Секреты

[14 февраля 2012 года] Майк уже сидел за пультом, вовсю кликая по экрану компьютера, когда Честер, опоздав на пятнадцать минут, танцующим шагом вошел в студию. - Сегодня у меня готова лирика к песне, - этими словами Майк радостно встретил Честера. Он был в приподнятом настроении. Вокалист снял куртку, улыбнулся. Они снова были в сочетающейся по цвету одежде. В последнее время это случалось все чаще. Серый верх, черные брюки. – Вот тут, в этой хреновине! - Не лирика, а Лириклес, - произнес в ответ Честер, бросая куртку на стул. – Так тебя могли бы звать по-гречески. Лириклес. Захихикав в ответ на высказывание Честера, Майк склонился над клавиатурой, со смехом выговорил: - Лириклес… - Он попытался было кликнуть мышкой, но смех был сильнее его. – Чувак, это потрясающе. Лириклес. Честер плюхнулся на стул, просматривая текст, который Майк распечатал на сегодня. После того, как тот успокоился, они прошлись по некоторым фразам, Честер кое-что погуглил, а потом принялся наигрывать на пианино, пока Майк работал. Честер знал, что он его только отвлекает, и работать они собирались лишь до середины дня. Если им и предстояло что-то записать в тот день, нужно было просто предоставить Майку возможность сделать свое дело. Тем не менее, несколько минут спустя Майк окликнул его. - Хэй, посмотри-ка сюда. Я это не буду петь, но просто посмотри, скажи, что ты об этом думаешь. Пока Честер просматривал слова, Майк встал, потянулся и огляделся, чтобы увидеть, чем заняты остальные. Брэд подошел, уселся на место Майка, нагнулся и вместе с Честером принялся просматривать текст. Майк воспринял утрату места как возможность немного пройтись, отправился туда, где Дэйв возился с ритм-треками для песни, и заглянул ему через плечо. - Вроде неплохо. Почти готово, надо только доработать вместе с Брэдом, и можно будет подключать Честера. Майк направился обратно к компьютеру, и их с Честером взгляды встретились. Честер тут же сориентировался, встал, переместился на диван и, попутно прихватив себе пончик, сказал: - Хорошо звучит, чувак. Мне нравится эта строчка: «Потерялся в пылающем зареве». Мне всегда она нравилась. Майк уселся рядом с Брэдом, который как раз указывал ему на пару слов, которые ему не понравились, и тут Дэйв нарушил его радостный настрой. - Знаете, утро-то мы проведем здесь, а на остаток дня у нас у всех, надеюсь, есть какие-то особенные планы. Сегодня же День Святого Валентина, и все такое. Майк, кликавший в тот момент мышкой, отвернулся от компьютера и посмотрел на Дэйва. - День Святого Валентина? Вот блин. Брэд, сидевший рядом с Майком, закатил глаза, склонился, пристально посмотрел на экран. - Черт, Майк, удивляюсь, как это Анна тебя до сих пор не бросила. Да, сегодня Валентинов день. Я думал, ты догадался об этом, когда мы все сказали тебе, что пришли только на полдня. Майк окинул взглядом членов группы, все они смотрели на него с любопытством. Черт, я забыл про День Святого Валентина. Дерьмо. Как это могло случиться? Впрочем, он знал, как. В последние пару дней он настолько ушел с головой в работу над текстами, и работа над Buried at Sea шла так хорошо, что все остальное отошло на второй план. Он даже поесть забывал. Так всегда случалось, когда он чувствовал, что песня вот-вот окончательно оформится. Этот альбом складывался гораздо проще, чем предыдущий, и Майк знал, что не он один испытывает от этого облегчение. Все они сходились на том, что A Thousand Suns – отличный и их любимый на данный момент альбом, но на этот раз им хотелось обойтись без стресса, с которым был связан процесс его создания. Он знал, что именно поэтому на этот раз и думать забыл о празднике: он с головой ушел в создание альбома, творческий процесс протекал так легко. Ему не хотелось останавливаться. Настроение у него до этого было просто отличным, а теперь… - Черт побери, - сказал он, откинувшись на стуле. Брэд перехватил у него мышку. – Вы, ребята, могли бы и сказать что-нибудь. Джо проглотил кусочек пончика с джемом и ткнул в сторону Майка его недоеденной половинкой: - Майк, мы думали, ты знаешь. Для девчонок это по жизни самый важный праздник. Майк опустил лицо в ладони, застонал, не в силах поверить, что все это происходит на самом деле. - Бля, ребята. У меня нихрена не готово для Анны. Мне надо пройтись по магазинам, типа того. – Он провел пальцами по идеально уложенным волосам, обдумывая, что бы ей подарить. Украшения? Блин… вроде, она говорила, что хочет новые наручные часы. Не могу вспомнить. Надо завести список в телефоне. А может, надо просто слушать ее повнимательней. - По магазинам? – донесся голос Честера с дивана на другом конце комнаты. Он улегся там, как только услышал, что Майк и Брэд заспорили о шестой и восьмой строчках, которые звучат как-то не так, и решил переждать. Он знал, что, если они начали спорить, это надолго, так что подумал: надо подождать, пока они не позовут его, чтобы он сделал свое дело. Он пришел сюда записываться, а не заниматься ерундой, и терял терпение. Ему казалось, что работа над текстом завершена, но теперь Брэду захотелось поменять то, с чем, как он думал, уже все согласились. А теперь еще и Майк отвлекся на мысли о празднике. - Хочешь, я схожу за тебя в магазин, пока вы тут разбираетесь с текстом. Все равно я тут просто валяюсь. - Ты не можешь идти в магазин вместо меня, Чез. Пусть даже ты лучше всех на свете выбираешь подарки. – Майк поднял на него взгляд, улыбнулся. – Ты всегда знаешь, что подарить. - Слушайте, вы двое, - вмешался Дэйв, - никто никуда не идет, пока мы не закончим с вокалом. Брэд, какое слово ты хочешь вставить вместо этого? Честер, иди в кабинку и приготовься. А… - Он замолк, огляделся. – А Борди куда делся? - Ну… я отправил его за пончиками, - робко сказал Джо. Брэд повернулся, кинул на Джо испепеляющий взгляд. - Джо, ты же знаешь, что он пытается сократить употребление сахара. Если он будет закидываться пончиками с джемом, это ему мало поможет. - Надеюсь, он и мне принесет один. Сейчас напишу ему. Хочу пончик с клубникой, - сказал Честер, потянувшись за телефоном. – Я серьезно, Майк. Если ты ничего не успеваешь и тебе нужна помощь, то давай сходим, когда закончим с этим треком. Я-то, конечно, уже выполнил свой супружеский долг по подготовке лучшего подарка ко Дню Святого Валентина в истории. – Не сводя глаз с экрана, он прошел в сторону кабинки. – Кто-нибудь еще хочет пончик? Дэйв отрицательно мотнул головой и принялся насвистывать мелодию, чтобы напомнить Джо, над какой песней они сейчас работают, а Брэд снова просмотрел текст. Майк все еще был в унынии из-за того, что забыл о таком романтическом празднике. - Мне не надо пончиков, Чез, - пробормотал он и перевел взгляд на Брэда. Надо было быстро договориться, чтобы можно было закончить с вокалом и понять, что делать дальше. – Ладно, Брэд. Что поставим в конце строчек? К тому моменту, когда Роб вернулся с пончиками, Джо находился в процессе рисования русалки, а Честер нетерпеливо топтался в кабинке для записи вокала. Казалось, что ни одно предложенное Брэдом слово не подходит. Майк откинулся на спинку стула, поглядел на Джо с пончиком и альбомом в руках, и пожалел о том, что не попросил пончика и для себя. Честер выскочил из кабинки и набросился на свой пончик так, будто не ел несколько недель. Он облизнул палец, выпачканный в джеме, и вдруг перехватил взгляд Майка. - Кажется, тебе хочется пончика, - сказал он, нагнулся и помахал пончиком перед Майком и Брэдом. - Убери пончик от пульта, - предупредительно сказал Майк, - этот джем может натворить дел. Честер отодвинулся от приборов, оторвал кусочек пончика и протянул руку. - На. Делюсь с тобой. Майк не удержался от улыбки. - Спасибо, Чез. Извини, что заставляем тебя ждать. – Пончик с клубничным джемом был вкусным, и Майк бросил на его остатки голодный взгляд. Ему хотелось еще, но попросить стеснялся. - Да я весь день могу ждать, лишь бы пончики были, - заявил Честер, оторвал еще кусочек и вручил его Майку. – Я же говорил тебе, чтобы ты заказал себе пончик, но нееет, ты предпочитаешь слопать мой. Закидывая кусочек в рот, Майк снова повернулся к экрану компьютера. - В следующий раз просто закажи и для меня, - сказал он, потом легонько толкнул Брэда локтем. – Ну что, мы готовы? - Да, вот, Честер, возьми текст. Я подчеркнул красным строки, которые мы изменили. Хочешь, напечатаю заново, если тебе нужен текст без помарок, - Брэд протянул ему бумагу, и Честер ухватился за нее свободной рукой. - Не, нормально и так. Давайте, поехали. – Набив рот остатками пончика, Честер взял бутылку воды и вернулся в кабинку. Они сделали несколько проб, каждый раз ковыряясь во всех деталях, и Майк почувствовал нетерпение. Чем дольше это тянулось, тем меньше времени у него оставалось, чтобы решить проблему подарка на День Святого Валентина. Он отдал Честеру очередную копию текста, откинулся в кресле, пока все остальные прослушивали последнюю пробу, как вдруг заговорил Роб. - Мне не очень нравится вот эта пауза. Может, добавить еще одну ноту, или вроде того? – Он посмотрел на Брэда, и тот задумчиво кивнул. Майк все сильнее ощущал беспокойство. Все остальные выглядели такими расслабленными, а у него ничего не было готово. Ему даже не пришло в голову заказать цветов. Он нагнулся, нажал кнопку, благодаря которой мог связаться с Честером. У того тоже был такой вид, будто он теряет терпение: он смотрел на остальных членов группы, взявшись за голову обеими руками. - Чез. Борди хочет, чтобы ты заполнил паузу в последней строчке какой-нибудь нотой. Можешь попробовать? Все услышали вздох Честера, с которым он опустил взгляд на текст. - Ага, хорошо. Просто скажи, в какой момент это сделать. - Вот оно, ребята, я это чувствую, - сказал Майк, останавливая трек. – Чез, вот здесь. Но на этом дело не кончилось. К тому моменту, как шестеро участников группы договорились по поводу трека, а русалка на рисунке Джо закрасовалась на фоне подробнейшего пейзажа прибрежной полосы, Майк уже чуть ли не рвал на себе волосы. Было почти два часа, а дома он обещал быть в час. И, черт подери, мне нужен подарок! Дома от меня, черт возьми, больше пользы! Наверное, впервые он вышел из студии не последним, торопливо сохранив трек, схватив куртку и попрощавшись с парнями. Он уже выскочил из дверей и устремился на парковку, когда услышал, как его окликает Честер. - Майк! Он остановился, обернулся и крикнул Честеру: - Чувак, мне надо идти, я уже опоздал домой, и мне еще надо купить подарок. Кажется, я уже влип, Чез. Я подумываю о том, чтобы просто поехать домой, а подарок сделать завтра. Не знаю… - Майк направился в сторону автомобилей, а Честер тем временем нагнал его. - Да ладно, Майки, я схожу с тобой. Анна не узнает, что ты забыл, ты вернешься с подарком. Поверь, это лучше, чем искать его завтра. Есть идеи, что дарить? – Честер взглянул на Майка. Тот шел, засунув обе руки в карманы худи. - Не знаю, Чез. Понятия не имею, чего ей хочется. Я худший в мире даритель подарков. - Это неправда, - тут же парировал Честер. – Мне ты всегда даришь самые лучшие подарки. Всегда что-то такое, насчет чего мне и не приходило в голову, что мне этого хочется, пока оно не оказалось у меня в руках. У тебя хорошо получается читать мои мысли. Теперь тебе просто надо прочитать мысли Анны. Майк остановился на парковке возле своего белого Мерседеса, который стоял рядом с блестящей черной спортивной машиной Честера. Выбирать подарки для Честера мне проще, чем для собственной жены. Осознание этого факта поразило его, и он не мог удержаться от изумленного взгляда на друга, после чего прикусил губу. Я худший муж, какого только можно себе представить. - Понятия не имею, - наконец повторил он, глядя на Честера. – Не могу вспомнить ничего, чего ей хочется. Не теряя ни секунды, Честер проскользнул между их автомобилей и положил руку на ручку двери машины Майка. - Просто подари ей что-то такое, чего ей хочется, но она об этом не догадывается, - сказал он и потянул за ручку. – Открывай. Поехали вместе, может, вдохновение озарит. На это больше шансов, если будем ехать в одной машине. Майк все еще смотрел на Честера со странным ощущением в душе, потом кивнул и подошел к двери. Как только он завел машину, Честер принялся переключать радиостанции, пока не нашел ту, которая подходила к его настроению. Это была поп-музыка восьмидесятых, и Майк не удержался от улыбки. Он знал, что последует дальше: Честер будет на ходу придумывать собственные слова к каждой песне, которую услышит в эфире. Вскоре, благодаря Честеру, он уже смеялся, а тем временем они продолжали ездить по улицам в поисках наилучшего подарка. Внезапно, прямо посреди песни, Честер всплеснул руками. - Идея, Майки. Давай поедем в Tiffany’s. - Tiffany’s? Боже мой, Чез, есть куча других мест, где можно купить украшения. – Майк закатил глаза за солнечными очками. – Да и одеты мы не так, как надо для Tiffany’s. Честер покачал головой. - Да кому какая разница? Мы вечно не так одеты. А лучше всего то, что эти пожилые продавщицы понятия не имеют, кто мы такие. Анонимный шопинг. И это здорово, раз уж ты забыл про Валентинов день, - поддразнил он Майка, протянул руку и пихнул того в бок, после чего принялся распевать песню, перекрикивая радио. – И я сказал: а как насчет «Завтрака в Tiffany’s»? Она сказала: «Вроде бы я помню такой фильм, и, вроде, он нам обоим понравился». И я сказал: «Ну, значит, то, что надо!» Майк скосил взгляд на Честера, оба рассмеялись. - Боже, ну тебя и несет. Ты будешь петь, пока я не соглашусь, я же знаю. - Ясное дело, - сказал Честер, собравшись было петь дальше, но тут Майк протянул руку и заткнул ему рот. - Едем, едем, - со смехом сказал он, - хватит! Честер снова откинулся на сиденье, мурлыча мелодию песни, а Майк вел машину к Tiffany’s. Разумеется, вокалист был прав. Никто не обратил на них внимания, когда они вошли. Свет ярко озарял минималистично оформленные витрины, где лежали кольца, браслеты, ожерелья, ряд за рядом серебряных и платиновых украшений, и наручные часы. Как только они вошли, Майк пошел по правой стороне, а Честер – по левой, как будто они вышли на сцену. Майк понятия не имел, что ищет, и медленно прошел несколько рядов, разглядывая витрины и надеясь, что его озарит. Несколько минут спустя Честер подошел к Майку, встал справа от него, положил ладонь ему на поясницу, и оба они уставились на витрину. Майк разглядывал коллекцию наручных часов, и Честер уже собирался было потащить его в направлении браслетов и колье, как напротив них остановилась одна из пожилых продавщиц. - Могу ли я показать джентльменам часы? – спросила она приятным, негромким голосом. Честер поднял взгляд, оглядел ее мягкий розовый кардиган, накинутый на белую блузку, серую юбку-карандаш, короткие седые волосы, заложенные за ухо. Его глаза загорелись, когда он увидел блестящую цепочку с единственным камнем, которое было на ней, и он тут же подумал, как здорово оно бы смотрелось на Анне. Он уже хотел было сказать Майку, что ему нужно подыскать что-то подобное, как вдруг тот заговорил. Майк накрыл своей рукой ладонь Честера, которая лежала на стеклянной витрине, отодвинул ее и указал на часы. - Да, мне хотелось бы взглянуть вот на эти, вон там, у него под рукой. Это были мужские часы, и Честер вытаращил глаза. Майк был помешан на часах, он уже было собирался поддразнить его на этот счет, и тут продавщица сказала: - Отличный выбор. Кто из вас хочет их примерить? - О, это для меня, - тут же сказал Майк, оторвал свою руку от ладони Честера и закатал манжету рубашки, чтобы она могла приложить часы к запястью. Было очевидно, что она проделывала это уже сотни раз, и через считанные секунды Майк уже любовался часами. - Что скажешь, Чез? - Мы тут не за этим, Майк, - сказал Чез позабавленным голосом. – У нас есть цель, помнишь? – Глаза Майка потухли, и при виде этого ему стало чуть ли не больно. – Давай внесем их в список на будущее, ладно? - Ты прав, - с сожалением сказал Майк, снова выставив запястье, чтобы продавщица сняла часы. Она снова уложила часы на витрину и посмотрела на них обоих. - Что именно вас интересует, джентльмены? – спросила она. Прежде чем кто-либо из них успел ответить, она изумленно выдохнула: - Какие у вас замечательные обручальные кольца, джентльмены. Они из Tiffany’s? Мы всегда рады предоставить небольшую скидку постоянным клиентам, - проговорила она и склонилась, чтобы рассмотреть кольцо Майка. - Ммм… не думаю, что мое кольцо отсюда, - сказал Майк и посмотрел на Честера. - А твое? - Без понятия, - ответил Честер, незаинтересованно пожав плечами. - Ну, кто-то же из вас купил их, - сказала продавщица, снисходительно улыбнувшись. – Какая у вас фамилия? Я могу поискать по компьютеру. Внезапно до Майка дошло: она решила, что у них парные кольца. - Ой… нет, подождите-ка, - сказал он, отводя от нее руку. – У нас не одинаковые кольца, - сказал он, указывая на Честера. – То есть, они похожи, но наши жены даже не были знакомы, когда я покупал свое. – Майк посмотрел на Честера. – Может быть, Тэл спросила у Анны, где она купила свое кольцо, но мне никогда не приходило в голову, что они до такой степени похожи. Честер видел, как вспыхнули бледные щеки продавщицы. - Боже мой… извините, - сказала она. Было очевидно, что она смущена. – Я думала, вы… то есть, ваши кольца… ммм… Она пыталась совладать с собой, и Честер мягко вмешался. - Они очень похожи, - заверил он ее с доброй улыбкой, - но это всего лишь совпадение. Майк позабавленно улыбнулся и отвернулся, предоставив Честеру успокаивать раскрасневшуюся женщину за витриной. У него это лучше получается, чем у меня, подумал он, озираясь вокруг и надеясь, что что-нибудь, что понравится Анне, попадется ему на глаза. Он снова подошел к Честеру и услышал, как тот произносит: - Патриция, уверяю вас, все в порядке. Мы вовсе не обиделись. – Когда Майк подошел к нему, Честер с улыбкой взглянул на него и спросил: - Присмотрел что-нибудь? – Честер пристально посмотрел на Майка: тот, казалось, все еще раздумывал, в какую сторону пойти. Он уже собирался высказать какое-то предложение, когда Майк произнес: - Жемчуг. Как насчет жемчуга, Чез? - Звучит неплохо, - согласился Честер, - или подбери что-нибудь в бриллиантом, как у Патриции. – Он стрельнул глазами в сторону продавщицы. – Красивое колье, верно? Майк покачал головой. - Такое у нее уже есть, - ответил он. – А вот нитка жемчуга… это первый сорт. И я знаю, что у нее такого нет. Продавщица выдала мягкий смешок, потом спросила: - Вы ищете подарок для жены? – Она переводила взгляд с одного на другого, лицо ее было веселым. - Да, он забыл про День Святого Валентина, - сказал Честер, с ухмылкой указывая на Майка. – И мы пытаемся придумать, как его спасти. Майк пожал плечами, на лице его расцвела обаятельная, извиняющаяся улыбка. - Ну, что я могу сказать. Иногда умение пользоваться календарем меня подводит. Она снова засмеялась, на лице появилось выражение облегчения. - Знаю, что вам точно подойдет. Подождите минутку. Она отошла, и Честер повернулся к Майку. - Она думала, мы вместе, - удивленно прошептал он, в глазах плескалось веселье. - Я понял, - шепнул в ответ Майк. – Это так странно. Никому раньше не приходило в голову подобное. – Он опустил взгляд на обручальное кольцо, потом посмотрел на кольцо Честера. – Только потому, что у нас похожие кольца. Можешь в это поверить? Честер покачал головой. - Люди такие странные, - заключил он, и как раз в этот момент Патриция вернулась к ним. - Вам нравится вот это? – спросила она, протягивая обшитую чем-то мягким коробочку с двойной ниткой белого жемчуга. – Смотрится классически, и длина как раз такая, которая хорошо выглядит на большинстве женщин. Майк кивнул, тут же принимая решение. - Да, отлично. Как ты думаешь, Чез? Анне понравится. - Точно, - согласился Честер. – Патриция, он его возьмет. Наколдуйте-ка нам вон тот замечательный волшебный синий пакет от Тиффани. Пятнадцать минут спустя они вышли из магазина. Ожерелье для Анны лежало внутри синего пакета с надписью Tiffany’s. - Можешь даже не запаковывать, - сказал Честер. – Женщинам офигеть как нравятся эти пакеты. - Все еще не могу переварить тот факт, что она подумала, будто мы вместе, - сказал Майк, когда они сели в машину. – Сразу видно, что она не слушает хорошую музыку, - засмеялся он, - она понятия не имела, кто мы такие. - А я тебе говорил,- согласился Честер, вытянул левую руку и принялся разглядывать обручальное кольцо. – Знаешь, я никогда об этом не думал, но могу себе представить, что кто-то, кто нас не знает, вполне может принять эти кольца за парные. Смех Майка смолк. Он завел машину, включил радио, и оно заполнило тишину. - Ой, да ладно, Чез, - сказал он слегка охрипшим голосом. – Мне так не кажется. - Дай посмотрю. – Честер перегнулся через консоль, потянулся к левой руке Майка, подтянул ее к своей. Они молча смотрели на свои ладони, Честер поглаживал пальцы Майка. И правда: было невероятно, что раньше они этого не замечали. При ближайшем рассмотрении их кольца отличались только одной незначительной деталью. Бриллианты на кольце Честера были чуть больше. И все. Теперь было понятно, что кольца вполне можно было по ошибке принять за парные. – Ну ты только погляди. Я женат на Тэл шесть лет, и мы даже не замечали. Казалось, что в автомобиле внезапно стало жарко, и Майку захотелось прибавить кондиционер, но он не мог заставить себя убрать руку из-под честеровской. - Да, - выдохнул он. Голова кружилась от мыслей, которых он не мог высказать вслух. - С ума сойти, верно? – Он поднял взгляд на Честера, и их глаза встретились, совсем близко друг от друга. Мгновение они смотрели друг на друга в молчании, и Честер продолжал поглаживать пальцы Майка. Майк и понятия не имел о том, что Честер сейчас вспоминает тот самый поцелуй, случившийся несколько месяцев назад в Лондоне, поцелуй, о котором он даже не знал. И он представить себе не мог, как хотелось Честеру преодолеть расстояние между ними и снова слиться с ним губами, чтобы ощутить то нежное тепло, впитать в себя ту ласку, которых ему никогда не хватало, когда они каждый день проводили как лучшие друзья и товарищи по группе. Он не знал, насколько близок был Честер к тому, чтобы послать все к черту и поцеловать его прямо здесь и сейчас. На парковке Tiffany’s. В День Святого Валентина. И тут пакет с жемчугом для Анны соскользнул с сиденья, куда бросил его Майк, и упал на пол. Честер опустил на него взгляд, потом сжал руку Майка. - Да… с ума сойти. – Он с трудом сглотнул, выпустил ладонь Майка, потянулся за пакетом. – Поехали, Майки. Жены нас ждут. Майк наблюдал, как Честер поднимает пакет, ощущая пустоту без его прикосновения и что-то еще: напряжение между ними ослабло, будто разомкнуло цепь. - Да, - сказал он, посмотрел в зеркало заднего вида и увидел, что у него горят щеки. – Давай отвезем тебя назад к твоей машине. ********** Майк торопливо зашел с черного хода и вручил Анне огромный букет желтых роз, и ему показалось странным, что она с безразличием отнеслась к его позднему возвращению. Никаких красных роз, именно желтые были ее любимыми цветами. Он часто думал о том, как ему повезло, что не приходится искать повсюду красные в последнюю минуту. Она приняла цветы с улыбкой, одарила его долгим поцелуем, и, пока она готовила его любимое блюдо на ужин, он поиграл с детьми. Ему хотелось подарить ей жемчуг чуть позже, открыть бутылку вина, провести вечер наедине, в романтической обстановке. Они почитали детям на ночь и уложили их, Майк поцеловал их перед сном и спустился по лестнице, опережая Анну, чтобы приготовить для нее сюрприз. Он быстро вытащил синий пакет от Tiffany’s, открыл бутылку вина, поставил их вместе с двумя бокалами на кофейный столик и уселся в ожидании. Он даже оставил свой телефон на столе на кухне. В этот Валентинов день ему хотелось быть самой внимательностью. Анна заметила пакет, как только зашла в гостиную несколькими минутами позднее. - Ох, Майк, не стоило тебе ездить в Tiffany’s! – воскликнула она, присела рядом с ним на диван и крепко обняла его за шею. - Только самое лучшее, дорогая. Мне хотелось подарить тебе что-нибудь особенное. Люблю тебя, Анна, - прошептал Майк, ответил на объятие, руки его обвили ее талию. – Ты заслуживаешь куда большего, чем я могу тебе дать, хочу, чтобы это знала. Этот подарок даже близко не выражает того, насколько я тебя люблю и ценю. – Он отпустил ее, нагнулся, протянул пакет, а потом потянулся за вином: одним из ее любимых сортов красного вина. - Ой, Майк, подожди, - сказала Анна и протянула руку, чтобы остановить его. – Мне нельзя, я… я собиралась сказать тебе сегодня… Майк замер, поглядел на жену: она радостно улыбалась, от уголков глаз разбегались морщинки. - Что такое? Нельзя вина? Анна! – Он тут же опустил глаза на ее живот и поставил бутылку. – Энн, ты что?.. – Радость на лице Анны можно было интерпретировать только одним способом. - Майк… я беременна! Он сел, у него перехватило дыхание, как только до него дошел смысл ее слов. Беременна. Снова. Аби всего год, а у них будет еще один ребенок. Еще один! Поверить не могу! Он попытался прикинуть, когда должен родиться ребенок, даже не осознавая, что до сих пор ничего не сказал ей в ответ. - Майк? – Анна придвинулась ближе, улыбка увяла. – Милый, я знаю, это неожиданно… я тоже удивилась. Звучание ее голоса вывело Майка из состояния шока, и он протянул руки, чтобы крепко обнять ее. - Да, вот так сюрприз, милая. Извини, я просто… я хочу сказать… ух ты! Я не ожидал… - Я тоже, - хихикнула Анна, прижимаясь лицом к его рубашке. – Я даже не думала об этом, так мало времени прошло после рождения Аби, а я уже на десятой неделе. - Что? Правда? - Майк отстранился и снова внимательно посмотрел на живот Анны. Я что, такой ненаблюдательный? - Да, должен родиться в конце августа или начале сентября. Я уже проверила, - добавила она, увидев выражение паники на лице Майка, - ты будешь дома. Майк склонил голову, уставясь на живот Анны. Еще один ребенок. Он знал, что полюбит его так же, как Отиса и Аби, но… еще один ребенок, еще один человек, которого он будет оставлять каждый раз, когда будет уезжать в тур? Ему показалось, что от всех этих домашних обязанностей он начинает задыхаться, и он возненавидел себя за эти мысли. Ему невероятно повезло, и он это знал. И тут в голове вспыхнуло воспоминание о той искре, что проскочила между ним и Честером несколько часов назад. Он зажмурился, отгоняя эту мысль. Он напомнил себе, что, если ему не хватает чего-то одного в его домашней жизни, это еще не значит, что он несчастлив. То, что Честера нет рядом, как это было в дни, когда они были в туре, не значит, что он не может радоваться жизни. Я был прав, когда сказал, что Анна заслуживает большего, чем то, что я могу ей дать. Я даже сейчас не способен уделить ей достаточно внимания. Боже мой, она заслуживает кого-то лучшего, чем я, это точно. Сдавленно выдохнув, Майк улыбнулся, поднял глаза и перехватил взгляд Анны. Сомнения на ее лице рассеялись, когда она поняла, что он рад. - Ух ты… еще один ребенок, - сказал он, зарылся ладонями ей в волосы, притянул к себе, чтобы поцеловать. Вечер обещал закончиться иначе, чем он планировал, но все было нормально. - С Днем Святого Валентина, - сказала Анна, когда они отстранились друг от друга, и тут взгляд ее упал на позабытый было синий пакет от Tiffany’s. – Можно, я прямо сейчас открою? Майк кивнул и пронаблюдал за тем, как она запустила руку в пакет и извлекла оттуда синюю раскладную коробочку, обвязанную белой сатиновой лентой. Он смотрел, как она открывает ее, видел, как лицо ее освещается восторгом, но все равно ему казалось, словно он далеко отсюда. Он почувствовал ее поцелуй, пожатие ее ладоней; она повернулась, и он откинул ее волосы назад и надел жемчуг ей на шею, защелкивая платиновую застежку, чтобы она могла подбежать к зеркалу и полюбоваться им. Он понимал, что находится рядом с ней, знал, что улыбается, но в глубине души ему казалось, словно груз всех принятых им в прошлом решений тянет его к земле, и он все больше закостеневает в роли того Майка, которого знала, видела и любила Анна. Того Майка, которого знал весь мир. Он наблюдал за ней, пытался улыбаться, делать и говорить правильные вещи, но ощущал отстраненность, и мысли его постоянно возвращались к будущему ребенку. К третьему ребенку, которому предстояло стать очередным звеном связывавшей их цепи.