летела, дошло, что таким образом и убить можно, поэтому с замершим сердцем я наблюдала её полет, а после сбилась с дыхания, стоило узреть, как железка ударилась о чужую ляжку (как сейчас я готова была благословить своё отсутствие меткости). Раздавшийся очередной вскрик, а после звук падения звучал, словно награда. Вишенкой на торте послужило то, что на остаточной тяге от бега и падения парень проехался по полу коридора, чтобы вписаться головой прям аккурат в угол. Двойной удар по черепушке явно заставил эту черепушку отключиться, потому что тело прекратило шевелиться, но дышало. Сзади стояла оглушительная тишина. — Грузим его в часолет и валим отсюда нахер. Мортинова по любому рассказала Совету про Дыхание Времени. А подать это можно, как угодно. Вы же про это хотели рассказать, господин Лазарев?       Орден Дружбы был шокирован, как и сам мастер. Правая рука же заметно дрожала, кисть и пальцы постепенно начали ощутимо опухать…