Падение

Доун, чего от нее и следовало ожидать, напряглась, как натянутая струна, только увидев, что Джесси Андерсон со мной флиртует. Я не смог спрятать усмешку, спросив: — Эй, Лернер, у тебя такое выражение лица, будто Джесси тебя ударила. Что такое? В глубине души я надеялся, что шериф признается, что давно ко мне неравнодушна и не сводит жадного взгляда с некоторых частей моего тела, но Доун, конечно же, тут же пришла в ярость: — Нашел время для шуточек, Уолш! Ее сын устроил нам проблемы, вместе со своими приятелями, которые разгребать придется долго! Где Милтон — неизвестно, Лиззи Самуэльсон и ее сестра подозреваемые, а они несовершеннолетние и их папаша — адвокат! Ты понимаешь, в каком дерьме мы оказались?! — Остынь, Доун. Мы разберемся, — я примирительно поднял вверх ладони, — можно подумать, что есть что-то в этой жизни, с чем ты не сможешь справиться. По мне, такого нет. Рик очухается, Андреа найдется, а ты и я сейчас арестуем девиц Самуэльсон. У нас будет сорок восемь часов. Это лучше того, что раньше, ведь раньше у нас вообще не было зацепок! — Еще Блейк, — тихо произнесла Лернер, ссутулив плечи, как будто не она только что грозной мегерой едва не накинулась на милую Джесси, — как с ним поступим? По словам Лидии, он держит девочек где-то взаперти, но ее туда, почему-то, не позволил поместить. — В каком смысле Блейк? — я сначала подумал, что ослышался, но несчастный взгляд огромных голубых глаз шерифа исключил малейшую надежду. — Тот, который мэр? Взаперти?! Но… зачем? — Он самый, — Доун подошла к окну и уставилась на заходящее солнце. Я украдкой любовался строгими, но плавными линиями ее тела, обтянутого формой. Она необыкновенно шла ей, делая как будто более женственной. Притягательной. Даже стянутые в тугой пучок темные волосы, которые я мечтал потрогать, не портили картину. Мои шаловливые мысли прервало неожиданное озарение, да такое, что я едва не взвыл от досады. — Стоп, кажется, я знаю, где Харрисон. Черт побери! — произнес я. — И где же? — спросила Доун. — Она за городом, в доме Блейка. На все выходные. Я вспомнил, как она говорила об этом на днях. Что наконец-то познакомиться с его затворницей-дочерью. — А Маммет исчез… Твою мать! — шериф выругалась и резко отошла от окна, бессознательно схватившись за кобуру. — Какова вероятность, что мы найдем все ответы в прекрасном и охраняемом особняке мэра города, а? — я издал невеселый смешок, понимая, в какой ужасающей ситуации мы оказались. Но выбора у нас, по правде говоря, не было. — Но если девочки там… Бог знает зачем, но у него? Что будем делать, Шейн? — спросила Лернер и впервые за долгое время я услышал в её голосе страх. А еще она впервые назвала меня по имени, но это сладкое воспоминание я буду лелеять позже. Сначала дело. — Едем, шериф. Арестуем самых влиятельных шишек Дейда, — выговорил я и понял, что это мой шанс. Шанс доказать Рику и все вокруг, что я изменился. Что я не тот придурок-коп, трахающий все, что движется и по глупости втрескавшийся в жену друга. Стыд за Лори и наш нелепый роман жёг меня до сих пор, заставляя вести себя почти как монах. Ну и какую-то роль в этом сыграли огромные и синие, как озеро Мичиган, глаза Доун Лернер, но я не думал, что мне что-то светит, пока не осознал, как она на меня смотрит. Сначала робко, исподлобья, затем, когда поняла, что я никак не реагирую или попросту не замечаю, все откровеннее. После того, как она пробежала со мной рядом несколько миль, я изнывал от желания сказать ей, что я всё вижу. Только вот я недостоин такой хорошей, правильной и чистой девочки. После того, что я натворил, Доун заслуживала кого-то получше меня. Если бы мне было куда сбежать, то я бы это сделал, но вся моя жизнь здесь, в Дэйде. И от себя не убежишь. Рик вот не смог, несмотря на Атланту, развод и то, как Лори небрежно сбросила на него сына, как будто Карл не человек, а какой-то чемодан. Как же мне повезло, что я спасся. Пусть и получил несколько ран, которые до сих пор не затянулись. И одна из них — Рик. Рик, который больше не доверял мне, не был моим напарником и не считал меня хоть на что-то пригодным копом. Это осознание было даже болезненнее, чем то, какого я свалял дурака, связавшись с Лори Граймс. Доун шмыгнула было к своей машине, но я поймал ее за локоть. — Поедем на моей. — И почему это? — с вызовом спросила шериф, но руку не отдернула. Я скользнул пальцами по ее руке, чуть задержавшись на запястье и проговорил: — Потому, что я поведу. И если там непролазная глушь, лучше нормальная тачка, чем твоя консервная банка на колесах. Доун отчетливо фыркнула, но послушно села на переднее сиденье моей машины. Правда, ее выдали чуть зарумянившиеся щеки и то, как она старательно пристегивалась, избегая моего взгляда. Кажется, у меня всё же был шанс. Мы ехали на предельной скорости, но ближе к дому я ощутимо замедлился, а затем и вовсе остановился, заметив знакомую машину. Рик решил проявить инициативу и спасти принцессу раньше, чем я. Что ж, я вечно на вторых ролях, но стало как-то всё равно, лишь бы Рик перестал меня презирать. — Теперь понятно, почему Рик не берет трубку. Примчался за Андреа. Молодец, — протянула Доун осматривая местность, — и Кэрол здесь. Вместе с Диксоном, полагаю. Уолш, мы опоздали на вечеринку? — Похоже на то, — я взглянул на неё, — идем? Что-то мне подсказывает, что мы еще можем перехватить по бокальчику и немного закуски. Лернер удивила меня, улыбнувшись довольно дурацкой шутке и решительно зашагала вперед. До дома мы дошли быстро, синхронно достали оружие, а затем и позвонили в запертые ворота, сомневаясь, что кто-то услышит. Моему удивлению не было предела, когда створка медленно поползла в сторону и переда нами предстала Кэрол Пелетье собственной персоной, а с ней… Я поморгал, уставившись на Алишу Кларк. — Живая? — немного хрипло спросил я. Слишком свежи были воспоминания, как я таскался по лесу в поисках её тела. — Живая, — кивнула девочка. Выглядела она ужасно — бледная до зелени, губы искусаны, а уж худая — в чём только душа держалась. Её мать сойдет с ума от счастья. — Но где София? Рик и Андреа? Дэрил? — задала резонный вопрос Доун. — В подвале, — Кэрол поманила нас за собой, — как и Блейк. Он совершенно слетел с катушек. Сами увидите. — Увидим? — я послушно пошел за ней. — Доун, может быть тебе стоит… — Что? Забрать Алишу и уехать? И бросить вас здесь? Ни за что! — воскликнула шериф. Кэрол привела нас в дом, по пути рассказывая обо всем, что произошло до нашего приезда: — Дэрил увидел Алишу, которая пыталась вылезти из окна, пользуясь тем, что мэр увел Андреа в подвал, ужинать с Софией. Он кстати уверен, что она — это его дочь Пенни. Я поднялась на третий этаж, чтобы выпустить Алишу и увидела комнату с оборудованием. Запись идет из подвала и от ворот. Я… мы увидели вас и побежали, чтобы впустить. Но как помочь тем, кто наедине с психом, я… я не придумала пока что. У него нож и он грозится убить Андреа… Кэрол держалась молодцом, судя по обстоятельствам. Я лихорадочно соображал. Ворваться в подвал и пристрелить мэра? Хороший вариант, но он может успеть ранить кого-то ножом или даже убить. Ждать? Постараться его выманить? Но как? Мы поднялись наверх и мы тут же приникли к монитору, на котором София привязывала Рика к стулу, а Блейк крепко удерживал Андреа за плечи, держа нож в опасной близости от её горла. Да, дело дрянь. Диксон стоял чуть поодаль и следил за каждым движением мэра точно зверь, посаженный на цепь. — Дверь приоткрыта, видишь, Шейн? — Доун наклонилась ко мне и зашептала в ухо. — Вырубим свет и затаимся в коридоре? Нет, слишком рискованно. Просто ворваться туда мы не сможем. — Я могу просто пристрелить сукина сына, — выговорил я, — но я боюсь задеть Харрисон. — Господи! — вскрик Алиши привлек наше внимание. Едва увидев, что Диксон бросился на Блейка с одной стороны, а кажущийся крепко связанным Рик с другой, я сорвался с места. Чертовых ступенек было слишком много, где-то за спиной я слышал тяжелое дыхание Доун. — Ни с места, полиция! — привычно выкрикнул я, вскидывая ствол и врываясь в подвал. Перед моими глазами предстала прижимающаяся к стене София, лежащая на полу Андреа и трое мужчин, сцепившиеся на полу в нелепой и очень страшной драке за нож. — А ну брось нож, Блейк, а то пристелю! — Доун вторила мне, снимая пистолет с предохранителя. Спустя минуту мэр выронил нож, а Дэрил отбросил его пинком в самый угол подвала. Рик приподнялся и заломил руки Блейка за спину. Я привычным до автоматизма жестом бросил ему наручники, и он поймал их, защелкивая на запястьях самого влиятельного человека городка. Доун убрала пистолет и теперь прижимала к себе Софию, внезапно разразившуюся жгучими рыданиями. Лежащий на полу Милтон Маммет был бесповоротно мёртв, а вот Харрисон, наоборот, открыла глаза. — Ты ранена? Как голова? Прости, что пришлось швырнуть тебя на пол, я не хотел… — Рик наклонился над Андреа, привычным и отработанным годами работы вместе сунув закованного в наручники преступника мне. Я улыбнулся и, насвистывая, произнес: — Филипп Блейк, вы имеете право хранить молчание. Все, что вы скажете может и будет использовано против вас… Спустя несколько часов дом наводнили криминалисты из ФБР, какие-то шишки из полиции округа, журналисты всех мастей и прочие заинтересованные лица. Диксон сгреб в охапку Кэрол и Софию и увез их домой, посмотрев на сунувшегося было к ним агента таким взглядом, что его как будто ветром сдуло. Рик увез Андреа в больницу вместе с Алишей, Мэдисон уже мчалась туда вместе с сыном и Ниганом. Ну, а Доун, вытянувшись по струнке смирно, докладывала о произошедшем заместителю начальника ФБР с лицом примерной студентки. Тела Милтона и дочери арестованного Блейка погрузили в фургон и транспортировали в морг, где Диана Монро и патологоанатом ФБР должны были дать свое заключение. Мне не верилось, но, кажется, все было закончено. Почти. Арестованного мэра забрали двое неулыбчивых молодцев в бронежилетах — ему предстояло отправиться в Атланту. Чёртовы костюмы отказались признать похищение федеральным преступлением и выделить нам людей, но как только убийца и похититель был пойман, они приехали снять сливки. Я не возражал. Слишком всё это тяжело для живущих здесь. — Шериф Лернер, можно вас на минутку? — я бесцеремонно схватил Доун за локоть и потянул в сторону. — Поговорим в участке, сэр! — успела воскликнуть она в лицо удивленного босса федералов, прежде чем я утащил ее на улицу. — Что ты творишь, Уолш! — Лернер раздраженно поправила упавшую на щеку прядь черных волос. — Это, между прочим, заместитель директора Киркланд, и я должна была… — Пошел он в задницу, — грубо прервал ее я. — Есть более важный разговор. — И какой это? — Доун подбоченилась, сверкая на меня синими глазами. И тогда я просто сделал это. Обхватил ее лицо руками и прижался к мягким губам своими, вбирая ее вкус, наслаждаясь теплом и робким ответом. Когда я отпустил шерифа, она чуть заметно покачнулась, дав мне повод сжать тонкую талию ладонями и прижать ее к себе так крепко, как мне давно хотелось. — Ты с ума сошел, Уолш… нас увидят… я твой босс и вообще… — прошелестела Доун, но при этом продолжила обнимать меня руками за шею. — А мне всё равно, — честно ответил я, — я слишком долго ждал подходящего момента. — А сейчас разве подходящий? — улыбнулась она. — Что может быть лучше раскрытого висяка, а, шериф? — я вернул улыбку, и мы расхохотались одновременно тем самым освобождающим и счастливым смехом, который не могли себе позволить больше года.