Секреты

[19 октября 2009 года] Майк устало откинул волосы со лба в уже, кажется, сотый раз с тех пор, как несколько часов назад сел за компьютер. Дело продвигалось медленно, и лицо его было расстроенным: в том, что день не задался, он винил самого себя. Казалось, что все идет не так, и что бы он ни придумывал, ничего не помогало. Размышляя над сегодняшним спором с Брэдом по поводу треков, он взглянул на его гитару, стоявшую в углу: Брэд, выходя в гневе из студии, забыл ее здесь. Мне надо ему позвонить. Прошло уже несколько часов, мы оба, вероятно, успокоились, и можем все обговорить. Нельзя же продолжать ругаться в том же духе. Обычно, в присутствии других парней, они ссорились между собой просто как члены группы, но в последнее время, когда Майк и Брэд оставались наедине, их перепалки стали более личными. Они переходили от музыкальных несогласий к личным, и чаще всего это было связано с тем, как Брэд третировал Честера. Майк вздохнул, снова провел рукой по волосам, запустил пальцы в длинные пряди, поставил локоть на стол и оперся головой о ладонь. Брэд ошибается. С альбомом возникают проблемы вовсе не только потому, что Честер часто уезжает. Дело в новых идеях, я слышу, что там есть такие вещи, к которым я не знаю, как подступиться: мне кажется, что я уже во всем разобрался, а потом передумываю, а Брэд теряет терпение. Черт, нет, это я теряю терпение. Я думал, к этому моменту у нас уже будет больше текстов. Он помассировал голову пальцами, пытаясь снять напряжение и стимулировать мозговую деятельность. Он отгонял от себя мысль, что все идет не так из-за того, что тут нет Честера. Они часами висели на телефоне, перебирая слова, и иногда дело шло так легко, будто Честер сидел напротив него в студии. А выдавались и такие вечера, когда они ничего толком не могли сделать и в итоге только рассказывали друг другу всякие истории и смеялись… но Майк ни на что не променял бы ни один из них, даже учитывая, что они с Брэдом поругались сегодня по поводу нехватки четкого направления в текстах. Майк кликнул по треку, над которым они работали до того, как Брэд ушел, и звуки синтезированного органа наполнили динамики. Было готово чуть больше половины трека, так что Майку трудно было понять, почему Брэд так расстроен. По большей части, его аргументы вертелись вокруг того, что Честер в отъезде, и тексту не хватает цельности, но у Майка было подозрение, что причина в том, что на некоторых треках маловато гитары. Она туда просто не вписывалась. Если мы пытаемся сделать что-то другое, если всякий раз, когда мы пишем музыку, мы стараемся избегать старых приемов, тогда использование электроники имеет смысл. Я не знаю, почему он так ополчился на меня. Майк прослушал трек еще раз, и негодование возросло. Брэд неправ. Он почти закончен. Гитары маловато, но это нормально. Не все же должно крутиться вокруг Брэда. Подними меня, отпусти. Пусть все останется внизу. В том, как звучал голос Честера в этих словах, было что-то, что смущало Майка, хотя строки рифмовались. Но это было невозможно исправить в отсутствие вокалиста в студии, без возможности обмениваться словами и идеями. Пришлось отложить трек до завтра, когда они встретятся. Он устал работать над треком один, а кроме того, он знал, что нужно связаться с Брэдом до ужина, пока он не погрузился в семейные дела. У них было достаточно времени, чтобы переварить дневной спор. Устало мотнув головой, Майк потянулся к телефону. Ему надо было все уладить с Брэдом, он не хотел, чтобы они так и злились друг на друга весь день. Но, когда он уже собирался набрать номер гитариста, на экране появилось уведомление. 5:34 PM Пожалуйста? Ты большинство песен не слышал живьем. Я прослежу, чтобы Райан вел себя хорошо. Майк прочитал сообщение от Честера, и палец его застыл над экраном. Dead By Sunrise сегодня выступали в The Roxy, и Честер практически умолял Майка прийти на концерт. Сейчас, после такого неудачного дня, он не мог представить себе, как выдержит зрелище Честера и Райана на одной сцене. 5:35 PM Вряд ли. Я весь день проработал, вымотался. А еще я обещал Анне, что мы сегодня вместе поужинаем. Я слишком много работал. Прости. Ответ пришел не сразу, и сердце Майка пропустило удар. Он злится. Теперь на меня злятся и Брэд, и Честер. Через пару минут, исполненных беспокойства, Майк хотел уже было послать еще одно сообщение, когда пришел ответ. 5:37 PM Но я скучаю по тебе. Увидев сообщение, Майк почувствовал, как сердце сжалось. Я тоже скучаю по тебе, Чез. Сочинять гораздо труднее, когда тебя нет рядом. Он подумал о треке, который сейчас слушал, потом посмотрел на блокнот на рабочем столе, где преобладали вычеркнутые строки. Он закрыл глаза. На него снова навалилась усталость. Он не знал, что сказать. Если честно, ему хотелось увидеть Честера, но, если к его настроению добавить еще и Райана, это будет чересчур. Все, что ему сейчас было нужно, - стакан вина. Если он сумеет объяснить Честеру, почему не придет, то потом выпьет стакан вина, приятно проведет ужин с семьей… Он решительно взглянул на телефон. Честер бывал упрямым, и Майк знал, что придется быть прямолинейным. 5:40 PM Сегодня не могу. Кроме того, мы все завтра завтракаем вместе, это же совсем скоро. Просто позвони мне сегодня, когда вернешься. Буду ждать. 5:41 PM Еще целых 15 часов? :( 5:41 PM Ты сможешь. Я в тебя верю ;) Хорошего концерта, свяжемся позже. 5:42 PM Ладно Он сам не замечал слабую победную улыбку на своем лице, пока набирал номер Брэда. Одна проблема решена. Теперь от стакана вина его отделяет еще одна. - Привет, чувак, послушай… Майк прервал его: - Брэд, я позвонил, чтобы извиниться. Последовала пауза, а потом раздался легкий смех гитариста, и Майк нерешительно улыбнулся. - Я не хочу, чтобы мы так ругались, как сегодня, Брэд. Я очень стараюсь, честное слово. Мы с Чезом беседуем почти каждую ночь, работаем над текстами. Я стараюсь сделать так, чтобы мы держались правильного пути. Когда ты сегодня ушел, у меня было ощущение, что меня… разгромили. Было чувство, что была какая-то битва без правил, знаешь? – Он сделал паузу, подождал, потом решил честно признать: - Мне жаль. Мне жаль, что мы не очень-то продвигаемся вперед. – Вот. Не один я во всем виноват, но я беру вину на себя. Нам нужно ладить друг с другом, только так мы закончим альбом. На смену довольному смеху пришел глубокий вздох. - Извини, что я наорал на тебя, Майк. Особенно по поводу него. Я не должен вываливать на тебя свое недовольство Честером. - Да, мне бы не хотелось, чтобы ты так делал, - осторожно согласился Майк. При упоминании Честера возникло легкое напряжение, оно ощущалось даже при телефонном разговоре. Между ними тремя было что-то трудноопределимое, что-то, из-за чего у Майка складывалось ощущение, что он должен защищать Честера от Брэда. Он знал, что до какой-то степени это была ревность, потому что при написании текстов Майк в значительной мере опирался на Честера. До того, как Честер пришел в группу, Майк, когда испытывал трудности, всегда озвучивал идеи Брэду, а теперь Брэд обычно подключался тогда, когда текст был, по большей части, готов. Он слушал, что придумали Майк и Честер, и, опираясь на их идеи, сочинял гитарные партии. Хотя они с Брэдом были лучшими друзьями со времен средней школы, Майк был уверен, что причина, по которой гитаристу так часто изменяло терпение в отношении вокалиста, была в том количестве времени, которое он проводил с последним. У тебя был шанс стать для меня главным, Делсон. Но ты не захотел им воспользоваться. - У меня просто… ощущение, что ты сейчас очень многое извиняешь Честеру, - осторожно сказал Брэд ровным голосом. – Судя по расписанию, у них на следующей неделе, в основном, местные концерты, так что, полагаю, вы с ним уже запланировали посочинять что-то вместе, лицом к лицу, верно? - Конечно. Он точно придет ко мне завтра, кое-что из этого мы даже попробуем записать. - Что вы собираетесь записывать? У вас же еще ничего не закончено, - скептически спросил Брэд. - Думаю, Meadowlands близка к завершению. Там, по большей части, закончена электронная часть, но я не могу ее сводить, пока не записан его вокал. А потом тебе будет над чем поработать. Партия Роба уже готова. Думаю, эта песня ближе всего к завершению. Она и тот трек, над которым мы с тобой работали… Повисла очередная долгая пауза, потом Брэд тихо спросил: - Майк. Насколько ты уверен, что мы успеем до дедлайна в июне? У нас был простой в девять месяцев, и я даже не уверен, что у нас есть четкое направление по этому альбому. Я не пытаюсь сейчас вести себя, как козел, я просто очень нервничаю. Мы должны выпустить альбом вовремя, а это только первая готовая песня. Мы не можем промахнуться с ним. - Я знаю, знаю, Брэд. – Голос Майка снова зазвучал расстроенно, и он снова провел рукой по волосам. Он запустил в них длинные пальцы, откинул их назад и вздохнул. – Тебе придется мне довериться. Ты знаешь меня дольше всех. Ты знаешь, что я сделаю все, чтобы мы его закончили. Ты же знаешь меня, - сказал он снова. - Да, я знаю тебя.. – голос Брэда умолк, и он прочистил горло. – Но какой ценой все это произойдет? А если тебе придется попросить Честера никуда не ездить? Майк тревожно сглотнул и задумался. Смог ли бы он сказать Честеру, чтобы он оставил свой проект, свое детище, если бы у Linkin Park начались серьезные неприятности? Он не был уверен, и сначала не нашелся, что сказать. - Просто помни: Честер обещал, что его новый проект ничему не помешает, - напомнил ему Брэд, нарушая тишину. - Я знаю, - согласился Майк, и, когда он осознал, что именно сказал, плечи его опустились. Ему не хотелось быть тем, кто скажет Честеру, что Dead By Sunrise компрометирует группу. Казалось, что такой вопрос надо выносить на собрание группы, а Брэд пытался возложить это на него. – Если понадобится, я приму участие в обсуждении этого вопроса, - твердо сказал он. – Один я это делать не буду. - Хорошо, если ты будешь на нашей стороне, Майк. Слова Брэда повисли в воздухе, будто вызов. Конечно, Майк был на их стороне, они все заодно, не правда ли? Ему было непонятно, почему Брэд пытается выставить ситуацию такой, будто есть какие-то разные стороны, которые надо принимать. Не настолько уж сильно я его защищаю, разве нет? После того, как они попрощались, Майк еще несколько минут сидел, пролистывая незаконченные треки, которые были у них для следующего альбома. И правда, настало время сосредоточиться и взяться за дело всерьез. Какое бы направление ни принял альбом, оно будет определяться тем, как все эти треки будут сочетаться друг с другом… и на этот раз Майк не был уверен, что знает, каким образом разрулится вся ситуация. ********** Была очередь Майка читать Отису перед сном: он больше всего дорожил теми вечерними минутами, когда в детской малыш забирался к нему на колени, прижимаясь к нему маленьким тельцем. Анна отнесла винные стаканы в спальню и ждала его, пока тот готовил сына ко сну. - Если дать коту кексик… - Майк вытянул руку с книгой перед Отисом, читая и указывая на картинки. Книжка была глупой, но при этом они больше всего любили читать именно ее, особенно в тот момент, когда Майк восклицал: «Динозавры! Рррр!», к восторгу сына. Пока он читал, Отис обычно касался картинок тонким пальчиком, снова и снова спрашивая: «Что это?», пока Майк не объяснял ему все, что только было нарисовано в книге. Это стало частью их ритуала перед сном: книгу, которую можно было прочесть за пять минут, они растягивали на полчаса. Эти спокойные мгновения, когда Майк ощущал, как сын прижимается к груди, видел, как тот слушает, буквально впитывая в себя его голос, были так дороги ему, что он и представить себе не мог такого до его рождения. Ему не хотелось укладывать его в кроватку и желать спокойной ночи, но пора было спать, и Отис уже начал тереть кулачком глаза. - Спать хочешь, да, парень? – мягко спросил Майк, встал, держа Отиса на руках, и подошел к полке, чтобы поставить на место книгу, которую они только что прочитали. Две полные ручки обнимали его за шею, Майк чмокнул Отиса в висок и поднес его к кровати. Улыбающийся, мастерски нарисованный тукан смотрел Майку в глаза, пока он укладывал малыша, и он ощутил мир и покой этой комнаты, почувствовал, как ему тепло и комфортно после вина, которое он пригубил за ужином. - Доброй ночи, Отис. Сладких снов. – Отис тут же прикрыл глаза и сунул большой палец в рот, хотя они и пытались отучить его от этой привычки. Майк постоял рядом, поражаясь тому, что его сын так быстро заснул, в то время как ему самому было трудно отключить мозг, чтобы в достаточной мере расслабиться и уснуть. Ну хоть это он от меня не унаследовал. Он посмотрел на тукана. Присмотри за ним сегодня, Честер. Проследи, чтобы у моего мальчика все было хорошо. Он тихо закрыл дверь и прошел в спальню дальше по коридору. Майк собирался допить вино и немного расслабиться перед звонком Честера: они должны были работать над текстами до полуночи. В последнее время Честер был главной причиной, по которой он не высыпался. Это было похоже на то, когда они вместе были в туре, только на сей раз разговоры он вел, находясь в уюте собственного дома. Сердце его было полно предвкушения, и тут, заходя в спальню, он увидел Анну, которая уже лежала в постели. Солнце еще не опустилось за горизонт, и небо за окном спальни было оранжевым. Было еще рано. - Он спит? – Анна подняла взгляд от книги, которую читала в кровати. На плечи ее было накинуто вязаное покрывало, на носу были очки. У нее был очаровательно прилежный вид, при этом в другой руке она держала стакан красного вина. - Да, уснул без проблем, - пробормотал Майк, стянул рубашку, откинул одеяло. Он протянул руку за стаканом вина, который Анна оставила на его прикроватном столике. – Что ты читаешь? Анна вложила закладку, закрыла книгу и потянулась, чтобы бросить ее на столик. Очки она тоже сняла и положила их на книгу. - Да так, легкое чтиво. - О, очередную книгу Николаса Спаркса? – поддразнил Майк, оперся на спинку и пододвинулся поближе. – Я думал, ты читаешь литературу посерьезнее. – Он погладил локон на ее затылке, оставил там нежный поцелуй, глубоко вдыхая ее аромат и ощущая под губами ее кожу, мягкую, как лепесток. - Иногда мне нужно отвлечься, - прошептала она, повернулась к Майку, улеглась на подушку и подняла на него взгляд. Он провел ладонью по ее животу, лениво вырисовывая круги. – Какие у тебя планы на завтра? Опять в студии? - В 8.30 завтракаем с парнями, а потом поработаю в студии, но не знаю, все мы соберемся там или только я и Честер. Мы давно не собирались все вместе, так что все это может затянуться на весь день. Он без труда заметил тень разочарования, мелькнувшую в глазах Анны, и вздохнул, опуская руку. Они столько раз это обсуждали, этот хрупкий баланс между работой и домом, и в какой-то момент это привело Анну в такое смятение, что она задалась вопросом, способна ли она вообще быть женой эмси из Linkin Park. - Этот альбом тяжелый, Анна. Мне жаль, что он отнимает столько времени. Я до сих пор не очень уверен, куда он нас заведет, а мы уже запаздываем на шесть месяцев… - Он замолчал, не зная, что еще сказать, и тут она взглянула на него. Казалось, весь этот день для него состоял из одних извинений. На мгновение их глаза встретились, Анна перевела пристальный взгляд на его губы. - Вы хоть что-нибудь закончили? Ему показалось, что он снова говорит с Брэдом. Нахмурившись, Майк снова отпил вина. - Там достаточно материала, который близок к завершению. Как бы то ни было, я не хочу об этом больше говорить. Не день, а одно расстройство. Хочу просто наслаждаться вином вместе с тобой и отдыхать. Анна кивнула с легкой улыбкой. - С этим я могу тебе помочь. Она снова отпила из стакана, и Майк наблюдал, как красное вино оставляет след на ее губах. Казалось, она испытывает такое же облегчение, как и он, от того, что они перестали говорить о работе и просто наслаждаются обществом друг друга. Солнце садилось за окнами, в комнате понемногу темнело, а они сидели в уютной тишине. К тому моменту, как стакан Майка опустел, Анна включила маленькую лампу у кровати, при свете которой читала по вечерам, и их окутало мягким свечением, тогда как остальная комната отступила в тень. Она протянула руку, взяла стакан Майка, поставила рядом со своим на стол, а потом повернулась к нему. Майк снова заметил, что она созерцает его губы, а потом проводит кончиком языка по своим: этого оказалось достаточно, чтобы он склонился к ней и мягко припал к ее рту. Хоть за что-то сейчас ему не надо было извиняться, и это был поцелуй. Он был теплым, нежным, со вкусом вина, которое они пили; Анна льнула к нему всем телом, намек ее был ясен, и Майк ощутил, как напряжение, скопившееся за день, рассеивается. Он почувствовал, как она запускает пальцы ему в волосы, и по спине пробежали мурашки. С тех пор, как он чуть отпустил волосы, Анна обнаружила, что ему нравится, когда она за них тянет: после стольких лет брака это стало свежим открытием. От одного ощущения ее тонких пальцев в волосах все внутри задрожало в предвкушении. Внезапно мысли об альбоме и Честере покинули его, и он думал только о том, как сделать так, чтобы им обоим было хорошо. Он почувствовал, как Анна мягко тянет его за волосы, углубил поцелуй, навис над ней и запустил ладони под ее футболку, проводя пальцами по коже и груди. Он долго ласкал каждый дюйм ее кожи, целуя шею, прислушиваясь к ее страстным выдохам. Они хорошо изучили тела друг друга, и к тому моменту, как оба избавились от одежды и Майк спустился поцелуями к ее животу, он знал, что она уже готова принять его, жаждет ощутить его внутри и получить разрядку. Поэтому, когда он уже собирался слиться с ней, а она его остановила, его это удивило. - Подожди. Она выдохнула это еле слышно, Майк, уже коснувшись соблазнительного влажного тепла, с трудом заставил себя остановиться. С благоговейным трепетом он наблюдал, как жена, улыбнувшись ему, перевернулась на живот – ему даже не пришлось просить об этом, - и развела ноги: зрелище было потрясающим. Придерживая ее одной рукой за бедро, он, не мешкая, взял ее сзади, и вот уже их тела слились воедино, и он ощутил, как его окутывает ее тугое тепло. - Черт.. Анна, - простонал он, крепко держа ее за бедро, а другой рукой лаская ей спину. – Черт. - Я так люблю, когда ты так говоришь, - выдохнула она, толкаясь ему навстречу. Он прошептал ей это слово еще раз прямо на ухо, четко проговаривая его, и тело ее напряглось, когда она услышала то, что так жаждала сорвать с его губ. Он знал, кругообразными движениями лаская ее и ощущая, как ее тело содрогается вокруг него, что скоро все закончится. Она была близка к финишу, как и он, но, как и всегда, ему хотелось, чтобы она кончила раньше. Удовлетворить ее было чем-то вроде его личной миссии, тем более что именно она проявила инициативу к близости: она весь день жаждала его прикосновений. Когда он осознал, что в последнее время проводил слишком много времени в студии, а не с Анной, на мгновение ему стало стыдно. Даже в такой интимный момент работа прокрадывалась в его мысли. Он знал, что ей его не хватало, знал, что был менее внимателен к ней, чем следовало бы. Осыпая поцелуями ее плечи, толкаясь в нее, он повторял про себя, как заведенный: «Прости меня», и ему так хотелось, чтобы она почувствовала это его послание – не через слова, так через действия. Он ощутил, как ее тело напрягается все сильнее, и вот, сжав простыни в кулаках, выгнув спину, она кончила с его именем на губах. Он крепко вжимался в нее бедрами, толкаясь в нее, пока она растворялась в оргазме, наслаждаясь тем, как она сжимается вокруг него, и отбросил в сторону чувство вины, снедавшее его, чтобы тоже получить разрядку. В какое-то мгновение он опустился на нее, выбившись из сил, пригвоздив ее бедра к матрасу, и они оба перекатились на бок, прижимаясь друг к другу, как две ложки, и он все еще был у нее глубоко внутри, наслаждаясь единением с ней. - Я люблю тебя, - прошептал он, поглаживая ее предплечье. Без колебаний она ответила: - Я тоже люблю тебя, - протянула руку, перехватила его ладонь, переплела их пальцы, обвила себя его рукой. – Может, нам уехать куда-нибудь в ближайшее время вдвоем. Мои родители могут забрать Отиса, а ты – отдохнуть от студии. Мы можем поехать в горы, - с надеждой предложила она. Эйфория от близости улетучилась почти сразу, как только Майк задумался о работе, и он проговорил: - Не думаю, что могу сейчас выкроить время, милая. – На мгновение он ощутил, как Анна напряглась, затем отстранилась. Она повернулась к нему лицом, глаза ее в слабом свете настольной лампы были полны тревоги, между ними повисла какая-то неприятная неловкость. - Правда, Майк? Тебе не кажется, что ты можешь найти несколько дней на то, чтобы уехать куда-нибудь со мной? Когда же я снова смогу почувствовать, что ты мой муж? – Голос ее был мягким, но он чувствовал, что ей больно. Несмотря на желание защищаться, зашевелившееся где-то внутри, Майк пробормотал: - Прости. Весь день только и делаю, что прошу прощения. Ничего не могу сделать, как надо. - Я не хотел все так усложнять… Мне просто… надо так много всего сделать, а Честер уехал, и из-за этого работать гораздо сложнее. – Анна вздохнула, и Майк замолчал. - Честер. – Его имя повисло между ними, потом она продолжила: - Почему Честер считает нормальным уехать и заняться чем-то еще вне группы, а ты не можешь сделать того же? Она еще ни разу не предъявляла ему такого аргумента, и Майк на мгновение потерял дар речи. Она была права, хотелось ему признавать это или нет. То, чем был занят Честер, в конечном итоге привело к перерыву с Linkin Park, и Майк даже не задумывался об этом, пока она не подняла эту тему, разрушив все удовольствие после их близости. - Я… я не знаю, - честно сказал он и сел, свесив ноги с края кровати. Ему не хотелось думать об этом сейчас. Какое-то время он сидел, вцепившись в край кровати и пытаясь придумать, как же сделать так, чтобы слова Анны не оказались правдой, и голова у него шла кругом. На ум не приходило ни единого аргумента, он вздохнул, встал и направился в ванную. - Пойду в душ, - вот и все, что он смог сказать. Анна наблюдала за тем, как он уходит и закрывает дверь, легла на бок, отвернувшись от майковской стороны кровати. Стаканы из-под вина, стоявшие на столе, словно насмехались над ней: такая романтика! - и она, сморгнув слезы, выключила лампу. Все, чего ей хотелось, это провести несколько дней наедине с Майком. Казалось, она просит не так уж много, и, хоть он и был загружен в последнее время, она была уверена, что он согласится. Теперь же, хоть они и не ссорились, ее чувства были задеты. Майк просто взял и ушел, и Анне становилось еще хуже при мысли о том, что спать он ляжет еще нескоро, потому что Честер еще не позвонил ему. Она еще не спала, когда Майк вышел из ванной, и слышала, как тихо он ходит по комнате, открывая комод и доставая чистые боксеры и футболку. Она уже собиралась позвать его обратно в постель, как вдруг услышала вибрацию его мобильного. Он тихо ответил: - Привет, Чез… секунду, ладно? Я пройду в студию, чтобы никого не разбудить. Анна слышала, как он закрывает дверь в спальню, и лежала, прислушиваясь к заполнившему их комнату молчанию, а Майк тем временем тихонько шел по коридору, чтобы поговорить с Честером в тишине и спокойствии, как делал это каждую ночь.