Трудный выбор. Часть 1. Сын.

Моргана стояла у окна и смотрела вниз на площадь. Она снова плохо спала. Девушка тяжело вздохнула. С десяти лет ее стали преследовать кошмары. Она видела вещие сны. Моргана боялась этих снов. Они пугали ее тем, что потом с точностью сбывались. Моргана отошла от окна и села в кресло. С чего бы это Артура так беспокоит, как она относится к Мерлину? Не все ли ему равно это. Истинную причину она никому и ни за что не сказала бы. Моргана улыбнулась своим мыслям. Пожалуй, она не будет ждать, пока Гвен принесет ей завтрак, а пойдет к отцу и позавтракает с ним. Утер в последнее время был чем-то озабочен, и это беспокоило Моргану. - Можно я составлю тебе компанию? – спросила дочь, заглядывая в зал Совета, где имел обыкновение завтракать король. - Конечно, – радостно улыбнулся Утер. Тяжелые грустные мысли не давали ему покоя ни днем, ни ночью, а общение с дочерью всегда дарило ему радость. Моргана села рядом с отцом, и начала накладывать себе на тарелку с разных блюд всевозможные кушанья. - Ты бледна сегодня. - Плохо спалось, – отозвалась она, и с аппетитом начала есть. - Но аппетит хороший, – усмехнулся Утер. – А когда ты была маленькая, доводила няню до истерики своими капризами в еде. - Я не помню такого, – засмеялась Моргана. - Чем ты обеспокоен? – тихо спросила она, заметив, что отец почти ничего не ест. - Я волнуюсь перед днем рождения сына. Дочь отложила вилку и, откинувшись на спинку стула, произнесла: - То, что я вижу не похоже на обычное волнение перед большим и грандиозным праздником. Утер накрыл своей ладонью ладошку Морганы. - Не беспокойся. Все будет хорошо. - Ты не можешь мне сказать, да? - Ты всегда была поразительно догадлива, Моргана, в отличие от своего брата. - Не уменьшайте достоинств Артура, сир, – вступилась за принца сестра. - Если бы ты знала, как я рад, что вы горой друг за друга, – прошептал Утер глядя в зеленоватые глаза дочери. - Так будет всегда, сир, – ответила Моргана. Она поднялась на ноги, и отец тоже. – Хорошего дня тебе, – пожелала она и поцеловав Утера в щеку, пошла к себе. - Тебе тоже, девочка моя. Моргана нервно гладила себя по плечам. Если бы Утер узнал, что ей сняться вещие сны то, чтобы он с ней сделал? Моргана очень хорошо помнила свою мать. Та была потрясающей красавицей, очень гордой, властной, и несчастной. Вивиан потеряла мужа, и чтобы как-то спастись от этой тоски бросилась в объятия короля, который сам не мог оправиться от горя после смерти Игрейн. Моргана с детства слушала мать, которая любила повторять, что она плод не любви, но страсти. Маленькая Моргана не понимала в чем разница, но сейчас став взрослее, поняла, что имела в виду мать. В ее жизни, в стремлениях ее натуры страсть играла бОльшую роль, чем любовь. Хотя девушка надеялась, что однажды сможет совместить и то и другое. Моргана не знала, была ли ее мать ведьмой, но лет с десяти девочке стали снится вещие сны. Сначала она не придавала значения тому, что то, что ей снилось, потом сбывалось. Затем ей стали снится ужасные сны, и девочка с криком просыпалась. Старая нянька, которая в свое время вынянчила Артура, теперь присматривала за принцессой, и ночевала в ее покоях, утешала и успокаивала перепуганную Моргану как могла. Утер обратился к Гаюсу и лекарь сделал зелье, которое помогало принцессе засыпать и спать без снов. Но сны спустя время возвращались. Моргана взрослела, менялись и сны. Иногда она видела себя рядом с темноволосой девочкой. Она никогда не видела ее лица, но слышала ее звонкий голос. - На кого ты похожа, дочка? - На папу! – радостно отвечала малышка и радостно смеялась. Ее смех звенел колокольчиком. После этих снов Морганы просыпалась с улыбкой, и ощущением безграничного и бесконечного покоя и счастья. Но эти сны были редки. Гораздо чаще ей снились битвы, ужасные происшествия с Артуром, или с Утером. К счастью, последние не сбывались. И теперь Моргана знала почему. Она снова улыбнулась. А еще ей уже давно снился один очень странный сон, обычно сны повторялись один-два раза, а этот снился очень давно и очень часто. Тронный зал, где накрыты столы для пиршества, в зале полно гостей, Артур и Утер сидят рядом во главе стола. Король бледен и нервозен, хотя тщательно это скрывает. Принц весел и безмятежен. Празднуют его двадцатилетие, он официально становится наследником трона Камелота, и … что было дальше, Моргана не видела ни разу, но просыпалась в страшной тревоге и долго не могла потом уснуть. Что-то должно случиться в день двадцатилетия Артура, но что? Неужели Утер об этом знает? Когда ей и Гвен было по двенадцать лет они ушли гулять в лес возле замка, никому не сказав ни слова. Им потом обеим здорово влетело. Особенно Гвен, которой досталось и от отца и от короля. Хотя Моргана и говорила, что она хотела погулять в лесу возле замка, а Гвен пошла с ней, потому что тогда бы она пошла одна. Потом все успокоились, но после этого случая Моргану отпускали в лес только в сопровождении Артура или кого-то из рыцарей. Она злилась, но вспоминая как был зол Утер, уговаривала себя не обращать на это внимания. В конце концов, речь идет о ее безопасности. Моргана не говорила никому, что давно чувствует к себе странное пристальное внимание. Она не понимала, откуда оно. Кто так пытливо следит за ней? Тогда в лесу она повстречала девушку в зеленом плаще. Та пыталась что-то сказать Моргане, но к ней подбежала Гвен, которая упустила из вида свою госпожу и была рада снова найти ее. Девушка быстро скрылась за деревьями, Моргана подумала, что ей померещилось. - Кто это был? – удивилась служанка, провожая взглядом незнакомку в зеленом плаще. - Я не знаю. Она что-то начала мне говорить, но испугалась тебя. - Странно все это, – задумчиво произнесла Гвен. И они вернулись в Камелот. Позже Моргане иногда казалось, что она видит ту девушку, но стоило ей обернуться или пристальнее посмотреть и оказывалось, что она обозналась. - Сир, вы звали меня? – спросил Гаюс, входя в королевские покои. - Да, проходи. Удалось что-нибудь найти? - К сожалению, мне нечем вас порадовать, сир, – грустно сказал лекарь. – Я не нашел способа как можно избавиться от этого проклятья. Утер закрыл глаза ладонью. - Мне очень жаль, сир. Артур обречен. - Гаюс, я не могу допустить, чтобы мой сын стал магом. Должен быть способ! - Если бы мы могли найти Дизир. - Но мы искали! Девятнадцать лет искали! Не нашли! Может их и не существует вовсе? А мы гоняемся за призраками? Может это месть Нимуэй? – спросил пораженный внезапной догадкой король, он резко повернулся к Гаюсу. – Ты уверен, что Дизиры существуют? - Да. - Откуда тебе это может быть известно? В книгах о них нет никаких сведений. - Но люди помнят их. Еще до Великой Чистки Дизиры являлись кому-то из магов и одаривали подарками. - Например? - Магическим предметом или даром, которым другие владеть не могли. Верховная жрица обязана подчиняться им. - Нимуэй должна подчиняться Дизирам? - Почему вы все время вспоминаете Нимуэй? Не она прокляла Артура. - С нее все началось, Гаюс, с нее, – прошептал Утер. – Можешь идти. - Что вы будете делать, сир? Король молчал. - Возможно, стоит рассказать Артуру о том, что случится в день его двадцатилетия? - Ни в коем случае! – вскричал Утер. – Он не должен об этом знать. Может все еще изменится. - Как знаете, сир, – ответил лекарь, и поклонившись вышел из королевских покоев. Утер устало опустился в кресло и попытался сосредоточиться на лежащих перед ним бумагах. Что ему делать? Как предотвратить исполнение проклятья? Вернуть магию в Камелот? И тем самым признать, что его преследование магов было незаконным. Если он разрешит магию, Артур не станет магом, но этим указом Утер перечеркнет почти двадцать лет своего правления. А если он допустит, чтобы Артур стал магом, возможно ли будет это скрыть? Король не находил ответа. Кроме Гаюса о проклятье никто не знал. Осталось меньше месяца. Что изменится за это время? Утер взял письмо от короля Немета, Родора, и улыбнулся. Давний союзник писал, что с удовольствием приедет на празднество, а когда король Камелота написал, что ждет его в гости гораздо раньше, ответил, что приедет, как только сможет. Утер отложил письмо. У Родора была дочь, принцесса Митиан. Прекрасная пара для Артура. Утер и Родор решили, что настало время, чтобы дети познакомились поближе, чтобы потом заключить союз между обоими королевствами. Пора поговорить с сыном. Гвен шла по коридору, но вдруг проходя мимо одной из колонн, ее кто-то схватил за руку и дернул к себе. Она вскрикнула. - Ты избегаешь меня, – сказал Артур. - Как вы меня напугали! – воскликнула девушка, и сердито посмотрела на него. - Ты меня избегаешь, – повторил он, пристально глядя на нее. - Почему же? Вчера Моргана хотела вас видеть, и я позвала вас в ее покои, и… - Ты понимаешь, о чем я говорю, – взмолился Артур, и выставил руки по бокам от нее. Сердце Гвен забилось чаще, позади нее была стена, по бокам руки Артура, а впереди он сам. - Перестаньте, – прошептала она, и опустила глаза. - Я не хочу переставать. - Вы погубите и себя и меня. - Гвен. - Пустите. - Гвиневра! – повторил Артур, и, приподнял ее лицо за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. – Ты все помнишь, я знаю. Гвен судорожно сглотнула и отвела взгляд. - Артур, будет лучше, если мы оба обо всем забудем. Так будет лучше для всех. - Кроме нас! - Нет никаких нас, – она снова сердито посмотрела на него. – Есть вы принц и наследник Камелота, и есть я служанка принцессы Морганы. - Потому что ты так этого хочешь. Ведь так? - Да, именно этого я и хочу! – вскричала она, и, вывернувшись из его рук, пошла прочь. Артур в ярости стукнул кулаком в стену. Почему она не хочет его слушать?!