Падение

Если бы кто-то сказал мне, что однажды я почувствую любовь сильнее, чем в тот момент, когда родилась моя девочка, я бы только рассмеялась. Но сейчас, смотря в такие родные голубые глаза, испуганные, полные слез, я ощущала такую свирепую и всепоглощающую любовь, что в груди словно пульсировал воздушный шар, то сдуваясь, то расширяясь снова, пока, кажется, не лопнул, и я тихо позвала: — София… — Мама! — Дочь выпустила обнимающую её Доун Лернер и бросилась мне на шею, стиснув меня так, словно ей три года, а я забрала её из садика самой последней, когда девочка уже не чаяла, что кто-то за ней придет и тихо хныкала в кулачок, сжавшись в уголке. Я вдыхала запах моего ребенка, гладила её волосы, заплетенные в косы — последний раз я плела ей косы в пятом классе, а затем София гордо перешла на хвостики — и шептала ей что-то бессмысленное, не в силах вымолвить ни одного внятного слова. Я думала, что она умерла. Что больше нет моей дочери, а значит, и меня больше нет. Что мне уготовано унылое пустое существование — хуже смерти, ведь наложить на себя руки я не могла, вдруг София вернется. А еще был Дэрил… почти всегда не рядом, но где-то поблизости и Мэдисон. Я не имела права сдаваться, поэтому я старалась, как могла и Господь услышал мои молитвы. Я просто обнимала мою Софию и не замечала, что происходит вокруг, не чувствовала хода времени, пока Дэрил не тронул меня за плечо едва ощутимо и не спросил: — Может… домой? Я отвезу. — Да, — я улыбнулась, — поедем домой. На солнце София несколько минут просто молча стояла, озираясь вокруг так, как будто она была слепой, и к ней вернулось зрение. Сердце дрогнуло, когда до меня дошло, что она, в отличие от Алиши, ни разу за целый год не покидала подвал Блейка и не видела света, цветов, не вдыхала нормальный воздух. Если бы можно было всадить мерзавцу пару пуль прямо в лоб, я бы это сделала, не колеблясь ни секунды. Дэрил тихо стоял и ждал, держась на почтительном расстоянии от нас, и у него было сложное выражение лица, смесь облегчения, радости, сомнения и чего-то еще, названия чему я не придумала. — Дэрил, — я протянула ему руку ладонью вверх, — подойди пожалуйста. Он медленно шагнул ко мне, всё такой же напряженный, и кажется, я наконец-то поняла, в чем дело. Я сама обхватила пальцами его ладонь, притянув его руку к своей щеке. — Дадим ей несколько минут, хорошо? — вполголоса произнесла я, потеревшись щекой об тыльную сторону его руки, чем привела его в изумление. — Девочка год не видела ничего. Я понятия не имею, потребуется ли ей психолог, или врач, да и мне самой, возможно, тоже. Я не знаю, трогал ли он её или… — я на мгновение запнулась. — Или просто принуждал изображать Пенни. И я точно не скажу, что мы обе будем в порядке в ближайшее время. Но я точно знаю, что без тебя я бы не справилась. И не справлюсь дальше, да и не хочу. Так что выкини из головы то, о чём ты думаешь. Это неправда. Дэрил несколько минут серьёзно изучал мое лицо, не отпуская руку и едва заметно поглаживая пальцами мои пальцы, а затем кивнул. — Ладно. Но ты не обязана… — Как и ты. Захочешь уйти — я не стану тебя держать. — Я не хочу уходить, — быстро выпалил он. — Вот и чудесно, — я улыбнулась и быстро поцеловала его в губы, — а теперь — домой. В машине София вжалась в меня, как маленькая и, кажется, задремала. Я чувствовала себя смертельно уставшей, но не могла ни на секунду расслабиться, пока мы не окажемся в тишине и безопасности. Только мы трое. Больше в целом мире мне ничего не было нужно. — Я отнесу её, — прошептал Дэрил, заехав в гараж и заглушив мотор, — она так сладко спит, что не хочется будить. Подхватив Софию на руки, от чего она даже не открыла глаза, он прошел вслед за мной в её комнату и осторожно уложил девочку на кровать. — Я побуду с ней, хорошо? Но ты тоже останься. Я хочу накормить тебя ужином, — сказала я, — а потом просто посидеть, может, включить какое-то дурацкое телешоу. Или выпить пива. — Ты пьешь пиво? — хмыкнул Дэрил. — Нет, но ничего не мешает мне начать… расширять горизонты, — я шагнула к нему, — все переживания, разговоры и остальное позже. Сегодня только это. Вместо ответа Дэрил прижал меня к себе и поцеловал — бережно и осторожно, но так невыносимо сладко, что ноги стали ватными. Я запустила пальцы в его волосы, взлохматив их еще сильнее и возвращала нежные касания языка, губ, скользила пальцами по контурам его лица, с удовольствием запоминая чуть колючие от щетины щёки, очерчивая скулы и постепенно спускаясь ниже, трогая его шею и плечи. Дэрил обхватил меня за талию и прижал к себе плотнее, так, что мне стало жарко — я чувствовала его твердую грудь, ноги и живот, а еще то, что ниже… тоже весьма твердое и горячее. Поцелуй стал глубже, наше дыхание чаще, а мысли тягучими и спутанными, но в тот момент, когда его руки уже добрались до моих ягодиц и сжали их, я очнулась. И с усилием оторвалась от его рта, хватая слишком теплый воздух и любуясь его потемневшими от желания глазами. — Я пойду… хочу навестить Лидию в больнице, пока еще можно. Может быть, док ее отпустит, — хрипло пробормотал Дэрил, явно пытаясь взять себя в руки, — а потом вернусь. Идет? — Да, — я шумно выдохнула, — я жду тебя… если хочешь, то привози Лидию сюда. — Можно? — он явно удивился. — Я буду рада, — ответила я и была вознаграждена неуверенной, но сияющей ухмылкой, на миг осветившей его серьезное лицо. — Спасибо, - просто сказал Дэрил и тихо вышел. — И давно это у вас? — в наступившей тишине голос Софии прозвучал неожиданно громко. Я охнула, испугавшись, и повернулась к дочери. Она уже не спала, а явно наслаждалась зрелищем, не предназначенным для шестнадцатилетних девочек. Эта мысль заставила меня залиться краской до корней волос. — Недавно, — обронила я, присаживаясь на край кровати и беря Софию за руку, — я думала, что ты спишь… — Я проснулась на самом интересном месте, — фыркнула дочь, — но я рада. Правда. Дэрил — отличный парень, и он смотрит на тебя целую вечность. Только ты не видела. — Увидела. Когда ты исчезла, — я сглотнула, — я хотела бы, чтобы ты рассказала мне обо всем, что было с тобой и Алишей. Если ты готова. Если нет, то позже, или мы можем найти психолога. Я не представляю, что тебе пришлось пережить и… Но не стоит держать всё в себе. Ты дома, в безопасности и это самое главное. Я так виновата, что не уберегла тебя, София, но я постараюсь… — Нет, мама, ты не при чем, — дочь покачала головой, — это всё Лиззи и её сестра. И Милтон. Ужасно то, что мистер Блейк его убил. И то, что он сошел с ума тоже ужасно, мне его жаль… Он любил свою дочку, но находить ей замену — это не выход. — Ты не… пострадала? — я внимательно следила за выражением лица Софии. — А Алиша? — Нет, он только один раз ударил ее по лицу, я очень испугалась. Меня он и пальцем не тронул, — сказала София. — Хорошо, — я выдохнула с облегчением. Больше всего я боялась, что девочек изнасиловали, но, судя по простодушной мордашке моей дочери, ей это не приходило в голову. Насчет Алиши я не была так уверена, но Мэдисон расскажет после. И девочки пройдут тщательный медосмотр — об этом сообщил мне агент ФБР, завидев которого Доун встала по стойке смирно. Дело Блейка передадут в Атланту и его самого уже перевезли туда, так что, скорее всего, мы больше никогда не увидим этого человека, чему я была рада. Будет суд, на котором Софи и Алиша должны будут дать показания, а затем всё закончится, как страшный сон. Это и был сон. Липкий, кошмарный, длинною в целый год. А теперь я проснулась. Когда Дэрил приехал, Лидии с ним не было — врачи пока не рискнули её отпустить, да и она сама хотела побыть вместе с Карлом Граймсом в больнице. Парню пришлось хуже всех, и еще предстоит разговор с ФБР, как и Рону и Дуэйну. Я решила отложить разговор о том, что было с Карлом на потом — слишком много впечатлений для одного дня. Как я и обещала, мы поужинали пастой, запив её пивом — Дэрил принес несколько банок с собой — на удивление, мне понравилось. А потом мы наконец-то оказались в моей спальне с плотно закрытой дверью вдвоем. Он оробел, когда я стянула футболку через голову, оставшись в одном белье, но очнулся, когда я принялась стягивать с него рубашку. — Что такое? — прошептала я, глядя на то, как он дрожит и прячет глаза. — Лучше тебе… не видеть, — спустя несколько мучительно длинных минут, еле разжав губы, выталкивает он, и, кажется, я понимаю в чем дело. Про свои шрамы я забыла — от счастья. И от желания, которое плавило меня, как воск, стоило мне дотронуться до Дэрила Диксона. — Я знаю, — просто сказала я. — Что? — он непонимающе моргнул. — Давай выключим свет, если ты хочешь, но сначала — взгляни. Я повернулась спиной и Дэрил, грязно выругавшись, спросил: — Это твой муж? — Да. Но это закончилось, — я повернулась лицом к мужчине, которого не ждала и не ожидала, но который был рядом и, кажется, любил меня, вопреки всему, и чувствовала затопившую меня до основания нежность. Не любовь. Пока. Всему свое время. Но я дам нам шанс, который обещала ему. И у нас все получится, я в это верила. Я снова приблизилась к нему и Дэрил покорно позволил стащить с себя рубашку. Его шрамы были страшнее моих — ремень с металлической пряжкой — полосы пересекали всю спину. Легко погладив каждый, я прижалась к его рту, целуя далеко не так нежно, как несколько часов назад, а наоборот — быстро, страстно, безумно. Словно пытаясь забыться. Он застонал, возвращая поцелуи и трогая меня так, как я мечтала — гладя, сжимая, лаская шершавыми пальцами, проводя ими по груди, животу и бедрам. Я потянула его в сторону кровати, попутно избавившись от всей остальной одежды. Когда он вжал меня спиной в матрас, начиная двигаться и не сводя безумного взгляда с моего лица, я выдохнула его имя. И повторяла его снова и снова, растворяясь в ощущениях, захлестнувших нас обоих с головой. — Кэрол… моя… — едва слышно произнес он, падая рядом и переводя дыхание, перевернув меня и прижав к своему боку. Я дышала так, словно пробежала марафон и не могла ничего ответить, но он и не ждал. Утром я проснулась от того, что чья-то щетинистая щека щекотала мою кожу, дерзко покрывая поцелуями внутреннюю поверхность бедер. Я позволила ему делать все, что он хотел, всхлипывая и сдерживая стоны, чтобы не разбудить Софию, а потом вернула должок. Потом я приняла душ и пошла в комнату дочери — она еще спала, дыша ровно и безмятежно. — Она в порядке? — немного смущенный Дэрил материализовался на кухне, с интересом принюхиваясь. — Оладьи с яблоками и кофе. Будешь? — я протянула ему тарелку и улыбнулась его сосредоточенному выражению лица, пока Дэрил жевал сладкое тесто. — Ниган звонил. Хотят приехать всей оравой. Или ждут нас. Как смотришь? — Дэрил с наслаждением отхлебнул кофе и прикрыл глаза. Помешивая свой капучино с корицей, я думала. Нужно было рассказать Софии про Карла и навестить его в больнице, затем съездить в участок и дать показания о прошлом дне, как бы я не хотела вернуться обратно в постель и утащить Дэрила следом. И Мэдди. Конечно же, стоило увидеться с Кларками и Ниганом. — Поедем к ним, если Софи не возражает, — приняла я решение. — Не возражаю против чего? Доброе утро, Дэрил, против тебя я точно не возражаю, — появившаяся на кухне София была бодра, точно птичка и так же весело щебетала. Трудно представить, через что ей пришлось пройти, но она держалась настолько хорошо, что слезы чуть не потекли по моим щекам. Моя чудесная храбрая девочка. Мой верный и желанный мужчина. Оказывается, счастье всё же бывает.