История одной жизни

      — Как ты? — Варрик похлопал сидящего на камне Фенриса по плечу.       Воину в этот раз досталось больше всех. На них напала целая толпа из каменных изваяний и демонов и одна из этих тварей успела достать эльфа, сломав ему ногу. Мариан сидел перед Фенрисом на коленях и выглядел непривычно бледным и нервным. Парень сжал губы с такой силой, что те побелели, сливаясь с кожей лица, но он продолжал упорно заниматься своим делом. Всё как его учила Бетани: сначала промыть рану (на это ушли остатки его воды); после закрепить два обломка каких-то палок на голени; и последним этапом пропитать куски ткани, служившие бинтами, в зелье, которое предотвращало заражение. Благодаря заботливому целителю у них с собой помимо снадобья здоровье, была пара склянок усиленных зелий, которые хорошо справлялись даже с серьёзными переломами. Вот только даже приняв все зелья и обвязав ногу, им нужно было хотя бы несколько дней, чтобы всё это подействовало правильно. У них же этого времени не было.       — Может мне стоило согласиться на сделку, — Мари не обращался ни к кому конкретно, просто озвучивал назойливые мысли вслух.       — Я бы лично убил тебя, — раздался голос Фенриса сверху.       Разбойник вздрогнул, он уже и забыл кому перевязывает ногу. Отрешенно кивнув на высказывание эльфа, парень завершил свою работу и встал с колен. У них было несколько проблем — раненный Фенрис, отсутствие воды и малое количество дров. Нужно было пройти в боковые тоннели, попробовать раздобыть обломков сундуков или бочек, поймать парочку нагов и найти воду. Варрик был прав, высказывая своё сомнение по поводу отсутствия магов в отряде. Они могли бы наморозить льда, который прекрасно бы превратился в воду для питья.       — Пойду осмотрюсь и поймаю нам ужин, — Мари развернулся в сторону одного из неизведанных тоннелей.       — Подожди, я пойду с тобой, — Авелин поднялась на ноги, забрасывая на спину щит.       Уходить далеко от лагеря было опасно, но в двух первых коридора оказалось абсолютно пусто — обычные голые обтёсанные стены, и парочка демонов, конечно, куда без них. Воительница тяжело вздохнула, когда они вновь вернулись к пяточку, на котором устроили свой небольшой привал. Варрик и Фенрис вопросительно посмотрели на вновь вернувшихся, но говорить ничего не стали и без их комментариев было понятно, что дела у них хуже некуда. Если без еды они смогут продержаться ещё пару дней, то вот без воды не протянут и следующий день, особенно если вновь нагрянут эти каменные создания.       Мариан выдохнул и кивнул в проход выдолбленный в стене, в такие места было опасно идти, но выбора не было и Авелин кивнула проходя вперёд, несмотря на попытку разбойника скользнуть в проход первому. Она воинственно поднял перед собой щит, показывая, что лучше она пойдёт первая. Мари на это лишь скорчил недовольную мину, но двинулся следом.       Чем дальше они шли по узкому тоннелю, тем сильнее погружались в темноту, последние отблески лавы остались позади, а факел они с собой взять не догадались. Авелин шумно выдохнула, когда поняла, что совершенно ничего не видит впереди и остановилась, дальше идти было бессмысленно. Женщина развернулась, чтобы сообщить об этом разбойнику и замерла. Два ярких лириумного цвета глаза мерцали во тьме и воительница прекрасно видела их, словно бы они светились изнутри. Авелин даже на всякий случай тряхнула головой, желая развеять морок, но даже это не помогло, она прекрасно видела перед собой глаза Мари, который недоумённо взирал на неё.       — Ты чего? — разбойник сделал какое-то едва заметное движение, но в темноте Авелин не видела ничего кроме его глаз.       — Дальше нет смысла идти, ничего не видно, возвращаемся, возьмём хотя бы факел.       Мариан не сразу понял о чем говорит его подруга, но постепенно смысл её слов стал доходить до разбойника и тьма подступила ближе. Действительно, как он мог не замечать, что они забрались настолько глубоко в тоннель, туда, где лава больше не освещала им путь и не было даже каких-то импровизированных источников света, которыми пользовались порождения тьмы. Разбойник мысленно посмеялся над столь глупым словосочетанием. До этого момента он так уверенно шагал за женщиной, видя её спину перед собой, что даже не обратил внимания, насколько же глубоко они зарылись. Факт того, что им вновь придётся вернуться ни с чем, весьма удручал, но выбора не было, идти дальше было попросту опасно. Если где-то тоннель оборвётся или закончится уступом — они попросту погибнут.       Парень уже хотел было развернуться обратно, как обнаружил весьма неприятную вещь на своём пути — каменную стену. Это было совершенно невозможно, учитывая, что они постоянно шли прямо по тоннелю не сворачивая никуда, да и если бы и хотели, никаких поворотов на пути попросту не было. Разбойник напрягся всем телом, готовясь к очередной схватке. В темноте драться будет ужасно неудобно, но и погибать на Глубинных тропах в его планы на ближайшее будущее не входило.       — Пошли уже, Хоук, — Авел не сильно толкнула его в спину.       — Тихо, тут тупик, похоже мы попали в чью-то ловушку, — Мари немного отшагнул назад, чтобы иметь место для манёвра.       Разбойник слышал, как позади него воительница осторожно вынимает меч из ножен и сильнее сжимает свой щит, готовясь отразить невидимый удар. Мариан прислушался к звукам, прикрывая глаза, но в пещере царила абсолютная тишина и она напрягает больше, чем какие-то звуки. На Глубинных тропах всегда что-то происходит, хотят того искатели приключений или нет, но все тоннели населены кучей разнообразных тварей от безобидных нагов до детёнышей драконов. Всегда можно услышать шипение лавы или топот порождений тьмы, а сейчас не было абсолютно ничего.       — Тут тоже стена, — произнесла Авелин шёпотом.       Разбойник выругался про себя. Скорее всего это только иллюзия, но главное было узнать, кто так умело расставил на них сети. Желающих было не так уж и много, видимо тот демон решил поиграть с сознанием ослабленных людей и загнал их сюда. Мари медленно выдохнул и тут раздался вновь этот странный едва уловимый шёпот. Парень сразу же узнал этот голос, всё те же шипящие и тянущиеся гласные звуки, словно говорящему не удобно произносить слова и он старается произнести их как можно более правильно.       Мари прислушался. Постепенно речь становилась всё менее иноземной и казалась знакомой, чем дольше разбойник вслушивался, тем больше слов удавалось понять. Протяжные гласные были из эльфийского, только слова были такими древними, современный язык эльфов был куда более понятным по произношению. Мариан в своё время прочёл достаточно много текстов на этом языке и значения слов всплывали в памяти: «знакомый…голод…лириум…кровь…это она…кровь…дракон…сон». Составить логичное предложение из этого набора слов не удавалось и парень бросил попытки. Чтобы их сюда не заманило, оно не пытается их сразу же убить, либо не может, либо не хочет. Истинных мотивов врага Мари понять не мог, но и они были не так важны, как возвращение к спутникам. Если напали на них, то они могут и не выжить.       — Это иллюзия, — едва приоткрывая губы произнёс разбойник, он ждал ответа от воительницы и продолжил, — закрой глаза и возьми меня за руку, просто доверься, хорошо?       — Ты знаешь, как избавляться от такого рода вещей? — Авелин оказалась куда ближе, чем парень думал и от шёпота почти в самое ухо, едва заметно вздрогнул.       — Да, отец обучал не только Бетани, но и нас с Карвером, — Мари услышал, как женщина убрала щит за спину и сжала его руку. — Главное не открывай глаза, это может стоить тебе разума, я тоже закрою. Выдохни и делай, что я буду говорить.       Мариан не видел, что происходит за его спиной, но зная Авелин, она просто кивнула на его высказывание, хотя на самом деле хотела задать ещё пару уточняющих вопросов или даже поспорить с ним. Разбойник последовал своему собственному совету и закрыл глаза, весь мир погрузился на мгновение во тьму, и тут же возник в своей смазанной форме. Мари видел перед собой тоннель по которому они пришли, не было никакой стены и осторожно сделав шаг парень преодолел это место. Авелин шагнула вслед за ним. Какое-то время они шли так, пока Мариан полностью не убедился, что впереди всё чисто, а сквозь смеженные веки пробивается свет.       — Кажется вышли, — Мари открыл глаза и повернулся в сторону своей спутницы.       Она часто моргала, пытаясь привыкнуть к пусть и тусклому, но свету. Не прошло и пары минут, как они вышли к своему лагерю. Варрик помахал им рукой, Фенрис лишь кинул взгляд в их сторону. Это было странно. По ощущениям Мариан они достаточно долго шли по тоннелю, до того как он стал сужаться и превратился в черную дыру, но обратно они вышли в два раза быстрее. С этим тейгом явно что-то не так. И чей шёпот он постоянно слышал в этой темноте? Это нечто говорило на шипящем языке, таком древнем, что Мари не было даже с чем его сравнить, а усталость в его голосе… Да и с кем оно разговаривало?       — Вы чего такие бледные? — Варрик поднялся, приветствуя друзей. — Ничего не нашли?       — Нет, нам устроили ловушку, — Авелин кинула взгляд в сторону разбойника, но так как тот не стремился прервать её, продолжила. — Не знаю точно, что произошло, но нас словно заперли в гробнице, вышли только благодаря Мари.       Фенрис тоже поднялся и кинул хмурый взгляд в сторону тоннеля.       — Пошли дальше, если оно так явно отпугивает нас, то лучше продолжить путь, — эльф склонился к своим вещам и стал быстро их собирать.       Остальные последовали его примеру. Идея оказалась куда более здравой, чем казалась на первый взгляд. Несмотря на то, что Авелин практически пришлось нести Фенриса на себе (на уговоры пришлось потратить ещё какое-то время, прежде чем эльф скрипя зубами позволил женщине закинуть свою руку ей на плечо), отряд достаточно быстро дошёл до места, где радостно повизгивали наги и шумел пусть и скудный, но ручеек. Варрик первым делом накипятил воды и поставил её остужаться, чтобы пополнить их бурдюки, Мари несколькими меткими бросками кинжалов добыл им тушки нагов, а Авелин встала в дозор.       Мариан помог перебинтовать ногу эльфу, пока гном готовил им похлёбку. Авелин прошлась вокруг их импровизированного лагеря, который они поставили прямо посередине небольшой развилки. Этому приёму их научил Андерс, строго настрого запрещая ставить на Глубинных тропах лагеря в тупиках.       «Количество порождений тьмы никогда нельзя предугадать, и если они загонят вас в тупик, то можете прощаться с жизнью. Многие из них глуповаты, и побег не раз спасал нам жизни».       Мари выдохнул, заканчивая с перевязкой ноги эльфа. Ему совершенно не нравилось, что даже в такой момент, в его голове совершенно ясно звучал голос этого целителя. Ну и за что ему это наказание? Почему он не может вспоминать кого-то менее раздражающего и более женственного…       — Что не так? — Фенрис перебил глупые мысли разбойника, Мари на его вопрос лишь криво улыбнулся и покачал головой.       Разбойник чувствовал, как к вискам подбирается настойчивая пульсирующая боль. Нужно было хотя бы немного перекусить и вздремнуть. Варрик радостно оповестил всех, что можно приступать к обеду (Мариан до сих пор считал это своего рода гномьей магией, понимать когда на поверхности наступает утро, а когда ночь).       — Ты же не жил в Орзамаре, почему же так хорошо определяешь время? — задала мучающий разбойника вопрос Авелин.       — Я просто умею очень уверенно говорить, откуда мне знать, может сейчас глубокая ночь?       В эти слова верилось куда больше, но Мари встречал гномов не с поверхности и они говорили, что и без солнца легко определяют, когда оно встаёт, а когда уходит за горизонт. Магия, не иначе. Разбойник практически залпом выпил свою порцию похлёбки и тут же рухнул на свой лежак, моментально погружаясь в сон.       Мариан очень часто видел яркие и красочные сны, иногда это были призраки прошлого превращающиеся в бесконечный кошмар, от которого он просыпался весь в поту, иногда сон представлял собой набор бессмысленных, но очень весёлых картинок. Реже всего он видел подобные сны, чёткие словно недавние воспоминания или навеянная кем-то иллюзия.       Высокий широкоплечий мужчина с черными словно смоль волосами, ниспадающими чуть ниже плеч, медленно шагал по длинному узкому мосту. Его голову венчали два больших рога, состоящих словно из натурального лириума, стоило ему обернуться, как точно такого же цвета глаза блеснули в темноте. На какое-то короткое мгновение он посмотрел ровно в то место, где стоял разбойник и Мари показалось, что он его видит, но мужчина лишь качнул головой.       — Ну и зачем ты сюда пришёл? Вновь просить за своих любимых эльфов? — в его голосе слышалась непередаваемая усталость.       Хоук обернулся и увидел стоящего в самом начале моста эльфа, почему-то не получалось разглядеть его полностью. Он точно был высок, над выбритыми висками волосы были зачесаны назад в тугой длинный хвост, в прядях поблёскивали украшения. Мари сощурился, но четче разглядеть эльфа не удавалось всё равно, только его глаза поблёскивали неестественным фиолетовым цветом.       — Они убьют её, если не помешать им! Ты должен понимать, что их война не кончится ничем хорошим! Они уже считают себя богами, а что будет если они смогут после её убийства подчинить себе и разумных драконов? — в голосе эльфа слышалось негодование и отчаяние.       — Этого не случится, — мужчина не повышал тона, но всё равно казалось, что его голос звучит отовсюду.       Мариан осмотрелся. Это была огромная пещера, невозможно было разглядеть где она заканчивается, верх и низ утопали во тьме, но стоило разбойнику приглядеться к месту, куда шагал неизвестный, как сердце забилось с удвоенной силой. Мост вёл прямиком в гигантскому алтарю, на котором полукругом на разной высоте расположилось множество элювианов, а посередине, на небольшом постаменте сидел огромный дракон. Он превосходил размерами даже того, в которого превращалась эта странная ведьма, его черно-золотистая чешуя мерцала неестественным светом. В глазах читалось неприкрытое высокомерие и раздражение.       — Это существо думает, что нас можно приручить словно зверушек? — шипящие и свистящие звуки вырывались из глотки дракона, но несмотря на это, Мариан прекрасно понимал, что именно говорит это существо.       — Не обращай внимание на невежд, друг мой, хотя в его словах и есть доля правды, из-за которой я просил встречи с тобой, — мужчина сделал несколько шагов вперёд.       Дракон изящно и совершенно бесшумно спикировал со своего места к мосту. Он кивнул головой, позволяя мужчине продолжить.       — Моя любовь ослеплена, хочу просить тебя о том, чтобы вы присмотрели за ней, — только сейчас Мари заметил, как эльф позади него едва заметно скривился, в отличии от разбойника, он похоже не понимал слов говорящих и чувствовал себя не в своей тарелке.       — Звучит весьма оскорбительно, ты знаешь, что она всегда под нашим присмотром, Баланс никогда бы оставил своё дитя на растерзание, кому как не тебе это знать, — кажется дракон усмехнулся и кивнул куда-то вниз.       Мариан перегнулся через перила, желая разглядеть что-нибудь в этой тьме. К его огромному удивлению у него это вышло. Внизу как ни в чем не бывало шла исполинская фигура, казалось она состояла полностью из камня и не обращала никакого внимание на тех, кто разговаривал наверху. Вслед за гигантом семенил небольшой отряд, Мари ещё раз прищурился, и узнал в маленьких точках гномов.       Что это за место вообще? Хоук прикрыл глаза и резко проснулся. Правда не самостоятельно, кто-то упорно тряс его за плечо.       — Хоук, Хоук! Надо уходить, быстро, их слишком много! — в голосе Авелин была паника, что уже было плохим знаком.       У них практически не осталось зелий, не было сил сражаться, тем более против огромной толпы вперемешку дикарей и демонов, всё что им оставалось это бежать и надеяться, что рано или поздно эти создания отстанут от них. Фенрис попеременно держался то за плечо Авелин, то опирался на Мари, который всеми силами старался запоминать направление и количество поворотов, чтобы в случае чего, они могла выйти обратно к своему лагерю. Вот только его планам не было суждено сбыться. От погони они оторвались - уставшие, загнанные они едва передвигали ноги, когда словно из-под земли выросла новая проблема.       Мариан застонал от бессилия, но тут же взял себя в руки, заставляя уставшее тело двигаться. Дух оказался не просто умным, но ещё и очень сильным, он чередовал разные атаки и передвигался с неимоверной скоростью. Мари несколько раз едва не раздавила эта каменная глыба, Авелин повезло меньше, она принимала на себя главный удар и не успела уйти с траектории врага вовремя. Каменный шар раздавил бы женщину, если бы Мари не выскочил рядом с ней, словно чёрт из табакерки, и не дёрнул за руку, но даже так, воительница получила слишком сильные повреждения, а рука державшая меч, повисла плетью. Хоук не задумываясь толкнул её за колонну и оставил там.       — Не смей выходить! В следующий раз я могу не успеть! — было ощущение, что женщина его не слышит, её глаза то и дело закрывались. Это и к лучшему, пусть лучше сидит тут.       Фенрис словно забыв про свою раненую ногу ловко кружил рядом с каменным духом, нанося ему удары используя особенности своего тела. Мариан чётко видел, что этот дух был пропитан силой лириума и лучшим оружием против него были далеко не физические атаки, а комбинация способностей и зачарованных кинжалов. Болты Варрик позвякивали при столкновении с камнем, а вскоре и вовсе закончились. Не успел Мари сделать и пары шагов, как заметил, что гном сползает по колонне — эта тварь призвала себе на помощь дикарей и один из них вырубил арбалетчика. Хоук оказался быстрее противника и разрушив очередное каменное чудо, перетащил гнома в безопасное место, возвращаясь на помощь Фенрису. Мари оставалось только удивляться живучести и силе эльфа, он не переставая наносил удары и ловко уходил из зоны поражения, а это с не до конца зажившим переломом.       — Что друг мой, уходим ко дну? — ухмыльнулся Хоук, поравнявшись с воином.       — Как ты умудряешься веселиться даже сейчас? — Фенрис краем глаза видел огонь горящий во взгляде разбойника и слегка безумную улыбку.       — Разве у нас ещё будет время так повеселиться? — они вместе забежали за одну из колонн, скрываясь от странных обжигающих лучей.       Мариан хватал ртом воздух и облизнув пересохшие губы, решил для себя — сейчас или никогда. Он их всех сюда затащил, значит и ему отвечать. Не успел разбойник ничего предпринять, как эльф уже выскочил из укрытия и вовсю бил предполагаемое сердце духа, пока тот медленно восстанавливал своё тело. В следующее мгновение тело воина уже летит в сторону одной из колонн, Мари успел перехватить его, принимая удар от столкновения с колонной на себя.       — Зачем ты это сделал? — хотя всё лицо Фенриса заливала сочащаяся из виска кровь, он всё равно пытался повернуться к Хоуку и отчитать его за этот глупый поступок.       Эльф в ужасе осознал, что названный командир их отряда едва дышит и поспешил подняться. Тело сопротивлялось, все рёбра были переломаны, а рука не могла нащупать меч. Вот так смерть. Забитый до смерти каменными глыбами, держащий на руках слишком надоедливого разбойника, который до самого конца делал всё, чтобы их спасти. Фенрис выругался на кунлате. Всё плыло перед глазами и он не сразу заметил, что Мари уже самостоятельно сел и даже улыбнулся ему, слегка кривой, но такой необычной, слишком тёплой улыбкой. Эльф ни разу не видел, чтобы Хоук улыбался так, а не кривил губы в ехидной усмешке.       — Я спасу вас.       Дальше была яркая вспышка, послышался звон кинжалов и крик Мари, такой звонкий, словно бы…голос принадлежал не разбойнику, а его сестре. После пришла тьма.