Пламя лидерства

Зомби спокойно лежал на своей новой кровати, которую ему предоставил Перец, и совершенно ни о чём не думал. Он вёл себя так, словно только что проснулся и не торопился подниматься, чтобы потом поучаствовать в командной деятельности. Впрочем, клон и в самом деле не планировал действовать так, как мог бы приказать Перец. Зомби считал, что долгие годы истреблял ходячих мертвецов! Его мировоззрение не мог изменить внезапный приход трёх неизвестных личностей, которые, недолго думая, повели его в своё укрытие. Конечно, они совсем не походили на восставшую из-под земли нежить, но истребитель зомби не собирался доверять им так просто. Периодически он поглядывал на оставленную в стороне бензопилу и позволял себе радоваться хотя бы тому, что Перец и остальные позволили ему оставить её, а не выбросили, как бесполезный мусор. Вероятно, Революционеры проявляли к нему некое подобие уважения, чего о самом себе Зомби сказать не мог. И всё ещё он не подумывал извиниться за грубое поведение. Пока что он не позволял себе расслабляться и поджидал внезапного подвоха со стороны практически полных незнакомцев. С другой стороны, Зомби посоветовал бы им радоваться из-за того, что он не схватился за оружие и не напал на них! «Если они посмеют угрожать мне, я не побоюсь защититься. Кучка психов. Чем они вообще занимаются в своей секте? Клоны, Диктор, спасения, проекции... Ну что за чертовщина? Живут в своём бункере и придерживаются своих теорий заговора», — Зомби в очередной раз язвительно усмехнулся, а затем поднялся с кровати и поспешно вышел из комнаты, чтобы осмотреться и проверить, изменилось ли что-нибудь в этом укрытии. Тогда-то он и увидел, как к нему решительно направляется Острый. Кажется, Зомби ожидал очередной нудный разговор о спасении, но он не был настроен ни на что подобное. «Э-хе-хе, подожди-ка с очередным бредовым рассказом. Я тут хочу ещё немного осмотреться. Или нельзя?» — нагло перебил он лидера, что даже не начал говорить. Перец попытался достойно ответить, но Зомби и слушать не стал — только направился к выходу из убежища. «Даже не вздумай сбегать!» — скомандовал тот, но это также не дало никаких результатов. Истребитель зомби покинул укрытие, но остался совсем рядом и не пытался улизнуть, как предположил Острый. Он всего лишь интересовался тем, как выглядит местность вокруг. Конечно, оставляло желать лучшего, но Зомби побывал среди апокалипсиса с живыми мертвецами, так что тёмная земля и кучи мусора вокруг ещё не казались откровенно позорными. Клон успел подметить это, и вдруг за плечо его резко и крепко кто-то схватил! Без раздумий, по рефлексу Зомби согнул руку и постарался ударить этого человека локтем. «Нет уж, подожди!» — воскликнул тот и с такой же неожиданностью увернулся. В тоне голоса, раздражённом и уставшем, Зомби узнал Перца. Обернувшись, он подтвердил свою догадку. Лидер стоял совсем рядом, в нескольких сантиметрах от него, одним взглядом требуя пойти с ним. Острый и в самом деле изрядно устал от выходок новичка. Однако он не собирался бросать начатое дело. Раз им удалось спасти клона, значит, так же успешно Перец мог и перевоспитать его. Как бы сложно это ни было. По крайней мере, многие верили в то, что лидер справится с этой трудной задачей. Хельсинг верил! Почему-то теперь это было особенно важно для Острого. «С меня достаточно твоих выходок. Ты пойдёшь со мной и выслушаешь меня! Я не приму отказов. Я не так слаб, как ты думаешь. Я не буду делать так, как хочется тебе. Ты — часть команды, понял? И ты должен во всех подробностях знать, что происходит, чтобы мы раз и навсегда покончили с твоим недоверием и наглостью!» — как бы импульсивно и грубо это ни звучало, Перец отчётливо понимал, что никакой иной способ не сработает на Зомби. Именно такая работа с новеньким и предстояла. Резкость, отсутствие слабости, импульсивность и строгость. Качества, которые заставляли его хоть немного утихнуть и задуматься о происходящем. Острый был готов использовать их ради верной цели! В ответ ему клон тихо усмехнулся, но наконец согласился выслушать: «Ну давай, вперёд. Расскажи, чего же я ещё не слышал?» Острый проигнорировал его саркастический тон. Желание жестоко ударить Зомби за отвратительное поведение никуда не пропадало, а нарастало всё с большей силой, но физические повреждения ничего бы не решили. Вместо того, чтобы позволять гневу выйти наружу, Перец приказал клону идти следом за ним, пока в итоге не довёл до своей комнаты, откуда Хельсинг уже успел выйти. Острый заметил сомнительность в его выражении лица и полностью понимал чувства Хельса. Никто не мог предугадать, как Зомби поведёт себя, если рассказать ему полную историю Революционеров. Возможно, задумается и изменит мнение. А может быть, громко рассмеётся, чем унизит каждого в укрытии. И, как бы лидер ни мечтал о первом, надеяться на быстрое понимание сути вещей от истребителя зомби было бессмысленно. Но вот Перец насильно усадил его на кровать, сел рядом и тихо вдохнул. «Ну давай, жду твоих историй», — усмехнулся Зомби, и лидер понял, что у него уже нет выбора. Благодаря Хельсингу он осознал, что справится с таким непростым новичком, поэтому больше не мог отступить. Та старая история про Шрама и его помощь страдающим клонам уже не покидала разум Острого. Если бы Зомби и отреагировал неверно... Пришла пора попытаться и сделать всё возможное, чтобы его переубедить! Новенький, очевидно, думал о чём угодно, кроме Перца, потому что заинтересовать его было невозможно. Тем не менее, лидер не стал тянуть и принялся рассказывать ему всё ту же известную историю, от которой и сам начинал уставать. Острый начал с упоминания Шрама и того, как отважно он пытался спасти клонов, рискуя своей жизнью, получая мучительные повреждения и страдая из-за неудач. Говорил о том, что самый первый клон, которого КБ не позволил убить, называемый Флешем, оказался гадким предателем и именно из-за него не удалась будущая Революция, которую устраивал бывший лидер. Перец не переставал утверждать о храбрости Красного, пока объяснял, как же были спасены остальные Бобы, которых жестоко мучил жестокий Диктор, любящий развлекаться за счёт убийства невинных клонов. Сначала Перец рассказал о спасении Бойца — клона, которому пришлось принять участие в боях без правил, потом про Пустынного, что оказался среди песков под палящим солнцем. Затем и про Эль-Бобо, не забыв упомянуть, что теперь тореадор снова с ними, потому что им с Хельсингом удалось отыскать его кристалл до того, как экспериментатор избавился от него. Почти то же самое Перец сказал и о Джеймсе, ведь его тоже успешно вернули в команду, и он снова стал полноценным Революционером, как все остальные! Острый невольно усмехнулся и наконец-то сообщил о самом себе, обо всём, что запомнил. О том, как он прощался с жизнью и вдруг увидел трёх пришедших Бобов, которые залечили его раны и забрали с собой. Последним оказался Шизо — безумный клон. «Он пытался спасти сразу несколько Бобов, когда мы пошли против Диктора, но в итоге все они умерли», — печально высказался он и опустил взгляд. Зомби по-прежнему не выглядел слишком заинтересованным, но отмечал, что для выдуманной истории эта звучит слишком уж уверенно и плавно, без попыток взять новые факты из ниоткуда. Возможно, Острый действительно не врал, и сборище клонов пыталось спасти себе подобных, потому что некий безумный в своём садизме Диктор радовался их смертям. Так что Зомби временно передумал насмехаться над ними. Не поверил до конца, но и не подловил Перца на глупости и попытках выдумать дальнейшие события. Сам он слегка замялся перед тем, как рассказывать о решающем событии — Революции. Сколько бы раз Перец этого ни сделал, а воспоминания об убийстве Шрама оставляли раны на сердце и возвращали чувство вины за свой чудовищный поступок. Острый попытался отстраниться от нагнетающих мыслей и высказаться исключительно по делу: спокойно, серьёзно, без слабости. Так бы сделал Хельсинг — у него отлично получалось сохранять рассудок и не позволять своим эмоциям взял над ним верх. На секунду Перец отвлёкся. Обычно он пытался подражать КБ, но теперь подумал про Хельса, который поддерживал его совсем недавно. Почему-то Острому это показалось крайне странным, но от лишних мыслей пришлось отвлечься. «Ты продолжать будешь или всё-таки придумываешь, что рассказать дальше?» — грубовато поинтересовался Зомби. Лидер посмотрел на него с презрением, но не стал затевать споров. Вместо этого он начал говорить о Революции всё, что только можно было сказать. О том, как все спасённые, слушаясь указов Шрама, отправились прямиком в проекцию, из которой Перец недавно спасал самого Зомби, о том, как Диктор подготовил им жестокие, безумные испытания, в ходе которых погибли почти все Революционеры, об убийстве бывшего лидера собственными руками, когда у Бобов не было выбора, кроме как сражаться друг с другом... В самом конце Острый крепко сжал руки в кулаки и глубоко вздохнул. «Я должен оставаться спокойным и не показывать слабость, как советовал Хельсинг. Всё в порядке», — утверждал он, чтобы не сорваться и не заплакать. — Ладно. Это всё. Я убил Шрама по своей глупости, но понял, что должен исправить ошибку и создать новую команду, чтобы продолжить его дело! Поэтому-то мы и пришли за тобой. Так что отставь свой эгоизм в сторону и подумай о том, что происходит! — Перец предпринял попытку заставить Зомби перейти на их сторону. — Я понял, я понял. Неплохая история. Может, даже правдивая. Допустим, я бы действительно мог сдохнуть, если бы вы не пришли, так уж и быть. Не скажу, что готов с радостью вам помогать, но мне же всё равно ничего не остаётся. Только не трепи мне нервы, — с усмешкой потребовал тот в ответ. — Учти: я не буду делать всё, что ты скажешь. Как часть команды, ты не можешь мне перечить. Ты должен быть с нами заодно, а не задирать каждого. Я знаю, каково это. Я тоже был грубым и злился на Революционеров. Но ты их даже не знаешь. Поэтому замолчи и делай, что тебе говорят. — Какие мы злые... — Зомби явно не был напуган. — Но... Как скажешь. И, раз уж мы как бы договорились, я пошёл, — с этими словами он встал с кровати и удалился из комнаты, не позволив Перцу ничего добавить. Теперь у лидера появились смешанные чувства. С одной стороны, он был счастлив, что новенький всё-таки согласился работать с ними, пусть и через силу, не совсем искренне и без энтузиазма. Но с другой... Что-то продолжало тревожить Перца. Будто бы все слова Зомби являлись жалким обманом, и он уже готовился сбежать, оставить Революционеров позади и пойти против них, как если бы они были мертвецами, с которыми ему бы пришлось сразиться. Но наверняка он не был настолько глупым, чтобы после всех разъяснений оставаться полностью при своём ошибочном мнении! Острый заверил себя в этом и вышел в коридор, чтобы осмотреться и проверить, всё ли в порядке после того, как Зомби покинул его. Новичка нигде не наблюдалось, зато все остальные клоны о чём-то беседовали друг с другом. Острый подошёл к ним, и они тут же закончили. «Мы тут немного обсудили Зомби, — признался Джеймс. Это значило, что никаких секретов от лидера они не скрывали. — Сейчас он удалился к себе и даже не нагрубил никому из нас. Если твой с ним разговор принёс свои плоды, то у нас ещё есть шансы поладить с Зомби и посчитать его настоящим членом команды», — со спокойной улыбкой выговорился он. Эль негромко поддержал агента, надеясь, что истребитель зомби не услышит и не начнёт вести себя ещё хуже прежнего назло Бобам. Радиоактивный неуверенно закивал. Ему тоже хотелось верить в лучшее, пусть он и не обладал таким же оптимизмом, как Эль-Бобо. Только Хельсинг промолчал и не подал никакого знака. Недоверчивость клона сыграла свою роль, и он отказывался спокойно принимать Зомби, что с самого начала отнёсся к Революционерам небрежно, нагло и эгоистично. Конечно, Хельс и сам являлся одиночкой, так что какое-то время не соглашался работать с Перцем, но он умел проявлять спокойствие и уважение даже в подобных ситуациях, чего о новчике сказать было нельзя. Пусть охотник на нечисть и посоветовал Острому серьёзно поговорить с Зомби, но что-то подсказывало ему, что после одного только разговора тот не изменит своё мнение полностью. И лидер догадался о том, что его помощник думает именно так. «Ладно, я думаю, что нам всё ещё предстоит много работы касательно Зомби! — заявил Перец, обращаясь словно бы сразу ко всем, но на самом деле стараясь намекнуть, что понимает Хельсинга в его сомнениях. — Однако нельзя останавливаться на этом. Нам не помешало бы спасти ещё хотя бы несколько клонов! Так что следует сделать то же, что и в прошлый раз. Отыскать расписание экспериментов у Диктора. Не зная о происходящем, мы не сможем выстроить никакого плана и провалим миссию!» Не так давно Острый и вовсе не думал о таком, но со временем всё больше и больше понимал, что планы очень важны, и нельзя действовать спонтанно. Хельсинг очень многому научил его, и от этой мысли Перца переполняла гордость за них обоих. «Я хотел бы отправиться на фабрику, чтобы отыскать новые пули для своего пистолета. Это может быть рискованно, но мы могли бы попытаться», — попросил Хельс, и Острый с интересом выслушал его просьбу. Управляться с пистолетом для Хельсинга было намного проще, так что... Они могли бы попытаться! Это же означало, что истребителю нечисти снова придётся пойти на миссию и оставить убежище, потому что только он мог безошибочно определить, какие патроны ему нужны! Однако сегодняшняя миссия уже была выполнена, и Бобам оставалось ждать следующего дня. После спасения клона Диктор наверняка приготовился схватить Революционеров и убить всех их, если они вновь окажутся на фабрике. Стоило переждать хотя бы немного... «Мы пойдём в BobSoc уже завтра. Не стоит рисковать и бежать туда снова прямо сейчас. Хельсинг, ты пойдёшь со мной. А также пойдёт... Эль. Надеюсь, ты согласен?» — предложил Острый, и тореадор, как всегда, с радостью согласился. Брать с собой Зомби Перец пока не рискнул, а в укрытии он останется не только с пугливым Радиоактивным, но и рассудительным Джеймсом, который, если понадобится, уладит все споры. Агент всегда умел спокойно избавиться от ненужных конфликтов, никому не угрожая и не применяя силу. Значит, он бы справился с Зомби, если бы тот вспылил и попытался напасть на Боба с полигона. Да и проверить, как новичок поведёт себя без лидера поблизости, было довольно интересно. Перец убедил его во всём, в чём хотел, и заставил его слушаться, но вот если он уйдёт... Джеймс мог бы доложить обо всех проступках Зомби! План звучал неплохо, и Острый надеялся, что он сработает!

***

Когда время близилось к ночи, Перец начал думать, что теперь делать. Ночью всё ещё могли прилететь дроны. И вдруг Зомби решит убежать? Он должен был назначить кого-то в ночной патруль, как обычно, но только кого? Выбирать Эль-Бобо или Хельса не стоило, так как на следующий день им предстояло отправиться вместе с ним в BobSoc. Джеймсу же стоило следить за порядком в штабе. Значит, Радиоактивный. Перец не был до конца уверен в нём, но, поскольку у него больше не было выбора, оставалось назначить именно этого клона. Поэтому лидер заглянул в его комнату, в то время как сам Боб с полигона спокойно отдыхал на кровати. Увидев Перца, он слегка напрягся. — Эй, Радиоактивный, ты согласен не спать этой ночью? Нужно проследить, чтобы Зомби не улизнул, да и дроны могут прилететь. Мне кажется, в этот раз только ты справишься с этой задачей! — постарался воодушевить он Радиоактивного, чтобы тот не испугался и не отказался от задания. — Я?! — поразился Боб с полигона, когда лидер закончил говорить. — Ну, я мог бы попробовать, но... Л-ладно. Я попробую. Но присматривать за Зомби?.. Ты уверен, что он не нападёт на меня? Я не так хорошо защищаюсь, как ты, Хельсинг или Джеймс. — Ты справишься! Если он попытается атаковать тебя — сразу же беги к кому-нибудь из нас и не бойся разбудить! Ему придётся ответить за свои действия! — гордо заявил Острый, слегка ударяя свою ладонь кулаком и показывая таким образом, что может ждать истребителя зомби. — Ну хорошо. Хорошо, я попытаюсь это сделать! Я не хочу подводить команду, — Полигональный скромно улыбнулся. — Вот и отлично! А завтра ты сможешь поспать, и никто точно тебя не побеспокоит! Радиоактивный кивнул и неторопливо вышел из комнаты. Он направился к выходу из укрытия, раз уж оттуда можно было увидеть дронов, летящих издалека. К счастью, Зомби его не заметил и не попытался оскорбить. «Возможно, у меня получится!» — немного порадовался Полигональный и встал неподалёку от входа в штаб. Он неплохо видел всё, что его окружало: чуть сырую землю, кучи мусора, зловещую фабрику вдалеке... Ничто не предвещало беды! Всё, что требовалось от Радиоактивного — вовремя сообщить об опасности. И пусть он был слишком скромным и беспокойным, но в это раз решил, что не проявит страх и покажет себя с лучшей стороны! Джеймс и Эль-Бобо уже отдыхали у себя, даже не общаясь друг с другом. Тореадор посчитал, что агенту следует выспаться перед очередным походом на фабрику. Зомби тем временем и не думал ни о каком побеге, как бы в нём ни сомневался Острый. Но спать он тоже не собирался. Бензопила находилась неподалёку, а маска — всё ещё на лице. Он был готов к любой неожиданности и подумывал снова прогуляться по укрытию и узнать, где в нём что находится. После одной экскурсии ничего толком не запомнишь, а раз Революционеры считали его частью их небольшой команды, истребитель зомби был не против воспользоваться своим положением. Перец вернулся к себе. Хельсинг ждал его, чтобы удостовериться, что все на месте. Лидеру казалось, будто он должен сказать что-то истребителю нечисти, но нужные слова не появились в мыслях. Впрочем, он и так уже слишком много сегодня думал про Хельса и успел взять пример с него, а не со Шрама, как обычно делал. По какой-то причине это немного беспокоило Острого. «Надеюсь, я не начинаю забывать Шрама. Этого не должно произойти. Его кристалл всё ещё где-то у Диктора и может быть разбит в любой момент. Я не должен этого допустить!» — когда он вернулся к размышлениям насчёт КБ, пусть слишком много этого делать и не стоило, Перец снял лишнюю одежду и лёг в кровать. От Хельсинга он отвернулся, чтобы не упустить мысль. «Ты хорошо справился сегодня, — негромко похвалил истребитель нечисти лидера. — Успешно провёл миссию по спасению клона и смог поставить его на место. Это очень впечатляет. Думаю, если ты продолжишь так и дальше, то в итоге приведёшь команду к победе». Его комплименты звучали слишком спокойно, без энтузиазма или искренней радости, словно Хельс всего лишь стремился показать, что ему не всё равно. И всё же, Перцу вдруг стало безумно приятно. Хельсинг так редко говорил что-то приятное, не так давно ругал Острого за каждый поступок, а теперь... Он отнёсся к лидеру именно так, как ему хотелось бы. С уважением и желанием сказать хорошее, пусть и слишком безэмоционально. «Спасибо. Это много для меня значит. И... Ты тоже хорошо справляешься. Что бы я там ни говорил раньше, из тебя отличный помощник. И друг. И... Ладно, я знаю, что для тебя это не так интересно. Просто ты для меня очень важен», — тихо высказался Перец, так и не повернувшись к Хельсингу. Тот по-доброму усмехнулся. Острого это странным образом задело, но он не среагировал. Лишь резко закрыл глаза и попытался отвлечься. Почему-то добродушная усмешка так пришлась ему по душе... Перец удивился самому себе из-за такой противоречивой реакции. Однако настала пора спать, а не думать о Хельсинге слишком много! Тот подумал примерно так же. «Достаточно развлекаться. Пора спать. А завтра отправляться на задание», — промелькнуло у него в мыслях перед сном. В итоге бодрствовать остались только Зомби и Радиоактивный. Первый не хотел спать, а второй собирался дежурить всю ночь. Пусть Бобу с полигона и было страшно находиться вне укрытия поздней ночью, в тишине, когда его в любой момент мог испугать пролетающий дрон или Зомби, который решит, что поиздеваться над клоном весело, он не хотел подвести команду и в особенности Перца — лидера! Он мог бы разозлиться и выдать Полигональному жестокое наказание! Или выгнать из команды! «Нет-нет-нет, он так не сделает. Перец не злой. Я слишком волнуюсь!» — успокоил себя он и тихо вздохнул для лучшего эффекта. Радиоактивный радовался из-за того, что ничто не предвещало опасности. Он пристально вглядывался вдаль, но не видел там ни единого дрона, пролетающего и просто недалеко от фабрики. Зомби тоже не пытался задеть клона. Он всё больше и больше верил в себя и свои силы! Верил, пока уже через несколько минут не заслышал тихие шаги со стороны штаба. Кто-то приближался, и Полигональный почти сразу догадался, кто именно. Революционеры должны были заснуть к этому моменту, и только один мог воспротивиться этому совету. Тот самый Зомби, прихода которого Боб с полигона боялся всей душой. Обернувшись, именно новичка он и увидел, отчего ему сразу же стало крайне неуютно и беспокойно. Всё-таки давать отпор истребителю зомби он не мог, а будить задремавших клонов было несколько стыдно. — Эй, размазня, что не спишь? Караулишь или что? — спросил он и посмеялся. В руках клон держал свою бензопилу и не внушал доверия, особенно после оскорбления в сторону Радиоактивного. — Ну... Да. Перец назначил меня сегодня дежурить. Следить, чтобы дроны Диктора не прилетели в укрытие. Ну и чтобы ты не убежал, — последнее предложение Боб с полигона произнёс почти шёпотом, чтобы не разозлить Зомби. — Я? Не сбежал?! И такой забитый уродец должен удостовериться в этом? Со стороны Перца это было самое тупое решение! — мерзко засмеялся он, и Радиоактивный невольно отступил немного назад. — П-перестань! Перец знает, что делает! И у меня всё получится! — старался отстоять своё мнение Боб с полигона, несмотря на то, что почти готов был заплакать из-за грубых слов истребителя зомби. — И вообще... Если ты продолжишь, я скажу Перцу! Или Хельсингу. Или Джеймсу... В любом случае, я расскажу о тебе, и ты больше не будешь так смеяться! — Э-хе-хе, ну удачи тебе. Не запутайся в своих ногах, пока бежать будешь, стрёмное подобие паука, — усмехнулся Зомби. Радиоактивный промолчал. Он не мог найти ответа и боялся, что сорвётся и заплачет, если скажет ещё хоть одно коротенькое слово. Он отошёл от Зомби ещё дальше, пусть данное действие и демонстрировало его трусость ещё больше, чем что-либо другое. Полигональному было очень стыдно за своё поведение — он позволял новичку так жестоко с ним обращаться и ничего не мог сделать в ответ! Стоило бы разбудить кого-то из Бобов, как он и сказал... Но Зомби пока ещё не угрожал — только издевался, причём не самым грубым с его стороны образом. Наверное, Радиоактивному стоило смириться, что речь новичка всегда будет представлять из себя сплошное ругательство, без проблесков доброты и уважения к другим. Это весьма печалило, но вряд ли Боб с полигона мог исправить его. В итоге он постарался не обращать внимания на насмешки Зомби и отвлечься на более важные дела. Перец поручил ему охранять штаб, а не плакать из-за чрезмерной чувствительности к оскорблениям! Этим-то Радиоактивный и занялся. Выражение его лица сменилось на настолько уверенное, насколько он мог показать, и Боб с полигона принялся вглядываться вдаль, игнорируя обидчика. Зомби сразу заметил, что на него больше не собираются обращать внимания, но и в его интересы не входило слишком долго и бессмысленно грубить кому-то. В чём-то и было забавно слегка поиздеваться над чувствительным и пугливым клоном, но... Истребителю зомби это очень быстро надоело. И всё же, уходить обратно в штаб он не торопился. Полигональный же продолжал тревожно осматриваться довольно долгое время. Опасность могла поджидать из любого уголка, а дроны — неожиданно прилететь и напасть на Революционеров. И он очень хотел показаться нужным команде, а не трусом, готовым убежать при любой возможности! Поэтому, благодаря своей внимательности и приобретённой уверенности в итоге Радиоактивный заметил что-то странное вдалеке. Было очень похоже на камеру из BobSoc, но почему-то она пролетала в одиночестве, отделившись от всех остальных. Вот только Радиоактивный всё равно забеспокоился и приготовился бежать к Революционерам, чтобы разбудить их. Зомби быстро заметил, как Боб с полигона задрожал и растерялся. — Чего забегался? — без особого интереса спросил он. — Там дрон Диктора! Возможно, он отделился от остальных и скоро прилетит к нам! Надо сказать кому-нибудь из Революционеров, пока не поздно! Иначе он отправит всех к Диктору, и мы погибнем! — ответил Радиоактивный полным ужаса тоном. — Вот тот? — удивился Зомби, когда заметил вдалеке небольшую камеру. — Вот ты действительно размазня! Перепугался такой мелочи. Не зови ты никого — я сейчас сам справлюсь, не стараясь! С этими словами Зомби побежал вперёд, заводя бензопилу. «Эй, стой!» — выкрикнул Полигональный ему вслед, но тот уже не слушал. То ли он действительно хотел помочь, то ли пытался показать себя, но остановить его было теперь невозможно. Уверенный в себе, истребитель зомби приготовился распилить дрона на куски. Боб с полигона не знал, что теперь делать! Побежать за ним и помочь, остановить, не позволить совершить глупость? Или сообщить Революционерам о приближающемся дроне и рискованном Зомби? «Пока я попытаюсь их разбудить, что-нибудь случится! Лучше остановить его!» — с трудом принял решение он и, вместо того, чтобы рассказать Бобам о случившемся, побежал поскорее за Зомби, чтобы остановить его. Тот тем временем добежал о камеры и принялся раздразнивать её самостоятельно: «Эй, железка, кого ищешь?!» Поэтому та обернулась, уловив звук, и зафиксировала положение Зомби. Информация о том, что напротив находится клон, поступила мгновенно, так что ей можно было осуществить перенос. Но Зомби не был так прост, поскорее отошёл в сторону, замахнулся заведённой бензопилой и попытался атаковать дрона, чтобы разрушить. Однако он не учёл важной вещи: все они умели летать, и этому не составило труда подняться чуть выше, из-за чего попасть у истребителя зомби не было ни единого шанса. «Такая умная, да?» — ухмыльнулся он и предпринял ещё одну попытку. Бесполезно. Не теряя уверенности, он замахнулся снова и снова, рискуя задеть бензопилой самого же себя. Зомби не задумывался, что его оружие не будет достаточно эффективным для летающего дрона. Если луч от лазерного оружия или патроны пистолета могли долететь до верха, то поднимать тяжёлую бензопилу и надеяться, что она попадёт по камере быстрее, чем та отлетит, было практически бессмысленно. В это же время она направила на Зомби жуткий красный луч, и он сразу понял, что от подобного стоит уворачиваться. С тяжёлым оружием в руках это было непросто, и клон начал жалеть, что безрассудно бросился в атаку, не обдумав, как именно будет справляться. «Да что же за чертовщина?!» — только и успевал думать истребитель зомби, уклоняясь от луча дрона. «Эй, Зомби! — послышался вдруг дрожащий голос, и тот быстро догадался, что Радиоактивный решил вмешаться. — Уходи оттуда! Ты... Ты не сможешь легко справиться с дроном!» — упрашивал он, но Зомби отказался прислушиваться. Он не собирался унижаться и следовать указаниям самого жалкого существа, которое только видел в своей жизни! К сожалению, истребитель зомби изрядно выдохся и размахивал бензопилой уже не так хорошо, как прежде. Он заметно устал и попытался незаметно отступить, чтобы это не выглядело, как трусость. Дрон же преследовал его и не улетал. Обнаружив клона, он не мог отключить свою функцию и направиться прочь от него. «Может быть, заманить камеру в штаб, чтобы избавиться от неё там? Но тогда придётся будить Бобов очень быстро. Пусть она и одна, но во сне все они будут уязвимы! Что же я... Я всё делаю неправильно! И Зомби наверняка сейчас поранится, если я ничего не предприму!» — паниковал Радиоактивный и растерянно осматривался в поисках чего-то, что могло бы помочь. Все четыре ноги Боба с полигона заметно дрожали, чего он безумно стыдился. В такой серьёзной ситуации он позволял себе трястись от страха! Что бы о нём подумал Перец, если бы увидел таким? Разочаровался бы в нём и как в Революционере, и как в человеке... Но вот Полигональный заметил в одной из куч мусора неподалёку старую и ржавую, но достаточно большую металлическую деталь, которую можно было бы запустить прямиком в камеру и разбить её! Клон сильно сомневался, что у него получится, и беспокоился, что таким образом только поранит Зомби, но у него не было выбора. Тот выбился из сил и рисковал оказаться на фабрике, а потом и умереть. Вести дрона в укрытие было слишком поздно. Остался единственный вариант. Радиоактивный крепко схватился за старую часть от некого прибора всеми четырьмя руками, с усилием поднял её с земли, поглядел на дрона и отступающего Зомби, после чего с разбегу бросил деталь в первого. Зомби среагировал мгновенно и успел отпрыгнуть подальше даже с бензопилой в руках. Камера же не обладала выдающимися рефлексами, поэтому по ней попало, и вместе с частью от механизма она отлетела далеко в сторону. Спустя миг уже оказалась на земле, придавленная большой деталью и разбитая на осколки. Радиоактивный захотел отдышаться и успокоился, но занервничал настолько сильно, что взялся двумя руками за голову и, не в силах стоять на ногах, упал на колени. Слишком испугался, слишком заволновался, слишком растерялся. Это точно сделал он, а не кто-то другой? Сам Полигональный справился с камерой и разбил её? Он спас Зомби — того самого, грубого и эгоистичного? Тот удивлённо взглянул на Радиоактивного. Он и сам с трудом верил, что кто-то настолько жалкий смог спасти его без посторонней помощи! Истребитель зомби подбежал к нему и заметил, что клон уже не мог сдерживаться: он тихо плакал после столь напряжённой ситуации. «Эй! Что разнылся? Всё ведь нормально закончилось!» — невольно вновь погрубел он, когда подбежал к Бобу с полигона и выключил бензопилу. Вид такого жуткого, но при этом жалкого существа заставлял Зомби запутаться в собственном отношении к нему. Происходящее выглядело до ужаса странно. Радиоактивный вёл себя, как... ребёнок? — Да хватит ныть! Соберись, и валим отсюда! — заставлял его Зомби. — Я... Я... Я просто так испугался Ты видел, что я сделал? И дрон мог отправить тебя к Диктору! И... Л-лучше бы мы сразу сказали Перцу и остальным! Не убегай так больше, пожалуйста! — начал упрашивать Полигональный в ответ, поднимаясь с земли и утирая слёзы. — Э-хе-хе. Если уж оно вам так необходимо — так и быть. Но это было неплохо. Очень не хочется признавать, но без тебя... Чёрт знает, что бы произошло из-за этой железки. Отправился бы я к так называемому Диктору или просто сдох — не знаю. Так или иначе... Спасибо или как там говорится, — поблагодарив Радиоактивного, он невольно громко рассмеялся. — Ладно, слишком уж я расслабился. Можешь забыть обо всём том бреде, что сейчас прозвучал. — Э... Ну хорошо, — с грустью согласился Боб с полигона. На самом деле ему бы очень хотелось рассказать Революционерам, как Зомби произнёс что-то доброе. — Тогда пойдём ближе к штабу?.. — Да с удовольствием. Нет никакого желания таскаться по свалке, — усмехнулся тот. Вместе они дошли до укрытия, и Радиоактивный снова встал у входа. Зомби, наконец-то уставший, подумывал о том, чтобы поспать хотя бы немного в своей новой кровати. Сейчас же он решил утереть пот со лба: после попытки избавиться от дрона, частой ходьбы и удерживания в руках бензопилы ему стало действительно жарко. Правда, вовремя он вспомнил, что для этого не помешало бы снять любимую маску, в которой он сам походил на ужасающего мертвеца, а не живого человека. «Эй, ты. Радиоактивный. Подержи-ка маску. Испортишь — получишь», — с этими словами Зомби снял её и резко передал в руки Радиоактивного, который крепко схватил её, чтобы не уронить в первую же секунду. Зомби чуть приподнял голову, чтобы на лицо подул хотя бы слабый ветерок, и Полигональный, что глядел на него, замер от подступившего удивления. Без пугающей маски новенький совсем не выглядел таким злым и грубым клоном, а скорее казался уверенным в себе и смелым. Боб с полигона поразился такой невероятной разнице и прижал маску ещё сильнее к груди. «Только не вздумай помять! А то тебе жёстко попадёт!» — предупредил его Зомби, и Радиоактивный всё же заслышал его узнаваемый неприятный тон. Тем не менее, почему-то после всего произошедшего новичок уже не казался ему таким плохим. Он ведь поблагодарил Полигонального. В нём было что-то хорошее! Просто сам Зомби не желал его проявлять! Наконец он расслабился и выхватил маску у Радиоактивного. Зомби приготовился надеть её, но услышал, как тот вдруг громко произнёс: «Постой! Может, необязательно надевать её снова? Мне кажется, с ней ты выглядишь слишком жутким, а без неё... Неплохо!» Увы, но короткая речь прозвучала слишком неубедительно, так что в ответ истребитель зомби тихо посмеялся и надел наконец маску, чем немного расстроил Боба с полигона. Тот уже понадеялся раскрыть в новеньком тёплые чувства, но, как оказалось, он был слишком уверен в себе, чтобы исправляться настолько быстро. В итоге Зомби ушёл в штаб, перед этим напомнив: «И не забудь. Не рассказывай никому об этом позоре». Полигональному оставалось разве что кивнуть.

***

— ... что ж, мы наконец-то вернулись! — громогласно сообщил Перец, когда они с Хельсингом и Эль-Бобо вернулись в укрытие. — С Диктором не столкнулись, а вот о планах на будущие эксперименты узнали! — Только пули, к сожалению, так и не достали, — добавил от себя Хельсинг. — О, кстати, как там Радиоактивный? И Зомби? — заинтересованно обратился Эль-Бобо к Джеймсу. — Радиоактивный спит после ночного патруля. Зомби... Сидит в своей комнате и не желает общаться. — По крайней мере, не грубит. Хотя я подозреваю, что он успел наговорить что-то Радиоактивному. Утром он был таким нервным... Что ж, хотя бы сейчас может отдохнуть, — высказался Перец. Вместе с Хельсингом и Эль-Бобо они отложили оружие в сторону и сели за стол, чтобы обсудить дальнейшие планы. Устроившись поудобнее, Перец поначалу напомнил обо всём, что они увидели в документах, а также рассказал новую информацию для Джеймса: «Что ж, что мы имеем? Один из Бобов будет питаться фастфудом, другого убьёт электрический ток, третий отправится в космос, а последний, о ком пока известно... Оглохнет от слишком громких звуков. Стоит подумать, кого из этих четверых мы точно сможем спасти, а кого придётся оставить!» Клоны начали раздумывать. Острый очень надеялся на дельную мысль от Хельсинга или Джеймса, но и сам не отлынивал. У него появилось несколько идей. «Итак, — первым всё же высказался Хельсинг, — я думаю, все и так понимают, что клона, который собирается разве что есть отвратительную пищу, можно оставить. Он станет для нас обузой. Что касается электричества... В укрытии слишком много техники. Рискованно приводить сюда такого клона. Да и вполне возможно, что из-за прикосновений к нему мы также получим удары током, что может привести к смерти. В космос мы тем более не полетим. Разумеется, это симуляция, но Диктор создаст все условия, чтобы космос выглядел реально. Мы не сможем даже нормально передвигаться там. Единственный вариант — Боб, что может оглохнуть. Если мы вовремя спасём его, то он не потеряет слух. Но тогда стоит поторопиться и делать всё слаженно, быстро, чётко». Перец и Джеймс переглянулись. Хельсинг говорил верные вещи. Конечно, таким образом им придётся оставить троих позади, но Острый изначально предполагал, что им не удастся спасти абсолютно всех. Агенту же его идеи показались разумными. Истребитель нечисти верно подмечал проблемы, с которыми они могли столкнуться при встрече с определёнными Бобами. Так что ему пришлась по душе идея с клоном, которого будут лишать слуха. Если они подоспеют вовремя и не оглохнут сами, в команде появится новый полноценный участник, который, возможно, будет лучше и добрее, чем эгоистичный Зомби! Эль-Бобо просто рад был поддержать всех остальных. Он уже ожидал момента спасения Боба из предстоящего эксперимента! «Значит, решено. Мы отправимся на миссию, когда наступит время эксперимента над этим клоном!» — решительно заявил Перец. Потом он покинул Революционеров и поспешил записать даты проведения разных опытов на бумаге, чтобы не забыть, не перепутать, не упустить нужный момент. Покончив с этим, Острый добродушно улыбнулся. Команда продвигалась вперёд. У него получалось вести Бобов за собой, и это придавало ему уверенности. Вряд ли бы он справился без Хельсинга, который давал так много советов и постоянно помогал, пусть и в своей манере. Почему-то теперь лидеру казалось, что уже ничто не заставит их с Хельсом снова поссориться и отчитать друг друга за нелепые мелочи. Однако серьёзные проблемы по-прежнему оставались. Кристалл Шрама до сих пор находился у Диктора, а то и вовсе был разбит. Перец очень, очень хотел бы вернуть его, но так и не узнал, как это сделать. Порой лидер снова винил себя за выбор в тот самый момент, когда он забрал кристалл Джеймса, а не КБ. Наверняка Диктор всё подстроил, чтобы чувство вины преследовало Острого всю оставшуюся жизнь. С другой стороны... Хельсинг ведь не врал. Что бы он делал с разваливающимся на кусочки кристалликом? Оживлять Красного было бы слишком опасно и рискованно, а оставлять его в уязвимом положении... Нет, нет и нет! Ни за что! Одна мысль о том, что тот мог бы упасть и разбиться навсегда, приводила Перца в невероятный ужас и заставляла каждую частичку тела напрячься от страха. Это означало, что Острый всё же совершил правильный выбор. Но почему же он до сих пор не мог смириться с этим? Лидер всё больше убеждался в том, что никогда не сможет понять. «Нет, всё-таки я сделал правильно. С появлением Джеймса ситуация в команде стала налаживаться. Хельсинг дал верный совет! Хельсинг, Хельсинг, Хельсинг... Будто бы я не могу работать без него. Могу, и он знает об этом! Ночью он похвалил меня, и... Ладно, я должен сосредоточиться. К тому же, стоит ещё последить за поведением Зомби...» — снова отбросив все мысли, которые казались Острому ненужными и глупыми, он направился к новенькому, чтобы проверить его. Революционеры уже разошлись, и никто не отвлекал лидера. Он заглянул в комнату Зомби и увидел его, лениво лежащего на кровати. Никак не помогал другим, так ещё и без всякого смысла отдыхал, хотя мог бы принять участие в переговорах Революционеров. Он даже не обратил внимания на Перца, что почти заставило его вспылить и впасть в ярость. Он вовремя сдержал себя, понимая, что криками ничего не добьётся, особенно от такого наглеца, как Зомби. Подход к нему оставался иным: говорить серьёзно и безжалостно, но не повышать голос и не использовать лишних ругательств, подобно самому истребителю зомби. В каком-то смысле это работало, и он начинал прислушиваться. — Эй, Зомби. Не думаешь проявлять какую активность, а не вести себя по-прежнему нагло, будто бы тебе наплевать на нас? — грозно спросил Перец. — Я не разбираюсь в этих ваших переговорах, так что давайте-ка без меня. Как спасать, кого спасать — этого всего я не знаю. Если понадобится что-то разнести — я здесь. А все ваши якобы заумные речи... Занимайтесь этим сами, — без интереса высказался Зомби и накрыл шляпой лицо, демонстрируя, что совсем не желает выслушивать Острого дальше. — И всё же, постарайся хоть немного вовлечься в дела команды. Знаешь, когда мы уходили на фабрику, я обнаружил разбитого дрона недалеко от штаба. Возможно, Радиоактивный смог справиться с ним, но ты понимаешь, что даже один такой мог угрожать нам всем? — лидер попытался высказаться спокойно, но было слышно, что он нервничает. — Хорошо, хорошо. Прилетят ещё — получат бензопилой и развалятся на части, — без капли скромности заявил Зомби, несмотря на то, что ночью мог бы и умереть, если бы не помощь Радиоактивного. Перец покачал головой и вышел. Кажется, новенький был неисправим. Радовало только то, что он стал менее грубым и не стремился оскорбить лидера самыми разными неприятными словами. На самом деле ему показалось, что Зомби поговорил ночью с Радиоактивным, и тот заставил его призадуматься, но оба ни слова не сказали о чём-то подобном. Боб с полигона неуверенно отводил взгляд, а потом и вовсе ушёл спать, в то время как истребитель зомби не спешил ни в чём сознаваться и предпочитал скорее отослать Перца с его допросами подальше. «Команда становится больше, а с ней прибавляются и конфликты... Шрам бы с ними справился!» — подметил Острый, но так и не продолжил мысль. Сейчас он мог немного расслабиться. Но только немного. До эксперимента оставалось достаточно времени, но Перец знал, что не управится без планов. И помощи Хельсинга, который был не против подсказать, как правильно действовать. «Ладно, стоит отвлечься от мыслей про Хельсинга. Его слишком много. Мы стали хорошо ладить, но это не значит, что я должен забыть обо всех остальных», — уговаривал себя Острый. Так что в итоге он ушёл в свою комнату, перед этим заодно проверив Радиоактивного, который спокойно спал и слегка ворочался. На своей же кровати задумчиво сидел Хельсинг. Хоть обычно он и думал о том, что окружает его в действительности, в этот раз он погрузился в свои мысли. Перец не стал отвлекать его. Не хотел лишний раз мешать тому, кто так много для него сделал. И взаимодействовать с Хельсом желание напрочь отсутствовало. Прошло так мало времени, а голова была заполнена назойливыми мыслями об истребителе нечисти. Острый предпочёл задуматься о чём-то другом, более важном и значимом. А то и вовсе ни о чём. Только бы немного отвлечься. И потом, очистив разум от перемешанных друг с другом моментов, снова приняться за работу...