The Killing Moon

- Спасибо за то, что ты согласился на это, - во рту у Сэма сухо, словно в соляной пустыне, однако он умудряется разлепить губы, чтобы произнести эти слова. Он смотрит прямо перед собой, тем не менее, коротким взглядом через лобовое стекло оценивая расстояние до ворот контрольно-пропускного пункта. – Я думаю, что Пол может нанять Дина для работы в гараже на постоянной основе, если Дин продолжит так же усердно трудиться. Я не хотел, чтобы он пропустил сегодняшний день. - Я думал, парни, что у вас все нормально с деньгами? – Джон тянется к радио и выключает его, обрывая на середине вопль Стиви Никс. - Ну конечно, - быстро отвечает Сэм. – Мое пособие производителя покрывает почти все расходы. – Сэм пытается изобразить улыбку, однако челюсти и горло словно свело. – Но Дину нравится работать, и ему иногда полезно выбираться из дома. - Хммм… - Джон барабанит пальцами по рулю точно так же, как Дин. На самом деле, это Дин копирует Джона, но, по большому счету, какая разница. – Мне не очень нравится идея, что Дин оставляет тебя в доме одного на столько часов подряд. Ноги Сэма напряжены так, что колени начинают болеть, но он удерживается от того, чтобы сжать кулаки. Ему не хочется ссориться с отцом, особенно когда им еще предстоит долгая совместная поездка домой. Впрочем, он не может удержаться от реплики: - Ну, пап, это не тебе решать, - и, прежде чем Джон успевает огрызнуться, добавляет: - Иногда и мне хочется отдохнуть от Дина. Джон фыркает и еле слышно посмеивается. Напряженный момент проходит, и Сэм выдыхает, когда они еще на дюйм ближе подъезжают к воротам. Отчасти он раздражается из-за задержки, с другой стороны он понимает и одобряет эти меры безопасности, после того, как центр в форте Лодердейл разбомбили ревизионисты. Ему лично хватило единственного столкновения с религиозными фанатиками. - Хорошо, убедил, - признается Джон. - И все равно, спасибо тебе, - Сэм приподнимает ремень безопасности и усаживается в чуть более удобную позу, прежде чем снова опустить его. Спина болит со вчерашнего дня. Ему плевать, что Дин скажет или сделает, они больше никогда не будут трахаться на кухонном столе. «Конечно, все зависит от того, как сегодня пройдет осмотр, может, мы вообще никогда не будем больше трахаться». Эту пришедшую ему в голову мысль Сэм немедленно запирает в особое местечко в своем мозгу. Там уже много всего – мысли, идеи, чувства… слишком много, чтобы уделять им время здесь, на пороге у людей, которые сотворили с ним эту мерзость, которые сделали необходимостью секс двух братьев. - Ты не должен благодарить меня, Сэм, - голос Джона звучит глухо, и Сэм не может сказать – от раздражения или нет. Когда Сэм, наконец, поднимает взгляд, он видит, что отец смотрит на руль и теребит цепочку от ключей. – Я в самом деле надеялся, что мы… - Отец, - Сэм кивает на охранника, терпеливо стоящего у окна машины со стороны Джона, и протягивает отцу удостоверение личности. - О, - Джон выглядит слегка удивленным, когда одной рукой берет свою идентификационную карту, а другой опускает вниз окно машины. – Как поживаете? – спрашивает он охранника в манере, которую Сэм называет манерой деревенского простака, - растягивая гласные, словно житель Среднего Запада. Сэм перегибается через соседнее сиденье, чтобы его голос можно было услышать через открытое окно: - Сэмюэль Винчестер. Производитель. Идентификационный номер 4196673123. Я должен пройти медосмотр у доктора Азаряна в 11.15. Охранник никому из них не отвечает, только кивает и сравнивает идентификационную карточку Сэма со списком ожидаемых посетителей. Убедившись, что данные совпадают, он удовлетворенно кивает и протягивает карточку обратно. Джон берет ее и отдает Сэму, пока они проезжают еще несколько футов, туда, где охранники с зеркалами и собаками будут осматривать машину на предмет наличия взрывчатых веществ. - На редкость веселые товарищи, - отец говорит сухим тоном, следя за охранниками и собаками с таким же выражением на лице, какое бывает у Дина, – подозрительным, словно он готов немедленно броситься на защиту своего драгоценного грузовичка. Сэм пожимает плечами и пытается объяснить их действия: - Мы все тут по необходимости, а не для развлечений. - Ну, в общем, я знаю это, Сэм, я просто… - Джон слишком явно проглатывает конец предложения. – Хорошо. Ты ведь должен все это ненавидеть гораздо больше, чем я. Буду держать пасть закрытой. Тут Сэм сам вздыхает: - Ага. Спасибо, пап. - А вот и еще один, - Джон кивает на окно. Стук в окно Сэма. Это нечто новое и неожиданное. Тугой ком в животе Сэма становится тяжелее, пока он опускает стекло в двери. - Не могли бы вы выйти из машины, сэр? Джон наклоняется к окну: - Какая-то проблема? Сэм припоминает, что так же с ним поступали в тех редких случаях, когда их тормозил Дорожный патруль либо Детская служба, его пульс ускоряется, пот выступает между лопатками, в подмышках, на пояснице. Кажется, что «ВИНОВЕН» написано прямо у него на лбу чернилами, видимыми только при неоновом свете, и неважно, что он не знает, в чем же он виноват. Впрочем, выбирать есть из чего. - Мне нужно, чтобы Производитель вышел из автомобиля, - отвечает охранник унылым механическим голосом. – Пожалуйста. Сэм быстро бросает взгляд на отца, затем отстегивает ремень безопасности. Он двигается медленно и неторопливо, постоянно помня о пистолете, лежащем в кобуре на ремне у охранника, да у всех охранников, и у снайперов, сидящих в домиках и на вышках, которые возвышаются над стенами, увитыми колючей проволокой. - Все нормально, - говорит он отцу и думает при этом, что на самом деле он только надеется на это. Челюсти Джона крепко сжаты, в глазах пляшет опасный огонек. Сэм чувствует, как на него накатывает волна теплоты при виде реакции отца. С другой стороны, он не хочет неприятностей. Он же делает все это, чтобы вытащить их из неприятностей, а не закапывать еще глубже. Он вылезает из грузовика и ступает на асфальт, совсем не полуденная жара – словно удар поддых после кондиционированной прохлады в грузовике. - Какая-то проблема? – Сэм повторяет слова Джона. В руке охранник – на его бейдже написано «А. Вескер» - держит длинную палку, нечто среднее между портативным металлоискателем и датчиком для внутренних исследований на УЗИ. Провод от нее ведет к прибору, закрепленному на спине Вескера, другой провод идет к закрепленному на лямке на плече переносному считывающему устройству. - Никаких проблем, - говорит Вескер. Его глаза скрыты за солнечными очками, темными и совершенно непросвечивающими, словно пятна нефти. Учитывая безжалостные солнечные лучи, бьющие в глаза, Сэм понимает, зачем нужны эти очки, но, черт подери, он чувствовал бы себя гораздо лучше, если бы мог видеть глаза солдата. – Новые правила. Пожалуйста, не шевелитесь и ответьте на мои вопросы. - Да, конечно, - бормочет Сэм скорее для собственного успокоения, он уверен, что Вескеру его согласие на хрен не интересно. Он держит руки слегка поднятыми и разведенными в стороны, когда Вескер приближается к нему с его прибором. - С вами все в порядке? – проговаривает механически Вескер. – Является ли человек в машине вашим законным опекуном или другим доверенным членом семьи? Вам угрожали, принуждали к чему-то или другим способом причиняли вред, этот человек или любые другие личности, известные либо неизвестные? - Угрожали?.. Что?.. Нет, - Сэм полностью неподвижен, пока Вескер обшаривает его своим прибором, ни разу по-настоящему не прикоснувшись к коже. – Я в порядке. В грузовике мой отец. Мой… мой опекун не мог привезти меня сюда. Машинка щелкает и гудит, напоминая Сэму счетчик Гейгера. Счетчик Гейгера, который он видел по телеку, в руках-то он его не держал ни разу. Если бы это был счетчик Гейгера, то Сэм, судя по восторженному потрескиванию прибора, радиоактивен, как Хиросима. Брови Вескера на пару секунд показываются над оправой очков, и он бросает приборчик, чтобы вытащить из-за ремня марлевую маску. Сэм начинает было пятиться к машине, но потом передумывает, чувствуя, что на него направлены все глаза и – возможно – оружие. - Сэр, - голос Вескера немного приглушен маской, которая закрывает его рот и нос. – Необходимо, чтобы вы вернулись в машину и немедленно проехали к воротам, где вы получите новые инструкции. - Погодите, - протестует Сэм, когда Вескер поворачивается и машет охранникам у ворот, - я не… - Сэр, - Вескер решительно отступает на шаг от Сэма. Хотя его голос не слишком ясно слышен, Сэм чувствует в нем отчетливый страх. – Я попросил вас вернуться в ваш автомобиль и ехать к воротам. Я не буду просить вас снова. Садитесь в грузовик. Сэм чуть не спотыкается, отступая от Вескера. Он едва мешкает, открывая дверь грузовика и забираясь внутрь. Вескер машет им в направлении движения, грузовик начинает ехать, как только Сэм оказывается внутри, и ему приходится повозиться, захлопывая дверцу на ходу. - Для чего это все было? – на этот раз Сэм знает, что голос отца звучит так резко не из-за него. Но он все еще слегка шокирован, чтобы считать такую реакцию отца победой. - Я не знаю, - Сэм ненавидит то, как глухо звучит его голос, как слегка дрожат пальцы от слишком резкого выброса адреналина в кровь. У ворот Джон начинает опускать стекло вниз, но охранник – Б. Викерс – останавливает его жестом и показывает на здание, куда они должны ехать, причем это не то здание, в которое обычно ходит Сэм. Джон кивает, и они едут в этом направлении. - Как ты себя чувствуешь, Сэмми? – Джон снова коротко, напряженно барабанит по рулю большим пальцем. – Не думаешь, что нам нужно убраться отсюда? Сэм сжимается на сиденье, игнорируя очень сильное желание ответить «да»: - С чего ты взял, что мы можем уехать? – он чувствует языком кислый вкус во рту, затем трясет головой. – Нет, едем дальше. Это ведь только прием у доктора, верно? - Верно. Охранники у нового здания тоже носят маски на лицах, но более сложные, чем та, которую Вескер достал из-за ремня. - Сэмюэль Винчестер? – спрашивает ближайший охранник, К. Редфилд, как только Сэм и Джон встревоженно выходят из кабины грузовика. - Ага. Сэм не знает, чего ожидать (выстрелят в упор, посадят в тюрьму, закуют в наручники, изобьют, подвергнут опытам, расчленят, проведут вскрытие), но явно не того, что Редфилд просто кивнет и махнет рукой в сторону входа в здание. - Сэр, - Сэм оборачивается и видит, как Рэдфилд поднимает руку, чтобы остановить Джона. – Извините, но я вынужден попросить вас подождать в машине. - Что? Почему? - Это часть мер безопасности. Безопасности Производителя, сэр. Пожалуйста, ожидайте в грузовике. - Его зовут Сэм, - резко отвечает Джон. Сэм встречается с ним взглядом и читает в глазах отца желание немедленно встрять в разборки из-за него. Это очень лестно, но Сэм вовсе не хочет, чтобы их убили, поэтому качает головой. Джон идет назад, подальше от Рэдфилда: - Ну и прекрасно. Сэм опускает плечи, и поворачивается к зданию. Регистратор тоже носит маску, как и все охранники. Сэм старается не чувствовать себя биологической угрозой, когда его направляют в один из смотровых кабинетов и вручают одноразовую больничную рубашку. Он раздевается, снимая все, кроме носков. Рубашка слишком коротка и, как всегда, слегка рвется на плечах. Сэм чуть-чуть горбится вперед, но это заведомо проигрышный план. Если слишком наклоняться в попытке загородить пах, то тогда вся его задница оказывается открыта сквозняку, ни при одном варианте рубашка не дает чувство защиты. Это весьма унизительно при осмотре у доктора Азаряна, но оказывается во много раз хуже для Сэма во время приема в этот день… Дверь смотровой открывается. Как он и ожидал, на вошедшем человеке тоже маска. Впрочем, Сэм превосходно узнал бы его в любом случае. Руки Сэма машинально вцепляются в стол между разведенных бедер в защитном жесте. В то же время, он коротко кивает и так же коротко произносит: - Агент Хенриксен. Хенриксен кивает в ответ: - Привет, Сэм. Как поживает Дин?