Глава 14. Отпусти
1 августа 2019 г., 17:00
2 октября 2003 — Санкт-Петербург, Россия — остров Буян, спальня Беллатрикс
Гермиона провела большую часть дня, размышляя о том, что она узнала, анализируя и рассматривая со всех сторон. Она, наверно, выполнила годовую норму шагов, расхаживая туда-сюда по своему кабинету.
И хотя девушка была потрясена до глубины души тем, что узнала из последней записи дневника Тулиуса Тиро, дальнейшие размышления заставили ее прийти к выводу, что на самом деле это не было доказательством существования «источника» Луны, или о том, что существует мощное сверхсущество, дергающее за ниточки волшебного мира.
Предсказания и пророчества действительно существуют Иногда волшебник или ведьма в прошлом могли делать предсказания с поразительной точностью, но интерпретации могли оказаться ошибочными. Довольно часто предсказания оказывались настолько расплывчатыми, что их можно было понять только после того, как событие уже произошло. Туллий мог просто предсказать ее роль в падении Волдеморта, о котором он тоже писал. И не стоит забывать, что бедняга сошел с ума, вероятно, даже не от пережитого, а от того, что этот веселый, добрый человек вдруг оказался причиной стольких смертей и разрушений. Скорее всего, он просто сосредоточился на ее имени из-за роли в падении Волдеморта, которую она сыграла (или должна была сыграть).
Нет, как обычно, Луна видела только то, что хотела видеть, и интерпретировала это «доказательство» соответственно. Честно говоря, у Гермионы не было времени думать о безумии Луны.
По правде говоря, Гермионе было жаль подругу. Она так отчаянно пыталась придать смысл трагической смерти матери, что сочинила вокруг нее целый вымышленный рассказ. Так отчаянно, что почувствовала, что должна дезертировать и даже привести Гермиону сюда. Без сомнения, Луна сказала бы, что Гермиона отрицает или прячет голову в песок. Но, честно говоря, на горизонте маячила более насущная проблема; очень красивая и опасная женщина хотела провести с ней ночь. Шатенка отбросила дневник в сторону и сосредоточилась на другой книге, которую принесла с собой. Молодая ведьма оставила свой кабинет, разместившись в спальне. Она легла на кровать и открыла книгу.
Раскрасневшаяся Гермиона только что закончила главу о играх с грудью, захлопнув книгу, девушка посмотрела на часы. Было одиннадцать вечера, и она не видела Беллатрикс уже несколько часов.
Был момент, когда ее ноги стали настолько холодными, что ей захотелось сбежать. Просто выйти в лес, начать бежать и ни за что не останавливаться. В конечном счете, это было бы так же бессмысленно, как и опасно. Конечно, ее бы поймали и вернули, и все равно от чувств не убежишь.
Она была влюблена в Беллатрикс Блэк. Женщина была умна, проницательна, остроумна и обладала красотой, которую Гермиона только сейчас начала замечать.
Боже, как она попала в такую передрягу?
Но Гермиона хотела этого. Даже к своему собственному шоку, она хотела этого с отчаянием, которое было равно ее растущему страху, когда вечер превратился в ночь. К тому времени, как лунный свет проник в затемненную спальню через окна, освещая кровать, как будто это был прожектор, сердце Гермионы забилось в груди, как отбойный молоток.
У нее перехватило дыхание, когда недавно отремонтированные двойные двери, ведущие в спальню, распахнулись. В дверном проеме стояла Беллатрикс. Очевидно, она переоделась в черное вечернее платье, плотно облегавшее ее фигуру, и Гермиона была потрясена, увидев… насколько оно было откровенным. Глубокий разрез спереди платья открывал большую часть груди Беллатрикс и кожу ее живота. Второй разрез — сбоку платья — открывал довольно стройную ногу.
— Закрой рот, котенок, — подмигнула Беллатрикс. — А то можешь поймать муху.
Гермиона закрыла рот, ее зубы при этом громко щелкнули. Молодая ведьма медленно отступила назад, сглотнув.
— Почему? — тихо спросила девушка.
— Что почему? — Беллатрикс склонила голову набок.
— Почему я? — уточнила Гермиона. — Почему такая «скромная» грязнокровка, как я?
У Беллатрикс вырвался смешок.
— Оу, ты пытаешься меня отпугнуть? Бесценно.
Она шагнула ближе, заставив Гермиону вздрогнуть. Еще один шаг. И еще. Гермиона закрыла глаза и почувствовала, как две руки обхватили ее за талию. Боже, ее запах, ее тепло.
— Если я хоть чему-то научилась, управляя Вальпургиевым Союзом, — хрипло произнесла Белла, ее рот был всего в дюйме от уха Гермионы. — Дело в том, что грязнокровки могут многое предложить.
— Белла… — Гермиона всхлипнула, прежде чем почувствовала мягкие губы на своих губах. Все ее сопротивление, все страхи мгновенно растаяли, как снег на солнце. Она медленно подняла руки и положила их на бедра Беллатрикс. Темная ведьма углубила поцелуй, прижимая девушку к себе.
Гермиона вскрикнула, когда внезапно почувствовала, что ее толкают назад. Она упала на мягкую кровать, а Беллатрикс тут же оказалась сверху, сжимая ее запястья. Молодая ведьма оказалась в идеальной позиции, чтобы заглянуть прямо в широкую ложбинку Беллатрикс… такую манящую и привлекательную.
Беллатрикс раздвинула коленом ноги Гермионы, отпустила запястья и приложила ладонь к щеке. На мгновение Гермиона почувствовала, как прикосновение ведьмы обжигает ее кожу. Кривая, почти хищная усмешка появилась на лице женщины. Достаточно пугающе, но это было почти то же самое положение, в котором она находилась на полу Малфой-Мэнора более пяти лет назад, когда ее пытали.
Однако это была пытка совершенно иного рода.
— Ты… ты ведь собираешься быть нежной? — взмолилась Гермиона.
Беллатрикс, казалось, немного подумала.
— Нет, — сказала она, наконец, сверкнув еще одной озорной улыбкой. Чтобы доказать свою точку зрения, Беллатрикс схватила Гермиону за волосы и дернула ее голову в сторону; недостаточно сильно, чтобы причинить боль, но и не достаточно нежно, чтобы чувствовать себя комфортно. Гермиона вздрогнула, когда Беллатрикс провела кончиком языка от затылка до мочки уха и принялась покусывать ее.
— Ты же хочешь, чтобы кто-то показал тебе глубины страсти, — прошептала Беллатрикс ей на ухо, посылая дрожь по всему телу. Гермиона почувствовала, как вес темной ведьмы переместился на нее, лицо женщины оказалось в нескольких дюймах от ее лица. Кончики их носов соприкоснулись, Гермиона лежала совершенно неподвижно, пока Беллатрикс нежно провела кончиком носа по ее щеке. — О, маленькая девочка, — ухмыльнулась Белла, а молодая ведьма почувствовала ее горячее дыхание на своей коже. — Я пробужу в тебе желания, о которых ты даже не смела подумать.
Прежде чем Гермиона смогла остановить себя, она издала похотливый стон. Боже, ее чресла были в огне. Она хотела ее. Она так сильно хотела Беллатрикс. Молодая ведьма обхватила руками темную ведьму и прижалась к ней, наклонив ее голову в попытке захватить губы. Белла издала торжествующий смешок из самых глубин своего горла, прежде чем подчинилась. Темная ведьма жадно поцеловала ее, наполнив поцелуй похотью и желанием. Подумать только, шатенка сопротивлялась этому; Гермиона чувствовала, как все оставшиеся сомнения исчезают в мгновение ока.
— Дверь охраняется, — хрипло произнесла Беллатрикс. — Никто нам не помешает. Больше нет возможности для побега.
Гермиона не сопротивлялась, когда темная ведьма сняла ее джемпер через голову, не оставив ничего, кроме белого лифчика. Молодая ведьма вздрогнула, когда Беллатрикс оседлала ее, и медленно завела руки за спину. Вечернее платье темной ведьмы соскользнуло вниз, обтягивая ее бедра, открывая две идеально круглые мягкие груди лунному свету, и похотливому взгляду Гермионы.
Тут же включилась логическая часть мозга Гермионы. Возвращаясь мыслями к книге, Гермиона могла рассмотреть только одну причину, по которой Белла выставила свою грудь напоказ. К счастью, девушка вспомнила кое-что из прочитанного. Медленно, она подняла обе руки вдоль туловища Беллатрикс, нежно скользя, она добралась до груди женщины. Боже, такие мягкие. — Ладно, Гермиона, это не так сложно, просто помни, что ты читала. Массаж ладонями и дразнить ее соски большими пальцами. О боже, я не могу поверить, что делаю это…
Тем временем Беллатрикс вздохнула и откинула голову назад, позволив темным локонам рассыпаться по плечам.
— Мой маленький котёнок, — прошептала темная ведьма. — - Не терпится, не так ли?
Хорошо, все хорошо. Перестань кусать губы, Гермиона, сосредоточься на прекрасных грудях, — думала она, продолжая свои движения, пока Беллатрикс не схватила ее за запястья и не отдернула руки.
— Чт… я сделала что-то неправильно? — спросила Гермиона, позволив отчаянию проскользнуть в ее голосе.
Беллатрикс ничего не ответила, но снова легла на Гермиону. Их губы встретились, языки соприкоснулись, и Гермиона в отчаянии вцепилась в Беллу. Она почувствовала, как руки Беллатрикс обхватили ее, прижимая к себе.
Гермиона никогда не узнает, как темная ведьма умудрилась снять собственное платье или ее брюки в таком положении, хотя и подозревала, что тут замешана магия. Все, что она видела, это Беллатрикс, торжествующе держащую белый лифчик с самодовольным «смотри, что я нашла!» выражением лица. Гермиона инстинктивно скрестила руки на груди.
В этот момент смущение взяло над ней верх. Бывали моменты, когда Гермиона чувствовала себя не слишком комфортно из-за своего тела; ее волосы вились, и девушка часто думала, что она слишком худая и у нее некрасивые бедра. И выставить все это напоказ перед бесспорно красивой женщиной, такой как Беллатрикс.
— Я… — она отвела взгляд. — Я знаю, что я не очень красивая…
— Тише! — сурово приказала Беллатрикс. — Перестань быть такой скучной. Лучше используй их, — приказала Беллатрикс, резко отдергивая руки Гермионы в стороны, обнажая грудь. Темная ведьма снова легла на нее, на этот раз кожа к коже. Боже, это было волшебно. Они медленно скользили друг по другу, целуясь. У шатенки перехватило дыхание. Невероятно, но ее соски затвердели еще больше, когда их груди прижались друг к другу.
Беллатрикс, казалось, не заботилась о какой-либо застенчивости в отношении ее тела, и позволила своим поцелуям спуститься вниз, пока ее губы не поймали один из сосков молодой ведьмы.
Сердце Гермионы стучало, как миллион барабанов, голова кружилась от возбуждения, пока игривый язычок Беллы скользил вокруг ее соска, а мягкая рука массировала другой. Она не хотела, чтобы эта ночь заканчивалась… подумать только, она этого боялась.
Она почувствовала, что Беллатрикс потерлась бедрами о ее бедра, и коротко вздохнула. — Конечно, она думает о собственном удовольствии, глупышка, — упрекнула себя Гермиона. — Да ладно тебе, ты же читала об этом в книге.
Не совсем веря, что она думает о книгах в такое время, Гермиона чуть не упала в обморок, когда Беллатрикс начала водить дорожкой поцелуев по ее животу, задерживаясь вокруг пупка, прежде чем идти дальше вниз. Боже… она читала об этом, Белла собиралась… Темная ведьма обняла ее за бедра и осторожно раздвинула ноги.
Мгновенная сенсорная перегрузка.
Гермиона вскрикнула, когда язык Беллатрикс коснулся ее самой чувствительной точки. Вращение. Поддразнивание. Нажатие. Спина девушки выгнулась, грудь вздымалась, голова раскачивалась взад-вперед, Гермиона тихонько всхлипнула от удовольствия, когда ногти Беллатрикс впились в ее бедро. Боже, это было так хорошо. Очень хорошо. Она чуть не потеряла самообладание, когда почувствовала, как мягкие вьющиеся волосы возлюбленной коснулись внутренней поверхности ее бедер.
Девушка вздрогнула, а Беллатрикс безжалостно продолжила пытку. Гермиона почти застыла, почувствовав, как палец скользнул внутрь нее. Длинные, нежные поглаживания становились чуть глубже с каждым внутренним движением. Она думала, что сходит с ума от удовольствия. Действуя в унисон языком и пальцами, темная ведьма с удовольствием ублажала свою возлюбленную. И судя по тихим стонам, Гермиона прекрасно понимала, что делает другая рука Беллатрикс.
Почувствовав, как в животе нарастает давление, Гермиона чуть не заплакала. — Нет, не так быстро. Еще нет, — умоляла она себя. Волшебница не хотела, чтобы это уже закончилось.
Но ее тело не слушалось. Освобождение было безжалостным и жестоким, заставляя ее кричать, в то время как тело содрогалось. Ее руки зарылись в простыни, а глаза наполнились черными пятнами. В полном изнеможении она рухнула на кровать, задыхаясь и обливаясь потом. Беллатрикс мгновенно оказалась рядом, позволив юной ведьме прижаться к ней. Больше не девственница, Гермиона положила голову на плечо Беллы, прижимаясь к ней всем телом.
— Ну-ну, девочка, — Беллатрикс издала короткий смешок. — Осмелюсь предположить, что тебе было так же весело, как и мне.
Гермиона думала только об одном.
— Не могли бы мы… — произнесла девушка. — Мы можем это повторить… пожалуйста?
В спальне раздался хриплый смех Беллы.
— Ну и ну, похоже, ты вошла во вкус. Возможно… Ауч, — вдруг вскрикнула женщина, — что это?
Она достала то, что причинило ей беспокойство. Это была книга, которую Гермиона не сразу узнала.
Беллатрикс подняла книгу к свету, чтобы получше разглядеть.
— Задница Мерлина, «книга о лесбийском сексе»?!
Глаза Гермионы расширились от смущения, когда она поняла, что оставила ее лежать под подушкой, а не спрятала куда подальше. Она практиковалась, где и как лучше всего лечь на кровать с книгой в руке, и проклинала себя за это.
— Просто так… исследования, — сказала Гермиона немного смущенным тоном.
В ответ темная ведьма посмотрела на нее. Сначала женщина улыбнулась. Потом хихикнула. Потом рассмеялась. Наконец, она оказалась лежащей рядом с ней, держась за живот, в то время как взрывы смеха сотрясали ее тело.
Между тем, довольно сердитая Гермиона начала раздражаться.
— Это не смешно! — резко ответила она, чувствуя себя немного смущенной, сидя на кровати, скрестив руки на груди и стараясь выглядеть как можно более сердитой.
— Ну ладно, — ухмыльнулась темная ведьма и потянула девушку за плечо. Гермиона коротко взвизгнула, оказавшись на Беллатрикс. — Тогда почему бы тебе не начать показывать мне, чему ты там научилась?
Выражение лица Гермионы смягчилось, когда темная ведьма погладила ее по волосам и потянула вниз для новых поцелуев.
Беллатрикс была права, сейчас не время спорить. А ночь была еще в самом разгаре.
***
4 октября 2003 года — Ямба, Австралия — Резиденция Уилканов. Гарри подумал, что для человека, работающего на разведку, он был довольно плохим следователем. За время, проведенное в Австралии, именно Ролло больше всего думал и выдавал хорошие идеи. По его предложению они оба выдавали себя за агентов Интерпола. Смит смог проверить в стоматологическом совете Австралии, какие практикующие стоматологи иммигрировали из Великобритании в 1997 и 1998 годах. Ролло справедливо предположил, что Грейнджеры продолжат заниматься своей профессией, несмотря на изменение памяти. Они получили список из двенадцати семей, и все, что Гарри оставалось сделать, это посетить их всех, чтобы вычеркнуть из списка. Прямо сейчас он стоял в совершенно чистой гостиной красивого семейного дома на богатой деревьями улице с видом на залив в городе под названием Ямба. Это был тихий, но несколько туристический район. Дом не был выставлен на продажу, и, по-видимому, не имел никаких владельцев, как и заброшенная стоматологическая клиника в центре города. Здесь жила семья Уилканов, эмигрировавшая из Великобритании в 1997 году и за последние два месяца полностью исчезнувшая с лица земли. Самым интересным оказалось свидетельство о рождении маленькой девочки по имени Офелия Уилканс 1999 года рождения. Это заставило Гарри улыбнуться; маленькая сестренка для Гермионы. И если Офелия была хоть немного на нее похожа, парень не думал, что мир будет готов к этому. К сожалению, след полностью остыл. Выйдя на улицу, он обнаружил, что Ролло ищет его. — Извини, приятель, — пожал он плечами. — Разговаривал с соседями. Абсолютно никаких воспоминаний о семье, которая жила здесь. Тот, кто произвел заклинания памяти, был очень тщательным. Поработал над всей улицей, возможно даже над всем городом. — Черт, — Гарри покачал головой. — Это Гермиона. Точно. — Нет, приятель, — ответил Ролло. — По-моему, это больше похоже на магическую эвакуацию. Все прошло без каких-либо бумажных следов, воспоминания обо всем городе изменились. — Гермиона очень дотошная, — ответил Гарри. — И она не хочет, чтобы ее нашли. Просто это… не похоже на нее. Если бы она нашла свою семью, то связалась бы со мной и Роном. Она обещала мне. Ролло пожал плечами. — Эй, может, ситуация изменилась? — предположил он, когда они вдвоем пошли по улице. — Эта маленькая девочка. Ее сестра? Это еще один человек для защиты. Может быть, она хочет убедиться, что ее семья полностью скрыта от волшебного мира, прежде чем она свяжется с вами. — Может быть, — сказал Гарри, но сам слабо верил в это. Он знал, что Гермиона может позаботиться о себе, но не мог избавиться от тревожного чувства, что один из его самых близких друзей может быть в беде. — Но след заканчивается здесь. У нас нет никаких зацепок, чтобы следовать дальше. В этот момент Гарри почувствовал себя полностью побежденным. Она была там одна, в бегах со своей семьей. И он ничем не мог им помочь. — Кое-что выигрываешь, кое-что теряешь, приятель, — сказал Смит. — Давай найдем паб, и я угощу тебя настоящим австралийским пивом. Напиться до чертиков часто помогает. Бывший Мальчик-Который-Выжил нашел это предложение довольно заманчивым. Как раз когда Ролло и Гарри собирались завернуть за угол, они наткнулись на довольно дружелюбного загорелого и бородатого маггла, одетого в простую одежду и тихо напевающего веселую мелодию. — Алфавитный суп, алфавитный суп. Нас обманули. Человек-время — абсурд… — Это янки, — повернулся Ролло к Гарри. Услышав их, человек дружелюбного вида повернулся к ним и внимательно посмотрел. — Вы двое не отсюда, не так ли? — спросил он. Гарри остановился как вкопанный, но человек, как ни странно, своей дружеской улыбкой его успокоил. — Да, — ответил американец. — У тебя не такой пустой взгляд, как у других людей. Не всегда было так, понимаешь? Ролло и Гарри переглянулись. Они оба знали, что одним из побочных эффектов чар массовой памяти были замешательство и забывчивость. — Да, — ответил Гарри, надеясь немного подтолкнуть маггла. — Это действительно очень тревожно. — Я знаю! — воскликнул дружелюбный человек. — Я путешествовал по Австралии, чтобы распространить информацию о времени Галилея, когда здесь произошли странные вещи, чувак. Там жила семья. Прямо в этом доме! Действительно хорошие люди с милой маленькой девочкой. А потом в один прекрасный день они просто исчезают, и все притворяются, что их никогда не было. Но когда я говорю им, что Уилканы жили здесь, никто мне не верит. Они были здесь, я знаю, что они были здесь. Этот милый человек, Джек Уилканс, даже починил мне зубы бесплатно. Вот, — он открыл рот и указал на особенно хорошо нанесенный набор пломб. — Они настоящие! И Уилканы тоже были настоящими. Во время этой тирады Ролло и Гарри переглянулись. — Похоже, Гермиона кого-то упустила, — прошептал Гарри. — Как давно исчезли Уилканы? — спросил Ролло. — Не могли бы вы вспомнить временные рамки? По-видимому, счастливый найти, по крайней мере, двух людей, готовых поверить ему, незнакомец стал практически неудержимым. — Около двух месяцев назад. Это действительно странно. Женщина появилась из ниоткуда и она была просто… неестественно веселой. Мне не понравилось, как она выглядит, поэтому я нырнул в кусты, чтобы понаблюдать за ней. — Эта женщина, — спросил Гарри. — Она говорила с Уилканами? — Страшная штука, — сказал мужчина. — Она вошла в их дом. Но когда она вышла, Уилканов уже не было. И всей их мебели тоже! Я подошел к окну, посмотрел, но все исчезло! — Сколько времени это заняло? — спросил Гарри. — Минут пять, я думаю, — ответил мужчина. — Ага, — сказал Ролло. — Примерно столько времени уходит на уборку, если ты знаешь, как это делается. Человек продолжал без паузы: — Потом вышла женщина, а в руке у нее была деревяшка. Потом она ходила из дома в дом и… что-то с ними делала! Слушай, я думаю, я знаю, кто она. Ролло и Гарри напряглись; если он собирался сказать «ведьма», им пришлось бы вызвать обливиатора, чтобы разобраться с этим. Хотя этому доброму человеку вряд ли можно было поверить, он слишком рисковал. И это также означало бы, что они потеряют свою единственную зацепку, чтобы найти Гермиону. — Она, должно быть, католичка-террористка времени! — мужчина кивнул, словно подтверждая свои слова. — Я разорвал порочный круг. Я больше не живу в технологической фантазии. Речь идет о внутренней чистоте и возбуждении человечества. Посмотрите выше записанной истории. Я люблю тебя всей своей жизнью, и каждая клеточка моего тела принадлежит моим глазам. И каждая клеточка тебя принадлежит моим глазам. И каждая клетка земли принадлежит моим глазам. Гарри и Ролло переглянулись. — Католики… — Ролло вздрогнул. — … террористка времени? — Гарри моргнул. — Ага! — ответил бродяга. — Если уж на то пошло, мы всего лишь объекты мантии в земном космическом континууме. С Гарри было достаточно, он схватил мужчину за лацкан. — Эта девушка. Как она выглядела? — Как девчонка! — Что-нибудь более конкретное? — спросил Гарри, и у него появилась идея. — Подумай, парень. Задумайся. Мы с Ролло сражаемся с иллюминатами. Эта женщина, очевидно, является искусительницей Нового Мирового Порядка и поклонницей Сатаны. Чем скорее мы найдем ее, тем лучше. От этого может зависеть судьба мира. Мужчина нахмурился и странно посмотрел на Гарри. — Ты немного не в себе, не так ли? Гарри решил дать краткое описание Гермионы, надеясь пробудить в нем память. И триггер сработал. Мужчина пришел в ярость при упоминании о волнистых каштановых волосах. — Нет, нет, нет, нет! Не коричневые. Она не была шатенкой. Она была блондинкой! — Блондинка? — переспросил Гарри. — Ты уверен? — Да, — сказал мужчина. — Да. Она была очень, очень блондинистой. И она выглядела умной. Гарри потер подбородок, ему было о чем подумать. Блондинка? Это было именно так… неожиданно. Парень полагал, что обращался с человеком перед ним довольно несправедливо. Он дал им хорошую информацию, и хотя он был немного сумасшедшим, человек, казалось, был в вечном состоянии счастья. На самом деле, он напоминал ему Луну Лавгуд; старую добрую Луну Лавгуд, девочку, которой она была до своего дезертирства. Гарри подумал, что Луна и этот человек прекрасно поладили бы, если бы встретились. Веселый человек продолжали свой путь, напевая песню об ослице по имени Дженни, которая, по-видимому, была совершенно особенной. Когда мужчина скрылся из виду, сыщики повернулись друг к другу. — Значит, твоя Гермиона была блондинкой? — спросил Ролло. — Маскировка? — Я бы не удивился, если бы она изменила внешность, — ответил Гарри. — И она действительно хотела спрятаться. Но блондинка? Это… не про нее. — Скорее маскировка, приятель, — сказал Ролло. — Может быть, — сказал Гарри, вся эта серия событий не устраивала его. — Мы могли бы пригласить экспертов, попытаться снять чары памяти, но, учитывая, что нам придется в конечном итоге снова их очаровывать, это может привести к повреждению мозга, — сказал Ролло. — И нет никакой гарантии, что это даст ли это нам ключ к поиску твоей подружки. Я посмотрю, смогу ли я выкопать несколько фотографий Уилканов и поместить мои контакты в АФП для работы. Посмотрим, появятся ли они где-нибудь в мире магглов. Гарри мрачно кивнул. Он вернется в Великобританию с пустыми руками. Снеггу придется смириться. Часть Гарри была вполне довольна этим; ему не нравилась мысль о том, чтобы попытаться уговорить Гермиону вернуться домой. Другая его часть была больна от беспокойства; один из его лучших друзей был где-то там, и он понятия не имел, была ли Гермиона в безопасности.
