***
Но вот однажды Голд надоело сидеть без дела и скучать. Кефер был на битве, и девушка решила встретить его. Нейт стояла на посту, потому что на этот раз братья сражались далеко от города. Карина подошла и сказала: — Нейт, пропусти, я хочу встретить Кефера. — Неизвестно, когда кончится битва, а ты не воин, — возразила Нейт. — Я сказала, что встречу его! Пропусти немедленно! Нейт хотела снова возразить, но подумала: «До чего надоела!» — и открыла ворота. Карина вышла из города и пошла по пустыне. «Вот как нужно убеждать», — подумала Голд. Она шла долго и наконец услышала шум битвы. Притаившись за камнем, Карина наблюдала. Вот Эксатон сражается с её милым Кефером, вот Гор, вон Гиксос. Ого! А это Лео! Как ловко он обошёл Хатанора и сильно ударил его. И вдруг Кефер крикнул: — Кольцо фараона! Эксатон полетел в её сторону. Карина еле успела увернуться. Эксатон встал, злобно посмотрел на неё, а потом в один прыжок оказался рядом с Голд. Он схватил её, но она вырвалась, ударив его, но тут же снова оказалась в руках тёмного фараона. Эксатон вышел, таща Карину, и крикнул: — Если ценишь её, Кефер, приходи в Тёмную пирамиду и присягни мне на верность! — и скрылся.***
Правящий совет обсуждал дальнейшие действия. Никакой присяги! Только Карину нужно спасти. Никто не обвинял Нейт за то, что она отпустила Карину, к этому даже не возвращались. — Как спасать Карину? — спросил Сет. — Я считаю, нужно обмануть Эксатона: выкрасть девушку, — сказал Бэс. — Но кто, кроме Кефера, пойдёт? — спросила Исида. — Я, — ответил Лео. — Я тоже, — сказал Гиксос. И вдруг он вспомнил, какой скандал устроила Голд, когда он натолкнулся на неё. Она ещё говорила, что он влюбился в неё. Гиксос поморщился, желание спасать Карину пропало, но он уже вызвался.***
В троном зале Тёмной пирамиды стоял мрак, а вечную жуткую тишину нарушал визк Карины, которую привели только что. Правитель сидел на троне, подперев подбородок рукой и подавшись немного вперёд, с неким прищуром. Он не успел ничего сказать, как девушка уже начала кричать. — А ну, отпустил меня! Ты, чудовище красноглазое, — размахивая связанными спереди руками, командовала землянка. Анубис хотел уже зажать уши, чтобы её не слышать, ведь, когда он её сюда вёл, она возмущалась точно так же, но с нетерпением ждал, когда же Эксатону надоест всё это. Сехмет, стоявшая возле правителя, не могла найти слов возмущения от такого хамства в его сторону и всё больше удивлялась, почему он молчит с такой довольной улыбкой. — Отведи её в темницу, Анубис, — вскоре приказал фараон. Приспешник расправил скрещенные руки, остолбенев на мгновение, и тут же стал подходить к девушке, попутно сделал жест рукой в сторону выхода. — Не тронь меня, псина блохастая, — Голд сделала шаг назад. — Иди вон кошку гоняй! Сехмет поперхнулась и от смеха, и от возмущения. Она восприняла слова о «кошке» на свой счёт, но скандал в присутствии Эксатона устраивать не стала. Анубис довольно оскалился, остановившись. — Я и не собирался к тебе прикасаться. Тяжёлые шаги позади заставили Карину обернуться: две мумии высокого роста и с алыми глазами, как кровь, направлялись в её сторону. Попятившись назад, она упала, начав брыкаться. — Нет, не трогайте, уроды! — взвыла Голд. — Мой Кефер придёт за мной и вам такое устроит! Не обращая внимания на сопротивление девушки, стражники протянули руки, чтобы её поднять и увести, хотя все присутствующие немного удивились насчёт «Карининого Кефера». В этот момент у одного из мумий с запястья вылезло, похожее на земную сороконожку, насекомое, шевеля длинными усами и изгибаясь, поднялось до его плеча, снова спрятавшись под грязные бинты. От такого зрелища Карина закричала чуть ли не на всю пирамиду. Эксатон с приспешниками довольно сморщили лица. Стражник с силой ухватился за раненое плечо Голд, от чего она ещё сильнее закричала и потеряла сознание от боли.