Проклятие Кассандры. Книга 1. Лунный Цветок

Гибельный Лес… В прошлый раз в нём царило умиротворение. Напевы птиц и заурядная чащоба создавали приятное впечатление. Однако в этот самый момент, высокие ели и сосны будто отражались от солнечного тусклого света, проникавшего на землю сквозь плотные завесы облаков. Почерневшие стволы, покрытые седоватыми пятнами, диаметром с большой человеческий палец, неприветливо высились в небо, словно служили своеобразным предупреждением для всех незваных гостей. Внутри же не было слышно ни единого звука — ни ломкого сухолома, ни насекомых, зверей, птиц. Что-то будто отпугивало Кассандру, заставив ненадолго задержаться — ощутить на «границе» леса и «Пустошей», коими звалась эта местность что-то недоступное глазу. Девушка глубоко втянула носом воздух, витавший около чащобы. Лесной растительностью и не пахло вовсе, несмотря на обилие различных цветов и кустов: от ягодных вплоть до папоротников. Это вынудило Кэсс ещё сильнее насторожиться. Она ещё раз крепко вдохнула, набираясь смелости. И, сделав первый шаг в Лес, который Потерянные назвали «Гибельным», промолвила с привычной ей манерой раздражения: — Ну, Фицерберт, если ты там милуешься с Рапунцель, а вовсе не находишься «в опасности», я тебя убью. Очевидно, Кассандра, подумав о Юджине, вернула прежнюю решимость и уже смелее прошла внутрь лесной обители. Но, как идти через столь непроглядный мрак, она не имела представления.

***

— Эй, Хор! Налей мне ещё кружечку Бесовского Янтарного! — позвал бармена за стойкой один из инкубов. — Да! — с наслаждением втянул другой Соблазнитель прозрачное пиво, приготовленное из сернистого ячменя. — В самый раз, чтобы перевести дыхание. — А то, Каррадас, — согласился с ним Карх — красноголовый ящер, ходящий на двух задних лапах. Он отложил свою алебарду в специальный склад, где воины и простые демоны оставляли оружие. Новый порядок запрещал всем демоническим кастам использовать оружие в заведениях. Особенно, куда обычно стекались тысячи и тысячи, чтобы обсудить быт, работу и провести пару ставок на специальных вечерних боях — своего рода ежевечернего развлечения — в Таверне Максимуса. Таверна простиралась на сотни километров. Снаружи она ограждалась невысокими деревянными столбами, местами их и не бывало вовсе. Достаточно шумная, просторная, но комфортная атмосфера вокруг вселяла веселье, желание пощекотать языки о какую-нибудь очередную сплетню. Десятки трактирщиков управлялись с огромной толпой за барными стойками. Позади них находились десятки огромных бочек с популярным напитком. Постояльцев было в тысячи раз больше, многие из которых стекались в Таверну с различных концов Подземного Мира. Большинство сидели по трое-пятеро демонов за круглыми деревянными столами, травили друг другу всевозможные байки и о чём-нибудь горячо спорили. Даже драконы различных мастей иногда останавливались в единственном, но самом масштабном трактире всех миров, чтобы отдохнуть, и, не секрет, пропустить пару… вёдер того самого напитка. В конце концов, драконий организм был куда крупнее любого из демонических. Разумеется, таверну круглосуточно охраняли сотни демонов из различных каст, дабы оградить её от посягательств всяких «своевольников», что обожали совершать налёты и громить всё, что на глаза попадётся, следили за порядком. — Да, Таверна Максимуса — лучшее, что случалось в жизни Ада, — кивнул кто-то рядом из числа Соблазнителей. — Вас, Кархов, нечасто увидишь здесь, в Таверне, — отметил Каррадас, на чьих губах ещё пенилось пиво. — Мы — тоже демоны. Горло всё время сушит, когда стоишь на посту и смотришь на одни и те же угрюмые пейзажи. А сейчас у меня выдался свободный денёк, чтобы, наконец, опробовать знаменитое… — сморщился при виде золотистого пива, сверху покрывшегося белой смачной пенкой. — Пойло. — Пойло? — хмыкнул Хор, бармен. Лысоватый, пузатый, ростом чуть ниже нормального человека. Старый Соблазнитель ухмыльнулся, и, протерев один из бокалов, добавил: — Приятель, да ради того, чтобы пропустить одну его кружечку, твои собратья готовы отдать свои души. Близ бармена все демоны залились хохотом. — Между прочим, приятель, если ты не в курсе, это «пойло» даже приручило этих поганых невидимок, что многие годы жрали всех демонов подряд. Не насыщались никогда и ничем. — Я слышал эту историю, — уселся на высокий табурет Карх, плотно опершись локтями на стол. — Но я так же в курсе, как многих из них больше никто не видел. Буквально из всех Междумирий исчезли. — Верно, а всё почему? — подмигнул довольно Хор. — Все они теперь обслуживают демонов в нашей Таверне, а в качестве платы ежедневно получают по баночке этого пива. Оно влияет на них как-то иначе, чем на тебя, на меня или на высших демонов. Если для нас — это способ восполнить силы, то для них он служит источником питания. Достаточно всего нескольких глотков, чтобы эти змеёныши могли работать напропалую до наступления ночи, — затем бармен катнул кружку Каррадасу, и тот, выйдя из дискуссии, принялся заливаться любимым пивом. Карх глотнул пойла, и ощутил, как по венам понеслось приятное тепло. Он облегчённо выдохнул, словно скинул с плеч целый дворец. — О, проникся? — улыбнулся Хор, наливая вторую кружечку пива. — Его поэтому и называют Бесовским Янтарным. — Нальёшь ещё? — молниеносно втягивая пойло, и вручая кружку бармену, спросил Кон (так звали Карха). — Ну, а то, — бармен взял из его чешуйчатых пальцев кружку и в ту же секунду дал ему другую, уже доверху наполненную пивом. — Что происходит интересного в отдалённых Междумирьях? Я слышал, среди демонов случился раскол. — Да, и началось это не так давно. Проклятые бандиты, что кличут себя Хаотами, — презрительно фыркнул Карх, повернув взгляд на Хора. — Их организацию никто толком не воспринимал, пока они не начали захватывать одно Междумирье за другим. — И чего же хотят эти бандиты? Власти? Занять место Аделины? — мелькнула искра любопытства вкупе с насмешкой над ними. — Они считают, что демоны разжирели при управлении Аделины. А восстановление Фолькмиров в правах касты передёргивает каждого из… Хаотов, — пояснил Кон, несколько озадаченно поглядев на собеседника за стойкой. — Ничего, как раньше, всё равно уже не будет. Аделина и драконы показали демонам лучший путь, — угрюмо продолжил Хор. — Ага, Великое Адское Переселение в мир, где, кроме голых скал, ничего нет! Официальное переименование Ада в Подземный Мир! Так постепенно гнёт и начинается, — возразил Каррадас, подсевший поближе к рассказчикам. — Хаоты и разозлились на Аделину, что сама происходила от демонов, но потом вернула человеческий облик и стала ещё могущественней. — Ну, будет Подземный Мир, а не Ад. Какая разница? — пробурчал недовольно Кон. — И потом, переселяют только тех, кто хочет новой жизни. Ты же слышал, что объявляли Герцоги и Князья в каждом Междумирье? Они присмирели при Аделине и не способны лгать простым демонам. А Хаоты только раскачивают население и подрывают столь хрупкий порядок. — Ты довольно трезво рассуждаешь для ящера, который впервые отпил Бесовское Янтарное, — хохотнул Каррадас, похлопав собеседника по плечу. — Ну, а ты? Какими ты новостями поделишься? — полюбопытствовал Карх, стирая с губ белую пенку. — О, всего и не перечислишь, — отмахнулся Каррадас. — Кроме этих слухов из дальних краёв, есть ещё один, — он приблизился к собеседникам и те к нему придвинулись. Инкуб собирался поведать им будто секрет. — Я слышал, что где-то здесь скрывается ворожея. Совсем юная, к тому же человек. — Да ну, не может быть! — тут же проголосил Кон. — Живой человек не может проникнуть в Ад. Спечётся, как блин на сковороде. — Верно, — заговорщицки произнёс Соблазнитель. — Но этот человек — ворожея. Говорят, они умеют заклинать жизнь. — В смысле, подчинять её? — хрипло спросил Хор. — Любую? — изумился он, широко раскрыв глаза. — Перестань байки травить! — ухмыльнулся Кон. — Я слышал, как человек верхом на драконе сражался против демонов в Долине Обречённых, на кладбище драконов. Там всё время всякая чертовщина творится, — тут его голос привлёк внимание одного из мелких невидимых прыгунов, что когтистыми лапками ловко прыгал с подносом, выискивая столы, на которых оставались пустые из-под пива бокалы. В этот момент бес злобно шикнул на Карха, сузив красные глаза. — Гоин обиделся на тебя. Смотри, чтоб потом вместо пива он на тебя в качестве еды не набросился, — посмеялся демон, — Подобные словечки лучше придерживать при себе. — Ладно, — закатил глаза Кон, развернувшись к красным глазам в воздухе. — Я не желал тебя обидеть. Красные глаза вновь округлились и бес направился дальше. — Как это ни странно, Каррадас, я согласен с Кархом, — столь же скептически помотал головой демон за барной стойкой. — Уж где-где, но тут, в Огненном Крае, людей, уж тем более столь опасных, никогда не видели. — Да, — кивнул Карх. — Вся бы Таверна переполошилась, встретив такого человека. — Нет, — ухмыльнулся Хор. — Мы бы позвали нашего Защитника — Максимуса! — Этого «единорога», в честь которого названа Таверна? — фыркнул Соблазнитель, за что получил укоризненный взгляд от всех окружающих его демонов. Слово же взял Хор: — Сам ты — «единорог»! — проворчал он по-стариковски. — Максимус Пламенное Сердце — легендарный Пылающий Пегас. Ныне — Защитник нашего Междумирья, — гордо отзывался он. — И лучший изобретатель Пива во всех мирах! — кто-то столь же гордо прогорланил. — За Максимуса! — поднял он кружку Бесовского Янтарного. — ДА!!! — поддержали хором крикуна другие демоны, дружно чокнувшись друг с другом бокалами, и, после синхронного глотка и стука о деревянные столы, продолжили обмениваться новостями. — И от кого же он защищает Междумирье? — мелькнуло любопытство у Кона. — От всех, кто угрожает спокойствию и процветанию нашего мира, — недвусмысленно поглядел бармен на Каррадаса. — А кому служат эти Хаоты? Ведь каждые из созданий имеют покровителя свыше, — спросил Карх у демона, что, казалось, немного поджал хвост (буквально). — Точно. По слухам, они подчиняются только истинному господину. И этот «господин» — является чем-то божественным. Я, впрочем, в духовные дела не лезу. Почему эти демоны-предатели, — нервно подчеркнул Каррадас, переведя взгляд на более умиротворённого Карха, — сражаются с Аделиной и открыто призывают к восстанию против неё и устоявшегося порядка, я не знаю. Но знаю другое: Повелитель Бездонной Ненависти недавно примкнул к ним, передав всех своих демонов в руки Хаотов. Хаоты же перерезали всех Фолькмиров среди них и уничтожили тех, кто не склонился перед их «истинным повелителем». И речь не о Герцоге или Князе. — Фолькмиров? Забавно, каким образом Хаоты отличили Фолькмира от обычного демона? — хмыкнул трактирщик. — Эти демоны запросто перенимают облик противника, и чем тот сильнее — тем опаснее Фолькмиры. И они постоянно изменяют внешность — по-прежнему опасаются, что на них ведут охоту. — Ну, неудивительно, — кивнул Соблазнитель. — Хаоты так и поступают. Используют своих гончих для этого. — Ах, точно. Об этих зверюгах я как-то позабыл, — грустно вздохнул Хор, заметив во взгляде Карха глубокую тревогу. — Что с тобой? — Ты сказал: Междумирье Бездонной Ненависти? — округлился в лице ящер, проигнорировав вопрос Хора. — Ты ничего не путаешь? — Нет, солдат, — удивился Каррадас. — Что тебя так поразило? — Ты, очевидно, издалека, Каррадас, — хмуро кивнул Хор. — Бездонная Ненависть примыкает к нашим границам, — в эту секунду у Карха перехватило дыхание от напряжения. — И много их там? — Не знаю. Я лишь располагаю слухами, а слухам, порой, не всегда можно верить, — пожал плечами инкуб. — Даже боюсь спрашивать, что эти Хаоты делают с Кархами, — угрюмо отозвался Кон, поставив, наконец, кружку на стол. — Ты из Бездонной Ненависти? — догадался бармен, убирая бокал. — Да. Я из Корпуса Дракона, служил миротворцем на Родине Драконов. Там Кархи, Соблазнители и другие младшие демоны помогали восстанавливать руины, что остались от Междумирья. Когда мы, наконец, закончили, меня отправили в увольнение — разрешили повидаться с семьёй. Теперь я не уверен, что они живы. Так что же Хаоты делают с Кархами, Каррадас? — суровым тоном спросил Кон. — Я слышал, всех «пособников» Аделины они сжигают в лавовых потоках, — с ужасом в голосе отметил инкуб. — Особенно их семьи. — Тебе лучше туда не возвращаться, — подчеркнул Хор, сопереживая ящеру. — Если там действительно всем заправляют Хаоты, то Карху из Корпуса Дракона они точно не обрадуются. — Они даже Гончих режут на мясо, если те вступаются за демонов, как-то связанных с армией и союзниками Аделины, — согласился Каррадас. — Тогда я должен вернуться в строй. Может, наш командир прислушается к моим словам? — опечаленно предположил Кон. — Армия не любит слухов. Она руководствуется лишь фактами… — столь же угрюмо продолжил Каррадас. — Даже если слухи окажутся правдой, на тебя другие посмотрят, как на последнего идиота. — Тебе не поверят там, за тридевять миров от нас, — задумался старый демон, приложив пальцы к подбородку и трезво оценивая слова собеседников. — Но, возможно, Максимус тебя выслушает. Он тоже воин, и блестящий командир, но подобным слухам и сплетням доверяет не меньше, чем неоспоримой правде. — Где же мне его найти? — полюбопытствовал Кон. — Сейчас уже вечереет. В это время он совершает облёт вдоль границы. В последние дни, кстати, Максимус активно прочёсывает границу именно с Бездонной Ненавистью. Солдат по ту сторону границы уже давно никто не видел, что, возможно, подтверждает твои слова, Каррадас, о Хаотском заговоре, — убедился бармен. — Думаю, вы оба правы. Я должен поговорить с ним, — хмуро согласился Карх, вставая из барной стойки и, вооружившись собственной алебардой, что он обратно забрал из склада, проследовал на свежий воздух. Огненный Край отдалённо напоминал Предвратность и Долину Обречённых. Как и там, в этом Междумирье, проносились сернистые кучные облака, порой, застилавшие всё видимое пространство над головой. Однако, поддаваясь ветрогону, на земной поверхности спокойно колыхалась трава, шурша будто перед грядущим дождём. Малиново-алое зарево здесь было редким явлением — только пару раз в Адские сутки (земные сутки = 13 Адским), можно наблюдать его. В остальные отрезки времени небо покрывалось лазурью, а по ночам — устилалось сапфировой гладью. Множество различных деревьев и обыкновенных спешно несущихся водных речушек, что служили артерией этого мира, раскинулось по всему Междумирью. Ароматы прохлады и лёгкой влаги витали в вечернем воздухе. Название этот мир получил исходя из своего «географического» положения — он граничил с Бездонной Ненавистью, откуда ровно пару раз за день приходило угрюмое зарево. Пограничная полоса окрашивалась огнём, а небо, словно отражаясь от поверхности земли, казалось, полыхало. Некоторых демонов это приводило в трепет и восторг, других пугало: будто с неба хлынут огромные капли, заполненные сжигающей всё вокруг лавой. Это явление природы в Аду отразилось на названии Междумирья: Огненный Край.

***

— Говорю же, я не знаю, как оказалась здесь! — вторила Рапунцель… демону? Нет, встретила она отнюдь не демона. Очутившись на границе Огненного Края и Бездонной Ненависти, юная девушка, не успев тщательно оглядеться, стояла напротив… Пылающего Пегаса. Ответ, однако, она держала не перед ним. Один из демонов, что совершал облёт вместе с крылатым конём, задал ей вопрос. Пегас не пылал, как могли себе это представить демоны, что слушали рассказы и сплетни об Огненном Крае. Белый гордый высокий конь с белобрысой гривой беспристрастно взирал на Рапунцель. Его украшали вороные, будто космическая темень, перистые широкие крылья, отросшие по бокам. Чёрные глаза смотрели на неё холодно, ждали ответа. — Отвечай быстро, шпионка, или, клянусь, мы вывернем из тебя всю душу! — злился один из Соблазнителей, что с презрением глядел на юную школьницу. Пятеро демонов во главе с Максимусом совершали облёт границы, как вдруг, мелькнула мелкая серая точка на горизонте. Пегас первым добрался до неё, затем спешились инкубы и суккубы, встав подле командира. — Она — не шпионка, — низким басом прогорланил Максимус, втянув аромат… — Человек! Немёртвый человек! — недобро оскалился он. Кто-то из инкубов на глазах ошеломлённой Рапунцель обратился в здоровенную клыкастую гиену, чьи карие глаза жестоко устремились на неё, а сверкающие будто лезвия львиные когти удлинялись в размерах за секунды. Другие Соблазнители заимели в руках несколько огненных всполохов, ледяных сосулек и обзавелись парочкой молний, встав позади «оборотней». — Где я? Я не понимаю! — растерянно оглядываясь и ощущая, как паника сковывает всё её естество, пролепетала Рапунцель. — Сидела напротив цветка, а теперь в каком-то мрачном месте… — затем, она обратилась к Максимусу, что осторожно следил за её движениями. — Что ты делала с цветком? Пела? — прищурился Пегас, словно считывал правду и ложь в глазах девушки. — Я не помню, — покачала головой она. — Только, как мне было плохо и тоскливо. Моя мачеха сказала, что я больше не увижусь с друзьями и… дальше какой-то белый свет и… я здесь… — Небось придумывает! — фыркнул один из инкубов-волшебников. Неожиданно Рапунцель ощутила в кулачке лепесток — сиреневый, что мягко лёг на её ладонь. Прикоснулась она к нему и каким-то образом оторвала его от растения… Или было что-то ещё?.. Рапунцель разжала кулачок и увидела как по нему скользнула чернота. Максимус заметил это и едва ещё сильнее не вытаращил глаза. Даже рот открылся от изумления. Демоны, однако, сохраняли бдительность. — Луноцвет! — рыкнул он, затем агрессивно заржал, встав недолго на дыбы. Рапунцель отшатнулась от Пегаса и теперь был её черёд ужасаться. Спина Пегаса полностью окрасилась золотым, высотой с Рапунцель, пламенем. В глазах его воссиял огонь, зрачки покрывала бездна. Он широко распахнул крылья, и помчался прямо на неё. — Эй! Стой! Стой-стой-стой! — Рапунцель случайно выпустила из пальцев лепесток. Пегас немедля вцепился в него зубами, желая порвать на куски. — Успокойся! Успокойся, — постепенно сбавлял напор, и через мгновение остановился. — Тише… — неожиданно глаза Максимуса встретились с зеленью её очей. — Тише, — Пегас остановился, молча следя за движениями Рапунцель. Мягкий тон и полное отсутствие страха в девичьих глазах заставили его упокоиться. — Вот, так. Теперь — сидеть! — несмотря на лёгкость её тона, в нём слышалась уверенность и твёрдость. Демоны ахнули от её слов. Вмешиваться не стали, ожидали приказа командира. Однако на этом их черёд изумляться и цепенеть от шока не заканчивался. Неожиданно для всех, девушка ещё больше осмелела и уверенно протянула руку. — Отдай лепесток! — на что Максимус фыркнул ноздрями, чуть помотав головой. — Отдай, — прозвучал более повелительно её тон, а глаза жёстко, казалось, прожигали его золотисто-бездонные. Демоны разинули рты от удивления, когда видели это зрелище. Максимус неохотно, но послушался Рапунцель. Пылающий Пегас «выдохнул» из пасти лепесток, отчего тот ненадолго повис в воздухе. И тут Соблазнители едва не попадали в обморок, когда девушка не только заполучила желаемое обратно, тут же спрятав его в кармашек, но и «накинулась» на их командира. — Ох, какой хороший мальчик! — погладила его по морде, «зачем-то», как подумали ошеломлённые демоны, почесавшая его за левым ушком. Вдобавок, Рапунцель прислонилась к Пегасу, обхватив его мордочку и поглаживая гриву, которая моментально перестала пылать. — Какой молодец! — Правду говорили эти забулдыги в Таверне: здесь — ворожея!!! — устроил панику инкуб, что вернул свой облик в демонический. — Горящие подмышки*, она и с нами это сотворит! — принялись отступать демоны в сторону родного Междумирья. — Какой ты красавец, настоящее сокровище! — не обращала внимания на демонов Рапунцель. От её тёплых слов Максимус по-доброму заржал, улыбнувшись ей. — Правда ведь, … — искала какую-нибудь эмблему или медаль, где было бы высечено имя столь гордого и восхитительного создания. Но несколько смутилась, ибо ничего не нашла. — Максимус, — с достоинством, задрав голову, представился Пылающий Пегас. Однако, услыхав вопли отступающего отряда, он не удержался, чтобы не закатить глаза, и грозно заржал, развернувшись в сторону солдат. — Отставить! — через мгновение Максимус повернулся к девушке и заговорил. — А как тебя зовут, дитя? И что ты делаешь в Подземном Мире? — беспокойно спросил он её. — Меня зовут Рапунцель, — улыбнулась ему девушка. Казалось, её вовсе не пугал тот факт, что перед ней открылся огромный мир, что вела беседу с крылатым конём и видела убегающих от неё созданий, которых простые люди сразу окрестили бы демонами, кем собственно те и являлись. — Но, — замялась вдруг Рапунцель, услышав слова из уст Пегаса, — как отсюда выбраться? И… откуда ты знаешь про Луноцвет? — Подземный Мир страшился этого цветка с тех пор, как Аделина восстановила порядок в нашем мире. Считалось, что с помощью этого цветка некое зло способно просочиться на Землю, чтобы разыскать давно утерянную реликвию Трёх Миров. — Зло? Реликвию Трёх Миров? — удивилась Рапунцель. Их беседу прервало появление Кона. Карх разыскивал Максимуса, и, заметив юную шатенку, чья ладонь спокойно скользила по голове, не встречая сопротивления, вспомнил сказанное Трактирщиком. — Ворожея действительно здесь, — покачал Кон головой, подходя ближе к собеседникам. — Хм, — Максимус перевёл взгляд на демона. — Ты из Корпуса Дракона, — заметил на наплечниках Карха символ чёрного дракона с загнутым хвостом. — Что ты делаешь так далеко от своих сослуживцев? — Меня отправили в увольнение навестить семью. Мы закончили восстановление Родины Драконов и мой командир дал мне эту бумагу, — он показал пергамент, где на рунном языке демонов чёрным по белому был написан приказ об увольнении. — Полагаю, у тебя, Карх, имеются вопросы относительно приказа. — Только один, командир Максимус, — по-солдатски докладывал Кон. — Правда ли, что говорят о Бездонной Ненависти? Что там теперь всем заправляют Хаоты? — Что это всё… значит? — невольно встряла Рапунцель. Однако Максимус в силу положения проигнорировал её вопрос и ответил ящеру. — Твоя семья… жила там? — недвусмысленно спросил он, на что ящер удручённо покачал головой в знак согласия. — Мы ежедневно патрулируем границу с твоей родиной, Карх. Все Кархи Бездонной Ненависти, что несли службу на границе, в один прекрасный момент исчезли. Я предположил, что их Князь приказал им вернуться в крепость. Хаоты захватывают Междумирья одно за другим, это ты знаешь… Мы не пересекали границу, чтобы удостовериться в подобной мысли. Но, даже если так, как ты говоришь, Карх, никто из моих демонов не станет проверять подобное. Всё, что мы можем — следить за границей. Лишь одной Пустоте известно, что там творится, — недобро глянул Максимус на пустыню Бездонной Ненависти. — Но, в целях твоей собственной безопасности, солдат, я приказываю тебе вернуться к твоему командиру на Родину Драконов. Отправишься завтра утром. — Так точно, — Кон положил правую руку на грудь и чуть поклонился. — Но прежде, чем отправишься, утром загляни в крепость. Вместе с тобой я пошлю твоему командиру письмо. Думаю, оно его убедит. — Так точно, командир Максимус, — Карх вновь совершил тот же жест. — Благодарю. — Ступай в Таверну. Там безопаснее всего, — твёрдо пробасил Максимус. — Есть, — также твёрдо ответил Кон и последовал назад. — Капитан Дарс, — подозвал он Соблазнителя-оборотня — того самого, что обратился в гиену. — Возьми мой отряд с границы и отправляйтесь вместе с ним, — кивнул Пегас в сторону Карха. — Вы будете его охранением. Как только он доставит письмо, возвращайтесь назад. — Да, командир, — Дарс повторил жест Кона, а за ним и весь отряд. Впятером демоны расправили чёрные перепончатые крылья и за секунды нагнали Карха, что пешком следовал в Таверну. На время задания Соблазнители стали его сопровождением. — Ты мне расскажешь, что здесь происходит? — с любопытством поинтересовалась Рапунцель, дождавшись завершения раздачи приказов. — Как правило, я не доверяю чужакам. Тем более, столь внезапно возникшим на границе двух Междумирий. Да ещё в нынешней напряжённой обстановке, — вновь сощурился Максимус, затем фыркнул ноздрями и спокойно выдохнул. — Но ты по какой-то причине не вызываешь у меня подозрений. Ты не похожа ни на демонов, ни на Хаотов. И говоришь совсем не так, как они. — Ты не ошибся, я — действительно, человек. Ворожея, как ты меня назвал, — тут же поспешила оправдаться Рапунцель. — Но я не заклинала тебя, что бы тебе не пришло на ум. — Зачем ты здесь? Что привело тебя сюда? — задумчиво спросил Максимус. — Не знаю, как и зачем. Но ясно одно — я должна найти способ выбраться наружу. Или хотя бы передать весточку друзьям. Может, кто-нибудь да услышит мой голос через лепесток. — Услышит через лепесток? Ты уже пробовала связаться с кем-нибудь с его помощью? — насторожился Пегас, случайно по-конски заржав. — Что-то такое… было… — закрыла глаза Рапунцель, вспоминая. — Что-то говорила о пророчестве… оно не должно свершиться… Отправила в башню… Кассандру… Я слышала её голос, и спустя всего мгновение очутилась здесь… в Подземном Мире… — О пророчестве? — прищурился он. Секунду спустя он выпрямился и оценивающе посмотрел на юную девушку. — Что же, — с прискорбием медленно проговорил Максимус: — Тебе стоит запомнить три важные вещи. Первое: Подземный Мир — Мир, где ныне правит Тьма и Её творения. Демоны состоят на службе у них, помогая поддерживать внутренний порядок. Подземный Мир состоит из множества тысяч миров, именуемых Междумирьями — ибо каждый Мир соприкасается с несколькими другими, те — с остальными и т.д. — Каждый мир — это кусочек пазла, а Подземный Мир — пазл целиком? — сообразила Рапунцель, на что Пегас утвердительно качнул головой. — Второе — не заговаривай с другими демонами, сколь дружелюбными они бы тебе ни казались. Особенно о пророчестве. Время восстановления и спокойствия закончилось для нас пару десятилетий назад. А юная и наивная девушка, вроде тебя, может стать превосходной марионеткой в руках умелого и хитрого демона. Впрочем, армейским демонам, как Карх, которого я отослал в Таверну, мне и моему отряду ты можешь доверять. Мы охраняем границы, служим порядку и защищаем Междумирье от вторжения Хаотов. — Хаотов? — полюбопытствовала она, но Максимус лишь угрюмо фыркнул. — Лучше других тебе расскажет Кон. Вскоре ты с ним встретишься. И последнее — покинуть Подземный Мир ты сможешь только с согласия Аделины. Обязательно доложи ей о пророчестве. После, если она сочтёт, что ты здесь более не нужна, отправит тебя к Привратнику. Он стережёт Врата, и только через них есть путь на Землю, — затем, с сожалением, он добавил: — Очень жаль, что ты оказалась здесь в столь тяжёлое для нас время. — Так, что же всё-таки происходит в Подземном Мире? — волновалась Рапунцель, ощущая напряжение Пегаса. — Гражданская война. Безумие. Хаос… — загадочно и хмуро отозвался Максимус. — А… кто же занял моё место там, на Земле, если я здесь? — всерьёз поинтересовалась Рапунцель. — Думаю, лишь Аделина знает ответы на подобные вопросы, — задумчиво произнёс Максимус, расправляя крылья и взлетая на пару метров ввысь. — Найди трактирщика Хора. Скажешь, что от меня. Он найдёт, где тебе переночевать. Завтра утром, как только границу окрасит пламя, направишься ко мне в казарму. Там мы и решим, что дальше делать, — после этого, величественный Пегас спланировал вперёд, вдоль границы, продолжив совершать её облёт. — Ну, дела, — подумала про себя Рапунцель, заметив на горизонте отряд Максимуса, который следовал за Коном. Недолго думая, юная школьница, решив, что среди… «демонов» (ей до сих пор в это не верилось, казалось происходящее вокруг странным сном) будет безопаснее, она потихоньку направилась в Таверну.