Ты нужен мне

— У меня к вам предложение, в эти выходные съездить на каток, — объявил Кирилл Александрович в конце классного часа. Класс мгновенно наполнился шумом. Осень в этом году затянулась. Пока светило солнце, она была прекрасна, но когда начались дожди и лужи, серость быстро надоела. Уже хотелось белого пушистого снега и мороза, а пока только низкие тучи висели над городом плотно и неподвижно, и, кажется, вовсе не собирались уступать. Может, поэтому предложение провести весь день на льду спортивной арены, было воспринято радостно и почти единогласно. — Антон, ты поедешь? — толкнула локтем Аня. — Не знаю, хочется, но я никогда не катался. — Серьезно?! Тогда ты просто обязан поехать! Я тебя научу! Антон, задумавшись, повернул голову в сторону учителя и тут же встретился с ним глазами. — Да, ты права, я пойду, — не отводя взгляд, решительно заявил Антон подруге. — Ура! Мы пойдем, Кирилл Александрович! — крикнула Аня учителю. — Тихо все! Поднимите руки, кто идет! Шум прекратился и вверх радостно потянулись руки. Желающих набрался весь класс. — Прекрасно, тогда в воскресенье, в шестнадцать ноль-ноль! Всех устраивает время? — Да! — хором, как первоклашки, ответили будущие выпускники. Каждые выходные, когда не было возможности видеть учителя, Антон впадал в какое-то унылое состояние. Первое время он не обращал внимания на это, списывая все на усталость, а потом поймал себя на том, что в мыслях постоянно проскальзывает настойчивый вопрос, чем же занимается Кирилл в данный момент? Не проходило и часа, чтобы он не вспоминал о нем. Долгожданные выходные превратились в болезненную разлуку и больше не приносили радости. Так что, пусть лучше ему придется сто раз упасть на холодный лед, но зато это отличная возможность увидеть своего обожаемого учителя. Прозвенел звонок и класс моментально опустел, а Антон, привычно направился на факультатив по литературе. Аня, оказывается, не ушла со всеми, а ждала своего друга в коридоре. — Ты видел, как он на тебя смотрел? — радостно начала она. — Кто? — Кирилл Александрович! Когда спросил класс, кто пойдет на каток. Он же глаз не сводил, как будто тебя одного приглашал. — Ань! — залился краской Антон, — Что ты выдумываешь?! Я для него такой же школьник, как и все остальные… — Я тебе серьезно говорю! — Вы девушки любите все романтизировать! Он просто посмотрел на меня, вот и все. — Думай как знаешь, — хмыкнула подруга, и словно на что-то намекая, весьма двусмысленно, подмигнув, добавила: — Я пошла домой, а вам — удачи на уроке! — Аня… — с укоризной, взмолился Антон. — А что, — с веселой хитринкой задумалась подруга, и мечтательно с расстановкой закончила: — Пустой класс, только ты и он… это же так похоже на твои фанфики! Антон снова хотел возмутиться, но лишь смущенно улыбнулся и ничего не ответил. Он и сам об этом мечтал. Хотя после той стычки в коридоре, которая случилась на прошлой неделе, идти на урок было страшновато. Как сейчас поведет себя Кирилл Александрович?

***

За окном из-за туч неожиданно выглянуло робкое низкое солнце, косые лучи расчертили пустой школьный коридор яркими квадратами света. После разговора с Аней, в душе тоже зажглась робкая надежда, может, все же есть у него шанс. Учитель ведь и правда относился к нему не так, как к другим ученикам. Антон и сам замечал, но боялся об этом подумать, потому что нафантазировать легко, а если все окажется неправдой, то кого потом винить? Иногда приходилось наблюдать сцены, когда девушки беззастенчиво строили глазки учителю, но ни на кого из них он не смотрел так, как смотрел на Антона или ему это только казалось… Послышались шаги учителя. Он остановился возле двери класса, и увидев возле окна, Антона, который довольно жмурился в нечаянных лучах солнца, невольно улыбнулся: — Скучаешь по лету? — Нет, — смутился Антон и, подхватив с подоконника рюкзак, направился в класс. Кирилл Александрович, наконец, распахнул дверь, пропуская своего ученика вперед, и чуть помедлив вошел следом. Все как всегда, Антон сел за свою парту. А учитель подошел к окну, сдвинув плотную штору в самый край, но это почти не помогло; солнце уже снова скрылось за тучами. — Включить свет? — поинтересовался учитель. — Нет, — пожал плечами Антон, — пока еще и так светло… — Ну хорошо, если что — скажешь, включим, — учитель сел за свой стол, — Признаться, я тоже не люблю эти лампы, холодный и неуютный свет… Антон ничего не ответил, и почему-то снова покраснев, раскрыл учебник и тетрадь. — Может, нам стоит встречаться чаще? Антон метнул быстрый взгляд и стыдливо опустил ресницы. — …Я имею в виду, сделать факультативы два раза в неделю, как ты на это смотришь? — Я плохо справляюсь? — вопросительно уточнил Антон. — Нет, напротив! — быстро заверил Кирилл Александрович, и почему-то смутился сам, — Ты прекрасный ученик, я просто подумал, что если тебе захочется, я бы смог найти еще время на одно занятие в неделю… — А мне показалось, что вы устали от этих занятий… — не поднимая глаз, ответил Антон. — С чего ты взял?! — Тот случай в коридоре, перед уроками… — Да неловкая история, — признал учитель. — Раз уж мы вспомнили об этом, может все-таки расскажешь, в чем была суть трагедии? — Я не раскрываю чужих секретов. — Похвально, — кивнул учитель, — Значит, все-таки это «чужие» секреты, а не твои? — Не мои… — эхом согласился Антон. — Мы с Аней просто друзья… лучшие… — Рад это слышать… Антон быстро взглянул на учителя. — …Я в том смысле, что Ане повезло, что у нее есть лучший друг, — поспешил закончить двусмысленную фразу Кирилл Александрович. На какое-то время в классе воцарилось молчание. — Извините, я не должен был себя так вести тогда, — еле слышно вздохнул парень, разглядывая свою ладонь. Он боялся, что Кирилл Александрович, снова начнет упрекать за тот инцидент, и даже приготовился защищать право своей подруги на слезы. Но упреков не было, наоборот, учитель как будто похвалил его и защищать оказалось некого. Кирилл Александрович улыбнулся. Антон никак не мог понять, то ли учитель все время смеется над ним, над его детскостью, то ли радуется чему-то, знать бы только чему. — Знаешь… А ты первый, кто посмел пререкаться со мной, даже самые бойкие не рискуют этого делать. Может, я с тобой слишком мягок? Антон испуганно метнул взгляд на учителя, со страхом ожидая дальнейших слов. А что если теперь Кирилл Александрович станет относиться к нему, как ко всем остальным. И кто его только за язык тянул. Антон опять опустил взгляд на свои ладони, сплетая пальцы в замок. — Эй, я пошутил, — еще шире улыбнулся учитель, встал из-за своего стола, и подошел к Антону, сел рядом, — Я тоже должен перед тобой извиниться, все что я тогда сказал, можно было сделать гораздо мягче… Антон молчал и от волнения сцепил пальцы крепче. — Так что скажешь насчет двух занятий? — Кирилл Александрович, вдруг опустил свою ладонь поверх его. Антон быстро расцепил руки и положил их на парту. Казалось, что вот сейчас сердце совсем выпрыгнет из груди, так сильно оно колотится, он чувствовал его частые толчки даже в горле. Все происходило почти как в том самом сне, даже мурашки побежали между лопаток. — Я не против, — не поднимая глаз, ответил он. — Отлично! Тогда вернемся все же к литературе, — бодро предложил учитель, убрав руку, и не желая больше смущать и от этого смущаться самому. Теперь он и сам уже не до конца понимал зачем позволил себе дотронуться до Антона, ему вдруг захотелось прикоснуться, как-то само собой получилось … Да, это так, но разумного или логичного объяснения все равно не было, и тень неловкости до конца не исчезла.

***

Жизнь Кирилла тоже стала монотонной. Работа в школе занимала почти все его время, на личную жизнь не оставалось ни сил, ни желания. Да и не интересны ему стали «многообещающие» разовые знакомства, которые заканчивались одинаково. Раньше он уговаривал себя, что за каждой такой встречей таится надежда отыскать того единственного человека, или хотя бы обрести приятного и понимающего друга. Но очень скоро поймал себя на мысли, что это всего лишь самообман; подобные встречи остаются лишь встречами, и не во что большее они вылиться не могут, хотя бы потому, что Кирилл и сам оказался не готов впускать в свой мир кого-то чужого. Это случилось когда он наконец-то стал работать в школе. Обязанности учителя вдруг заставили пересмотреть всю свою прошлую жизнь и взглянуть на нее честно. Как ни странно, но именно со школьниками он и почувствовал, что стал взрослым и прошлые легкомысленные поступки показались ненужными и даже неприятными. Кирилл не анализировал специально, опять же, на это не было времени — все получилось само собой. Прошлое стало не интересно, а вот в настоящем образовалась пустота. И только одному школьнику удавалось полностью затмить собой открывшуюся бездну. И что самое смешное, мальчик не сделал для этого ровным счетом ничего, одно его присутствие озаряло светом все нынешнее существование. Потому выходные для Кирилла тоже стали скучными и серыми. Зажигательных тусовок не хотелось. Все эти размышления натолкнули на мысль, раз уж вся жизнь поглощена работой, то почему бы и не провести выходной вместе со своими учениками, ведь у него есть прекрасный шумный класс, который тоже успел устать и от учебы, и от непогоды. Больше всего хотелось, чтобы на каток пошел Антон, в этом было непросто признаться себе, но все же, сама идея с катанием, уже вселила какую-то теплую радость.

***

Чем хуже погода на улице, тем приятнее идти куда-то где тебе будет радостно и хорошо. Антон уже собрался, чтобы через час отправиться на каток. И от предстоящей встречи волнения было не меньше, чем перед школьными факультативами. Не каждые выходные удается провести в компании любимого учителя. Кататься он и в правду не умеет и это, конечно, накладывало некоторые опасения, что его неуклюжее поведение на льду, станет предметом для шуток, но даже эта мысль не пугала, теперь Антон точно знал, что ничего плохого от преподавателя ждать не стоит. В квартире раздался звонок. Открыв дверь, Антон увидел Аню. — Я не смогу на каток пойти, мы с родителями едем в гости, отказать им не смогла — семейный вечер, и все такое… Ну, ты их знаешь! — А кто меня научит кататься? Я тогда тоже не пойду… — Нет. Ты идешь! Тебя там ждут! Попроси Кирилла Александровича научить тебя. — Во-первых, кто меня там ждет? А во-вторых, с ума сошла? — Я не хочу позориться перед ним и показывать полную беспомощность… — Он тебя и ждет. И почему сразу позориться? Нет ничего зазорного в том, что ты не умеешь кататься. Если он согласится, то вы сможете стать ближе. Тебе разве не хочется быть с ним ближе? — Аня! — покраснев, возмутился Антон. — Что? — она с вызовом довольно уставилась на друга. Но друг молчал, не дождавшись ответа, она с наигранной строгостью подбодрила: — Не бойся! Давай, собирайся и топай! — Ладно. Может, ты и права.