Лисья свадьба

Мишура местами была слегка колючей, но все же достаточно мягкой, чтобы было приятно прятать в ней ладони. Блестящая, играющая яркой палитрой красок, она рябила в глазах, отчего смотреть на нее долго было достаточно сложно. Шэнь Юань с удовольствием упаковывал подарки своим знакомым и близким. На каждый ушло достаточно много времени, чтобы найти нужные подходящие вещи, а после запаковать в яркую бумагу и мишуру. Лис не скупился на материалы и время, и, несмотря на усталость и боль в запястьях, энтузиазм остался непоколебим. — Как думаешь, запах этих свечей понравится братцу Му? Я начинаю сомневаться. — Ты приобрел их два месяца назад, — отозвался Лю Цингэ, который не смог отказать в помощи своему любимому лису и теперь послушно скручивал мишуру и проволоку в виде разных бантов и сомнительных фигур, которые лишь отдаленно напоминали деревья, цветы и животных. Лорд пика Бай Чжань сидел на полу, опираясь слегка на ноги Шэнь Юаня, и был полностью сосредоточен на унылой и бесполезной, на его взгляд, работе. — Да, тогда мне казалось, что это будет идеальным подарком, — закивал головой лис, задумчиво смотря на свечи. — Но теперь мне кажется, что этот запах слишком резкий для него. Лю Цингэ тяжело вздохнул и задрал голову, смотря на Шэнь Юаня снизу вверх. — Дай мне их понюхать. Мне сложно ответить на твой вопрос, я совсем не помню их запаха. Шэнь Юань со смешком протянул свечу сидящему на полу лорду пика Бай Чжань, чтобы тот дал свою оценку аромату. Но тот, стоило подарку для Му Цинфана оказаться прямо возле его носа, осторожно схватил лиса за запястье и потянул ниже, вынуждая Шэнь Юаня тихо ойкнуть и согнуться чуть сильнее. А Лю Цинге, прикрыв глаза, бережно держал запястье Шэнь Юаня в своей ладони и прикасался губами к синей венке. С небольшой неловкостью, Шэнь Юань ласково погладил пса по волосам, едва касаясь опущенных ушей, а после с улыбкой напомнил: — Лю-гэ, мне нужно закончить упаковывать подарки. После нескольких секунд лорд пика Бай Чжань наконец открыл глаза. Покосившись в сторону уже упакованной маленькой горки подарков, он раздраженно фыркнул: — Можно было просто всем отправить обычные открытки, а не тратить сколько времени на эту ерунду. — Ты так и не сказал, что думаешь об этом запахе, — мягко пожурил пса Шэнь Юань. — Пойдет, — фыркнул Лю Цинге, отпуская руку лиса и вновь сосредотачиваясь на мишуре. — Но ты даже не понюхал, — младший лорд пика Цинцзин аккуратно дернул пса за ухо, широко улыбнувшись, когда на это короткий хвост стукнул его по ногам. — Я уверен в твоем выборе. — Спасибо, — не сдержал смешка лис, начиная заворачивать свечи.

***

Шэнь Цинцю ненавидел праздники: все эти лживые улыбки, поздравления, просто уродливые морды окружающих. Хотелось исправить эти отвратительные выражения лиц на более приемлемые. Например, ударить их чем-нибудь потяжелее. Но праздники очень любил его младший брат, а оттого Шэнь Цинцю каждый раз терпел, сжимая зубы и становясь еще более раздражительным. Хрупкая праздничная игрушка, которая была в этот момент в руках лиса, хрустнула: Шэнь Цинцю, слишком погрузившись в собственные мысли, случайно ее сломал. Брезгливо бросив ее на пол, он повернулся к Юэ Цинъюаню и высокомерно произнес: — Где ты купил этот мусор? Нельзя было найти что-то качественней? — Ты разбудишь его, говори потише, — мягко укорил пес, не отрываясь от развешивания игрушек на полках. Старший лорд пика Цинцзин перевел взгляд на кровать, где, укутавшись в разноцветные гирлянды, спокойно спал Шэнь Юань, утомленный предпраздничными хлопотами. Под боком лиса сладко посапывал Бон-Бон. Увидев щенка на кровати, Шэнь Цинцю скривился, словно проглотил целый лимон, и вновь обратился к Юэ Цинъюаню, тем не менее послушно говоря тише: — Неужели нельзя было приобрести что-нибудь более красивое и лучшее? Эти отходы годны лишь для того, чтобы валяться на помойке да радовать в праздник помойных крыс. — Это самые дорогие игрушки. До самого моря ты не найдешь товара лучше, — отозвался Юэ Цинъюань, поднимая небольшую коробку и передавая ее лису. — Подержи, пожалуйста. Лорд Цинцзин принял коробку, но и не думал прекращать уличать пса в его промахах. — Значит, нужно было продолжать искать уже ЗА морем. Неужели ты и правда такой идиот, каким кажешься? Воспользовавшись тем, что руки у Шэнь Цинцю были заняты, Юэ Цинъюань надел тому на голову праздничный венок и тепло улыбнулся. — Тебе идет, Цзю. Раздраженно фыркнув, Шэнь Цинцю уже собирался ответить что-то колкое, как со стороны кровати послушалось шуршание мишуры. Младший лис сел, сонно протирая свои глаза, и отчаянно боролся с зевотой. Он выглядел так беззащитно, что на несколько мгновений лорд Цинцзин растерялся. Ведь это была именно та картина, о которой он мечтал в детстве. Его брат в безопасности и счастлив. Так и не открыв толком глаза, Шэнь Юань слабо позвал: — Гэгэ? — Я тут, — тут же откликнулся Шэнь Цинцю, осматриваясь, куда бы поставить коробку. — Я тут, — лукаво отозвался Юэ Цинъюань, подходя к кровати и садясь рядом. Шэнь Юань, таки зевнув в ладоши, тут же положил голову на плечо псу, довольно жмурясь, когда его приобняли за пояс. — Наглая шавка, — пробормотал под нос Шэнь Цинцю, с мелочной мстительностью прогоняя возмущенно тявкнувшего Бон-Бона с кровати. Щенок, недовольно отфыркиваясь, сразу же вновь свернулся в комочек рядом с разбросанной по полу разноцветной мишурой, опять погружаясь в сон. Сложив руки на груди, старший лис с легкой болью на сердце смотрел на двух лордов, сидящих на кровати, а после, мотнув головой, приподнял брови: — Перерыв окончен. Брат, если ты уже проснулся, разрешаю тебе присоединиться к работе. Шэнь Юань на эту легкую грубость лишь улыбнулся. — Тебе идет этот венок, гэгэ. — Я сказал ему то же самое, — поддакнул Юэ Цинъюань, аккуратно начав выпутывать младшего лиса из мишуры. Закатив глаза, Шэнь Цинцю решил оставить высказывания этих двоих без комментариев. Так и не сняв со своей головы венок, он продолжил развешивать игрушки, сохраняя свой благородный и отстраненный вид. И лишь в душе позволяя себе несмелую слабую улыбку.

***

В свете лампочек было мало что видно. Они висели прямо над головой Шэнь Юаня, украшая вход в деревянный дом, попеременно зажигаясь и потухая, меняя свой свет. Шэнь Юань до сих пор не понимал, как дьявольских огоньков, заключенных в небольших прозрачных круглых темницах, заставили работать так слаженно. Но решил поверить на слово, что это безопасно как для окружающих, так и для самих огоньков, которые ни в коем случае не страдали, находясь в таком заточении. Лис решил просто наслаждаться подарком. Ласково перебирая волосы спящего у себя на коленях юноши, Шэнь Юань наблюдал за тренировкой Лю Цингэ: тому было все равно на отсутствие дневного света, а душа требовала действий даже в предпраздничную ночь. Да и выпустить пар после шумных дневных споров тоже не мешало бы. — Ты смотришь на него слишком долго, — послышался слегка хриплый, но совершенно не сонный голос с колен. — Теперь ты должен столько же смотреть на меня. — Я смотрю на вас одинаково, Бинхе, — пожурил того Шэнь Юань, послушно переведя взгляд от Лю Цингэ. — Нельзя быть настолько жадным. Собеседник не ответил, лишь слегка повернулся, чтобы было удобно лежать и смотреть лису прямо в глаза. Огоньки были над головой лиса, и все эти яркие вспышки отражались в чужих черных зрачках. Словно сама радуга после свадебного дождя решила поселиться в этих глазах. — Ну что? — улыбка никак не хотела покидать лицо Шэнь Юаня. — Я смотрел на тебя достаточно? Лю Цингэ перестал тренироваться и подошёл ближе. Но лис не отрывал взгляда от чужих глаз, ожидая ответа. — Нет, — ответил после паузы юноша, — я бы хотел, чтобы мой учитель смотрел всегда лишь на меня одного. Лю Цингэ на такое лишь фыркнул и присел рядом, не вмешиваясь в разговор. — Бери пример с братца Лю, он, в отличие от тебя, не настолько жаден. — Он хуже, — доверительно сообщил Бинхе, — просто не говорит от этом. Шэнь Юань тихо засмеялся, отчего Лю Цингэ так и не ответил на чужую колкость, не желая перебивать лиса, вместо этого решив положить свою голову на плечо лорду Цинцзин. Огоньки гирлянды, словно следуя чьему-то приказу, стали светить тусклее и менять свои оттенки медленнее, делая атмосферу для сидящих более спокойной и уютной.