Ломая канву судьбы

«Катти Флам — очень странное имя. Будешь Френки» — именно эти слова были первыми, сказанными Айсбергом в сторону Френки. Четырехлетний карапуз тогда со всем возможным для ребенка презрением на мордашке обфыркал парнишку и заявил, что такой «стрёмной девочке» даже губная помада, спертая у Кокоро-сан не очень-то и помогает. Тем более она синяя — с такой только утопленников изображать. Большего сказать к своему сожалению мальчик не смог — когда летишь по воздуху отправленный туда кулаком в челюсть — это как-то не сильно способствует беседе. Том-сан только расхохотался и пошел разводить драчунов по разным углам комнаты в воспитательных целях. Как говориться, первое знакомство задает манеру дальнейшего общения. Не всегда конечно, но конкретно этот случай можно было считать целиком классическим. Они с Айсбергом жили как кошка с собакой — каждый день находилась любая мелочь, из-за которой эта пара неразлучников устраивала просто таки петушиные бои. И при всем этом стоило только кому-то постороннему влезть на чью-то сторону, как тут же отгребал от обоих. Просто потому, что эти двое одна семья, соратники и коллеги; в пору беззакония и множества конкурирующих плотницких конторок на Вотер 7 по-другому было нельзя. Стоило только начаться расколу среди них, и их бы просто уничтожили другие плотники. Но «Работники Тома» были не просто связанны работой. Когда ты все время проводишь вместе — на работе, дома и в выходные, то окружающих ты либо начнешь ненавидеть, либо воспринимать как свою семью. Но разве можно ненавидеть тех, кто спас твою жизнь? Вот и маленький Катти Флам не смог. Он знал, что родился где-то в Саут Блю, что его биологический отец является пиратом и мальчик ему нужен, как собаке пятая нога. Такого, как тот пират лучше называть разбойник на лодке, ведь пират — это сын моря, человек ценящий свободу и морские просторы, бороздит их в поисках приключений, а разбойник он и в море разбойник — единственный его промысел грабеж и убийство. Впрочем, к чести того мужчины стоит сказать, что он не убил сына и не бросил совсем маленького ребенка на первом попавшемся острове, а нашел вполне адекватный остров, коим являлся Вотер 7, и уже тогда отказался и дальше брать с собой малыша. Сказал, что в четыре он уже сможет раздобыть себе еды, да хоть милостыню выпросить самостоятельно, и уплыл. Френки так никогда больше его и не видел. Да что там — через несколько месяцев после того дня он уже не мог вспомнить лицо и даже имя того, кого когда-то звал отцом. А ещё он всегда признавался себе, что его удача на всю жизнь вперед сработала именно в тот день. Ремонтировать корабль его отец решил у мастера Тома, та сцена нелепого прощания произошла фактически на глазах у рыбочеловека и Том-сан пожалел малыша и забрал с собой. Дал ему кров, пищу и ремесло. Дал семью. Первой, кто познакомился с новоназначеным маленьким плотником была естественно Кокоро-сан. Тогда высокая, стройная и веселая дама-хохотушка произвела на парнишку неизгладимое впечатление. От неё так и веяло теплом и домашним уютом. Том-сан представил её, как своего секретаря. Следующим был Йокодзуна — Френки чуть со страху не описался, когда в метре от него приземлилась громадная лягушка в маваси* и с пучком черных волос. Серьезно, волосатая жаба-сумоист?! Правда, когда, вопящего мальчишку и, перепуганного этими криками, жаба успокоили и все-таки познакомили, то оказалось, что добрее и милее создания на всем Гранд Лайне не сыщешь днем с огнем. И это цитата Том-сана. И все было хорошо, первые полтора часа вместе с новой семьей, но потом пришло это. Наверное, у каждого бывает, что смотришь на человека, а он тебе в упор не нравится, даже скорее раздражает. И смотришь в этот «покер фэйс», и так хочется парочку фонарей подвесить на него, дабы рожа эта перестала замораживать все живое в радиуса двух миль. Как оказалось претензии были и у Айсберга к нему — надо же, имя его кому-то не нравиться! Так что да, с первой же минуты их знакомства в небольшой компании «Работники Тома» начались веселенькие будни. Справедливости ради, прохаживались они друг по дружке только насчет стрёмной, по сугубо личному мнению каждого, внешности противника, умственных способностях, что у той чайки, но никогда по плотницкому умению. Ведь они оба были учениками Тома, который был для них просто богом кораблестроения, и лучшей рекомендации, чем похвала от него другому плотнику для парнишек не существовало. Исходя из этой логики: ученик Том-сана — это тот, кто имеет все шансы стать умелым и выдающимся плотником. Это стало своего рода табу — не хаять умения другого в сфере судостроительства. Даже BF-1,2,3,4,5… никогда не подвергался критике со стороны собственно качества и функциональности. Айсберг просто орал на Френки, стеная на тупую голову одного придурка, который додумался создавать боевые кораблики на которых, при желании, можно и на Морского короля ходить охотится. И это в их городе, где царит жестокая конкуренция, подстегиваемая разрухой и беззаконием. Кстати об BF-№?. Все эти «Боевые Френки» — это первые попытки создать корабль мечты, который покорит все моря. Сама идея появилась когда «Работники Тома» закончили Оро Джексона. Воистину это был самый величественный и прекрасный корабль из всех, что до того дня видел мальчик. Френки не видел ни Роджера, ни Рейли — ему были не интересны какие-то там пираты. Все, чем интересовался парнишка был корабль. Он дневал, и если бы Том-сан не утаскивал его за шкирку, то и ночевал бы на стройке. Однако это того стоило — четыре дня спустя после заказа корабль, сверкая алыми парусами был спущен на воду и спешно уплыл унеся приключенцев подальше от надвигающейся Аква Лагуны. Сами Френки вместе с Айсбергом и Кокоро-сан с Йокодзуной с самого утра были отправлены в убежище, ведь в отличие от рыбочеловека, который остался дабы сдать работу и получить оплату, их природа не располагала к выживаемости под водой (наверное, не случись того ужаса на Эниас Лобби они так и не узнали бы, что Кокоро русалка). Да голубоволосик не видел того, кого спустя довольно скорого времени назовут Королем пиратов, но он навсегда запомнил вид Оро Джексона, стоящего у причала и словно рвущегося вперед к покорению новых неизведанных морских просторов. Когда слухи о том, что Роджер на своем корабле покорил Гранд Лайн и достиг доселе неизвестного острова Рафтель достигли Вотер 7, у паренька и появилась первая мысль о корабле мечты, которую он и принялся осуществлять со всем присущим ему энтузиазмом и наивностью. И называл их в честь себя любимого, все-таки это прототипы, а значит можно сильно не заморачиватся над названием. Да-да он все-таки стал Френки. Хоть это имя и придумал Айсберг, но это имя было только его, а не как Катти Флам — первая попавшаяся на глаза его папаше вывеска, после того как ему передали кулек с пищащим младенцем. Эту историю ему когда-то давно рассказывал пьяный в дупель старпом того «отца». Именно «отца» — своим настоящим родителем паренек признавал только Том-сана, который его забрал к себе и вырастил как своего ребенка, наравне с Айсбергом, и конечно же научил все делать с большой гордостью. Френки упорства было не занимать, иногда правда это упорство перерастало в упоротость, но добрый старший брат только рад был настучать по кумполу малышу Дуренки и вправить ему мозги, которые явно вывертались куда-то набекрень, и, конечно же, получал за это благодарственный пинок от души для «милого Дурсберга». И все это сопровождалось такими приторно сладкими физиономиями, что Кокоро-сан быстро наловчилась держать в кармане пару маленьких лимончиков, и чуть что сразу же совать их мелким в рот. Что и говорить, — теперь дерясь друг с дружкой, парочка не забывала оглядываться по сторонам, сканируя местность на наличие милой дамы, а то попробуй отказать, когда тебе с милой улыбкой протягивают фрукт предлагая съесть и при этом давят такой жуткой аурой, что и самый тупой и кровожадный Морской король смирно бы сжевал фруктик и постарался скорее смотаться подальше от сей блондиночки. В итоге выработался своеобразный цикл — раз в две-три недели Френки забуривался на денечек на дальний берег возле мастерской и ваял новый BF-№?; затем проводил полевые испытания, которые почти всегда заканчивались какой-нибудь катастрофой местного масштаба за что собственно и получал звездюлей от Айсберга; потом их, увлекшихся раздачей взаимных тумаков все-таки вылавливала Кокоро-сан и кормила тем жутким предметом пыток именуемым «лимон обыкновенный»; а после бедняг, которые готовы были морской воды напиться, если бы это гарантировало, что во рту перестанет сводить все зубы от кислоты, находил Том-сан и тащил в верфи выполнять очередной заказ. И ведь всем весело и хорошо было, вполне налаженная и спокойная жизнь, не хуже чем у многих других была. Да только все имеет такое свойство — кончаться. Первым звоночком стал визит щегла в дорогом костюмчике, вместе с тремя подельниками, которые выглядели, как правительственные агенты. Собственно ими они и оказались в итоге. Спандам не вызывал ни у кого никаких светлых чувств. Даже его подчиненные слушались его по столько по скольку. Но идиот пришел к мастеру Тому не по своей инициативе, а прислал Спанду его более смышленый папаша, который до нападения на Охару курировал допрос пойманной Нико Ольвии. И в отличие от своего чада, на котором видать природа решила взять долгий отпуск, умел не только слушать, но и, что более важно — слышать. Проскочившую мимо ушей других допрашивающих, информацию о трех орудиях древности он запомнил и потихонечку разыскивал любые слухи и факты, и хотя бы одном из трех. И таки ему повезло. Плутон — чрезвычайно мощный по своим боевым и защитным характеристикам корабль. Совершенно невозможно было, чтобы такое оружие оставалось нетронутым и не найденным все это время, будь оно действительно собранным и готовым к эксплуатации. Ведь в таком случае Правительству не было бы нужды создавать такую структуру как Сайфер Пол для радикальных решений и физического устранения неугодных лиц и государств. Такой корабль все равно, что последний довод, провоцировать сторону, которая имеет в своем распоряжении Плутон решились бы очень немногие. Вот только правительство в лице Горосей, обладай таким оружием не стали бы скрывать его наличие. Даже и если не афишировать сей факт, какие-то слухи так или иначе вплыли бы не поверхность. Но чего нет того нет, а значит нужно отталкиваться от того, что есть. А есть слухи на уровне легенд, если не мифов, о чертежах Плутона. Древние люди не дураками были и понимали, что попади Плутон в руки к врагам, то им во-первых: придется строить снова корабль, желательно ещё и улучшенную модель, а делать это имея пред глазами чертежи много легче чем без них; а во-вторых: чертеж для умелого плотника и/или командира все равно, что карта с разметками куда бить и от куда ожидать удара. Так что да — чертежи, в отличие от самого Плутона, имеют вполне нормальные шансы оказаться реальностью. А где же начинать поиски чертежей корабля, как не в городе кораблестроителей? Вот и Спандайн решил начать оттуда. И все бы возможно обернулось совсем по-другому отправился он туда сам, но увы — работа начальником штаба Сайфер Пол 9 не оставляла никакого времени для личных путешествий. Пришлось навешать лапшу сынуле на уши о сверхсекретной миссии по добыче ценных данных (и главное — ни словом не соврал), и для прикрытия легенды выделить несколько молчаливых и нелюбопытных парней, которых крепко держал за жабры зная их темные секретики, которые те желали оставить тайной для широкого мира. Но судьба повернулась к нему своим, вне всякого сомнения шикарным задом — Спандам не только не добыл даже копии чертежей, но этот придурок, наверное, всем «по-секрету» растрезвонил о своей несомненно важной миссии в своем желании показать свое превосходство. Короче говоря чертежами заинтересовались Горосей, и, наверное, не будь Спандайн им нужен на случае чего-то экстраординарного, то кормил бы он рыбок на дне великого водоворота, а так вполне легко отделался — понижение в должности; на его место усадили идиота-сына, которым легко манипулировать, а ему самому довольно четко намекнули даже не рыпаться в сторону вожделенных бумажек и взяли поиски в свои руки. Так, прошерстив Вотер 7 от и до, агенты SP-9 обратили свой взор на маленькую конторку плотников из пяти работников, и один из них подумать только — жаба! Начали копать хоть какой-то компромат, ведь надо же хоть какая-то причина для задержания и допроса. И словно манна с небес — эти скромные плотнички создали Оро Джексон. Это их руками был создан корабль Короля пиратов. Лучшего компромата в данной ситуации и пожелать было трудно. Естественно сначала послали Спандама, типа жест доброй воли — покайся в грехе и отдай чертежи и тогда может и не будем тебя трогать и твою семейку тоже. Вслед за ним с разницей в один день отправился судья, который независимо от исхода переговоров должен был арестовать Тома. Никто из власть имущих не собирался давать даже малейшего шанса ещё кому-то обзавестись кораблем по тем чертежам, а то, что Том ни разу даже не просмотрел их было исключено. В конце концов, он ведь плотник, легче поверить, что пьяница оставленный в одной комнате с бутылкой рома её не выпьет. Но этот дебил сумел испохабить планы не только своему папуле, но даже собственному начальству. В один день растрындеть рыбочеловеку о том, что его скоро арестуют (это Спанда оптимистично назвал переговорами), уведомить, что Горосей, как минимум догадываются о существовании чертежей, а затем словно вишенка на торте — почти атаковать Тома из гарпуна. Повезло, что образец BF-26 оказался вконец раздолбанным после полевого испытания Френки. Том ещё изначально, когда только за Спандамом закрылась дверь с той стороны, подозвал к себе Айсберга и в своем кабинете отдал чертежи на хранение парню. Он пояснил логику того, что столь опасные бумаги нужно именно надежно спрятать и хранить, а не сжечь и забыть словно страшный сон. Поэтому, когда он предстал перед судьей он уже ни о чем не переживал, однако попросив несколько минут для речи, рассказал всем присутствующим о своей идее морепоезда. Сначала это сочли нелепой фантазией, но по мере повествования прониклись идеей и судья задал всего два вопроса: сколько потребуется времени для создания сего технического чуда и возможно ли проложить путь к Эниас Лобби? Получив в ответ «12 лет» и «Да» на соответствующие вопросы дал отсрочку в судебном разбирательстве на 12 лет и отбыл на остров правосудия, не забыв прихватить с собой придурошного босса. И вот потянулись новые будни «Работников Тома». Френки, у которого теперь увеличилась нагрузка почти в три раза, хорошо если раз в три-четыре месяца мог выделять время на постройку очередного прототипа своего корабля мечты. Дело двигалось медленно, но неуклонно, и вот спустя семь лет упорного труда первый морепоезд Рокетмэн спущен на рельсы. Полевые испытания правда показали, что не работают тормоза, так что ещё два года ушло на доработку и улучшение дизайна как самого поезда, так и рельс. Но и эта работа закончилась — морепоезд Свистящий Том стал в итоге просто таки жемчужиной Вотер 7 и предметом их гордости. Однако более быстрое исполнение обещания привлекло не только благодарную и восхищенную публику, но и правительственных псов. Судья снова прибыл в город, дабы окончить начатый девять лет назад суд. Ещё и как на зло Спандам решил по своей инициативе снова под шумок попытать Тома насчет чертежей. Но в этот раз Леди Удача отвернулась от плотника и дебил не добившись нужного результата в качестве последнего довода выстрелил из гарпуна на BF-37. В итоге Том предстал перед судом тяжело раненым и разозленным. Он прекрасно знал, что с такими ранами не живут, даже рыболюди, а потому сделал единственный правильный выбор в той ситуации, с его точки зрения, конечно же. Он просто вызвал огонь на себя, и чем больше Том кричал о том как же он горд, что его корабль помог Роджеру стать Королем пиратов, что он ни о чем не жалеет, тем больший гнев со стороны правительственных агентов он вызывал и был этому счастлив. Ведь известна истина: темнее всего под пламенем свечи. И он стал для своей семьи этим пламенем, которое сгорает само, но скрывает за собой своих близких. На душе было тихо и спокойно, счастье, что родные в безопасности и горечь от того, что он видит их в последний раз. Кокоро — его боевая подруга, спутница жизни — она сразу поняла его мысли и приняла и поддержала, несмотря на боль которую они ей принести. Она же и удержала мальчишек от необдуманных поступков на глазах у стольких свидетелей. Воистину, как её не любить? Однако уйти с легкой душой плотник не смог. Френки был сбит морепоездом при отчаянной попытке остановить детище Тома. Спандам, чья избитая Айсбергом и Френки рожа просто таки светилась от удовольствия, радостно пересказал ему как все было, смакуя каждый миг и наверное даже что-то от себя дорисовывая покровавей. Том ушел из жизни, горько жалея об жизни младшего сына, которую он все-таки не смог спасти. А вот Френки на тот момент просто нереально повезло, что поезд ещё не успел как следует разогнаться. В итоге Йокодзуна успел подплыть к пареньку, у которого казалось не осталось ни одной целой кости в теле и жаб решил его отбуксировать на берег. Вторым проявлением фортуны стало то, что берег был диким и необжитым. Для Вотер 7 это было чрезвычайно необычно, ведь это был остров-город. Как при таком раскладе мог быть незаселенный пляж? Но лежа на берегу не в силах пошевелить и пальцем, Френки заметил что то, что он принял сперва просто за дикий пляж на самом деле крохотная бухточка десяти ярдов** в ширину и около 25 ярдов в глубину. Она столь крохотная, что даже если её специально искать с моря, то придется достаточно потрудится, с суши её закрывали скалы. И вот в скале можно было заметить небольшую дверь, довольно умело замаскированную под окружающий её камень. Издалека и не заметить, а Френки увидел только потому, что находился почти вплотную к ней. Йокодзуна по его просьбе помог забраться внутрь. С первого взгляда и не скажешь, что это одна из лабораторий Вегапанка. Однако оборудование, которое оставили явно по принципу того, что в чемоданы не влезло, все равно впечатляло и давало понять, что это не сон и не шутка. Искалеченному пареньку нереально повезло, что конкретно эта лаборатория была одной из тех, где разрабатывался проект Пацифиста. Чертежи, которые за ненадобностью отложили, оказались на столах и в ящиках этих самых столов. Пускай Вегапанк и счел те чертежи нерентабельными, но он явно страдал хомячизмом, иначе как объяснить то, что не совсем удачные образцы ученый не выкинул или сжег, а просто отложил в сторонку. Именно они и спасли Френки от гибели. Йокодзуна ему слегка ассистировал и помогал первое время передвигаться, а так же по просьбе самого парня не доложил Кокоро-сан и Дурсбергу что он жив. Все-таки он сам себя оперировал и буквально собирал по кусочкам, а значит не мог быть уверенным, что не загнется от банального сепсиса. Удивительные все же создания — люди! Не зря говорят, что жить захочешь и морским узлом завяжешся. Вот и Френки смог не только провести себе масштабную операцию, но и не загнутся в процессе от болевого шока. А через три года, когда он не только полностью восстановился, но и провел кое-какие изменения тела не с целью выживания, а для обретения силы, Френки вернулся в родные пенаты. Шок настиг его с первых же новостей. Йокодзуна похоже слегка поехал крышей и решил, что раз Френки смог пережить столкновение с морепоездом, то уж он точно заставит адскую тарандайку остановиться и сойти с рельс. Короче, жаб стабильно два раза в неделю летал аки гордый птиц ежик под прицельным ускорением пинка. К его чести следует сказать, что за все три года он так и не сдал Френки его родственникам. Вторым потрясением стала Кокоро-сан, которая сейчас реально оправдывала данное ей когда-то прозвище «Бабуля». Эта некогда эффектная и всегда собранная женщина превратилась в медленно спивающуюся горькую пьянчужку. Потеряла свою привлекательность и подавала очень плохой пример собственной внучке; она выглядела как проспиртованный насквозь дюгонь. Хорошо ещё, что Айсберг на давал пустится всему на самотек и присматривал за малявкой. Кстати об Айсберге — вот уж кто изменился в самую неожиданную сторону. За те три года смог сплотить всех плотников под эгидой компании Галелей Ла (Френки только криво ухмыльнулся на название; историю о первой принцессе-русалке, которая могла говорить с Морскими королями он помнил почти наизусть — любимая сказка как-никак), поделил все на семь доков и создал мощную базу для преодалевания кризиса, созданного многолетней нищетой и конкуренцией с подставами. Ещё сильнее он удивился, когда увидел самого Айсберга — того мужика в аккуратном костюме тройке язык не поворачивался называть Дурсбергом. Именно в тот день Френки сделал роковую ошибку, он сказал секретарше: «Передайте Айсбергу, что его ждет Катти Флам». Ну кто ж знал, что секретарша на самом деле правительственный шпион? Когда Френки увидел своего старшего братца, то так удивился, что столь незначительная с его точки зрения деталь, как сказанная Калифе фраза просто вылетела у киборга из головы. В тот день они так нормально и не поговорили. В итоге Френки ушел громко хлопнув дверью и начал собирать на улицах Вотер 7 тех, кого другие горожане ёмко именовали отбросами общества. Он давал им свою защиту и семью, клан в котором их принимали такими, какими они были. Нет, сначала он давал им понюхать свой кулак, несущий свет просвещения неразумным прям в оба глаза, а затем уже все остальное. Может с ними было тяжело возится изначально, но они напоминали ему самого себя — того, каким он мог бы стать, если Том-сан вовремя не помог ему. А значит он поможет всем кому сможет, ведь никогда не поздно сменить профессию. Так на просторах плотницкого города появился отряд демонтажников — клан Френки. А спустя полгода пришел Айсберг. Тихо пробрался к нему в дом посреди ночи, одетый в свою старую одежду рубахи-парня. Френки даже не удивился, просто спросил будет ли он колу — других напитков он принципиально не держал в доме. Но не успел он договорить, как оказался в объятьях старшего брата и неловко приобнял его в ответ. А затем был разговор и передача чертежей Плутона на хранение Френки. Киборг для большей конспирации подписался Катти Флам и со спокойной душой согласился на хранения сего документа и отказался покидать остров. Это выглядело бы очень подозрительно, а даже если бы и нет, то у него была ответственность за своих ребят. А уж когда вспомнить их разговор, смех да и только: — Что Дурсберг, большой шишкой теперь стал? В костюмчиках теперь разгуливаешь. Небось уже и не помнишь когда молоток в руке последний раз держал, а? — Мма, большой-то большой, да вот только все белки прискакали и теперь пробуют на зуб меня, пытаясь добраться до ядрышек. Френки только счастливо заржал. — Ничего смешного! Я готов заложить голову, если моя секретарша не одна из правительственных псин. Она неделю спустя после приема на должность попыталась перейти в разряд любовницы. И чтоб ты понимал: на морде лица восторженное выражение влюбленной идиотки, а в глазах даже не слишком старательно прикрытое: «И вот это офисное чмо я должна соблазнять?». Да и нюх на подставы у меня имеется хороший, без этого в бизнесе делать нечего — конкуренты съедят и не подавятся. И вот эта чуйка у меня тогда во все горло вопила, мма. — Оу, и ты чего? Отказал? — Я на дебила похож? Нет, конечно. Так, поиздевался слегка, делая вид, что таких толстых намеков не понимаю, а потом просто взял, что дают. И прикинь, эта мадам смотрит на меня после всего глазами со сто белли размером и понять не может, как такой с виду мямля может так сексом заниматься. У девочки разрыв шаблона случился, мма. — Она что, информацию о тебе не собирала когда пристраивалась к тебе на работу? Да и вообще, кем надо быть, чтобы думать словно тридцати двухлетний мужик является девственником. И чё дальше? — А ничего, сказал спасибо, мол, её рвение мне во всем угодить приятно, но мне легче в бордель заходить, чем доплачивать сверхурочные и дополнительные услуги. Но если она так настаивает… то я сейчас же вызову нотариуса и мы внесем дополнительные обязанности в её рабочий контракт, — Айсберг сверкнул ехидной ухмылкой и на мгновение прикрыл глаза, словно вспоминал те минуты. — Ты бы видел её лицо — возмущенный енот-полоскун в очках. Похватала свои вещи и на сверхзвуковой смоталась из кабинета. — А чего енот? — Тушь у неё от пота на лице потекла. На самом деле довольно жутенько выглядело. Но тот случай заставил меня приглядеться и я заметил ещё нескольких. — Хм?! — Двое под видом плотников, я отправил их к Паули в первый док. Этот любитель веревок их так возьмет в оборот, что им придется постараться, чтобы найти время на что-то другое кроме кораблестроения. Последний это трактирщик. Правда я затрудняюсь сказать какой из пяти прибывших за последние три года. Хорошо вжился в роль, собака такая, мма. — А ты уверен что они все именно что шпионы? Как ты вообще их вычислил? Да и твой Паули этот, ты уверен в том что ему можно довер… Погоди-ка, тот самый мелкий, который постоянной прибегал к нам наблюдать как мы строим корабли? — Он самый. И я ему ничего не рассказывал, просто перевел двух рабочих к нему в команду, а дальше его характер просто не даст новеньким остаться в стороне. Да и не уверен я на все сто, вот Калифа — да, а эта парочка просто прибыли вместе с ней приблизительно в тоже время, очень быстро влились в коллектив и быстро освоили ремесло. Напрягает только их манера ходьбы — тихо и бесшумно, шаг экономный, ни единого лишнего движения, словно бойцы специализирующиеся на ближнем бое. А бармены — ну я лично бы очень сильно удивился, если бы они не использовали сочетания алкоголя и желания поболтать после работы за стаканчиком с друзьями и чутким барменом, который умеет слушать, а главное подливает ещё бухла. В городе, где 80% работоспособного населения работает в Галелей Ла, а ищут они чертежи — это более чем актуально. Так что я держу в поле зрения всех трактирщиков, даже тех, кто был здесь ещё при Том-сане. Выдав длиннющую тираду мужчина сделал глоток виски из фляжки и посмотрев на Френки продолжил: — Я так понимаю ты из города валить не собираешься? — дождался согласного кивка договорил. — Тогда присмотри за Кокоро-сан и малявкой. Я и так сильно рискую, уделяя им внимание и привлекая ищеек, мма… Ладно пошел я, а то скоро светать начнет, нельзя светится с тобой. — Пока, Дурсберг, береги себя. — Ты тоже Дуренки. Айсберг выскользнул в окно и умчался ещё до рассвета к себе в квартиру. После этого они с Френки виделись только как оппозиционеры: Айсберг строит корабли, а Френки — демонтирует их. Пять лет стабильности и безрезультатных попыток вывести Кокоро из запоя. Спасибо, что хотя бы Чимни с Гомбе не спаивала. А затем приплыли они. Кокоро видать совсем пропила все, что можно, даже интуиция, которой она раньше славилась не помогла распознать Демона во плоти с приспешниками на всю голову бахнутыми. Более того — пояснила как доплыть до города и накарябала писульку для Айсберга. Думаете эти постеснялись её использовать? Как бы не так! Вынесли мозги всем. Даже всегда отмороженный Луччи кинулся в драку с Паули, хотя раньше терпел куда более дикие заскоки блондинчика. И ладно Луффи — он никогда не был тупой обезьяной, которую изображал практически идеально — смог понять, что корабль свое отжил. Менять киль смысла не было, ведь киль это основа корабля, тело для его души так сказать. Поменять киль все равно что новый корабль сделать — уж лучше сразу полностью новый заказать. Но вот Усопп упорствовал до последнего. Ведь для него Гоинг Мэрри не просто накама — это частичка дома, подаренная любимой девушкой. Вообще, канонир очень сильная личность в плане стойкости и упорности, частенько переходящей в упертость. Чего только стоит драка с его, Френки, подчиненными за кейсы с деньгами — пока до потери сознания не избили, он так и не отпустил кейсы. Да и потом, не желая признаваться в своем провале команде, отправился в их логово самостоятельно за что и отгреб повторно. А затем носатик узнал, что накама решились на новый корабль. В итоге произошла дуэль и уход из команды канонира. И вот забавная штука жизнь — ещё день назад Френки ограбил Усоппа, а уже сейчас их связали и вместе везут в морепоезде на Эниас Лобби. Эти правительственные шавки увидели Нико Робин и решили, что раз они не смогли за пять лет добыть чертежи, то дальнейшая миссия бесперспективна, а вот Дитя Демона вполне может расшифровать нужный Понеглиф, да и не только его одного. И ведь заставили плясать под свою дудку, угрожая её накама и подставляя её капитана, стравливая пиратов и плотников Галелей Ла. Не понятно только почему они решили, что друзья Нико поверят в её предательство и не придут за ней со спасательной миссией. Очень опроментчиво с их стороны, особенно когда они перед глазами имели пример бескомпромиссного самопожертвования ради других членов команды. Наверное сказались пять лет жизни под глубоким прикрытием — они столь сильно вжились в свои роли, что для того чтобы начать думать как агенты SP-9 нужно было немножко больше времени, чем они располагали. В итоге ошалевшая толпа из плотников, его клана и пиратов под предводительством Монки Д. Луффи ворвалась прямо на остров правосудия. Перелетели через ограду, как по огромному трамплину на Рокетмэне, на котором они и прорвались сквозь Аква Лагуну, и устроили настоящий кипишь. Пока плотники и бандюки объединив силы давили основной массив простых агентов и дозорных, пираты бросили вызов лучшим агентам Сайфер Пол. Да что там — они объявили войну всему Мировому Правительству. Усопп (и это поняли все и сразу, но Луффи слишком нравилось стебать носатика, говоря с ним об Усоппе, как об отдельной и увы далекой сейчас фигуры, а Чоппер просто решил раз товарищу так нужно, значит палить контору он не будет) по первому же приказу капитана нисколько не сомневаясь сжег флаг на шпиле. Но больше всего Френки поразило то, как Луффи добился выражения искренних чувств от Робин, заставляя заплакать и провопить во все горло «Я хочу жить!». Расчувствовавшись киборг достал таки чертежи, и постебавшись на Луччи и Каку просто сжег столь нужную им древность (Луффи потом ему чуть потроха все не выел, даром что их вроде уже как и нет — только холодильник для колы в брюхе; спасся только благодаря своей фотографической памяти и постройке Санни Го, в основу которого и легли чертежи Плутона). А дальше была эпичная битва добра в лице пиратов против зла в виде агентов Сайфер Пол. Значительно позже, когда после Триллер Барк они отмечали победу и играли в карты на желания Френки загадал капитану пересказ битвы с Луччи, вплоть до всех сказанных реплик и выражений лиц и жестов. По итогам двухчасового пересказ, киборг нервно улыбнулся и про себе подумал: «Как хорошо, что капитан парень, а Луччи, кошак драный такой — натурал до мозга костей». Все таки Вотер 7 — это только один город и за пять лет плотник вполне достаточно изучил Роба, чтобы сказать наверняка — Луффи зацепил кошака конкретно так, и будь пират девушкой, то их бой мог бы быть похож на убегание и давание по мордасам похотливому леопарду находящемуся в самом разгаре гона. Весь пересказ, а также то немногое, что успел заметить сам Френки на Эниас Лобби говорит в пользу его теории. С Луффи киборг своими выводами делиться не стал. Капитан этого не приметил, а похожую теорию вывести не додумается даже в безумном бреде, ведь он парень, и шанс предположить, что другой мужчина им заинтересуется был ничтожно мал. Успокоив себя так мужчина ушел в свою мастерскую доделывать кое-какие ништяки для подводной лодки акулки. На Сабаоди случилось то, к чему никто не был готов. Их, как котят, расшвырял по всему миру Кума. Но здесь сработала удача Френки и киборг попал на Каракури — остров родину Вегапанка. Именно здесь он и начинал создавать киборгов. Чего только стоила киберсобака. С её владельцами — мальчиком по имени Киттон и его дедушкой — Френки познакомился почти сразу же. У него кончилась кола и добрые люди налили ему чайку. Когда Френки очухался после прихода, то вынес для себя две вещи: первая — больше никогда никакого ЧАЯ, даже самой маленькой капельки; вторая — нужно срочно найти информацию, а то он совсем отрезан от мира здесь. А где искать информацию, как не в лаборатории Вегапанка? Опять-таки, можно кучу ништяков безхозно валяющихся нагрести — ребята заценят. Поиск информации дал многое, а главное фотоприказ от капитана. Встреча переносилась на два года и Френки мог спокойно заниматься доработкой своего тела и сбором всяких крутых штучек. Тем более это было необходимо — свое лицо Френки умудрился сжечь и теперь переживал как бы его не закоротило. Сбор на Сабаоди показал мужчине, что с модернизацией он слегка увлекся — Робин, смотря на его внешний вид только холодно усмехнулась и похоронным тоном заявила, что пока Френки не вернется как минимум к внешности двухгодичной давности он будет жить монахом. И никакие уговоры на неё не действовали. Так что все приключения после командного воссоединения киборг прошел почти автопилотом, все это время пытаясь понять, как он все-таки мог начать встречаться с такой хладнокровной дамочкой. И ведь не бросишь — мужчина слишком хорошо помнил тот день, когда он присоединился к команде. Тогда Нико так сжала его колокольчики, что бедняга седьмой круг Ада увидел. Думал, что она вообще их оторвет, а Луффи только ржал и напоминал, что Френки ему нужен мужчиной. Короче, у плотника была вот уже который месяц затяжная депрессия из-за целибата и в те моменты, когда не нужно было сражаться, он придумывал, как опять найти хоть какую-то лабораторию, где можно было откатить часть изменений. Ну или на крайний случай придумывал новые и новые способы чтобы помирится со своей девушкой. Даже сейчас, после войны с Ёнко, плывя к Шанксу, все его мысли крутились вокруг этих двух проблем. Он столь сильно задумался, что даже не заметил как весь корабль окутала мягким покрывалом Тьма и они все умерли, чтобы возродиться вновь уже совсем в другом мире.

***

Френки казалось, что его с головой накрыла Аква Лагуна состоящая из чужих воспоминаний. Можно было конечно подумать, что это его воспоминания из далекого прошлого, но маленькие, однако существенные отличия не давали усомниться. Для мужчины, который почти всю свою жизнь провел на Гранд Лайн сильным потрясением наличие других миров и его попадание в один из них в тело своего двадцатилетнего отражения не стало. Единственное о чем он подумал, это жалость от того, что так и не помирился со своей Робин. Но стоило только подумать о ней, как киборг ощутил нить связи, которая вела куда-то в Вест Блю. На ровне с ней были и другие связи: с его командой и с Айсбергом. Пройдясь по нитям команды он смог понять, что они находились приблизительно там, где и должны были быть в это время у них в мире. Это хорошо — значит что-то общее уже присутствует у этого мира с их родным. Правда Зоро пока был на Гранд Лайн, но он уверенно двигался в сторону Ист Блю и киборг вздохнул — топографический кретинизм их старпома был поистине не уничтожим. Связь с Айсбергом была несколько другая. Он чувствовал, что его названный старший брат находился очень близко, буквально в нескольких метрах от него самого. И связь была более глубокой, словно эмпатической. У них не было одних эмоций на двоих, но стоило только захотеть узнать, как чувствует себе один как человек на другом конце связи, как сразу понимал его эмоции. Френки был уверен что связь работает так в обе стороны. Была ещё одна крохотная ниточка связи, но она словно была не одна, а просто вплеталась в каждую нить-связь с командой. Спустя довольно продолжительное время киборг понял, что эта нить-связь с ещё не обретшей материальное тело душой Саузенд Санни Го. Кстати о киборгах — было довольно непривычно ощущать снова обычное человеческое тело, знать, что уже не можешь быть сам себе оружейным складом. И в полной мере повставал вопрос: а стоит ли снова становиться полумашиной? Тем более Робин довольно негативно отреагировала на новшества после двух лет разлуки. Но она же сказала: «хотя бы внешность двухгодичной давности» — значит она вполне не против модернизаций — главное не перегибать палку. Эту мысль следовало обдумать немного позже в спокойной обстановке, а пока есть более важные дела. Значит так, открываем глаза… А я сказал — открываем! Когда свет перестал резать глаза, которые очевидно долгое время были закрытыми, то первое что Френки увидел был деревянный потолок. Такой родной и знакомый до последний трещинки на нем. Потолок в родном доме. Слева боковое зрение уловило движение и, повернув голову, уже-не-киборг увидел Айсберга. Двадцатичетырехлетнего Айсберга, который сверлил его ну ооочень возмущенным взглядом. — А сейчас, друг мой Френки, ты расскажешь мне, какого хрена я ложусь спать у себя в квартире, в офисе Галелей Ла и просыпаюсь здесь, в своем теле, моложе на шестнадцать лет и надо мной склонился Том-сан и Кокоро-сан, которая неожиданно так похорошела и сбросила лишние сорок кило? — милейшая улыбка на лице брата и то, что определенно злясь он, тем не менее не зовет его Дуренки показывало, что дело швах. Пора заказывать себе гроб и место на кладбище. — И как ты отреагировал на все? — попытался придать голосу уверенности, но получился какой-то мышиный писк. — ПЛОХО! — оказывается Айсберг умеет орать шепотом. — Я думал Богу душу отдал. Начал орать, что у меня Тиранозавр не кормленный остался и я не могу умереть. Короче, они походу впаяли мне двойную дозу транквилизатора, а то я помню только как Кокоро-сан достала какой-то шприц, а через минуту я уже почти уснул. — А видений, ну то-есть памяти предыдущего владельца тушки у тебя нет? — Нет конечно! Я тебе только что сказал об этом. Короче, ну-ка рассказывай, немедленно, что происходит, пока остальные не вернулись, мма. — Если бы я и сам точно знал. Только урывками какими-то помню: мы плывем по территории Шанкса к нему на встречу; я сижу у себя в мастерской; потом Брук вроде начал играть какую-то мелодию новую. Я почему-то вспомнил тебя, так захотелось, чтобы ты тоже её послушал вместе с остальной командой, потом как-то слишком сильно и неожиданно на меня навалились воспоминания предыдущего владельца тушки, а затем я очнулся и дальше ты и сам знаешь. — Ясно. Теперь короткая сводка по новому миру. Чем отличается от нашего, в чем эти отличия состоят, как мы оба оказались сейчас перемотанными, как мумии и такими же здоровыми? — бизнесмен он и в Импел Даун бизнесмен, вопросы четкие и по существу. Вот и ответы нужны в том же стиле. — На сколько я успел понять из памяти парня — отличается не очень сильно, по крайней мере то, что касается нашей жизни; в глобальных вопросах я не силен — этот Френки, как и я не сильно-то и интересовался мировыми новостями. Так что ещё? Ага. Мы сейчас в активном строительстве морепоезда, уже три года как. Перевязанные — ну так это не совсем удачное испытание BF-29. Мотор рванут так, что мама не горюй — досталось походу всем, но мы с тобой ближе всех стояли к эпицентру взрыва, так что то, что мы живы уже очень большая удача. Ну в смысле для нас, а то есть у меня четкое такое ощущенице, что первоначальные владельцы тушек уже на пол пути в Чистый мир. — Я тебя понял. Сюда попали только мы или ты ощущаешь ещё кого-нибудь из своей команды? — Всех! И Санни Го тоже здесь, только нужно хотя бы киль сделать для него, — Френки радовался как ребенок, а вот Айсберг старался быстро просчитать свои и младшего брата действия на несколько шагов вперед. И то, к каким последствиям приведут некоторые изменения в уже известную историю. По всем прикидкам выходило совсем неплохо, осталось только согласовать свои действия с Френки и можно начинать приводить в действие план «Спасти Том-сана». Покивав своим мыслям, парень начал излагать свои измышления младшему. Спустя час споров и пререканий, довольно неплохой план действий был намечен. Френки довольно логично рассудил, что по крайней мере несколько ближайших лет капитан и остальные ребята останутся там, где сейчас дислоцируются. Разве что Брук не станет столько лет терпеть в одиночестве, и может к кому в гости заглянет. К тому же Френки, или даже Лабуну, если он здесь существует. Вспомнив правда манеры поведения оного скелета, Френки издал нервный смешок и от всей души пожелал, чтобы Лабун был здесь и Брук отправился именно к нему. А то с него станется подкатить к Кокоро-сан с просьбой показать трусики. И тогда Том-сан быстро покажет ему небо в алмазах. Ведь русалка-ледяная рыба сейчас очень даже эффектная дама, а этот костях-фетишист попытался задрать юбку даже Большой Мамочке. Так что молился уже-не-киборг о том, чтобы это бедствие миновало Вотер 7, но что-то ему подсказывало, что не далек тот день, когда он услышит: «Том-сан, Вы подбили мне оба глаза, хотя у меня нету глаз, йо-хо-хо-хо». — Значит, решили — с этого момента план «Спасти Том-сана» вступает в действие и… — Айсберг залихватски усмехнулся. — Мы будем выполнять его с большой гордостью. Френки только расхохотался кивая, а в мыслях молился: «Луффи, пожалуйста, у тебя есть весь Ист Блю. Его должно хватить по крайней мере лет на десять — не суйся пожалуйста на Гранд Лайн. Это ж будет катастрофа вселенского масштаба. Давай мы тихонечко спасем Том-сана и остальных, а потом ты сюда уже приплывешь. Тем более Зоро скоро будет рядом. Короче, Энель, если ты там уже стал Богом — я готов в тебя уверовать, если эта Демонюка, ласково зовущаяся нашим капитаном ближайшее несколько лет не высунется из своего логова в Ист Блю. Ну, и заодно отвадь Брука от Вотер 7. Аминь». Даа, как однако любит своего капитана его команда. Где-то в Фууши Луффи отчаянно чихала вот уже который день, и незлым тихим словом поминала всех, кто может так долго вспоминать ее, изводя таким образом.