Кинцуги

Демоническую оболочку тащили по царапающему полу так, будто собирались убить ещё до решения суда Ада. Азирафаель оттолкнул от себя мерзкое существо — кажется, его звали Хастур, который специально так вёз оболочку врага, причиняя как можно больше неудобств. — Сам пойду, — блеснул он янтарными змеиными глазами, обещая себе как можно больше поиздеваться над представителями этой дыры, чтобы они ощутили хотя бы 1/20 боли Кроули. По крайней мере, насколько ему позволит ангельская сущность. Он с наслаждением наблюдал замешательство на изуродованных мордах тварей, пару минут с азартом орущих «Виновен». Они так надеялись увидеть как змий получал ожоги, захлёбывался в криках и святой воде. С ухмылкой он брызгался в защитное стекло, по-чёрному смеясь над демонами, которым никогда не стать такими как Кроули. Каким ангел был слепым, что не замечал этого раньше… — Уведите его! Он станет причиной беспорядков! — крикнула Вельзевул, поднявшись со своего трона. Тут же зашёл Михаил, который потом будет распускать сплетни в Раю о способностях безумного демона по имени Кроули. — Думаю, всем будет лучше, если меня оставят в покое в будущем. Правда? — взирая на них хищником, прошипел ангел, читая во всех присутствующих неуверенность и беспомощность. Даже самый компетентнейший и сильнейший Повелитель Мух был не в силах что-то предпринять. *** Благодаря велению Агнессы Псих всё произошло как можно лучше — они оба остались живы и получили практически полную свободу в действиях, отвязавшись от бюрократии, отвратительного начальства и бесконечных отчётов. И теперь оба они сидели на лавке, окружённой редкими деревьями. Демон в светлом облике протянул руку, чуть обречённо вздохнул — пора было возвращать облик. Азирафаель неуверенно отзеркалил жест, решив сказать, пока не стало поздно: — Кроули, я… — Не тяни, ангел, — рявкнул оккультный. И букинист уступил, испустив лёгкий стон замешательства, когда их облики слились и вновь разделились. Приятно было вновь встретиться со своим телом, которое с такой же теплотой приветствовало хозяина. — Ты пил таблетки? — отчеканил каждое слово демон, странно себя ощущавший, — а это ещё что? Он снял ботинок, заметив там специальную стельку. — У тебя был ожог третьей степени! — возразил ангел, делая руки в примирительном жесте, — пожалуйста, послушай меня. Освирепевший демон резко схватил друга за плечи, впиваясь в них когтями, пытаясь что-то сказать через оскал: — Какого чёрта ты видел это? Азирафаель остолбенел, с надеждой взирая на Кроули, ощущая как пламенные языки ярости опаляют его. — Это вышло случайно, прости меня. Я не знал, что тебе настолько больно. Ты должен был сказать мне раньше, — оправдывался ангел, пока не получил резкую пощёчину, обжигающую щёку. — Я. Ничего. Не. Должен, — прорычал демон, сгорая в стыде, ощущая застрявший ком в горле. — Пожалуйста, — произнёс Азирафаель дрожащими губами, пока его слезы скатывались по щекам, — позволь облегчить это. — Да что ты можешь об этом знать?! О кипящей сере?! Ты не стал падшим! Тебе, чёрт возьми, повезло, что Бог остался равнодушным к твоим промахам! — Кроули оттолкнул друга, — это не облегчить, ангел. — Но я не вижу тебя таким. Ох, ты не похож на других порождений Ада. Ты изысканный, умный, обольстительный. Эти раны не твой крест и даже не твоя вина. Тебе не обязательно их нести как вериги*. — Заткнись! Всё кончено, теперь мы сами по себе. — Не говори такого! — изумился светлый, — мы прожили вместе слишком много всего. — Вот именно. Слишком много, ангел, — отвернулся демон, уходя от друга. — Кроули, пожалуйста! Ты мне нужен, — признался Азирафаель, кинувшись к тёмному, не желая, чтобы он нёс муки наедине, — зачем же ещё ты спасал глупого идиота, не видящего дальше своих блинчиков? Демон остановился на секунду: — Потому что я люблю тебя, — отсутствующе произнёс он и, щёлкнув пальцами, исчез, оставляя ангела одного. *** Вернувшись в свою книжную лавку, Азирафаель не мог прийти в себя после такого. Казалось бы, сколько у них было ссор, сколько споров, но ничего ещё так не рвало его на части, будто вырывая перья из крыльев с остатками плоти одно за другим. Дотронувшись до винтажного стационарного телефона, он пытался заставить набрать номер Кроули, но каждая цифра давалась с трудом. Лакированное дерево казалось раскалённым углём, обжигая ангела изнутри. Приходилось преодолевать огромные усилия, и с каждым разом это было ещё сложнее, пока на последнем номерке, Азирафаель не выронил телефон из рук. — Что б тебя… — вырвалось у него от отчаяния, заглушая звук падения белой керамики, чьи осколки разлетелись по полу. Это была та самая кружечка, которой он так сильно дорожил. Однако, он смирился с её потерей ещё сутки назад — она уже не казалась ему настолько ценной. Он собрал её в руках, как бы держал Кроули — крепко, чтобы демон принял себя, поняв, что его чувства взаимны, будто баюкая. — Как мне сделать это? Моя дорогая, как?