Трон Нового Мира

      Культ Панталимелиона был серьезный угрозой, причем не стоит считать, что он будет останавливаться на достигнутом. Пока его удерживает Церковь, не давая полностью развернуться в мире. Другое дело, что если они смогут полностью скрыться, то уже не сдерживаемые никем, стать угрозой для всего мира.       Причем вред от этого культа не только прямой, но и косвенный. Так, например, расследование по делу демонов хоть и не откладывается, но зато задерживается. Полностью сконцентрироваться на одном Дарега не мог, поэтому ему приходилось делать два дела сразу, что не добавляло позитива. Хорошо хоть у него друзья есть, что помогут, но и те не считают культ своими заклятыми врагами. Хотя Мине и Таппед еще могут это оспорить.       Главная угроза культа заключается в том, что все его члены являются самыми настоящими фанатиками. И, как честно призналась Мине, ей немного завидно. Совсем немного. А услышав ее объяснения, каждый понял, к чему она вела.       Даже в такой организации, как Церковь, существуют различные фракции. Причем это не повод для особой радости, ведь если бы эти фракции просто разобрали между собой сферы деятельности, для общего облегчения дела, все было бы прекрасно. Но они же мешают друг друга, считая, что иная точка зрения на ситуацию является ошибочной.       Поэтому да, движимые на одном пути, без возражения, вызывает зависть. У них хотя бы не проходят внутриорганизационные войны. Хотя такой фанатизм пугает, как добавила Руоуду, под согласный кивок подруги.       Еще проблемой является то, что Панталимелион способен усилять других. Не известен верхний предел, но возможен уровень демонов высшего уровня. Хотя остаются вопросы, как именно проходит этот процесс, и какие требуют затраты, но все единогласно сошлись во мнение, что такие ограничения должны быть. Ведь тогда бы все члены культа были бы теми еще монстрами.       Чем является эта сила не получилось выяснить. Фортуна и Руоуду обошли процентов так сорок пять всей базы данных Церкви, но не нашли ничего похоже. И вряд ли найдут, может только если где завалялась нужная информация.       Хорошо хоть культ ни с кем не сотрудничает, а работает в одиночку. И поэтому нельзя, чтобы о силе ее лидера стало известно кому-то, вне Церкви. Иначе он быстро превратиться в главный приз, на которую обратят внимание все фракции. Даже Церковь может пожелать оставить его у себя, не как пленника, а как усилитель. И даже если такие усиление будут нести минусы, некоторых это может не отпугнуть.       Поэтому пятерка друзей поставили перед собой цель, уничтожить культ своими силами, чтобы не дать возможность другим заполучить остатки. Если найдут некую информацию, на подобие той, что позволяла Панталимелиону получить свою силу, то проследят, чтобы они не попали в чужие руки. Даже можно было ее уничтожить. И как культ, нанести сильный и болезненный удар, но не многочисленный.       Это вполне возможно, так как им удалось сесть на хвост культу, и хоть это не полноценная поимка, но уже что-то. В случае, если им удастся воспользоваться шансом, то это будет одностороннее движение. Хотя неудача, даже с одним лидером, может привести к настоящему провалу, но им не нужно бояться. Со своей личной силой, они не падут.       Они смогли получить некоторые данные о культе, одним из вещей является документ, содержащий ценные знания. И это был не заданием, а случайная встреча. Но даже так, эта случайная встреча стала очень важной, став их главным козырем.       Наконец у них появилась возможность разобраться с врагом раз и навсегда. И церковники готовы биться до последнего противника. Но есть также пара моментов, которые нельзя упустить.       — Видите ли в чем дело. — Начал спокойный Клифа. — Мы не уверены на все сто процентов, но по имеющимся у нас данным, удалось понять, что есть недостающие детали. И если принять это во внимание, и предположить, что этими деталями являются конкретные элементы…       — Короче, в Церкви есть или шпион, или предатель. — Прервал его долгую и закрученную речь Дарега. — Хотя это и не сто процентов, но все же, этот шанс намного выше, чем его отсутствие.       — И кто это? — С серьезным выражением лица спросила Мине. Эта правда совсем ее не радовала, так как больше всего она ненавидит такие ситуации, когда можешь начать сомневаться в своих товарищах. И хотя ее сердце не имеет и тени сомнения к безумной пятерке, а также к лучшей подруге, но Церковь это не только они.       — Вообще без понятия, у нас даже намека нет. — Включился в разговор Альд. — Да и, скорее всего, это не так важно. Для нашей операции это не имеет особой роли.       — Серьезно? Разобраться с врагом внутри Церкви не так важно? — Эти слова так же поразили и Таппед, которая совсем не такого ожидала. Серьезно, если от таких неудержимых, как Альд, Хайгер и Филил, она еще ожидала такого, то поддержку в лице Баззед. Они поменялись телами?       — Серьезно. — Сказали переглянувшиеся друзья, причем на их лицах была довольная улыбка.       Похоже их обсуждение было более глубоким, чем казалось пришедшим по началу. И так же вероятно, что они между собой уже все давно решили.       — Видите ли, какова ситуация. — Начал Клифа, передавая эстафету товарищу.       — Единогласно нами было принято решение, которое признано лучшим из возможных. — Подхватил ее Диарм. Под единогласно подразумевалась только их тройка.       — Нападем только наш отряд. Никакие более силы Церкви не будут привлечены. — Завершил фразу Хайгер, дав товарищам пятерку. Эта идея полностью удовлетворяла их.       У услышавших это была реакция довольно разной. Филил Сейвен готов был готов аплодировать гениальности друзей, так как это его стиль. С другой стороны, Рита признавала, что не уверена, что сможет потянуться быстрый и молниеносный темп товарищей.       Полностью иной точки зрения придерживались две подруги. Мине Лола Фортун и Таппед Руоуду считали, что это чистейшее безумие, и только не дорожащий жизнью решится на него. Но все, что они могли сделать, это молчать.       Раскритиковать решение и убедить сменить его? Решение этих ненормальных? Если бы это было возможно, они просто не стали такими известными, и не задержались в Церкви, сменив роль на элитных церковников.       Что можно еще? Постараться убедить их, что предателя не надо бояться? Только вот они его разве бояться? Скорее это он должен бояться их. И ведь если так подумать, этот шпион или предатель просто не мог пролезть в верхи Церкви, поэтому можно было ограничиться лишь проверенными людьми. Но разве такой мастер тактики, как Клифа Баззед не мог не подумать о таком? Значит этот вариант был отброшен.       — Что будем делать? — Все, что только могли спросить они.       — Биться. — Ответом был единодушное слово, показывающее боевой дух парней, к которому довольно быстро присоединилась так же успокоившаяся Линсел.       Похоже, дни культа сочтены.

***

      Базой Культа Панталимелиона был заброшенный город, но который был восстановлен до приемлемого уровня. Но поскольку была ночь, да и сам культ был занят своими делами, проникнуть было не особо трудно. Нужно было просто действовать максимально незаметно, и по одному убирать часовых.       Через минут десять вся пятерка шла по городу, ища местонахождение своей главной цели. Без своего лидера культ не более чем группа помешанных. Да, они могут потерять все ограничения и начать буйствовать, но это будет как бешеная раненная корова. Усмирить ее будет не трудно.       Как было не трудно догадаться, базой лидера культа было самое крупное здание. Панталимелион не тот, кто будет прятаться, создавая обманки. Он гордый лидер культа самого себя, если он решится скрываться, то как сможет называться лидером?       Это понимали и церковники, поэтому шли уверенно. Хотя они и не смотрели сверху вниз на культистов, хотя и не понимали всей их силы, но не недооценивали. Только вот в чем они были точно уверены, так это в друг друге.       И они ожидали увидеть у входа охрану, но вместо этого встретили сопротивление внутри. Один одет как стереотипный маг-чернокнижник, даже посох прилагается. Рядом с ним стояло шестеро, вооруженные различным холодным оружием.       — Пять на семь… — Прошептал Альд, оценивая численность. Но это его не пугало, ведь количество играет роль только в том случае, если оно подавляющее. А тут, всего на два больше.       — Великий Панталимелион не жаждет лишних смертей. — Неожиданно заговорил, скорее всего, лидер отряда. — Склоните перед ним свою голову, и узрите величайший дар в свой жизни, который только можно вообразить! Только протяните свою руку, и станьте нам братьями и сестрой! Великий Панталимелион рад новым товарищам!       Он протянул руку, давая шанс ухватиться за нее. И церковники потянули руку. За своим оружием.       — Без обид, но мы уже выбрали свою веру. — Усмехнулся Филил, скрестив свои мечи.       — И она намного лучше, чем поклоняться одному чокнутому. — Добавил Альд, взмахнув своим клинком.       — Нам хотя бы известно, что мы сражаемся за правое дело. — Заметил Дарега, подготовив копье.       — Так же нет риска решиться разума. — Посмеялась Рита, достав пистолеты.       — Стоять за все человечество намного лучше, чем за одного ненормального. — Обнажив свой меч и пистолет, упомянул Клифа.       Каждое слово било не только мага, но и каждого фанатика. Они те, кто полностью посвятили свою жизнь, все свое существование, культу, поэтому даже незначительное оскорбление вызывало цепную реакцию. Реакцию, которую не пришлось долго ждать.       Фанатики ринулись первыми, под прикрытием мага, который начал готовить заклинания. Церковники не могли точно определить, что это за тип магии, но попадать под него не собирались.       И правильно сделали, так как этот маг специализируется на различных проклятиях, магии ограничений и контроля. В бою, где у них есть численный перевес, такая магия особенно эффективна. Ему достаточно лишь не подставляться под атаки, позволяя остальным культистам защищать его.       Но пока летело первые проклятия, замедляющие движение цели, а также ограничивающие радиус передвижения, церковники не сидели без дела. Хайгер взял на себя сразу двоих, удобно удерживая их, чтобы они не смогли отправиться к Рите, и при этом не забывая постоянно менять свое местоположение, чтобы не попасть под действие проклятия.       Остальные поступали тем же способом, взяв на себя только по одному. Как бы умелы они не были, в боевом плане каждый уступал Боевому Магу. Но их навыки все равно были на высшем уровне, при котором их можно было назвать элитными церковниками. От этого звание их отделял лишь не настолько сильно богатый опыт.       Маг, видел все это, не прекращал сыпать всеми известными проклятиями, как магическими, так и словесными. Даже если ему удавалось создать заклинание, оно или промахивалось, или лишь царапало.       Преимуществом магии проклятий является то, что им не обязательно полностью поражать цель. Одного легкого касания достаточно, и не важно, поражена будет голова или палец. Разницу можно заметить лишь в том случаи, если проклятии имеют некоторые условия.       Но когда одно такое проклятие сумело зацепить копейщика, тот вообще никак не отреагировал, просто воспользовавшись длиной своего оружия, чтобы компенсировать уменьшенный радиус движение. Или, когда он сумел наложить проклятие Слабые Кости, уменьшающие прочность тела. Только тот, кто получил это проклятие, не стал паниковать, он просто не подставлялся под удары, увернувшись от всех атак и при этом не забывая атаковать.       И ладно бы только такое, так еще эта мелкая. Стоит ей заметить, что маг начинает кастовать нечто сильное, как сразу летят грады пуль. И ему остается вариант, попытаться закончить заклинание и попасть под атаку, или увернуться, и тем самым прервав заклинание. А в остальное время она отстреливает остальных культистов, не боясь задеть своих. Уровень синергии церковников превосходил синергию культистов.       Видя, что постепенно они проигрывают, маг решил пойти на крайнюю меру. Использовать недавно выученное проклятие, чья мощь превосходила все, что он видел до этого. И при этом о которой он ничего не слышал.       — Валвал лавлав… — Начал он, ударяя посохом об землю. Сигнал, что всем культистам нужно переходить с атаки в оборону, защищая его. Этот ход вполне может перевернуть бой. — Эмпвзонуе Вамрип Пирвам Мавпир Рипвам Ебигиг Конц Цнок Емрикок… Ссвветт!!! — Стоило прогреметь последнему слову, как могущественное проклятие охватило копейщика, сильнейшего церковника.       Это проклятие накладывало на тело различные слабости, передавая потерянное использующему. А ведь проклятые постепенно теряет свою выносливость, ману и даже кровь. Это проклятие не просто истощает, оно буквально убивает жертву, и спасает пользователя.       — ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!! — От смеха чернокнижника остановились все битвы. — У тебя был шанс, став одним из нас! Но теперь ты ответишь за свое высокомерие! Внемли мощи Великому Панталимелиону, поди на колени и проси, умоляй! И лишь если твоя вера будет сильна, тебе будет дарована право жить во имя Панталимелиона!       Это были слова превосходства, ведь по мнению культистов, победа над сильнейшим не только уменьшить боевые возможности врагов, но и подорвет их дух. И те вправду бросали взгляды на своего товарища, ожидая от того ответных действий.       Но тот не спешил действовать, но не потому что не мог, а скорее смеялся. Смеялся над тем, кто всерьез думал, что сможет победить его, Боевого Мага, таким жалким проклятием.       За его спиной начала образовываться некая сфера. Это не заняло и пяти секунд, и вот взору всех предстала идеально круглая сфера синего цвета. Культисты подняли свое оружие, готовые атаковать, в то время как церковники сделали шаг назад. Это был знак, что они признают силу этого действия.       Она находилась точно за спиной Хайгера, ровно по середине. И пока остальные гадали, что собирается произойти, сфера начала вибрировать. Некие оттенки красного и черного начали протекать по ней, но почти сразу сфера выпустила волну, которая выглядела как легкий ветерок.       Это заставило недоумевать фанатиков. Что происходит, это была такая атака? Такая слабая? Эти церковники нас недооценивают?       Сами же церковники еле сдерживались, чтобы не засмеяться во весь голос. Они-то всерьез начали думать, что это проклятие нечто опасное, а результат такой. Теперь понятно, почему Дарега был таким расслабленным.       — Если все культисты такого уровня, то значит здесь и одного меня хватит. — С этими словами он ринулся вперед, пока остальные остались наблюдать. Сфера не стала оставаться на месте, продолжая следовать за Боевым Магом.       Чернокнижник вначале обрадовался, но довольно быстро сообразил, что даже если они ведут битву семь на одного, результат не в их пользу. Этот парень не просто разрушил сильнейшее проклятие, но и еще способен спокойно вести бой в одиночку. Его товарищи даже не думали помогать.       Все проклятия, которое чернокнижник посылал на него, не просто не действовали, они будто разбивались. Да и шесть противников ближнего боя не доставляли тому вообще никаких неудобств. Он легко сражался со всеми, будто с тренировочными манекенами.       Когда же, подобно домино, они начали падать, никто не удивился. За весь бой Дарега Хайгер не использовал ни одно заклинание, кроме ранее созданной сферы. Он победил только благодаря боевым навыкам.       Чернокнижник же был поставлен на колени, а в его сердце уперлось копье. Один удар, одна смерть.       — Я не буду даже пытаться предлагать тебе сдаться. И даже если взять тебя в плен, ты не откажешься от своей веры, разве что только сделаешь вид, чтобы после ударить в спину. — Эти слова были чистой правдой. Ни один фанатик еще не отказался от культа, полностью посвятив всего себя.       — Вам не победить! Великий будет… — Договорить ему не дало копье, что оборвало жизнь чернокнижника.       Никто это никак не прокомментировал. Им всем уже приходилось убивать и демонов-отступников, и падших ангелов, и всякую другую нечисть. Бывало, что монстр мог иметь человеческое лицо, но от этого человеком он не становился. И для этой пятерки вместо лица у культистов были лишь маски.       — Ну что, продолжим. — Усмехнулся Берсерк, открывая дверь на следующий уровень.       Они не закончат на достигнутом, пока весь культ не будет уничтожен.