Все баристы громкие дятлы

      — В институте многие преподаватели слишком предвзято ко мне относятся, — Миша залип в кружку с чаем, а его тёмные волосы спали к низу, закрывая лицо, — им не нравятся мои волосы и то, что я часто вступаю в спор с кем-то. Причём спокойно, а они, блять, делают вид, что я начинаю кричать и материть их.       — Они советской закалки и воспитаны по-другому, — Лиза пожимает плечами, отпивая свой чай. — Слушай, Миш.       — Ась? — Цыркунов поднял голову и его волосы забавно упали на лицо, из-за чего парень быстрым движением руки убрал их назад.       — Зачем ты пришёл? — Лиза сводит брови к переносице, а её пальцы крепче сжимают кружку. — В плане, я рада. Но почему именно сейчас?       — А-а, — протягивает Миша, слегка запрокинув голову назад. Парень облокачивается о стену, смотря в столешницу и скрестив руки на груди. — Даня попросил.       — Что? — вкрадчиво переспрашивает девушка, нахмурившись сильнее.       — Я Кашина, мягко говоря, не очень люблю, но типа, — Миша поднял взгляд на подругу, пальцем проведя по столешнице, — он мне написал по поводу тебя. То, что сейчас есть возможность как-то поднять тебе настроение и то, что ты одна, так что да.       — То есть, если бы не Кашин, ты бы ко мне не подошёл и продолжал бы делать вид, что мы не знакомы?       — Почему же? Мне просто нужен был толчок. Который помог бы мне, — Миша неловко поежился под взглядом подруги и так же неловко усмехнулся. — Этим толчком был Кашин. Между вами что-то есть?       Лиза отрицательно помотала головой.       — Ничего, — девушка пожала плечами, улыбнувшись и отпив чая. — Пошли погуляем?       — Там холодно, Лиз, — Цыркунов тянет слова и лениво улыбается, издавая какие-то непонятные звуки ртом.       — Миша! — Лиза улыбается шире, перегибаясь через стол и аккуратно ухватывая ладони Миши, что были положены на столешницу. — Пожалуйста, Миш. По берегу, с бутылкой вина, как обычно.       Парень выгибает одну бровь, усмехается на одну сторону и сжимает руки Лизы в ответ. Не по-дружески, а словно уберегая от чего-то младшую сестру — таким незаметным, но любящим жестом.       — Ладно, одевайся, — Цыркунов любит упираться, чтобы потом его выбор всё решал. Немного эгоизма Мише никогда не мешало и он этим активно пользовался.       — Спасибо, Миш, — Лиза доли секунды смотрит в глаза друга, следом срываясь в комнату, чтобы набросить на себя что-то тёплое.       Вещи летят с полок, ибо порядка в шкафу никогда не было и другим способом одежду не найдешь. Все было забито неаккуратно и вперемешку, поэтому девушка не боясь сделать что-то хуже просто застилала пол кучами ткани быстрыми и резкими движениями, изредка смотря, что же все-таки вылетает.       — Какого?.. — Лиза замечает худи знакомого военного раскраса с надписью «JORDAN» на груди и рвано выдыхает, поднимая вещь и аккуратным движением поднося к лицу, чтобы уловить такой любимый и знакомый запах.       Девушка и забыла, что на день новоселья анимешница с разбитым носом рассеяно оставила свою вещь, на следующий день сказав, что Лиза может оставить худи себе.       Восемнадцатое августа. Невесомый диалог между двумя работающими в соседних ларьках.       — Я худи оставил у вас, — Кашин медленно подходит к Лизе, доставая сигарету и наблюдая за тем, как яркое летнее солнце освещало её лицо с лукавыми, ярко-зелёными глазами.       — Ай, потом заберешь, — девушка улыбается слишком искренне, она слишком жизнерадостна и слишком влюбляет в себя. Сложно не привлекать к себе внимание, когда ты плюешь на стандарты людей и поступаешь так, как считаешь нужным.       — Похуй, оставляй себе, — Данила улыбается, мимолетно окинув Лизу взглядом и уставившись в пол, попутно подкуривая сигарету.       Лиза улыбается, но выходит слишком натянуто. Кофта за месяц в шкафу утратила запах старого владельца и отдавала лишь пылью и парфюмом девушки.       — Лиз, ты долго еще?       — Минуту, Миш!       Девять дней.       Треск в голове до жути неприятен и создаёт ощущение, что череп раскалывается на тысячи маленьких частей. Рука тянется за водой, но жидкость в бутылке беспощадно закончилась.       — Блять, — Лиза не имеет желания открывать глаза, ибо понимает, что комната залита светом из-за отсутствия штор. Солнце лишь усилит головную боль.       Прямо в ладонь Лизы торопливым движением помещается холодный стакан с не менее холодной водой, что так спасла бы сейчас девушку.       — Спасибо, Свет, — девушка морщится и маленькими глотками начинает пить такую желаемую жидкость. Лиза буквально чувствовала, как холод растекается по её горлу и попадает в желудок.       — Всегда пожалуйста, — разносится мужской голос, из-за чего в комнате на миг повисло напряжение.       Лиза медленно открывает глаза, боясь света, но тут же осознает, что комната в безопасном полумраке. Напротив кровати на стуле худощавой и угловатой тушей сидел Кашин, смотря на девушку как родитель, который застал своего ребенка с похмелья.       — Дань, что, блять? — Лиза присаживается на кровать, из-за чего матрас громко скрипнул, прерывая тишину.       Кашин молчит, медленно выдыхает воздух в этой маленькой комнате и отводит взгляд на окно, которое было кое-как завешано пледом Лизы.       — Спасибо, — тихо, со смущением произносит девушка, смотря в окно. Завешивать пледом она его никогда не додумывалась.       — Не пей дохуя больше, пожалуйста, — Даня хмурит брови, вновь посмотрев на Лизу. Она же посмотреть на него в ответ боялась.       Лиза пошла гулять с Мишей. Они купили бутылку вина. Потом ещё одну. Потом со Светой и бутылкой розового шампанского Лиза поехала в караоке-бар со словами: «чисто по фану», а потом словно все в пропасть.       — Четыре утра. Ты мне звонишь со словами, какой я охуенный, — Кашин молча принимает стакан воды от девушки, сам делает глоток и ставит посуду на стол рядом, — я тебя спрашиваю, всё ли хорошо, ты говоришь, что сидишь около какого-то ебанного караоке-бара и не хочешь идти к Свете.       Лиза осмеливается посмотреть на Данилу, но, встретившись с ним взглядом, сразу же краснеет от стыда. Хочется принести бесконечное число извинений, но это будет явно лишним и настрой Кашина до конца не понятен.       — Ты еле как читаешь вывеску с названием и я собираюсь в ебаных четыре утра ехать за тобой. Забираю тебя, тебе же в панике звонит Света, ты берёшь трубку и говоришь, что едешь домой с каким-то парнем, — Даня подает корпус тела немного вперёд, ставит локти на колени и начинает улыбаться, — Турбина, соответственно, в ахуе. Мне пришлось взять трубку и всё объяснить. Самое главное, она не могла меня вспомнить ровно до того момента, пока я ей не сказал, что я жил с парнем её бывшей подруги.       Лиза улыбается, но улыбка выходит жуткой.       — Я довёз тебя до дома и ты попросила остаться с тобой, — Кашин, казалось, закончил рассказ, но сделав ещё глоток воды продолжил. — Ты, блять, постоянно вертелась во сне и стонала, что у тебя болит голова, пока свет ебашил в блядскую комнату. Мне пришлось позаимствовать у тебя плед и завесить им окно. Потом воду тебе начал таскать.       — Извини, — Лиза укутывается в одеяло, падая обратно в кровать.       — Всё хорошо, правда. Просто, блять, не пей так дохуя, — Даня пожимает плечами и облокачивается обратно о стену, сонливо потирая рукой глаза, словно маленький ребёнок.       — Ты спал?       — Когда?       — Сегодня.       — Я про то, когда бы я успел?       Лиза вяло встаёт с кровати и подходит к Даниле, взяв его за руку и потянув в кровать.       — Никаких пошлых намеков, но давай поспим, — девушка улыбается, а Кашин, забыв про головные боли девушки, сгребает её в охапку и падает в кровать, укутывая Лизу в одеяло.       — Даня! Голова! — голова и правду взорвалась, но комнату пронзил звонкий девичий смех.       — Тш, — Данила сипло издает подобие смеха, но в итоге обнимает девушку, что напоминала гусеницу из-за одеяла, утыкается ей носом в затылок и замолкает.       Лиза же впервые за долгое время почувствовала какое-то моральное удовлетворение.       Восемь дней.       Вчера Даня ушёл вечером после того, как он с Лизой поспал и следом выпил кофе.       Девушке стало слишком одиноко спать на кровати, поэтому она обнимала кусок одеяла, пытаясь заснуть на этом жестком и скрипучем матрасе.       Пары вчера так же были посланы из-за алкоголя, выпитого накануне. Какой идиот пойдёт на учебу, когда у него похмелье и дорогой человек рядом?       Наверное, Лиза должна была стать более уверенная после вчерашнего дня, но сколько она не пыталась поднять телефон, чтобы написать Дане или позвонить, она не могла. Ей было то ли стыдно, то ли она боялась лишний раз навязываться.       Кажется, этой девушке надо запретить думать о подобном.       Поэтому сегодня после пар Лиза пошла домой и, зайдя в свою комнату, у неё за долгое время появилось желание убрать все вещи в шкаф.       Не запихать, а сложить в стопки и аккуратно положить на полки.       Семь дней.       Пятница. Почти конец недели.       Лиза выскакивает из института, накидывая капюшон на голову из-за слегка моросящего дождя.       — Пиздец, ну всё с тобой ясно! — фраза звучит слишком наигранно, и по голосу слышно, что человек в этот момент улыбается.       Девушка вертит головой в поисках звука, но разворачивается назад и замечает знакомую высокую фигуру, как всегда всю в чёрном и со светлой макушкой.       — Ты выглядишь как маньяк, — Лиза глупо улыбается.       Даня вообще был предметом её радости и улыбок. Даже если он нёс полный бред, Лиза любила ему улыбаться и не важно, как это выглядело со стороны.       — Привет, — Кашин расставляет руки в стороны и впускает в свои объятия девушку, наклонившись к ней и поцеловав в затылок.       — Ты стал более свободным или более актёром?       — Что?       — Ну, то, что ты резко решил приехать сюда сам. У тебя появилось меньше дел или ты решил сыграть влюблённого чувака? — Лиза улыбаясь поджимает губы, смотря снизу в глаза Кашина.       — Блять, Лиз, почему сыграть? Вот серьёзно, всё с тобой ясно, — театрально, исковерканным голосом причитает Даня, закатывая глаза. Сделав паузу и успокоившись, он продолжает, попутно выпуская Лизу из объятий. — Время не то чтобы появилось, его мало осталось.       — Чёрт, извини, — Лиза чувствует, как её ладонь берут в руку и как пара начинает двигаться вперед по тротуару,       — Блять, Лиз, хватит извиняться. Лучше бы спасибо говорила. Люди обычно говорят «спасибо», а не «извини», — Кашин издаёт смешок, свободной рукой поправив волосы. — Вообще, сейчас обед и «трава» забита по-любому.       Даня задумчиво уставляется в циферблат часов на руке. В обед всегда кафе было загружено, особенно со скидками на «бизнес-ланч».       — Предлагаю знаешь что? А вот не знаешь, — Кашин убирает руку в карман, смотря на Лизу. — Пошли до меня и закажем что-нибудь из «травы» и по пути захватим что-нибудь в пиццерии, которая на перекрестке тут.       — Без проблем, — Лиза улыбается, вдыхая освежающий запах улицы.